Текст книги "Жаждущий мести (ЛП)"

Автор книги: Мишель Херд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 19

Юки

После ухода Саманты я постирала всю свою новую одежду и провела весь день, наводя порядок в гардеробе. Короткие платья и нижнее белье я аккуратно сложила в три сумки, чтобы передать их в благотворительный фонд.

Я позаимствовала эту идею у Саманты, когда она велела Бьянке навести порядок в шкафу.

Закончив, я быстро принимаю душ и надеваю длинную юбку, одну из любимых блузок Саманты с бантиком, и удобные кроссовки. Одевшись, я иду в ванную, чтобы оценить свой образ в большом зеркале, занимающем всю стену.

Я смотрю на свое отражение, и на моем лице расцветает широкая улыбка, когда сильная волна счастья пронизывает мою грудь.

Я похожа на тех девушек, которыми всегда восхищалась.

Охваченная эмоциями, я несколько минут рассматриваю себя, а затем спускаюсь вниз, чтобы приготовить ужин.

Времени у меня не так много, поэтому я решаю приготовить макароны с сыром.

Поставив кастрюлю на плиту, я слышу знакомые шаги, и мое сердце замирает. Проводя вечера с Аугусто, я узнала его с совершенно другой стороны.

Со стороны, которая мне очень нравится.

Когда Аугусто заходит на кухню, я сразу замечаю усталость на его лице, и в моей груди зарождается беспокойство.

В тот момент, когда он видит меня уголки его губ растягиваются в улыбке, а в глазах появляется восхищение.

– Мне нравится этот наряд. – Он одобрительно кивает, подходя ближе. – Это выглядит гораздо лучше, чем короткие платья. Теперь мне не нужно беспокоиться о том, что мужчины будут пускать слюни на твои ноги.

В его голосе звучат собственнические нотки, которых я раньше не слышала.

Хотя, нет, должно быть, мне показалось.

– Я рада, что тебе нравится.

Я удивляюсь, когда он прижимает меня к груди, и мне хочется обнять его в ответ, когда он измученно вздыхает. Особенно после всего, что он для меня сделал.

Сдавшись, я обхватываю его руками, но он дергается и отстраняется.

– Прости. У меня немного болит левая сторона.

Мои глаза округляются, когда я смотрю на его лицо.

– Ты поранился?

– Неудачная попытка убийства. Беспокоиться не о чем.

Я ахаю от потрясения. Мне хочется осмотреть его рану, но, чувствуя неловкость, я остаюсь стоять на месте.

Он садится на один из стульев и, взяв меня за руку, с нежностью смотрит на меня.

– У тебя есть какие-нибудь идеи, кто мог бы захотеть развязать войну между якудза и Коза Нострой?

Kuso! Надеюсь, у меня не будет проблем. Наши отношения практически наладились, и мне бы не хотелось, чтобы что-то их испортило.

Я колеблюсь, а затем качаю головой.

– Мне никогда ничего не говорили.

– Попробовать стоило. – Аугусто бросает взгляд на кастрюлю. – Забудь сегодня о готовке. Давай закажем что-нибудь на дом. – Его взгляд возвращается ко мне. – Что хочешь?

Я прекрасно понимаю, что он все еще держит меня за руку, крепко сжимая мои пальцы. Немного смущаясь, я бормочу:

– Выбирай сам.

– Бургер с картошкой фри. – Вместо того, чтобы сделать заказ, он пристально смотрит на меня, а когда я вопросительно изгибаю бровь, шепчет: – У меня был тяжелый день. Ты меня успокаиваешь. – Подняв другую руку к моей шее, он поправляет бантик. – Это мило.

Я улыбаюсь, опуская взгляд, потому что тоже так думаю.

– Посмотри на меня, – приказывает Аугусто, его голос внезапно становится глубже обычного. Когда я встречаюсь с ним взглядом, он качает головой. – Улыбнись еще раз.

Нервное напряжение скручивает желудок, и уголок моего рта слегка приподнимается.

Его радужки темнеют, когда он смотрит на мои губы. В этот момент между нами словно пробегает электрический разряд, и мое сердце начинает биться быстрее.

