Текст книги "Кастелламмарская война (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

– Обсудим, конечно, – согласился и решил ему немного польстить. – Мне нужен надежный партнер.

– Мне тоже, – кивнул он. – И не такой жадный, как этот Голландец.

– Про него все так говорят, – я усмехнулся и сделал длинную затяжку. – Даже в наших кругах, чуть ли не легенды ходят. А Шульц что, много заказывал у тебя раньше?

– Нет, это был бы первый раз, – Дойл затянулся, выпустил дым. – Мы встретились лично у посредника, нашего общего знакомого, обсудили объем. Но он торговался за каждый цент, и при этом делал лицо, будто мне одолжение делает, а не я ему.

– Это на него похоже, – кивнул я. – Очень сильно. Он из тех, кто считает, что весь мир ему должен.

Дойл хмыкнул.

– Именно. Когда твой человек предложил больше, я даже не раздумывал, – он докурил сигарету, бросил окурок на землю, растоптал, а потом посмотрел на меня. – Слушай, мне брат рассказывал кое-что про тебя. Он работает в сто двадцать втором на Стейтен-Айленде, детективом. Это не ты тот самый Лучано, которого чуть не порезали на куски, а он все равно выжил?

– Тот самый, – кивнул я.

– Я слышал эту историю. Говорят, тебя нашли на берегу с перерезанным горлом. И ты все равно выжил.

– Как видишь, – пожал я плечами.

Дойл посмотрел на меня с каким-то новым выражением. С уважением, наверное.

– Крепкий ты парень, – сказал он.

– Ну а как иначе? В нашем деле слабаки долго не живут.

Он кивнул, соглашаясь. Багси уже шел обратно с кожаным саквояжем в руке, не особо торопясь. Может быть, ему не хотелось расставаться с деньгами, или просто не хотел спешить. Сделка-то уже практически закрыта.

– Вот и деньги, – сказал я.

Багси подошел, протянул ему саквояж.

– Пятнадцать тысяч, – сказал он. – Как и договаривались.

Дойл открыл саквояж, заглянул внутрь. Там лежали пачки купюр, аккуратно перевязанные резинками. Мелких, кстати говоря, – десяток, двадцаток. Билл взял одну пачку, пролистал, проверяя. Потом другую, потом третью. Будто опасался куклу найти – просто нарезанную бумагу среди настоящих купюр.

– Не доверяешь? – усмехнулся Багси, и все-таки достал сигареты.

– Доверяй, но проверяй, – ответил Дойл. – Старое флотское правило.

Скорее житейское. Он продолжал пересчитывать, делал это быстро, видно было, что не в первый раз. Его люди стояли и наблюдали. Я заметил, что один из них, молодой парень с нервным лицом, все время поглядывал в сторону дороги.

Боится, что кто-нибудь приедет? Или что мы все-таки решим не отдавать деньги, и откроем пальбу?

Место глухое, конечно, сюда может забрести разве что какой-нибудь фермер, который ищет сбежавшую корову. Или бродяга, ищущий, где переночевать. Да уж, не повезет им.

Наконец Дойл закончил, закрыл саквояж.

– Все верно, – сказал он.

– Отлично, – я протянул ему руку. – Приятно иметь дело с честными людьми.

Он пожал мою руку, усмехнулся и сказал:

– Взаимно.

Багси повернулся к нашим машинам, поднял руку, махнул. Ицхак за рулем грузовика завел двигатель, тот заурчал. Грузовик выпустил облако дыма из выхлопной трубы и медленно двинулся к нам. Остальные тоже вышли, двинулись к грузовику. Работа предстояла тяжелая, надо взять ящики и загрузить их в грузовик. И главное – не возиться всю ночь.

Водитель подогнал наш грузовик вплотную к армейскому, заглушил двигатель. Вылез из кабины и поднял брезент, опустил бортик.

– Начинайте, – скомандовал Багси.

Один из парней залез в кузов армейского, еще один – нашего. Через несколько секунд появился первый ящик, его схватили двое, потащили. Потом второй, третий, четвертый. Работали быстро и слаженно, было видно, что занимаются погрузкой не в первый раз. Ну а что, им-то что виски грузить, что оружие – какая разница.

