Текст книги "Журнал Наш Современник №12 (2003)"

Автор книги: Наш Современник Журнал

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

– Во всяком “чреве”, в том числе и в нашем собственном, всегда и неизбежно таятся опасности – на то оно и “чрево”, следовательно – чревато. Потому я и призываю вместе с Церковью всех руководствоваться в первую очередь потребностями не брюха, а духа. Но Ваш пример “бешеных денег” из пьесы Островского очень мне понравился. Действительно, кто же там “бешеный”? Оказывается, те, у кого денег нет. А у кого же деньги? Оказывается, только у хозяина – у мужа. И он, собственно, единственный нормальный, “не бешеный” персонаж пьесы. Деловой человек, противостоящий разного рода прожигателям жизни, показан любящим и страдающим… Когда деньги есть, это хорошо. Без денег плохо. Деньги – это энергия, как “бензин для армии”. А “бешеными” бывают только люди: и те, у кого деньги есть, и те, у кого их нет. Следовательно, и формула: деньги – товар – деньги, не есть отрицательная сама по себе. Это формула бизнеса, формула купечества. Не в деньгах зло или добро, а в людях, распоряжающихся этими деньгами. Бизнесмен, купец, делающий именно деньги, тоже может (и должен!) быть порядочным человеком. Ведь были же в нашей истории и Третьяковы, и Бахрушины…

Да, я сторонник рыночной экономики, но это не значит, что я за рыночную анархию и всевластие рынка (хотя существует и такая экономическая школа). Безусловно, государство, закон, а прежде всего нужды народа должны быть главными регуляторами рынка. Именно так смотрело на рынок и царское правительство. Передо мной интереснейшая книга Сергея Юльевича Витте (1849—1915) со скучным названием: “Принципы железнодорожных тарифов по перевозке грузов”. Современники высоко ценили ее. Речь в ней идет о ценообразовании – важнейшем феномене экономики. Будущий министр путей сообщения и финансов Российской империи тогда писал: “В последние десятилетия было искусственно создано много крупных состояний на народные средства, без соответствующего труда, пользы и услуг… Реалистическая экономическая школа требует государственного вмешательства для регулирования действий экономических законов… Меры эти должны находиться в зависимости от условий, в которых находится страна, условий, созданных ее историей”. И опять, как с деньгами, мы выйдем на человека. Не в рыночных отношениях наши беды, а в людях, которые этот рынок создают в соответствии со своими нравственными или безнравственными принципами.

Ваш пример с леспромхозами, простите, неубедителен и не является доказательством пагубности рынка и конкуренции. Это всего лишь газетная заметка без анализа экономических и социальных причин самого факта. Почему после приватизации одно хозяйство разорилось, а другое процветает? В этом надо серьезно разбираться. Может быть, потому, что в одном были работящие, предприимчивые люди, а в другом нерадивые и пьяницы. А может быть, и потому, что в первом были аферисты, которые обманули конкурентов и подкупили власть. А какова была в этой ситуации позиция районной власти, и была ли эта власть вообще? На шоссе столкнулись два автомобиля. Пострадали люди. Выводы: автомобили пагубны, да и шоссе тоже. По-вашему, выходит так, но так нельзя. Забота о своих гражданах, регулирование всех сфер их жизни – главная функция государства. Казалось бы, это аксиома, но на практике этого нигде что-то не видно. Населенное бездуховными людьми государство само становится бездуховным, жестоким. В основе конкуренции лежит естественное развитие человеческого общества, и существует она в явной или скрытой форме при любом строе. Ребенок растет не потому, что его сытно кормят, а по коду своего биологического развития.

Что такое конкуренция – важнейший атрибут рыночной экономики? Это состязательность, соперничество за лучшие условия хозяйствования, за покупателя, это свобода предпринимательства, в конечном счете это условие прогресса. В советское время ее функции в усеченном виде выполняло “социалистическое соревнование”. Однако, лишенное реального стимулирования, при отсутствии частной собственности на средства производства, оно не могло давать ощутимого экономического эффекта. Конкурентное окружение заставляет предпринимателя совершенствовать технологии, внедрять инновации, рационально использовать ограниченные ресурсы, удовлетворять растущий потребительский спрос на самые разные виды товаров и услуг. Это поиск новых возможностей, новых способов организации и управления производством, позволяющих отбирать и реализовывать не “свои”, а наиболее эффективные проекты и решения.

