Текст книги "Развод в 30. Новая жизнь (СИ)"

Автор книги: Мира Спарк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

29

Алиса

От его слов по коже бьет озноб.

Не понимаю почему так, но чувствую в тоне, в выражении лица невысказанную угрозу.

И это пугает меня.

Очень сильно.

Потому что я прекрасно могу сложить один плюс один и понимаю, что именно этот мужчина и может быть отцом моего будущего ребенка.

Ох, как же так умудрились напутать в клинике.

И во мне пробуждается инстинкт матери.

Делаю невозмутимое лицо и киваю:

– Бороться? А что это значит в вашем понимании?

Андрей отклоняется немного назад и сверлит меня глазами.

От этого настойчивого взгляда становится не по себе. Сердце трепещет в груди, а по спине бегут мурашки.

Этот мужчина не смотря на свое внешнее обаяние меня пугает.

Кажется, что он не так прост, как может показаться с первого взгляда.

Будто в глубине серо-голубых глаз таится какая-то тщательно скрываемая боль.

Он поджимает губы и чуть поводит ладонью. Потом разглаживает скатерть.

– Ну, Алиса, к чему же такие вопросы…

Его голос становится заметно глуше.

– Для меня эта тема, я имею в виду – отцовство, особенная. Я лишился рано родителей, и не хочу своему сыну повторения такой судьбы.

Сыну? Он сказала сыну?

Невольно улыбаюсь.

– Почему вы так уверены, что у вас будет сын?

Андрей чуть улыбается, но продолжает быть серьезным.

– Не знаю. Просто уверен. У меня не может быть иначе. Точно будет сын – в этом я могу поспорить с любым узи.

Поднимает чашку и делает небольшой глоток, но в тоже время внимательно следит за мной поверх края.

– Я не хочу случайной матери своему сыну, поймите меня правильно…

Киваю – это как раз понятно без лишних объяснений. Кто же хочет? Я тоже абы какого отца не желаю… Да, честно говоря, после жестокого предательства Алексея у меня и кандидатов-то не остается.

Как и веры в мужчин.

– Просто вы так выразились – бороться… будто хотите отобрать ребенка у матери.

Андрей молчит, но в его глаза что-то блестит, как молния – хищное, агрессивное, угрожающее…

Страх вновь возвращается ко мне.

Я совсем не знаю этого человека. Внешне – да, он располагает.

Если быть честной, красивый он мужчина. Привлекающий внимание. С открытым честным лицом, но… его необычная жесткость в этом вопросе меня пугают.

Разве можно хотеть забрать ребенка у матери? Даже в такой дикой ситуации…

– Не знаю, Алиса, не знаю, – вздыхает Андрей. – Я даже не знаю правильно ли с вами обсуждать такие темы, ведь и вы можете быть потенциальной матерью и воспринять мои слова как угрозу…

А как еще я должна их воспринимать интересно?

– Но могу вам сказать одно – я очень надеюсь, что время не упущено и мы сумеем предотвратить… эм, как бы это назвать… путаницу. И никому не придется принимать сложных решений и делать тяжелый выбор.

Киваю и поддакиваю.

Сейчас не самое подходящее время раскрывать свои карты.

Пусть в клинике занимаются выяснением обстоятельств, а о моей беременности они не должны сообщать третьим лицам – врачебная тайна.

Но все же стоит им об этом напомнить, а том мало ли – тут тоже что-то забыли.

Мы молча попиваем кофе, погрузившись в мысли – каждый в свои.

– Ну так что, Алиса? Я могу на вас рассчитывать? Хотите участвовать в коллективных разбирательствах? Так у нас больше шансов привлечь руководство клиники к ответственности и защитить наши законные интересы.

Я киваю.

Хоть мне сейчас и не так важно добиваться справедливости. Куда важнее обеспечить нормальный ход беременности, но в конечном итоге Андрей все-таки прав.

– Отлично, – напряжение на лице Андрея спадает, и лицо сразу становится приветливым, открытым и менее жестким. – Тогда давайте обменяемся контактами? А с мужем как, вы, наверное, сама хотите поговорить?

