Текст книги "Целители. Начало пути (СИ)"
Автор книги: Наталья Машкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 26 страниц)
Глава 45.
Безусловно, Нел передумала. Не сразу, конечно.
Она спала в его объятиях сладко, без снов. Утром целовалась с ним самозабвенно. И с удивлением потом рассматривала в ванной свои припухшие губы и шалые, счастливые глаза. Переоделась там же. В новые бельё, одежду и обувь, что заказал для неё Лавиль. И снова целовалась. А он самозабвенно запускал руки в её гриву и "причесал" её только перед самым выходом из "дома".
Её не смутило то, с какими предосторожностями выбирались они из этого самого дома. То, что расстались они почти сразу. И то, что он не поцеловал её на прощание. Она пошла на занятия. И первая пара, теоретическая магия, тоже прошла, как в тумане. Она прилежно писала, всё ещё не выпадая из "комы".
Что-то стало доходить до неё только на второй паре, на практической магии... Да, так стало "доходить", что магистр Рувих, который терпеть её не мог, не выдержал и приказал:
– Идите прочь, адептка Тал! К лекарям или к себе в комнату. На вас лица нет!
Нелли пошла. Пришла в их с Ильгой комнату. Подруги нет. На занятиях. И отлично! Нет, не так!.. Единственно возможно! Если бы Ильга была здесь, она, Нел, просто не выдержала бы.
Она содрала с себя тряпки и обувь. Свернула узлом. Завернула во что-то и подпихнула под кровать. Выбросит потом. Мантию оставила. Её Элвин принёс. Пошла в душ. Хорошо, что он тут, прямо в комнате, за дверью. Сделала воду нестерпимо горячей и отдирала мочалкой от себя всё, кажется с кожей. И голову мыла так же.
Вышла из душа. Щёлкнула пальцами. Плевать, если заклинание сработает как-то не так, и она останется лысой. На удивление, получилось. Волосы и тело высохли... Быстро оделась в привычную одежду, заплела косу. И пошла к Илевею.
***
– Мне нужен фрилл. Бутылка,– заявила ему с порога. Даже не поздоровалась.
Домовой мигом оказался рядом. Заглянул в глаза:
– Оно бы может и можно было бы, ласточка, да только как же? После такого ранения-то?..
Нел не удивило, что он знает. И не смутило. Она тем же деревянным голосом сказала:
– А лучше что-ль, если я мозги запеку сейчас большинству разумных в академии? А может и дальше?
Илеевей ласково улыбнулся:
– Дальше не выйдет, ласточка! Защита! Как раз для таких вот случаев. У нас, знаешь ли, разные студенты бывали. Особенно, раньше... Да и в последнее время тоже... И правда, магия нашего мира просыпается, ласточка. Слава богам!
Нел не дала заговорить себе зубы. Рыкнула:
– Фрилл, Илевеей! Иначе сама пойду искать чего-нибудь. Эдакого...
Илеевей ловко подхватил её под руку и усадил-таки на диванчик, хоть она и упиралась. Заглянул в глаза просительно:
– Может, всё-таки лучше поплакать, рыбонька?
Нел потерянно посмотрела на него:
– Не получается!..
Домовой аж руками всплеснул:
– Экая невидаль, милая! Раз борешься, значит, справимся. Ты борись, борись! А я сейчас чайку тебе успокоительного... Расслабишься чуток, они и пробьются слёзы-то. И все дела! Ни риска для разумных. Ни тебе вреда никакого... Дал бы я тебе фрилл, как не дать бы! И проследил бы потом... Но с сотрясением же, милая, нельзя. Справимся мы. Справимся! Вот поплачешь чуток и будешь огурцом.
Домовой убалтывал её и сновал по своей каморке. Споро готовил тот самый чай. Налил здоровенную кружку. Вручил ей:
– Пей, милая!
Непонятно, что там было в том "чае", да только срубило Нел с него почти так же, как с гномьего самогона. И, да. Слёзы пробились на половине кружки. Допивала "чай" она уже тонко поскуливая. А потом и вовсе завыла. И поплакала вовсе не чуток, а хорошо так плакала. До той степени, что стала напоминать не огурец вовсе, а самый настоящий помидор. Красный, распухший, глянцевый.