Раздается звонок телефона, и я чувствую, как лопается пузырь, отвлекая внимание Аугусто от меня.

Отпустив мою руку, он встает, достает из кармана телефон и, выходя из кухни, спрашивает:

– От тела избавились?

Опустив голову, я смотрю на свою руку, где все еще чувствую прикосновение Аугусто.

Что только что произошло между нами?

Мое сердце все еще бьется быстрее обычного, а в животе что-то трепещет, словно внутри меня порхает целый калейдоскоп бабочек.

Не может быть. Меня влечет к Аугусто?!

Когда я начинаю сомневаться, не слишком ли это рано, я вспоминаю все, что он для меня сделал, и как сильно изменил мою жизнь.

Я бы умерла, если бы осталась с отцом еще на неделю.

К тому же, я замужем за Аугусто. Будет хорошо, если у меня возникнут чувства к нему. Верно?

– Юки? – Я бросаю взгляд на Аугусто, который возвращается на кухню. – Все в порядке?

Я колеблюсь, но затем все же решаюсь спросить:

– Что произойдет, когда я буду готова?

Он медленно подходит ближе.

– Готова к следующему шагу?

Я киваю, чувствуя, как нервы сильнее скручивают мой желудок.

– Мы перейдем к интимным отношениям.

Желая услышать его мнение, я спрашиваю:

– А что, если я никогда не буду готова к этому?

Он внимательно смотрит на меня, обдумывая свой ответ.

– Я найду способ жить с этим.

– Но ты ведь не хочешь этого?

Он останавливается прямо передо мной и, поднеся руку к моему лицу, проводит кончиками пальцев по моему подбородку и шее.

– Нет, и я думаю, ты тоже этого не хочешь. – Он продолжает прикасаться ко мне, не отрывая взгляда от моего лица. Когда по моей коже пробегают мурашки, я накрываю его руку своей и невольно вздыхаю. – Думаю, ты хочешь большего, чем брак без любви, в котором мы будем продолжать жить как соседи по комнате.

Он наклоняет голову, и его радужки вновь темнеют. Притяжение, которое я ощущала раньше, возвращается, заставляя мое сердце биться еще быстрее.

Его голос становится глубже и грубее, когда он спрашивает:

– Или я ошибаюсь?

– Нет, – шепчу я, глядя ему в глаза и пытаясь понять, что он чувствует ко мне.

Он медленно проводит большим пальцем по моей нижней губе. Я обхватываю его запястье, и в тот момент, когда он начинает наклоняться, не могу сдержать своих частых, прерывистых вдохов.

Внезапно Аугусто обхватывает меня другой рукой за поясницу и, наклонившись еще ниже, прижимает к себе.

Кажется, я пищу, но не уверена, потому что в тот момент, когда его губы касаются моих, мой мозг перестает функционировать. Его запах – темный и теплый, насыщенный кедром и специями, тут же окутывает меня.

Сначала его губы мягкие, словно он пытается выманить меня из защитного кокона. Но когда из меня вырывается прерывистый вздох, и я крепче сжимаю его запястье, он требовательно кусает мои губы.

Сильное покалывание распространяется по всему моему телу, и я инстинктивно прижимаю другую руку к его шее.

Поцелуй становится все более страстным, и когда язык Аугусто проникает в мой рот, меня охватывает странное ощущение. Я чувствую мощный трепет внизу живота, и из моей груди вырывается смесь вздоха и стона.

Когда он берет инициативу в поцелуе, у меня перехватывает дыхание и кажется, будто я парю. Все чувства обостряются, когда его губы властно скользят по моим. Я чувствую силу в его теле, когда он крепко прижимает меня к себе, и становлюсь зависимой от его аромата.

Но самое удивительное, что в моей груди загорается новое чувство, и я начинаю влюбляться в мужчину, которого раньше боялась.

Моя первая влюбленность.

Однажды я прочитала, что влюбленность – это искра, разжигающая огонь любви, а любить кого-то – значит обещать, что этот огонь никогда не погаснет.

Аугусто замедляет поцелуй, нежно проводя языком по моим губам, а затем останавливается. Наши губы едва касаются друг друга, пока мы оба восстанавливаем дыхание, но когда я открываю глаза, то обнаруживаю, что он смотрит на меня с хищным выражением лица.

