Текст книги "Грешный король (ЛП)"

Автор книги: Натали Кейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

32. Лулу

– Ты по мне скучала?

Я как раз передавала бокал шампанского симпатичной блондинке, когда справа раздаётся голос, и я сразу напрягаюсь.

Мэр.

Поворачиваюсь к нему и вежливо улыбаюсь.

– Добрый вечер. Что могу предложить?

– Да ладно тебе. Не притворяйся, что мы не друзья. Ты разобьешь мне сердце.

Он выпячивает нижнюю губу, видимо, считая это очаровательным, хотя на самом деле выглядит как идиот.

Мэр молод, ему, наверное, под сорок, и он хорош собой. У него светло-русые волосы, голубые, как океан, глаза и легкая щетина на подбородке. Подтянутый, в отличной форме, и, если честно, я не понимаю, зачем ему этот скользкий флирт. Я уверена, что многие женщины здесь с радостью бы с ним переспали.

Но я не из их числа. Даже если бы у меня не было Роума, самого горячего мужчины на свете, я бы не захотела мэра.

Я не отвечаю. Просто наклоняю голову набок, ожидая его заказа. Сегодня аншлаг: в лаундже ни одного свободного места, бар забит, все столики заняты, и атмосфера была отличной. Люди расслабленные, дружелюбные, никто не переходил границы.

До сих пор.

Этот парень – настоящий подонок.

– Чистый виски? – спрашиваю, вспомнив, что он заказал в прошлый раз, и его глаза хищно сверкают от удовольствия.

Черт. Не стоило этого говорить.

– Видишь? Я так и знал. Да, звучит отлично. Налей себе и садись за мой стол.

Я поворачиваюсь, чтобы взять виски, но неудачно тянусь левой рукой, и бутылка чуть не выпадает из моих рук.

– Ты в порядке? – хмурится Макс.

– Мэр здесь, – бормочу я, и его лицо проясняется. Он оглядывается через мое плечо и кивает.

– Давай я сделаю.

– Я справлюсь, – уверяю его, наливая напиток. – Но не уходи далеко, ладно?

– Я присмотрю за тобой, детка. – Он подмигивает и возвращается к своему заказу, а я тем временем выполняю просьбу мэра.

Он делает глоток, смотрит на меня, а потом причмокивает тонкими губами.

– Отличный виски, Лулу.

– Я буквально ничего не делала, – напоминаю я. – Он прямо из бутылки. Но передам «Макаллану» ваш комплимент.

Поворачиваюсь, чтобы уделить внимание другому члену клуба, но мэр внезапно хватает меня за запястье и прижимает к барной стойке.

– Советую убрать руку, – холодно говорю я.

– Или что? – Он ухмыляется и наклоняется ко мне. – Ты знаешь, кто я такой, девочка?

– Да. Знаю. И мне все равно.

Его глаза становятся ледяными, и я без сомнения понимаю, что, будь мы одни, он ударил бы меня наотмашь. Я хорошо знаю этот взгляд.

Мудак.

– Возьми перерыв на час и пойдем со мной в приватную комнату.

– Ни сегодня, ни в любой другой день, мэр Пирс.

В следующую секунду в деревянную стойку вонзается нож, меньше чем в сантиметре от его руки. Он резко отдёргивается, отпуская меня.

Джулиан.

Мрачный взгляд Джулиана останавливается на мне, и я слегка киваю, подтверждая, что этот тип прикасался ко мне без согласия.

По крайней мере, я думаю, что он именно это и хотел уточнить. Я ещё не настолько хорошо знаю этих мужчин, чтобы читать их без слов, но я рада, что он здесь.

– В этом клубе есть правила, – говорит Джулиан твердым, напряженным голосом, наклоняясь ближе к мэру и заставляя того покрыться испариной. На самом деле, очень интересно наблюдать, как человек переходит от ощущения своей силы к страху. – Никаких прикосновений без согласия.

– Ты все неправильно понял, – говорит мэр, выдавливая из себя смешок. – Мы с Лулу всегда так флиртуем. Это наше дело. Скажи ему, детка.