Здоровая, основанная на нравственном Законе (Божием!) конкуренция создает естественным образом складывающуюся управленческую вертикаль, или иерархию. Более совершенные и сильные (прежде всего нравственно!) ставятся над менее совершенными и слабыми во благо слабых и несовершенных. Причем сильные этим не гордятся. Понимают: их сила не их заслуга, а дар Божий, и за него надо будет отвечать. А слабые не унывают. Знают – перед Богом все равны, и сильные и слабые. Выше всех стоит Царь – Помазанник Божий. Через него Бог передает Свое благословение на верующий народ. Это иерархия духа, иерархия жизни. “Государство – семья” – идеал нравственной конкуренции. Ее движущая сила – любовь. Современная постхристианская, а точнее – антихристианская, цивилизация создает иерархию с обратным знаком – “Государство – стая”, иерархию порочной плоти (“Будем есть и пить, ибо завтра умрем”) – иерархию смерти. Ее движущая сила – эгоизм и ненависть к конкурентам.

Хапуга не может духовно развиваться. Он сознательно (через нарушение Заповедей) отпал от Бога и потому мертв, хотя и присвоил много земных благ и выглядит бодро. Поэтому так называемая “глобализация” есть процесс распада, гибели человеческого сообщества, а не его прогресса, развития и совершенствования. Конкуренция противостоит глобализации, сдерживает ее. Но, лишенная нравственных ограничений, конкуренция же и питает монополизм, стремится к глобализму. Монополизм устраняет конкуренцию и является главной причиной глобализации, цель которой – подчинение всех и вся единой порочной, жестокой и бездушной воле. Кого? В конечном счете – антихриста. Какую иерархию, какой выбор сделает Россия – покажет, очевидно, ближайшее время.

– Важнейшие партнеры (и первые гонители) предпринимателей – чиновники. В Ваших книгах Вы – вполне в духе Ивана Ильина – мечтаете о чиновниках образцовых, радетелях государственных интересов. Однако признайтесь, действительность далека от нарисованного Вами идеала. Люди, мытарящиеся в ведомственных коридорах, прямо говорят: “Это – ад”. Как же Вы хотите “нечистых” обратить в “ангелов”?

– Да, как всякий православный человек, я идеалист. В том смысле, что утверждаю первенство и главенство духа над плотью (материей). Но сегодня идеализм ассоциируют даже не с философией, а скорее с романтизмом, прекраснодушием, маниловщиной. В этом смысле я не идеалист. Действительность далека от идеала и все более продолжает удаляться от него. Да, люди мытарятся в ведомственных коридорах ад-министрации : сегодня это мини-ад . Но я вовсе не собираюсь нечистых обращать в ангелов. Кто я такой? – себя не могу обратить. Но я знаю, что обращаться и мне, и всем нам совершенно необходимо. Не в ангелов, конечно, а просто в добропорядочных христиан. Православный глава государства, православные чиновники, предприниматели-бизнесмены, менеджеры и брокеры, инженеры, учителя, врачи и офицеры, православная творческая интеллигенция и СМИ, православный народ – вот единственный спасительный выход России из того тупика, в котором она оказалась и куда упорно шла, начиная с 17-го года и даже раньше. Тогда Русь окаянная побила Русь святую. Побила, но не убила. Сегодня мы свидетели и участники новой Куликовской битвы – невидимой, но реальной грандиозной войны, происходящей на полях человеческих сердец. Какая Русь победит – не знаю, но знаю, что делать и на чьей стороне воевать мне. Великий князь Владимир Святой смог окрестить Русь вовсе не своей волей, не “огнем и мечом”, а лишь тогда, когда к этому великому событию она себя приготовила и духовно, и делами своими, то есть тогда, когда она того была достойна. Иногда нынешнее время называют “вторым крещением Руси”. Я бы назвал его – Воскресением.

– Будучи предпринимателем, Вы знаете, как давит на российскую экономику внешний долг. И предлагаете неординарное решение проблемы. Расскажите об этом подробнее.

