Текст книги "Кастелламмарская война (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 20

Джо вел машину спокойно, без лишней суеты. Угнанный «Шевроле» ничем особо не выделялся среди десятков других автомобилей, что сновали по утреннему Манхэттену. Хотя их и было немного – все-таки воскресенье.

Интересная машина, кстати – модель новая, в продажу поступила только в этом году. «Шесть цилиндров по цене четырех» – так гласила реклама. Двигатель должен быть мощнее, чем у того же Форда, и это было нам на руку – все-таки, скорее всего, придется уходить у полиции.

Я смотрел в окно на мелькающие витрины и прохожих, которые шли по своим утренним делам. Биандо изредка поглядывал в зеркало заднего вида, но больше из привычки. Пока что нам ничего не угрожало.

Когда свернули на нужную улицу, я махнул рукой, указывая на свободное место напротив нужного нам ресторана. Там же была телефонная будка.

Заведение, насколько я знал, принадлежало самому Маранцано, но сам я там ни разу не был. Стоит появиться в подобном месте, и сразу появятся слухи. Но сам Сэл еще не приехал, его машины не было. Так что придется подождать.

Биандо заглушил мотор, потянулся на заднее сиденье и вытащил из-под пледа пистолет-пулемет Томпсона. Он выглядел внушительно. Один из тех, которые мы купили у продажных военных.

Сам Джо был в тонких кожаных перчатках, чтобы не оставлять следов. Автомат нужно было выбросить сразу после дела.

– Ненавижу эту железяку, – пробормотал он, вставляя магазин. – Сам же помнишь, как она заклинила на той ферме. Как бы сейчас того же самого не случилось.

Я сделал затяжку, а потом чуть приоткрыл дверь и выбросил сигарету наружу, умудрившись щелчком отправить ее прямо в решетку ливневой канализации.

– Дело в магазине, – сказал я. – Барабанный, ненадежная конструкция.

– Да уж, я заметил, – буркнул Джо, покосившись на автомат. – У нас же были эти браунинги, может быть, стоило взять один из них?

– Нет, – я покачал головой. – Во-первых, возникнут вопросы, откуда у нас армейское оружие. Во-вторых – патрон слишком мощный, пробивает стены, и могут быть лишние жертвы, а нам этого не надо. Нам нужен только Сэл.

Джо не был в курсе, что мы не собираемся убивать его. Сегодня умрет другой парень – один из ближайших конкурентов Маранцано, из тех, кто может попытаться перехватить власть над его Семьей, если что-то случится. Я даже не знал его имени, но вчера по телефону мы договорились, что все должно пройти именно так.

– А в третьих – скорострельность нужна. Тебе надо будет нашпиговать его свинцом, чтобы врачи точно не могли достать с того света. Стрелять придется через стекло и перегородку, его видно не будет. Так что в голову ты не попадешь. А этот автомат еще очень долго на вооружении будет стоять, лет тридцать.

– Это удивительно, – сказал Биандо.

– Нет, – я качнул головой. – Оружейники не дураки, и скоро появится другой магазин, длинный такой. На тридцать патронов. Он будет надежнее, и клинить больше не будет. А там и модификация ствола выйдет какая-нибудь. Это хорошее оружие, но любое может подвести.

Джо что-то пробубнил себе под нос, но спорить не стал. Он положил автомат на колени, прикрыл полой пальто и устроился поудобнее. Я снова посмотрел на ресторан: в окнах мелькали официанты и посетители, заведение работало в обычном режиме. Ничто не выдавало, что через несколько минут здесь может начаться бойня.

Прошло десять минут, и из-за угла появился черный Паккард. Машина двигалась неспешно, как и положено очень дорогой тачке, которой все равно все будут уступать дорогу.

– Зачем эти сложности? – спросил Джо. – Давай расстреляем его прямо сейчас и уедем.

– Нет, – я покачал головой. – Охранники откроют ответный огонь, кто-то может прикрыть его своим телом. Действовать будем наверняка, чтобы все точно получилось.

Пакард остановился прямо перед рестораном, водитель вышел первым, оглядел улицу и открыл заднюю дверь. Из салона появился Маранцано. Я видел его в третий или четвертый раз в жизни, но не мог не признать, что он выглядит очень внушительно. Действительно под стать боссу всех боссов.

