Текст книги "Целители. Начало пути (СИ)"
Автор книги: Наталья Машкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 26 страниц)
Глава 47.
Прибежавшие, во главе с Лавилем, целители в онемении наблюдали, как старик Завель разговаривает со скелетом. Тот, правда, не был псевдо разумным, как остальные. Убежал до того, как чудо для собратьев совершилось. Но, с другой стороны, может быть, оно и к лучшему. Меньше расстраиваться будет... Не красавец... Пардон, не красавица...
Преподаватель развернулся к лекарям:
– Приветствую вас, друзья мои! У вас тут некоторый фронт работ наметился. Но, уверяю вас, ничего серьёзного... Трое обморочных. Нескольких вырвало от отвращения. Адептка нестабильная. Но!.. Сверх меры талантливая. И, к тому же, приходит в себя уже. Выплеснулась, одним словом. И, доложу я вам, остроумно, назидательно и с пользой для дела выплеснулась! Так ведь, лапочка?..
Старичок этот действовал на Нел, как домовой. Она готова была улыбаться, соглашаться. Тем более, что это помогало абстрагироваться от присутствия Лавиля и того, как он смотрел на неё.
Завель заговаривал Нел зубы, пока обморочных не погрузили на носилки. Рвотные пошли в больницу своим ходом. Их только поддерживали. Лавиль зыркнул на Нел:
– Вы тоже, адептка Тал!
Нелли проблеяла:
– Я в порядке уже!..
Лавиль сдвинул брови... Завель опередил его. Приобнял Нел, подтолкнул по направлению к выходу:
– Иди-иди, дорогая! Нестабильность – дело такое... Непредсказуемое. Поверишь ли... Сам страдал по молодости...
– А как справились?– тут же ухватилась Нел.
Дед улыбнулся:
– А вот придёшь в гости ко мне, красоток наших подпитывать, я тебе и расскажу. Будем чай пить и смеяться... Или чего покрепче. Как вспомню!..
Магистр подтолкнул Нел снова. Все ушли уже. Только Лавиль ожидал её.
Нел вздохнула тихонько и пошла...
***
Всю дорогу Нел тащилась за Лавилем, а он ни разу не оглянулся. Как только они вошли в здание, декан стремительно убежал куда-то, а к ней подскочили два парня и проводили её...
Похоже в изолятор. Да! Комната была магически изолирована. С минимумом мебели. И сама мебель была мягкой и, похоже, зачарованной. Вместо койки тут стояло что-то вроде тахты.
Парни с облегчением захлопнули дверь, прокричав, что скоро к ней придут. И отрезали её не только от окружающего мира, но и от его звуков. Она не слышала ничего. Похоже, её тоже не услышат. Разумно, конечно. Нестабильный студент тут не сможет навредить ни другим, ни себе. И нервы мотать не будет. А отслеживать самочувствие можно как-то иначе. Маячками, например.
Для проверки своей теории, Нел тронула ручку. Заперто. Ну, и ладно! Её уже знобило немного, как всегда после срыва. Потому она разулась, улеглась на тахту и накрылась пледом, заботливо оставленным там же. Ну, его! Будет спать!..
Странно, но она, и правда, заснула мгновенно. И спала с удовольствием потому, что из сна выплывала потом медленно и неохотно. И всё сообразить не могла, куда это её занесло. Сонно моргала, пока не увидела Лавиля, что примостился на раскладном стуле, рядом с тахтой.
– Даже сидеть рядом со мной не пожелал!– подумала Нел и окончательно проснулась.
Он заметил это и обратился к ней вежливо:
– Итак, адептка Тал, что стало причиной срыва?
– Не было срыва! Только шалость!– огрызнулась Нел.
Он отстранённо заметил:
– Вы ещё не совсем, вероятно, пришли в себя и не осознаёте, сколько сил вы влили в это представление... Потому повторяю свой вопрос. Причина?
Он говорил размеренно, негромко. Никто не придраться бы, но Нел чувствовала: ему тяжело и неприятно находиться тут. И она стала отвечать на вопросы. Пусть выполнит свои обязанности и уйдёт, наконец!
