Текст книги "Кастелламмарская война (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Счастливчик. Кастелламмарская война

Глава 1

Такси остановилось у здания на углу Парк-авеню и Тридцать второй улицы. Я заплатил водителю, вышел, поправил пальто и огляделся.

Здание выглядело вполне себе респектабельно. Это было пятиэтажное здание из серого камня с белыми колоннами у входа, высокими окнами и коваными балконами на втором и третьем этажах. Над входом висела вывеска из золоченых букв: «Отель Версаль».

Элегантно, дорого, и без какого-нибудь намека на истинное назначение заведения. Обычный отель.

Но я знал правду. «Версаль» был одним из самых дорогих и элитных борделей Нью-Йорка. Сюда приходили банкиры с Уолл-стрит, адвокаты из крупных фирм, политики из мэрии, владельцы фабрик и магазинов. Короче, люди с деньгами и положением в обществе, те, кто мог позволить себе заплатить сто долларов за ночь с девушкой, а то и двести, если девушка была особенной.

Это был роскошный бордель из тех, управление которыми я полностью передал Вито Дженовезе. И он, похоже, решил выбрать его для себя в качестве центральной базы. Там было все, что нужно: ремонт и обстановка, сделанные под руководством французского декоратора, новая мебель и девочки – молодые, красивые, образованные. Не просто проститутки, а компаньонки, которые умели вести светскую беседу, знали, как держать себя за столом, как одеваться. Для мужчин, которые хотели не только секса, но и общества.

«Версаль» когда-то приносил мне тысяч двадцать пять чистой прибыли в месяц, иногда чуть больше. Неплохой доход. Теперь я передал управление Вито, и он должен был отдавать мне долю. Но кабинет он решил устроить именно здесь, чтобы вести дела, встречаться с людьми.

Об этом я узнал сегодня, когда позвонил Бруни и узнал, как связаться с Дженовезе. Он и сказал. Короче, губа у Вито была не дура.

Я поднялся по широким мраморным ступеням ко входа, толкнул массивную дверь, вошел внутрь. Холл встретил меня приглушенным светом и запахом дорогих духов.

Пол был выложен белым и черным мрамором в шахматном порядке, стены оказались обиты панелями из темного дерева, на потолке – лепнина с позолотой. Роскошь, даже немного навязчивая.

Слева от входа располагалась широкая лестница с красной ковровой дорожкой, которая вела на второй этаж. Справа – открытые двустворчатые двери в гостиную. Там горел камин, стояли диваны и кресла, обитые бархатом. На стенах холла висели картины в золоченых рамах.

У дальней стены холла стоял широкий стол ресепшена. За ним сидел мужчина лет сорока пяти в безупречном черном костюме, белоснежной рубашке и галстуке-бабочке. Его седеющие волосы были зачесаны назад с пробором, усики аккуратно подстрижены. Он что-то записывал в толстый журнал, но, услышав мои шаги, поднял голову.

Увидел меня, глаза его расширились на долю секунды – узнал. Потом лицо разгладилось в профессиональную улыбку. Он поднялся из-за стола, слегка поклонился.

– Мистер Лучано, – сказал он с легким французским акцентом. – Какая честь. Добро пожаловать в «Версаль».

Да, меня тут знают. Совсем недавно я управлял этим заведением.

– Добрый вечер, – кивнул я, подходя к стойке.

– Чем могу служить, сэр? – спросил администратор. – Желаете номер? Или, может быть, компанию на вечер?

Он умудрялся говорить деликатно и одновременно прямо, без намеков. Говорил о девочках так, будто предлагал мне чай или газету.

– Я к Вито, – сказал я коротко. – Дженовезе. Он ждет меня.

– Разумеется, сэр, – администратор кивнул. – Мистер Дженовезе находится в своем кабинете на четвертом этаже. Позвольте, я позвоню и сообщу о вашем прибытии.

Он поднял трубку телефона на столе, покрутил диск, подождал. Потом заговорил тихо, почти шепотом:

– Мистер Дженовезе? Мистер Лучано прибыл… Да, сэр… Конечно, сэр.

Повесил трубку, посмотрел на меня с той же профессиональной улыбкой.