Мне только и оставалось смотреть, как ящики перекочевывали из одного кузова в другой. Дойл тоже стоял, продолжая держать в руке ручку саквояжа с деньгами, будто боялся, что отберут. Его парни нашим помогать не стали, так и стояли на стреме.

– Тяжелые, черти, – пропыхтел один из наших, принимая очередной ящик.

– Это с Браунингом, – ответил кто-то из людей Дойла. – Они всегда тяжелые.

Но в целом никто не жаловался. Погрузка заняла минут пятнадцать, наконец-то последний, тот самый, с гранатами, оказался загружен в наш грузовик. Ицхак закрыл задний борт, закрепил брезент.

Теперь надо будет все это довезти до одного из наших складов. И так, чтобы никто нас не остановил. Так что мы разъедемся, оставим только одну машину сопровождения, иначе слишком опасно будет.

А я, значит, смогу поехать домой и наконец-то выспаться. Вроде как планов на завтра особых нет.

А на послезавтра уже назначены похороны Вито, соберется много народа, почти вся Семья. Придется играть роль скорбящего, хотя у меня лично никаких сожалений его смерть не вызывала. Никого из нас нельзя назвать хорошим человеком, но Вито особенно, это точно.

Я повернулся к Дойлу и протянул ему руку.

– Спасибо за товар, Билл.

– Если понадобится что-то, всегда обращайтесь, – ухмыльнулся он, пожимая ладонь. – Всегда рад помочь.

– Хорошо, – сказал я. – Мой человек свяжется с тобой, если понадобится что-нибудь. Но и ты будь на связи, мало ли, вдруг появится что-то интересное.

Мы с Багси двинулись в сторону наших машин, Джо пошел следом, он так и не проговорил ни слова, что вообще не было похоже на него. Чувствовал напряжение.

А вот меня постепенно отпускало. Вроде как все, закончилось. Военные нас не кинули, привезли действительно хороший товар. И никто не пытался обмануть нас при расчете. И без стрельбы обошлось.

И даже относительно надежного делового партнера получили. На самом деле ни хрена он не надежный, он нас точно так же кинет, если кто-то предложит ему больше. Так что на самом деле я сразу решил, что больше с ним дел мы иметь не будем. Это разовая акция.

Тем более, что у него брат работает в полиции. И дело даже не в том, что в правилах омерты есть пункт, что нельзя иметь дело с полицейскими. Мало ли, проговорится, проболтается, а потом нас накроют. И кто-то срубит палку.

Если сейчас приедет полиция, скажем, то нам всем грозит пожизненное.

Хотя на самом деле, если бы они приехали, то все закончилось бы очень большой кровью.

– Ну смотри как, а, Лаки? – сказал Багси. Он шел рядом, довольный, словно кот, объевшийся сметаной. – Я же говорил, верное дело. И сами прибарахлились недорого, и Шульца облапошили. Плохо что ли?

– Да, хорошо, – ответил я.

Но мне почему-то было не по себе. Сам не понимаю, почему, но не по себе.

Мы подошли ближе к машине, я взялся за ручку передней двери с пассажирской стороны, открыл. А потом услышал какой-то гул.

Повернул голову и увидел на дороге свет сразу нескольких пар фар.

Глава 18

Ни сирен, ни мигалок, ни чего-то подобного. Просто три машины ехали в нашу сторону, и приближались они очень быстро. С той стороны откуда мы приехали

Кто это может быть? Полиция? А может быть, кто-то узнал о нашей сделке и решил помешать ей? Может быть, Шульц?

Я вытащил из кобуры Кольт, повернулся к Дойлу, но тот только замотал головой.

– Я ни при чем! – сказал он. – Честное слово!

И в этот момент из окна одной из машин высунулся человек. Потом я увидел вспышки выстрелов, и услышал знакомое клацанье пистолета-пулемета Томпсона. В нашу сторону полетели пули, и мне не оставалось ничего другого, кроме как укрыться за припаркованным грузовиком.

И то ли стрелял он из рук вон плохо, то ли все дело было в том, что ему приходилось делать это из машины, едущей по ухабам, большая часть пуль ушла куда-то в небо, застучала по стене амбара за нами.

Коппола отреагировал первым. Он стоял у своей машины с Томпсоном наготове, и когда эти пришельцы однозначно обозначили свою враждебность, просто вскинул автомат и высадил весь магазин в первую машину. Пятьдесят патронов за несколько секунд влетели в лобовое стекло и переднюю часть машины.