За ним вышли двое охранников, оба держались настороженно.

Маранцано неторопливо поправил шляпу и направился ко входу в ресторан. Охранники шли по бокам, чуть позади. Водитель остался у машины, прислонившись к капоту и закурив.

Я проследил взглядом за Сэлом, пока он не скрылся за дверью ресторана. Следом вошли охранники, и дверь закрылась. А вот водитель остался стоять снаружи.

Я нахмурился. Это было не по плану, совсем не по плану. На улице не должно было оказаться никого из его людей.

– Может, войдем внутрь? – снова спросил Биандо.

– Подожди, – сказал я. – Дай им устроиться, пусть сядут, расслабятся, закажут что-нибудь. Так будет проще.

Джо недовольно хмыкнул, но откинулся обратно на сиденье. Я понимал его нетерпение, но влезать сейчас было нельзя. Потому что наша настоящая цель еще не приехала.

Я не мог открыто сказать ему, что мы не только не собираемся убивать Маранцано, но и наоборот, поможем ему. Да, рано или поздно мне придется объясниться перед своими людьми, и они, возможно, даже будут недовольны, но мы были крепко связаны общей кровью и, что гораздо важнее, деньгами. Особенно теперь, когда заработали мои новые бизнес-проекты.

Я достал еще одну сигарету, но закуривать не стал, просто принялся разминать между пальцами.

– Почему ты их куришь, босс? – спросил Джо.

– В смысле? – удивился я.

– Ну, ты куришь сигареты с фильтром, – ответил он. – От них же никакого вкуса. Они вообще для женщин.

– Курить вредно, – ответил я.

– Да ты чего? – Джо посмотрел на меня с удивлением. – Все говорят, что курить полезно. Даже доктора так говорят.

– Это пока, – я улыбнулся.

– А почему тогда не бросишь? – спросил он.

– А с нашей жизнью, думаешь, бросишь? Куда ни придешь, везде курят. Да и нервно у нас все.

– Да, – кивнул он. – Ты знаешь…

Он подумал немного, а потом замолчал. Я посмотрел на него и спросил:

– Что такое?

– Да… – проговорил он. – Нервная у нас жизнь. Если честно, я не уверен, что хотел бы так жить, если бы мог вернуться в прошлое и мне дали выбор. Может быть, и отказался бы. Если честно, иногда, когда ты звонишь мне среди ночи и говоришь, что нужно взять пушку и куда-то ехать… Я обосраться от страха готов.

– А когда тебе сказали купить костюм и приехать, как ты к этому отнесся? – я усмехнулся.

– Нет, тогда страшно не было. Я же был уже в курсе всего, в курсе нашей жизни. Иногда завидую Майку, у него железные нервы. Он умеет просто отключаться. Я так не могу, серьезно.

– Скоро все будет иначе, – сказал я.

Да. Но мне придется для этого очень много поработать, чтобы мы из гангстеров, откровенных преступников, превратились в практически легальных бизнесменов. Это будет сложно и долго.

Джо посмотрел на меня с удивлением, но промолчал. Нам же оставалось только ждать.

Еще минут через десять появилась вторая машина: такой же Кадиллак, как у меня, попроще чем тот, на котором ездил Маранцано. Она остановилась рядом с первой, я чуть вытянулся – посмотреть, кто из нее выйдет. Да, Джакомо Валли, тот самый, что нам нужен.

Смешная фамилия, прямо как робот из старого мультика, который выйдет через, без малого, восемьдесят лет. Купить все-таки киностудию, что ли? Денег-то хватит.

Ладно, позже. Со знанием сюжетов из будущего, я смогу устроить этот бизнес. Разве что придется перекладывать их на нынешние технологии.

Отвлекся. Сейчас надо думать о другом.

Джакомо вел машину сам, да и приехал без охраны – похоже, что такое условие ему поставил Маранцано. Он вышел, кивнул водителю, после чего вошел в ресторан. Сам же водитель докурил сигарету и тоже вошел. И чего он этого внутри не сделал, можно же.