– Месье Дженовезе примет вас в своем кабинете, мистер Лучано. Четвертый этаж, дверь в конце коридора справа. Лифт вон там, – он указал на дальний угол холла. – Но прежде чем вы пройдете, позвольте предложить вам что-нибудь выпить? Виски, бренди? Шампанское? У нас отличный коньяк из Франции, двадцатилетний.

– Нет, спасибо, – покачал я головой. – Не надо.

– Может быть, сигару? – не отставал администратор. – Кубинские, самые лучшие. Или сигареты?

– Нет, – повторил я чуть жестче. – Спасибо.

Администратор кивнул, он явно не обиделся, но сдаваться не собирался.

– Как пожелаете, сэр. Тогда, может быть, компанию? У нас сегодня дежурят очаровательные девушки. Мари из Парижа, Изабелла из Милана… Все образованные, интеллигентные, умеют поддержать беседу на любую тему. Могу представить вас…

Я поднял руку, останавливая его. Мне его услужливость уже начала надоедать.

– Не сегодня, – сказал я. – Я по делам.

Администратор снова кивнул, на этот раз уже без улыбки. Тон его сразу стал более официальным.

– Понимаю, сэр. Прошу прощения за назойливость. Лифт к вашим услугам. Хорошего вечера.

– Спасибо, – кивнул я и двинулся к лифту.

По пути я бросил взгляд в гостиную. Там сидели трое мужчин. Один, лет пятидесяти, седой, в дорогом сером костюме, с сигарой в руке, разговаривал с девушкой лет двадцати пяти. Она была в вечернем платье цвета розового игристого вина, с жемчужным ожерельем на шее, волосы уложены волнами. Улыбалась, что-то говорила. Тот смеялся, явно наслаждался беседой.

Второй, помоложе, в костюме-тройке, сидел на диване с двумя девушками сразу. Одна рыжая, в зеленом платье, вторая блондинка, в синем. Они пили шампанское из высоких бокалов, смеялись, обнимали его за плечи. Он выглядел счастливым.

Третий, лысеющий, в очках, читал газету у камина. Рядом с ним стояла девушка-брюнетка в черном платье, наливала ему виски из знакомой мне бутылки – канадский, наш. Он поблагодарил ее кивком, не отрываясь от газеты.

Было ещё несколько человек. Одного из них я даже узнал – редактор «Нью-Йорк Таймс». Надо будет познакомиться с ним поближе.

Все выглядело прилично, как в обычном дорогом клубе. Никакой пошлости, никакой вульгарности.

Девушки вели себя, как светские дамы на приеме, мужчины – как джентльмены.

Мадам и управляющий знали свое дело. Не зря в свое время мы так вложились в этот клуб.

Я подошел к лифту. Лифтер – молодой парень лет двадцати в форменной куртке бордового цвета с золотыми пуговицами – вежливо кивнул мне.

– Добрый вечер, сэр.

– Четвертый этаж, – сказал я и вошел в кабину.

Лифтер закрыл решетку, нажал кнопку. Лифт дернулся, поехал вверх с тихим гудением. Я посмотрел в зеркало, поправил галстук, снял шляпу, провел рукой по зачесанным назад волосам. Уже начинаю привыкать к такой прическе, хотя еще недавно мне бы и в голову не пришло носить ее постоянно. А тут волосы сами ложатся.

Лифт проехал второй этаж, третий, остановился на четвертом. Лифтер открыл решетку.

– Четвертый этаж, сэр. Хорошего вечера.

– Спасибо, – сказал я, выходя.

Коридор был длинный, с дверями по обеим сторонам. Стены обиты темно-бордовой тканью с золотым узором, пол устлан толстым персидским ковром с восточным орнаментом. Он еще и шаги приглушал. На стенах висели бра с матовыми плафонами в виде цветов.

Из-за одной из дверей слева доносились звуки, женский смех. Потом мужской голос, довольный:

– Ты удивительная, дорогая… Просто удивительная…

Я прошел мимо – не мое дело. За другой дверью справа раздался женский стон, протяжный, но не слишком громкий. Потом скрип кровати.

А чему еще удивляться, тут трахаются. Я все-таки в борделе.

Наконец я добрался до конца коридора. На последней двери справа висела латунная табличка, на которой было выгравировано: «Управляющий. Частная территория». Я постучал.

– Войдите, – послышался голос Вито изнутри.

Я толкнул дверь, вошел в кабинет.

