Текст книги "Кастелламмарская война (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Это не должно коснуться нас. Даже наоборот, можно будет подмять под шумок несколько чужих точек.

Остается надеяться, что Маранцано сдержит свое слово, и что будет действовать быстро. Иначе все обернется гораздо сложнее, и убирать Массерию придется сразу.

Впрочем, и на этот случай у меня в голове уже сложилось подобие плана.

Но пока сидим и не рыпаемся.

Глава 8

Я припарковался в переулке за парикмахерской, вышел из машины. Снова пошел мелкий холодный снег. Хорошо бы, чтобы он лег уже, что ли, по-нормальному, засыпал все. Хотя, будет ли тут такое? Да наверное будет, но ближе к Новому Году уже. Точнее к Рождеству, Новый Год тут никто особо не празднует.

На улице было тихо. Воскресенье, середина дня, большинство лавок закрыты. Только несколько старух в черных платках брели куда-то, наверное в церковь или из церкви. Да пара ребятишек гоняла мяч в переулке. В общем-то нормально.

Я двинулся к парикмахерской «У Джонни», где была назначена встреча. Подошел, и увидел на стеклянной двери табличку «Извините, мы закрыты». И через окна тоже было видно, что кресла пусты, да и никого внутри нет.

Ну да, действительно закрыты, и дело вовсе не в том, что мы назначили встречу. Какой-то закон тут есть о том, что некоторые лавки по воскресеньям не работают, и в их числе и парикмахерские. Стрижка, мол, не является жизненно важной, так что можно подождать денек до понедельника.

Но на самом деле постричься или побриться можно, но только для своих, и без огласки. Кого попало туда не пустят.

А вот бар вечером откроется, и это нормально. Режим работы баров не регламентируется никакими законами и нормативными актами за исключением здравого смысла владельца и жизненных обстоятельств. А все потому что они запрещены. Сухой закон же.

Я постучал. Через несколько секунд с той стороны появился Дионис, племянник Грека, тот самый подросток, что меня брил. Увидев меня, он открыл дверь, посторонился, пропуская меня внутрь.

– Мистер Лучано, – сказал он. – Все уже внизу, ждут вас.

– Хорошо, – сказал я. – Стой здесь, никого не впускай. Если увидишь что-то подозрительное – полицию, или парней вроде нас, спустись и предупреди. Капишь?

– Понял, – кивнул он.

Я прошел через парикмахерскую к задней двери, открыл ее, спустился по скрипучей деревянной лестнице в подвал.

Бар ни капли не изменился после моего последнего визита, разве что у стойки стояло несколько ящиков с виски, судя по маркировке – канадским. Значит, кто-то из наших поставку организовал. Ну, бизнес работал и без меня. Не сказать, чтобы как швейцарские часы: сбои, которые мне приходилось устранять, иногда случались. Но это нормально, это всегда так.

За большим столом, тем же самым, где мы встречались с парнями Макгрегора, сидели мои люди. Сэл Бруни, как всегда, аккуратный и спокойный, курил сигарету, рядом с ним – Джо Адонис, они явно разговаривали. Джо Биандо жевал что-то, кивал в такт словам парней, а Майк Коппола пил что-то из бокала мелкими глотками, смотрел на стену с выражением полной незаинтересованности в их разговоре.

А рядом с ними Мейер Лански и Багси Сигел. Мей тоже сидел, а вот Багси стоял у стены, сложив руки на груди.

Ну и Винни тоже тут, только он чуть в стороне держался, и тоже на ногах. Он еще не член Организации, просто помощник, вот и не решился, похоже, сесть. Но мне хотелось, чтобы он слышал этот разговор. Но однако, он успел быстро управиться, раз уже здесь, я думал, что подъедет позже.

Когда я вошел, все повернулись, встали, чтобы поприветствовать меня. Бруни торопливо затушил сигарету в пепельнице.

