Текст книги "Академия Кроувилл. Искушение для ректора (СИ)"

Автор книги: Наталья Гордеевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 64

От удивления у меня чуть не открылся рот, но я вовремя сцепила зубы. Габриэль смотрел так пристально, будто пытался прочитать мои мысли.

– Почему ты спрашиваешь? – спросила я, чуть запинаясь. – У тебя же брачный контракт есть, сам говорил, что все давно решено.

– Говорил, – согласился он. – Но давай представим, что его не было. Какой будет твой ответ?

Мысли вихрем пронеслись в голове. Какой тут может быть ответ после всего случившегося?

Я потупила взгляд, уставившись на свою руку, которую он удерживал на своей груди. Щеки начали предательски теплеть, а пальцы дрожать.

– Даже не знаю, – задумчиво проговорила я. – Видите ли, господин ректор, один невыносимый тип уже числится у меня в женихах, поэтому вы как-нибудь разберитесь между собой. Но только осторожней, говорят, что опасен! Может и клюнуть.

Я едва удержалась от улыбки, увидев, как он сначала нахмурился, а потом закатил глаза и рассмеялся.

– Шутница тоже мне, – проворчал он притворно сердито. – Я тут ей предложение делаю, а она шуточки шутит. В могилу меня сведешь раньше времени. Так какой твой ответ, крошка Лили?

– Конечно же, да, – выпалила я, зажмурившись.

Как будто в воду холодную прыгнула. Его руки тут же с силой обвили меня так, что кости почти затрещали. Я припала к его груди, чувствуя себя самой счастливой на свете.

Габриэль звонко чмокнул меня в макушку, отпустил и достал что-то из кармана брюк.

– Протяни руку, – хрипло прошептал он.

Сделав то, что он просил, я с изумлением увидела, как он надевает на мой безымянный палец золотистое колечко, усыпанное крошечными прозрачными кристаллами. Почему-то слезы навернулись на глаза, а в груди защемило. Теперь я официально его невеста!

– Оно прекрасно, – только и смогла выдавить я, неромантично шмыгнув носом.

– Когда ты плачешь, я начинаю чувствовать себя злодеем, – проговорил он, целуя мою ладонь. – Не плачь, все хорошо.

Я кивнула, любуясь кольцом. Оно идеально подошло по размеру и выглядело роскошно.

– Я хочу жениться на тебе как можно скорее, так что выбери уже дату наконец, – потребовал он. – Иначе я утащу тебя в городскую мэрию прямо сейчас и добьюсь того, чтобы брак зарегистрировали немедленно. Меня вполне устроит скромная церемония.

Я прикусила губу, обдумывая подготовку к свадьбе.

– Надо составить список приглашенных, выбрать платье, костюм, банкетный зал, – начала перечислять я. – А все это очень дорого, между прочим. Точно не для моей зарплаты.

Он притянул меня к себе и со сталью в голосе отрезал:

– Две недели, крошка Лили! Это максимальный срок, на который я согласен.  Деньги – не проблема, бери сколько хочешь, у тебя будет полный доступ к моим счетам. Наймем свадебного распорядителя. Кларисса, уверен, с радостью поможет.

Мои возражения он заглушил жарким поцелуем.

Через полчаса я стояла у дверей кухни, обмахивая лицо, чтобы сошла припухлость с губ.  Не терпелось поделиться новостями с Клариссой, но представать перед ней в таком виде было неприлично. Одернув платье и успокоив дыхание, я вошла.

Кларисса сразу поняла, что что-то случилось. Она оторвалась от своих тетрадей, в которых делала записи, и с тревогой в голосе произнесла:

– Лили, в чем дело? Почему у тебя такой вид, будто ты привидение увидела? С господином ректором все хорошо?

– Кларисса, мне, то есть нам, потребуется ваша помощь. Вы же не откажете? – выпалила я.