Все, теперь ждем. Сейчас у них завяжется разговор, Джакомо, который сейчас в напряжении из-за встречи с боссом, немного расслабится, когда поймет, что проблем не будет. А потом мы нанесем удар.

Я вытащил из кармана часы на цепочке, посмотрел на них. Ровно десять утра, время, на которое назначена встреча. Никто не опоздал. Остается ждать минут двадцать, потом останется сделать звонок, который станет последним в жизни этого парня.

Джо выглядел абсолютно спокойным, но его признание говорило само за себя. Он волновался, очень сильно волновался. Я не ожидал такого – все-таки сказать подобное своему боссу – это очень нехарактерно.

Но это показывает, что мы не просто начальник и подчиненный. Мы друзья. И в этом моя сила. Все мои солдаты – это мои друзья. Кроме Вито Дженовезе, но его мы позавчера похоронили, и на этом все закончилось. Скоро его начнут забывать, и вся память, которая останется – это конверты, которые мне периодически придется отправлять его жене и любовнице. До тех пор, пока они снова не выйдут замуж.

Интересно, Доната понимает, что смерть Вито спасла ей жизнь? Он ведь ее убил бы за постоянные измены рано или поздно.

Я убрал сигарету обратно в пачку, снова посмотрел на часы. Время настало.

– Жди, – сказал я и вышел из машины.

И двинулся прочь по улице, вошел в первый же переулок, достал пачку сигарет, все-таки закурил. На улице было сыро, так что зажечь сигарету удалось с трудом, но я справился. Затишье. Несколько минут затишья перед тем, как разразится буря.

Выждал немного, добил сигарету. Потом вернулся на улицу и подошел к телефонной будке напротив ресторана. Вошел, вставил в щель монетку и набрал номер, который мне сказал сам Сэл.

Послышался протяжный гудок, а через несколько секунд я услышал бодрый голос:

– Траттория Рицци. Хотите заказать столик?

– Нет, – ответил я. – Позовите, пожалуйста, к телефону сеньора Джакомо Валли.

– А кто спрашивает? – спросили у меня.

– Его друг, – ответил я.

– Кто именно?

– Его друг. Вы не понимаете, что я говорю? – я добавил в голос немного злости и нетерпения.

– А… Его друг… Сейчас.

Так. Теперь остается только ждать.

Через стекло витрины ресторана было видно телефон, который был установлен там, у стены. Сейчас там был человек в белой рубашке и черных брюках, но его лица рассмотреть было нельзя – закрывала перегородка. Он положил трубку, а потом двинулся куда-то в глубину зала.

Прошла минута, другая, и в витрине появился парень в черном костюме. Я повернулся к Джо, который смотрел на меня из машины, и кивнул ему, мол, пора. Тот вышел из машины и быстрым шагом направился к витрине. Валли, ничего не подозревая, взял трубку, и я услышал голос:

– Кто это?

– Валли, это Тони, – ответил я. – Тони Фабиано.

Джо на ходу передернул затвор Томми-гана, ему оставалось пройти совсем немного.

– Тони? – озадаченно спросили из трубки. – А тебе-то чего понадобилось?

– Тебя хотят убить.

– Маранцано? – спросил он.

И в этот момент Биандо открыл огонь. Томпсон загрохотал, со звоном разлетелось стекло витрины, и я увидел, как труп упал на пол, скрылся за загородкой. А Джо подошел ближе, хрустя осколками, и снова открыл огонь. Он в действительности собирался нашпиговать парня свинцом.

Люди, которых на улице и так было немного, бросились в разные стороны, побежали. Через несколько секунд улица была совершенно пустой. Никому и в голову не приходило остаться на месте преступления, где стреляют, да еще и из автоматического оружия. Это хорошо.

Я же так и остался смотреть, держа трубку в руке. Сработало. Вроде сработало.

А потом откуда-то с противоположной стороны улицы послышался выстрел. Я повернул голову и увидел полицейского в синей форме, который бежал в нашу сторону, вскинув свой револьвер.

Твою ж мать. Только этого не хватало.

Я услышал второй выстрел, полицейский продолжил бежать к нам. Пуля ударила в стену, выбив из нее искры и отрикошетив куда-то в сторону. Джо развернулся, замер на мгновение, но я махнул ему рукой, показывая на машину.