– Садитесь, – махнул я рукой. – Времени мало, говорить будем быстро.

Я подошел к столу, сел во главе, повернулся к Винни и махнул рукой, приглашая и его сесть. После чего спросил:

– Дело сделано?

– Сделано, – кивнул он. – Роуз и Гэй в безопасности, продуктов им купил на целую неделю.

– Это хорошо, – протянул я. – Хорошо.

Потому что вся эта ситуация может затянуться на гораздо больший срок, чем неделя. Возможно, это займет несколько месяцев. Но если мы вступим в дело и будем действовать быстро…

– Вы уже знаете, что произошло вчера ночью? – спросил я.

– Ты про перестрелку? – вопросом на вопрос ответил Адонис.

– Да, – кивнул я. – Это было покушение на Гаэтано Рейну. Двое стрелков, оба убиты, Рейна жив, ранен в руку.

– Кто стоял за покушением? – спросил Сэл.

– Массерия, конечно, – я усмехнулся. – Он приказал мне убить Рейну, я отправил Вито. Он должен был сделать все чисто, но зачем-то поперся к Джо-боссу, хотел выставиться перед ним. Тот отправил с Вито этого недоумка Пинцоло, и они провалили дело.

Пусть будет так. О том, что я там был, и это я им помог, лучше пока не рассказывать. Потом придется однозначно, но не сейчас. Пусть то, что лучше быть на моей стороне, безальтернативно дойдет до каждого. Вот тогда будет проще.

– Но вы же понимаете, к чему все идет? – спросил я.

На несколько секунд повисла тишина, мои люди переглядывались. Они все прекрасно понимали, потому что покушение на босса другой семьи однозначно означало только одно.

– Война? – спросил Джо Адонис.

– Война, – подтвердил я. – Массерия против Маранцано. Она начнется в ближайшие дни.

– И что это значит для нас? – спросил Биандо.

А вот теперь объяснить им все будет гораздо сложнее. Потому что мне как минимум придется объяснить, почему я не собираюсь мстить за Вито. Хотя кому мстить-то, это ведь я его и убил.

– Для нас это значит одно – мы сидим тихо, и не лезем ни на чью сторону. Продолжаем работать. Зарабатываем деньги и держим рты на замке. Каписко?

– Но мы же работаем на Массерию, – сказал Коппола. – Он наш босс. Он потребует, чтобы мы воевали, не позволит нам остаться в стороне.

– Если потребует, будем думать, – ответил я. – Но пока не требует. И я постараюсь сделать все, чтобы нас не втянули.

Мейер откашлялся, все повернулись к нему. И тогда он подал голос:

– Чарли прав. В войне между двумя большими боссами маленькие люди гибнут первыми. Нам это не нужно. Лучше переждать, посмотреть, кто победит.

На самом деле хитрый еврей все знает и все понимает. Как и то, что я договорился с Маранцано. Но он играет на публику, понял, что парни ничего не знают. Багси вот вообще молчит, смотрит в сторону, потому что боится нас выдать. Он-то парень прямой, импульсивный, но иногда понимает, что лучше держать язык за зубами.

– Посмотрим, – сказал я. – Сейчас важно одно: никаких стычек, никаких конфликтов, никаких провокаций. Если люди Маранцано на вас наедут, сообщите мне. Я все решу. Если люди Массерии требуют что-то сделать, тоже звоните мне. Говорите, пусть обращаются через меня, вы же мои солдаты, черт подери.

– А если прикажут кого-то убить? – спросил Биандо. – Лично Джо-босс?

– Тогда приходите ко мне, – ответил я твердо. – Я решу, как действовать. Самодеятельности не нужно.

Все кивнули, кажется они поняли мои позицию. Как говорят, у нас в России: моя хата с краю – ничего не знаю. Не в курсе, есть ли похожее что-то у горячих итальянцев, но логику они понимали.

– А Вито? – спросил вдруг Сэл. – Мы будем за него отвечать?

