Текст книги "Рабыня Дома Цветущей Сакуры (СИ)"

Автор книги: Милада Гиенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

53

Просторный зал сияет золотом и натертым до блеска мрамором. Стражи в сверкающих латах замерли вдоль стен. Они больше похожи на статуи, чем на живых людей. Их выдают только глаза, которые видны в прорезях шлемов.

Все вокруг пестрит золотом. Драгоценная крошка виднеется даже в мраморе, которым устлан пол. Потолок украшен орнаментами, а по колоннам вверх тянутся золотые лозы.

Нежнейший шелковый тюль колышется на легком ветру у распахнутых окон.

Именно так я представляла себе зал, в котором встречу императора. Таким он и оказывается.

Мужчина с длинной седой бородой и белыми волосами, собранными в хвост на затылке, хмуро смотрит на нас со своего трона. Темные глаза под нависающими густыми бровями, кажется, вместили в себя мудрость и скорбь всего народа империи.

Я боюсь дышать в присутствии императора. Даже взглянуть на него я позволила себе не больше двух раз. Но за эти короткие взгляды успела рассмотреть все его морщинки, будто хотела запомнить навсегда. Пока слушала доклад Кейтаро, представляла как буду рассказывать о моем приключении брату.

Расскажу ему о том, что я стала рабыней в Доме Цветущей Сакуры, а затем оказалось, что у меня есть дар, очень похожий на дар представителей этого Дома. Я получила предложение от Кейтаро стать его ученицей, а потом отправилась вместе с ним в столицу. По пути нас пытались убить непонятные тени, а в столице, прямо под носом у императора, оказалось, что главной зачинщицей была бывшая подруга Кейтаро. Миюки из Дома Таинственного Полумесяца.

Точнее, все не так просто, как показалось на первый взгляд.

– Тело Миюки захватил дух, – говорит Кейтаро. Он стоит перед императором ровно и уверенно. В его взгляде нет страха перед монархом. Он истинный представитель Великого Дома. В какой-то миг я даже ловлю себя на том, что залюбовалась им. Быстрее отворачиваюсь и натыкаюсь взглядом на Миюки. Она стоит на коленях. Ее глаза больше не напоминают черные провалы. Сейчас они совершенно обычные, человеческие, только красные от слез, а взгляд абсолютно потерянный и направлен в мраморный пол.

– Он жил в ней больше года, – продолжает Кейтаро. – Мне не известно где был этот дух ранее, скорее всего он занимал еще чье-то тело, но я знаю, что именно он причастен к гибели всех членов моего Дома. Он сделал это, чтобы никто не смог его обнаружить и уничтожить. А его конечная цель, как мне кажется, были вы.

На последних словах Кейтаро все же вежливо склоняет голову, проявляя уважение. Император задумчиво молчит. В каждом его медлительном жесте изящное величие.

– Что произошло с духом? – уточняет император.

– Его пришлось уничтожить, – вздыхает Кейтаро. – Он вцепился в тело Миюки так крепко, что если бы я вытаскивал его, то необратимо повредил бы разум девушки.

– Вы должны были это сделать! – внезапно вырывается у Миюки. Она оборачивается к Кейтаро. Смотрит на него снизу вверх. По ее щекам скользят слезинки. При свидетелях – императоре и его советниках – она обращается к старому другу официально: – Вашей обязанностью было допросить духа. Его нужно было извлечь из моего тела и узнать всю возможную информацию. Моя жизнь по сравнению с жизнью императора – ничто.

Кейтаро награждает Миюки осуждающим взглядом, но ничего не говорит. Вместо него это делает император:

– Ты не права, Миюки, – его голос разносится по залу, отражается от светлых стен. – Я дорожу каждым членом Великих Домов. Вы моя поддержка и опора.

– Но в этот раз я подвела вас! – восклицает Миюки. Ее тон наполнен болью: – Я не смогла осознать, что нахожусь во власти духа и пляшу под его дудку. Я могла навредить вам или сделать что-то непоправимое. Прошу вас, позвольте мне принять смерть!