Я ослабляю хватку на его запястье, и когда моя ладонь скользит по его предплечью, чувствую, как по его коже бегут мурашки.

Опустив взгляд, я наблюдаю за его реакцией на мое прикосновение.

Его голос звучит хрипло, когда он спрашивает:

– Как ты себя чувствуешь?

Не в силах лгать после того, что мы только что пережили, я отвечаю:

– Нервничаю. Внутри все трепещет. И мне немного неловко. – Я продолжаю смотреть на его предплечье, проводя пальцами по татуировкам. – А еще я одновременно и взволнована, и напугана.

– Это нормально. – Его большой палец скользит по линии моего подбородка. – Посмотри на меня, Юки.

Я с трудом сглатываю, а затем поднимаю голову, встречаясь с ним взглядом.

– Значит, никакого брака без любви? – спрашивает он. – Ты согласна?

Я киваю, понимая, что мои пальцы ног едва касаются пола, потому что Аугусто все еще крепко держит меня в своих сильных руках.

– Мы продолжим узнавать друг друга, давая нашим отношениям развиваться естественным образом. Если в какой-то момент ты почувствуешь, что я слишком тороплюсь, скажи мне об этом.

– Хорошо.

Уголок его рта приподнимается.

– Твой первый поцелуй оправдал ожидания?

– Он оказался более страстным, чем я думала.

Его голос снова становится низким и глубоким, когда он спрашивает:

– Тебе понравилось?

Я киваю, чувствуя ужасное стеснение, и издаю неловкий смешок, который превращается в судорожный вздох, когда Аугусто наклоняет голову и прижимается к моим губам.

На этот раз он не медлит, а сразу обрушивается на меня страстным, жадным поцелуем. Его губы грубо впиваются в мои, а язык настойчиво проникает внутрь, демонстрируя властную, яростную силу.

У меня кружится голова, в животе порхают бабочки, а сердцебиение ускоряется.

Ого, вау.

Внезапно раздается звонок в дверь, и из груди Аугусто вырывается разочарованный звук, очень похожий на рычание.

Когда звонок раздается снова, он отрывается от моих губ, но выражение его лица говорит мне, что он еще не закончил со мной.

– Не двигайся, – приказывает он.

Отпустив меня, он выходит из кухни, выглядя расстроенным тем, что кто-то прервал нас. Я прислоняюсь к плите, проводя кончиками пальцев по покалывающим губам.

Так вот каково это, когда мужчина смотрит на тебя с желанием и целует так, словно не может насытиться?

Улыбка озаряет мое лицо, а по венам разливается волнующее чувство.

Аугусто возвращается на кухню, бросает пакет на островок и с решительным выражением лица направляется ко мне.

Мое тело напрягается, и я ощущаю странное чувство внизу живота, но у меня нет возможности его понять.

Он обхватывает мой подбородок, запрокидывает голову назад и прижимается к моим губам, продолжая с того места, где нас прервали.

– Господи, – стонет он между поцелуями. – Ты опасна. – Он кусает мою нижнюю губу, и из его груди вырывается очередной стон. – И чертовски притягательна.

Аугусто целует, лижет и кусает мои губы до тех пор, пока те не начинают гореть от его ласк. Насытившись, он поднимает голову и смотрит на меня с тем же выражением лица, что я видела у Риккардо в клубе.

– Думаю, можно с уверенностью сказать, что наше влечение взаимно.

Я киваю и понимаю, что во время поцелуя сильно прижималась к нему. Вспомнив о ране, я быстро отстраняюсь и спрашиваю:

– Я не задела твою рану?

– Нет. Она выше.

– Где?

Аугусто указывает на свою грудь. Осознание, что пуля едва не задела его сердце, вызывает у меня волну шока.

– Это очень близко, – шепчу я. – Ты мог умереть.

– Но я не умер. – Он наклоняет голову, и уголок его рта приподнимается. – Ты беспокоишься обо мне?

– Да. – Мои брови сходятся на переносице. – Ты ведь мой муж.