– Нет, – спокойно ответил я.

Все уставились на меня. Такого, чтобы не мстить за своего убитого человека, они очевидно не ожидали.

– Почему? – спокойно спросил Сэл.

– Потому что он сам – дурак, – ответил я. – Если бы он послушался меня, то все получилось бы чисто. Но нет, полез выставляться перед Массерией, вот все и закончилось для него плохо. Я не вижу смысла ссориться с Маранцано из-за него.

– Но…

– Никаких но, – сказал я. – Мы не лезем никуда.

Я вдохнул, чтобы продолжить, а потом понял, что не могу вот так – врать своим людям. Они ведь в случае чего будут меня прикрывать, а если соврать один раз, то доверие может быть потеряно. Так что придется признаваться. Не во всем, но признаваться.

– Парни, – сказал я. – У меня есть план. Я не могу раскрыть вам всех деталей сейчас. Нет, не потому что я вам не доверяю, – я поднял руку, чтобы остановить их, было же ясно, что они сейчас станут говорить. – Дело в том, что я должен сделать все сам. Потому что это очень рискованно, а я не хочу вами рисковать. Мне понадобится ваша помощь, но ближе к завершающему этапу. Тогда я раскрою все карты.

Да. Тогда даже если кто-нибудь сдаст меня Массерии, все равно будет уже поздно.

– Все поняли?

– Да поняли, босс, – первым ответил Бруни. – Сидим тихо, делаем деньги, никуда не лезем.

– Да, поняли, – сказали оба Джо один за другим.

И даже Коппола кивнул. С учетом того, какой он неразговорчивый, это и так делало все ясным.

– Делаем бизнес, зарабатываем деньги. Кстати, как у вас там дела? Что с бизнесом, как дела в барах?

– Все нормально, – ответил Сэл. – Выручка стабильная, после краха народ пьет больше обычного. Заливают горе.

– Это хорошо для нас, – усмехнулся Адонис.

– Пока хорошо, – сказал я. – Но скоро люди начнут экономить. Депрессия только начинается, вы знаете, что я ее предвидел и знаю, о чем говорю. Так что начинайте постепенно снижать цены, иначе клиенты уйдут к тем, кто продает дешевле. К ирландцами тем же.

– Снизим цены, потеряем прибыль, – заметил Биандо.

– Лучше продать сто бутылок по доллару, чем десять по два, – сказал Мейер. – А прибыль и так упадет в конечном итоге. Но мы же теперь ставку на свой алкоголь делаем, и на ирландцев.

– Да, кстати, – сказал я и повернулся к Адонису. – Как дела с ирландцами?

– Высший класс, босс, – он показал большой палец. – Я пытался выспросить у них, из чего и как они гонят – не говорят, семейный рецепт, мол, и все. Но виски отличный, поставили все вовремя. Завтра начнем развозить первую партию по барам, долю отдам сразу же.

– Босс, – сказал Сэл. – Я договорился с Д’Амико. Они помогли нам с оборудованием, так что завтра планируем варить первую партию.

– Отлично, – кивнул я. Значит, партия с ромом уже подходила к логическому завершению, потом надо будет просто следить, чтобы поставки не прекращались, и чтобы завод работал. – А что с Рафаэлем?

– Смогли договориться, – сказал он. – Нашел пару парней из Испании, они переводят.

– Хорошо, – кивнул я. – Значит, завтра заберешь меня, поедем и посмотрим, как оно все делается.

Дело жаркое будет в прямом смысле, заодно и согреться можно будет после холодного дня. Ну и мне, опять же, надо затаиться и переждать. А для остальных это будет вполне нормальное объяснение – поехал проверить, как обстоят дела с моим новым производством.

Я вытащил из кармана новую пачку сигарет, которую купил в автомате, распечатал ее, прикурил. Выдохнул дым – сложнее дышать в подвале из-за этого не станет, и так тут душно.