Кларисса ответила с недоумением в голосе:

– Конечно, помогу, но в чем именно?

Я протянула ей руку, показывая кольцо на пальце. Она ахнула, прижала руки к щекам и заулыбалась.

– Ну наконец-то, Лили, какая радость! – воскликнула она, обнимая меня. – Разумеется, вы полностью можете на меня рассчитывать! А теперь расскажи, как господин ректор уговорил тебя надеть колечко на пальчик, а потом обсудим подготовку.

Она усадила меня за стол, принесла чашки, чайник и сладкие булочки и приготовилась слушать.

Через час у меня уже гудела голова от количества вопросов, которые было нужно решить, чтобы свадьба состоялась.

– Составь список, кого вы хотите пригласить на торжество, – сказала Кларисса, доставая лист бумаги и протягивая мне. – Запиши, кто будет с твой стороны, а господин ректор потом дополнит.

– Я не знаю, кого мне приглашать, – призналась я, почувствовав себя одинокой.

– А как же твой отец? И мачеха? Неужели ты их не позовешь?

Глава 65

– Не знаю, – задумчиво проговорила я, – это же они подписали тот злополучный контракт, не спросив моего мнения.

– Ты сердита на них, – участливо вздохнула Кларисса, – но все ведь закончилось хорошо! Стоит ли и дальше держать обиду?

Я пожала плечами. Конечно, мне до сих пор было очень обидно! Это повезло, что женихом по контракту оказался именно Габриэль, а не кто-то другой.

– Подумай хорошенько, – продолжила Кларисса, – к алтарю невесту ведет отец. Не лишай его такого счастья – выдать дочку замуж!

Она улыбалась так ласково, что на душе потеплело. Интересно, как там папа поживает? А сестры?

– Спасибо! – я искренне обняла Клариссу.

Она похлопала меня по спине, и я направилась в библиотеку. Работу с меня никто не снимал.

Следующая неделя прошла в головокружительном хороводе событий.

Мы ездили с Клариссой в город выбирать зал для торжества, свадебный распорядитель путался под ногами, требуя согласовать цвет ленточек на букете, обивку стульев и еще много всего, что казалось мне какими-то несущественными мелочами.

Я перемеряла сотню, если не больше, разных платьев: от обилия кружев и разных тканей всё слилось в одно и перестало отличаться друг от друга.

Кларисса не давала мне ни минутки передышки, требовательно заставляя меня продолжать выбирать.

Габриэль все это время тоже был постоянно чем-то занят: то проводил собрания с деканами, то гонял студентов на стадионе, то куда-то уезжал с хмурым видом.

Эйден и Патрик его постоянно поддразнивали по поводу свадьбы, отчего он огрызался, запирал их барьером в самых неожиданных местах, где они хохотали почти до слез, а мне приходилось вмешиваться и требовать прекратить произвол.

Правильно говорят, что взрослые мужчины остаются в душе подростками-хулиганами.

В академии, кажется, абсолютно все знали о предстоящем мероприятии: преподаватели разглядывали меня с интересом, слово пытаясь, угадать, что во мне такого особенного.

Я старалась не обращать на это внимания и проходила мимо с гордо поднятой головой.

Лишь в библиотеке мне удавалось скрыться от любопытных взглядов и немного отдохнуть, разбирая книги.

Господин Кларанс настойчиво пытался освободить меня от этого занятия, приговаривая, что нечего будущей жене ректора надрываться на работе.

Я отмахивалась и продолжала приходить, чтобы спрятаться и побыть в покое.

От его выражения «жена ректора» по спине всякий раз пробегали мурашки: я никак не могла поверить, что это он про меня!

Только по вечерам, лежа в кровати, я трогала кольцо на пальце – живое свидетельство того, что я скоро выйду замуж, и все равно мне казалось это чем-то несбыточным.

В один из вечеров, когда я возвращалась к себе в комнату после ужина, меня перехватил Габриэль и увлек в свой кабинет.