Улыбка застывает у меня на лице, а язык вдруг становится таким неповоротливым.

– Понимаете, – хриплю я и откашливаюсь, – так получилось, что с мужем мы сейчас… в процессе развода.

– О…

Брови взлетают, и он с искренним, не показным сочувствием смотрит на меня.

– Сожалею.

Пожимаю плечами:

– Да уж. Так бывает, ничего страшного, но спасибо.

Повисает неловкая пауза.

– Учитывая это, – начинает Андрей, – ситуация для вас совсем неординарная.

Я киваю и понимаю, что губы начинают вдруг дрожать.

Несмотря на первоначальную угрозу, от Андрея исходит какое-то оберегающее тепло.

Я совсем не знаю его, но почему-то ему хочется довериться.

С трудом сдерживаю свой порыв.

– Представляю, как на вас все это навалилось.

Ох, Андрей, вы даже не представляете как правы.

Я делаю большой глоток остывшего кофе – просто чтобы ничего не отвечать.

– И вы не хотите, чтобы он участвовал?

– Вы проницательны, – улыбаюсь я, но улыбка получается какой-то вымученной.

Андрей надувает щеки и медленно выдыхает воздух.

– Вы же понимаете, что это невозможно? Так или иначе он узнает… ему сообщат…

Не знаю, что ответить ему. Просто молча смотрю в окно на огни вечернего города.

– Ладно, Алиса. Это ваш вопрос, и я не хочу вмешиваться не в свое дело… Сами решите когда и как лучше поступить…

Я благодарна ему за тактичность.

Все-таки первое впечатление агрессивного жесткого брутала несколько обманчиво.

– Я рад, что мы встретились и поговорили. А теперь, давайте я отвезу вас домой.

Мы расплачиваемся и выходим из кафе.

На обратном пути молчим, но мне комфортно в этой тишине – можно немного выдохнуть и подумать, что же ждет меня дальше…

30

Алиса

Машина плавно подъезжает к моему дому.

Андрей слегка поворачивается в мою сторону, а мне вдруг в голову приходит дикая мысль – он меня сейчас поцелует!

Не знаю, почему я так подумала – это мелькнуло словно наваждение.

Как сцена из популярных голливудских фильмов.

Я даже краснею. Хорошо, что в полумраке салоне этого не заметно.

Обругиваю себя мысленно – что за ерунда в голове, Алиса!

– Я благодарен вам за знакомство, – прерывает мои мятущиеся мысли Андрей. – ситуация непростая, щекотливая. Рад, что вы пошли на контакт.

Я киваю и тянусь к ручке открывания двери.

– Я буду держать вас в курсе событий, – продолжает Андрей. – Хорошего вам вечера.

Тяну на себя ручку, но щелчка не происходит и дверь не открывается.

Дергаю еще и еще, но все безрезультатно.

– Давайте помогу, – улыбается Андрей и быстрым движением наклоняется ко мне.

Меня обдает ароматом его парфюма и горячей кожи.

Вспыхиваю еще сильнее от опасной близости его лица.

Он отщелкивает кнопочку рядом с ручкой и распахивает дверь.

– Спасибо, – лепечу я смущенно и выпрыгиваю из автомобиля.

Сердце взволнованно бьется в груди, а лицо горит.

Сержусь на себя за такую реакцию и только киваю на прощание.

Автомобиль с тихим шорохом медленно разворачивается и скрывается в лабиринте улиц.

Летний прохладный вечер мягко обнимает меня.

Запрокидываю голову и смотрю в ночное небо. Задумываюсь.

И потом не замечаю, как от подъезда отделяется тень.

– Ну и ну…

Голос Алексея в этой вечерней тишине кажется таким неожиданным и чуждым, что я вздрагиваю и едва удерживаюсь от вскрика.

Резко оборачиваюсь.

– А ты молодец, – продолжает Алексей. – Времени зря не теряешь.