Несчастный такой, потерянный помидор. Который и на белый свет смотреть-то не мог. Не потому, что глаза резало от слёз, а потому, что гадко было от мира этого. И от самой себя...
Илеевей молчал больше, не выпытывал ничего. Только что поддакивал иногда, да потчевал её всеми этими "ласточками", "рыбоньками", "кисоньками". Аугусто, хмурый, молчаливый и снова седой молча притулился сбоку от хозяйки. Снова он опростоволосился. Не уберёг. Во всех смыслах... Нужно было за помощью бежать, а не подпитывать её... Боялся он!.. Так боялся, что не вытянет она! Потому и подпитывал, пока сам не свалился там же. Элвин нашёл и выхаживал...
В какой-то момент, Илеевей насторожился. Тронул Нел за руку:
– Ищут тебя, рыбонька. Ты же с занятий ушла. И только после ранения. Вот и волнуются. И ищут...
Понятно было обоим, кто этот "Ищут". Нел сверкнула зелёным глазом. Прошипела почти:
– Спрячь меня, добрый мой друг... Спрячь, от греха! Иначе я этого "Ищута" пристукну, наверное. Не удержусь. А прокляну чем-нибудь, так точно!
Домовой обнял Киру. Зашептал:
– Всё, всё! Спрятал. Никто не найдёт. Никто! Никакой "Ищут" не придёт сюда... А ты тоже... Того... Держись! Держись, Нел! Нельзя тебе проклятия сейчас. Дурная ты... Нажелаешь этому дурню и сама потом платить станешь, не только он... Да, и не снимет никто проклятие твоё, милая. Не только потому, что магия вразнос. А и потому, что странная ты. И резерв твой странный... Такие, как ты, только раньше и рождались...
Нел отвлеклась от своих страданий. Всхлипнула:
– Знала я! Были, значит?
– Ох и были, милая... Редко, но бывали... Лютые ведьмы были! Сильные, как дормерцы. Свободные и коварные, как эльфы. Умные и хитрые, как ведающие, которые готовы идти до конца... Но справедливые, потому и беды не делали. Хранили мир, как и должны...
Посмотрел домовой на заплаканную девушку, улыбнулся ласково:
– А, пойдём-ка, лебёдушка моя, покажу убежище для тебя. Раз уж просыпаешься ты... Да, не бойся. Никто не увидит нас.
Собрались и пошли они... К их с Ильгой комнате. Только повернули чуть в сторону. Ткнулись в старинную массивную дверь без замка. Без ручки даже.
– Руку приложи-то,– приказал Илевей.
Нел положила руку. Дверь скрипнула недовольно и открылась.
Илевей расплылся в улыбке:
– Признала, значит!.. Ну, пойдём, в башню-то!
Они, и правда, поднялись в башню. Ту самую, что была почему-то пустой и не использовалась. Студенты думали, что она ветхая или ещё что. Чего бы иначе стояла заколоченная и с окнами пыльными? А оно вот как... Хозяйку ждала...
Илевей хлопнул в ладоши и вся пыль пропала. Большая комната, разделённая на зоны. Уютно. И полки с книгами!.. Только окна тусклые, пыльные. Домовой усмехнулся:
– Это я не в силах, милая. Она сама, башня-то... И ты не лезь мыть. Не поможет. Она сама, когда готова будет... Признала же...
И добавил:
– Ильгу предупреди, что появилось у тебя место для одиночества. Нужно оно такой, как ты. Чтобы не мешали думать и чувствовать... И привести сюда ты никого не сможешь...
А и хорошо, что не сможет! Устала она... Понимала теперь, почему у Гарды была башня, куда мало кому ход был. Нужно оно. Уединение...
– Ложись и спи, милая. Еду я тебе доставлю. До завтра будь тут. И потом прячься, как понадобится. Элвина и Ильгу я предупрежу...