– Ты устала, – мягко проговорил он, обнимая меня. – Нервничаешь?

– Конечно, – призналась я, с удовольствием нежась в его руках, – я же не каждый день замуж выхожу. Да и срок такой небольшой, много всего нужно успеть.

– А я дождаться не могу, – хрипло ответил он, глядя мне в глаза и поглаживая по щеке. – Все мне кажется, что ты снова вот-вот убежишь и мне придется кидаться в погоню.

– Не убегу, – ответила я, улыбаясь, – если только свадебный распорядитель не добьет меня своими вопросами, и не придется прятаться от него в лесу.

– Ты решила, кого пригласишь? – внезапно он поменял тему. – Твоя семья приедет?

– Я отправила им приглашение, – нехотя ответила я. – Уже представляю, как мачеха выскажет мне за мой неудачный побег. И будет припоминать потом еще лет десять. А твои родственники?

– Приедут мама и младший брат, отца давно нет, – его глаза чуть погрустнели, но тут же загорелись. – Ну и придут все те, про кого ты читала в досье.

– Понятно, – проворчала я. – Вся ваша пернатая компания соберется. Обещай, что ничего не натворите.

Он засмеялся и прикоснулся к моим губам в легком поцелуе, который плавно перерос в жаркий и жадный.

Габриэль с трудом его прервал и хрипло прошептал, зарываясь в мои волосы:

– Не могу дождаться, когда ты наконец станешь моей. В полном смысле.

Я чуть напряглась, он сразу же заметил это и тихо произнес:

– Не надо смущаться, Лили. В этом нет ничего постыдного. Это физическое выражение моей любви к тебе, только и всего.

Я кивнула, чувствуя, что пока не готова говорить о подобных вещах вслух. Хотя и сама таяла в его руках от нежных поцелуев, не желая, чтобы они заканчивались.

– Кстати, у меня для тебя есть послание от кое-кого, – проговорил он внезапно серьезным голосом. – Несмотря на то, что произошло однажды, думаю, что тебе стоит это услышать. Хотя бы для того, чтобы навсегда закрыть этот болезненный вопрос.

– Послание? От кого? Какой вопрос? – с недоумением спросила я.

Он внимательно посмотрел на меня и покрепче сжал в объятиях:

– От Кевина.

Глава 66

– Что? – я не смогла сдержать возгласа. – Как? Откуда ты…? Я имею в виду, с чего бы вдруг?

Габриэль продолжил:

– Скажем так: мы встретились и поговорили. А потом он попросил передать тебе небольшое письмо. Ну а я не увидел в этом ничего плохого.

Ну да, конечно, так все и было. Случайно встретились на улице и мило поболтали.

– Признавайся, – потребовала я. – Говорил ты, а Кевин свисал вниз головой из окна? И писал под твою диктовку?

Он рассмеялся и достал из кармана сложенный лист бумаги.

– Не совсем так, но мне нравится ход твоих мыслей, – проговорил он, протягивая мне письмо. – Я объяснил ему кое-что, и он меня понял. Это главное. А писал сам, без моей помощи. Но, каюсь, что прочитал. Не мог же я передать тебе незнамо что.

Я присела на стул и трясущимися руками развернула записку. В груди возникло тревожное чувство, будто снова надо мной нависла какая-то угроза. Но ведь Габирэль здесь, а значит, все в порядке.

«Дорогая Лили!

Я бесконечно виноват перед тобой и не думаю, что ты когда-то найдешь в себе силы, чтобы простить меня. Ты вправе меня ненавидеть. Твой жених сообщил мне, что вы скоро поженитесь. Я желаю тебе счастья. Надеюсь, что когда-нибудь ты все-таки сможешь меня простить. Навеки твой, Кевин».

Руки опустились и письмо упало на пол.

– Спасибо, – шепнула я, возвращаясь в объятья Габриэля. – Ты прав, мне это было нужно. В истории с Кевином наконец-то поставлена точка.