– Теперь про точки Вито, – сказал я.

Все посмотрели на меня. Ну да, я ведь мог забрать их себе, но я этого делать не собирался. Более того, я хотел дистанцироваться от криминального бизнеса, получать долю и вмешиваться только если возникнут непредвиденные ситуации. У меня вполне себе получилось это сделать во время поездки на Кубу. Бизнес продолжал работать, и я не понадобился.

Так что пусть так будет и дальше. А я организационные вопросы буду решать, почему нет. Заодно и у закона ко мне будет меньше претензий. Хотя, конечно, если раскроется мое участие в том же покушении, то, что я убил Вито…

Ладно, все следы я затер, так что там все не так просто.

– Делите эти точки между собой, – сказал я. – Поровну. Все, кроме борделей…

Они расслабились. Все стало ясно более-менее, так что ссориться не из-за чего.

– Но парни, учитывайте, что с наркотой мы завязываем, – сказал я. – Потихоньку сворачивайте дела, мой вам совет. Это скоро станет общепризнанной точкой зрения.

– Почему? – спросил Адонис. – Наркотики – большие деньги.

– Наркотики – это большие сроки в перспективе, – ответил я. – А доказать их проще, чем убийство даже, там все сводится к свидетельским показаниям. Если мелкому дилеру захочется отмазаться – он просто сдаст того, кто выше. Тот сдаст тебя – пожизненное сидеть никому не хочется.

– Так их ведь можно…

– Всех не убьешь, – я покачал головой. – Сворачиваемся. Да и. Парни, вам самим хочется травить людей? Ладно алкоголь – от него большого вреда нет. Но что бы вы сами сделали с теми, кто продает наркотики вашим детям? Да, пусть когда они повзрослеют уже, но все равно.

Я усмехнулся. Парни задумались, это было явно видно. Да только вот это, очевидно, сразу не сработает, все-таки большие деньги, да еще и быстрые – это соблазн. Чтобы выкорчевать этот бизнес из структуры мафии, мне придется потратить достаточно много сил и времени. Но, надеюсь, получится. Если Комиссия официально запретит торговать наркотиками, все будет проще.

Правда и сложнее одновременно. Если парень, попавшийся с наркотой, будет знать, что у него два пути – тюремный срок или смерть от рук своих же товарищей, он гораздо охотнее пойдет сотрудничать со следствием. Так что тут нужно переформатировать сознание, чтобы парни сами отказались связываться с этой дрянью. Идеи по этому поводу у меня есть.

Проблема только в том, что Лучано до моего вселения сам активно торговал наркотой. Но это ладно.

– Бордели на тебе, Джо, – кивнул я на Адониса. – Я передам их тебе лично, потратим пару дней, познакомлю со всеми. Думаю, у тебя все получится.

Опять же, дистанцироваться. Проституцию не зря называют самой древней профессией, так что никуда от нее не деться. Не возьмемся мы – возьмется кто-нибудь другой, и на этом он может заработать гораздо больше денег, а потом сковырнуть нас с вершины организованной преступности. Когда мы на нее заберемся, конечно.

Плюс это не только деньги, но и компромат, связи. Но тут тоже можно смягчить углы – нормировать как-то рабочий день, платить достойную зарплату, устраивать регулярные медосмотры, раз уж у нас есть прикормленные врачи. Лечить опять же за свой счет. Придумать что-то можно, короче говоря.

Ну и естественно не сажать работниц на наркоту, заставляя обслуживать мужиков день и ночь. Сейчас вроде такого особо не делают, но в будущем станут.

Радости особой на лице у Джо не было, правда говоря. Ну да, я передал бордели Вито, а тот вдруг взял и умер. И теперь он может опасаться, что с ним случится то же самое. Но нет, он все-таки один из самых верных моих людей, опять же друг детства из той же банды, что и Багси с Лански.