Стекло передней машины разлетелось вдребезги. Я увидел, как водитель дернулся, схватился за грудь, потом упал на руль. Машина вильнула влево, съехала с дороги, врезалась в старую водокачку. Послышался удар, потом скрежет металла, а потом вспыхнуло пламя.

Сначала небольшое, из-под капота, но оно быстро разгоралось.

Задняя дверь машины открылась, я высунулся и трижды выстрелил в ту сторону. Приятно было чувствовать в ладони увесистый девятьсот одиннадцатый, и ощущать, как отдача била в ладонь. Парень, что вылез, опрокинулся на спину и сполз по заднему крылу. Ненадолго он пережил своих товарищей.

А вот остальные машины уже останавливались, разворачиваясь боковыми бортами, практически одновременно послышались хлопки открывающихся дверей. Справа я увидел движение, повернул голову – это Дойл бежал вперед с неизвестно откуда взявшимся в его руках Браунингом.

Что ж, если уж военные вступили в бой, то они однозначно тут ни при чем. Иначе могли бы просто погрузиться в пустой грузовик и рвануть куда-нибудь прочь, прямо полями. Проехали бы. Это мы тут с грузом никуда не делись бы.

Но нет. Билл решил защищать клиента.

Выстрелы слышались уже со всех сторон. За машинами засело никак не меньше дюжины парней, и они палили в нашу сторону из пистолетов. Хотя нет, вот дробовик грохнул, и над головой сразу же свистнула дробь.

Я высунулся, выстрелил дважды в боковое стекло машины, которое брызнуло во все стороны осколками, но достать никого не достал. Естественно, кто бы удивился.

Надо идти вперед.

Вдохнул, выдохнул, и побежал, в несколько больших скачков преодолел расстояние до наших машин, за которыми засели парни. Высунулся, выстрелил еще раз, опять не попал. Повернулся, увидел Багси, который сидел за дальним колесом машины.

– Верное дело, да⁈ – крикнул я ему, хотя особо разочарован не был.

Нападение было спланировано из рук вон плохо. Они хотели сыграть на неожиданности, но тут на удивление нас всех выручил Коппола. Когда треть нападавших вывел из строя одной очередью.

Багси только усмехнулся мне, высунулся из-за машины и дважды выстрелил из своего револьвера. С той стороны послышался крик боли, а вот Сигел наоборот вскрикнул от ликования и добавил что-то явно матерное на идише. Я его не понимал.

Снова послышался грохот дробовика, а потом короткая очередь из чего-то совсем громкого, Браунинга, очевидно. Повернув голову, я увидел рядом Дойла.

Вытащил из пистолета магазин, сменил его на полный. Досылать не надо – патрон еще в стволе. Проблема только в том, что у меня всего один запасной был. Сегодня я руководствовался правилом «если не хватит семи патронов, чтобы отбиться, то не хватит и тридцати семи». Кто же знал, что такое случится?

Я высунулся и выстрелил еще раз. Потом загрохотал Томпсон – это Коппола справился с перезарядкой своего. А почему Биандо не стреляет, у него же тоже автомат?

А, вон он валяется. А сам Джо отстреливается из револьвера. Похоже, что заклинил. Ну да, это не очень надежное оружие, особенно магазин.

Один из нападавших выбежал из машины и, пытаясь укрываться за блоками прелого сена, которое валялось тут с осени никому не нужное, побежал. Я повернулся, выстрелил, и он рухнул. Пополз вперед, загребая руками землю, но его добил кто-то из моих.

А потом снова послышалась очередь из Браунинга. Я повернул голову, и увидел как Дойл со своим товарищем побежали вперед, к вражеским машинам, прикрывая друг друга. Похоже, что решили пойти на рывок и закончить все одним ударом.

Мне не оставалось ничего, кроме как высадить остатки патронов в машину, просто чтобы отвлечь врагов на себя. Что я буду делать с пустым пистолетом, я не знал. Придется отсиживаться.

Но парням удалось прорваться. Еще несколько выстрелов из Браунинга и наступила тишина. Я увидел, как Дойл встал во весь рост и перезарядил свою винтовку. Остальные постепенно стали высовываться из укрытий, послышались стоны раненых. Кого-то они все-таки умудрились зацепить.

