Текст книги "Попаданка, предсказанная дракону (СИ)"

Автор книги: Надежда Фатеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 17. Полет на драконе

Алисия.

Он был огромен, величественен и пугающе прекрасен, его чешуя была цвета воронова крыла, но каждая пластинка отливала золотом и темным пурпуром, словно в нее вплавили само звездное небо.

Крылья, сложенные за его мощной спиной, напоминали перепонки из черного обсидиана, пронизанные золотыми жилами. Длинная, изящная шея изгибалась, и на ее конце была голова с вытянутой мордой и гребнем из черных, отливающих металлом шипов. И глаза… Его глаза были огромными, ярко-желтыми, как расплавленное солнце, с вертикальными зрачками-щелями, полными бездонной древней мудрости и той же самой, знакомой мне насмешки. Это были глаза Лео.

Он наклонил свою громадную голову ко мне, из его ноздрей вырвалось облачко пара, пахнущего грозой и пеплом. «Садись» – прозвучал в моей голове его голос, низкий и глубокий, но беззвучный. Это был не звук, а мысль, вложенная прямо в мое сознание. Я, не веря своим глазам, все еще дрожа, подошла к нему. Он опустил одно из своих могучих крыльев, создав своего рода трап. Я забралась на его спину, устроившись между двумя рядами шипов у основания его шеи. Чешуя подо мной была глянцевой и твердой, но на удивление теплой. Я вцепилась пальцами в один из меньших шипов, оперлась спиной о упругое крыло и закрыла глаза.

Почувствовав, что я готова, Лео широко расправил крылья. Они раскрылись с тихим, шелковистым шорохом, затмив собой солнце. Он сделал несколько мощных шагов к краю пропасти и оттолкнулся.

И мы полетели.

Ветер свистел в ушах, вырывая слезы из глаз. Я боялась взглянуть вниз, но любопытство пересилило страх. Я приоткрыла глаза и ахнула. Мы парили высоко над горами. Гибельные земли простирались под нами, как дикая, многоцветная карта – багровые пустоши, изумрудные долины, серебряные реки и черные скалы с шапками снега. Это было одновременно столь ужасающе, столь и прекрасно. Я летела на драконе, на Лео. И в этот миг я не чувствовала страха, только головокружение от высоты и восторг от невероятности происходящего.

Перелет занял не больше получаса, но казалось, что мы пересекли целую вечность. Лео начал снижаться, плавно заходя на посадку в небольшой, залитой солнцем зеленой долине по ту сторону хребта.

Когда его сильные ноги и лапы с когтями коснулись мягкой травы, он бережно опустился на землю и снова опустил крыло, помогая мне спуститься.

Ноги у меня подкосились, и я едва устояла, опираясь на его еще теплый, чешуйчатый бок. Он снова издал тот низкий гул, и процесс повернулся вспять.

На этот раз я не закрывала глаза. Я смотрела, завороженная, как его громадная форма начинает постепенно сжиматься, светиться изнутри, как чешуя тает, уступая место коже, как крылья втягиваются, а черты дракона сглаживаются, превращаясь в знакомые, сильные линии его красивого человеческого лица.

Через несколько минут передо мной стоял Лео – бледный, уставший, с темными кругами под глазами, но снова человек, со знакомыми до боли глазами и насмешливым выражением в них.

Он тяжело дышал, опираясь руками на колени. – Контролировать это… здесь… тяжело, – выдохнул он. – Как вязкая трясина.

Я подошла к нему и, не говоря ни слова, обняла. Он на мгновение замер, а потом его руки мягко легли мне на спину и волосы. Мы стояли так посреди незнакомой долины, два беглеца на краю мира, и в этом объятии было все– и благодарность, и облегчение, и что-то еще, новое и хрупкое, что не решалось назваться своим именем.

– Спасибо, – прошептала я ему в грудь. – Это было… невероятно.

Он медленно отпустил меня, его лицо было серьезным. – Алисия, ты должна мне кое-что пообещать.

Я кивнула, замерла и ждала.

– Ты не должна никому рассказывать о том, что видела. Никому. Пока… пока время не придет. Для меня это очень важно.

– Почему? – спросила я, глядя в его усталые глаза. – Кто ты, Лео? Настоящий принц? Наследник империи? Почему ты скрывался?

