Текст книги "Владимир, Сын Волка 7 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 27 страниц)

Глава двадцатая
Прецизионность

*США, округ Колумбия, город Вашингтон, Капитолий, 11 июля 2001 года*

– … а вот это – снимки множества военных объектов, построенных в период с 1995-го по 2001-й год, – продолжал Дональд Рамсфелд, министр обороны США.

На экране за его спиной начали сменяться кадры с военными объектами различного назначения, подписанными, чтобы конгрессмены могли понять, что именно они видят.

– Ракетных шахт стало больше на 40%, – заявил Рамсфелд. – И мы не знаем о количестве мобильных комплексов, рассредоточенных по всей территории СССР. А это кадры спутниковой съёмки, на которых зафиксированы места скопления бронетехники – нами установлено, что в распоряжении у СССР есть не менее 160 000 единиц бронетехники разных типов, среди которых есть не менее 75 000 танков.

Эта статистика оказала сильное впечатление на конгрессменов.

– Коммунисты уже давно готовятся в полномасштабному конфликту – у СССР крупнейший военный бюджет в истории и он направляет его на модернизацию армии и военной инфраструктуры, – сообщил министр обороны. – Численность Советской армии, по актуальным данным, составляет около семи миллионов человек, чего слишком много для исключительно оборонительных целей. И они постоянно наращивают её численность – это может указывать на агрессивные планы руководства коммунистов.

На экране появились кадры с прошлого военного парад в честь Дня Победы.

– Почти на каждом параде коммунисты демонстрируют новейшие образцы техники, что указывает на высокую милитаризацию советского общества – после военно-политической разрядки при Горбачёве, мы пришли к интенсификации милитаризации при Жириновском и Орлове, – заявил Рамсфелд. – Коммунисты тратят сотни миллиардов долларов на разработку и производство новейшей военной техники – это передовая техника, производимая крупными сериями, в масштабах, будто они уже ведут войну. И они ведут её – просто мы предпочли зарыть голову в песок и не видеть, что они готовятся нас уничтожить.

Следующие кадры были самыми сильными и шокирующими – колонны американских военнопленных, охраняемых иракскими военнослужащими, сгоревшие танки и БМП, тела американских солдат, убитых в городских боях и горелые обломки сбитых самолётов и вертолётов.

– Коммунисты провели против нас очень удачную для них прокси-войну, убив тысячи американских солдат чужими руками, – продолжил министр обороны. – У нас есть сотни задокументированных доказательств наличия новейших вооружений советского производства у иракских войск – это прямая поддержка нашего врага, что уже можно рассматривать, как агрессивные действия против американских солдат, то есть, против Соединённых Штатов.

Далее на экране появились фотографии военнопленных и убитых, одетых в иракскую военную форму, но имеющих европеоидную внешность.

– А это советские наёмники, – сообщил Рамсфелд. – Коммунисты отказываются признавать их собственными гражданами и показывают нам документы, якобы указывающие на иностранное гражданство всех этих людей. Нам известна лишь примерная численность наёмников, которых набирали из всех враждебных нам стран, включая Афганистан, Йемен, Мадагаскар, Сирию, ГДР, Югославию, Кубу и КНДР – по оценкам ЦРУ, всего в Ираке находятся до восьмидесяти тысяч наёмников. Эти страны ведут прямую войну против нас, силами собственных граждан, сражающихся за деньги, под прикрытием ЧВК.

Конгрессмены с недоумением рассматривали лица военнопленных – доклады Пентагона о захваченных наёмниках всё это время терялись на фоне более громких инфоповодов, поэтому слышали о существовании наёмников в Ираке многие, но обдумывали это далеко не все.

– По имеющимся у нас разведданным, наёмники уже начали возвращаться в свои страны – они увозят с собой боевой опыт, который поможет этим странам лучше подготовиться к войне против нас, – продолжил министр обороны.

На экране появились кадры с орбитальной станцией «Мир-2», а также орбитальным буксиром «Шквал» – зафиксирован момент пристыковки или отстыковки.