– Я расстроилась,– уронила с достоинством.– парни испугали девочек, и я решила подшутить в ответ.
– А вы, значит, поборница справедливости... "Карать и высмеивать!". Это ваш принцип?
– Нет у меня принципов!– снова огрызнулась Нел.
– Это тоже известно,– меланхолично кивнул он.
– Провоцирует!– дошло до Нелли.– Смотрит, насколько я в себе и стабильна!
Она как-то разом успокоилась. Ответила так же негромко и вежливо, как он:
– Благодарю за заботу, декан. Вы правы. Я сорвалась. Но сейчас в порядке. Вроде бы.
– А вот это отлично, что критичность мышления прорезалась. Значит, и правда, приходите в себя. И сон поспособствовал... Что, ж. Проверим вас сейчас и отпустим восвояси.
Он принялся диагностировать её. И, когда рука его прошла как-то слишком близко, как ей показалось, от неё, Нел непроизвольно вздрогнула. Лавиль скривился:
– Не дёргайтесь, адептка! Никто вас не трогает!
– Не сомневаюсь!– вспыхнула Нел.
И добавила ядовито:
– Зачем меня трогать, если я не голая!
Сначала брякнула. Потом ужаснулась. А потом решила: ну, его! Даже если кто-то и слышит. И что высокородный думает о ней, тоже всё равно. Плевать ей! Плевать!.. Снова полыхнуло внутри. Нел прислушалась к себе и поняла: никуда её срыв не делся... Тут он! И как это возможно, вообще, чтобы он вот так: затихал и возвращался?
Не читала она о подобном. Быть того не может! Она прошептала, вырвалось:
– Не бывает так!..
Лавиль снова меланхолично кивнул:
– Согласен. Не бывает. Думаю, дело и не в срыве даже, а в том, что ваши силы и характер так проявляют себя. Не все маги благородны и взвешенны. Среди них встречаются иногда индивиды с мерзкими характерами. Истинные...
"Ведьмы" повисло в воздухе. Нел не обиделась. Знает она, как он относится к ней!.. "Она", может быть, и не обиделась, а вот язык жил своей собственной, отдельной жизнью. И был не согласен терпеть несправедливость. Что и озвучил. Выплюнул, можно сказать:
– Ага, те самые!.. Которые годятся только в тайные подстилки знатным и благородным магам!
И стыдно не было! Ничуть! Мозг согласился с тем, что язык совершенно, абсолютно прав. И готов был его поддерживать и защищать. Хорошо, когда несмотря на нестабильность и наветы, ты в ладу с собой!
Чего не скажешь о декане. Она, похоже, достала его потому, что он прошипел негромко:
– Ты совершенно больная! Я могу только поздравить себя с тем, что не связался с тобой!
Она перегнулась к нему. Лицо в лицо. И бешено засверкала глазами:
– Насчёт "связаться" это вы, декан, перегнули. Вы ведь ни с кем не "связываетесь"! Только лёгкий, изящный перепих!
– А тебе подавай не изящный?– рыкнул он ей в глаза.
Нел повела себя так, как вели себя, наверное "те" её предки: эльфийки и ведающие, когда бывали припёрты к стенке. Спрятала свою боль, завернула и спрятала собственную душу, как хрупкий стеклянный сосуд. А на передний план выдвинула то, что дормерцы считали их, женщин старого мира, сутью. Красоту, магнетизм, умение играть жизнью и мужчинами.
Откинулась назад, к стене, позволяя рассмотреть себя. Прошептала "тем самым шёпотом":
– Мне подавай искренность, высокородный лорд. Только её. И отдам я ровно столько, сколько готовы отдать мне. Размениваться на мелочи, не по мне!
Теперь он приблизил лицо к ней. Бросил презрительно:
– Тогда Виллис будет идеальным вариантом для такой, как ты. Управляем, в отличии от Дастона, и благороден!
Нел кивнула, глядя ему прямо в глаза:
– И родовит. И богат. Всё, что вы так цените в себе и других... Хотя, не стоит недооценивать Дастона. Он тоже хорош и обладает всеми достоинствами... И тоже может быть управляем. Как все вы...