– Есть вопросы? – спросил я у парней.

– Все понятно, босс, – ответил за всех Бруни.

– Все. Расходимся, – я затушил сигарету в пепельнице. – Действуем как договорились, самое главное – никому ничего не говорим, держим язык за зубами. Если будут вопросы, звоните мне. Все понятно?

Все кивнули.

Люди стали вставать, собираться. Адонис застегнул пальто, надел шляпу, Коппола и Биандо пошли к лестнице.

– Винни, останься, – сказал я. – Сегодня повозишь меня, есть дела. Подожди наверху.

– Да, босс, – кивнул он.

Я посмотрел на парней, которые постепенно расходились. Сейчас все не так плохо, мы можем встречаться в этих барах и клубах. А ведь скоро за нами начнут следить. И даже если кого-то освободят по условно-досрочному, ему нельзя будет попадаться в компании других известных преступников. И как тогда вести дела?

Ладно, до этого еще не скоро, только в семидесятых начнется. И до этого надо еще дожить.

Все ушли. Задержались только Багси и Мейер.

– Надо поговорить, Чарли, – сказал тихо Мей. – Кое-что прояснилось по поводу нашего друга Голландца.

Ну уж кого-кого, а его я другом не назвал бы. Это однозначно. Ублюдок он тот еще, но это ладно. Мы с ним разберемся чуть позже, это точно, да.

– Хорошо, – сказал я. – Пошли за стойку, выпить хочется.

Сложный сегодня день, очень сложный. Встреча с Массерией еще эта все нервы вымотала. И опять прятаться на съемных квартирах, скрываться от слежки, Паппалардо ведь наверняка кого-то за мной отправил, не поверю, что эта тупая псина откажется от того, чтобы попытаться изобличить меня перед боссом.

А ведь он даже на дуэль согласился. И если бы не Джо-босс, то мы порезали бы друг друга. Это точно.

Я подошел к стойке, наклонился, вытащил из-под нее бутылку виски и три бокала. Похозяйничаю немного в запасах Джонни, все равно ведь придется платить за аренду зала, хотя бы двадцатку оставить за беспокойство. Но места для встреч тоже придется менять, слишком уж часто мы тут бываем. А привычка не только облегчает жизнь, но и укорачивает ее. Или ведет к закономерному тюремному сроку.

Разлил, подтолкнул ко всем, глотнул сам.

– Ну, так что там? – спросил я.

– Связался я с этой шварце, – проговорил Багси. – Она сперва даже разговаривать не хотела, знает же, что мы раньше вели дела с этим шмуком, Шульце. А потом Мей уже договаривался.

– Ты уверен, что хочешь в это лезть? – спросил Мейер. – У нас и без того проблем по горло с Джо-боссом. Ты ведь специально устроил все так, чтобы покушение провалилось, верно, Лаки?

– Да, – не стал я врать. Тут можно было говорить совсем честно. – Это я завел Вито в ловушку. Ее расставил сам Томми, я только дал наводку Дженовезе, где его и убили.

– Рискованно, – проговорил Лански. – Он ведь крутой парень, мог все-таки добиться цели.

– Он был крутым парнем, – сделал я ударение на второе слово и выпил еще.

– Был, – легко согласился Мей.

– Ну вот и все, – я улыбнулся. – Значит, все сработало.

– А зачем это было нужно-то? – спросил Сигел. – Он был твоим человеком, приносил много денег. Зачем тебе нужно было от него избавляться?

Зачем? Да потому что я знал, что в будущем он сделает все для того, чтобы самому стать боссом. И попытается убрать меня. Возможно что сразу, как мы избавились бы от Массерии, возможно позже. Но не факт, что я не поменял историю настолько, что у него это получилось бы.

Тут хорошо подошла бы русская пословица «сколько волка не корми – он все равно в лес смотрит». Я бы мог ее на русском сказать, и Лански даже понял бы. Но знание русского языка я обнаруживать пока не хотел.