Пусть уезжает, а я останусь. Да, полиция может привязаться ко мне, но соучастие они не докажут. Только вот я опять попаду в их поле зрения. Этого мне еще не хватало.

Джо выбросил автомат на землю и побежал к Шевроле.

Я же остался в будке, все так же держа трубку. В ней раздавались крики, какой-то шум, но я уже не слышал. Коп приближался, его тяжелые ботинки стучали по асфальту. Он снова выстрелил, на этот раз целясь в машину. Послышался звон разбитого стекла, а Джо нырнул внутрь салона.

Мотор с первого раза не завелся, стартер прокрутился вхолостую, и я почувствовал, как сердце екнуло. Полицейский остановился метрах в десяти от машины, встал в стойку и снова выстрелил. Джо сидел, пригнувшись, и яростно пытался завести машину. Мотор чихнул, заглох.

Гребаное ведро с гайками.

Коп сделал еще два выстрела. Один попал в кузов с глухим стуком, второй ушел куда-то вверх. Шесть выстрелов, у стандартного полицейского револьвера именно столько патронов в барабане. Так что он будет перезаряжаться.

Но если Джо не уедет… Мне-то что делать, броситься на него? Пистолета у меня нет, я оставил его в машине, потому что это был основной способ отхода, он так и лежал там в бардачке.

Вот моя ошибка: я не предвидел возможное появление полицейского. Черт… Что же делать, бежать?

Мотор наконец завелся. Джо рванул с места, резко вывернув руль, машина взвизгнула шинами, подпрыгнула на неровности и помчалась прочь. Полицейский же перезаряжал револьвер, и выстрелить он уже не мог.

Шевроле скрылся за углом. Коп развернулся ко мне, его лицо было красным, ему же пришлось пробежаться. Я понял, что он сейчас будет делать – вытащит меня из будки и вызовет подкрепление. Возможно, что сообщит номера машины.

И я сделал первое, что пришло мне в голову – вырвал трубку из аппарата. Провод натянулся, что-то хрустнуло внутри, и трубка осталась в моей руке. Я так и остался стоять, держа ее в руке.

Полицейский распахнул дверь будки, увидел оборванный провод и замер. Его глаза посмотрели на меня, я так и стоял с руками по швам, делая максимально невинное лицо.

Чутье подсказывает мне, что единственный мой вариант – это превратиться из подозреваемого в свидетеля. Рассказать всю правду – то, что я видел водителя. Мужчина в черном пальто и шляпе, стрелял из автомата, а я просто стоял в стороне и говорил по телефону.

– Что вы наделали⁈ – рявкнул он.

– Я пытался позвонить в полицию, офицер! – закричал я в ответ. – Хотел вызвать помощь! Услышал стрельбу, поскользнулся, упал, вырвал трубку!

– Заткнись! – крикнул он и закончил заряжать револьвер.

Из ресторана слышался шум, кто-то орал, требуя врача. Я увидел официанта и еще одного парня, которые стояли над телом убитого Валли. Полицейский повернулся к ним, потом снова ко мне. И навел на меня ствол револьвера:

– Наружу! Живо!

Мне не оставалось ничего другого, кроме как послушаться его. Я вышел, встал.

– На землю! – тут же скомандовал он. – Лицом вниз! Руки за голову!

Я медленно опустился на колени, потом лег на холодный асфальт. Пальто было жалко, асфальт мокрый, слякоть, но других вариантов не было. Потом сцепил руки за головой. Коп подошел ближе, наступил мне ботинком на спину, придавливая к земле. Унизительно, конечно.

– Ты один из них? – прорычал он. – Ты с тем стрелком.

– Нет, я просто говорил с женой! – ответил я.

– Не ври мне! Я видел, как ты махал ему рукой!

– Я выставил руку перед собой! Я думал, что он застрелит меня, как свидетеля! – твердо проговорил я.

Из ресторана выбежали люди. Официант, бледный как смерть, потом двое мужчин в костюмах, следом – толпа посетителей. А потом Маранцано и трое его охранников. Они, как ни в чем не бывало, сели в Паккард. Мотор завелся и машина поехала прочь.