Помещение было большое – метров тридцать пять квадратных, может, сорок. Слева у стены стоял широкий стол из красного дерева с резными ножками, за ним массивное кожаное кресло с высокой спинкой. На столе стоял телефон, пепельница из хрусталя, какие-то бумаги, аккуратно сложенные в стопку.

Справа стоял диван обитый зеленым бархатом – Вито наверняка приглашал девочек к себе. Два кресла, журнальный столик из того же красного дерева. У дальней стены книжный шкаф во всю стену, забитый книгами в кожаных переплетах. Окно было завешено тяжелыми шторами. На стенах опять же картины: морские пейзажи, охотничьи сцены.

За столом сидел Вито Дженовезе.

Да, он преобразился. Серьезное дело добавило ему самому серьезности. Выглядел он гораздо лучше, чем когда мы встречались в ресторане.

– Чарли, – сказал он, протягивая руку через стол. – Рад видеть.

– Вито, – я подошел, пожал его руку. Рукопожатие было крепким, сухим.

– Садись, – Вито кивнул на кресло напротив стола. – Виски из Тенесси? У меня «Джек Дэниэлс», старые запасы, еще до сухого закона…

– Буду, – согласился я, садясь в кресло.

Вито достал из нижнего ящика стола два хрустальных бокала, бутылку. Налил мне и себе. Я взял, отпил, виски был отличный – очень мягкий, с привкусом дуба и карамели.

– Ну что, Чарли, – сказал он, глядя на меня своими холодными глазами. Опять никакого почтения, как к своему капо. Похоже, что он в действительности вообразил себя серьезным человеком. – Ты звонил сегодня днем, сказал, что нужно встретиться. Что случилось?

Я поставил бокал на край стола.

– У меня есть работа для тебя, Вито, – я решил говорить прямо, без расшаркиваний и разговоров про погоду. – Серьезная работа, опасная. Но хорошо оплачиваемая.

Вито прищурился, явно напрягся.

– Какая работа? – спросил он ровным голосом.

– Нужно убрать человека, – рутинным голосом сказал я. Даже понижать тон не стал – в этом нет никакого смысла.

Вито не удивился. Даже бровью не повел, все-таки он был одним из дежурных киллеров в моей команде.

– Кого? – спросил он коротко.

– Гаэтано Рейна, – произнес я.

Вито замер, глаза его сузились. Он помолчал секунд десять, после чего ровным, почти безэмоциональным голосом проговорил:

– Рейна. Томми Рейна. Я все правильно понял?

– Да, – кивнул я.

Вито налил себе еще виски, выпил половину залпом. Поставил бокал на стол, вытер губы тыльной стороной ладони.

– Это приказ Джо-босса? – спросил он, глядя мне прямо в глаза.

– Да, – подтвердил я. – Массерия узнал, что Рейна работает на Маранцано. Джо-босс хочет его убрать.

– И он выбрал тебя для этой работы, – сказал Вито. Это не был вопрос, это было утверждение.

– Да, – кивнул я.

Вито задумался. Встал из-за стола, подошел к окну, раздвинул шторы, посмотрел на улицу. Постоял так минуту молча. Потом вернулся, сел обратно.

– Почему ты пришел ко мне, Чарли? – спросил он. – У тебя ведь есть люди, которым ты доверяешь гораздо больше, чем мне. Сэл Бруни, надежный парень, раз ты поставил его своей правой рукой. Этот психованный жид, Багси Сигел. Ты отодвинул меня, а теперь снова приходишь ко мне. Почему?

– Потому что ты лучше, – ответил я. – Сэл, пусть и давно с нами, но он остается обычным рабочим из порта. Может не сдюжить. А Багси – не итальянец, ему вообще не нужно влезать в эти дела.

– Понятно, – хмыкнул Вито. – Звучит логично, но мне все равно непонятно. Мне то зачем это делать?

– Вито, – сказал я. – Ты по-прежнему мой солдат. Я приказываю – ты делаешь. Но тебя ведь не это интересует, верно? – я усмехнулся. – Тебя волнует цена. Хочешь знать, что ты получишь.

– Верно, – сказал он.

– Ты получишь долю, – сказал я. – Джо-босс планирует забрать бизнес Рейна, когда мы его уберем. Он обещал мне отдать часть территории в Бронксе. Я отдам тебе половину этого.

