Текст книги "Грешный король (ЛП)"

Автор книги: Натали Кейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)

– Ни за что, – он трется носом о мой. – Мне нравится, когда ты со мной разговариваешь, детка.

Хорошо, потому что я не могу перестать рассказывать ему обо всем.

– Скарлетт уже поднимается, – сообщаю ему. – Просто хотела предупредить тебя.

Он смотрит на часы, потом хлопает меня по заднице и помогает встать.

– Мне нужно подготовиться к работе. Мои люди скоро будут здесь.

– Хорошо, что я приготовила столько еды.

– Тебе не нужно кормить всех, Элоиза.

– Нужно? Нет. Хочу ли я? Да. Ты собираешься мне запретить? – Я упираюсь руками в бока и ухмыляюсь, а он рычит себе под нос и запускает руки в волосы.

– Похоже, я мало в чём могу тебе отказать. Но я не хочу, чтобы они к этому привыкали. Я не собираюсь делить тебя со всем чёртовым зданием.

Я смеюсь и провожу рукой по его груди.

– Конечно, нет.

Раздается звонок в дверь, и я выхожу из кабинета, но внезапно рядом со мной оказывается Роум.

– Проверяй камеры наблюдения, – говорит он, показывая на экран рядом с дверью. – Всегда, даже если кого-то ждешь. И чтобы сюда поднимались только женщины. Моим людям приказано стрелять в любого мужчину на месте.

– Это… безумие. К тому же это всего лишь Скарлетт.

– Вот здесь я настаиваю. Всегда проверяй камеры, Элоиза. Ты меня слышишь?

– Ладно, слышу. Как это сделать?

Он показывает мне, какие кнопки нажимать, и на экране появляется изображение коридора. Конечно же, там стоит охранник, которого мы видели раньше, и Скарлетт.

– Видишь?

– Никогда не открывай дверь, не проверив. Я совершенно серьезно.

На его лице нет и тени улыбки.

– Обещаю, Роум.

Он кивает и открывает дверь. Скарлетт встречает нас с широкой улыбкой, но, увидев Роума, та слегка меркнет. Видно, что подруга нервничает.

– О, привет, мистер Александер.

– Добро пожаловать, – говорит он, жестом приглашая ее войти. – Надеюсь, вы хорошо проведете вечер. Я забронировал для вас двоих спа-процедуры на сегодня, начиная с восьми.

Мы обе в шоке смотрим на него.

– Ты правда это сделал?

Черт, да этот мужчина просто душка.

– Да. Наслаждайтесь. Побалуйте себя.

Он целует меня в макушку, кивает Скарлетт и поднимается наверх.

– Черт возьми, – шепчет она мне. – Во-первых, я никогда не видела его таким. Во-вторых, он поцеловал тебя у меня на глазах.

Я прикусываю губу и ухмыляюсь.

– И в-третьих, он приглашает нас в спа!

Я смеюсь, беру ее за руку и веду на кухню.

– Лучшая вечер в жизни, – говорю ей, протягивая брускетту. – Вот, попробуй сначала это и скажи, что думаешь.

– О боже, как вкусно пахнет! Я чувствую запах брауни?

– Он в духовке, на десерт.

– Что ещё ты готовишь? Покажи мне всё.

Я трачу десять минут на то, чтобы показать ей соус, пасту, хлеб и все то, над чем я потела сегодня днем.

– Ну, правда, съешь и скажи, вкусно или нет.

Она откусывает брускетту и закрывает глаза.

– Выходи за меня. Бросай этого привлекательного богатого парня и выходи за меня, Лу.

– Я всё слышал, – говорит Роум, заходя на кухню и поправляя галстук. Он накидывает пиджак на спинку стула и берет себе брускетту.

– Ты поймешь, когда попробуешь, – уверяет его Скарлетт, ничуть не смущаясь.

Она выглядит очаровательно в узких джинсах и свободном чёрном свитере, спадающем с одного плеча. На ней кружевной голубой бюстгальтер, а волосы собраны в высокий хвост, открывая чистое лицо. Макияжа нет и в помине.

По-моему, она великолепна.

Роум откусывает и переводит взгляд на меня.

– Вау.

– Ладно, ребята, вы просто тешите мое самолюбие, – я раскладываю пасту по тарелкам и раздаю всем. Этот соус – моя гордость. – Угощайтесь.