Нел спала и не знала... Ничего не знала и не помнила... Как можно помнить что-то после такого... Любви он выдумал учить её, развратник! Как можно научить любви? Или есть она, или нету... А все эти телодвижения... Зачем они, если сердце молчит?..
Ей точно не нужны такие. И любовницей высокородного декана ей быть тоже не с руки. Пустой он. Одинокий. И одиночество своё хранит, как зеницу ока. Пусть хранит...
Домовой предупредил Ильгу. И ректора. Поэтому, когда бледный и взмыленный Лавиль прибежал к нему, чтобы он помог в поисках Нелли Тал, старый маг только развёл руками:
– Устала, девушка. Чего уж!.. Есть от чего устать!.. Домой отправилась. Но завтра к занятиям будет.
Смотрел на встрёпанного Дамиана, подняв брови. Пока до того не дошло, что его послали с его расспросами... Скажем так... вон. Дошло. Лавиль побледнел ещё сильнее, выскочил из кабинета ректора. Ещё и дверью грохнул напоследок. Такое себе "наше вам" получилось. А старик и не обиделся. Усмехался только...
Нел, и правда, обрела в академии тот самый "дом". Только своё место, любимое уже сейчас. Где так спокойно и хорошо спится...
***
Декана Лавиля подруги Нел и не называли терерь иначе, чем Ищут. Ильге кличка эта напоминала о ящерицах, которых она, признаться, боялась. У Алики и Айсы были ещё более жуткие ассоциации. Ящур – страшная, гибельная болезнь. Такая же, как и мерзкий маг.
Нел рассказала им. Без подробностей, не вдаваясь в собственные чувства. И не сразу. Неделю она пряталась. Бывала только на занятиях. В столовую не ходила. Подкармливал её Илевей. Дастон, через своих, пытался навести справки о том, что приключилось с Бешеной Нел. Первокурсники универсов с чистой совестью пожимали плечами. Не знают они.
Лавиль действовал прямолинейно. По вечерам таскался в общежитие. Во вторник и в среду девушки были в Гарнаре. В четверг Нел отправилась к ректору. В обход, чтобы не ходить мимо того самого дома. Лавиль явился в общежитие снова и наткнулся... Не на Нел, а на троих её подружек.
Девушки с любопытством и каким-то злорадством смотрели на него. Хоть и здоровались вежливо. Ведьмы и есть! Заразились от рыжей заразы, хоть ни капли той крови не имеют, наверное! Лавилю стало так невыносимо стыдно, что он очнулся вдруг и увидел, что творил в эту безумную неделю...
Он не приходил больше. А подруги вытряхнули из Нел правду. Пусть частичную, но всё же. Она плакала. Они тоже. Жалели её. Пугались. Нет, даже не угроз Дастона, а самого факта, что этот Ледяной Сухарь, как окрестила его Алика, оказывается, способен, если не чувства, так хоть на страсть. Готовились к проблемам...
Лавиль не удивил. Разве что вызвал раздражение. Большинство преподавателей заканчивали тем, что начинали волочиться за студентками... Их можно понять. Юные, прекрасные девушки, полные радости жизни и задора. Взять того же Графтона. Некоторые его шутки, в отношении студенток, бывали крайне странными. И наводили на мысли...
Дома Нел липла к Мэй как-то особенно. Девочка привыкла, что мама скучает и "обнимашки" для неё жизненно необходимы, когда она дома. Но вот это вот, невозможно! Она же не младенец, чтобы сидеть рядом или, ещё лучше, на коленях у мамы, постоянно! У неё лаборатория и книги, тренировки и друзья!..
Йли терпела. А потом взорвалась:
– А хочешь мы изобретём что-нибудь особенное для того, кто обидел тебя?.. Выпил – и, оп!.. Рога! Или хвост!
Нел рассмеялась. Они с дочкой, оказывается мыслят в одном ключе. Вздохнула украдкой. Не помогают рога и хвост. Ни от чего не помогают...
Как бы там ни было, а Нел стало полегче. Ведь принятое решение и данное себе обещание можно назвать этим "полегче"?.. А потому в следующий понедельник она пошла в столовую с ребятами. И на физподготовку. Стала жить прежней жизнью.