Глаза Вито блеснули. Вот это ему было уже интересно – не просто деньги, а расширить свою территорию, получить влияние, власть.

– Половину? – переспросил он.

– Половину, – кивнул я.

Он вернулся за стол, сел, спросил:

– У тебя уже есть идеи, как это сделать?

– У меня есть человек, который следит за Рейна, – ответил я. – У нас есть неделя, подготовиться можно. Изучим привычки, расписание, маршруты. Когда нащупаем подходящий момент, я скажу тебе, как нанести удар. Ты сделаешь работу.

– Что за человек? – спросил Вито. – Не тот молодой, с которым ты катался на Кубу?

– Не важно, – я уклончиво покачал головой. – Главное, что надежный. И он не знает, зачем следит, не в курсе, что мы собираемся убрать Рейну. Потом заплатим, и он уйдет.

– Лучше бы ему исчезнуть… – проговорил Дженовезе.

Вот же гребаный маньяк.

На самом деле не было никакого человека, да и не собирался я никого убивать, план был не в этом. Мне нужна была помощь Рейна против Массерии, он был сильным боссом, его организация насчитывала больше двух сотен бойцов, в четыре раза больше, чем у меня.

И я собирался убить двух зайцев одним выстрелом. Мне ведь давно надо избавиться от Дженовезе. Пока что он сидит смирно, но уже позабыл о всяком почтении. И скоро снова полезет на рожон.

Более того, сегодня ночью у меня была назначена встреча с самим Рейна. Около полуночи на одном из его складов.

– Значит у нас есть время, – сказал Вито и вытащил из кармана пачку сигарет. Мне не предложил.

– Сделать надо будет лично, – предупредил я. – Чтобы наверняка. Две пули в голову, как обычно.

– Я возьму лупару, – он усмехнулся. – Прямо как у вас на родине.

– То есть ты готов? – спросил я.

– Готов, – кивнул он.

– Отлично, – я поднялся с кресла. – Тогда договорились. Как только будет информация, я свяжусь с тобой.

– Подожди, Чарли, – Вито снова встал. – Еще один вопрос.

Я нахмурился. Чего еще ему надо?

– Какой? – все-таки спросил я.

– Ты уверен, что Массерия даст тебе эту территорию? – спросил он. – Ты же знаешь Джо-босса. Он любит обещать, но не любит делиться.

Я усмехнулся.

– Ты понимаешь, к чему все идет, Вито?

– Война, – кивнул он. – Если Джо-босс решился, значит, дело идет к войне.

– Ну и как думаешь, нужно ему кидать нас сейчас, когда вот-вот начнется война? Или лучше сохранить с нами хорошие отношения?

– После того, как ты прокинул его на почти полтора миллиона?

Естественно он знал эту историю.

– Ты уверен, что он не попытается пересмотреть наш договор, после того, как война закончится?

Я усмехнулся. Да, это было бы вполне в стиле Джо-босса.

– До этого надо еще дожить, – многозначительно ответил я.

Подразумевая не только нас, но и самого Массерию. Вито посмотрел на меня, потом на бокал на столе, снова на меня. И кивнул:

– Я тебя понял, Чарли. Ладно, договорились. Я уберу Рейну. Дождусь твоего сигнала, сделаю все сам, чисто. Территорию делим пополам.

– Договорились, – сказал я и протянул ему руку.

Он пожал ее.

– Тогда я пошел, – сказал я.

– Тебя проводить? – из вежливости спросил Дженовезе. Ему явно не хотелось вставать, куда-то идти.

– Не надо, – я покачал головой. – Сам дойду.

– Как хочешь, – Вито кивнул. – Тогда до встречи, Чарли. Буду ждать звонка.

– До встречи, Вито, – ответил я.

Двинулся на выход из кабинета. Проходя мимо дверей номеров, я снова услышал звуки. Из-за одной двери женский смех, звонкий. Из-за другой мужской голос, хриплый:

– Да, вот так… Продолжай, дорогая…

Снова ритмичный мерный скрип кровати.

Я вызвал лифт, в котором снова оказался лифтер, мы спустились на первый этаж. Людей в холле прибавилось. Хоть и наступает ночь, но тут основная работа и идет в это время. У ресепшена стояли двое мужчин в дорогих пальто, разговаривали с администратором. Тот кивал, улыбался, что-то записывал в журнал, потом позвал одну из девушек.