– Мы не можем пойти в спа, – говорит Скарлетт с набитым ртом, качая головой. – Нам придется провести вечер в спортзале, потому что я съем всё это. О боже. Ты что, шеф-повар или типа того?

– Я ходила на кулинарные курсы. – Пожимаю плечами и смотрю на Роума, который жует, не отрывая от меня взгляда. – И у нас дома была отличная домработница и кухарка. О, и я приготовила домашнее ванильное мороженое к брауни.

Глаза Роума сужаются.

– Что не так?

– Абсолютно ничего.

Я наклоняю голову набок, но прежде чем успеваю что-то спросить, в дверь входит Люк, за ним следуют Джулиан, Матео и Карсон, а также, как я понимаю, их заместители.

Пентхаус внезапно наполняется огромными, устрашающими, опасными и красивыми мужчинами, вооруженными до зубов.

– Охренеть, – говорит Люк, оглядываясь по сторонам.

– Берите тарелки, – говорю я. – Тут на всех хватит.

Я перечисляю, что есть на столе, и никому не приходится повторять дважды. Роум выглядит раздраженным.

– Не привыкайте, – ворчит он. – Она не собирается кормить вас, придурков, каждый раз.

– Ого, красотка-барменша, – подмигивает Карсон. – Ты сделала это для меня?

– Не для тебя, – отрезает Роум, и я смеюсь.

– Но сделала это я, – подтверждаю.

Замечаю, что Скарлетт притихла, и, обернувшись, вижу, что они с Люком смотрят друг на друга. Напряжение между ними ощутимо.

И притяжение явно взаимное.

– Он не отравлен? – спрашивает Матео, глядя на соус.

– Это ты тут всех травишь, – возражаю я, вздернув подбородок.

Остальные смеются, а Роум подмигивает мне.

– Черт, я переезжаю сюда, – говорит Карсон. – Бросай его, красотка. В постели я лучше.

– Я тебя прикончу, черт возьми, – рычит Роум, но Карсон лишь смеется и хлопает его по спине.

Их отношения завораживают. Они явно хорошие друзья и шутят друг с другом. Это совсем не похоже на то, что я видела в доме отца.

Но, с другой стороны, мой отец никому не нравится. И уж точно у него нет друзей.

Я замечаю, что Джулиан и Матео продолжают смотреть на меня холодно и недоверчиво, и не могу сказать, что меня это удивляет. Роум знал, кто такой Сальваторе Риццо, а значит, и они в курсе. Я для них чужачка, слишком близко подобравшаяся к их другу, и, конечно, они ждут от меня худшего. Мой отец никому не доверял, так что, полагаю, это обычная черта для таких людей. И все же я испытываю глубокое чувство… облегчения. Несмотря на терзающие сомнения, Роум много для меня значит. Я могу представить, как остаюсь, живу здесь с ним. В этой жизни – какой бы опасной она ни была. А эти мужчины? Они прикроют Роума любой ценой, и это важнее, чем то, нравлюсь ли я им.

Надеюсь, я смогу доказать им свою преданность... и, может быть, завоюю их расположение через желудки.

– У меня есть брауни и мороженое, – объявляю, вставая, чтобы достать все необходимое для десерта.

– Мы уходим, – говорит Роум. – Никакого брауни для них.

– Я испекла целую гору, – возражаю я. – Конечно, вы всё это съедите. Нельзя отказывать итальянке, когда дело касается еды, Роум Александер.

В комнате повисает гробовая тишина. Никто не притрагивается к еде.

Все взгляды прикованы к Роуму, пока он смотрит на меня.

Никто не разговаривает с ним так.

У меня внутри все сжимается от предчувствия. Я перегнула палку? Может, мне стоит быть более покорной в присутствии его друзей? Я забываю, что он босс, а здесь его люди и друзья, и просто нарываюсь.

Черт, я не знаю, что делать!

Но губы Роума растягиваются в полуулыбке, он подходит ко мне и целует в лоб.

– Вы слышали мою итальянку. Ешьте.

– Прости, – шепчу так, чтобы слышал только он. – Я не хотела грубить тебе в их присутствии.

– Все в порядке, Светлячок, – он ухмыляется и тянется за брауни. Добавляет сверху мороженое и откусывает. – Чертовски вкусно.