– Я предлагаю госдолг не отдавать. Объясню подробнее. В долг дают за что-то. Наши кредиторы это “что-то” давно получили с огромными процентами: львиная доля национальных богатств России перекочевала за рубеж и стимулировала нездоровую экономику США и старушки Европы. В этом классики марксизма правы: экономика Запада загнивающая, потому что паразитическая, и, следовательно, развиваться нормально и самостоятельно она не может. Не мы им должны, а они нам, если судить по совести. А если совести нет (как нет и силы, и воли не отдавать долги), тогда имеем то, что имеем. Так, именно кредиты, полученные Советским Союзом у стран – членов Парижского клуба кредиторов, заставили руководство СССР в 1988—1991 годах принять политические решения о выводе советских войск из Германии, поддержать резолюции Совета Безопасности ООН о введении санкций в отношении Ирака и Ливии, вывести советские войска из Кубы, Афганистана, африканских стран, заключить Договор CНВ-1 и CНВ-2, отказаться от поддержки антиамериканского движения в Латинской Америке и многое другое. То, что требуют кредиторы Парижского клуба от российского правительства, давно вернулось к ним по теневым финансовым каналам. Более 200 млрд долларов, осев на офшорных счетах, превратились в выгодные и очень дешевые кредиты для западной экономики. По большому счету, Россия в который уже раз, жертвуя собой, спасает и вытаскивает других. Такая наша судьба. Таков наш крест, и, поверьте, эта судьба неизмеримо предпочтительнее судьбы той же Америки. Вы только задумайтесь: США – страна, в которой за всю ее историю не было ни одного святого! Вот что действительно страшно. Вот где истинная нищета! При этом сами американцы считают себя образцовыми, благочестивыми людьми. Но сказано: “По делам их узнаете их”.

– Бизнес-сообщество нередко выражает недовольство государственной властью: она, дескать, хочет всех и вся подмять под себя. Вы же мечтаете о “сильной власти”. Разъясните вашу позицию.

– Предприниматели, в самом деле, недовольны, но не государственной властью как таковой, а ее слабостью и неспособностью решать важнейшие и насущные государственные задачи. О законах мы уже говорили. Но есть и прямые, а не косвенные показатели деятельности власти. Например демографическая ситуация. Она катастрофична: русский народ вымирает, а государство позволяет рекламировать водку и табак со стыдливой припиской Минздрава. Растление детей, нравственное и физическое, оккультизм и открытый сатанизм вводятся в норму жизни и в ранг государственной политики. Нет необходимости в иных примерах, труднее вспомнить, что у нас хорошо. Сильная, справедливая власть – мечта не только предпринимателя. Это общее место. Но по Сеньке – и шапка. Каков народ – такова и власть. Была Россия православной – были у нее и государи – собиратели и спасители Отечества. Упала в народе вера, а с ней и нравственность – упала и власть. Народ разучился иметь царя. Как говорит один современный настоятель обители: “Дай нам сейчас на место царя ангела, так мы ему сами же крылья и пооборвем”. А почему? Потому что сами не хотим жить по-ангельски. Нам ближе по… по-нынешнему. Мы все еще надеемся в мутной воде беззакония поймать свою рыбешку. Потому-то и нет у народа твердой решимости отстаивать сильные справедливые законы. По этой же причине и святого царя Николая Александровича с семьей оклеветали и отдали палачам. В XX веке мы разучились иметь царя-батюшку в государстве, в XXI-м мы, похоже, разучимся иметь отца в семье. А это уже предел нравственного падения: и личного, и, следовательно, государственного. После него и государства никакого уже не надо, нужен только пастух. Уже видится, как из грязно-беззаконного житейского моря выползает апокалиптический зверь с великой блудницей на спине. И далее по Писанию…

– Главным условием подъема России является пробуждение самосознания и духовное сплочение общества. В этом с Вами трудно не согласиться. Но есть ли надежда? Оглядитесь вокруг, российское общество спит...

– Есть ли надежда? Российское общество спит… Надежда есть всегда, пока мы живы. А в каком состоянии находится наше общество, сказать так же трудно, как на взгляд определить температуру стоящего на плите чайника: может, ноль градусов, а может быть, уже и 90. Но мне парок над водой уже видится. Я хотел было в подтверждение своих слов привести статистические данные о количестве возрожденных в России храмов и монастырей, о росте приходов, о делах милосердия, о подвигах современных христиан, о количестве чудес – их тысячи и тысячи. Но вот натолкнулся на другую статистику. Оказывается, на каждую новую церковь приходится сегодня 10 и более новых игорных и прочих “домов” и злачных мест. О чем это говорит? Да о том и говорит, что духовная брань нашего народа с силами зла идет с огромным и все возрастающим напряжением. А напряжение возрастает лишь там, где возрастает сопротивление. Вот в этом и оптимизм – борется Россия, сопротивляется. Наше дело правое – православные в этом абсолютно уверены. А если Бог с нами, кто на нас? Да, “народ безмолвствует”, потому что плачет… Кто-то действительно еще спит и заплачет потом, когда проснется. По мере своих сил я стараюсь будить себя, ближних, всех, на кого имею какое-то влияние. Для того и пишу. Но и пробуждение должно быть опять-таки добровольным. Это не казарменный крик: “Рота, подъем!” Опытный глаз признаки пробуждения видит: конкурс в православные школы до семи и более человек на место, в семинарии и духовные училища еще больше. В монастыри приходят и опытные, зрелые люди, и молодежь. В московских храмах в воскресный день повернуться трудно и шага не ступить. Голос Церкви доходит до каждого, кто хочет его слышать. Конечно, все это косвенные признаки пробуждения, но они не могут не радовать. Они утешают и укрепляют надежду. Если в России сегодня, слава Богу, не размахивают флагами, не строят баррикады, не устраивают забастовок и пикетов – это вовсе не значит, что она спит. Князь Горчаков, дипломат, канцлер, однокашник Пушкина, характеризуя состояние страны, сказал: “Россия сосредотачивается”.