Он стоит передо мной мерзко ухмыляясь.

Пиджак, не смотря на прохладу вечера, перекинут через руку.

Ладони в карманах. Две верхние пуговички рубашки расстегнуты.

В его глазах нет ни капли уважения, и я отвечаю ему таким же взглядом.

– Уже нашла себе хахаля? Как там говорят – свято место пусто не бывает?

После мгновения тишины и спокойствия. После медитативного созерцания небес мне приходится опускаться на землю и иметь дело с… этим.

Первый порыв с правдивыми и логичными объяснениями я сдерживаю. Хоть и непросто.

Я не собираюсь ничего скрывать от Алексея и как-то приукрашивать или привирать – дело не в этом.

Дело только в том, что он потерял любые право требовать от меня каких-то объяснений. По любому поводу.

– Это не твое дело.

Холодно отвечаю я и направляюсь к подъезду.

Его лицо искажается от бешенства и он хватает меня за руку повыше локтя – больно.

Резко разворачиваюсь и влепляю ему пощечину.

Алексей отшатывается от меня и ошарашено смотрит на меня.

А я с удивлением понимаю, что раздавать оплеухи обнаглевшим мужикам становится для меня привычным.

Хотя это совершенно не в моем характере. Я вообще человек очень мягкий и добрый, но тут, видимо, уже допекли.

– Ты че творишь? – изумленно шепчет Алексей.

Спокойно разворачиваюсь к нему и делаю шаг вперед.

Он на рефлексах отступает назад.

– Не смей хватать меня, понял?

Алексей оправляется от первого удивления и злобно шипит.

– А ответку не боишься словить, а?

Сердце испугано трепещет в груди, но я понимаю – если я сейчас перед ним дам слабину, все будет только хуже.

Он понимает только силу.

Отрицательно качаю головой.

Молчу.

Вдруг осознаю, что мы в темном дворе одни, и мне становится страшно – мало ли на что он способен?

Как оказалось своего мужа я знаю недостаточно хорошо.

– Че молчишь? Я вопрос задал.

Интересно, он на переговорах так же общается?

Никогда не замечала такого откровенного быдлячества в его речи.

– Не боюсь, – отвечаю спокойно. – Потому что он тебе голову тут же оторвет и не станет словами воздух сотрясать…

Это вырывается само собой.

Я вообще не планировала как-то угрожать Алексею, а уж тем более так.

Мамочки, что же я наделала? Алексей ведь теперь и правда будет думать, что у меня появился мужчина.

Да и не просто мужчина, а Андрей. А что, если они свяжутся по вопросам клиники?

Мамочки-мамочки, что же я наделала? Ну как так можно было ляпнуть, не подумавши?

– Кто «он»?

На этот вопрос у меня нет адекватного ответа, потому что никакого «он» и в помине ведь нет!

Натягиваю на лицо маску безразличия:

– Продолжишь в том же духе – скоро узнаешь. Только знакомство, боюсь, будет недолгим.

Алексей сверлит меня напряженным взглядом – хочет понять, скрывается ли за этим какая-то реальная угроза.

А я чувствую себя лучшим игроком в покер на каком-нибудь супер турнире – так искусно я еще не блефовала.

– Ты ради чего меня тут подкарауливал? – перехватываю инициативу.

– Я не подкарауливал тебя, – возмущается Алексей, – а просто ждал… а тут ты с этим…

Обрывает предложение не договорив.

– Тачка-то у него крутая.

– Да? Мне все равно.

– С бабками явно проблем нет.

О, этот все сведет к деньгам.

Стою и просто жду, когда же он наконец скажет, зачем пришел.

– И в моей квартире тебе особой нужды больше нет, так?

Я пожимаю плечами:

– В твоей – нет, но если ты про НАШУ квартиру, то она точно не твоя.

Алексей поднимает руки вверх:

– Ладно-ладно, давай без тонкостей в формулировках. Мы оба знаем, кто и что заработал в нашей семье. Я пришел с тобой мирно договорить, поделить все справедливо и разойтись.