Миюки падает, склоняясь перед императором. Упирается лбом в мрамор. Я вижу как подрагивают ее плечи от сдерживаемых слез. Ей действительно ужасно жаль, что все так произошло.

А мне становится жаль ее. Ведь Миюки не виновата в произошедшем. Тот дух, кажется, шел к своей цели достаточно долго. Он смог убить всех членов Дома Цветущей Сакуры, лишая императора людей, которые способны будут определить и уничтожить его. Он просчитался лишь с Кейтаро. Ведь, когда вернулся последний носитель этого дара, дух уже, скорее всего переселился в Миюки. Он предпринимал попытки убить Кейтаро, но затем решил просто заманить его в столицу и устроить ловушку. Единственным что, помешало ему осуществить план, оказалась я. Рабыня Дома Цветущей Сакуры.

– Не позволю, – строго отказывает монарх.

Мне кажется, что он понимает все, что произошло. Возможно, даже знает больше, чем мы. Кейтаро внимательно смотрит на правителя и ждет его решения. Император несколько минут думает, а затем сообщает:

– Я потерял почти весь Дом Цветущей Сакуры. Эта потеря могла стоить мне жизни. А, возможно, грозила бы неприятностями всей империи. Твоего злого умысла нет в случившемся, Миюки, но ты понесешь наказание за беспечность. А после – вернешься на службу и будешь преданно работать.

Миюки поднимает голову и кусает губы. Она не может сказать ни слова. Император смотрит на нее еще мгновение, а затем поворачивается к Кейтаро:

– Благодарю тебя за то, что уничтожил духа и сохранил жизнь Миюки. Прошу тебя осмотреть весь дворец и проверить остальных людей.

– Будет исполнено, – Кейтаро послушно склоняет голову. А взгляд императора неожиданно падает на меня. От удивления меня пробирает дрожь.

– А после, – император смотрит мне в глаза долгую секунду, а затем отворачивается: – Приложи все усилия, чтобы восстановить Дом Цветущей Сакуры. Да поможет тебе Луна.

– Благодарю вас, – вновь кивает мужчина.

54

На несколько дней нам приходится задержаться в столице. Кейтаро осматривает дворец, поочередно разговаривает со всеми его жителями. Для него выстраивают даже слуг, чтобы господин Дома Цветущей Сакуры мог убедиться в том, что ни в кого из них не проник злой дух.

Меня не пускают заниматься этим. Мое задание сводится к тому, чтобы делиться с Кейтаро энергией по вечерам. Он рассказывает мне о том, как прошел осмотр, а я с интересом слушаю. Его ладонь касается моей. Этот жест больше не вызывает во мне смущения или страха. Но с каждым днем мне все больше нравится. Кейтаро словно становится неотъемлемой частью моей жизни.

Обмен энергией постепенно становится чем-то естественным, как умыться утром. Он больше не причиняет дискомфорта. Кейтаро учит меня прекращать поток силы, но всегда контролирует процесс сам. Мне не страшно рядом с этим мужчиной, я знаю, что он не причинит мне вреда.

И меня радует, что я могу ему помочь. Кейтаро больше не теряет сознание от использования собственного дара.

Дни я провожу с фениксом. Он рассказывает мне легенды о столице, показывает интересные места. Теперь охранники знают, что я ученица Кейтаро. На моей одежде отныне красуется символ Великого Дома. И я могу без проблем выходить за ворота дворца и возвращаться.

Окружающие люди не видят феникса. Поначалу меня смущает, что со стороны я могу показаться сумасшедшей, которая говорит сама с собой. Но феникс увлекает меня историями, и вскоре мне становится все равно на остальных.

Мне хочется навсегда запомнить столицу, запечатлеть в памяти ее архитектуру. Меня поражают старинные дворики, изогнутые крыши, которые украшают орнаменты. Защитные иероглифы зачастую тут выбиты на стенах, а иногда даже на дорогах. По некоторым улицам феникс не может меня вести, потому что там защиту устанавливали члены Дома Цветущей Сакуры.