– Я тебе не детка, – отвечаю, отступая на шаг и замечая рядом Риту и Макса.

– Я уже говорила, – обращается к нему Рита. – Лулу не пойдет с тобой в комнату. Никогда. И с этого момента ты больше не заказываешь у неё напитки.

– Да ладно вам. Вы все ведете себя нелепо. Это был просто безобидный флирт. Она красивая женщина. В чем проблема?

– Проблема в том, что я сказала тебе нет, – отвечаю я. Джулиан кивает, и мне хочется улыбнуться в ответ на похвалу.

Но это длится лишь мгновение.

– Господи, стоит попытаться нормально относиться к обслуге – и у них сразу крышу сносит. Я заплатил за вход, а ты здесь работаешь. Так что, по-моему, я имею право трахать, кого захочу.

– На этом всё.

Джулиан подает знак двум охранникам, и когда они подходят, говорит:

– Проводите мистера Пирса. Ему здесь не рады.

– Эй! Это не твое дело, – выплёвывает мэр почти в лицо Джулиану, который просто смотрит на него в упор.

На его месте я бы не хотела, чтобы Джулиан смотрел на меня так.

– Может, позвонить Роуму? – спрашиваю Джулиана.

– Он сейчас занимается кое-какими делами, – отвечает Джулиан, быстро качая головой, в то время как охрана берет мэра под руки и выводит. – Но с ним сразу же свяжутся.

Рита похлопывает меня по плечу, и я смотрю на ее обеспокоенное лицо.

– Прости, – шепчу.

– Ты не сделала ничего плохого, милая, – кивает она в ответ. – Это он перешёл границу. И ответит за это, даже если он гребаный мэр. Роум об этом позаботится.

По спине пробегает холодок.

Это значит… он его убьет?

Я перевожу взгляд на Джулиана, и, должно быть, вопрос написан у меня на лице, потому что его ответная улыбка не внушает оптимизма.

Она скорее угрожающая.

– Не переживай, – говорит он низким голосом. – Тебе что-нибудь нужно?

– Я в порядке.

Я откашливаюсь, поворачиваюсь к другому посетителю и возвращаюсь к выполнению заказов. Ничто из того, что делал мэр, не вызывало у меня сильного беспокойства, пока он не полез ко мне. Когда он схватил меня за руку, я просто оцепенела. Это та самая рука, за которую хватал меня отец, и я уже ждала той жгучей боли, которая всегда сопровождала это. Мне следовало оттолкнуть его, и я бы это сделала, если бы Джулиан не вмешался. Но на долю секунды тело просто отключилось, и мне это совсем не понравилось.

За последние пару дней я кое-что поняла. Во-первых, мне действительно нужно пройти курс физиотерапии для плеча. Почти уверена, что с помощью физических упражнений и поддержки смогу вернуть себе силу и подвижность.

Кроме того, я бы хотела пройти курсы самообороны. Я верю Роуму, когда он говорит, что больше никому не позволит причинить мне вред. Но я не должна впадать в ступор каждый раз, когда мужчина прикасается ко мне так, как мне не нравится. Я хочу, чтобы срабатывала защитная реакция, даже если я просто оттолкну его и позову охрану.

Мне нужно вернуть уверенность в себе, и думаю, занятия в этом помогут. Может быть, Скарлетт пойдет со мной. Интересно, есть ли что-то вроде таких классов прямо здесь, в зале? Стоит спросить.

Проходит пара часов без происшествий, и мне становится лучше. Джулиан пробыл в баре минут тридцать, а потом ушел.

Обстановка значительно успокоилась, когда члены клуба переместились в игровую или приватные комнаты, и мне очень хочется найти Роума.

Мне нужна передышка. Объятие.

Я старалась сосредоточиться на приготовлении напитков и на том, чтобы наши гости были довольны, но гнев мэра, такой знакомый и пугающий, показал мне, что в глубине души у меня много других шрамов и ран, которых не видно. И я ненавижу своего отца еще сильнее.