Изменилась она сама. Дастон со странной тревогой смотрел на её бледное, ожесточённое какое-то лицо. Неужели он сломал её? Так легко?.. Это пугало и беспокоило его настолько, что избиения Ниса почти прекратились. Почему "почти"? Да потому, что ненормальный нарывался сам. Терять такого "учителя", как Дастон, Ленис был не намерен.
Нел была бледноватой, тихой. Это пугало не только друзей, но и преподавателей. Они регулярно справлялись у неё о здоровье и самочувствии. А магистр Рувих и вовсе опустился до подколок. Он задевал, смеялся и с тревогой смотрел, как вяло она отвечает ему. А чаще молчит. Хмурил брови. Потухает девочка... И что делать?..
Элвин не пытался расшевелить Нел. Он знал больше других и понимал: некоторые раны должны зажить и отболеть. Только потом разумный сможет стать... Нет, таким, как раньше, он не станет. Будет другим... Но живым...
Декана Лавиля не беспокоила Нел. Он сам был таким. В первый раз, когда они столкнулись, он спокойно посмотрел на неё холодными мёртвыми глазами. В которых было то же самое, что и у неё. Брезгливость и презрение.
Глава 46.
Нел пришлось взять себя в руки. Элвин потребовал. «Танцы на площади» нужно провести. Обязательно!.. Обосновал это ректор тем, что лишние силы перед праздниками и зимней сессией академии не помешают. И дату назначил. В Темнейшую Ночь, в двенадцать часов.
Нел с сомнением покосилась на учителя:
– А вас не обвинят в том, что вы организуете шабаши?
Элвин рассмеялся:
– Оставь глупые сказки малообразованным людям! Король Эльдар кто угодно, но не малообразованный или глупый. Да! Мы с ним не любим друг друга. Но!.. Когда ему донесут об этом, он только посмеётся.
Старый маг озабоченно пожевал губами и зачем-то добавил:
– Хоть посмеётся, бедняга. Там, наверняка, во дворце сейчас, как в преисподней. С такой королевой-то!.. Бедный Эльдар! И бедный Лавиль!.. Он скоро падать будет от изнеможения. А всё туда же!.. Не отказывается от нагрузки, хоть и прошу. Загонит себя парень, и что потом?.. Где я себе ещё такого декана возьму?
Ректор ворчал не просто так. Лавиль действительно выглядел ужасно. По-настоящему ужасно. Бледный, вымотанный, похудевший. А всего-то середина декабря! Тянуть ему королеву ещё недели три минимум.
Нел уверена была, что и король выглядит не лучше. Мар волновался за брата. И сам бледнел. Его к королеве не допускали. Она ненавидела его люто. А с теми оскорблениями и проклятиями, какими бросалась Эуфимия!.. Эльдар боялся, что брат может сорваться, услышав, что королева желает его жене и как проклинает её.
Эль "в гости" к Эуфимии не брали больше. Альтея и Эни выдерживали пытку и помогали королеве так спокойно, будто это приятнейшая беседа с другом. Только сейчас мужчины Астарские увидели и оценили как следует выдержку эльфиек. Как те самые магические кристаллы: прозрачные, радужные, но не разбить, не уничтожить.
Нел знала, что девочки совсем не "кристальные". Они тоже уставали и терзались. Тай находила утешение, обнимаясь с мужем. Эни в объятиях фрилла. Мучилась кошмарами. Пила снадобья Гарды. Даже Густ помогал. Ходил теперь спать в комнату к средней Гарнарской. Она кривилась насмешливо, но дверь оставляла приоткрытой. И обнимала фамильяра всю ночь... А потом собиралась в "гости к королеве" спокойная, неубиваемо доброжелательная и безмятежная. Как старшая сестра...
Нел угнетало всё это. Собственные переживания. Страдания родных. И королеве она, как бы там ни было, смерти не желала. И о декане беспокоилась. Хороший он, хоть и легкомысленный. Или сильно раненый. Как посмотреть... Только с подругами она его больше не обсуждала и поносить не позволяла:
– Все мы взрослые люди, со своими взглядами и убеждениями. Он никому свои не навязывает. Никого не обижает. И меня тоже. Ну, не получилось у него. И не надо. Мало ли девиц в Дорме?.. Он отстал. И не вспоминает. А потому, девочки, осуждать его не будем. Ладно? Кто знает, на что окажется способна каждая из нас?