Ну, похоже все. Я выдохнул, и в этот момент справа послышался оглушительный взрыв. Такой, что уши заложило, даже после перестрелки. И вспышка.

Повернув голову, я увидел, что первая из машин, которая выехала с дороги, не просто горит, а пылает. А это означает, что надо валить как можно быстрее. Перестрелку-то вряд ли кто-нибудь услышал, место надежное, а вот зарево увидеть…

Тем более, что огонь однозначно перекинется на водокачку.

Надо уезжать. Но сперва надо разобраться с тем, кто это вообще такие.

Я поднялся, двинулся в сторону, где лежали нападавшие. Махнул рукой Багси, чтобы он пошел за мной.

Дым от горящей машины поднимался к небу, и пламя освещало всю ферму каким-то адским светом. Надо торопиться, горящую водокачку увидят за много миль, и рано или поздно сюда кто-нибудь сунется. Но сперва надо понять, кто вообще на меня напал.

– Эй! – крикнул кто-то. – Тут раненый!

Я повернулся. Один из парней Багси, тот самый Ицхак-водитель, сидел на земле, прислонившись к колесу грузовика. Он держался за бедро.

– Сильно? – спросил я.

– Терпимо, – ответил парень. – Навылет прошла, кажется. Но кровит сильно.

Из-за грузовика вышел еще один, зажимая правое предплечье. Тоже ранен.

А потом Биандо и еще один парень выволокли из-за машины тело. Молодой парень, я даже его имени не знал, тоже из людей Багси. Пуля попала ему в шею, там все разворочено.

– Черт, – выругался подошедший Багси. – Это Моше. Хороший был парень.

Я кивнул. Ничего не скажешь, потери всегда случаются. Война есть война, даже если это просто перестрелка за груз оружия на заброшенной ферме.

– Надо перевязать раненых, – сказал я. – Есть что-нибудь?

– Откуда? – удивился Багси. – Мы же не на войну ехали, а на сделку.

Я посмотрел на дом. Он заброшен недавно, и там может остаться хоть что-то. Если не бинты, то полотенца или простыни, что угодно, любое полотнище. Лишь бы кровь остановить, а потом парней отвезут к настоящему доктору.

– Я посмотрю в доме, – сказал я. – Но сперва пошли, глянем, кто это такие.

Двинулся в сторону машин, полностью изрешеченных пулевыми попаданиями. Проблема только в том, что наши выглядели не лучше, и в город на них соваться нельзя. Полиция тут же остановит и начнет спрашивать, что случилось. А если заглянут в грузовик, то от них так просто не откупишься.

Около одного из убитых, молодого парня лет двадцати пяти в дешевом костюме, я увидел Кольт, такой же, как у меня. Наклонился, быстро обшарил карманы и нашел два запасных магазина. Я перезарядил Кольт, сунул второй магазин в карман, и сразу же почувствовал себя гораздо увереннее. Теперь у меня снова есть оружие, и меня так просто не возьмешь.

Я подошел к Дойлу. Он стоял над телами нападавших, продолжая держать в руках Браунинг. На самом деле это благодаря им мы победили. Если бы не их рывок, то все закончилось бы гораздо хуже.

Но и благодаря тому, что я перестраховался и взял с собой побольше парней. Хотя я не думал, что сюда приедет кто-то еще, больше опасался военных, что нас кинут.

– Спасибо, – сказал я. – Если бы не ты, нам бы туго пришлось.

– Не за что, – он пожал плечами. – Они в нас стреляли, выбора не было.

Говорить о том, что они могли погрузиться в машину и уехать, я не стал. Чтобы не оскорблять. Все-таки они за нас вписались.

Я посмотрел вокруг. Один из его парней стоял рядом, второй чуть поодаль, продолжая держать в руках винтовку. Похоже, что опасался, что еще кто-нибудь пожалует. Мои парни тоже все на месте, как и люди Багси. А вот третьего нет.

– Где третий? – спросил я у Дойла. – Тот молодой, нервный.

Дойл обернулся, посмотрел по сторонам, и его лицо изменилось, как-то сразу посуровело.

– Коннорс! – крикнул он. – Эй, Коннорс! Где ты⁈

Тишина. Только потрескивало пламя горящей машины, и переговаривались мои люди.

– Сукин сын! – выругался военный. – Он сбежал!