Он покачал головой, и в его взгляде мелькнула тень затаенной печали. – Время для всех ответов еще не пришло. Просто поверь мне, я бы сказал, если бы мог, но сейчас… сейчас знание будет для тебя опаснее неведения. Просто знай, что я на твоей стороне. Всегда.

Мы разожгли небольшой костер и сидели рядом, глядя на языки пламени. Будущее, еще несколько часов назад казавшееся таким ясным – бежать, скрываться, – теперь повисло в воздухе туманной, неопределенной грозой.

– Что будет теперь? – тихо спросила я. – Куда мы идем? – В земли моего отца, – так же тихо ответил Лео. – Там мы будем в безопасности, по крайней мере, от Эдриана. Но… сразу скажу, что это не конец пути, Алисия. Это только начало чего-то большего в твоей жизни.

– А что это? Война? Ты сказал ему о войне, там в таверне. – Возможно, – он бросил в огонь сухую ветку. – Или нечто, что можно еще предотвратить. Я не знаю. Слишком много переменных, мне нужно рассказать все отцу и он я уверен соберет Совет Черных Драконов.

Мы замолчали, я понимала, что он прав. Мои вопросы, моя жажда понять все и сразу, ни к чему не приведут. Он просил у меня доверия и терпения. И я, глядя на его профиль, освещенный огнем, понимала, что готова их дать. После всего, что мы пережили и после того, как он открыл мне свою самую страшную и прекрасную тайну, я верила ему. Пусть будущее было туманным и пугающим, но теперь у меня был он. Загадочный принц… Черный дракон, с золотыми насмешливыми глазами, ставший моим самым верным защитником и этого для меня было достаточно.

Глава 18. Долина Теней и сияющая свобода.

Алиса.

Если бы мне, всего пару недель назад, сказали, что я буду сбегать от жениха-тирана через волшебные земли верхом на драконе, а потом сойду в долину, где магия умирает, я бы решила, что у меня начались галлюцинации от переутомления перед сессией.

Но сейчас, стоя на краю обрыва и глядя вниз, я понимала – моя жизнь превратилась в нечто, затмевающее самые смелые фантазии.

Мы перешли через перевал, и мир изменился. Резко, безвозвратно, как будто мы переступили через невидимую завесу. Суровые, величественные пейзажи Гибельных земель остались позади, а перед нами раскинулись владения Черных драконов. И это было… потрясающе.

Воздух здесь был не просто чистым, а словно напитанным медом и солнечным светом, солнце стояло в зените, такое же яркое, как и везде, но свет его был иным, более мягким, золотистым, он обнимал все вокруг, а не слепил. Небо было не просто голубым, а пронзительно-сапфировым, по нему плыли облака, похожие на клубы белого дыма от костра из сладких яблоневых веток.

– Боги! – вырвалось у меня, и я сама удивилась тому детскому восторгу, что звенел в моем голосе. – Лео, это же… нереально! Как же здесь красиво, это просто благословенная земля.

Он шел рядом, и я впервые за долгое время увидела на его лице не напряжение или насмешку, а спокойное, почти умиротворенное выражение. Уголки его губ дрогнули в легкой улыбке. – Добро пожаловать домой, вернее, на его порог.

Дорога вела вниз, по пологому склону, усыпанному чем-то, похожим на изумрудный мох, но он был не просто зеленым. При каждом моем шаге из-под подошв вспыхивали крошечные серебристые искорки, и по мху расходились волны мягкого свечения, будто я ступала по воде, озаренной лунным светом.

Лео, невероятно, смотри, он светится! – воскликнула я, приседая и пытаясь рассмотреть это чудо. – Лунный мох, – пояснил Лео. – Питается солнечным светом, а отдает его ночью. Здесь даже самые темные ночи не бывают по-настоящему черными. Я как-нибудь покажу тебе эту красоту… позже.

Я выпрямилась и окинула взглядом долину, повсюду росли деревья, но какие! Стволы у них были цвета старого серебра, а листья переливались всеми оттенками осени – от багряного и золотого до нежно-персикового. Они шелестели на ветру, и этот шелест напоминал тихую, мелодичную музыку. Вдали, между стволов, мелькали какие-то быстрые, изящные тени, а в воздухе порхали существа, похожие на колибри, но с крыльями, как у бабочек, переливающимися всеми цветами радуги.

– Да тут просто заповедник чудес! – не удержалась я, крутя головой во все стороны. – Лео, скажи и все это… твое?

Лео покачал головой. – Это земля моего отца. А я… я лишь его часть, как и все здесь.