В один из дней я встречаю двух незнакомых духов. Они похожи на маленьких мальчиков с сероватой кожей и голубыми волосами. На них одежда из листьев, и каждый из них размером с мою ладонь. Духи тоже замечают меня. Сначала я подхожу с опаской, присматриваюсь, разговариваю очень осторожно. Но духи оказываются дружелюбными, хоть и проказливыми.

Я замечаю в маленьком саду за забором женщину. Мальчики внимательно наблюдают за ней и хихикают. Женщина тихо причитает и что-то ищет в траве. Оказывается духи украли у нее брошку. Мне становится жалко женщину и я решаю поговорить с духами. Спустя минут десять нашего спора мне удается выторговать брошку и вернуть ее хозяйке.

Окрылённая своим успехом, я предлагаю дать имя фениксу, как Кейтаро назвал Тоши. Сначала мой проводник впадает в прострацию, а потом неожиданно улыбается и соглашается. Но попытка назвать духа, вызывает у меня приступ резкой мигрени и подкосившиеся ноги. Едва справляюсь с собственной энергией, пока она не захлестнула меня с головой.

Когда мне все же удается с ней справиться, осуждающе смотрю на феникса. Тот только разводит руками и напоминает, что Кейтаро еще не обучил меня, а спешка в таком важном деле ни к чему хорошему не приводит. Я остаюсь не в восторге от воспитательных методов феникса, но урок действительно усваиваю.

Мне выпадает честь познакомится с представителями других Великих Домов. Женщина из Дома Нифритового Зеркала – рода, владеющий способностью видеть вещи и события, происходящие в других местах, через зеркала и отражения – встречает меня в коридоре дворца. С ней я вижу мужчину из Дома Вековых Теней. Эти двое отличаются друг от друга как день от ночи. Женщина открытая, улыбчивая, одета в светлое кимоно, а мужчина приземистый, хмурый, его взгляд наполнен недоверием. Они уже наслышаны о новой ученице Дома Цветущей Сакуры. Женщина аккуратно расспрашивает о моем происхождении, доме, о том почему у меня такое необычное имя и внешность. Мужчина больше слушает, но иногда задает уточняющие вопросы. От его тона мне становится не по себе.

Феникс стоит рядом, но помочь ничем он не может. Точнее может. Он имеет возможность воплотиться в мире людей, показаться им по своему желанию. Это умение, которым обладают лишь очень сильные духи. Но он не хочет этого делать. Дух предупредил меня заранее, что на территории столицы он будет лишь проводником.

К счастью вовремя появляется Кейтаро. Он успевает подойти и оттеснить меня себе за спину в тот миг, когда мужчина из Дома Вековых Теней, шагает навстречу, протягивая ко мне руку. Я помню о том, что Кейтаро просил меня не подпускать к себе никого из одаренных, и потому очень рада, что господин вернулся.

Кейтаро общается с представителями других Домов холодно и отрешенно. Мне кажется, что он испытывает к ним неприязнь. Но все же его слова и формулировки вежливые и уважительные. Но больше расспросов он не допускает, уводя меня прочь.

Наконец, проверки заканчиваются. Во дворце действительно находят несколько людей, которых использовали духи. Вот только поймать их не удается. Сущности покидают тела, убивая носителей, и исчезают, не дожидаясь, когда Кейтаро обнаружит их. Потому мужчине приходится лишь по телам определять кто это мог быть.

Далее следует отчет перед императором. Последний задумчив и серьёзен. Мне кажется, что он вообще не умеет улыбаться. Даже начинаю размышлять нужно ли правителю умение радоваться. Из мыслей меня выдергивает голос монарха, когда он предлагает Кейтаро остаться в столице.

Меня даже дрожь пробирает от такой перспективы. Нет, я ничего не имею против столицы. Но город кажется мне слишком большим, шумным и пугающим. У меня кружится голова, когда я представляю его размер и величие. Но больше всего мне страшно остаться так далеко от дома и брата.