Лавиль побелел от ярости. Он, казалось, едва сдерживался, чтобы не придушить её. Сдерживался. Только бросил прямо ей в лицо. Совсем близко:
– Кроме меня!
Нел не отодвинулась. Улыбнулась обольстительно:
– И вы можете быть управляемы, декан. Только смысл возиться с вашими травмами?.. Если двое других радостно бегут навстречу? А, может быть, и не двое!..
Он почти застонал ей в лицо:
– Какая ты!..
Она любезно продолжила:
– Стерва?..
И прошептала, как призналась в чём-то:
– Открою тебе тайну. Страшную тайну... Мы, как отражение. Покажем вам только то, что есть в вас. Как зеркало... Вот и думай, каким дерьмом вы, дормерцы, набиты... Если захочешь думать... Ведь гораздо приятнее обвинять других в собственных грехах!..
Он едва не поцеловал её. Или не придушил... Несколько минут они были так близко друг к другу. Лицом к лицу. Как отражение друг друга. Ярость и ненависть в одном лице. И глумливая издёвка, в другом...
Он отпрянул от неё, бросился к выходу, видно не доверяя себе. Пробормотал сквозь зубы:
– Сиди тут, пока в себя не придёшь, ненормальная!
Захлопнул дверь. Нел скривилась. Тоже мне, целитель! Оскорблять пациента, да ещё в лицо!.. Улеглась назад на тахту. Закрыла глаза. Вот и поговорили...
К вечеру в изолятор пришёл какой-то парень из штатных лекарей. Проверил её, задал стандартные вопросы и отпустил на все четыре стороны.
Нел вышла на крыльцо больницы, не обращая внимания на суету. На свой растрёпанный вид. Какой-то крестьянин вылупился на неё. Рука Нел привычно метнулась к голове. Так и есть! Растрёпа!
Вместо того, чтобы стушеваться, как привыкла, Нел в несколько движений, окончательно распустила косу. Встряхнула головой. Хорошо чувствовать свободу!.. Улыбнулась застывшему крестьянину и пошла домой. Пусть смотрят. Она такая и есть! Свободная и буйная. Как ветер в долинах Гарнара. Как любовь. Как сама жизнь!..
Лавиль смотрел на неё. Из окна. Как загорелись красным золотом и рассыпались ниже поясницы буйные, яркие кудри. Он не видел лицо, ведь она уходила. Да и не нужно. Достаточно было посмотреть на её спину и плечи. И на лица оторопевших мужчин, что привезли своих болящих в больницу, но застыли, позабыв о том...
Хотелось догнать её... Больше жизни... Он сжал зубы до хруста и отвернулся.
***
Нел пришла в комнату и застала там подружек. Они ждали её. Не беспокоились даже. Друзья уже донесли им о том, что во время срыва она "была в себе". Значит, всё прекрасно и Нел скоро вернётся. Жизнь на вулкане научила девушек не волноваться попусту.
Тем более, что вот она. Вернулась. Улыбается. И тут же, с порога, заявила им:
– Вы же, девочки, не приготовили ещё платья для "танца на площади" и для бала?
Подруги хмуро и единодушно покачали головой. Об этом они и говорили до её прихода. Ссорились даже. Темнейшая ночь на носу. Через два дня после неё бал в академии. А они не могут договориться!
Нел знала в чём проблема. Пусть она и варилась сейчас "в собственном соку", но глухотой не страдала. И давала подругам время созреть... Алика и Ильга искали платья. Чтобы подешевле, но приличные. Метались, пытаясь сэкономить и безнадёжно упустили время.
Где ты найдёшь в Дорме платье? Перед праздником Перелома Года? Пусть и готовое? Бедные тоже празднуют и покупают обновки!.. Девушки понимали это, расстраивались. Айса предлагала купить платья для подруг. Могла себе это позволить.
Подруги отказывались. Метались. И, в итоге, решили, что танцевать отправятся в чём угодно. Темно же. А на бал не пойдут.
– Правильно!– поддержала их Нел.– Я тоже не пойду!
– Ну, нет!– упёрла руки в бока Ильга.– Тебе нельзя прятаться. Это будет, как капитуляция, дорогая!