Глядя на его грудь, я понимаю, что за один месяц моя жизнь изменилась до неузнаваемости. Мне нравится проводить время с Самантой. Нравится этот дом и то, каким уютным и родным он становится. Мне нравится видеть, как Аугусто с удовольствием ест блюда, которые я готовлю. Нравятся вечера, когда мы беседуем и узнаем друг друга получше.

И мне нравится, когда он целует меня.

– Я не хочу потерять все это, – признаюсь я, глядя ему в глаза.

– Не потеряешь. Если я умру, ты все равно останешься здесь и получишь достаточно денег, чтобы жить без забот до конца дней.

– Но тебя здесь не будет. – В мое сердце закрадывается страх. – Я не хочу снова остаться одна. Я привыкла слышать, как ты передвигаешься по дому. Знаю, как звучат твои шаги, во сколько ты приходишь домой, и как меняется атмосфера, когда ты входишь в комнату. – Мое дыхание учащается. – Наконец-то у меня есть тот, в кого я могу влюбиться.

– Ш-ш-ш... – Он притягивает меня к своей груди и целует макушку. – Я не умру.

– Меня не волнуют деньги. – Из меня вырываются рыдания. – Я не хочу, чтобы моя жизнь изменилась, а если ты умрешь, это изменит все. Я хочу, чтобы мы были вместе. – Я обнимаю его за талию и прижимаюсь к нему. – Хочу будущего с тобой, чтобы испытать, каково это – быть любимой.

Он снова целует мою макушку.

– Ты получишь все, что пожелаешь.

– От тебя, – хнычу я, прижимаясь к нему еще сильнее.

– От меня. – Он обхватывает мою голову руками, заставляя взглянуть на него. В его глазах я вижу обещание, и буря внутри меня успокаивается. – Я никуда не уйду. Хорошо?

– Хорошо.

Его взгляд смягчается, и росток надежды в моем сердце распускается, заполняя его целиком. Я верю, что, приложив немного усилий, мы сможем построить счастливый и крепкий брак.

Глава 20

Аугусто

Я в полной заднице.

Поцелуй с Юки изменил все между нами. Я мгновенно превратился из пассивного соседа по комнате, который хотел для нее самого лучшего, в собственнического мужа, жаждущего получить от нее все.

Господи, какая же она вкусная.

Когда я прижал ее к себе и почувствовал, как дрожит ее маленькое тельце, во мне вспыхнуло адское желание поглотить ее. Я не мог перестать целовать ее.

Мой взгляд скользит по новому наряду, в котором она выглядит элегантно и чертовски очаровательно. Пока она загружает посудомоечную машину, я говорю:

– Надеюсь, у тебя есть еще такие наряды.

Улыбка озаряет ее лицо, притягивая мой взгляд к ее мягким губам. На вкус они как чертова невинность.

Блять, а те тихие стоны, которые она издавала во время поцелуев, сводили меня с ума.

Встав со стула, я беру ее за руку и веду в сад на прогулку. Это стало нашей вечерней традицией, которая приносит мне удовольствие и помогает расслабиться.

Подходя к пруду, я спрашиваю:

– Как поживают кои?

– Хорошо. – Юки смотрит на меня. – Когда я кормлю их пастой, они слизывают ее с моей руки. Хочешь посмотреть?

– Конечно. – Я смотрю, как она мчится обратно в дом, и уголки моего рта приподнимаются в улыбке.

Мне нравится, когда этот маленький оборотень находится рядом со мной.

Мои мысли возвращаются к словам, сказанным ею ранее. Я был удивлен, потому что не ожидал, что она будет так открыто говорить о своих чувствах. Но я рад. Теперь я точно знаю, чего она хочет.

Будущего со мной.

Моя улыбка становится шире, когда она выбегает из дома, от волнения ее щеки розовеют.

Чувствую, скоро моя жена будет вертеть мной, как захочет.

Юки приседает у пруда и, зачерпнув пальцами немного пасты, опускает руку в воду. Кои подплывают чуть ближе, и каждые несколько секунд один из них бросается вперед, хватает немного пасты и тут же уплывает.

Когда они слизывают всю пасту с ее пальцев, она протягивает миску мне.

– Твоя очередь.

– Они же не кусаются, верно?