Когда мужчины заканчивают есть, они все улыбаются и машут мне, но я знаю, что никто не посмеет ко мне прикоснуться.

И меня это устраивает.

– Я Спайдер, – говорит крупный лысый мужчина. У него татуировки на лице и пирсинг в губе, но улыбка самая дружелюбная. – Я второй у Карсона. Спасибо за ужин.

– Не за что. Будьте осторожны сегодня вечером, ребята.

Они шаркают к входной двери, но Роум задерживается. Когда все уходят, он заключает меня в объятия – Скарлетт остается единственной зрительницей – и целует как следует.

– Спасибо, – шепчет мне в губы.

– Не за что.

Он отстраняется и направляется к выходу.

– Хорошего вам отдыха в спа, дамы.

И с этими словами уходит. Скарлетт смотрит на меня с открытым ртом.

– Это сейчас правда произошло? – спрашиваю ее.

– Кажется, да, – она тяжело сглатывает. – Хм, у тебя на кухне ужинали все Короли Вегаса.

– Да. Они довольно забавные. И пугающие.

Или, если честно, жуткие. Реакция Скарлетт гораздо естественнее моей. Я что, уже не чувствую опасности?

– И, кстати, Люк по тебе с ума сходит, подруга.

Она моргает.

– Что? Нет.

– Он не мог оторвать от тебя глаз.

– Ни за что. У меня даже сиськи не торчат, и я без макияжа и всего остального.

– Не думаю, что его это вообще волнует. Ты ему тоже нравишься.

Она покусывает нижнюю губу.

– Можно мне еще брауни?

Я смеюсь и накладываю нам обоим.

– Мы можем съесть все, что осталось.

30. Роум

– Твоя девушка умеет готовить, – говорит Карсон, когда мы идем к ожидающим нас внедорожникам.

– Пофлиртуй с ней еще раз, и тебе конец.

Ублюдок ухмыляется.

– Да ладно тебе. Ты же знаешь, я бы ничего такого не сделал. Даю тебе свое одобрение.

Я бросаю взгляд в его сторону.

– Я так рад получить твое благословение. Ну что, готов запугать дерьмового отца моей женщины?

Улыбка сходит с его лица, и на смену ей приходит неприкрытая ярость.

– Всегда готов. Давайте сделаем это.

Мы вчетвером, как обычно, едем в разных внедорожниках. Риццо согласился встретиться с нами, но мы находимся в эпицентре чертовой войны, так что нужно быть готовыми ко всему. С нами едет отряд из сорока человек, и я безоговорочно доверяю каждому из них.

– Наши парни на позициях и готовы, – сообщает мне Люк, когда я сажусь на заднее сиденье своего внедорожника. – Риццо там. С ним восемь человек.

– И это все?

Люк пожимает плечами.

– Похоже на то.

Я качаю головой, чувствуя, как ярость пульсирует в венах, пока я вспоминаю каждое слово, сказанное мне Светлячком ранее на кухне.

Он не просто издевался над ней.

Он, блядь, мучил и истязал её двадцать три года.

Я не собираюсь просто убить его. Это слишком легко для такого куска дерьма. Нет, я оставлю его в живых надолго и заставлю молить о смерти. Но даже после этого я не дам ему покоя.

Ему лучше наслаждаться каждым днём своей свободы, потому что скоро ей придёт конец.

Мы останавливаемся у склада, который используем для подобных встреч. Наши люди уже получили приказ окружить территорию, а пятнадцать человек должны войти внутрь вместе с нами. То, что у Риццо с собой восемь человек, не значит, что он не отдал аналогичные приказы своим.

Мы можем оказаться в эпицентре полномасштабного сражения.

Прежде чем выйти из машины, я проверяю оба своих пистолета и ножи на поясе.

Джулиан, Матео и Карсон уже наготове, когда я присоединяюсь к ним, и мы вчетвером входим в дверь бок о бок.

Риццо небрежно прислонился к ящику, скрестив руки на груди. Его темные волосы зачесаны назад, а взгляд жесткий и расчетливый. Наши люди входят следом за нами.

– Вот вам и «дружеская встреча», – усмехается он.