Он погладил меня по голове и тихо произнес:

– Я так и подумал. Теперь иди отдыхать, а я еще поработаю.

Улыбка расплылась сама собой, я приподнялась на цыпочки и чмокнула его в щеку, после чего ушла к себе.

Оставшаяся неделя прошла в еще большей суматохе, чем предыдущая.

Кларисса внезапно потребовала, чтобы невеста, то есть я, проживала отдельно от жениха, и мы с ней переехали в квартиру Габриэля в Греймуне.

Там действительно было спокойней, без взглядов и перешептываний. Хотя я была уверена, что ни о чем плохом никто не говорил, но нервы и так были натянуты, как струны.

Я страшно переживала по поводу предстоящий свадьбы. Кларисса всегда была рядом и терпеливо объясняла, что все невесты трясутся перед этим днем и сомневаются во всем подряд.

Свадебное платье висело в шкафу, и я иногда украдкой на него смотрела. Оно было тяжелое, из белой парчи с серебряными нитями, с кринолином, небольшим шлейфом, корсетом и длинными узкими рукавами. К нему прилагалась вуаль: нежная воздушная, с кружевной отделкой.

В ночь перед свадьбой я и вовсе не смогла уснуть, ворочаясь с боку на бок. Рано утром пришла мастерица по прическам и аккуратно уложила мои волосы: пряди от лица убраны наверх и заколоты шпильками со сверкающими кристаллами. Оставшиеся волосы были завиты в легкие локоны и оставались распущенными.

Кларисса хлопотала вокруг меня, причитая, что мы ничего не успеваем.

– Без нас вряд ли начнут, – дрожащим голосом проговорила я, пытаясь умерить ее пыл.

– Ты выглядишь, словно принцесса, – всплеснула руками Кларисса и вытерла слезинку.

Она помогла мне облачиться в платье и приколола вуаль.

Из зеркала на меня смотрела хрупкая девушка в роскошном платье, с огромными глазами и бледной, словно светящейся кожей. Локоны красиво рассыпались по спине, а кристаллы в прическе таинственно мерцали.

– Экипаж прибыл! – вскричала Кларисса и принялась выталкивать меня из квартиры. – Осторожно, не наступи на подол!

По дороге в ратушу, где проводили свадебные церемонии, я почти искусала себе все губы от нервов. Все казалось сном, будто я вот-вот проснусь, и суровая реальность надо мной посмеется. Сердце колотилось в груди с предвкушением, мурашки бегали по коже и пальцы едва заметно дрожали.

В комнате невесты рядом со свадебным залом меня встретил отец. Неловко кашлянув, он подал мне согнутый локоть и тихо произнес:

– Ты такая красивая, дочка! И я очень рад тебя видеть!

Я сглотнула комок в горле, цепляясь за его руку, и совершенно искренне ответила:

– И я рада видеть тебя, папа!

– Начинаем, начинаем! – тарахтела Кларисса, сунув мне в руки букет нежных цветов.

Двери в зал распахнулись, заиграла торжественная музыка и мы плавно вошли внутрь.

Я никого не видела вокруг, мой взгляд был прикован к темной фигуре, стоявшей рядом со свадебным регистратором в белых одеждах.

Габриэль был красив до умопомрачения: снова весь в черном, но на этот раз в костюме, на груди был приколот крохотный бутон белой розы. Волосы убраны в низкий хвост, а ярко-серые глаза будто прожигали насквозь.

Я вложила свою дрожащую ладонь в его протянутую руку и почувствовала себя уверенней.

Речь свадебного регистратора я плохо запомнила. Опомнилась лишь, когда он обратился ко мне:

– Согласны ли вы, Лили Беннет, взять в законные мужья Габриэля Райса?

И в наступившей тишине мой голос прозвучал неожиданно громко:

– Да.