Мне почему-то вспомнилось, что тот парень все время поглядывал на дорогу. Он ведь явно нервничал, пока Билл пересчитывал деньги, и когда мы грузили ящики в машину. И вообще держался в стороне.

– Он знал, – сказал я. – Он был в курсе, что они приедут.

– Ты думаешь, это он сдал? – Дойл посмотрел на меня.

– А ты как думаешь? – вопросом на вопрос ответил я.

Он не ответил, просто стиснул челюсти так, что желваки набухли. Потом повернулся, крикнул своим:

– Пройдите по окрестностям, поищите его, парни! Если найдете, притащите ко мне!

Ну, выбор его. У нас не так много времени. Хотя… Наверное полчаса еще есть. Вопрос только в том, куда дальше ехать.

Багси уже обыскивал тела убитых. Доставал бумажники, смотрел документы. Я заметил, как он украдкой сунул несколько купюр в карман. Ну, я его понимаю, мертвым оно уже ни к чему. Достанется полиции в итоге.

– Лаки, – позвал он. – Иди сюда.

Я подошел ближе.

– Знаешь, кто это? – он показал мне на одного из убитых, крупного парня с рыжими усами.

Я присмотрелся. Лицо было смутно знакомым, но имени его я не помнил. Вроде видел где-то, но когда и где?

– Это Фрэнки Донован, – сказал Сигел. – Он работает на Шульца. Я видел его пару раз в Гарлеме, когда мы с Голландцем еще нормально общались.

Это все объясняло. Практически все. Кто-то сдал место сделки, они приехали, открыли пальбу. И то, что Коннорс этот молодой пропал…

– Уверен? – спросил я.

– Абсолютно, – сказал он и показал водительские права.

Ну да, глупый вопрос какой-то.

– И у него еще шрам на подбородке, видишь? Его порезали в драке лет пять назад, об этом все знали.

Я выдохнул. Значит, все-таки Шульц. Узнал, что его кинули и решил вернуть свое, ну и отомстить заодно. И людей прислал.

Все-таки хорошо, что я с бандитами имею дело, а не с военными. Военные не стали бы устраивать вот такой вот казачий налет с шашками наголо, они устроили бы засаду где-нибудь в окрестностях, а потом нас всех перестреляли бы из укрытий. Я бы и сам так сделал.

– Но как он узнал, где мы? – спросил Багси. – Место знали только мы и военные.

Я посмотрел на Дойла.

– Крысеныш, – сплюнул он. – Мы два года работали вместе. И я ему доверял.

– Шульц, наверное, предложил ему долю, – сказал я. – Ну или просто больше, чем ты платишь. Вот он и решил подзаработать. Когда я найду его, я с него шкуру живьем спущу.

Багси тем временем стал снимать часы с руки Фрэнки. Поймал мой взгляд, посмотрел на меня и пожал плечами.

– Вдруг золотые?

Ладно, хрен с ним. Тоже трофей, и пусть сам разбирается.

– Я пойду в дом, поищу что-нибудь для перевязок, – сказал я, повернулся к Багси. – Присмотри тут за всем.

– Один? – Сигел нахмурился. – Может, возьмешь кого-то?

– Справлюсь, – я махнул рукой. У них и без меня дел хватало.

Я двинулся к дому и обнаружил, что дверь закрыта. Но она была тут типичной, американской, так что хорошего удара в область замка хватило, чтобы она распахнулась. Вошел.

Внутри оказалось темно, только отблески пламени от горящей водокачки проникали через окна. Но этого достаточно.

Но я все равно остановился, огляделся, давая глазам привыкнуть к темноте. Обычная фермерская кухня: печь, стол, пара стульев. Хозяева явно уехали недавно и не все забрали. Скорее всего, им некуда идти, и отправятся они в какой-нибудь «Гувервилль», станут «хобо».

Таких будет много, и они будут готовы на любую работу. Это мы еще используем, ну а заодно и дадим им возможность хоть как-то выжить.

Я прошел дальше, в комнату. Диван, кресло, комод. Открыл шкафчики, посмотрел внутрь – пусто. Надо посмотреть на втором, может там что-то найдется, простынь какая-нибудь.

Я двинулся дальше, к лестнице, ведущей на второй этаж, и тут услышал наверху шорох.