Маранцано мог бы сказать одно слово, и меня отпустили бы. Но этого делать никак нельзя. Он жив, цел, а вот его недруг мертв. И это по-своему хорошо.

– Офицер! – заорал официант. – Офицер, там убили человека!

Полицейский на секунду отвлекся, повернул голову к ресторану. Давление на моей спине ослабло совсем чуть-чуть, но я все равно лежал неподвижно, прикидывая расстояние до ближайшего укрытия.

Нет, ни углов зданий, ни переулков, ничего, где можно спрятаться. Если я побегу, он выстрелит. Нельзя.

– Есть телефон внутри? – крикнул коп официанту, продолжая целиться в меня.

– Есть!

– Ты! – коп повернулся ко мне. – Не вздумай шевелиться! Учти, я тебя запомнил! Эй ты! – он повернулся к официанту. – Смотри за ним! Если встанет – кричи!

Он ткнул меня в спину ногой еще раз, а потом побежал. Я прикинул: не стоит ли рвануть все-таки, но потом решил так и остаться лежать. Слишком большой риск.

Ну что ж. Похоже, что мне предстоит расширить знакомство с местной системой охраны закона.

Интермеццо 5

Манфреди Минео и Стивен Ферриньо сидели в офисе небольшой компании «Галло и сыновья импорт». На самом деле никакого Галло не существовало, и уж тем более у него не было никаких сыновей. Просто прикрытие, очередная фирма, которая якобы завозила в США оливковое масло, а на самом деле использовалась для отмывания денег. Ну и для того, чтобы перед нужными людьми представляться не бандитами, которыми они являлись, а успешными бизнесменами.

Манфреди сидел над счетами, листал их и переписывал цифры в конторскую книгу. Он был боссом, и хорошо понимал в цифрах, особенно когда это касалось темных дел. Хотя боссом он стал не сразу, далеко нет. И все считали его ставленником Массерии, будто это он сделал его главой Семьи после смерти Д’Аквилы.

Не то чтобы это было не так… Но Манфреди это бесило. Порядком бесило. Ему хотелось самостоятельности, и он, возможно, даже перешел бы на сторону Маранцано, но… Таких вариантов не было, Сэл не принял бы его, и никогда не стал бы доверять.

Стив же разместился в кресле напротив и читал газету, водя пальцами по строкам и шевеля губами, проговаривая слова вслух. Он не был умственно отсталым, ничего такого, и даже быстро учился, но чтение почему-то давалось ему с трудом.

– Аль, – проговорил Стивен. На самом деле Минео все так и звали на американский манер – Альбертом. Он уже привык. – И все-таки, что ты думаешь про Лучано?

– Что именно? – спросил Минео.

– О его сговоре с Маранцано. Паппалардо мне уже все уши прожужжал о том, что Чарли метит на место босса, и что хочет убить Джо.

– Паппалардо прав в одном, – сказал Альберт. – Чарли действительно метит на место босса после Массерии. Но только вот с Сэлом он не договаривался. Иначе не предупредил бы Джо, и он еще вчера сгорел бы в собственной машине.

– Ну, мало ли, зачем ему это было нужно? – сказал Стив.

– Зачем ему спасать того, кого он вроде как хочет убить? – спросил Минео. – Не знаю. Но если бы Сэлу удалось убить Джо-босса, то Лаки так и так стал бы главным. Сам ведь это понимаешь.

– Не факт, – покачал головой Ферриньо. – Главным мог бы стать тот, кого мы бы поддержали. А это вовсе не обязательно Чарли.

– А кто еще? – Альберт хмыкнул. – Терранова?

Стив коротко хохотнул. Он знал, что уж кто-кто, а Чиро не годится на место босса. Но были ведь еще претенденты: Костелло, Анастазия, да и сам Паппалардо никогда не позволил бы Лаки стать доном просто так.

– Мой тезка мог, – сказал он.

– Мог бы, – кивнул Альберт. – Но только вот он недавно публично опозорился, выставил себя дураком. Ты же в курсе? Он поставил за Лаки слежку, а тот поймал одного из парней, приехал в офис к Джо-боссу и потребовал компенсацию. И Стив заплатил.