Подруги согласились и тема с Ищутом была закрыта. И хорошо! Да, только не совсем... Знакомое напряжение нарастала в Нел. Она узнавала его. Срыв приближается! И она побежала к двум существам, кому доверяла безусловно.
Элвин покачал головой и посоветовал усилить физическую нагрузку. Нел посмотрела на него отчаянно:
– Куда ещё? У меня две тренировки с универсами в день. В будние дни. И когда домой хожу Хельм гоняет меня лично по вечерам. Это получается уже три тренировки. В выходные надо мной измывается гвардия впридачу к Хельму!
Старичок едва не подавился пирожным и спешно запил его чаем. Каркнул, как осипший ворон:
– Как ты выживаешь и учишься?
Нел отпила из своей чашки:
– Не учусь... Я знаю всё, что мы проходим сейчас. Ещё с детства. Когда мечтала, что поступлю... Так что экзамены я могу сдать хоть сейчас... Кроме практической магии... А тренировки... Я высохла наставник! Стала такой жилистой и лёгкой, как самирские мудрецы, что живут в песках и питаются насекомыми...
Она тоже схватила пирожное. Третье по счёту. Хищно откусила ладный кусок и принялась жевать. Всё время была голодной. Оно и понятно! Столько сил тратит...
Элвин смотрел на ученицу с пониманием. Похлопал по руке:
– Раскачиваешься, дитя моё! Знаешь, сколько едят универсы?
Конечно, знает! Видела друзей... Они не едят. Жрут! И ходят тощие, как жерди. Только мышцы и способны придать им хоть какой-то силуэт. Прекрасный, на самом деле потому, что никакой тяжеловесности. Тонкие щиколотки, талия, стройная шея. Как у Дастона, к примеру. А заучки из универсов выглядят, как те жерди. Скелет обряди в костюм, будет то же. Тем более, что костяк-то мощный!
Нел плевать было, какой жердью или высохшей, как мудрецы, она выглядит. Плевать на усталость. Ей нельзя срыв. Нельзя!.. Тогда неминуемо вызовут Лавиля и он вынужден будет возиться с ней. Как он сможет? Он же ненавидит её! И как сможет она?..
– Как я могу прервать развитие срыва?– сжав зубы рыкнула Нел. "Срыв" в её устах звучал примерно так же, как "враг".
– Никак,– ласково улыбнулся ректор.– Особенно в твоём теперешнем состоянии. Самое правильное было бы расслабиться и радоваться жизни, с благодарностью принимая то, что несёт тебе жизнь...
– Ага! Пока какой-нибудь особо невоспитанный розовый единорог не нагадит мне на голову!..
Нел огрызнулась, как ребёнок. Ректор смеялся, представляя себе этих мифических, или полу мифических единорогов.
Тем вечер и завершился...
Нет! На прощание Элвин вручил Нел кольцо. Небольшое и невзрачное. Как её браслет.
– Прикоснись пальцем к камню и позови меня, дитя моё, если тебя понесёт. Я услышу.
И то хлеб!..
Следующим, к кому пошла Нел был Илевей. Домовой дух был древним существом. Хитрее и умнее, чем прикидывался. Намного умнее!..
Он и дал Нел тот самый практический совет, который нужен был ей. Улыбнулся хитро:
– Помнишь, рыбонька, как Элвин учил тебя с эмоциями справляться и заменять одну другой?.. Так и тут! Как услышишь, что началось, направь силы и злость на что-то весёлое или полезное, или безопасное для других!..
Нел расцеловала старика в приливе чувств. А он зарделся...
***
В скорости Нел пришлось воспользоваться советом Илевея. На самом деле, очень скоро... Какое счастье, что совет подоспел!..
Она не опоздала на лекцию по анатомии. Нет! Но пришла чуть позже, чем обычно. И стала жертвой "розыгрыша"...