Замер, вытащил из кобуры пистолет, большим пальцем взвел курок. Снова шорох, потом тихий скрип половицы. Там, наверху, кто-то был, и этот кто-то очень старался не шуметь. Но он знал, что я иду.

Я медленно поднялся по лестнице, стараясь не шуметь, но ступени все равно скрипели под ногами. Второй этаж, там коридор и три двери, все закрыты. Я затаил дыхание, прислушался и снова услышал шорох за одной из них.

Резко подскочил к ней, а потом ударил ногой. Дверь распахнулась, послышался звук падающего тела и крик. Я прицелился и увидел того самого молодого, Коннорса. Его пистолет валялся на полу, а сам он сразу же поднял руки.

– Не стреляй! – закричал он. – Пожалуйста, не стреляй!

Он был бледен, на лбу у него выступила испарина, а глаза бегали туда-сюда.

– Руки! – крикнул я. – Так, чтобы я видел!

– Я ни при чем! – он замотал головой. – Клянусь, я ни при чем! Я просто испугался, когда началась стрельба, и спрятался!

– Ага, – кивнул я и подошел ближе. – Поверил.

Я подошел ближе и пнул его пистолет куда-то в сторону, а потом наклонился и врезал рукояткой своего по голове. Парень опрокинулся на спину, ударился головой о пол, его глаза закатились. На темечке осталась ссадина, из которой потекла кровь.

Ладно, этого мы поймали.

Я открыл шкаф, нашел внутри старую, пожелтевшую от времени простынь и пару полотенец. Схватил все это, сунул подмышку, потом убрал пистолет. Взял парня за руки и поволок наружу. Что ж, теперь мы все узнаем.

Но больше всего меня волновал один вопрос. Сказал ли он, что оружие собираются перекупить парни Багси Сигела. Или Лаки Лучано. Или просто сдал место сделки, а деталей не знал.

В себя он так и не пришел, несмотря на то, что тащил я его по ступеням без особой заботы. Выволок наружу, бросил на землю, а потом махнул рукой, чтобы кто-то подошел.

Дойл двинулся в мою сторону, наклонился, и его лицо исказилось от ярости.

– Вот ведь крыса, – проговорил он и сплюнул.

– Надо его допросить, – сказал я.

Подошел один из парней Багси, забрал у меня полотенца и простынь. Я приказал ему перевязать раненых. Дойл тем временем наклонился над парнем и изо всех сил врезал ему по щеке. Потом еще раз.

Глаза Коннорса открылись, он посмотрел сперва на своего командира, потом на меня.

– Ну что, паскуда! – проговорил Билл. – Думал сбежишь⁈

– Билл! – проговорил парень. – Билл, я могу объяснить!

– Объясняй, – сказал я. – Только быстро, у нас мало времени. И учти, если соврешь….

– Ладно… – Коннорс выдохнул, переглотнул и повторил. – Ладно. Ко мне пришел человек, вчера днем. Сказал, что слышал о том, что ты хочешь продать оружие налево. Потом попросил назвать место сделки. Это все, я больше ничего ему не сказал!

– Как его звали? – спросил я.

– Он не представился! – парень замотал головой. – Только сказал, что работает на Шульца!

– И ты ему рассказал? – спросил Дойл. – Идиот! Он мог быть из полиции!

– Он дал мне пять сотен! Сразу! Ты мне платишь сотню в месяц, а он дал пять сотен! И после дела обещал ещё тысячу!

– Что ты ему сказал? – спросил я.

– Что? – не понял он.

– Дословно, – сказал я. – Повтори то, что ты ему сказал.

– Место и время сделки и все, – проговорил парень. – Он спрашивал, кто вы, и сколько вас будет. Но я не знал.

Я повернулся к Дойлу, и тот покачал головой.

– Он не знал. Он вообще у нас за подай-принеси, ящики грузил в основном, ну и на стреме стоял. Вообще никто, кроме меня, не знал.

Понятно. Значит, Шульц не знает, что это мы облапошили его. Может заподозрить, еще что-то, но предъявить что-то конкретное у него не получится. Слухи о том, что мы связались с Квинни, до него рано или поздно дойдут, а уж когда они получат оружие, так это точно. Но пока что мы в безопасности.

– Я узнал все, что хотел, – сказал я, повернувшись к Дойлу. – Это твой человек, поступай с ним как знаешь.

