Текст книги "Владимир, Сын Волка 7 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц)

Глава третья
Честь наемника

*Республика Ирак, мухафаза Багдад, город Багдад, президентский подземный бункер, 10 июня 2000 года*

– Носи его гордо, страж Басры, – произнёс президент Кусей Хусейн и пожал Ивану руку. – Благодарю тебя за службу.

– Служу Советскому Союзу! – привычно ответил старший лейтенант Варенцов.

Специально для участников героической обороны Басры была учреждена медаль «Страж Басры» – согласно статуту, медаль вручается только участникам обороны Басры, поэтому их выпустили ограниченным тиражом и больше выпускать не будут.

Оборона Басры – это, на данный момент, наиболее кровопролитный эпизод этой войны, если не считать засаду в Эль-Фаллудже.

В зале заседаний, размещённом в центре бункера президента, находящемся прямо под президентским дворцом, собрался ограниченный список лиц – сегодня день награждения офицеров-наёмников из разных ЧВК, по совокупности заслуг.

Награждается всего шестьдесят один офицер, а рядовой и сержантский состав награждают в другом бункере, в другой части города – это делает председатель Парламента Республики Ирак, Башар Абдул-Амир.

Иван, пожалуй, один из самых награждённых наёмников, потому что он получил уже третью медаль: перед этим президент Хусейн прикрепил к его кителю две медали «За храбрость». Это аналог советской медали «За отвагу» и она очень ценится в Иракской армии.

Это оценка заслуг Варенцова в деле по людоловству – на счету его взвода уже 311 пленный, что означает выплату целого состояния по окончанию кампании. Если не учитывать офицеров и сержантов, а считать, что им выплатят гонорар за каждого, как за рядового, то они заработали 311 тысяч долларов, но среди пленных был один пилот вертолёта, а это обязательно офицер, несколько командиров танков, а также какой-то важный офицер, сидевший в штабе и не ожидавший прорыва – это гарантирует, что гонорар будет гораздо выше.

Всё-таки, они делают это ради денег, по официальной версии, поэтому все выжившие члены взвода очень рады, что имеют шансы вернуться в Капскую республику очень богатыми людьми.

А в Кейптауне, если у тебя есть много денег, жить очень комфортно и приятно – кое-кто уже не хочет возвращаться в Союз, так как гораздо приятнее жить миллионером в Кейптауне, чем безумно богатым гражданином Советского Союза…

Но Иван твёрдо намерен вернуться домой и попробовать начать нормальную жизнь – видеться с детьми, устроиться на работу и, возможно, найти новую жену.

«Настя, наверное, счастлива в своей квартире и со своей дачей», – подумал Иван и ему стало грустно.

Его бывшая жена, как оказалось, успела вовремя, потому что программу «матери-героизации» сворачивают и скоро нельзя будет оперативно родить нужное количество детей, чтобы очень хорошо устроиться в жизни.

Иракский президент пошёл к следующему награждаемому, а Иван продолжил обдумывать недавние новости из дома.

По ЦТ передали, что США, Великобритания и Австралия оказывают давление на Международный олимпийский комитет, поэтому советское участие в Олимпиаде в Сиднее под большим вопросом, так как уже советское руководство отказывается принимать выдвинутые условия.

МОК заявил, что не может игнорировать поддержку СССР режима Хусейнов в Ираке, поэтому предлагает советским спортсменам выступать под нейтральным флагом.

Теперь в Верховном Совете СССР идут дебаты о бойкоте этих олимпийских игр, так как МОК политизирован и боится потерять контракты с американскими компаниями – у Ивана сложилось впечатление, что в этой Олимпиаде советские спортсмены участвовать не будут.

Из рубрики «Международные новости» Варенцов узнал очень важную и интересную новость – в Польше произошла утечка и стали известные точные данные об убитых в Ираке польских солдатах. За всё время «Трепета пустыни», как оказалось, погибли уже 761 солдат, сержантов и офицеров, причём 56 из них – члены СпН «Гром».