Я пошарил по карманам, вытащил пачку сигарет, сунул одну в зубы. Хотелось покурить здесь, потому что снаружи с неба вновь летел мелкий колючий снег, и там будет неуютно.

С Дженовезе было просто – понятно на чем играть. На его амбициях, жажде власти, и, как бы это парадоксально ни было, на том, что он хочет занять мое место. А вот с Томми все будет гораздо сложнее, с ним мы раньше не пересекались, и, когда я все ему расскажу, он может просто мне не поверить.

Из гостиной вышла девушка: молодая, лет двадцати, с темными волосами, уложенными волнами. Она была одета в черное вечернее платье с открытыми плечами. Красивая, даже очень. И мне такие нравятся, темноволосые, зеленоглазые. А тут ещё и макияж хороший.

Она увидела меня, улыбнулась, подошла легкой, я бы даже сказал, летящей походкой.

– Добрый вечер, мистер Лучано, – сказала она мягким, бархатным голосом. – Вы один?

Я посмотрел на нее. Это хорошо обученная профессионалка. Знает, как подойти, как вести себя, наверняка и в постели умеет доставить мужчине удовольствие.

– Да, – ответил я и затянулся. – Один.

– Может быть, составите мне компанию? – она положила руку мне на предплечье, слегка, почти невесомо. – Я сегодня совсем одна. Было бы приятно провести вечер с таким интересным мужчиной как вы, мистер Лучано.

Я усмехнулся. Хорошая работа, как будто в театре: текст отрепетирован, все жесты выверены.

– Не сегодня, – сказал я, аккуратно убирая ее руку. – Извини, дорогая. Дела.

Она не обиделась. Улыбнулась снова, кивнула.

– Жаль, – сказала она. – Тогда в другой раз, может быть?

– В другой раз, – согласился я, хотя знал, что если и вернусь сюда, то точно не для этого.

Она развернулась, пошла обратно в гостиную. Я посмотрел ей вслед – платье облегало фигуру, подчеркивало изгибы, бедра покачивались в такт шагам на высоких каблуках. Задом не виляла, как вульгарные проститутки из компьютерной игры, которую я зацепил ещё в нулевых. Ну это ей и не нужно.

Докурил, затушил сигарету в пепельнице и вышел на улицу. Холодный вечерний воздух ударил в лицо. Я постоял минуту, глядя на огни Нью-Йорка.

Думал.

Массерия все-таки решился. Убить босса – это не шутка, это объявление войны. Но Джо-босс думал, что у него все получится так же, как с Д’Аквила. Что просто поставит над семьей Рейна своего человека, и все будет как раньше – те будут платить долю. А Маранцано лишится союзника.

Только вот этого не выйдет. Насколько мне известно, не вышло и в той истории, и уж тем более не выйдет в этой, когда против него играю я.

Война начнется раньше, чем в истории.

Но в этот раз я сделал небольшую перестановку. И, если у меня все получится, то я окажусь в гораздо более выигрышном положении.

Я двинулся по улице. Нужно было угнать машину – приезжать на склад на такси, или уж тем более на своей было нельзя. Потому что об этой встрече не должен знать вообще никто.

Надо соблюдать осторожность. Потому что я сам бегу по лезвию, и если сорвусь, то моя вторая жизнь очень быстро закончится.

А мне этого не хотелось бы, она уже начала мне нравиться.

Глава 2

Угнать машину оказалось проще, чем я думал. Я прошел три квартала от «Версаля», нашел тихую улицу, где стояли припаркованные автомобили. Выбрал Форд модель А, черный, ничем не примечательный, таких в Нью-Йорке тысячи. Огляделся, убедился, что вокруг никого нет, разбил стекло в двери обмотанным платком локтем, открыл изнутри, забрался в салон.

Сам я понятия не имел, как угонять машины, но Лаки знал – он еще в юности воровал машины. Замкнул провода под рулевой колонкой, и мотор тут же завелся. А я выехал на улицу и поехал в сторону Бронкса.

Ехал медленно, не сказать что дворами, но через тихие улицы, без спешки и соблюдая все правила. Последнее, что мне было нужно – это полицейский, который остановит меня за превышение скорости или заметит разбитое стекло.