Справедливо поделить и мирно разойтись? Это что-то новенькое и очень сильно попахивает подлостью.

– У меня ребенок будет, – продолжает Алексей, – и затягивать с тобой развод мне не особо надо – не хочу, чтобы мой ребенок безотцовщиной рос…

Он и не представляет сколько боли причиняют его слова.

Невольно кладу ладонь на живот.

А как же этот твой ребенок? На него резко стало плевать?

О моей беременности он не произносит ни слова.

Киваю.

– Да, Алексей, я тоже очень заинтересована скорее с тобой распрощаться окончательно…

31

Алиса

Алексей стоит весь из себя такой самодовольный и гордый.

Просто светится от счастья, не подозревая, что весьма вероятно сейчас рядом с ним растет и развивается его ребенок.

Он полностью сосредоточен на себе и своей жизни.

На меня просто наплевать.

Хотя нет – не наплевать. Он хочет отвязаться от меня скорее, прихватив все что можно, все, до чего дотянуться руки.

– Это просто отлично, – говорит он ухмыляясь. – Видишь, наши интересы в этом сходятся…

– Они и раньше сходились, пока я не узнала, что ты лживый подлец.

Потирает щетину на подбородке и закатывает глаза:

– Ой, только избавь меня от этого бабского нытья. Перетирай, пожалуйста, это вот все с подругами… А я не хочу слушать какой я плохой и подлый, по твоему мнению, обманщик.

По моему мнению?

Это режет слух бритвой.

Застываю удивлено, раскрыв рот.

Он что, себя еще и виноватым не считает?

Просто поразительная низость!

Пульс взлетает до небес, и я медленно выдыхаю стараясь успокоиться.

Что, честно говоря, не так-то просто.

– А ты – белый и пушистый? Или как?

Не могу сдержать саркастичный смешок.

И вообще этот вопрос неуместен – ну зачем мне с ним что-то выяснять?

Нужно отделаться от него как можно быстрее.

И сейчас, и вообще – по жизни.

Выкинуть и забыть, как дурной сон.

– Я не белый и не пушистый. Я – нормальный мужик со своими потребностями, которые ты должна была удовлетворять, как нормальная женщина.

Это вообще что-то новенькое.

– Стрелецкий, ты не пьян случайно?

– Нет, Алиса, я не пьян. А что, думаешь тебе только по пьяни могу правду сказать?

– Какую правду? Что ты несешь вообще?

Разговор явно выходит из-под контроля, вернее, его и так слабой тени.

А уж стоять во дворе многоквартирного дома и обсуждать все это с ним мне явно ни к чему.

– Да такую!

Он делает небольшой шажок ко мне навстречу.

– Ты же сама виновата, Алиска в том, что произошло, разве не понимаешь?

Происходящее все больше напоминает какое-то уродливое представление.

– Стоп, Стрелецкий, остановись. То есть в том, что ты залез на мою подругу виновата… я? Я правильно расслышала? – не удерживаюсь и тоже делаю шаг ему навстречу. – Нормальная у тебя картина мира! Даже не знаю стоит ли советовать записаться тебе к доктору – тут вряд литаблетки сумеют помочь…

Лицо Алексея искажает от гнева.

– Ты давай-ка, не забывайся и не ерничай. Сколько лет ты мне сына не могла родить, а? Все уши этим прожужжала, а толку никакого нет. А бабок я сколько на твои обследования и прочую фигню потратил, а? А то, что сексом с тобой невозможно заняться было без этого адского напряжения и ответственности?

Он все выплевывает и выплевывает обидные слова – прорывает резко.

И также обрывает.

– Да че я тебе говорю – ты скучная стала, неинтересная, а нормальному мужику нужен трах с огоньком, да ужин вкусный. И чтоб мозги ему не выносили, но ты это за наш брак ни фига не поняла, Алиска…

Каждое слово бьет острым осколком по сердцу.

Каждое задевает до глубины души.

И на каждое я могла бы ответить.