Мы шли дальше, и с каждым шагом я обнаруживала что-то новое. Цветы, которые не просто пахли, а издавали едва слышные звуки, тонкие и мелодичные, один напоминал звон хрустального колокольчика, другой – тихий перезвон струн. Я наклонилась к одному, нежно-голубому, с лепестками, как шелк. – Осторожнее, – предупредил Лео. – Это поющие колокольчики, если дотронешься, они споют тебе песню, но она может быть как радостной, так и грустной, прямо до слез. Заранее ты никогда не угадаешь.

Я отдёрнула руку, возможно, сейчас мне была не нужна грустная песня.

Вдруг с обочины дороги, из-под гигантского листа, похожего на опахало, выскочило нечто, от чего у меня отвисла челюсть. Это было пушистое создание размером с кошку, с длинными ушами, как у зайца, и забавным вздернутым носиком, но вся его спина и бока были покрыты не мехом, а самыми настоящими, хоть и крошечными, мягкими на вид иголками, переливающимися перламутром. Оно уселось на ближайший пенек, передними лапками стало умывать свою мордочку, и его иголки при этом тихо позванивали, как хрустальные бусы.

Я не смогла сдержать смех. Это был не нервный смешок, а самый настоящий, безудержный, идущий из самой глубины души хохот. Все напряжение, весь страх, все ужасы последних дней – все это растаяло в этом смехе, унеслось тем же ветром, что шевелил волшебные листья.

– Лео, посмотри! Что это за чудо? Оно же… оно же полная нелепица! В самом лучшем смысле!

Лео рассмеялся в ответ, и его смех был таким же легким и свободным. – А, это наш зайж. Получился случайно, лет триста назад, когда к кролику в нору во время грозы забрела ежиха-альбинос. Испугались друг друга так, что их ауры сплелись, и вот результат. Зайжи мирные, милые, их иголки не колются, только для красоты.

– Зайж… – прошептала я, завороженная. – Божечки, я хотела бы это увидеть!» – брякнула я и тут же почувствовала, как по щекам разливается краска. Выражение «хотела бы видеть» в мире, где такое возможно, звучало как-то по-идиотски.

Но Лео лишь улыбнулся шире. —Хм, теперь ты это видишь. Добро пожаловать в мой мир, Алисия, где нелепица – это волне себе норма. Скоро ты ко всему привыкнешь, мой мир прекрасен, но иногда может быть непредсказуемым и даже... опасным.

Глава 19. Встреча и поражение.

Алисия.

Зайж, закончив свой туалет, стремительно прыгнул с пенька и скрылся в зарослях поющего мха, оставив после себя лишь легкий перламутровый перезвон.

Мы продолжили путь, и я не могла нарадоваться, как ребенок на празднике. Я показывала на все подряд, тыча пальцем, засыпала Лео вопросами, и он терпеливо отвечал, и в его глазах светилась та самая, редкая теплота.

В какой-то момент наша тропа слилась с другой, более широкой дорогой, но странного вида – она была вымощена не камнем, а каким-то темным, почти черным деревом, которое было на удивление твердым и издавало приятный, смолистый аромат под ногами.

– Дорога Молчания, – сказал Лео, и его голос внезапно стал серьезнее. – Она ведет в Долину Теней.

Название звучало зловеще, но вокруг по-прежнему было красиво и светло. Однако, чем дальше мы шли, тем больше я начинала чувствовать… пустоту. Сначала едва уловимо, потом все явственнее.

Это было похоже на то, как затихает шум города, когда въезжаешь в глухую деревню. Только затихало не звуки, а сама жизнь, сама энергия. Пение цветов стало тише, свечение мха – тусклее. Воздух по-прежнему был чист, но из него словно ушла та самая сладость и сила.

– Что это? – спросила я тихо, невольно прижимаясь к Лео. – Долина Теней – это место, где магия затухает, где любое заклятье, любое волшебное существо теряет силу. Это естественный барьер, созданный самой землей, никто не знает почему.

Мы спустились в самую чашу долины. Здесь было тихо, слишком тихо. Ни пения, ни шелеста, ни свечения. Только высокая, серая трава и низкие, приземистые деревья с темной листвой. Даже свет солнца здесь казался приглушенным, словно его фильтровала невидимая пелена.

И именно здесь он появился. Сначала это была лишь тень на другом конце долины, потом тень обрела форму.