Бронкс встретил меня темными пустыми улицами с редкими фонарями. Здесь было тише, чем на Манхэттене. Меньше машин, меньше людей, только изредка попадались грузовики, которые везли что-то на фабрики или со складов. Даже сейчас, почти в полночь.

Склад льда, где была назначена встреча, находился на Саут-Бронксе. Я знал это место, Гаэтано купил его еще до того, как стал боссом, вложил деньги, наладил дело – лед для магазинов и ресторанов. Легальный бизнес, который приносил хорошие деньги. Плюс служил прикрытием для других дел: там же хранили контрабандный алкоголь, оружие. Да все что угодно. Удобно.

Я свернул на узкую улицу между двумя заводами, проехал еще два квартала, увидел нужное здание – большой прямоугольный ангар из серого кирпича с плоской крышей, высокими воротами для грузовиков. Сбоку была небольшая пристройка, где располагался офис.

Я припарковал «Форд» в переулке за углом здания, заглушил мотор. Оставалось только ждать – встреча была назначена в полночь. Так что я закурил. Потом достал «Кольт» из подмышечной кобуры, зачем-то вытащил магазин, проверил патрон в патроннике. Оставалось надеяться, что сегодня он мне не понадобится. Убивать Рейнуа я не собирался, но мало ли, что он мог задумать.

Хотя договорились встретиться наедине, без охраны.

Ждал я около получаса, потом вышел, огляделся – никого, только ветер гонял по асфальту обрывки газет и окурки. Фонари горели далеко не везде, примерно через один они перемежались темными провалами.

Прошелся вокруг склада, осматриваясь. Никаких машин поблизости не было, как и людей. Это хорошо, значит Рейна действительно приехал один.

Разговор будет сложный. Да даже договориться с ним о встрече было сложно, когда я позвонил ему, он сперва отказался. Говорил, что не видит смысла встречаться с человеком Массерии, что он ему ничего не обязан. Но я настоял. Информация о том, что это касается его жизни, его заинтересовала.

Он поставил условие – встреча наедине, без охраны, без свидетелей, только он и я. Если я приведу кого-то с собой, он уедет, и встречи не будет.

Я согласился. Потому что мне тоже было выгодно встретиться наедине. Никто не должен был знать об этом разговоре, ни единая живая душа.

Я подошел к боковой двери, той самой, где горел тусклый фонарь, постучал три раза, как договаривались. Подождал. Изнутри послышались шаги, потом щелчок замка.

Дверь открылась. На пороге стоял сам Гаэтано Рейна.

Я видел его около полугода назад на встрече в Атлантик-Сити, которую организовывал Аль Капоне, и где мы должны были договориться о том, как делить Нью-Йорк. Там же Профачи признали главой своей семьи. Так что мы были знакомы.

Томми Рейна был чуть старше сорока, высокий, крепкого телосложения, с широкими плечами и прямой спиной. Волосы темные, зачесаны назад, лицо жесткое, с резкими чертами: квадратная челюсть, прямой нос, глубоко посаженные глаза. Одет он оказался просто – темное пальто, костюм под ним, без излишеств. Выглядел солидно, уверенно.

Он посмотрел на меня внимательно, оценивающе. Потом кивнул.

– Лучано, – сказал он низким, хриплым голосом. – Заходи.

Я вошел, Рейна тут же закрыл дверь на замок, повернулся ко мне.

– Оружие оставь здесь, – сказал он, указывая на небольшой столик у стены.

Я достал «Кольт» из кобуры, положил на столик. Потом достал и револьвер из кармана – надо было показать, что я полностью доверяю ему. Больше оружия при мне не было кроме стилета в кармане. Рейна кивнул, сам вытащил из-под пальто револьвер, положил рядом с моим пистолетом.

– Теперь пойдем, – сказал он.

Мы прошли по узкому коридору в основное помещение склада. Я огляделся. Огромное пространство, метров сто в длину и пятьдесят в ширину, с высоким потолком, где висели мощные лампы. Сейчас горела только половина, остальные оказались выключены. Пол бетонный, стены кирпичные, а вдоль них – деревянные стеллажи, забитые огромными блоками льда, завернутыми в мешковину и опилки.

Посреди помещения стояло несколько грузовиков, пустых, с открытыми кузовами. В дальнем углу находилась большая холодильная камера с металлической дверью.

Было холодно, около нуля по Цельсию. Я поежился.

