Текст книги "Царевна по обмену. Между Финистом и Кащеем (СИ)"

Автор книги: Мия Рия

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Глава 9. Основы энергетики и близкие контакты пятого рода

Я ахнула. Внутреннее убранство корабля напоминало одновременно космический лайнер и древний дворец – словно кто-то решил скрестить «Энтерпрайз» с тронным залом царя Салтана. Стены были отделаны матовым чёрным металлом, но по ним вились золотые узоры – словно реки расплавленного солнца, застывшие в полёте. Они тянулись вдоль панелей, обрамляли иллюминаторы и сходились к центру мостика, создавая иллюзию, будто мы попали в сердце какого-то гигантского механизма, работающего на чистом пафосе.

Лютомир уверенно прошёл к капитанскому креслу, сел, положил руки на золотую панель перед собой.

– Пристегнитесь, пассажиры, – бросил он с улыбкой. – Взлёт через три… два…

Ракета, не дожидаясь команды, бодро запрыгнула в кресло второго пилота. Устроилась поудобнее, вытянула лапы, повернула морду к Лютомиру и ехидно заметила:

– Ну что, зубы проветриваешь? Радость так и прёт, что заполучил царевну в своё расположение? Смотри не заржавей от счастья.

Я покраснела, а Лютомир лишь усмехнулся, не отрываясь от приборов:

– Ракета, твоя забота о моём душевном равновесии трогательна. Но я всего лишь выполняю долг.

– Долг, долг… – протянула собака с напускным сомнением. – Знаю я ваш долг. – Она тяжело вздохнула и продолжила: – Ладно, повелитель, рассказывай, как там Мурзик?

Лютомир рассмеялся:

– Жив, здоров и по-прежнему считает себя главным в дворце. Вчера он устроил дипломатический скандал: отказался позировать для нового гобелена, потому что художник нарисовал ему слишком маленькие усы. Пришлось переписывать.

Лютомир бросил на Ракету уже более серьёзный взгляд:

– Он очень обрадовался, узнав о вашем визите. Скучно ему, конечно, а тут столько свободных ушей. Уже составляет список поучительных сказок.

– Расскажите, пожалуйста, про Пушкина. Он действительно был у вас в гостях, раз смог написать про Лукоморье? – Алька аж подалась вперёд, навострив уши.

– Нет, Пушкин был хранителем знаний на Земле, просто в художественном ключе популяризировал знания, полученные от предков. К несчастью, своим трудом навлек на себя беду. Галактическая коалиция нашла его и устранила через Дантеса, – вздохнула Ракета.

– Какой ужас! – подруга приложила ладошку ко рту в непритворном шоке.

Я пристегнула свою любимицу к креслу, а сама села в пассажирское рядом с девочками. Не теряя времени, я извлекла из кармана квантофон и отправила в семейный чат лаконичное сообщение:

«Убыла в Лукоморье с дипломатической миссией. Буду вне зоны доступа. Не волнуйтесь».

И тут же отключила его, не дожидаясь шквала вопросов – пусть родные понервничают в тишине. Всё равно у меня нет для них правдивых ответов.

– У нас с девочками есть пара идей, как снять его с цепи, – примирительно сказала собака.

Я невольно вынырнула из своих грустных мыслей. Ох и Ракета – у неё всё на десять шагов вперёд рассчитано. Я вот вообще не в курсе, что у нас есть какие-то идеи.

– Я уже обратил внимание на причёски твоих спутниц, – Кащей улыбнулся Але и Яре, а я вдруг сообразила, что моё дурацкое предположение о том, что Ракета проводила отбор по причёскам, угодило точно в цель.

– Хватит говорить загадками, – буркнула я. – Кажется, вы меня забыли поставить в известность. Заинтересованная Алька активно закивала, подтверждая, что тема её причёски тоже её касается. А Яра сидела, подперев щёку кулаком – кажется, эта девочка непроста: она явно понимает, о чём речь.

Лютомир поймал мой воинственный взгляд.

– Наберитесь терпения, – примирительно сказал он. – На месте введём вас в курс дела.

Я лишь вздохнула, потирая виски. Что не укрылось от его цепкого взгляда.

– Плохо себя чувствуешь? – тревожно спросил Лютомир, нахмурившись.

Я покачала головой:

– Нет, просто устала немного. И от загадок, и от тайн.

Корабль мягко загудел. За иллюминатором пространство начало искажаться – сначала едва заметно, потом всё сильнее.

– Переход через пять секунд, – объявил Лютомир.