– Нет.

Присев рядом с ней на корточки, я зачерпываю немного пасты и, опустив руку в воду, готовлюсь к нападению. Когда первый кои крадет кусочек пасты, остальные следуют его примеру.

– Тебе нужно общаться с природой, – бормочет Юки. – Это поможет твоей душе восстановиться после тяжелого дня.

– Да.

Вытащив руку из воды, я вытираю ее о бедро и поднимаюсь на ноги.

Мои мысли возвращаются к стрелку, и, глядя на Юки, я беспокоюсь, что они придут за ней. Именно из-за нее мы заключили мир с якудза. Кто бы ни стоял за нападением, он может решить, что сделка будет аннулирована, если она умрет.

Недолго думая, я хватаю ее за плечи и притягиваю к своей груди. Я заключаю ее в объятия, прижимаясь щекой к ее макушке.

Сделав глубокий вдох, я наслаждаюсь ее нежным и чистым ароматом.

– Ненавижу это делать, но ты должна оставаться дома, пока я не выясню, кто стоит за нападением. – Я отстраняюсь и легонько касаюсь ее подбородка пальцем, заставляя посмотреть на меня. – Я не хочу рисковать твоей жизнью.

Ее губы приоткрываются, а когда глаза начинают блестеть от слез, в моей груди зарождается беспокойство.

– Я рисковала жизнью каждый раз, когда притворялась своим братом. Ты первый человек, который не хочет подвергать меня опасности.

Боже.

Думая, что ей будет приятно это услышать, я говорю:

– Ты – мое искупление. – Я кладу руки ей на шею и смотрю в глаза. – И моя жена. – Уголок моего рта приподнимается. – Мой маленький оборотень. – Наклонившись, я нежно целую ее в губы, и мне приходится подавить желание поглотить ее, чтобы сказать: – Твоя безопасность – мой приоритет. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось, и убью любого, кто попытается приблизиться к тебе.

На ее лице мелькают разные эмоции: от благоговения до счастья, а затем и застенчивости. Последняя быстро становится моей ахиллесовой пятой.

– Спасибо, – шепчет она, а затем нерешительно встает на цыпочки. Ее губы замирают в дюйме от моих, и я наблюдаю, как она обдумывает свой шаг. Но затем, решившись, подается вперед.

Твою мать.

Мне кажется, что земля дрожит под ногами, когда Юки робко начинает целовать меня.

Я с трудом сдерживаюсь, чтобы она могла контролировать ситуацию, но когда ее сладкие губы прижимаются к моим, а язык слегка скользит по моей нижней губе, я проигрываю эту битву.

Моя рука обвивается вокруг нее, и, оторвав от земли, я крепко прижимаю ее к своей груди, жадно целуя. Желание попробовать каждый дюйм ее губ слишком велико, чтобы ему сопротивляться.

Когда солнце скрывается за горизонтом, я полностью растворяюсь в Юки. Спустя несколько минут мне все же удается оторваться от нее, и я замечаю, как тяжело она дышит. Держась за мои плечи, она прижимается лицом к моей шее, и я даю ей время прийти в себя.

В ее голосе слышится уязвимость, когда она спрашивает:

– А когда мы вступим в интимные отношения, ощущения будут такими же?

– Поверь, секс гораздо ярче, чем поцелуй.

– Боюсь, я потеряю сознание, если твои слова окажутся правдой.

Я мягко опускаю ее на землю, прекрасно понимая, что она может почувствовать мой стояк.

Я внимательно слежу за ее лицом, надеясь увидеть реакцию. Как и ожидалось, ее щеки заливаются ярким румянцем, и она переводит взгляд на кусты, цветы и пруд.

– Не беспокойся о сексе. – Я поглаживаю ее руку. – Мы ограничимся поцелуями, пока ты не будешь готова к следующему шагу.

На ее губах появляется милая улыбка.

– Хорошо.

Последние две недели мы искали любую информацию о том, кто на меня напал.

Я даже позвонил Танаке, и мне пришлось выслушать его гневную тираду по телефону. Он был крайне недоволен тем, что кто-то осмелился нарушить договор.