– У нас не дружеские отношения, – Джулиан берет слово первым. Риццо думает, что мы здесь из-за его нападения на порт Джулиана. Мы не собираемся рассказывать ему о местонахождении Элоизы. – Ты сам об этом позаботился, когда убил моих людей и обокрал меня.

Риццо качает головой. Ему нет и пятидесяти, он всего на десять лет старше нас, но разговаривает так, будто все вокруг – дети.

Чертовски раздражает. Я хочу всадить один из своих ножей ему прямо в глотку. Это было бы так просто. Так быстро.

Слишком быстро.

– Джулиан, я не знал, что порт принадлежит тебе.

– Чушь собачья, – презрительно усмехается Матео. – Об этом знает все Западное побережье. Ты решил, что можешь творить что хочешь и тебе это сойдет с рук.

– Ты получил мою посылку? – спрашивает Джулиан.

В тот же миг защёлкиваются затворы, и на нас наставляют оружие.

Я ухмыляюсь.

Вот это мне нравится. Давайте. Угрожайте мне. Угрожайте мне, черт возьми, и посмотрите, что из этого выйдет.

– Слушай, – Риццо поднимает руку, и его люди отступают. – Я получил твое сообщение, Джулиан, и приношу свои извинения. Как я уже сказал, я не знал, что там твой груз.

Карсон рычит.

Матео усмехается.

Но мы с Джулианом просто смотрим на него.

Риццо сводит брови, и этого достаточно, чтобы понять, что он встревожен.

– Я хочу вернуть свои бриллианты, – говорит Джулиан. – С процентами. И чтобы твои люди убрались с моей территории.

Риццо молчит с минуту, а потом говорит:

– Я могу согласиться на это, но с одним условием.

– Не думаю, что ты в том положении, чтобы выдвигать условия, – бормочет Матео, но Риццо продолжает.

– Моя дочь пропала, – говорит он, и я сжимаю руки в кулаки. – Последнее, что я знал – она была здесь, в Лас-Вегасе.

– «Последнее, что ты знал»? – переспрашивает Карсон, склонив голову набок.

– Человек, которого я отправил за ней, пропал, – отвечает Риццо. – И с тех пор никаких новостей. Это было несколько дней назад.

– Лезешь в наш город без предупреждения – получаешь последствия, – бросает Матео.

– Я пытался спасти свою дочь, – отвечает Риццо. – Я люблю её и хочу, чтобы она была дома.

Я так сильно сжимаю зубы, что удивительно, как они не крошатся.

– Похоже, она не хочет, чтобы ее нашли, – говорит Карсон, и Риццо облизывает губы.

Все боятся Карсона.

– Может, она сбежала с твоим парнем, – предполагает Джулиан, зная, что меня это взбесит.

– Она глупая девчонка, – отвечает Риццо, качая головой. – Я готов выдать ее замуж, и ей нужно вернуться домой. Так что я заплачу вам, если поможете мне найти Элоизу.

От одного упоминания ее имени меня бросает в ярость.

Я бы убил его и всех его людей прямо сейчас. Он этого заслуживает.

Но у Джулиана всё еще есть товар и деньги, которые нужно вернуть.

– Я хочу получить товар и деньги в течение суток, – говорит Джулиан. – Как только они будут у нас, мы посмотрим, что сможем выяснить о твоей дочери. Возможно, ее даже нет в нашем городе.

– Думаю, она здесь, – отвечает Риццо.

– Почему? – впервые вмешиваюсь я. – Почему ты думаешь, что она в Вегасе?

Он долго смотрит на меня.

– Назовем это предчувствием.

Не верю.

Он что-то знает. Как только Джулиан заберет у этого придурка своё, я его прикончу.

– Двадцать четыре часа, – повторяет Джулиан, и мы вчетвером поворачиваемся, чтобы выйти со склада.

– Да, и еще кое-что, – говорит Риццо, привлекая наше внимание. – Если я узнаю, что кто-то из вас к ней прикасался, что она не чиста, как свежий снег, когда её вернут мне, я вас всех убью.

Карсон ухмыляется.

– Нет, – тихо говорит Матео, так, чтобы слышал только я, и я не поднимаю оружие и не стреляю в него.