Такой же вопрос был адресован и Габриэлю, ответ на который он выпалил без заминки:

– Да.

– Объявляю вас мужем и женой! – умильно произнес регистратор, захлопывая свою папку. – Можете поцеловать невесту.

Габриэль рывком притянул меня к себе и прежде, чем прикоснуться губами, жарко произнес рядом с ухом:

– Вот и все, крошка Лили! Теперь ты моя!

Глава 67

Я стояла рядом с Габриэлем, принимая поздравления от гостей, и голова шла кругом. Какие-то мужчины трясли его за руку, похлопывали по плечу и улыбались мне, женщины утирали слезы и громко чмокали воздух у моей щеки.

К своему ужасу я увидела знакомое лицо и немедленно захотела провалиться сквозь землю.

Через толпу к нам проталкивалась мачеха, волоча за собой сестер.

– Дорогая моя Лили, – пропела она, окидывая меня оценивающим взглядом. – Как я рада за тебя, девочка моя! Знала бы ты, каких трудов мне стоило так удачно подобрать тебе жениха!

Я вцепилась в руку Габриэля, который не слышал этих слов, принимая поздравления от какого-то седого господина.

– Я помню, – еле слышно пробормотала я, – кажется, вопрос был только в сумме.

– Не будь неблагодарной, – мачеха растянула губы в улыбке, но глаза оставались холодными. – Помни, что это я устроила твое счастье.

Габриэль закончил пожимать руки и повернулся к нам.

– Матильда, – кивнул он ей приветственно, – мы снова встретились.

– И при каких обстоятельствах, мой дорогой зять! – рассыпалась она льстивым смехом. – Рада, что все так удачно сложилось. Лили упряма и своенравна, не забывайте. Ей не повредит небольшая встряска время от времени.

Габриэль улыбнулся, вот только выглядело это зловеще.

– Моя жена, – он выделил последнее слово, – не нуждается ни в каких встрясках. И она очаровательна. Надеюсь, что вы не станете обременять нас визитами. Отца Лили это не касается.

Его тон был такой ледяной, что им можно охладиться в самый жаркий день. Я благодарно посмотрела на него, заметив, какой злобой перекосило лицо мачехи.

– Живите счастливо, – со злобой выпалила она. – А ты, моя дорогая падчерица, не забывай, что у тебя есть сестры, которым через несколько лет тоже выходить замуж.

Катрина и Мелисса стояли рядом и не сводили жадных глаз с моего кольца.

Меня передернуло. Нет уж, решайте эти вопросы без меня. Я предпочту никогда больше с вами не связываться.

Габриэль потянул меня за собой наружу:

– Дорогая, нам пора, гости скоро прибудут на банкет, нужно поторопиться.

Уже сидя в просторном экипаже с сиденьями, обтянутыми дорогой кожей, я прошептала, любуясь кольцом:

– Я теперь твоя жена, представляешь? Не могу в это поверить! Кстати, как мне теперь представляться? Госпожа Ворон? Ворониха?

Он оглушительно рассмеялся, притянул меня к себе и внезапно стал серьезным. Его ладонь нежно провела по моей щеке, посылая по телу щекочущие мурашки, и легла на затылок. Он наклонился, не своя глаз с моих губ, а я замерла в предвкушении поцелуя.

– Приехали! – громогласно прокричал шофер, останавливаясь у роскошного ресторана.

– Ладно, попозже, – прошипел Габриэль сквозь зубы и помог мне выбраться наружу.

– Кто все эти люди? – и изумлением прошептала я, проходя в зал, полный народа.

Такого количества приглашенных в списках не было! Мужчины и женщины в невероятно красивых нарядах стояли у накрытых круглых столов и встречали нас аплодисментами. Между ними ловко сновали официанты, разнося бокалы. Чуть вдалеке, на небольшом подиуме, расположились музыканты.