– Коммунисты проводят милитаризацию космоса, – сказал Рамсфелд. – Если вспомнить интервью президента Жириновского, данное им 20 мая, то в нём были очень важные слова, которые наглядно демонстрируют позицию его режима относительно космоса. Он сказал, цитирую: «Космос уже наш. Он советский». Коммунисты уже считают, что безраздельно завладели космосом. Возможно, они могут прийти к выводу, что мы не в силах будем воспрепятствовать размещению на орбите ядерного оружия, что поставит под угрозу само существование Америки.

У ЦРУ и Пентагона нет никаких данных о том, что СССР собирается размещать в космосе ядерное оружие, но у него есть технические возможности и он, предположительно, ведёт подобные разработки.

– У нас есть надёжные данные о том, что коммунисты запустили лазерные орбитальные платформы, якобы для нейтрализации мусора на орбите, – произнёс министр обороны. – Имеется реальная возможность применения этих лазерных систем для поражения наших спутников, а также межконтинентальных баллистических ракет. В настоящий момент, мы непрерывно отслеживаем шесть объектов, похожих на лазерные орбитальные платформы, которые занимаются уничтожением орбитального мусора, но факт уничтожения мусора не отменяет возможности применения этих лазеров для военных целей. Это объекты двойного назначения, поэтому их нахождение на орбите представляет угрозу для нас. Коммунисты стремятся к монополии на космос и нам нужно действовать срочно.

По его знаку, ассистент переключил кадр на экране. На кадре виден испытательный цех, в котором проводятся испытания перспективного ракетного двигателя для ракеты-носителя «Магнум».

– NASA, до недавнего времени, испытывало нехватку средств, которые преступно не выделялись Биллом Клинтоном, осужденным педофилом и торговцем людьми, – произнёс Рамсфелд. – Новый бюджет увеличил финансирование космического агентства, но этих средств недостаточно для полноценной реализации программы по преодолению отставания. Нам необходимо сравнять расходы на космическую отрасль с расходами коммунистов – в таком случае мы сможем достигнуть паритета. А для достижения превосходства нам потребуется превысить их расходы. Это не прихоть, а экзистенциальная необходимость, так как они не остановятся и продолжат закреплять своё доминирование на орбите Земли, что делает практически неизбежным появление там стратегических вооружений…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 15 июля 2001 года*

– Палата представителей Конгресса США сделала свой выбор, – сообщил Константин Гаськов. – Законопроект принят с большим перевесом – 325 из 435 голосов «за».

– Я видел выступление пентагоновца – мне и самому на секунду показалось, что мы собираемся размещать в космосе ядерное оружие и готовимся напасть на Америку уже завтра или, в связи с необходимостью более качественной подготовки вторжения, послезавтра, – кивнув, произнёс Жириновский. – Но Палата представителей – это же ерунда… Что происходит в Сенате?

– Происходит незамутнённый филибастеринг (1) со стороны демократов, – ответил улыбнувшийся председатель КГБ. – Но есть сведения, что на них оказывается давление «сверху» – это косвенное подтверждение существования консенсуса элит.

– Значит, эти двое из ларца, совсем разные с лица, сумели договориться со всеми… – произнёс Жириновский. – Похоже, что нам придётся вводить «Пятилетку» и готовиться к худшему, но надеяться, что проскочим.

Если высшие страты финансовых элит солидарны в вопросе налога, то закон будет принят – нет никаких полностью независимых сенаторов, так как США являются слишком богатой страной, чтобы их элитам было не по карману купить абсолютно всех.

И под «купить» подразумевается не вульгарная коррупция, а иные, более надёжные способы завоевания лояльности. КГБ обнаружил целых три аналога острова Эпштейна, только в двух случаях это уединённые ранчо в Техасе, а в одном случае особняк на Манхэттене. Масштаб сильно поменьше, но посещают их интересные личности из влиятельных кругов – случай Клинтона заставил их затаиться на три-четыре месяца, но потом их извращённая природа взяла своё…

– «Пятилетка» не понравится никому, – произнёс Жириновский.

– Её разработали не для того, чтобы она кому-то понравилась, – сказал на это Гаськов.

– Но подождём итогов голосования, – решил Владимир. – Как только закон примут, соберём Верховный Совет и объявим о введении оборонительного плана в действие. А если не примут, что уже вряд ли, конечно, выдохнем и будем жить дальше.

– Язов говорит, что это будет провокацией, – произнёс Гаськов.