– Потому что он всегда хотел большего, Бенни, – ответил я. – Потому что он сам хотел стать боссом. Потому что рано или поздно между нами возник бы конфликт. Ты ведь понимаешь, о чем я?

Сигел кивнул. Кстати, для парней это ведь может стать уроком. То, что я безжалостно избавляюсь от тех, кто может встать у меня на пути, и это не станет для меня никакой проблемой. Может, тогда поостерегутся плести заговоры, и вообще…

Но Бенни и Лански это пока не надо. Я даю им возможность зарабатывать деньги, очень большие деньги.

– Так же с Шульцем, – ответил я. – Да и парни, скажем честно. Наше дело – тайное, мы стараемся никуда не лезть, не хотим публичности. А Голландец? Да он считает, что если не попал в газету, то день для него прошел зря. Он нас всех рано или поздно подставит.

– Он еще себя считает меценатом, – усмехнулся Багси.

– Ну, этого уже достаточно, чтобы его убрать, – сказал я. – Опять же, мы сделаем это не своими руками. Пусть негры сделают что-нибудь полезное, а мы устроим с ними взаимовыгодное сотрудничество. Так, ты назначил встречу?

– Вообще, я тебе сегодня звонил с утра, – сказал Лански. – Но ты уже уехал куда-то, трубку взяла Гэй. Встреча сегодня в восемь вечера.

– Где? – спросил я.

– В одном из подпольных баров в Гарлеме.

– На территории Шульца? – не понял я. – Это ведь он там ведет дела, он возит туда алкоголь.

– Нет, – он покачал головой и замолчал. Было видно, что он опасается говорить.

– Да говори ты уже, – сказал я.

– Это черный бар, – сказал он. – Белых туда практически не пускают, только через черный ход.

– Это унизительно! – тут же заявил Багси. – Это мы – хозяева этого города, а не шварце!

Я выдохнул. Ну да, стереотипы, расовая сегрегация и прочее. И ведь мне придется вести дела не просто с женщиной, а с черной расисткой. Такие, как она, потом превратятся в «Черных пантер».

– Ладно, потерпим, – выдохнул я. В общем-то я был свободен от расовых стереотипов, особенно когда дело касалось женщин.

– Но пусть об этом никто не узнает! – тут же сказал Багси. – Я не хочу, чтобы меня видели в таком месте.

– Это же даже лучше, – сказал я. – Никого из парней Шульца там быть не может по определению. Да и так скрываться придется, нельзя, чтобы он узнал.

– Хорошо, – выдохнул Мейер.

– Да, Мей, – обратился я к Лански. – Найди мне хорошего частного детектива. Надежного. Есть кто-нибудь на примете?

– Есть один, – кивнул Мей. – Майкл Стрелецки, иммигрант, мы с ним с детства знакомы. Познакомились еще в Гродно, потом на одном корабле сюда приплыли.

– Еврей? – решил уточнить я.

– Поляк, – покачал головой Лански. – Но парень очень умный, пусть и пьет, как рыба.

– Доверяешь ему? – уточнил я.

– Не как тебе, конечно, но в общих чертах да, – подтвердил Мейер.

Ладно. Ничего особо секретного раскрывать детективу я не собираюсь, даже наоборот, собираюсь обмануть немного, но мне надо накопать информацию на одного человека, который в ближайшем будущем может устроить для меня крутые проблемы. Если получится – то компромат. Если нет – то тогда придется устранить его физически.

– Устрой мне с ним встречу, – сказал я. – Завтра… Нет, завтра я в Джерси еду, и это весь день займет. Давай на послезавтра, на утро.

– Лучше в обед, – хмыкнул Мей. – Как проспится.

– Ну тогда в обед, – кивнул я. – Все, пошли, парни, надо сделать еще пару дел, а потом снова встретимся. Не будем заставлять королеву ждать.