Но не собираюсь оправдываться и унижаться перед ним.

Стою побледневшая и просто судорожно хватаю воздух.

– Зато ты много понял… Как предавать и оставлять, тех кто тебе доверился. Вы с Катей отличная пара – нашли друг друга. Могу только пожелать вам удачи… но не буду.

Алексей кривится будто съел лимон.

– Раньше ты такой дерзкой не была.

– А я с тобой не собираюсь церемониться, – парирую я.

И тут на меня накатывает внезапный приступ дурноты.

Наверное, от присутствия атмосфера становится слишком токсичной, не иначе.

Он упирается в меня горящим взглядом.

Не тушуюсь и спокойно смотрю ему в ответ.

Твои взгляды, дорогой, меня больше не трогают и не волнуют.

– Так и будем здесь стоять? Чтобы все соседи уши погрели…

– Когда ты распинался о своих сексуальных предпочтениях тебя это не слишком волновало. А к себе домой я тебя пускать не хочу.

Желваки ходят ходуном у него под скулами.

Легкий вечерний ветерок налетает внезапно, и по телу разбегаются мурашки.

Становится немного зябко и эта прохлада прогоняет неожиданный приступ дурноты, который я сначала даже никак не связываю с беременностью.

– Это не твоя квартира, Алиса, – медленно чеканит он слова. – По крайней мере, пока мы с тобой не договорились.

– И как же ты хочешь договориться?

Внутренне чувствую, что задумал он какую-то гадость.

Не с проста он пришел ко мне и ждал тут во дворе.

– Полюбовно, – усмехается он мерзенько. – Я готов ради тебя на любые жертвы. Ну, почти.

И смеется так, будто это шутка столетия.

Стою с покерфэйсом и жду, когда закончится уже этот театр одного актера.

Алексей обрывает смех и говорит:

– Я тебе все оставлю, поняла?

– С чего вдруг такая щедрость?

– Квартиру, – он не обращает внимания на мои слова, – вообще без проблем. Даже денег подкину, но об этом мы поговорим спокойно, наедине, а не во дворе дома…

32

Алиса

А идти мне с ним в квартиру и оставаться наедине совсем не хочется.

Очередной приступ дурноты накатывает неожиданно и застает врасплох. Хотя, когда такое вообще можно ожидать?

Колеблюсь и с сомнением поглядываю на Алексея.

Глупо, конечно, с одной стороны – не решать же и правда такие вопросы во дворе.

Да и замерзла я, не смотря на летнюю хорошую погоду.

– Ну, что ты? Или ты меня боишься? – усмехается Алексей.

Мне и посоветоваться не с кем, да и времени нет.

Своего страха я не стесняюсь – я теперь отвечаю не только за себя.

Тревожность растет в геометрической прогрессии.

Но показывать свои слабости перед ним тоже не буду – считаю, что он не применит воспользоваться.

– Вот еще. Просто не хочу, чтобы ты поднимался – я и в прошлый раз-то проветривать замучилась…

Лицо Алексея перекашивает от злобы.

– Разве ты не понимаешь? – продолжаю я. – Я ведь не оскорбить тебя пытаюсь детскими какими-то способами. Ты мне реально противен. Омерзителен. Я не хочу с тобой рядом ни стоять, ни находится в одной комнате. Мне все в тебе раздражает, понимаешь? Ведь ты оказался не тем человеком, которого я любила…

– Ой, ну хватит, – рычит Алексей. – Достала уже своими страданиями. Никак не можешь смириться и отпустить…

– Мирятся и отпускают, Леш, это когда человек честно подходит и объясняет. А ты подло изменял мне, за спиной. Врал, притворялся. Это не тоже самое. Далеко не тоже самое. Как я могу с тобой о чем-то договариваться? Речь ведь идет в первую очередь о твоей выгоде, так?

– И о твоей, – хмуро цедит слова Алексей. – Я тебе вообще-то и хату предложил и бабки. Не хочешь договариваться – ничего страшного. Отправишься на улицу…

Эти слова триггерят меня.