 Мне бы как предпринимателю об успехах и надеждах в экономике, в частном бизнесе здесь рассказать – они тоже хоть и скромные, но есть. Однако то, о чем сейчас сказано, для нас важнее. Это не я говорю, это Церковь взывает к нам: “Ищите прежде Царствия Небесного, и все это приложится вам”.

“Ловко устроился! – слышится мне вновь голос моего революционного (левого) оппонента. – Свое взял, а остальным – терпите: приложится! И вот уж ему и церковь, и царь понадобились для охраны имущества. Старая песня!” А старые песни всегда хорошие: плохие долго не поют. Терпеть надо. Но не зло, а скорби. А со злом надо бороться. Но не топором. Я старался показать, что источник зла – не профессия, не конкуренция, не рынок, а злые, поврежденные грехом люди. Иными словами, в какой-то степени – мы все.

 Есть китайская сказка о драконе. В ней герой, побеждающий дракона, сам неизбежно становится драконом. И только победивший дракона в себе действительно побеждает зло. Мудрая сказка: кровью кровь не смоешь. Разве что только собственной, а не чужой…

Сознательно или нет, но все, призывающие Русь “к топору”, даже ради истины и справедливости, толкают Отечество наше назад, в пропасть, из которой мы выбираемся с неимоверным трудом. Потому что сказано: “Я есть Путь, Истина и Жизнь” и “Мне суд. Аз воздам”.

– Вы пишете о вере. Разумеется, вера необходима. Но подлинная, горячая, определяющая все поступки и мысли человека. Готово ли к ней общество? Каковы пути движения к ней?

– Готово ли наше общество уверовать? Так бы хотелось поднять руку и звонким голосом отрапортовать: “Всегда готово!” На самом деле “поголовного” уверования быть, конечно, не может: “скорбен путь к спасению, и немногие идут по нему”. И так было всегда. Но и этой “соли земли” хватало, чтобы удержать человечество от разложения и гибели. Тут дело не в количестве, а, как Вы совершенно справедливо заметили, в искренности веры. Бывали исторические времена, когда вся сила веры собиралась буквально в нескольких личностях, но какие это были люди: Иоанн Креститель, апостолы, Пресвятая Богородица! В русской церкви это преподобные Сергий Радонежский, Серафим Саровский, праведный Иоанн Кронштадтский. Каковы пути движения общества к вере? Как раз преподобный батюшка Серафим на этот вопрос лучше всех и ответил: “Спаси себя, и вокруг спасутся тысячи”. Об этом мы с Вами и говорили.

– В последнее время (с кремлевской подсказки) заговорили об удвоении ВВП за 10 лет. Не слишком впечатляющее достижение, но начиная с 91-го стране вообще никаких экономических ориентиров не ставили. Да и сейчас министры и эксперты качают головами: пороху не хватит! Вы-то как считаете? Какой видите Вы Россию в ближайшие годы в окружении куда более мощных и далеко не дружественных держав?

– Какой я вижу Россию в будущем? Вижу ее православной. Существуют многие пророчества святых отцов о славном будущем России. Например: “Бог помилует Россию и приведет ее путем страданий к великой славе”. Для верующего человека нет оснований сомневаться в этих пророчествах, но как и когда это будет, никому не ведомо. Неверующий человек в возрождение России верить не может – он же неверующий, а умом Россию не понять. По уму для возрождения России нет никаких оснований, скорее наоборот – есть все основания считать гибель России делом недалекого будущего. Все для этого заботливо приготовлено, а что не доделано, продолжает доделываться по строгому плану: нет нужды перечислять его пункты, их сегодня даже не скрывают. Наркомания, аборты, детская проституция и беспризорность, преступность, коррупция и т.д. и т.п. – все это своего рода трупные пятна на теле распятой страны. Но страна живет! А по их выкладкам, давно должна быть расчлененной, распроданной и стертой с лица земли. Разве это не явное чудо Божие! Чем еще живет наша страна, им (чужеземным мудрецам) непонятно. Но самые “мудрые” из них знают – дело в Православии, и потому объявляют нашу Церковь врагом номер один. Да, верой и молитвой, терпением и трудом она и жива еще. О том же и Тютчев писал: “В Россию можно только верить”. А в окружении недружественных держав Россия находится на протяжении всей своей истории. Вся ее история – сплошная “оптимистическая трагедия”, потому что известно: “Гонимы будете за имя мое”. Хуже будет, если вдруг с нами все подружатся. Все, кроме Христа.