– Язов уже на пенсии – пусть не болтает, – раздражённо ответил Жириновский. – И он неправ – это не провокация, а ответ на провокацию. Будь это провокацией, мы бы уже приняли «Пятилетку», а мы сидим и чего-то ждём.

ГКО, в рамках пятилетнего оборонительного плана, предполагает сокращение производства продукции низкого приоритета, сокращение производства ряда наименований товаров народного потребления, а также снижение расходов на жилищное строительство, развитие и модернизацию промышленности, образование, науку, здравоохранение и социальное обеспечение.

Всё это высвободит уйму ресурсов и средств, которые будут направлены исключительно в военно-промышленный комплекс, космос и Гражданскую оборону.

– Вот подонки, – с негодованием произнёс Жириновский. – И чёрт с ними – я назад сдавать не буду. И остальным не позволю.

*СССР, РСФСР, Тульская область, город Тула, Тульский машиностроительный завод имени Рябикова, 30 июля 2001 года*

– Расскажите, что мы сейчас наблюдаем, – попросил Жириновский, глядя на экран.

На записи мерцают какие-то яркие вспышки, движутся какие-то непонятные механизмы, но есть одна вещь, которую он узнаёт – зафиксированную в держателях заготовку ствола к 30-миллиметрового калибра орудию.

– Это наглядно-демонстрационный процесс нанесения слоя аморфного сплава на внутреннюю поверхность орудийного ствола, – сообщил Евгений Анатольевич Дронов, директор завода. – Применяется аморфный сплав на основе железа, хрома, молибдена, вольфрама, бора, углерода и иттрия – он был признан лучшим. Нанесение слоя осуществляется при помощи плазменного напыления в условиях вакуума.

Жириновского посвятили, в общих чертах, как именно произошла революция в производстве малокалиберных и среднекалиберных орудийных стволов.

На «Мире-2» производятся болванки из аморфного сплава требуемых характеристик, которые доставляются на Землю, на спецпредприятие, превращающее болванки в порошок.

Этот порошок, по особой технологии, наносится на внутреннюю поверхность ствола орудия и придаёт ему превосходные характеристики.

– Какая толщина слоя? – спросил Владимир.

– 500 микрометров, товарищ президент, – ответил Дронов. – Такая толщина сочтена оптимальной, поэтому весь техпроцесс настроен на неё – характеристики орудий полностью удовлетворяют армию.

– А какие характеристики? – поинтересовался Жириновский.

– Ресурс ствола, при штатной эксплуатации, повышен до 22 000 выстрелов стандартными снарядами, – ответил директор. – Это троекратный прирост, по сравнению со стволами орудия 2А42. Падение характеристик кучности начинается только после отстрела 10 000 выстрелов, то есть, если сравнивать с 2А42, к этому моменту орудие с хромовым покрытием исчерпает свой ресурс тысячу выстрелов назад. Также покрытие из аморфного сплава снижает трение в канале ствола, что даёт прибавку к начальной скорости снаряда – она равна 1010 метрам в секунду, против 960 метров в секунду у 2А42, при стрельбе стандартным осколочно-фугасным снарядом. Помимо этого, аморфный сплав очень стоек к коррозии, что положительно влияет на простоту эксплуатации орудий.

– Потрясающе, – произнёс Жириновский. – Сколько орудий вы производите в месяц?

– 200 орудий в месяц, – ответил директор Дронов. – У нас есть «бутылочное горлышко» – плазменное напыление аморфного сплава в условиях вакуума. У нас работают шесть установок, но две дополнительные установки находятся на стадии монтажа, а ещё четыре до сих пор ждём из «Технологии».

НПО «Технология» – это научно-производственное объединение, учреждённое в Новосибирске в 1996-м году, под задачи передового станкостроения. Жириновский бывал там два раза – сначала в день открытия, а затем при награждении одного из заводов НПО Трудовым Красным Знаменем.

– Нам нужно больше орудий, – сказал Владимир.

Несмотря на то, что улучшения характеристик не выглядят так, будто очень сильно меняют орудие, они меняют его кардинально – это практически другое орудие, потому что режимы стрельбы другие, скорострельность другая, а это позволяет пересмотреть тактику применения.