На самом деле тут и так все было понятно. Если мы просто бандиты, то военные, которые расхищают государственное имущество, ходят по краю. Всегда.

Он кивнул мне, а потом посмотрел на Коннорса. Тот задрожал еще сильнее, и зачастил:

– Билл, не надо! Послушай меня…

– Два года, – перебил его Дойл. – Два года ты работал со мной. Я доверял тебе, ты знал мою мать. Ты был у меня дома, и ел за моим столом.

– Билл… Пожалуйста… – Коннорс заплакал. – Я сделал ошибку. Дай мне еще один шанс, я все исправлю.

Дойл поднял Браунинг и выстрелил ему в голову. Тот опрокинулся на спину, во лбу появилась большая дыра. Да, винтовочный калибр – это такое дело.

Грохот был оглушительный, все на него обернулись, но это продлилось всего несколько секунд. Потом все вернулись к своим делам. Я посмотрел на Дойла, который так и стоял, опустив винтовку, и смотрел на тело. Лицо у него стало как камень, как у статуи.

– Так, – сказал наконец Багси. – Надо уезжать. Зарево видно за много миль, скоро сюда кто-нибудь приедет.

– Хорошо, – кивнул военный, потом махнул рукой своим, которые уже вернулись с пустыми руками. – Берите тело, загрузите его в грузовик, – приказал он. – Оставлять его здесь не будем.

Разумно. Нам тоже нужно забрать убитого.

– Пошли, Бенни, – сказал я. – Надо уезжать.

Мы двинулись к машинам. Да, досталось им порядком, ничего не скажешь. У одной кузов вообще как решето, во второй все стекла выбиты. Машины, кстати, наши, только номера на них поменяли для конспирации на ворованные с тачек тех же моделей.

Теперь их только на запчасти, толку вообще никакого.

– Так в город нельзя, – проговорил Багси. – Остановят.

Я прикинул. Мы в Джерси, в глуши, тут полицию не встретишь. А вот если сунемся в Нью-Йорк, то однозначно будут проблемы. Но, к счастью, у нас и тут есть бизнес.

– Тут недалеко ферма, – проговорил Биандо. – Я там забирал ром, который выгнали парни Сэла. Можем спрятаться там. А с утра свяжемся с Д’Амико, они пригонят новые машины.

Да, неплохая идея. Заодно проинспектируем, что там на заводике. Там возможно работа кипит, гонят почти круглые сутки.

– Соберите наше оружие! – приказал я. – Выкинем по пути. Биандо, подними свой автомат.

Парни взялись за работу, но общими усилиями закончили быстро. Я в этом не участвовал.

– Поехали, – решил я, открыл дверцу машины и смел с сиденья осколки стекла. – Моше только заберите, и двинем.

Остальные тоже расселись по машинам, Багси сел в мою, за руль. Завел двигатель – благо удалось, его пули не повредили, хотя это в принципе сложно. Тронулся.

За нами поехали остальные две машины и грузовик, водителя которого пришлось поменять. Я вытащил из кармана сигареты, прикурил.

– Да, полиции Джерси завтра много работы будет, – заметил Сигел.

– Точно, – кивнул я. – Ну и пусть, нечего просиживать задницы в участках. Немного жирок подрастрясут.

– А еще они, скорее всего, прижмут Шульца, – сказал он. – Там ведь его парни, наших никого нет. Увидят, конечно, следы шин, гильзы, и все остальное. Но если по горячим не попадемся, то уже ничего не предъявят.

– Да, – подтвердил я.

Багси понял, похоже, что мне не до разговоров, и замолчал.

Я же думал. Чем может обернуться все это? С одной стороны, мы сейчас перебили двенадцать человек Шульца. А людей у него было примерно столько же, сколько у меня – шестьдесят или около того. Теперь намного меньше.

Другое дело, что сейчас, когда народ массово остается без работы, люди готовы на все. И можно без проблем набрать новых.

Напустить бы на него полицию, только вот если он расколется… Он же в курсе наших дел, работает, в том числе, и с итальянцами. Так что могут возникнуть проблемы.

Нет, надо действовать наверняка. Валить его надо, причем валить чужими руками.

Я выбросил сигарету сквозь разбитое окно, откинулся в кресле, запрокинул голову и закрыл глаза. Сложный сегодня был день.