– А куда еще ему было деваться, – пожал плечами Ферриньо. – Джо-босс приказал заплатить, и он согласился.

– Но сам факт говорит о многом, – сказал Минео. – Если один капо может вот так прийти и потребовать деньги с другого, и тот заплатит… Это ясно дает понять, кто сильнее. Паппалардо теперь выглядит слабаком.

– Он и есть слабак, – Стив отложил газету. – И всегда им был, просто держится за Джо-босса. Вцепился, как пиявка. А ведь без него он никто.

Минео кивнул. Он знал Стивена Паппалардо много лет, и никогда не уважал его. Стив был жадным, мелочным и очень завистливым – ненавидел всех, кто был хоть сколько-то успешнее него. А таких немало.

– Но ведь Джо-босс оставил старшим его, а не Лучано, – сказал Альберт, откладывая счета.

– Еще бы, – усмехнулся Стив. – Если Лучано станет старшим, то уже через неделю это будет его Семья, а не Массерии. И Джо-босс это понимает. А Паппалардо тупой, ему не хватит ума захватить власть.

– В любом случае, – сказал Минео. – Стив хотел встретиться сегодня, говорит, есть важный разговор.

– Про Лучано?

– Наверное, – Альберт пожал плечами. – Он одержим этим парнем и идеей, что он предатель. А раз он сейчас старший… Может, он решил все-таки убрать его. Без санкции Джо-босса.

– А мы тут при чем? – спросил Ферриньо, нахмурившись.

– Мы можем уберечь его от Джо-босса, если тот узнает. Надавим на него, убедим, что это было необходимо.

– Это глупо, – Стив покачал головой. – После того, как Чарли спас Массерию от бомбы, он ему в рот смотрит. Любой, кто попытается что-то сделать против Чарли, сам окажется в могиле.

– Я и не собираюсь его поддерживать, – ответил Альберт, потирая подбородок. Ферриньо был, в общем-то, прав, но только отчасти. – Да и ситуация может поменяться. Сейчас Лучано должен убить Маранцано, но если у него не получится… Сам знаешь, что может случиться.

Стивен только кивнул. Ситуация в их мире менялась быстро, иногда за один день.

– И все-таки надо ехать, – решил Минео и встал. – Послушаем, что он скажет, может, что-то интересное будет.

– Как хочешь, – Стив пожал плечами. – Хочешь – поедем, но только это пустая трата времени. Ничего он придумать не способен.

– Возможно, – Альберт потянулся, разминая затекшую от долгого сидения над бумагами спину. – Но лучше быть в курсе, что он там придумал. Пошли, встреча через час в ресторане на Кони-Айленде.

– Том самом, где постоянно Джо-босс сидит? – спросил Стив.

– Точно.

– Вот ведь придурок. Ничего своего придумать не может.

– Он просто хочет показать, что действует с одобрения босса, – сказал Альберт, подходя к окну. – Пытается произвести впечатление.

Минео посмотрел в окно. Обычный день, в общем-то, люди идут по своим делам, машины едут мимо. Бронкс как Бронкс, ничего особенного.

– Думает, что хитер, – сказал Стив. – А все равно придурок.

– Ладно, пошли, – решил Минео.

Он вернулся к столу, собрал бумаги, сложил их в папку, а потом убрал в сейф. Из него вытащил пистолет, проверил магазин. Дослал патрон и поставил на предохранитель. Привычка носить оружие уже не раз спасала ему жизнь.

Особенно в последнее время все было неспокойно. Война-то уже началась, и он – очевидная цель.

– Ладно, поехали, – Ферриньо тоже поднялся. – Не будем опаздывать.

Стив встал, тоже проверил свое оружие. Они вышли из кабинета в приемную, где за столом сидела секретарша, молодая итальянка с пышными формами, которую на работу взяли именно за них. Ну и за другие достоинства, причем рабочие качества не оценивались вовсе.

Она подняла голову, улыбнулась.

– Уезжаете, мистер Минео?

– Да, Мария, – кивнул Альберт. – Вернусь через пару часов. Если кто-то будет звонить, скажи, что я на встрече.

– Хорошо, мистер Минео.