Нел вскинула брови. Отзеркалила:
– Так тебе тоже нельзя, дорогая! И ни одной из нас. И вы это знаете!
Знают! Потому и мучаются. Нужно ведь и недругов заткнуть. И сэкономить. А как ты их заткнёшь, если высокородные дормерки шьют свои наряды за пол года до праздников. И трепетно следят потом за весом, чтобы не приведите боги, не поправиться! Всё ведь должно сидеть идеально!
Нел усмехнулась:
– У меня есть решение. И платья есть. Куча платьев. Вы выберете себе по две штуки, каждая. Одно для Темнейшей Ночи. Второе для бала. Это будет мой вам подарок на праздники. И не возмущайтесь!.. Вы знаете, что мой бюджет и не заметит этих трат... Пожалейте платья, девочки! Прекрасные платья эльфийской работы! Они томятся в темноте, а я их никогда, наверное, и не надену. Пока они не устареют безнадёжно и не отправятся в утиль.
Платья эльфийской работы в утиль?.. Те за которые самые отъявленные модницы Дормера готовы душу заложить?.. Да это просто святотатство!..
На том и порешили. Нел достала свой "волшебный" саквояж и каталог к нему. И пошло веселье! На целый вечер. Со смехом и плясками. Проверяли платья. Как они, в деле?
На шум явился Илевей. Всунул нос картошкой в приоткрытую дверь и спросил опасливо:
– Как же вы это, девоньки?.. Буяните? Без фрилла-то?.. Али отыскали чегось на замену ему?...
Нел крикнула духу:
– Заходи, любезный друг! Судить нас будешь!
Илевей колебался:
– Зачем сразу-то... Судить? Ты, рыбонька, сегодня огурцом была. Не придраться! Особенно, в хоспитале... Ведьма и есть!.. Настоящая!
Аугусто распушился от гордости до таких размеров, что стал напоминать меховой шар. Нел посмеялась "хоспиталю" домового и успокоила его:
– Платья судить надобно, дедушка!
Дух мигом влетел в комнату. Расположился на диванчике рядом с котом и важно разрешил:
– Ну! Давайте!.. Судить буду!
– И я!– муркнул фамильяр милостиво.
Глава 48.
Подруги пережили Темнейшую Ночь и бал в академии.
Именно так. Каждой пришлось нелегко. По своим причинам. И общая для всех причина была. Они привлекали слишком много внимания. Все вместе, и по отдельности. Даже несмотря на то, что по совету домового выбрали самые скромные платья из арсенала Нел.
Аугусто, правда, был не согласен. Он желал, чтобы любимая хозяйка блистала. И подруги её, конечно, тоже. Он горячо настаивал на чём-нибудь таком... Этаком! Илеевей жёстоко оборвал фантазии фамильяра. Правда, почёсывал его при этом за ушком, чтобы подсластить горькую пилюлю:
– Тебя, Аугусто, зовут Великолепным не только оттого, что хороший ты фамильяр: честный, сильный. И не только за красоту. А и за то, что любишь ты всё вот это вот... Мишуру, одним словом... Ладно я рядом и остановлю тебя сейчас. Но ты же думай головой! Ведьма досталась тебе сложная. Многих привлекающая. Со странностями. И нестабильная. А ты, что же? Хочешь её такую выставить перед всеми её недругами? И что потом? Хоронить, чтоль?.. Не вынесешь ты ещё одной потери...
Аугусто зашипел. Не от злости. А от страха и горести. Свернулся клубком совсем по-кошачьи, как редко делал. Нос спрятал и глаза закрыл. Нел присела перед другом своим, погладила:
– Не огорчайся, Густ. У всех нас есть слабые места. У тебя платьюшки. И это, скажу я тебе, мило и безобидно. Мне вот голову отвернуть хочется... А, лучше проклясть. Минимум двоих... Так что я хуже тебя, любимчик мой...
Кот не шевелился. И Нелли просительно, и хитро затянула:
– А хочешь, я платья эти дома носить буду? Какие скажешь?
Густ приоткрыл глаз:
– Засмеют тебя эльфы.
Нел ухмыльнулась:
– А и пусть смеются!