Мы ничего не отвечаем, выходим, садимся в машины и уезжаем. Сказать, что я едва сдерживаю ярость, – ничего не сказать. Этот кусок дерьма, который не только избил свою дочь, но и продал ее, стоял прямо там, мать его. Притворялся, что любит «глупую» дочь. Я мог бы добиться справедливости для Светлячка. Но его время придет, и скоро. Боже, и через это ей пришлось пройти.

Мы собираемся в особняке Джулиана, потому что он ближе всего, и, оказавшись внутри, устраиваемся в гостиной с бутылкой виски. Комната огромная, но уютная и без излишеств. Джулиан построил этот дом около пяти лет назад, и мы часто здесь бываем, особенно когда хочется выбраться из города.

– Он знает больше, чем говорит, – говорит Матео, глядя на меня.

– У нас проблемы? – спрашиваю я своего друга.

– Может быть. Я не уверен, что твоя девушка не подставная. Мне плевать, как хорошо она готовит и какая у нее классная киска...

– Да ладно тебе, – ворчит Джулиан.

– Она может быть гребаной шпионкой, и ты это знаешь.

Я качаю головой, меня переполняет нетерпение.

– Она не чертова шпионка. Я видел синяки, которые оставил ей отец. Она рассказала мне о том, через что этот ублюдок заставил ее пройти. Она не пытается получить для него информацию.

– Она может лгать, – отмечает Джулиан.

– Ладно, в этом вопросе я на стороне Роума, – говорит Карсон, качая головой. – Она не подставная. И, по-моему, он реально не знает, где она. Он звучал почти отчаянно.

– И не потому, что любит её, – добавляю я. – Элоиза рассказала, что он собирался выдать её замуж, но она даже не знала за кого. Никогда раньше не слышала его имени. Кто бы это ни был, Риццо явно нужна она для какого-то союза.

– Она назвала тебе имя? – спрашивает Матео, но я качаю головой.

– Нет. Только то, что она сбежала, потому что не верила, что он будет относиться к ней лучше, чем ее отец. Если бы она была чертовой шпионкой, то не жила бы в том дерьмовом мотеле. Она бы не была так напугана, – я смотрю на Джулиана и Матео и вижу, что они со мной согласны, но все равно не доверяют ей. – Что вам нужно знать, чтобы поверить ей?

– Мне нужно, чтобы Риццо умер, и я хочу увидеть ее реакцию на эту новость, – просто говорит Матео.

– Что ж, как только Джулиан получит от этого мерзавца своё, так и будет, – говорю я. – Потому что после того, через что он заставил пройти Элоизу, он не проживет ни минуты дольше, чем нужно.

Прежде чем разговор успевает продолжиться, в комнату входит сын Джулиана, Эллиот, со своей невестой под руку. Он в смокинге, а Наташа прекрасна в платье в пол цвета ее глаз.

Цвет сапфиров.

Ее светлые волосы убраны с лица, и она держит Эллиота за руку.

Она никому из нас не смотрит в глаза. В этом нет ничего необычного.

– Привет всем, – с улыбкой говорит Эллиот. – Мы с Наташей как раз собирались на гала-концерт «Загадай желание». Хотим поучаствовать в каком-нибудь аукционе и потанцевать, да, детка?

Наташа натянуто улыбается и кивает.

– Будет весело.

Я бросаю взгляд на Джулиана, который спокойно наблюдает за сыном. Джулиану уже несколько раз приходилось вытаскивать Эллиота из тюрьмы, но этот идиот продолжает вести себя безрассудно. Из-за своей страсти к азартным играм он погибнет, даже несмотря на то, что его отец – Джулиан Ставрос.

Но недавно Джулиан одобрил помолвку сына с Наташей Ивановой, дочерью Сергея Иванова, главы русской братвы. Союз выгодный для обеих сторон.

Однако, судя по натянутой улыбке Наташи и по тому, как она выглядит, словно хочет сбежать от Эллиота, я бы предположил, что девушка не в восторге от этой идеи.

– Хорошего вечера, – кивает Джулиан. Пара выходит из дома и направляется к Рейндж Роверу Эллиота.

– Она не выглядит счастливой, – говорит Матео.

Джулиан щурится.

– Они знакомы всего несколько недель. Присматриваются друг к другу.

– Когда свадьба? – спрашиваю я.

– В следующем месяце.

Мы киваем, потому что больше нечего сказать. Так обстоят дела в нашем мире, нравится нам это или нет.