Говорят, что в Варшаве были демонстрации, но их подавили силами полиции.

«Не того ждали, когда отправляли», – подумал Иван.

Президент закончил награждение и Варенцов последовал за остальными награждаемыми, к своему месту за столом. Пока шло награждение, официанты расставляли блюда, столовые приборы и напитки.

«Впервые на моей памяти такое во время награждения…» – подумал Иван, садясь за стол.

Официанты начали разливать коньяк и водку по рюмкам, а также сноровисто накладывать основное блюдо, в виде роскошного, даже на вид, плова, по тарелкам. Но внимание Ивана привлекли брускетты с чёрной икрой и сливочным маслом – в последний раз он ел что-то такое в «Арбате», куда пошёл в первый день после «командировки» в Югославию.

Ему непонятно, почему протокол награждения нарушается – здесь совершенно неуместен торжественный обед, хотя Варенцов совсем не возражает.

«Восток – дело тонкое…» – подумал он и пожал плечами.

– Товарищи офицеры! – заговорил Кусей Хусейн, встав за кафедру и взяв с неё фужер шампанского. – Я хочу выразить вам свою глубочайшую признательность за вашу доблестную службу! Все мы понимаем, что вы делаете это не просто так, а за деньги, но даже если вы наёмники, я считаю вас лучшими наёмниками в мире! Вы стоите каждого доллара, каждого франка, каждого фунта и каждой марки, которые вам платят! Пусть вы наёмники, но я вижу, что вам не чуждо чувство чести – на нашей земле, среди наших людей, это ценится очень высоко! Выпьем же за честь, товарищи офицеры!

Варенцов залпом опрокинул в себя рюмку водки. Ему захотелось закусить её брускеттой с икрой, но он сдержал себя.

Некоторые немцы же себя никакими условностями не ограничивали, поэтому набросились на закуски после первой рюмки.

– А этот фужер я хочу поднять во имя победы над американо-британскими захватчиками! – провозгласил президент Хусейн и поднял поданный ему официантом фужер. – Выпьем!

Иван опрокинул в себя вторую рюмку и уже теперь взял из блюда вожделенную брускетту с чёрной икрой и маслом.

Напряжение, державшее его после оставления Ан-Наджафа, плавно спало.

Ан-Наджаф ещё не пал, но им пришлось покинуть его трое суток назад, чтобы занять оборону в городе Эль-Хилла. А когда его взвод занял оборонительный участок и освоился на месте, Варенцова и всех остальных офицеров отправили в Багдад.

Ехать пришлось недолго и это очень сильно напрягает Варенцова – сотня километров от Эль-Хиллы, которая пусть и не в осаде, но это лишь вопрос времени, так как американцы быстро учатся брать города.

Основной урок, который американцы извлекли из опыта штурма предыдущих городов – нужно больше бетонобойных бомб. Эти бомбы наносят наиболее значимый ущерб тоннелям под городом, но у них есть один существенный недостаток, делающий их массовое применение малореальным – дороговизна. И они, по-видимому, решили, что раз нельзя бросать больше бетонобойных, то нужно существенно увеличить норму обычных бомб.

Всё это стало чувствоваться через четыре-пять дней после Эль-Фаллуджи – авианалёты стали чаще, бомб начало падать гораздо больше и падают они теперь гораздо кучнее. Очевидно, что теперь командование Коалиции окончательно осознало, что никакую живую силу обычные бомбардировки не уничтожают, а лишь осложняют задачу штурмовикам, которые при штурме попадают на незнакомый ландшафт, никак не бьющийся с выданными картами.

Новая тактика работает – Иван чуть не попал под завал, когда был в Ан-Наджафе. Тоннель завалился в тридцати метрах от него, дыхнув ему в лицо бетонной пылью, липким страхом и чужой смертью. Тогда погибли девять человек, среди которых был один знакомый ему немец из «Уленшпигеля».