Хочу, чтобы руки Роума обняли меня, чтобы я почувствовала себя… в безопасности.

Это делает меня зависимой девушкой? Может быть. Но он хозяин этого места, и мне нужно всего несколько минут.

– Рита, ты не против, если я ненадолго отлучусь к Роуму?

Она улыбается.

– Вовсе нет. У нас все под контролем. Можешь уйти на час, если хочешь.

– Не знаю, понадобится ли мне столько времени, но спасибо.

Развязываю фартук, складываю его и убираю в ящик до возвращения, затем направляюсь к лифтам.

Но когда подхожу к его кабинету, Роума нет, и у двери никого из охраны.

Я вздыхаю, плечи сами опускаются. Достаю телефон из кармана черного платья и решаю написать ему.

Если бы он не хотел, чтобы я с ним связывалась, он бы не дал мне свой номер, верно?

Сообщение доставлено. Я секунд тридцать смотрю на экран, но ответа нет. В конце концов убираю телефон обратно в карман и спускаюсь на первый этаж.

Прежде чем вернуться в бар, я поворачиваюсь к роскошным дверям, ведущим в игровую комнату. Может быть, он там, проверяет, как идут дела, и не слышит телефон?

Глубоко вдохнув, чтобы набраться смелости, я открываю дверь и вхожу внутрь. Меня сразу же оглушает музыка и шум голосов.

Я оглядываюсь по сторонам, но Роума не вижу. Зато замечаю, как Джулиан сидит на диване, а женщина стоит перед ним на коленях и с энтузиазмом делает ему минет. Он сжимает ее волосы в кулаке, направляя ее движения вверх и вниз по его члену, а я отворачиваюсь.

Мне не очень хочется смотреть, как занимаются сексом друзья Роума.

Инстинктивно направляюсь туда, где тот же мужчина, что и прошлой ночью, снова орудует веревками, но на этот раз над другой женщиной.

Шибари.

Даже название звучит сексуально.

Мужчина слегка улыбается мне, а затем снова полностью сосредотачивается на своей партнерше. Я скрещиваю руки на груди и наблюдаю.

33. Роум

Это пришло двадцать минут назад.

Я беру паяльную лампу с верстака в камере. Люк удивленно поднимает брови.

– Уже?

– Я ей нужен, – говорю я, включая лампу. – Так что его время только что сократилось.

Мужчина всхлипывает и трясет головой.

– Да ладно тебе, босс, – умоляет Рокки, по его лицу течет кровь из того места, где раньше было ухо. – Клянусь, я не знал.

– Ты не знал, – киваю, обдумывая его слова. – Ты украл у меня сто тысяч и не знал, что для меня это проблема?

– Они были фальшивые, – говорит он, а я качаю головой, будто не могу поверить, насколько он туп. – И я собирался всё вернуть.

– Как? Напечатав еще на моих же гребаных принтерах?

Я подставляю паяльную лампу под его босую ногу и слушаю, как он воет. Остальные из его бригады стоят рядом и смотрят – для урока.

Не смейте, блять, воровать у меня.

Я отпускаю их и оглядываю остальных десятерых, которые работают с принтерами. У них каменные лица. Пара человек побледнели, будто их сейчас стошнит, но пока держатся.

– Вот что бывает, когда вы меня предаете, – спокойно говорю им. – Я хорошо плачу всем. Если вам нужно больше, приходите ко мне, и мы поговорим. Потому что если я узнаю, что вы присвоили то, что принадлежит мне...

Я достаю оружие из-за спины, поворачиваюсь и стреляю Рокки промеж глаз.

– Вы умрете. Мучительно.

– Да, босс, – отвечают они.

– За работу! – рявкаю, и они быстро расходятся по печатному цеху.

– Я думал, ты поиграешь подольше, – говорит Люк, подходя ко мне.

– Элоиза ищет меня, – отвечаю.

– Я всё гадал, не расстроена ли она, – говорит он, и я полностью переключаю на него свое внимание.

– С чего бы ей расстраиваться?