– Нам нужно обсудить другие дела, – Матео меняет тему. – И Карсону это не понравится.

– Мне многое не нравится, – напоминает Карсон. – Просто скажи.

– Адам Дэмиен, – говорит Матео. Карсон встаёт и начинает расхаживать по комнате. – Я не видел его в нашем городе, но слухи ходили.

Я смотрю на Карсона, понимая, что это задело его за живое.

На самом деле, всех нас.

Адам Дэмиен – причина, по которой Карсон провел большую часть десятилетия в федеральной тюрьме.

Он также причина смерти любви всей жизни Карсона.

Дэмиен – причина, по которой Карсон так опасен. Причина, по которой он полон мести и гнева, хотя ничто из этого не вернет Рину.

Ничто не сможет вернуть ее.

– Если он хоть одной ногой сунется в этот штат, – рычит Карсон, – я с него шкуру спущу.

– Я просто предупреждаю, чтобы все были настороже, – Матео качает головой. – Этот человек – чертов призрак, но до меня доходят слухи.

– Продолжай слушать, – предлагает Джулиан. – И держи нас в курсе.

31. Лулу

– Лучший вечер в моей жизни, – говорит Скарлетт с сонной улыбкой, когда мы идем к лифтам. Мы только что прошли полную процедуру массажа, полировки и очистки, и сейчас мы мягкие, как паста, которую я готовила ранее.

– Так хорошо, – соглашаюсь я. – Интересно, смогу ли я уговорить Роума на такое раз в месяц.

– Уверена, ты сможешь уговорить его на что угодно, – говорит она с улыбкой, нажимая кнопку лифта.

Двери открываются на нашем этаже, и я с удивлением вижу внутри Люка.

– Дамы, – говорит он, кивая, но смотрит только на Скарлетт.

– Роум уже вернулся? – спрашиваю я.

– Только что отвез его в пентхаус, – подтверждает он. – Я поднимусь с тобой и прослежу, чтобы ты благополучно добралась.

– Я могу поехать с вами, – говорит Скарлетт, и я поджимаю губы.

Молодец, девочка! Пообщайся с сексуальным мафиози наедине.

Она подмигивает мне, и когда мы доезжаем до верхнего этажа, я выхожу, убеждаюсь, что охрана на месте, и киваю Скарлетт с Люком:

– Пока, ребята.

Они машут мне, и, прежде чем двери закрываются, я вижу, как Люк резко подается к Скарлетт. Я не могу сдержать смешок и радостно пританцовываю, направляясь к двери.

– Мисс, – кивает один из охранников, когда я прикладываю ладонь к панели и открываю дверь.

– Спокойной ночи.

Я захожу внутрь, затем закрываю и запираю дверь, как мне и говорил Роум.

На кухне горит свет, но внизу никого нет. Должно быть, Роум оставил его для меня.

Он такой заботливый, хоть и называет себя плохим парнем.

Скинув шлепанцы, я босиком поднимаюсь по лестнице в спальню. Из ванной доносится шум воды, но, как только я переступаю порог спальни, вода выключается, и я забираюсь на кровать и сажусь посередине.

Мне не приходится долго ждать, прежде чем из ванной выходит обнаженный и еще влажный Роум. Он направляется к шкафу, но замирает на месте, увидев меня здесь.

Святые угодники. Каждый сантиметр его тела – само совершенство. Вся эта покрытая татуировками кожа. Мускулы. Голубые глаза и темные волосы.

А этот член с пирсингом действительно сводит меня с ума.

– Хорошо повеселилась сегодня? – спрашивает он.

– Слишком хорошо, – улыбаюсь ему. – Я так расслабилась, что, кажется, могла бы проспать целую неделю. Мы со Скарлетт обе тебе благодарны.

– Не за что.

Вместо того чтобы встать и пойти к шкафу, он упирается коленом в матрас и подползает ко мне, укладывая меня на спину.

– Мы столкнулись с Люком в лифте, – сообщаю ему, поглаживая по щеке. – И я почти уверена, что Скарлетт останется у него на ночь.

Роум смотрит на меня, моргая.

– Не знаю, нужно ли мне это знать.

– Не нужно. Но я делюсь с моим мужчиной сплетнями о своей лучшей подруге.

Я прикусываю губу и улыбаюсь ему.