Я вздрогнула. Это был снова Эдриан, в черном плаще, он шел к нам через поле, и его шаги были тяжелыми, лишенными прежней изящной грации. Его лицо искажала ярость, но в его глазах, тех самых янтарных, я впервые увидела не холодную уверенность, а яростное, бессильное отчаяние.

– Сжечь дотла Черного Дракона, а ее подчинить моей воле! – его голос прозвучал громко, но плоским, лишенным того бархатного резонанса, что заставлял трепетать. Эдриан протянул правую руку, и на его пальцах вспыхнули знакомые искры, но они были тусклыми, болезненными, едва-едва вспыхивая, они тут же угасали.

Они попытались слиться в сияющий шар, но рассыпались в прах, как подгнившие серые листья на сильном ветру. Он не мог использовать свою магию, долина пожирала ее.

– Ты не возьмешь ее, Виалар, твоя магия бессильна, – сказал Лео. Он не повышал голос, но в его словах была такая сила, что они прозвучали громче крика Эдриана. – Ты больше не способен на это, ни здесь, ни где бы то ни было. Именно для этого тебе нужна была Алисия, чтобы в ночь новорожденной луны ты забрал е магию…но ты просчитался.

Эдриан издал рычащий звук и рванулся вперед, решив взять силой, но Лео был быстрее. Он не превращался, нет. Он просто… изменился. Он не стал больше, но от него повеяло такой нечеловеческой мощью, таким древним, неоспоримым авторитетом, что воздух вокруг задрожал. Его кожа на мгновение снова отлила золотом по черному силуэту, а в глазах вспыхнули те самые вертикальные зрачки, но он сдержал силу дракона. Лео стоял, как скала, как сама суть этой земли, что давала ему силу даже здесь, на ее краю.

Когда Эдриан оказался в паре шагов, Лео просто поднял руку. Он не наносил удар. Он просто создал перед собой невидимый барьер. Эдриан врезался в него с размаху, и его отбросило назад, как тряпичную куклу. Он упал в серую траву, и в его позе было столько унижения и бессильной злобы, что мне стало почти жаль его. Почти.

– Этот мир больше не примет тебя, Эдриан, – проговорил Лео, и его голос гремел, наполненный силой его истинной сущности. – Ты исчерпал его доверие. Уходи, пока ты можешь это сделать.

Эдриан поднялся. Его одежда была в пыли, волосы растрепаны. Он посмотрел на меня. Взгляд его был полон ненависти, но также и горького осознания поражения. – Это не конец, Алисия, – прошипел он. – Ты связалась с силами, которых не понимаешь. И он… – он кивнул на Лео, – когда-нибудь покажет тебе свою истинную суть. И тебе не понравится то, что ты увидишь. Вот тогда ты вспомнишь меня, но я не приму тебя обратно!

С этими словами он развернулся и зашагал прочь, обратно к подножию долины. Его фигура медленно растворялась в сером мареве, пока не исчезла совсем.

Я выдохнула, не понимая, что держала дыхание. Все было кончено. По-настоящему кончено.

Лео повернулся ко мне. Сила, что только что исходила от него, угасла. Он снова был просто Лео – уставший, но спокойный. —Пошли, – сказал он мягко. – Мы почти у цели, нам надо успеть до захода солнца войти в город.

Мы вышли из Долины Теней, и мир снова обрел краски и звуки. Я шла рядом с ним, и в моей душе царил странный покой, смешанный с целой бурей вопросов.

– Лео… что он имел в виду? Про твою истинную суть? Он вздохнул, глядя куда-то вдаль. – У каждого дракона есть своя тайна, Алисия и свой долг, скажем так своя ноша. Моя… тяжелее, чем ты можешь представить. И да, возможно, когда-нибудь тебе придется ее увидеть, но не сейчас.

– Ты все еще не доверяешь мне? – спросила я, и в голосе моем прозвучала обида, которую я не смогла скрыть.

Он остановился и взял меня за руку. – Доверяю, больше, чем кому-либо, но есть вещи, знание о которых может быть опасно для тебя. Дай мне время, дай нам время. Хорошо?

Я посмотрела на его руку, на свою, на окружающую нас невероятную, сияющую красоту его мира. У меня не было ни дома, ни прошлого, ни магии, но у меня было доверие к этому загадочному дракону в облике человека. И надежда на то, что в этом новом, пугающем и прекрасном мире, я смогу найти не просто убежище, а что-то большее. Нечто, ради чего стоит жить.