Она почесала роскошный мех Густа, и кот потянулся за её рукой. Вздохнул:
– Любишь ты меня, дурня!..
– Люблю! Обоих вас люблю, дорогие вы мои. И обоим услужу. Оденемся сейчас мы по совету Илевеюшки, а дома, как девочки в гости приедут к нам... Летом, к примеру... будешь нас ты, Густ, одевать. И пусть смеются родственники, если хочется!
Так и сделали. И сейчас. И летом. К слову сказать, никто не смеялся над девушками в Гарнаре. Вкус у Густа оказался безупречный. Любил он блестяшки, это да. Но, в итоге, выбирал для хозяйки и её подружек только то, что уместно. Он, по сути, и научил девушек подбирать одежду для себя правильно. Ни одна не умела того. Фамильяр вздыхал, видя их безграмотность в этом важнейшем вопросе. Магички, одним словом! Силы и ума немеряно, а на то, чтобы быть женственными, времени и сил нет!..
***
Пережили девушки бал. Тяжело, но без драм и срывов. Дастон и Варнер не подошли. И то хлеб!.. А с остальным помогли парни из целителей и первокурсники универсов. Они приглашали девушек танцевать. Похоже, что заранее распределили танцы между собой так ловко, что ни один "посторонний" кавалер не смог вклиниться.
Нел была благодарна ребятам. И пообещала себе, что поможет им, если выйдет, на экзамене по практической магии. Если магистр Рувих снова посадит её на посмотрение перед всем курсом...
А потом студенты академии и большинство преподавателей разъехались домой на праздники... На несколько дней всего. Перелом Года нужно встречать с семьёй. А у Нел ещё и день рождения Мэйлин. Она унесла в Гарнар подарки для неё не только от себя и от подруг, но и от Элвина. Какой-то таинственный, довольно большой и тяжёлый ящик, который едва смогла поднять.
Она подозревала, что там. Была почти уверена. Какие-нибудь жутко редкие ингредиенты для зелий. Точно!.. Это то, что сейчас интересовало Мэй больше всего. А Элвин, привыкший к фокусам студентов, наверняка, не побоится подарить девочке в семь лет что-нибудь эдакое!..
Нел вздохнула тогда, глядя на ящик. Как проверить, что там по-настоящему опасное? Только если Лейна позвать?.. Так тот маньяк ещё похуже девочек! Будет счастлив, если увидит что-то редкое. И промолчит. Его можно назвать "чокнутым гением" с полной ответственностью. Девочки пока только стремятся к этому "гордому" званию. Правда, старательно и успешно. И, судя по всему, достигнут...
Коробок этот, на худой конец, можно было бы показать Лавилю. Он, судя по тому, что рассказывал Мар, стоял с Лейном на одной доске. А, может быть, и превосходил его. Видела Нел, как он в Лиметте сходу готовил, изобретал и модифицировал сложнейшие зелья!
Могла бы и показать. И, наверное, декан не отказал бы. Даже ей... Маска "помогающего всем и каждому" приварилась к его лицу, наверное, намертво. Добрый Эльф!..
Только не стала она просить. Разберутся и без него. Придумала Нел... Она просто попросит девочек сдать опасное. Надавит на совесть. Они хорошие. Если по-прямому и по-честному с ними, не обманут...
Так и сделала. И не ошиблась. Нашлись опасные штуки в подарке Элвина. И отправились они на хранение в отдельный шкаф в лаборатории. А девочки дали слово, что не притронутся к этим редкостям, пока ещё немного не подрастут.
***
Первая сессия! Когда может "вылететь" сразу десяток или больше из них!.. Первый курс целителей лихорадило. Три экзамена. Три!.. Вроде бы и немного, для начала, но им хватит...
Они сдружились за пол года. Даже странно, что так сильно. И не желали терять никого из своих. Потому и решили помогать друг другу. У каждого были вопросы, которые они не совсем понимали. Многие, чтобы не лазать по книгам, сразу шли к Нелли Тал, у которой в голове, похоже, помещалась целая библиотека.
Ильга убегала готовиться к девочкам, а у них в комнате толклись компании студентов-лекарей. Нел, чуть ли не сутками, терпеливо отвечала, объясняла, строила заклинания...