– Поле под контролем, – важно отозвалась Ракета.

В этот момент корабль слегка завибрировал, золотые линии вспыхнули ослепительным светом, а за иллюминатором привычный космос сменился туманным пейзажем – с мерцающими линиями и тусклыми пятнами, прямо как чёрно-белое кино. Такого я ещё не видела.

– Мы внутри, – спокойно произнёс Лютомир. – Курс на Лукоморье.

Я поспешила прояснить этот момент, стараясь не выдать нарастающую панику:

– Внутри чего?! Мы же даже в открытый космос ещё не вышли. На каких, простите, принципах летает ваш корабль? Это не варп, не кротовые норы… Это что, магия?

Лютомир снова отвернулся от приборов и коснулся меня взглядом:

– Корабль использует другой принцип. Представь, что пространство – это лист бумаги. Идеально ровный, гладкий. Мы живём на этом листе. Но под ним есть другие слои – и вот они уже не такие презентабельные. Представь, что кто-то взял второй лист и скомкал его в клубок.

Он усмехнулся, и я невольно улыбнулась в ответ, хотя мозг уже начал закипать.

– В таком скомканном слое, который мы называем «сумеречным», расстояния между точками становятся короче. Вот смотри: если на ровном листе нарисовать две точки – А и Б – и соединить их прямой, получится, скажем, метр. А если взять скомканный лист, где эти же точки оказались рядом из-за складок, расстояние между ними может быть всего пара сантиметров. Понимаешь?

Я кивнула, живо представив эту картину.

– А я ещё думала, как ты умудрился прибыть из другой галактики сюда за час, – протянула я. – Но почему финисты и люди не используют этот принцип?

– Им недоступна энергия тёмной материи, всё просто, – пожал плечами Лютомир. – Ей владеют только члены рода Кащеев. Если аккумулировать эту энергию в золото, оно будет выполнять роль и хранилища, и сверхпроводника. В том числе доступны беспроводные технологии.

Кристалл-ретранслятор – это что-то вроде роутера, – он указал на крупный самоцвет, вмонтированный в панель.

– Отлично, – подытожила я. – Значит, успех нашего перелёта целиком и полностью зависит от стабильности сигнала Wi-Fi.

– Так вот почему в сказках о Кащее у него нездоровая страсть к золоту и необъятные сокровищницы! – выдала поражённая Алька. – Это просто пауэрбанк такой?

– Да что там сокровищницы, – усмехнулась Ракета, – у Кащея даже сама планета из чистого золота.

Мы поражённо охнули.

– Да, так и есть, – подтвердил Лютомир. – Сверху, конечно, геологический слой, но само ядро – по сути, самый крупный накопитель в галактике.

– Вот это да… – ахнула Алька. – Неисчерпаемая энергия!

– Очень даже исчерпаемая, – наконец подала голос Яра с мрачной иронией. – Сейчас Тёмное царство напоминает квантофон на последнем проценте. Галактика уже столетие живёт без электричества и электроприборов, откатившись в каменный век. А мы сейчас тратим на межгалактический перелёт последние крохи… – прозвучало это так обвиняюще, что мне невольно стало стыдно – будто я заказала межгалактический перелёт ради развлечения, тем самым отбирая последние капли энергии у простых жителей Нави. Яра сверкнула на меня своими зелёными глазищами – в них читалось: «Ну и кто тут главный энерговампир?»

– А почему у вас недостаток этой тёмной энергии? – хлопала глазами Аля, искренне недоумевая, как в целой галактике может не хватать чего-то настолько фундаментального.

– На самом деле у Кащея её переизбыток, – пояснила Ракета. – Но чтобы аккумулировать её в накопитель, нужно создать батарейку: два полюса – плюс и минус, тёмная и светлая энергия. В общем, закон Фарадея, Ома, гальванические элементы и разные другие умные термины.

– А кто?.. Кто владеет светлой энергией? – допытывалась подруга, уже мысленно прикидывая, не пора ли ей пройти ускоренный курс просветления.

– Светлая энергия – это свет Яви, и владеет ей только царевна Яви. И то до тех пор, пока остаётся целомудренной, – бросила Яра. – Потому Кащеи и похищали всегда молодых невинных царевен – не просто ради забавы, а ради благополучия граждан Нави. Можно сказать, это такая древняя система энергоснабжения с элементами романтического квеста.

– Честно говоря, планировал обсудить это позже, – вздохнул Лютомир, деликатно перебивая Яру. – Алиса, мы действительно на грани. Надеюсь, ты не откажешь в помощи?