Все, без исключения, тоннельные ППД (1) укреплены стальными рамами, арками и анкерами, только вот это не сильно-то помогает при серии прямых попаданий…

Обитать в тоннелях стало опаснее, но ещё не так опасно, как на поверхности, поэтому Варенцов точно не будет жаловаться на недостаточную безопасность в тоннелях.

– К сожалению, должен покинуть вас, товарищи офицеры, – сказал иракский президент. – Наслаждайтесь ужином – вы заслужили.

Кусей Хусейн ушёл, поэтому из зала улетучился почти весь официоз и началось застолье.

– А курить здесь можно? – спросил один из кубинцев.

– Можно, – ответил официант и кивнул на вентиляционные шахты на стенах.

Варенцов налёг на плов, не забывая запивать его апельсиновым соком, а остальные выпивали, будто жить им лишь до конца этой ночи…

Прошло около полутора часов, блюда и тарелки опустели почти полностью, как и бутылки алкоголя. Все сидящие за столом смолили сигареты и болтали ни о чём.

– Бабу бы… – произнёс русоволосый офицер в форме со знаками различия танкистов.

– Семёныч, ну наглеть-то не надо! – ответил ему сидящий рядом с ним офицер-танкист. – Утром завтра будешь господа бога хвалить, что сегодняшний вечер не был сладким сном…

– Буду, – резко кивнув, ответил русоволосый. – Но бабу бы…

Варенцов понял, что вечер себя исчерпал, поэтому пора возвращаться. Он затушил бычок в пепельнице и встал из-за стола.

– А на чай не останетесь? – с недоумением спросил один из официантов.

– Нет, чай уже не влезет, – прислушавшись к внутренним чувствам, ответил Варенцов. – Благодарю за этот легендарный ужин – мне всё понравилось.

Теперь ему нужно будет прогуляться по тоннелю в соседний район, там сесть в гражданский автомобиль и уже на нём ехать в Эль-Хиллу.

* СССР, РСФСР, Москва, ВДНХ, павильон № 34 «Космос», 11 июня 2000 года*

– Ох, да твою мать, подонок, сволочь, мерзавец, ненавижу… – процедил Жириновский с ненавистью.

Сегодня ⅛ турнира и ему выпал в оппоненты Годендаг1234, сильный игрок, уже почти полгода держащий 5-е место во всесоюзном рейтинге.

Турнир «Великое переселение народов» превратился в настоящую мясорубку, потому что матчи шли непрерывно – наверное, организаторы таким его и задумывали, а возможно, у них просто слишком мало опыта проведения настолько масштабных событий.

«Башню придётся ставить, а то он мне всех крестьян вырежет», – пришёл Жириновский к неутешительному выводу. – «Придётся отложить замок на три минуты и сорок-пятьдесят секунд».

Крестьяне сначала возвели частокол вокруг себя, чтобы не попасть под раздачу от вражеских избранных воинов, а затем начали ставить башню, из-за чего Годендаг1234 отвёл свои подразделения, чтобы они не пострадали зазря.

Владимир играет за гуннов, а его оппонент выбрал вестготов – поначалу это выглядело как цивилизационная победа, но затем Годендаг1234 применил невиданную доселе тактику.

Тактика эта заключается в скорейшем переходе в Эпоху замков и строительстве, как это ни удивительно, замка, обязательно так, чтобы он прикрывал золотое месторождение.

Смысл этого действа дошёл до Владимира не сразу, но как только дошёл, так он сразу же восхитился красотой манёвра.

У вестготов есть избранные воины, создающиеся исключительно в замках – это уникальное подразделение, обладающее сбалансированными характеристиками и добавочным уроном против мечников и копейщиков. Это значит, что они, в принципе, могут воевать без других подразделений, то есть, Годендагу1234 больше не нужно ничего – знай себе, добывай древесину и золото, и производи избранных воинов, которыми вполне реально выиграть матч.