– Хорошо, – тихо сказала я. – Я подожду.

Мы пошли дальше, оставляя позади тени, и впереди нас ждало сияющее, неизведанное будущее. А в сердце моем, среди обломков старой жизни, уже начинало прорастать что-то новое. Хрупкое, как первый росток, но полное упрямой надежды.

Глава 20. Врата из обсидиана

Алиса.

Если бы мне дали задание как дизайнеру создать визуализацию словосочетания «непреступная мощь», я бы, наверное, судорожно листала книги по архитектуре, искала вдохновения в горных хребтах и базальтовых скалах.

Но теперь я понимала: все мои попытки были бы жалкой пародией, потому что настоящая, живая «непреступная мощь» стояла прямо передо мной, и от ее вида захватывало дух и леденило кровь одновременно.

Мы вышли из последней чащи древнего, уже не гибельного, а какого-то торжественно-молчаливого поредевшего леса, и земля перед нами… вдруг оборвалась.

Вернее, как такового обрыва не было, а была граница, ровная, как будто проведенная гигантским ножом, линия, где заканчивался серо-голубой мох и начинался полированный камень цвета ночи, а дальше, вздымаясь к самому небу, вставали врата.

Они не были построены руками человека…

Нет! Они будто выросли из земли, две высоченные колонны, каждая толщиной с замковую башню Эдриана. Я не верила своим глазам, они были из черного, чернейшего обсидиана, но в том то и дело это был не холодный, не мертвый камень. Он словно дышал. В его глубине, словно в застывшей лаве, пульсировали тусклые золотистые прожилки. Они медленно двигались, как ленивые реки расплавленного металла, и от этого вся массивная конструкция казалась живой, дышащей.

Свод, соединявший колонны, был вырезан в форме сцепившихся когтей двух драконов, а вместо привычных створок между колоннами висела… пелена. Не туман, не мгла, а нечто плотное, непрозрачное, мерцающее тем же внутренним, золотистым и невероятно красивым светом.

Я замерла, не в силах вымолвить ни слова.

Моя рука сама потянулась и ухватилась за рукав Лео.

Он стоял рядом, но я сразу почувствовала в нем острую перемену, его плечи расправились, спина выпрямилась, вся его привычная, немного усталая легкость исчезла, уступив место собранной, безмолвной силе. Он смотрел на Врата не как путник, а как хозяин или как часть всего этого Величественного мира.

– Лео… – прошептала я и тут же запнулась, не в силах промолвить что-то еще. – Молчи и стой рядом, – ответил он, и его голос звучал иначе, ниже, тверже, в нем больше не было прежней насмешки или теплоты.

Это был иной голос, почти приказ, голос, привыкший, что ему подчиняются. – Алисия, не делай резких движений, пожалуйста, – добавил он, чуть смягчив интонацию, понимая, что напугал меня еще больше.

От его тона мягкого стало еще страшнее. Это был не мой Лео, с которым мы делили скудный ужин у костра и смеялись над зайжем. Это был кто-то другой… незнакомый и строгий.

Принц, чья-то кровь, о которой он так долго умалчивал. Это был один из Черных драконов Фарреллов.

Он сделал шаг вперед, к самой границе, где заканчивалась трава и подошел еще ближе. И Врата внезапно отозвались.

Глухой, низкий гул, исходящий из самой земли, заставил содрогнуться каменную плиту под ногами. Золотые прожилки в обсидиане вспыхнули ярче, их движение ускорилось. Казалось, огромное сердце где-то в глубине колонн забилось чаще.

Светящаяся пелена между ними заволновалась, и из нее стали проступать очертания. Не лица, нет, скорее, сгустки энергии, напоминавшие то ли когтистые лапы, то ли змеящиеся, колыхающиеся тени. Они тянулись к Лео, но не с угрозой, а скорее с любопытством, с проверкой.

Лео не отступил, он поднял руку, но не сжатую в кулак, а просто ладонью вперед. И произнес одно слово. Оно было на том же гортанном, древнем языке, на котором он общался с Грумбом в лесу, но звучало оно иначе, и не как просьба или приветствие, а как утверждение, как скрытый пароль.

Тени замерли, пульсация света в прожилках синхронизировалась с ритмом его дыхания, которое я теперь видела по облачку пара на холодном воздухе. Казалось, что Врата вглядывались и даже внюхивались в него, считывали нечто, недоступное моим глазам. Кровь., может происхождение или даже Его Право?!