Его голос был тихим, а взгляд – проникновенным, будто он уже представлял то, о чём говорил.

– Это зависит от того, что конкретно от меня потребуется, – я не спешила соглашаться, чувствуя, как внутри всё сжимается от волнительного предчувствия.

– Просто небольшой физический контакт, – сказал Лютомир. На его лице расцвела озорная ухмылка, и я вдруг отчётливо поняла, о каком «контакте» идёт речь. О том самом, который уфологи называют «близкие контакты пятого рода».

– Обещаю, будет очень приятно… и совсем не больно, – он сделал паузу, наслаждаясь моей растерянностью.

Глава 10. Мимикрия под земноводное или «В кого ты такой красавчик?»

– Так вот ты какое, Лукоморье… – протянула я, окидывая взглядом пейзаж. – Кто бы мог подумать, что ты не сказочная страна, а искусственное космическое образование? И по совместительству – столица Тёмного царства. Тёмного, кстати, в самом буквальном смысле слова.

Искусственное светило, вокруг которого вращалась планета, подпитывалось из золотого пауэрбанка, находившегося на последнем издыхании. Светило это мерцало в полсилы – или даже в четверть, не суть. В итоге получилась страна вечных сумерек: готично, жутковато и крайне выгодно с точки зрения счетов за электричество.

Наши длинные тени, падавшие на землю от света факелов, которые нависали вдоль дорожки к резиденции Кащея, добавляли антуража. Да и сама резиденция – это, скорее, замок. Каменный, старинный, холодный. Брр. Я попыталась представить, как могло здесь всё выглядеть в лучшие энергодостаточные времена. Не получилось. Видимо, моё воображение тоже работало на остатках заряда.

«Алиса, – шептал внутренний голос, – в твоих силах всё исправить! Подари галактике электричество – практически как Прометей, подаривший людям огонь. И миллиарды живых существ будут чествовать твоё имя… Или хотя бы вспоминать добрым словом, включая стиральную машинку при запуске очередного цикла или открывая холодильник в три часа ночи».

Но я гнала от себя эти героические мысли. Один маленький физический контакт – ну да, конечно.

Кащей подвёл нас ко входу, пропуская вперёд. Ракета, Яра, Аля, я… И тут я вспомнила, что забыла свой рюкзак на борту, и стремительно сменила вектор движения – практически столкнувшись в дверях с Лютомиром, который как раз заходил.

Он вжался в дверной проём, практически слившись с косяком и затаив дыхание. Я запоздало поняла: он избегает со мной даже минимального контакта.

– Рюкзак в звездолёте остался, – поспешила скованно пояснить я, аккуратно протискиваясь мимо.

– Провожу, – коротко сказал он.

И мы снова двинулись в обратный путь к взлётной площадке, которая, в отличие от той, что у Капитолия на Аурелисе, представляла собой просто милую полянку внутри каменных стен, ограждающих замок.

Ощущая неловкость, я всё же завела разговор:

– Почему ты меня не касаешься? Ты сказал: «Не рискну…» И вот сейчас…

Лютомир криво улыбнулся – непонятно чему, уставившись вперёд. В его взгляде читалось, будто в голове происходит какой-то весёлый мыслительный процесс. «Я спросила сущую глупость? – мелькнуло у меня. – Или он придумывает ироничный ответ?»

– Видишь ли, – наконец произнёс он с напускной серьёзностью, – не хотелось бы устраивать опасное светопредставление без подготовки. Даже мимолётное прикосновение превратит меня в генератор, а тебя – в трансформатор. Но рядом, несомненно, должен быть внушительный конечный накопитель, чтобы систему не замкнуло. Желательно размером с небольшую планету.

Мы взошли на борт, и я схватила свой рюкзак, переваривая эту информацию. В голове крутились схемы электрических цепей и образы нас двоих с искрящимися аурами.

– То есть достаточно одного касания? – задумчиво уточнила я, всё ещё не веря, что нет подвоха. – Никаких тайных ритуалов и кровавых жертв с участием девственниц?

– Да, а ты что подумала? – весело усмехнулся Лютомир, явно наслаждаясь моей растерянностью.

Я грозно свела брови, не желая комментировать мои прошлые (и пошлые) догадки и предположения, которые, получается, не имели с реальностью ничего общего.

– И сколько нужно удерживать тот контакт, чтобы получить достаточно энергии? Предметно, в цифрах, пожалуйста, – попросила я тоном учёного, который вот-вот разоблачит шарлатана.