Но Жириновский уже успел прославиться своей непревзойдённой адаптивностью, поэтому сейчас он находится на стадии выживания. Ему нужно закончить экономический ордер и выйти в Имперскую эпоху, чтобы доисследовать улучшения конных лучников, после чего избранные воины резко станут неактуальными.

Годендаг1234 не сумел выполнить главную задачу – он не прорвался к крестьянам, а это значит, что экономический ордер Жириновского идёт по плану.

Выживание, с максимальным микроконтролем, длилось следующие шесть минут, а затем Жириновский сумел построить замок на холме на основном направлении вражеского наступления.

Противник вынужден был вести войска по альтернативному маршруту, а это дополнительное время, которое Владимир использовал для максимизации контроля над экономикой.

Когда войско Годендага1234 добралось до базы Жириновского, тот уже был готов – он пожертвовал лёгкими кавалеристами, своими жизнями выигравшими около сорока пяти секунд, а затем пустил в ход всех подготовленных тяжёлых конных лучников.

Град гуннских стрел обрушился на избранных воинов, оппонент начал отводить их, а Жириновский бросился в погоню.

Но это оказалась засада, так как за лесом скрывались застрельщики. Это было неожиданно, но Владимир не растерялся и быстро прикинул свою выгоду.

Выгоднее будет пожертвовать конными лучниками, но убить больше отступающих избранных воинов, а затем подготовить ещё, пока оппонент будет заниматься примерно тем же.

Экономики у них не равны даже близко, потому что Годендаг1234 построил эрзац экономики, сфокусированный на производстве исключительно избранных воинов, а Жириновский может выбрать практически любое подразделение.

Противник должен это прекрасно понимать, но он упорствует и идёт до конца.

В итоге, всё закончилось на уничтожении второго замка Годендага1234. Он начал строить третий, на последние запасы камня, но Владимир расстрелял конными лучниками его крестьян и сделал завершение строительства невозможным.

Это уже состоявшееся поражение, но это последний матч, поэтому Годендаг1234 пытается выжать максимум, не сдаваясь.

Жириновский наклонился налево и посмотрел на этого паренька лет двадцати – судя по его лицу, он очень тяжело переживает свой проигрыш.

В этот момент мимо прошёл Заболотный П. Т. собственной персоной, живая легенда, почти бессменное 1-е место всесоюзного рейтинга.

Вопреки ожиданиям, это оказался не почтенный профессор преклонных лет, а пролетарской внешности мужчина лет сорока, с лёгкой небритостью на лице, неаккуратной причёской и несколько раз отремонтированными плюсовыми очками. Одет он не по моде – в пожившую серую рубашку в чёрную клетку, а также чёрные брюки, под которые он неудачно выбрал серо-жёлтые кроссовки от днепропетровского завода «Барселона».

Жириновский с ним не контактировал, но уже слышал, что Заболотный работает на каком-то производстве, старшим техником.

Но времени отвлекаться на окружающих у Владимира нет, поэтому он полностью сфокусировался на матче. Если Годендаг1234 не желает сдаваться, то Владимиру придётся уничтожить каждого его крестьянина, а к этому нужно готовиться – он начал строить периметр из дозорных вышек, чтобы обеспечить полный контроль карты.

Эта возня с добиванием противника заняла почти двадцать минут, потому что пришлось найти каждого вражеского крестьянина, которых Годендаг1234 прятал в лесах и разных уголках карты. Но конные лучники и гусары быстры и обладают неплохим обзором, что позволило расправиться с оппонентом относительно быстро.

Матч завершился победой Жириновского, его оппонент снял наушники и от души шарахнул кулаками по столу, из-за чего из клавиатуры вылетели некоторые клавиши.

Владимир улыбнулся удовлетворённо, но затем его улыбка растаяла, так как к нему вновь подошли оператор и журналистка.

– Юлия, вы не устали тут торчать который день? – спросил он у неё.