Никого мы так и не встретили. Похоже, что Рейна решил сыграть честно. Из прошлой памяти Лаки я знал, что он его уважал, считал настоящим сицилийцем, как и самого себя.

– Поговорим здесь, – сказал Рейна и остановился, прислонился спиной к стене. Я тоже встал, вытащил из кармана пачку сигарет.

– Ну что, Лучано, – сказал он. – Ты просил встречи, говорил, что речь идет о моей жизни. Я пришел, так что говори.

Он чувствовал себя хозяином положения. Он находился гораздо выше меня в иерархии Коза Ностры, да и старше был. Он – босс, я – капо. Пока что, только он об этом не знает.

Но рассказывать придется, как есть.

Я затянулся сигаретой, выдохнул дым. Настал момент истины.

– Сегодня вечером, – начал я медленно. – Джо-босс вызвал меня на встречу, в ресторан на Кони-Айленде. Сказал, что у него есть для меня работа.

Рейна слушал молча, не перебивая.

– Массерия узнал, что ты работаешь с Маранцано, – продолжил я. – Что ты передаешь Сэлу информацию о его делах.

Я посмотрел ему в лицо – не дернется ли, все-таки эта информация была его секретом. Его выражение почти не изменилось, только глаза сузились чуть-чуть.

– И что он сказал? – спросил он ровным голосом.

– Он приказал мне убить тебя, – ответил я прямо. – Дал мне неделю, велел сделать так, чтобы это выглядело как несчастный случай или ограбление.

Рейна молчал. Смотрел на меня, не мигая. Потом вытащил из кармана сигареты, прикурил, затянулся. И хриплым голосом сказал:

– Понятно. И ты согласился?

– Да, – кивнул я. – Я согласился, я не самоубийца, чтобы отказывать Джо-боссу.

– И теперь пришел сюда, чтобы предупредить меня? – в его голосе появилась ирония.

– Я пришел предложить сделку.

Рейна усмехнулся.

– Сделку, – повторил он. – Интересно. Продолжай.

– Потом, – продолжил я. – Я встретился с Вито Дженовезе, ты знаешь, это один из моих солдат. Сказал ему, что Массерия приказал мне убрать тебя, предложил ему сделать эту работу. Пообещал половину твоей территории в Бронксе.

Рейна нахмурился.

– Дженовезе, – произнес он с презрением. – Этот неаполитанский выскочка… Он согласился?

– Да, – подтвердил я. – Он согласился, сказал, что сделает все сам, лично. Из лупары, по сицилийской традиции.

– Однако, – он улыбнулся. – Неаполитанец решился сделать что-то по-сицилийски. И когда он собирается это сделать?

– Тогда, когда мы ему скажем, – сказал я.

– В смысле? – Рейна не понял.

– Я сказал ему, что у меня есть человек, который следит за тобой. И что я дам ему сигнал, когда будет подходящий момент. И это мы с тобой должны решить, когда настанет этот самый подходящий момент.

– Погоди, об этом позже, – он покачал головой. – Я понять не могу, почему ты мне это рассказываешь, Лучано? Ты ведь человек Массерии. Его капо. Ты должен выполнять его приказы, а не предупреждать его врагов.

– Потому что я не хочу, чтобы ты умер, – сказал я прямо. – Мне нужно, чтобы ты остался жив.

– Зачем? – Рейна прищурился.

– Потому что мне нужен союзник, – честным и открытым тоном сказал я. – Сильный союзник. Кто-то, на кого я могу опереться, когда начнется война.

– Война между Массерией и Маранцано? – уточнил Рейна. – Или?

– Да, – кивнул я. – Твое убийство и должно начать ее. Ты ведь работаешь на Маранцано, он мне сам об этом сказал.

– Как…

– Мы договорились, – перебил я его. – Это не важно, он просто упомянул Томми. Я сперва не понял, а потом догадался, что речь о тебе.

Рейна затянулся, выдохнул дым.

– И ты думаешь, что мы станем союзниками? – спросил он с недоверием. – После того, как ты только что сказал, что Массерия приказал тебя убить меня? После того, как ты сам признался, что нанял на это дело Дженовезе?