И вдруг гул стих, золотые реки в камне замедлили бег, вернувшись к ленивому течению. Светящаяся пелена в центре… рассеялась. Не исчезла, а стала прозрачной, как чистейшее стекло, и сквозь нее открылся потрясающий вид.

Я ахнула!

За Вратами лежала не просто дорога или долина, ща ними лежал другой мир. Пейзаж был одновременно фантастическим и пугающе упорядоченным.

Дорога, вымощенная плитами того же темного камня, но с инкрустацией из того самого золотистого минерала, вилась между холмов невероятно правильной, почти геометрической формы.

На них росли деревья, но их кроны были подстрижены так, что напоминали клубы застывшего дыма или сложные геральдические символы.

Я стояла с открытым ртом… так это было сюрреалистично, что казалось сном.

Вдалеке, на вершинах уходящих в облака гор, виднелись острые, словно отточенные клыки, шпили нескольких башен. Все было монументально, совершенно и… бездушно. Величественно ,красиво, как чертеж гениального, но бесчувственного архитектора.

Сказать, что меня это шокировало, это ничего не сказать совсем!

– Проходи, – сказал Лео, уже своим голосом, но в нем еще дрожали отзвуки той самой чужой твердости. Он не оборачивался, глядя вперед, на дорогу. – Добро пожаловать в Империю Черных Драконов, Алисия.

Я сделала шаг, нога ступила с мягкой, прохладной земли на идеально ровную, теплую от внутреннего свечения плиту. Ощущение было таким же, как и от Ворот, казалось будто я переступила порог не просто государства, а живого, колоссального организма. Воздух здесь пах иначе, не лесом, землей и свободой. Он пах озоном, камнем, нагретым солнцем, и чем-то сладковато-металлическим, как запах редких селективных духов, которые никогда не выветриваются из дорогого магазина.

Мы прошли сквозь Врата. Я оглянулась. Светящаяся пелена сомкнулась за нами, снова став непроницаемой стеной. Отсюда, изнутри, колонны выглядели еще масштабнее. Я чувствовала себя букашкой у подножия исполинских ног спящего титана.

– Лео, – снова позвала я, на этот раз тише. – Это… твой дом?

Он наконец повернулся ко мне. Его лицо было напряженным, а в серых глазах плескалась целая буря чувств, в них была ответственность, усталость, тревога и тоска по чему-то, что, видимо, навсегда осталось позади этих Ворот. – Одна из его многих сторон, – ответил он. – Главная и самая сложная. Забудь, каким ты знала меня в лесу, Алиса. Здесь я – Леодар Фаррелл. Сын Рудгарда. Наследник престола, которого нет и для всех здесь ты – моя гостья. Моя ответственность. И моя, – он помедлил немного и будто выдохнул, – слабость.

Последнее слово он произнес так тихо, что я почти не расслышала. но оно упало мне в душу тяжелым камнем.

Он сказал: «Слабость»? – Я не хочу быть твоей слабостью, – выпалила я, гордо вскинув подбородок, хотя внутри все сжималось от страха. – Я не просила… – Ты не просила попасть в этот мир, я знаю, – перебил он, и в его голосе прорвалась знакомая, уставшая нежность. – но так вышло и теперь мы здесь. Держись рядом и молчи больше, чем говоришь. Смотри, и… постарайся не восхищаться вслух, здесь это считается дурным тоном.

Он снова повернулся и зашагал по дороге, и его силуэт на фоне идеальных, пугающих пейзажей его родины казался мне вдруг бесконечно одиноким.

Я поспешила за ним, чувствуя, как ступаю по чужой, древней и безразличной ко мне мощи. Великолепие Империи давило на меня, вызывая не восторг, а трепет. Это была не свобода Гибельных земель. Это был иной вид могущества – упорядоченный, холодный, древний.

И где-то там, в тех острых, как бритва, черных башнях, жил его родной отец. Император, один из Великих Черных Драконов, который, как я понимала, вряд ли бросится обнимать сына, притащившего с собой беглянку без роду и племени, да еще и без магии, что ценилась в этих запретных для остальных краях.

Я шла за Лео, и мое сердце билось не от страха как от погони Эдриана, а от нового, щемящего чувства. Я была здесь абсолютно и полностью чужой и единственный человек, который связывал меня с этим миром, только что напомнил мне, что он – принц по крови, а я… я всего лишь его «ответственность».

И, возможно, даже его погибель.