– Нет, Владимир Вольфович, – ответила Бордовских.

– Мы-то тут понятно почему находимся – признание, деньги, желание унижать людей… – произнёс Жириновский. – А вот вы-то? Наверное, тяжело столько времени освещать подобное событие…

За остальных участников ему сказать нечего, но он здесь точно не за признанием и деньгами.

– Вовсе нет! – ответила журналистка. – Это очень необычный и интересный опыт! Можем начинать писать?

– Секунду… – сказал Жириновский, после чего встал с кресла и поправил меховой плащ.

Этот варварского фасона плащ, надетый поверх чёрного делового костюма, смотрится дико, но, в то же время, очень уместно в таком антураже помещения.

– Пишите, – разрешил Владимир.

– Владимир Вольфович, снова здравствуйте! – приветствовала его журналистка.

– Здравствуйте, Юлия! – ответил он ей.

– Какое впечатление у вас осталось после матча? – спросила Бордовских. – Что вы скажете о тактике, выбранной вашим оппонентом?

– Я был очень приятно удивлён! – ответил Владимир. – Наконец-то хоть кто-то применил хоть что-то новое! Стратегия Годендага очень интересная – я даже ненадолго растерялся! И я думаю, это серьёзная заявка на новую моду, потому что против меня это почти сработало, а против более слабых игроков она точно будет работать очень часто, до тех пор, пока кто-нибудь не придумает более лёгкий способ противодействия.

– А чем плох ваш способ? – спросила журналистка.

– Для этого нужен очень сильный микроконтроль, а также нужно иметь сильную экономику, – ответил Жириновский. – И удача тоже нужна немалая – мне повезло, что Годендаг не смог прорваться в мою экономику, хоть и очень старался. Сумей он прорваться, ты бы брала сейчас интервью у него – он бы быстро похоронил мою экономику, а потом бы у меня закончились подразделения. У меня, только что, появилась гипотеза! Возможно, лучшим способом защиты от стратегии Годендага станет стратегия Годендага! Как в народе говорят? Против лома нет приёма, если нет другого лома!

– Вы считаете, что игровое сообщество возьмёт эту стратегию на вооружение? – спросила Бордовских.

– Я буду сильно и неприятно удивлён, если не возьмёт, – ответил Владимир. – Это первое по-настоящему интересное, что произошло за всё время турнира! Я обращусь к телезрителям? Телезритель! Если ты играешь в «Эпоху», то не сиди просто так, а начинай отработку этой стратегии! Будь раньше всех – приподними себя в рейтинге, пока другие не очухались!

Возможно, игра станет менее разнообразной, из-за того, что каждый игрок будет пытаться «отгодендагить» другого, но это, со временем, пройдёт – будут выработаны эффективные контрмеры, а потом игрокам станет не очень интересно.

– Спасибо, Владимир Вольфович, – поблагодарила Жириновского журналистка.

Она, позвав с собой оператора, направилась искать Годендага, а Владимир пошёл в точку питания.

– А мы ведь можем встретиться в четвертьфинале… – произнёс сидящий за одним из столиков Величко.

– Я надеюсь на это! – ответил ему Жириновский, подошедший к прилавку. – Минералку, пожалуйста.

– Да, конечно, Владимир Вольфович, – сказала продавщица. – Две копейки.

Получив полулитровую бутылку минералки «Серноводская», Жириновский подсел к бывшему министру.

– Я уж подумал, что ты сплохуешь, – поделился с ним Владимир Макарович. – Этот Годендаг – очень крепкий игрок. Мышление неординарное, самообладание отличное, и упорства не занимать.

– Такими годендагами я в Афгане за завтраком рот вытирал, – ответил на это Жириновский. – Но, да, крепкий и неординарный. Только проигрывать совсем не умеет.

Он сам тоже не умеет проигрывать и очень злится, не желая принимать результаты неудачных матчей, поэтому ему прекрасно понятна и знакома реакция Годендага.