И первый экзамен встретила с облегчением. Устала. С другой стороны, отказать ребятам не могла. Они тоже прикрывали её, как могли. На том же балу. И вообще...
Первым экзаменом была теоретическая магия. И, о чудо! Никто из курса не срезался. Пусть и слабенько, некоторые, но сдали все. Нел пошла первой и получила своё заслуженное "отлично". Старичок-преподаватель слушал её ответ, как песню, прикрыв глаза. А потом поинтересовался:
– А зачем конспекты писала? Ты же знаешь материал гораздо глубже, чем давал вам я?
С любопытством скосился на неё. А Нел ответила неловко:
– Уважение, магистр... И успокаивает...
Старичок со вздохом потянулся к ведомости, поставил там "отлично" и покачал головой:
– Прав Завель. Ненормальная ты... Учёным будешь. Только таких как мы может успокаивать написание конспектов...
И тут же улыбнулся ей ласково:
– Рувиха не бойся. Не срежет он тебя... Он хороший, этот старый ворчун. И волнуется за тебя. Я сам слышал...
Вторым экзаменом была анатомия, которую тоже "пережили" все, а Нел получила свой "автомат". Единственная со всего курса.
А после Нел встретилась с магистром Рувихом... Который так "волновался", что кривился при взгляде на неё, будто под нос ему сунули что-то несвежее.
***
– Э, нет, милочка! Тебе сюда, ко мне поближе. Да-да, сюда. В центр! Чтобы каждый видел. И я видел причину резкого "поумнения" студентов первого курса!..
Так приветствовал Нел магистр Рувих, когда весь курс ввалился в большую аудиторию, ряды столов в которой располагались подобно амфитеатру.
– Вот и всё!– проскочило в голове у Нел.
Что "всё" она не додумала. "Всё" и есть "всё"! Позор, в первую очередь. Элвин, может быть, и не даст отчислить её, но до того придётся пережить унижение. Адептка академии магии, которая не может той самой магией пользоваться! Что может быть более смешным и жалким!
А магистр продолжал сыпать соль на раны Нел, прохаживаясь перед ней:
– А я всё думал: в чём дело? Статистически невозможно, чтобы такие талантливые и продвинутые студенты скопились в одном месте, и чтобы мне так повезло! Мне!.. Не в этой жизни!.. И да! Оказалось, что, правда: Рувих и удача ходят разными дорогами! Мне не повезло! Нет!.. Наоборот! Мне попалась наглая девица, набитая знаниями род завязку. И которая, к тому же, неспособна ни на что!
Целители в онемении уставились на преподавателя. Он, конечно, не ангел, но чтобы вот так?.. Нет! Он всегда был корректным и вежливым. Даже с самыми ленивыми. Тогда почему ведёт себя так с Нел?..
Магистр стоял перед адепткой Тал, перекатываясь с носка на пятку, и вопрошал. Наверное, богов:
– Ну, и чем заслужил я такое?.. Неуважение! Обман!.. Я и не знал бы, если бы не прицепил по всей аудитории следилки! Что? Что так смотрите?.. Думаете, легко чувствовать себя дурнем, который не видит дальше своего носа?..
Нел стало стыдно. Неловко. Магистр ведь прав. Она выставила его не в лучшем свете. Её поведение легко было бы принять за неуважение и наглость. Как объяснить теперь, что ни она, ни другие не думали ни о чём подобном? Да и поверит ли он ей?..
Будь тут Мэй, она сказала бы что-нибудь вроде: нелегко вам, взрослым, быть в шкуре детей! Когда вас ругают!.. И вздохнула бы...
Чувствовала Нел себя именно так. И, похоже, снова сползала к срыву... Рувих не видел, наверное, что глаза адептки загораются. Его несло по волнам праведного возмущения. Закончил свою экспрессивную речь он возгласом:
– Что ж! Покажите на что способны!
– Как?!..– проблеяла Нел так жалко, что стало ещё более неловко и стыдно.
Захотелось умереть на месте. А Рувих отошёл от неё. Отрезал её несколькими слоями универсального щита. И ядовито приказал:
– Так! Взяла и сделала!