– Потому что знаю, что ты будешь молчать, и я могу тебе доверять.

Он кивает и касается моих губ своими.

– Да, Светлячок. Можешь.

– Знаю. Как прошел твой вечер?

– Продуктивно.

Я улыбаюсь и прижимаюсь к нему.

– Довольно расплывчато.

– Но точно.

Он запускает руку в мои волосы и проводит по ним пальцами, заставляя меня вздохнуть.

– У тебя чертовски мягкие волосы.

– Не знаю, что они добавили в шампунь, но это волшебство.

– Пахнут как… – Он зарывается носом в мои локоны и вдыхает. – Чертов рай. Господи, я готов тебя съесть.

Он стягивает с меня леггинсы и перекидывает их через плечо. Затем сбрасывает футболку, и я лежу обнаженная, пока волшебные руки Роума скользят по моей коже.

– Мне нравится, как ты ко мне прикасаешься, – шепчу ему в губы. – У тебя потрясающие руки.

Мои ладони блуждают по его бокам, пока он нависает надо мной, целуя, и его взгляд встречается с моим.

– Обычно я не позволяю к себе прикасаться, – признается он, и мои руки тут же опускаются.

– Прости.

– Нет, – он качает головой, берет мою руку, целует ее и возвращает на место. – Ты можешь трогать меня сколько угодно. У тебя неограниченный доступ ко мне, Элоиза. Но для меня это в новинку.

Он не любит, когда к нему прикасаются, но доверяет мне настолько, что позволяет трогать себя?

– Почему я? – тихо спрашиваю, проводя кончиками пальцев вверх и вниз по его спине.

– Мое тело знает тебя, – говорит он, слегка пожимая плечами. – Только так я могу это объяснить. Это ощущение чего-то знакомого. Что странно, ведь я на двадцать лет старше тебя и до прошлой недели ни разу тебя не видел.

У меня щиплет глаза, потому что я тоже это почувствовала. Как будто все мое тело знает его. Хотя я понятия не имела, что между нами двадцать лет разницы.

Мне также очень любопытно. Может, он в прошлом пережил что-то тяжелое и поэтому не хочет, чтобы его трогали?

– Почему ты не любишь, когда к тебе прикасаются?

Роум качает головой и целует меня, и я смиряюсь с тем, что сегодня не получу ответа на этот вопрос. И это нормально. Он расскажет, когда будет готов.

Его рука скользит вниз, к моей груди, и он нежно поглаживает мой сосок большим пальцем, пока тот не становится твердым и болезненным. Я раздвигаю ноги, мое лоно жаждет разрядки, которую может дать только Роум.

– Знаешь, что я понял? – спрашивает он, покрывая поцелуями мою шею.

– Что?

– Я никогда не зарывался лицом в твою роскошную киску.

Я едва не давлюсь воздухом, а он ухмыляется и спускается поцелуями ниже, к животу.

У меня мягкий, чуть выпирающий живот. Я всегда этого стеснялась, но Роум целует его и продолжает двигаться дальше, как будто это самая прекрасная часть меня.

Как будто его совсем не смущают лишние килограммы, из-за которых я всю жизнь чувствовала себя неловко.

А тот факт, что такой чертовски красивый мужчина считает меня сексуальной? Ну, это само по себе афродизиак.

Роум пробирается между моих бедер, но внезапно резко разворачивает нас так, что оказывается на спине, а я нависаю над ним, моя киска оказывается на одной линии с его губами.

– Как, черт возьми, ты это сделал?

Он усмехается.

– Опустись ниже, Светлячок.

– Я почти уверена, что меня убьют за то, что я тебя задушу, – отвечаю, качая головой.

– Тогда не души. Давай, я голоден.

Я издаю удивленный смешок, но продолжаю стоять на коленях, опираясь руками о спинку кровати, чтобы сохранить равновесие

– Роум, это не сработает.

– Элоиза, посмотри на меня.

Опускаю подбородок и смотрю на него сверху вниз. Его руки успокаивающе скользят вверх-вниз по моим бедрам.

– Боже, это чертовски потрясающий вид, – он тяжело сглатывает. – Детка, я хочу попробовать тебя на вкус. Я говорю тебе, чтобы ты села своей совершенно потрясающей киской на мое лицо. Сейчас.

– Но я...