– Ммм, – задумчиво протянул Кащей. Он медленно вышагивал, опустив руки в карманы и глядя на звёзды, будто сверялся с их мудрым советом. – Я думаю, минута зарядит галактику на десятилетие. Или на два. Зависит от...скажем так: какой силы проскочит искра между нами. Он выразительно поднял бровь.

Я прыснула от смеха, едва не уронив рюкзак.

– В чём подвох? – недоумевала я. – Подержимся за руки десять минут – и галактика будет светиться столетие? Ты что, серьёзно?

– Чистая правда. Клянусь жизнью собственного отца, – важно промолвил Лют, поднимая руку в клятвенном жесте с видом человека, привыкшего к тому, что его клятвы проверяют детекторами лжи.

– Это той жизнью, что в яйце? – опешила я. – Он что, до сих пор жив? Или это такая метафора, как «душа компании» у призраков?

– В каком-то смысле, – сказал Лют бесстрастно.

Мы вошли в холл – и, к моему удивлению, он вовсе не выглядел мрачно-зловещим, несмотря на статус резиденции тёмного властелина. Обилие факелов и свечей создавало что-то вроде средневекового уюта – видимо, Кащей решил, что готический ужас лучше подавать с подсветкой.

Прямо по центру возвышалась внушительная широкая лестница, накрытая красной ковровой дорожкой – прямо как в фильмах про королевские приёмы, только без фотографов и папарацци. У подножия лестницы стояли слуги, почтительно склонив головы перед повелителем.

– Как насчёт завтрака? – неожиданно поинтересовался он.

И весьма кстати, надо сказать. Маковой росинки с утра во рту не держала – организм уже начал подозревать, что его решили перевести на диету «нервы и интриги».

Повелитель передал мой рюкзак слугам и махнул головой, приглашая следовать за ним. Пара коридоров, пара поворотов – и вот мы наконец у высоких дверей.

Мы вошли в просторную спальню… О-о-о.

– А где девочки и Ракета? – я попыталась сделать вид, что меня ничего не смущает, хотя внутри уже включился режим «тревога: слишком много намёков».

– Они завтракают в столовой, – спокойно сообщил Лют, скидывая плащ, будто это не предмет одежды, а какая-то докучливая формальность. – Мне хотелось бы побыть с тобой наедине, если ты не против.

Я снова поймала тот момент, когда язык приклеивается к нёбу, а в горле возникает ощущение, будто там репетирует хор писклявых птичек, готовящихся исполнить арию из «Кармен».

Я прошла к столу, опустилась в кресло и сложила руки перед собой – поза «я совершенно спокойна и точно не пытаюсь разгадать, что задумал Тёмный властелин». Рядом стояло зеркало – точная копия моего.

– А много таких зеркал существует? – спросила я, пытаясь хоть как-то развеять атмосферу томного нуара, которая сгущалась вокруг.

Кащей опустился в кресло напротив, небрежно вытянул руку – так, что наши пальцы практически соприкасались. Расторопные слуги уже накрывали на стол, ловко маневрируя.

– Сложно сказать, – ответил он. – Я знаю только о трёх: у тебя, у меня и у Василисы, – пояснил он, пристально глядя в моё лицо, будто пытался прочитать мои мысли.

Я заправила прядь за ухо – классический жест «я сейчас сделаю умный вид и задам каверзный вопрос».

– Василиса? Прекрасная?

Лют лишь опустил веки, подтверждая.

– И вы… ну, созваниваетесь? – осторожно уточнила я.

– Нет, она никогда не выходит на связь и не забывает занавешивать зеркало – в отличие от тебя. За многие годы мне удалось лишь несколько раз мельком увидеть её, – произнёс он с лёгкой ноткой ностальгии, будто вспоминал давнего друга, который переехал в другой город и забыл оставить новый адрес.

Я нахмурилась.

– Василиса же тоже из рода славян и, получается, наследница трона? – поинтересовалась я. – Где она скрывается и от кого?

– Я думаю, эту историю нужно рассказывать с самого начала, – сказал Кащей, делая жест, приглашающий к трапезе. – Расскажу, если хочешь.

– Конечно, хочу! – вскинулась я, энергично берясь за вилку и приступая к еде.

– Так вот… – это случилась в те времена когда род бабы ЯГИ боролся за независимость и трехгалактическая война сотрясала вселенную. – Он тоже приступил к еде, попутно рассказывая.