– Черт, – говорит он, запуская руку в волосы. – Я думал, Джулиан тебе рассказал.

Мое сердце бешено колотится.

– Лучше бы ты все объяснил, черт возьми.

– Мэр вел себя как мерзкий ублюдок, – Люк тяжело вздыхает. – Не принимал отказа. Джулиан вмешался, выгнал придурка, и я полагаю, ты отзовёшь его членство.

– Немедленно. Она пострадала?

– Нет, он просто схватил ее за запястье, но она этого не хотела, и, как я слышал, на секунду растерялась.

Блять.

– Отвези его на кладбище, – говорю, указывая на Рокки. – Я пойду к ней.

– Понял, – кивает Люк, а я выхожу из камеры, на ходу надеваю пиджак и поднимаюсь на лифте в лаундж.

Когда подхожу к бару, Элоизы там нет.

– Если ищешь свою девушку, то я видела, как она зашла в игровую минут пятнадцать назад, – подмигнув, говорит Рита.

В игровую?

Если кто-то к ней притронется, он – труп.

Сегодня я уже убил человека. Что такое ещё один?

Захожу внутрь и, пока глаза привыкают к полумраку, оглядываю помещение в поисках своего светлячка. Почти обхожу все вокруг, когда замечаю ее.

И ухмыляюсь.

О, детка.

Она стоит, слегка расставив ноги, выставив бедро и скрестив руки на груди, и наблюдает, как Джейсон связывает Бет верёвками. Несмотря на то что Бет хрупкая, он уже проделал с ней серьёзную работу. И по её расширенным зрачкам и учащённому дыханию видно, что Бет полностью погружена.

И мой светлячок в восторге.

Я хочу, чтобы все здесь знали, что она моя. И хочу немного с ней поиграть. Никто, кроме меня, не увидит ее обнаженной, но это не значит, что я не могу заставить ее кончить на глазах у всех.

Подхожу сзади, прижимаюсь грудью к её затылку и обнимаю, притягивая к себе.

– Тебе стоит быть осторожнее, – говорит она, не поднимая на меня глаз. – Мой мужчина может войти в любую минуту. Он довольно страшный. Не стоит его злить.

Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к ее уху.

– Ну всё, Светлячок.

– Что всё?

– Один оргазм ты не получишь.

Она вздыхает и прижимается ко мне, ничуть не обеспокоенная, но я не лгу. В какой-то момент я ей откажу, и с нетерпением этого жду.

Отсрочка оргазма – один из моих любимых фетишей.

Джейсон кивает мне, но продолжает завязывать узлы на бедрах Бет. Узор, над которым он работает, сложный и красивый. Я бы с удовольствием сделал что-то подобное с Элоизой.

– Ты так можешь? – спрашивает она, откидываясь назад, чтобы я могла расслышать ее сквозь музыку в комнате.

– Могу, – подтверждаю я и чувствую, как она резко вздыхает, когда Джейсон обматывает мягкую красную веревку вокруг промежности Бет, чуть в стороне от ее киски. – Тебе действительно нравится.

– Это так красиво, – выдыхает она и накрывает мои руки своими ладонями, прижимая меня к себе. – Веревки разного цвета, и то, как он их завязывает. Это похоже на танец. Хотела бы я, чтобы мои руки могли так же.

Руки Бет заведены за спину, а веревки стянуты петлей от верхней части плеч до запястий, где они связаны вместе.

– Я могу зафиксировать тебя и в других положениях, – шепчу ей на ухо и убираю одну её руку с груди, чтобы провести ладонью вниз по боку и под подолом сзади. Я стою прямо за ней, так что никто не видит её задницу, когда я просовываю палец под нижнее белье и чувствую, насколько она мокрая. – Черт, светлячок, ты просто стоишь здесь, и уже завелась.

– Я не могу отвести взгляд, – признается она, с трудом сглотнув, и я ввожу в нее палец, отчего она издает низкий стон. Музыка играет громко, так что ее слышу только я, но замечаю, что люди начинают смотреть.