– Если ты скажешь что-нибудь, кроме «идеальна», я не позволю тебе кончить, – он сверкает на меня глазами. – Ты идеальна, светлячок. Если бы я хотел тебя ещё сильнее, чем уже хочу, я бы просто сгорел на месте. А теперь будь хорошей девочкой и опустись для меня.

Я делаю глубокий вдох, затем опускаюсь над ним. Роум обхватывает мои ягодицы, наслаждаясь мной, и у меня перехватывает дыхание.

Боже, я сейчас умру.

Хорошо, что я держусь за изголовье, потому что ощущение такое, будто он вытягивает из меня душу. Я не могу удержаться и раскачиваюсь над ним, пока он облизывает клитор с идеальным нажимом. Когда он вводит в меня два пальца, перед глазами вспыхивают звезды.

– Роум, – бормочу, мотая головой из стороны в сторону. – Пожалуйста.

Его пальцы двигаются все быстрее, а потом меняют положение, и мне кажется, что каждая мышца в моем теле дрожит. Я не могу унять дрожь в ногах.

– О боже. Я сейчас упаду.

Роум усмехается, но его руки, словно тиски, сжимают мои бедра, удерживая меня на месте, и он не останавливается.

Я пытаюсь приподняться, но он слишком силен.

Все, что я могу сделать, – это отдаться невероятному оргазму, и прежде чем я успеваю перевести дыхание, Роум уже оказывается за моей спиной и снова входит в меня, вырывая из меня крик.

– Боже, ты такая чертовски красивая, – рычит он мне на ухо, входя все глубже, задавая бешеный ритм, от которого я не могу оторваться. – На вкус словно солнечный свет. Твоя кожа – нежный шелк, а звуки, которые ты издаешь, сводят меня с ума.

Его слова, его твердый член и металлическое кольцо на кончике доводят меня до очередного оргазма, от которого по щекам текут слезы.

– Бляяять, – стонет он. – Твоя киска создана для меня, детка.

Он прижимается губами к моей спине, а затем кончает. Я чувствую, как струя за струей горячая сперма выплескивается внутрь меня. Он окружает меня, и мне это нравится. Это так нереально. У меня просто дух захватывает от того, что я довожу этого мужчину до оргазма. Как такое возможно?

Мы оба тяжело дышим, липкие от пота, растрёпанные, когда Роум наконец выходит из меня, и я падаю на живот.

Черт возьми.

– Давай я приведу тебя в порядок, – говорит он, переводя дыхание.

– Все хорошо. Я просто полежу здесь, – машу рукой, и он смеется. Но в следующую секунду я уже у него на руках, и он несёт меня в ванную.

– Когда ты сделал пирсинг? – спрашиваю, когда он усаживает меня на раковину и включает воду. Пока она нагревается, он берет полотенце, затем наклоняется и целует меня. Я чувствую свой вкус на его губах, но меня это совсем не смущает.

– Очень-очень давно. Лет пятнадцать назад, не меньше, – он смачивает полотенце и принимается вытирать меня, затем так же быстро приводит в порядок себя. – И, прежде чем ты спросишь, да, это было больно.

– Я даже не собиралась спрашивать, потому что, ну да. Конечно, было больно.

Он целует меня в лоб и бросает полотенце в корзину для белья.

– Тебе нравится.

– Ага. Но татуировки нравятся больше, – мои пальцы скользят по ангелу на его груди.

– Правда?

– Черт, да. Они – первые, на что я обратила внимание. Хотя ты был в костюме, и я видела только шею и руки.

Я целую костяшки его пальцев, и он снова подхватывает меня, обхватив руками за ягодицы, и несет на кровать.

Когда мы устраиваемся, переплетаясь друг с другом и готовясь уснуть, я тихо выдыхаю и крепче обнимаю его за талию.

Если бы месяц назад кто-то сказал мне, что я сбегу из дома отца и обрету счастье всей своей жизни в объятиях мужчины, который на двадцать лет старше меня, – крутого преступника с огромным сердцем, – я бы спросила, не под кайфом ли он.

И все же каким-то чудом я оказалась в жизни этого мужчины. Он обожает мои формы, осыпает меня нежностью и трахается так, будто изголодался по мне.

– Я правда счастлива, что нашла тебя.

Он целует меня в макушку.

– Я тоже, Светлячок.