Пульс подскакивает до двухсот ударов в минуту. отдавая дикой долбежкой в виски.

В голове пойманными птичками бьются мысли: может не стоит его провоцировать? Может договориться? дать ему то, чего он хочет?

Только усилием воли я беру себя под контроль и сохраняю маску спокойствия на лице.

– Суд решит куда я отправлюсь…

– А может ты просто ревнуешь, а? – он усмехается самодовольно. – Может дело в этом?

Негодование захлестывает меня.

– Ну, точно-точно, иначе не пойму твоей упертости. Хочешь вернуть меня так, а?

Дыхание аж перехватывает.

Алексей ухмыляется и делает мне шаг навстречу.

Я застываю как вкопанная.

– Слушай, да я не против… Это как раз идет в тему моего предложения так-то…

О чем он вообще говорит?

Придвигается еще ближе. Поднимает руку и едва уловимо касается пряди моих волос.

А я словно врастаю в землю – просто парализована от его нахальства.

– Можем в любой момент, как говорится, вспомнить былое…

От его пахабной ухмылочки просто выворачивает.

– Меня на вас обеих хватит, – посмеивается Алексей. – Женщины должны быть счастливы, и готов работать над этим не покладая рук или чего там…

Происходящее кажется ему забавным, а мне поразительным – вот так урок!

Насколько обманчиво бывает впечатление и насколько ошибочна вера в то, что знаешь человека.

И ведь я была замужем за ним не один год!

– Руку убрал, – хриплю я яростно.

– Ты же этого не хочешь… а, детка?

– Убрал руку, иначе я тебе так вмажу по… по яйцам твоим, что навсегда запомнишь!

Может надо было вмазать и без предупреждения. Без лишних разговоров выкинуть колено – ведь он как раз находится в опасной близости.

И не жалеть его.

Алексей убирает руку, но в его глазах вспыхивает странный огонек.

– Раньше ты такой не была. Я тебя просто не узнаю…

Я зябко ежусь, обнимаю себя за плечи и… чувствую в кармане непривычную пустоту.

Телефон!

Хлопаю еще раз, шарю в других карманах – пустота…

Неужели я умудрилась потерять телефон?

Алексей же поглощен только собой и своими желаниями.

– Если бы в тебе раньше был такой огонек… м-м-м… – закатывает глаза, будто смакует что-то невероятно вкусное. – Вряд ли у Катьки были бы шансы.

И смеется, подлец.

Меня вдруг осеняет – с таким двуличием Катя не может быть первой и единственной.

Бледнею.

– Скажи, Леш, ты мне изменял до… До Кати?

Улыбка застывает на его лице.

В глаза мелькает непонятный испуг.

– Нет, конечно же, нет, – улыбается неестественно, и я понимаю, что врет.

– Скажи правду. Будь мужчиной. Настоящим. Хоть раз.

Меня трясет от напряжения, холода и усталости.

Я так от всего этого устала… хочется убежать и спрятаться под одеяло и никого больше не видеть.

– Ага, скажи тебе правду… чтобы ты потом на суде это напела? Я че, по твоему, дурак что ли?

Он вновь смелеет и придвигается ближе.

– Короче, надумаешь – мой номер телефона прежний. Я-то знаю как оно между бывшими бывает…

Нас неожиданно освещают фары въезжающего автомобиля.

Щурюсь.

– По поводу хаты – все просто. Мне надо чтобы ты помогла мне по работе чуть. Взамен… взамен я тебе свое предложение высказал. Все остальное обсуждаем только предметно, ясно?

Я не успеваю ответить – знакомый автомобиль подъезжает к нам ближе.

Андрей распахивает дверь.

– Добрый вечер, – вежливо произносит он, не обращая внимания на то, как Алексей сверлит его взглядом. – Я прошу прощения, что так вмешиваюсь… Алиса, вы обронили в машине телефон…

И протягивает мне мой мобильный.

– А ты, собственно, кто такой и что моя жена делала в твоей машине?