Сейчас справляться с работой становится все труднее, и я живу ради вечеров и выходных, которые могу провести с Юки.

Я сдержал свое слово, но каждую ночь, когда мы целуемся, мне приходится бороться с собой, чтобы не зайти дальше.

За это мне полагается хоть какая-нибудь награда.

Двери лифта открываются, и, зайдя в пентхаус Джорджи, я вижу, что все уже собрались.

Папа первым замечает меня и улыбается, когда я останавливаюсь рядом с ним.

– У тебя усталый вид. Когда планируешь взять отпуск?

– Когда проблема будет решена.

Я приветствую других мужчин, а затем наливаю себе виски.

Наши отцы ввели традицию – раз в месяц собираться на вечер покера. Пропустить это событие нельзя.

Поскольку всего нас двенадцать, мы обычно делимся на две группы по шесть человек.

Направляясь к двум круглым столам, которые расставил Джорджи, дядя Дамиано говорит:

– Аугусто, сегодня ты сидишь рядом со мной.

Занимая место, я вздыхаю, когда дядя Ренцо, мой крестный, садится по другую сторону от меня.

– Почему у меня такое чувство, что вы оба будете меня допрашивать? – спрашиваю я, ставя стакан на стол. Когда отец, дядя Анджело и дядя Дарио присоединяются к моему столу, я качаю головой. – Да ладно вам. Мы же договорились провести спокойный вечер.

Я слышу, как Джорджи усмехается за другим столом, и бросаю на него сердитый взгляд.

Он тут же поднимает руки в знак капитуляции.

– У меня не было права голоса. Сам ведь знаешь, они всегда получают желаемое.

– Конечно, – бурчу я, осматривая мужчин за моим столом. – Давайте покончим с этим.

Раздавая карты, дядя Дарио говорит:

– Спасибо, что отдал Раффаэле Рози.

– Не за что. – Когда я выжидающе смотрю на него, он усмехается.

– Это все, что я хотел сказать. Моя дочь счастлива, и у нас есть человек, который будет заменять ее на всех встречах.

– Хорошо. – Я бросаю взгляд на отца и других дядей.

– Есть какие-нибудь зацепки по поводу того, кто пытался тебя убить? – спрашивает дядя Дамиано своим обычным резким тоном. У этого человека, может, и каменное сердце, но он готов принять пулю за любого из нас.

– Нет. На днях я звонил Танаке, чтобы спросить его об этом. Его удивление и гнев звучали вполне правдоподобно.

– Может, он хороший актер, – бормочет дядя Дамиано, поднимая карты. Он просматривает их, а затем бросает на дядю Дарио гневный взгляд. – Я оторву тебе яйца. Что мне прикажешь делать с этим дерьмом?

– Проиграть, – смеется дядя Дарио, широко улыбаясь, глядя на свои карты. – У меня все довольно-таки неплохо.

– Конечно, неплохо, – ворчит дядя Анджело, явно недовольный своими картами.

Сколько себя помню, это всегда была их излюбленная шутка. Они постоянно задирают дядю Дарио на каждой игре в покер.

Если Рози для всех нас как младшая сестра, то дядя Дарио для моего отца и дядюшек – как младший брат. Семья Ла Роса – это сердце Коза Ностры. Без их хакерских навыков мы бы погибли.

– Кристиано рассказал мне, что произошло в Токио на встрече с Танакой, – дядя Дамиано возвращается к теме якудза. – Мне кажется странным, что он отдал свою дочь, чтобы установить с нами мир, но ничего не попросил взамен. – Его острый взгляд скользит по моему лицу. – Может быть, дочь снабжает его информацией.

Я качаю головой.

– Юки не общается со своим отцом.

– Откуда ты знаешь? Ты проверял ее телефон? – спрашивает дядя Ренцо.

– Я купил ей телефон, и добавил в контакты только свой номер и номер матери. Пароль у нее тот же, что я установил при первоначальной настройке устройства. – Я проверяю свои карты и бросаю две обратно на стол. – Я доверяю своей жене.

Мы играем партию в покер, прежде чем дядя Дамиано спрашивает:

– Если за нападением стоит не Танака, то кто же?