– Как думаешь, стоит пробовать его наработку? – спросил Величко.

– На этом турнире? – уточнил Владимир. – Нет, точно нет. Надо обкатать, посмотреть, как другие реагируют – да и времени уже мало…

– … и против тебя не поможет, – добавил Величко и усмехнулся. – Да, тут ты прав, Владимир Вольфович.

Теперь им нужно ждать, пока оставшиеся игроки доиграют свои матчи.

Заболотный расправился со своим противником раньше всех, поэтому лежит сейчас на диване и потягивает молочный коктейль через трубочку, но есть ещё две пары игроков, которые продолжают биться.

– А как ты с работой решил? – спросил Величко.

– Неоплачиваемый отпуск взял, – ответил Жириновский. – Врио сейчас Джорджиев – президент на три дня.

Адьян Арсланович Джорджиев – это председатель Верховного Совета СССР, который, по протоколу, становится врио президента СССР, в случае, если избранный президент умер, ранен, болеет или в отпуске.

Турнир Владимир пропустить никак не мог, поэтому вышел в отпуск – это не понравилось никому в аппарате правительства, но ему плевать.

«Никто от этого не помрёт», – подумал он. – «И я тоже гражданин Советского Союза, поэтому имею право на неоплачиваемый отпуск».

Джорджиев, нардеп от Калмыцкой АССР, избранный председателем, уже заступал врио президента, в прошлом году, когда у Жириновского был отпуск, поэтому он уже знает, что делать, а чего не делать.

Выпив минералку, Жириновский испытал позыв и направился в туалет, сразу же заметив движение охранения.

Ему невольно вспомнилось недавнее событие – Гаськов сообщил, что на МКАДе была перехвачена пассажирская «Газель», в которой ехали трое злоумышленников, вооружённых самодельным огнестрельным оружием.

Экспресс-допрос позволил узнать, что они собирались посетить ВДНХ, павильон «Космос», чтобы подгадать выход Владимира и расстрелять его за «преступления против советского народа», прежде чем он успеет сесть в свой бронелимузин.

Это были дилетанты, которые теперь уедут далеко и надолго, но они разглядели возможность – в Доме Правительства или дома Жириновского достать почти невозможно, поэтому такой шанс выпадает один раз в десятилетие…

Желающих убить его всё ещё хватает, несмотря на то, сколько времени уже прошло. Некоторые до сих пор не могут простить ему, что у них была возможность резко изменить свою жизнь, стать богатым, влиятельным и уважаемым, через кооперативы, схемы или криминал, пусть и за счёт других, пусть и нечестно.

«Они никогда не успокоятся», – подумал Владимир с сожалением. – «Обиды прощать очень тяжело, а кто-то этого вообще не умеет».

– Заболотный – самый опасный, – произнёс Величко. – Но есть ещё и Пятачок. Если этих двоих пройду…

– Двоих не придётся, – ответил на это Жириновский. – Смотри на табло.

А на табло высветилось обновление результатов – Пятачок79 выиграл своего оппонента, довольно известного в игровой среде игрока Шило060164. Далее произошло обновление на четвертьфинал и Пятачка выставили против Заболотного.

Жириновский будет играть против Мордвина_777, а Величко придётся биться против Снежинки98.

– Только что турнир стал вдвое легче, – с облегчением произнёс Величко. – Слишком стар я для такой конкурентной игры. Больше в турнирах участвовать не буду.

– Как знаешь, Владимир Макарович, – ответил на это Жириновский. – Не знаю насчёт тебя, а я только начал. Вживую играть гораздо интереснее.

Ему понравился формат турниров тем, что можно увидеть реакцию оппонента на поражение – это доставляет ему ни с чем не сравнимое удовольствие.

Примечания:

1 – ППД и ПВД – если ты, уважаемый читатель, ещё не знаешь или уже забыл, то ППД – это пункт постоянной дислокации, а ПВД – это пункт временной дислокации.