– Это друзья моей семьи, – рассеянно проговорил Габриэль. – И несколько человек с работы. И знакомые из числа придворных. И …

– Я поняла, – ошарашенно прошептала я, глядя, как гости рассаживаются по местам. – Я и не знала даже, что у тебя такой широкий круг общения.

– Первый танец молодоженов! – прокричал свадебный распорядитель и музыканты заиграли какую-то нежную мелодию.

Гости притихли, а Габриэль провел меня в центр зала и легко закружил в вальсе. Я же мысленно благодарила учителя танцев в школе для девочек, которую мачеха заставила меня посещать.

– Лили, что-то не так? – требовательно спросил Габриэль, не сводя с меня глаз. – Если ты успела передумать, то несколько поздновато. Свидетельство о браке уже лежит у меня в кармане.

– Нет, – я улыбнулась, чувствуя, как он умело ведет меня в танце. – Просто не ожидала такого размаха.

– Потерпи немного, – уже мягче ответил он, – через пару часов сбежим отсюда.

Музыка затихла и снова раздался гром аплодисментов и одобрительные выкрики.

Уже сидя на своих местах за столом, я с изумлением понимала, насколько влиятелен мой муж при дворе короля. Все хотели нас поздравить лично и толпились в очереди, дамы разглядывали меня с нескрываемым любопытством, а мужчины громко выражали свое одобрение.

Я с честью выдержала это испытание длинной в час, улыбаясь так активно, что щеки заболели.

Габриэль представил меня своей матери, ослепительно красивой женщине лет пятидесяти с небольшим. Она сжала меня в объятьях и расцеловала в обе щеки, приговаривая:

– Дорогая моя девочка, я так рада! Добро пожаловать в семью! Мой сын так долго скрывал тебя, негодник! Мы с тобой обязательно подружимся, вот увидишь!

– У тебя чудесная мама, – прошептала я на ухо Габриэлю, когда та отошла.

– У нее и старший сын ничего так, – с ехидным смешком ответил он. – Младший застрял в своей академии, отрабатывает прогулы, так что приедет попозже.

Наконец официальная часть праздника была окончена, и гости приятно проводили время.

Парочки бродили по залу, угощаясь всевозможными закусками, звучали тосты в нашу честь, музыканты играли одну мелодию за другой, а свадебный распорядитель без сил сидел за колонной и обмахивался каким-то листом.

– Лили, – раздался совсем рядом голос отца. – Я бы пригласил тебя на танец, да колени подводят. Поговори со мной, дочка?

Габриэль понимающе оставил нас вдвоем, папа подсел ко мне, взял мои руки в свои, помолчал и тихо произнес:

– Я ведь понял, что совершил ошибку, когда ты убежала.

Я судорожно вздохнула, стараясь не расплакаться. Раньше мне казалось, что при встрече я смогу потребовать от отца объяснений, но сейчас… К горлу подкатила тоска и желание спрятаться в его объятьях, как в детстве.

– Ты уж не сердись на меня, – он похлопал по моей руке. – Надо было поговорить с тобой, да я поторопился, старый дурак, послушал Матильду. Но все же хорошо вышло, да? Ты же будешь к нам приезжать?

Он чуть сгорбился и только сейчас я заметила, как он постарел. Тонкие морщины прорезались у потускневших глаз и руки едва заметно подрагивали.

– Буду, – выдавила я. – Все хорошо, я не сержусь.

Я обняла его и почувствовала запах одеколона, такой знакомый и родной, что слезы опять подступили.

Отец похлопал меня по спине и громко произнес:

– Поручаю ее вам, молодой человек! Берегите мою девочку. Будьте счастливы, дети!

Габриэль взял меня за руку, ослепительно улыбнулся и сдержанно произнес:

– Непременно!

Отец отошел к веселящимся гостям, а муж жарко прошептал мне на ухо:

– А теперь можно и уходить, крошка Лили. У нас с тобой впереди еще одно дело, к которому мне не терпится приступить.