В галактике Явь жила прекрасная царевна Василиса, чья судьба была под угрозой из-за преследования могущественного клана ЯГА. Их высокотехнологичные биосканеры могли обнаружить любой живой организм в пределах звёздной системы.

Мой отец, талантливый программист разработал для Василисы уникальный протокол квантовой мимикрии. Этот инновационный алгоритм позволял её биоэнергетическому следу имитировать сигнатуру обычного земноводного – лягушки. Благодаря этому её невозможно было отличить от тысяч других подобных существ.

В это время молодой князь Иван проводил поиск невесты с помощью древнего артефакта – навигационной стрелы. Стрела зафиксировала присутствие Василисы на болотистой планете Берендей, где она скрывалась.

Не подозревая о её происхождении, Иван пригласил девушку на отбор невест. Василиса поразила всех своими знаниями в области проекционной физики. На финальном балу она прибыла на антигравитационной платформе, стилизованной под золотую карету, а во время танца создавала впечатляющие голографические проекции-пейзажи озеро, лебеди и прочее.

Когда правда о её происхождении раскрылась, Иван деактивировал протокол мимикрии, стремясь похвастаться знатной невестой. Василисе пришлось срочно бежать в Навь, прося Кащея помочь обновить маскировку.

Между ней и Кащеем вспыхнули искренние чувства. Они решили соединить свои судьбы. Разочарованный Иван распространил по галактическим каналам ложную информацию о гибели Кащея, но то, что отец жив до сих пор доказывает обратное.

– Я с трудом проглотила последний кусок мяса, который, казалось, решил устроить себе пожизненное убежище где-то в районе горла. – То есть… Василиса – твоя мать?

Лют очаровательно улыбнулся – так, будто только что выложил на стол джокера в партии покера с судьбой.

– Удивлена? – уточнил он с едва заметным блеском в глазах.

– Ещё бы! Теперь по крайней мере понятно в кого ты такой красавчик – ляпнула я, поспешно опрокидывая в себя стакан воды, чтобы скрыть неловкость. – Получается, это было в незапамятные времена? И Василиса… тоже бессмертная?

– Угу, – кивнул он. – Когда царевна Яви объединяет свою судьбу с властелином из рода Кащея, она получает бессмертие. Жили долго и счастливо – пока не надоело. Прямо-таки классическая опера: «Любовь, вечность и немного скуки на десерт».

– Вот это да!

– То же самое происходит, когда царевна соединяет свою судьбу с Финистом, – добавил Лют указав пальцем на мой кулон. – Но так было раньше…

Он тяжело вздохнул, промокая губы салфеткой с видом философа, размышляющего о тщетности бытия. – Пока Яги не наложили проклятие, наказав все три рода по-своему. Теперь всё совсем не так чудесно. Скорее похоже на страшную сказку с пометкой «18+»: со сценами жестокости и непредвиденными осложнениями.

В этот момент дверь с драматичным хлопком распахнулась, и на пороге возник мужчина, напоминавший бывалого военного спецназовца на особо секретном задании.

– Повелитель, прошу прощения, экстренная ситуация, срочно необходимо ваше присутствие, – отчеканил боец так чётко и торжественно, будто зачитывал устав межгалактической гвардии.

Лют поднялся и бросил на меня странный взгляд – смесь извинения, намёка и невысказанного «держись, приключения только начинаются».

– Прости, мне нужно идти.

– Тёмные дела не ждут? – с лёгкой иронией бросила я, изо всех сил стараясь не выдать, что внутри всё сжалось от смеси любопытства и тревоги.

Он провёл рукой по лицу и кивнул:

– К несчастью, да. Слуги проведут тебя к друзьям. Встретимся позже.

Я смотрела ему в спину, заворожённо следя, как он исчезает за дверью. В голове невольно пронеслось: «Красив до неприличия, харизматичен, загадочен, как герой с обложки фэнтези-романа…»

Тут же одёрнула себя – резко, как будто получила мысленный подзатыльник от здравого смысла:

– Так, стоп. У тебя есть любимый. Помни об этом. И не надо романтизировать Темного властелина только потому, что он знает много сказок и не распускает руки.

Внутренний голос прозвучал строго. Сердце, впрочем, ещё пару секунд упрямо игнорировало этот очевидный факт.

Я вздохнула, покачала головой и пробормотала себе под нос:

– Ладно, сердце. Давай договоримся: любуйся молча и без лишних эмоций. У нас уже есть кандидат на роль главного героя в этой сказке. И он, между прочим крылатый.