Внешне орудие 2А92 выглядит почти так же, как 2А42, со схожими габаритами, поэтому возможен монтаж в БМП-2 и модернизируемые БМП-1. Последние уже давно не устраивают Советскую армию, но сдавать на переплавку или продавать их жалко, поэтому, в рамках программы модернизации старого парка бронетехники, разработан план по заводской переделке БМП-1 в БМП-1М.

БМП-1М оснащается орудием 2А42 и четырьмя ПТУР «Корнет», но в ближайшем будущем, когда производство 2А92 выйдет на плановую мощность, модернизируемые БМП будут оснащаться исключительно новыми пушками.

В Минобороны проскальзывала идея установки нового орудия в БМП-3, от которых никто так и не собирается отказываться, но конструкторы не сумели решить проблему более высокой мощности орудия 2А92, быстро разрушающей крепления в башне, поэтому от идеи отказались.

– Тематика 57-миллиметровых орудий продвигается? – спросил Жириновский.

– Конечно! – ответил директор завода. – Точно такой же аморфный сплав, с такой же толщиной покрытия – достигнут ресурс в 18 000 выстрелов, против 6000 выстрелов на орудии С-68. И кучность начинает падать только после 10 000 выстрелов. Производим по 150 орудий в месяц, и всё тоже упирается в установки для плазменного напыления.

– Я попробую выбить для вас дополнительные установки, – пообещал Жириновский. – Эти орудия – это важнейший компонент нашей обороны!

По всему Союзу на боевом дежурстве находятся 900 батарей по четыре орудия 2А93 калибра 57 миллиметров, с АФАР-РЛС «Рифей-10С» при каждой батарее и большим запасом снарядов с программируемыми взрывателями.

Новые орудия, о которых Жириновский и говорит с Дроновым, получили обозначение 2А93М – их производство только-только наладилось и идёт плановая замена батарей.

30-миллиметрового калибра орудия тоже являются компонентом всесоюзной системы ПВО, так как огневой мощи не бывает слишком много – речь идёт о крылатых ракетах и, возможно, БПЛА.

Около двух лет назад ГРУ обнаружило утечку данных – был перебежчик, сумевший переправиться в Финляндию, а оттуда в Швецию. Из Швеции его эвакуировало MI6. Только недавно Людмила сумела узнать подробности о сведениях, переданных перебежчиком британской разведке.

Оказалось, что перебежчик, некий Анатолий Игоревич Калугин, был не просто рядовым «цеховиком», а троюродным братом рабочего Ивана Григорьевича Бусина, трудящегося на оборонном производстве, на котором производятся БПЛА «Герат-2» – Калугин даже сумел нарисовать британцам примерные очертания БПЛА.

MI6, почему-то, держало эти данные в тайне от ЦРУ и передало, вероятно, в обмен на что-то. Но теперь ЦРУ знает о существовании некоего БПЛА «Герат-2», массово производимого в СССР.

Бусин сел на десять лет, за разглашение государственных секретов, а вот судьбу Калугина не смогли установить ни в ГРУ, ни в КГБ, хотя его искали с особой тщательностью.

Жириновский крайне нетерпим к предательству, поэтому большая часть перебежчиков уже мертва или возвращена на территорию СССР, после чего подверглась расстрелу по приговору суда…

Особого смысла, с точки зрения сохранения государственных секретов, в этих устранениях нет, но есть вполне ощутимый воспитательный эффект, ведь если все знают, что ГРУ и КГБ не пожалеют сил, чтобы устранить перебежчика, то желающих перебежать, как правило, очень мало.

Но данные утекли, поэтому Минобороны СССР теперь полагает, что у противника, в обозримом будущем, появятся собственные массовые БПЛА, которые, просто обязательно, будут пущены в ход в случае полномасштабной войны.

– Буду очень признателен, если поставка установок ускорится, – сказал директор Дронов.

– Сделаю, что смогу, – сказал Жириновский. – Что ещё у вас есть?

– Есть полностью автоматическая линия производства деталей ударно-спускового механизма орудия 2А92, – ответил Дронов и повёл его дальше.

Покинув конференц-зал, они прошли по нескольким длинным коридорам и оказались в производственном цеху.