Они вышли на улицу. День был пасмурный. Всю ночь шел снег, но он уже растаял, оставив после себя слякоть и мокрый асфальт. Альберт по привычке огляделся, но ничего подозрительного не заметил. Несколько прохожих, пара машин, и какой-то рабочий в комбинезоне возился с канализационным люком на другой стороне улицы.

Их машина стояла прямо у входа: черный Паккард, дорогой и солидный, как и положено боссу. Стив открыл дверь, сел на водительское сиденье, Альберт занял место рядом с ним.

Ферриньо вставил ключ в замок зажигания, стартер прохрустел…

И в этот миг мир взорвался. Последнее, что почувствовал Альберт – это волну жара и давления, которая швырнула его назад. А потом наступила тишина.

Человек в рабочем комбинезоне поднялся от канализационного люка и посмотрел на горящую машину с другой стороны улицы. Он спокойно стоял на месте, пока вокруг люди кричали и разбегались в разные стороны. Взрыв оказался такой силы, что окна в здании выбило, и кого-то даже порезало осколками. Но ему было наплевать – сопутствующий ущерб.

Паккард превратился в пылающий остов, крышу сорвало взрывом, двери вывернуло наружу. Разглядеть, что там внутри, было невозможно – видно было только пламя и черный дым.

Минео и Ферриньо мертвы, в этом не было сомнений. После такого взрыва никто не мог выжить.

Человек достал из кармана часы, посмотрел на время. Одиннадцать часов и тридцать две минуты. Дон Маранцано захочет знать точное время.

Он поставил крышку люка на место, а потом повернулся и пошел прочь, не оглядываясь. За спиной продолжала гореть машина, кричали люди, разбегались в разные стороны, а из окон дома с противоположной стороны уже смотрели зеваки. Но его это уже не касалось, работа была сделана.

Он свернул в первый же переулок, огляделся, убедившись, что его никто не видит, после чего вытащил из-за мусорного бака заранее припрятанную там кожаную куртку, натянул на себя. Надел кепку, которая лежала в кармане, после чего пошел прочь.

Увидел у телефонной будки патрульного, который кричал что-то, вызывая подкрепление. Эта занята, да и надо пройти дальше.

Миновав еще два квартала, он остановился у телефонной будки, вошел внутрь. Вставил в щель никель, набрал номер, послушал протяжный гудок, а потом услышал на той стороне знакомый голос.

– Слушаю.

– Это Марко, – ответил мужчина. – Посылка доставлена, дон Маранцано.

Несколько секунд молчания, после чего голос спросил:

– Все хорошо?

– Все прошло чисто. Обоих больше нет.

– Хорошо. Ты молодец.

– Я знаю.

Он повесил трубку и вышел из будки, снова огляделся по сторонам, но никто не обращал на него внимания. Все смотрели в ту сторону, откуда поднимался столб черного дыма.

Мимо него промчались полицейские машины с завывающими сиренами, но Марко даже не повернул головы. Он просто шел по улице, как обычный человек среди тысяч других людей.

У него сегодня будут еще другие дела. Дон Маранцано хотел, чтобы Скализе тоже получил свою посылку, но чуть позже. Но этим тоже надо будет заняться в ближайшее время.

А потом будет еще работа. Война началась, уже пошли первые жертвы, и его услуги, как бывшего армейского сапера, будут востребованы, как никогда.

* * *

Сальваторе Маранцано положил трубку и откинулся в кресле. Манфреди Минео и Стивен Ферриньо мертвы. Двое из списка, те, на которых ему указал Лучано. Осталось разобраться со Скализе, и тогда у Массерии не останется серьезных союзников.

А еще сегодня умер еще один человек. И это было официальным поводом для войны, как они договорились с Чарли.

Полтора часа назад Сальваторе сидел в ресторане и смотрел, как Валли разговаривает с кем-то по телефону. А потом загрохотал автомат, стекло витрины разлетелось во все стороны, и Джакомо упал на пол. Все заняло несколько секунд.

Как и было обговорено, он дождался, пока стрельба прекратится, а потом они вместе с охранниками встали, вышли, сели в машину и уехали. Он не должен был вмешиваться, его задачей было уехать так, будто ничего не произошло.