На самом деле их, таких, оказалось пятеро. Она явилась последней. И её подхватил самый нерасторопный скелет...
Да-да!.. Иллюзорный, конечно, ведь среди целителей не было некромантов... Но были очень талантливые маги, которые любили дурные шутки. Они и раньше позволяли себе... Но не с таким размахом...
Материализованные иллюзии, совсем как "рога и хвост" Лавиля. Пять довольно достоверных скелетов человека. И звучащая музыка... Задумка была, вероятно, такой: скелеты подхватывают входящих в аудиторию барышень и пускаются с ними в пляс. Все в восхищении. Парни – звёзды потока.
На самом деле, как это часто бывает, вышло совсем наоборот. Одна девушка валялась на полу в глубоком обмороке и скелет растерянно стоял над ней. Вторая была на пути туда и бессильно висела в руках другого скелета, закатывая глаза. Ещё одна бегала по аудитории, пытаясь от скелета убежать. Четвёртая оказалась самой храброй. Она забралась на парту с ногами и защищалась. Сосредоточенно била скелет толстенным томом "Анатомии" по черепу. Что-то там сбивалось у иллюзии. Она застывала на несколько мгновений. Потом снова начинала лезть к студентке и получала новый удар.
Нел была пятой. Самой ненормальной из всех. И самой нестабильной. Парни, увидев её, заверещали:
– Нел! Стой! Мы сейчас всё уберём!.. Стой!..
Было поздно. Для них кричать. Для неё отсрочить срыв. Вот оно, знакомое чувство, когда холодеет внутри... А затем дикий прилив сил и дикой злости... На жизнь...
Сегодня всё усугубилось видом несчастных, запуганных сокурсниц. Или, наоборот, не усугубилось?.. Злость на шутников дала Нел время. Она вспомнила, что Илевей советовал ей... О чём она забыла, так это о том, что не владеет магией и нестабильна. У неё и мысли не возникло, что что-то у неё может не выйти.
Смешно! У неё да не выйдет?.. Ей даже строить заклинание не нужно, чтобы переподчинить скелеты. И приказать им:
– Вы, двое! Укладываем обморочных на столы. Аккуратно!.. Ты, самый удачный, беги, зови лекарей! Молодцы!..
Скелеты справились. Студентки лежали на партах. Один убежал, аккуратно прикрыв дверь, не хлопнул!.. Теперь скелеты смирно стояли и преданно смотрели на Нел пустыми глазницами. Ждали приказаний.
Нел улыбнулась. Покачала головой:
– Испортили они вас, ребята... Поправим?..
Скелеты с готовностью кивнули... И преобразились... Теперь это были готовые пособия по анатомии. Один был "чистым скелетом". По костям второго змеилась нервная система. У третьего – кровеносная. Четвёртый был набит внутренними органами... Пятый получился самым страшным. Был обтянут мышцами. Ни дать, ни взять человек с содранной кожей.
Студенты отпрянули подальше от передней части аудитории, где всё это происходило. Прижались к стенам. Раздались возгласы отвращения. И звуки... Кажется кого-то вырвало. И, похоже, не одного...
Нел было не остановить. Не сейчас! Срыв в разгаре. Да, ещё так весело было позволить "шутникам" сплясать тот танец, что готовили они для других...
Парни, похоже, понимали, что их ждёт. Но, надо отдать им должное. Они не прятались от судьбы за спинами невинных. Готовились принять судьбу с достоинством.
Нел тоже готовилась. Спросила скелетов:
– Вы, кстати, кто? Парни? Девочки?.. Ах, девочки!.. Вас то нам и надо!
Теперь Нел театрально щёлкнула пальцами и каждый скелет обзавёлся веночком на голове. Разного цвета... Выглядело жутко...
Теперь Нел смотрела на шутников. Хищно улыбалась:
– Ну? Приглашайте своих дам, кавалеры!.. Стесняетесь?.. Ладно! Будем считать, что у нас сейчас белый танец!