В цеху стоят десятки станков, а под потолком размещены монорельсы, по котором ездят роботы-манипуляторы, время от времени перемещающие что-то между станками.

– Манипуляторы автоматически перемещают заготовки разной степени готовности между станками – точность прецизионная, брак минимален, поэтому суточная норма выполняется почти без участия человека, – с гордостью сообщил директор. – Вон за той дверью находятся два инженера и три техника, обслуживающие станки и манипуляторы. Они постоянно следят за показаниями датчиков и сенсоров, которыми оснащено всё наше оборудование – если что-то начинает уходить за допуски, то они вмешиваются немедленно. Иногда вручную меняют инструмент, а также проводят ремонт станков. Работа хлопотная, так как нужно устранять неисправности быстро, зато не вручную заготовки вытачиваются…

– Да, автоматизация, – произнёс впечатлённый Жириновский.

– Если бы мы делали орудия с обычным хромированием, могли бы производить в месяц около 400–450 единиц, – сказал Дронов. – Но плазменное напыление крайне тяжело масштабировать, поэтому приходится ждать.

– Я был недавно на производствах ВАЗа, – поделился Владимир. – У них тоже хватает «бутылочных горлышек», мешающих развернуться во всю ширь ВАЗовских душ. Но всё устраняется, со временем. Эти ваши установки приедут, поэтому дело пойдёт быстрее.

Автоматизация в Советском Союзе, благодаря Жириновскому, стала национальной идеей и дошло даже до того, что происходит экспорт автоматизации – на совместных предприятиях в союзных странах устанавливаются роботы-манипуляторы, высокотехнологичные станки с ЧПУ и гибкие поточные системы, которые безжалостно отнимают рабочие места у местных рабочих.

«Неотвратимая поступь прогресса…» – подумал Владимир.

– Пройдёмте в отдел контроля качества, – позвал его директор. – Там у нас тоже всё поставлено на поток и автоматизировано.

Здесь Жириновский увидел сотрудников завода, которые транспортируют готовые детали в помещения отдела контроля качества.

– Вот тут-то и происходит самая важная часть производства – контроль качества, – поведал Дронов, заведя Владимира в помещение с небольшим конвейером. – Начинается всё, конечно же, с заготовок. Каждая прибывшая заготовка проходит проверку оптико-эмиссионным спектрометром, для определения соответствия требуемому химическому составу, а затем проверяется ультразвуковыми аппаратами на отсутствие пор, раковин и прочих дефектов. Рентген-контролю подвергаются только заготовки самых ответственных деталей.

Он провёл Жириновского в следующее помещение, напоминающее больше лабораторию какого-нибудь НИИ.

– Вот тут проводится проверка деталей на координатно-измерительных машинах с ЧПУ, – сообщил Дронов. – Машины сами проверяют несколько десятков параметров и выдают заключение «годен» или «не годен». А вон туда заходить нельзя, так как там проводится контроль качества порошка из аморфного сплава.

– Да, я понимаю, – сказал Жириновский. – Не будем мешать людям.

– И туда тоже нельзя, – произнёс директор, а затем указал на окно в стене. – Зато можно посмотреть через стекло. Там проводят контроль качества аморфного покрытия – автоматический ультразвуковой контроль толщины и равномерности слоя по всей длине канала ствола, выборочный рентген-контроль на наличие отслоений и внутренних дефектов покрытия, измерение твёрдости покрытия и, конечно же, контроль адгезии. Первые партии стволов мы, разумеется, подвергали полному рентген-контролю, чтобы удостовериться, что всё налажено без ошибок. И такому мы подвергаем каждую первую партию после переналадки линий, чтобы исключить риск ошибок.

– Звучит очень серьёзно, – произнёс Жириновский. – Мне нравится ваш подход.

Дронов признательно кивнул.

– Предфинальный этап контроля качества – это полный размерный контроль собранного орудия, – продолжил он. – Затем происходит функциональный контроль, а после него – контрольный отстрел. Но это всё не самое важное в нашем отделе контроля качества…

– А что самое важное? – спросил Владимир.

– Следуйте за мной, товарищ президент, – попросил директор.

Они вошли в небольшой кабинет, в котором расположился один сервер и шесть персональных компьютеров, за которыми сидят трое сотрудников завода. Эти трое сразу же вскочили со своих мест и приветствовали Жириновского.