И еще про недружественное “окружение”, уже из личного опыта. Да, западный бизнес открыто провозглашает себя агрессивным и признает только силу, способную ему противостоять. Мне по роду своей деятельности довольно часто приходится встречаться с представителями западных деловых кругов. Недавно у нас на заводе были гости из одной знаменитой европейской компании. Поводили мы их по цехам. Показали наши новые поезда, вагончики. Для Европы, может, они и не “люкс”, но на твердую четверочку, а то и с плюсом, потянут. А для России и совсем хорошо: электропоезда нового поколения, завтрашний день. Посмотрели гости, как наши рабочие трудятся, поспрашивали о зарплате и погрустнели. Зарплаты у нас обычные, вовсе не баснословные. Но деньги заработанные выдаем исправно, со стимулом и о рабочих заботимся. Рабочие это ценят. Текучкой кадров не страдаем. Наоборот, имеем возможность выбирать лучших. Отчего же гости погрустнели? Они воочию увидели “русский потенциал”. Увидели то, в чем конкуренции нам составить не могут. Люди у нас работают, если им работа (и зарплата) по душе, красиво, с огоньком, творчески, радостно, дружно. Вот они, иностранцы, этот дух и почувствовали. На Западе так не работают. Там отрабатывают зарплату. Как правило – честно, как правило, высокую зарплату (на порядок выше нашей, выплачиваемой за тот же труд), но именно отрабатывают : “от сих и до сих”. И никому в голову не придет сделать больше и лучше, если не заплатят. А у нас “за спасибо” горы своротят! Поинтересовались гости: “Почему они за такие деньги так работают? Вот были мы, мол, в Китае – там хоть за идею работают. Это понятно. Вы от идеи (коммунистической) отказались и денег не платите (по европейским меркам, конечно). Так почему же они так вкалывают?” Что я мог ответить? Разве в двух словах “тайну” русской души откроешь? “Нравится работа, – говорю, – вот и работают”. Тут “фирмачи” и погрустнели. В Китае я тоже был. Знакомился с их производством. А заодно и цитатник Мао приобрел, не без труда – дефицит! Интересно ведь, за какую идею миллиардный народ, как муравьи, трудится. В предисловии Линь Бяо читаем: “Идеи Мао… становятся неиссякаемой силой, всесокрушающей духовной атомной бомбой… Товарищи будут бороться за превращение нашей страны в великую социалистическую державу”. Да, идея великой державы (с помощью хоть и духовной пока, но все-таки атомной бомбы) древнее самого Китая. “Отечество превыше всего!” – немцы это уже проходили и потому за такую идею не работают. К сожалению, “прошли” они и христианство, объявляя себя “постхристианским обществом”. Вот и получается, что истинной духовности нет сегодня ни на западе, ни на востоке. В этой духовности и сокрыта “тайна” русского человека, “тайна” его характера. Духовное он всегда превыше всего ценит. Потому героями и богат. Тем и жив еще. И свободен. Свободен потому, что, по большому счету, никто ему не господин. Только Бог и совесть. “Где Святой Дух, – говорит нам апостол, – там и свобода”. И Россия сегодня, несмотря на все беды свои и видимую внешнюю нищету, действительно остается “островом свободы” – свободы духа в море торжествующей плоти и бесплодных идей. А еще и “островом сокровищ”, если вернуться к приключенческой теме. Даже в студенческие годы, при полном отсутствии денег я никогда не ощущал и не считал себя бедным. Россия – богатейшая страна мира в материальном исчислении. Это известно всем. Россия – богатейшая страна мира и духовно. Когда русский народ поймет это и овладеет духовным наследием своих славных предков, тогда Бог ему и его материальные богатства возвратит. И это уже происходит.

Вот, собственно, и все, что я мог рассказать о себе, о своих книгах и о своей работе, отвечая на вопросы редакции. Может местами показаться, что Вы спрашивали про Фому, а я все про Ерёму старался, но это только на первый взгляд. Не знаю, насколько удалось мне посвятить читателей журнала в свою предпринимательскую “тайну”. Судить Вам. А если что не так – великодушно простите!