Но он видел еще кое-что. Как полицейский положил на землю Лучано, как Чарли лежал на асфальте с руками за головой. И сейчас его, скорее всего, уже арестовали.

И это было неожиданно. Лучано не должен был попасться, он должен был уехать вместе со своим стрелком, залечь на дно и сообщить Массерии о том, что покушение провалилось, и они убили не того.

Но он остался. Почему?

Маранцано посмотрел на бутылку виски на столе, но только поморщился. Сегодня ему не хотелось пить.

Лучано был умен, слишком, чтобы попасться случайно. Значит это было частью его плана. Но какого? Что он задумал?

Он не стрелял. Было ли при нем оружие? Скорее всего да, люди говорили, что он начал носить пушку. Но если нет, то он всего лишь звонил по телефону. И мог сказать, что оказался там случайно. Не должно быть вообще никаких доказательств его участия. Сальваторе видел автомат, который выбросил стрелок, он валялся перед рестораном.

А сам стрелок уехал. Лучано чист. По идее, это так.

И вдруг Маранцано усмехнулся. Этот хитрый ублюдок наверняка специально остался на месте, чтобы его арестовали. Теперь, когда Массерия спросит, почему покушение провалилось, почему они не пошли дальше после того, как убили не того, Лучано скажет правду: его задержала полиция. И он ничего не мог сделать.

И Джо не останется ничего другого, кроме как поверить. Потому что будут полицейские записи, протоколы, показания свидетелей. Все подтвердит, что Лучано арестовали на месте.

Может быть, этот полицейский даже оказался там не случайно, может быть, это человек Чарли. Просто часть плана, о которой Лаки не предупредил его.

Зато первая кровь теперь в действительности не на Маранцано. Да, до этого были убиты люди Рейны и Вито с Пинцоло, но напрямую его это не касалось. Да, Массерия нашел под своей машиной бомбу, но он не мог так просто доказать, что это дело рук Сальваторе.

А вот убитый Валли – это прямое доказательство. Так что смерть Минео и Ферриньо будет равноценным ответом. Они хоть и в другой Семье, но все знают, что это люди Джо-босса.

Не то чтобы это очень уж важно, но другие Семьи по всей стране обязательно обратят на это внимание.

Вопрос только в том, что теперь с Лучано. Сумеет ли он выкрутиться на этот раз – его ведь взяли на месте преступления и так просто не отпустят. Что он будет делать?

Сейчас он наверняка сидит в полицейском участке. Но ведь все равно выкрутится же.

Маранцано покачал головой. Он знал много умных и хитрых людей, часто встречал их и даже восхищался, в основном безжалостностью. Но Лучано был другим. Он думал на несколько ходов вперед, видел картину целиком, когда остальные видели только отдельные фрагменты.

И он, очевидно, считал себя не фигурой, а игроком. И это делало его опасным. Чертовски опасным.

Но пока он однозначно на его стороне. Сегодня он это доказал.

* * *

Фрэнк Скализе сидел в своем кабинете и смотрел на телефон. Только что ему позвонили и сообщили новость: Минео и Ферриньо мертвы. Их взорвали в машине прямо у офиса Альберта. И еще сказали, что бомба была такой силы, что от них вообще ничего не осталось.

Он положил руки на стол, и понял, что они дрожат. Даже не просто дрожат, а трясутся, ходят ходуном. Не выдержав, он вытащил из ящика стола бутылку граппы, налил в бокал и выпил залпом. Не помогло – руки все равно дрожали.

Да, теперь он старший в Семье Минео. Мангано может возразить, но пока у него не хватит авторитета среди остальных капо. Да и Массерия скорее поддержит Фрэнка. Значит, он – практически босс.

Только вот это вовсе не радовало, потому что он чувствовал у себя на спине огромную мишень. Война началась по-настоящему, Маранцано решил ударить по союзникам Джо-босса, и он – следующий в списке.

Фрэнк встал, подошел к окну, посмотрел на улицу. Ничего особенного, обычный день, люди идут по своим делам. Но один из них уже, возможно, заложил бомбу под машину Фрэнка. Или сейчас приедет Форд, из него выйдут четыре человека, поднимутся к нему в офис и всех убьют. Никого не оставят в живых.