Нел, помимо воли восхитились, как ловко магистр установил такую многоуровневую защиту. Пискнула ещё более жалко:
– Магию не вливать? Или нулевую готовность?..
Магистр фыркнул:
– Ещё чего! Делай как положено!
– А если?..
– Ничего не будет!– отрезал старый маг.– Эта защита выдержит даже "жар солнца", так что другим ты не навредишь!
Нел не спросила: "а, я?"... Он и так ответил:
– И себе не навредишь. Магия не дура! Своего носителя не укокошит!
Магистр выглядел каким-то взвинченным и будто... Предвкушал что-то. Как их парни, когда планируют какую-нибудь дурную, но весёлую шутку... Нел выбросила из головы дикое сравнение и сосредоточилась.
Рувих дирижировал дурдомом:
– Что ж, начали! Пойдём с азов и выше, адептка Тал! А вы, лентяи, смотрите и учитесь. Техника у вашей подружки безупречная. Словно годами шлифовала. Тупо шлифовала. И, добавлю, что правильно делала. Потому, что правильного владения техникой можно добиться только прилежанием и практикой!
Нел открыла рот. Он что? Похвалил её только что?.. Абсурдная ситуация стала ещё более абсурдной. Рувих рассмеялся:
– Похвалил, конечно! Ты, конечно, нестабильна сейчас, Тал, но без глюков! И что нестабильна, тоже хорошо. Свободнее будешь проявляться!
– Он, что? Специально доводил меня?..– растерянно подумала Нел.
Это была последняя мысль потому, что Рувих стал называть заклинания. Вот так. Просто:
– Искра. Пламя. Светляк. Пульсар. Вода. Дождь. Град. Молния. Буря. Щит. Универсальный щит...
Начал с простых заклинаний. Довольно быстро перешёл к сложным. Команды отдавал так быстро, что Нел не успевала подумать о том, программу какого курса он от неё требует.
Внутри щитов творилось форменное безобразие. Некоторые заклинания не получались. Некоторые почти выходили. Другие получались отлично. Внутри полусферы быстро сменялись дождь и снег, били молнии и рождались вихри, поднимались мелкие барханы и пробивались из пола аудитории хищные лианы. Удивительно, но чем более сложные задания давал ей магистр, тем лучше у неё получалось.
Об этом ей потом расскажут сокурсники. Сама она не помнила этого. Руки её порхали, пальцы скручивались в неудобоворимые фигуры и мгновенно строили сложнейшие заклинания. Когда магистр увеличил скорость ещё, она и вовсе стала строить заклинания в уме. Как иначе она ещё могла бы успеть?..
Лицо магистра Рувиха было таким же напряжённым и сосредоточенным, как у студентки. Он не останавливался. И, похоже, сам вошёл в раж. Учёные, они такие!.. Наверное, в этом и была причина... Потому, что после того, как отдал приказ "портал", Рувих выкрикнул вдруг "межмировой портал".
Студенты ужаснулись. Что нужно ему от Нел? Никто не знает формулу межмировых порталов. Она давным давно утеряна! Рувих, наверное, забыл об этом... И Нел, похоже, тоже... Потому... что она резко повернулась спиной ко всем ним... И построила заклинание...
Сначала ничего не происходило, и все вздохнули с облегчением... Магистр же прислушался к чему-то, как старый сторожевой пёс... И вдруг заорал хрипло и страшно:
– Прочь! Элвина сюда! И молчать о том, что видели!..
Студенты ломанулись вон, даже двери успели распахнуть... Рувих оглянулся и тяжёлые, зачарованные двери с грохотом захлопнулись перед носом у ребят, отрезая путь к спасению.
– Клятву неразглашения! Добровольно! Все! Пока последний не принесёт, никого не выпущу!
В диком ужасе, речитативом, ребята произносили слова клятвы. Девушки отворачивались и скулили от ужаса. Парни, в не меньшем ужасе, смотрели, как внутри щитов, совсем рядом с Нелли Тал раскручивается странная серая воронка...
Когда последняя клятва отзвучала, Рувих заревел:
– Элвина сюда и лекарей! Лавиля! Всех из замка уводите!..
Двери распахнулись. Ребята побежали...