– Именно поэтому мы и станем союзниками, – я улыбнулся. – Я мог бы промолчать, мог бы действительно отправить человека следить за тобой, а потом послать Вито убить тебя. Но я пришел сюда, рискуя своей жизнью, чтобы предупредить тебя. Чтобы предложить союз.

Рейна покачал головой.

– Не верю я тебе, Лучано, – сказал он. – Слишком это все красиво и благородно. Ты ведь не такой. Может быть, это ловушка?

Я ожидал этого. Понимал, что Рейна – далеко не дурак, и не поверит мне просто так.

– Слушай меня внимательно, Томми, – сказал я, глядя ему в глаза. – Если бы я хотел тебя убить, я бы не пришел сюда один. Я бы привел людей или подстрелил бы тебя из-за угла. Но я здесь, один, без оружия. Говорю с тобой честно.

– Слова, – отмахнулся Рейна. – Просто слова.

– Тогда подумай логически, – сказал я. – Зачем мне нужна эта сложная игра? Если Массерия приказал мне убить тебя, я мог бы просто выполнить приказ. Нанять киллера, организовать засаду, покончить с этим. Зачем рассказывать тебе все это?

Рейна молчал, думал. Потому он и босс.

– Потому что у тебя есть свой план, – сказал он наконец. – Какой-то план, в котором я должен поучаствовать.

Вот мы и дошли до сути.

– Да, – признался я. – У меня есть план. И ты действительно часть этого плана. Важная часть.

– И что это за план?

– Массерия стареет, – сказал я. – Он очень жадный, его капо недовольны – мне на это открыто намекали. Его время уходит, рано или поздно кто-то его уберет. Может быть, Маранцано. А может быть, даже кто-то из собственных людей.

– И дай мне догадаться, – хмыкнул он. – Этот кто-то из собственных людей – ты.

– Не только я, – я покачал головой. – Но мне Массерия не нужен. Ты же слышал о том, как он потребовал с меня долю в миллион с лишним баксов?

– Слышал, – кивнул он. – Не знаю, как тебе удалось навариться на бирже, но слышал. И ты опрокинул его. А теперь, значит, хочешь вообще убрать, – Рейна усмехнулся и продолжил. – Амбициозно. Но почему я должен тебе верить? Почему я должен рисковать, связываясь с тобой?

– Потому что у тебя нет выбора, – пожал я плечами. – Массерия хочет твоей смерти, если ничего не сделать, ты умрешь.

– Я могу просто убить Дженовезе, – покачал головой Рейна. – Когда он придет за мной.

– Можешь, – согласился я. – Но что дальше? Массерия узнает, что его человек мертв и пришлет другого. Потом еще одного. Он не остановится, пока ты не умрешь. Или… – я сделал паузу. – Пока он сам не умрет.

Рейна молчал, и я решил, что это разрешение продолжить.

– Но если мы объединимся, у нас есть шанс. Ты – сильный босс, у тебя больше двухсот бойцов. У меня шестьдесят. Вместе – это почти триста, – сам подумал, что так себе математика получается, но ладно. – Это больше, чем у Массерии, больше, чем у Маранцано. Это может дать нам интересные возможности, согласись.

Рейна бросил сигарету на бетон, затушил ее носком ботинка, после чего сказал:

– Допустим, я тебе верю. Допустим, мы объединяемся. Что ты предлагаешь делать с Дженовезе?

А вот мы и подошли к главной части нашего дела.

– Мы подготовим ловушку, – пожал я плечами. – Ты скажешь мне, когда будешь готов к нападению. Я сообщу об этом Вито, он придет, и вы с ним разберетесь. Только наверняка.

– А тебе зачем это? – спросил Рейна. – Зачем тебе подставлять своего человека?

– Вито – свой собственный, – ответил я. – Он давно точит зуб на меня, хочет занять мое место. Я только рад буду избавиться от него.

– Хочешь сделать грязную работу нашими руками, – он хмыкнул. – А Массерия? Что ты скажешь Джо-боссу, когда он узнает, что Дженовезе мертв, а я жив?

– Скажу, что Вито облажался, – пожал я плечами. – Что он недооценил тебя, попал в засаду, погиб. Массерия разозлится, но что он сможет сделать? Ты ведь скажешь, что уходишь на сторону Маранцано открыто, что больше не подчиняешься Джо-боссу. Если он попытается напасть на него – начнет войну. Хотя я подозреваю, что Сэл все-таки ударит первым.