– Именно это я и пытаюсь выяснить. Я проверяю китайцев и корейцев. Кто-то из них может быть недоволен договорным браком между якудза и Коза Нострой.

– Ты прав. – Он снова пристально смотрит на меня. – Постарайся разобраться в этом как можно быстрее. Ты дерьмово выглядишь и тебе нужно отдохнуть.

– Теперь ты говоришь как мой отец, – ворчу я.

– Да потому что он, блять, постоянно жалуется на это при каждой нашей встрече, – говорит дядя Дамиано, бросая на папу гневный взгляд.

– Брехня, – говорит папа, и на его губах появляется улыбка. – Ты точно так же постоянно говоришь о том, что Кристиано работает до изнеможения.

– Мне показалось, или я услышал свое имя? – спрашивает Кристиано из-за другого стола.

– Наши отцы, похоже, хотят, чтобы мы сидели на жопе ровно, пока Коза Ностра сгорает дотла, – говорю я ему.

– Еще слово, и я прострелю тебе ногу. Тогда тебе придется взять отпуск, – угрожает мне дядя Дамиано.

Я усмехаюсь, потому что он только угрожает, но ничего не делает, когда дело касается нас.

– Хватит говорить о работе. Мы будем играть, чтобы я мог забрать все ваши деньги? – спрашивает дядя Дарио, подмигивая нам.

Я допиваю виски из своего стакана и встаю.

– Мне нужно еще выпить.

По пути к бару я останавливаюсь у соседнего стола, кладу руку на плечо Джорджи и крепко сжимаю его, наклоняясь.

– До конца года ты будешь сидеть рядом с дядей Дамиано на всех играх, которые я организую.

Мой друг громко смеется, тоже встает и идет со мной, чтобы наполнить свой стакан. К нам присоединяется и Адриано, и пока мы наливаем себе напитки, Джорджи говорит:

– Ты уже несколько месяцев не тусуешься с нами. Раньше мы проводили вместе каждые выходные.

Он прав. Мы втроем устраивали барбекю и смотрели любую игру, которая шла по телевизору.

– Постараюсь вырваться в следующую субботу, – говорю я.

Адриано смотрит мне в глаза.

– Как семейная жизнь?

– Хорошо. – Я не могу сдержать ухмылку. – Очень хорошо.

– О-о-о-о, – Джорджи вздергивает бровь. – Ты и принцесса якудза...

– Не смей заканчивать этот вопрос, – предупреждаю я его, а затем признаюсь:, – Мы еще не вступили в интимные отношения.

На их лицах мелькает удивление, и Адриано спрашивает:

– Почему?

– Я жду, пока Юки будет готова.

– Ты же знаешь, что брак без секса не считается полноценным, – вставляет Джорджи свои два цента.

Я игриво шлепаю его по голове.

– Что ты знаешь о браке? Ты только и делаешь, что трахаешься с половиной Нью-Йорка. У тебя даже никогда не было отношений с женщиной.

– Ты знаешь мой девиз. – Он отпивает виски. – Раз и готово. – Вздохнув, он говорит: – Да и я слишком занят. Болгары продают оружие на моей территории.

– Ты планируешь напасть на Атанаса Петкова? – Я бросаю на него обеспокоенный взгляд. – Нужна помощь?

Джорджи кивает в сторону Адриано.

– Он помогает. У тебя и так дел по горло с якудза. Клянусь, если бы у главы болгарской мафии была сестра, я бы женился на ней ради бизнеса. Петков знает свое дело и мог бы стать хорошим союзником.

– Насколько я знаю, Петков не женат, – замечает Адриано. – А у тебя есть сестра.

– Я не отдам Райю этому человеку, – рычит Джорджи, теряя самообладание. Он допивает свой напиток и заметно успокаивается, добавляя: – Я заключу сделку с Петковым. Его бизнес пойдет на пользу Коза Ностре.

– Определенно, – соглашаюсь я.

– Эй, вы трое так и будете стоять там всю ночь или присоединитесь к игре? – кричит дядя Ренцо, отец Джорджи.

Я наполняю стакан и возвращаюсь на место. Вскоре мы обсуждаем бизнес и семью, пока дядя Дарио надирает нам задницы.