– Статистический контроль производственного процесса, – сообщил директор Дронов. – Разберём на примере плазменного напыления аморфного покрытия. Система датчиков и сенсоров производит непрерывный контроль ключевых характеристик – например, толщину слоя, давление, температуру, скорость подачи порошка и так далее. Процесс производства почти никогда не отклоняется от нормы мгновенно и существенно, поэтому можно увидеть постепенное отклонение в динамике. Система сама рисует контрольную карту Шухарта, на которой видны тенденции, и когда она видит определённые паттерны, она подаёт предупреждающий сигнал. То есть, мы ещё не успеваем запороть партию, но уже знаем, что что-то идёт не так и оборудование нуждается в корректировке.

– О-о-о, – протянул впечатлённый Жириновский. – Это превентивное обнаружение брака – совершенно другой уровень.

– Верно, товарищ президент, – подтвердил директор. – Совсем без брака не получается, но мы удерживаем его частоту на очень низком уровне. Иногда не удаётся вмешаться вовремя, иногда влияет человеческий фактор, но я уже очень давно на производстве, товарищ президент, и ещё никогда до этого не видел настолько низкого уровня брака.

Жириновский систематически посещает различные производства, не только оборонные, но и гражданские – везде стремятся достичь подобного уровня. Где-то получается, где-то нет, но средний производственный уровень, за прошедшие годы, подскочил просто фантастически.

Советская продукция уже наработала себе репутацию очень качественной и, потихоньку, становится по соседству с японской и германской продукцией.

«И это снова всё я», – самодовольно подумал Владимир. – «Если бы не я, так бы и пилили до сих пор на металлолом остатки советской промышленности…»

Примечания:

1 – Филибастеринг – от нидерландского vrijbuiter – «свободный добытчик» или «пират» – в английский язык оно попало через испанский язык и изначально звучало как filibustero, то есть, более знакомый в наших палестинах флибустьер. Явление филибастеринга в Конгрессе США не имеет никакого отношения к патентованному морскому грабежу – на сленге конгрессменов это означает намеренное затягивание и блокировка голосования, путём максимально длительных дебатов. Метафора тут в том, что конгрессмен незаконно «захватывает» время других конгрессменов, поэтому он флибустьер. В Палате представителей филибастеринг не работает, так как выступления ограничены по времени, а вот в Сенате выступающий конгрессмен может, теоретически, говорить бесконечно, так как ограничения по времени нет. Бывает, что конгрессмен, желающий сорвать принятие закона, выходит и начинает читать вслух книгу, вещать на произвольные темы, зачитывать телефонный справочник или декламировать стихи. Формально, пока он стоит за кафедрой, его выступление нельзя прерывать. Небезызвестный Берни Сандерс, 10 декабря 2010 года, провёл восьмичасовой филибастер, в знак протеста против сделки Обамы и республиканцев – тогда Обама, прервав длинную серию обоссывания подъездов в российских городах, договорился с республиканцами о продлении налоговых льгот для богатейших граждан США, взамен получив продление пособий по безработице для беднейших граждан США. Сандерс посчитал, что это несправедливо, поэтому выразил протест, но принятие закона это не остановило, а он и не пытался – в этом весь Берни Сандерс. Но восемь часов – это не рекорд. Рекордный филибастер, длившийся 24 часа и 18 минут, принадлежит Строму Тёрмонду, сенатору-южанину, который дошёл даже до того, что зачитывал кулинарные рецепты – он выступал против Закона о гражданских правах 1957 года, предусматривавшего защиту права негров голосовать, а также десегрегацию школ, ну, чтобы негритянские дети могли учиться с белыми детьми. И это, кстати, был соло-филибастеринг, то есть, Тёрмонд непрерывно выступал один, тогда как у Берни Сандерса был коллективный филибастеринг, с участием его единомышленников, периодически подменявших его. Но, возвращаясь к Закону о гражданских правах 1957 года – в итоге, он был принят, но в ослабленной форме – не было прописано никаких серьёзных наказаний за ущемление прав негров, а также жёстких мер против сегрегации. И эти добрые господа всю дорогу поучали и поучают нас равноправию и демократии?