Потому что я никогда не играю. Никогда не приводил сюда партнёршу, чтобы трахнуть ее, использовать на ней веревки или поэкспериментировать. Но если мой светлячок заводится, наблюдая за тем, как Джейсон и Бет разыгрывают сцену, я, блядь, собираюсь разделить это удовольствие с ней.

И все, кто это увидит, поймут, что она моя.

– Роум, – говорит она, положив голову мне на плечо, но при этом не отрывая взгляда от Джейсона. Глаза Бет стеклянные, она смотрит прямо перед собой, словно не видит нас. Она настолько под влиянием Джейсона, что сейчас для неё существует только он, и так и должно быть.

– Он прекрасно с ней обращается, – шепчу Элоизе на ухо. – Не торопится, следит, чтобы веревка скользила по ее коже, прежде чем завязать узел. Она вся горит от желания, да?

Элоиза кивает, и я поворачиваю руку так, чтобы дотянуться до ее клитора, отчего она вздрагивает в моих объятиях.

– Видишь, какая она мокрая, Светлячок?

– Да.

– Ее влага стекает по бедрам. Интересно, что именно ее так возбуждает? Ощущение его рук, скользящих по ее коже?

Элоиза выпячивает попку, безмолвно умоляя меня трахнуть ее жестче, надавить на эту волшебную точку внутри ее киски, чтобы она кончила.

И я это сделаю.

Скоро.

– Смотри. Он целует ее плечо. Он целовал ее между узлами вот так, детка?

Она кивает и облизывает губы.

– Да. И трогал ее.

Моя девочка любит прикосновения.

Я прижимаюсь губами к ее шее и начинаю ласкать ее еще усерднее.

– Роум, люди смотрят.

– Хорошо.

Она поднимает на меня широко распахнутые глаза, но в них нет страха или тревоги.

Нет, эти изумрудные глаза полны похоти.

– Я тебя прикрыл, светлячок. Они видят только то, что я позволяю. И я ни с кем не делюсь этой киской.

Она прикусывает губу и снова смотрит на Джейсона, который только что перекинул веревку через живот Бет крест-накрест, оставив пупок открытым.

Я не могу дождаться, когда сделаю это со своим светлячком.

Чем скорее, тем лучше.

Её ногти впиваются мне в руку, сквозь пиджак, а потом она кончает, выжимая из моих пальцев все до последней капли, и я становлюсь твердым как камень.

Когда она заканчивает, я облизываю пальцы, а потом снова обнимаю ее.

Джейсон поднимает Бет на руки и, когда сцена заканчивается, несет ее в отдельную комнату, где он, скорее всего, ее трахнет, а потом окружит заботой.

Джейсон – один из лучших доминантов в клубе.

Элоиза разворачивается в моих объятиях, обхватывает меня за талию и запрокидывает лицо, чтобы я мог её поцеловать.

И я, блядь, с удовольствием это делаю. Подцепив её подбородок пальцем, я накрываю её губы своими, углубляя поцелуй, пока мы оба не начинаем тяжело дышать.

– Вау, – шепчет она. – Я просто хотела обнять тебя.

– Ты в порядке, Светлячок?

– Да. Хотя мэр – придурок.

Я прищуриваюсь.

– Джулиан все уладил.

Позже я поблагодарю друга и попрошу его помочь мне отправить сообщение мэру нашего прекрасного города.

Внезапно Элоиза хмурится и смотрит куда-то позади меня, слева.

– Там что-то не так.

Я отпускаю её, оборачиваюсь, следуя за её взглядом, и вижу, как мужчина отводит руку с кнутом и с треском опускает его на спину женщины.

Она привязана к Андреевскому кресту, спиной вверх, и на ней не меньше дюжины кровоточащих ран.

– Некоторым это нравится, Светлячок.

– Нет, – говорит она, качая головой. – Она что-то говорит. О боже… это Скарлетт.

Элоиза подбегает к кресту и видит лицо Скарлетт.

– Она кричит стоп слово!