И под сводами аудитории грянул вальс. Бравурный и торжественный. Не хуже, чем в королевском дворце... Скелеты похватали своих партнёров. Кого успели... Двое счастливцев ушли от судьбы. Юркнули под столы... С другой стороны, им бы дам не хватило...
Что это был за танец!.. Торжественный и стремительный. Томный и нежный. Нужно отдать парням должное. Они принимали наказание мужественно и споро перебирали ногами, не мешая скелетам себя вести.
Кого-то снова вырвало. Кто-то сдавленно застонал:
– Не могу больше!..
Нел, не отвлекаясь от своих забав, посоветовала:
– Положите его на пол, ребята. Кому там плохо. Да не в рвоту! И чтобы голова низко была... Водичкой оботрите. Мы уже почти всё. Ещё пара минут... Вальс завершится и я развею наших дам!
– Ни в коем случае! Не смей! Я в жизни не видел таких...
Магистр Завель, один из самых старых преподавателей академии сбросил чары отвода глаз и кинулся к Нел:
– Девочка моя, притормози-ка своих... дам. Думаю, молодые люди осознали уже... И осознают ещё не раз. Ведь довести до обморока девушек – это не простая шалость! Будут наказаны. Как же без этого!
Нел послушалась. Дамы остановились и выпустили кавалеров из своих цепких объятий. Встали рядом с Нел, словно защищая. Старичок восхищённо рассмеялся:
– Псевдо разумные, материализованные иллюзии! Сто лет таких не видел! Нет, наверное, триста... Ладно, не суть... Главное то, что таких подробных и достоверных иллюзий я не видел никогда! Я, ещё, когда увидел твои фокусы там, на площади, понял, что ты сильна, моя девочка... Но вот это – шедевры... И органы, как настоящие! И мозг можно рассмотреть! Через глазницы!..
Кого-то вырвало. Похоже, кого-то нового. Потому что парень с непривычки страдальчески застонал. А преподаватель философски заметил:
– Привыкайте, мои милые. Иначе, какие же вы будете целители?.. Вот разворотит кому-нибудь живот магзарядом. У него внутренности наружу, а вы в обмороке рядом с ним, что ли?..
Гробовое молчание повисло в аудитории. Ребята, похоже, прикинули свои перспективы и испугались...
А старик ухватил Нел за руку, потряс её, и как ребёнок заглянул ей в глаза:
– Ты ведь сможешь их поддерживать? А?.. С таким-то резервом? И нужно-то будет только раз в две недели забежать! Пусть хоть до лета "поживут"!..
Нел смутилась:
– Не знаю, выйдет ли у меня... Вы же видите, что я нестабильна...
Старик грозно сдвинул брови:
– Пока я вижу только то, что ты не уверена в себе. Вот что! А знания у тебя уже где-то на уровне магистра, если не ошибаюсь... А я не ошибаюсь, дорогая! Столько вас, желторотых навидался!..
И тут же хитро улыбнулся:
– Раздражение я тебе смогу устроить каждый раз, поверь. Раз уж оно помогает тебе раскрываться!..
Нел зависла. А ведь, и правда, помогает! И как это магистр заметил?.. А он, оказывается, заметил не только это. Но сначала переспросил:
– Ну, что? Будет мне подпитка?.. Вернее, им?..
Нел растерянно кивнула. Магистр просиял:
– Вот так и рождаются любимчики, друзья мои! Не из-за красивых глаз или льстивых речей. Ум, талант, непредвзятость,– вот что имеет значение для преподавателя!.. Ты Нелли Тал получаешь автомат по экзамену потому, что по твоим творениям видно, "как" ты знаешь мой предмет. Я получаю прекрасные пособия, которые не только наглядные и достоверные, но и напугать могут нерадивого студиуза...
Магистр сделал паузу и указал на вернувшийся скелет:
– Ну, вот! Посмотрите! Какая разница! Ну, ка, девочки встаньте рядом... Видите теперь разницу в знаниях студентов?.. Это крошку мы тоже оставим, к слову. В пример того, как нерадивость в учёбе способна испортить существование!.. Да, милая, я вижу, что одна нога у тебя короче... И как ты умудрялась бежать?.. Героиня!