Мужчина отводит руку, будто собирается ударить снова, но я вырываю кнут у него из руки и подаю знак охране, чтобы та, блядь, тащила сюда свои задницы.

– Заприте его в камере, – говорю им и понимаю, что это тот самый ублюдок, который на прошлой неделе проигнорировал стоп-слово Бет. Я не понимаю, как он вообще оказался здесь. Лавленд должна была сообщить ему, что его членство аннулировано.

Что за херня?

– Ей нравится! Она не понимает, что говорит, – кричит он, пока его уводят, а я тем временем отстегиваю ремни Скарлетт, пока Элоиза успокаивает ее, убеждая, что теперь она в безопасности.

– Мы здесь, – успокаивающе говорит Элоиза. – Ох, милая, мы здесь. Все в порядке.

– Он не слушал, – плачет Скарлетт, пока я расстегиваю последний фиксатор. Она падает мне на руки, ноги подкашиваются. Стараясь не задевать спину, я поднимаю ее на руки и держу под ягодицы, а она обхватывает меня ногами за талию.

– Обхвати Роума за шею, – говорит Элоиза, помогая ей. – Все хорошо, милая. Теперь все хорошо.

Скарлетт рыдает. Мне не нравится держать на руках обнаженную женщину, которая не Элоиза, но Скарлетт не может идти сама, а ее спина так сильно пострадала, что я не могу ее чем-то укрыть.

– Все в порядке. – В глазах Элоизы блестят слезы. Она бросает на меня взгляд, давая понять, что видит мой дискомфорт, но также знает, что я забочусь о её подруге, и в этом нет ничего сексуального. – Куда мы можем её отнести?

– У нас есть лазарет, – отвечаю я и киваю другому охраннику. – Вызови доктора Асгуд, пусть будет здесь как можно быстрее. Мы будем в лазарете.

– Да, сэр, – он достает телефон.

– У вас есть дежурный врач? – спрашивает Элоиза, и я просто киваю, направляясь к небольшой комнате, которую мы превратили в смотровой кабинет на случай таких моментов или если кому-то из моих людей нужно будет наложить швы.

Внутри три кровати. Я усаживаю Скарлетт на край ближайшей, так что её ноги свисают вниз. Лечь она не может, поэтому я хватаю одеяло и прикрываю ей грудь спереди.

Она прижимает одеяло к себе, все еще плача.

– Я повторяла «бамия» снова и снова. Ненавижу этот чёртов овощ. – Она вытирает слёзы со щёк, размазывая потёкший макияж. – Он не останавливался.

– Ты соглашалась на порку? – тихо спрашиваю я.

– Нет, это не моё, – отвечает Скарлетт, качая головой. – Он спросил, можно ли использовать хлыст и флоггер. Я сказала, что дам сигнал, когда будет слишком, и он согласился.

Ублюдок.

Я присаживаюсь перед ней на корточки и беру ее лицо в ладони. От ярости мое сердце колотится, а по телу разливается жар. Подонок дорого заплатит за то, что сделал с этой женщиной.

– Скарлетт, посмотри на меня. Мне так чертовски жаль, милая. Этого не должно было случиться с тобой.

Она качает головой и снова начинает плакать.

– Я разберусь с этим. Я вызвал врача, он о тебе позаботится.

Ее губы дрожат, но она кивает.

– Спасибо, мистер Александер.

– Не стоит меня благодарить. Моя работа – следить за тем, чтобы ты была в безопасности, и сегодня я тебя подвел. Больше такого не повторится.

Я целую ее в макушку, встаю и отвожу охранника в сторону.

– Майкл, – говорю ему. – Сообщи Рите, что Элоиза не доработает смену, и отведи её наверх, в пентхаус. Когда придёт врач, проследи, чтобы её сразу провели к Скарлетт и у неё было всё необходимое. Держи меня в курсе того, что здесь происходит.

– Да, босс, – кивает Майкл. – Если кто-нибудь спросит, где ты будешь?

– В камере, – я поворачиваюсь к нему. – И ещё: пусть мне принесут кнут.