К моему облегчению Кейтаро отказывается. Он благодарит за подобное предложение, выражает свою покорность и верность императору, но все же говорит, что должен возвратиться домой. Это меня успокаивает.

Миюки приходит попрощаться с Кейтаро перед отъездом, но разговор не клеится. В воздухе витает неловкость, потому женщина скорее спешит завершить встречу и под выдуманным предлогом уходит. Кейтаро мгновение смотрит ей в след, а потом оборачивается ко мне. На его губах появляется улыбка, когда он шагает ближе и спрашивает:

– Ну что, Амелис, возвращаемся домой?

55

Это “домой” звучит как-то сокровенно. От него мне становится жарко. Смотрю в янтарные глаза и просто киваю.

Чувствую, как дрожь проходит по телу. В присутствии Кейтаро я ощущаю себя защищённой и особенной. Раньше со мной никогда такого не было. И дело даже не в его силе или причастности к Великому Дому, не в том, что он теперь называет меня ученицей. Но что-то есть в его взгляде... я сама не могу понять что именно. Вот только все чаще хочу смотреть ему в глаза.

Мы медленно идет к выходу из дворца, оставляя позади величественные залы и коридоры. Кейтаро держится, как обычно, уверенно, его походка спокойна, но в каждом его шаге чувствуется сила и решимость. Мне кажется, он рад, что мы уезжаем. Я следую за ним, стараясь не отставать.

– Амелис, – произносит он негромко, слегка оборачиваясь. – Ты ведь знаешь, что ты не просто служанка для меня?

Мои щеки вспыхивают, как сухая трава от упавшей искры. Сердце начинает биться быстрее.

– Господин, вы очень добры, – отвечаю я, стараясь сдержать улыбку.

– Ты, – Кейтаро хмурится, но в голосе не появляется ни злости, ни раздражения. – И учитель.

– Ты очень добр ко мне, учитель, – исправляюсь и опускаю голову. Непривычно.

Когда мы выходим во двор, нас встречает феникс в своем истинном обличии. Его яркие крылья сияют на солнце, и он выглядит как настоящее воплощение мифа. Жаль лишь, что видим его только мы с Кейтаро. Феникс приближается и склоняет голову в знак уважения.

– Господин, я сделал все, что мог. Теперь мне пора. А вам я желаю хорошего пути.

Кейтаро кивает. Мне достается огненный взгляд духа, а затем огромные крылья делают резкий взмах. Ни одна пылинка не тревожится дуновением неощутимого ветра, а золотая птица взмывает ввысь. Мы провожаем его взглядами, а затем Кейтаро поворачивается ко мне:

– Амелис, ты готова?

– Да, учитель, – отзываюсь уже увереннее.

Мы направляемся к воротам дворца. На выходе нас ждет крытая приличная повозка, пожалованная императором. В нее запряжены два мощных варана, на козлах сидит мужчина в соломенной шляпе. Думаю, Кейтаро предпочел бы добираться до дома так же, как мы попали в столицу, но отказывать императору в гостеприимстве он не посмел. И так уже отверг предложение монарха остаться в столице. Я замечаю, как слуги спешат завершить последние приготовления перед нашим отъездом.

Кейтаро помогает мне подняться в повозку, затем садится рядом. Мы устраиваемся внутри, и вараны трогаются с места. Выносливые, сильные и очень умные животные плавно ступают по дороге, с грацией, которая, казалось бы, не может уместиться в таком громоздком теле. Я смотрю в окно, наблюдая за тем, как дворец и его сады постепенно исчезают из виду. Затем мы выезжаем из столицы и направляемся на восток.

– Амелис, – Кейтаро привлекает моё внимание. Я удивленно оборачиваюсь к нему, услышав странные нотки в его голосе. Мужчина смотрит на меня неестественно долго. Мне даже становится не по себе. В голову успевают прийти разные нехорошие мысли, но Кейтаро, наконец, продолжает: – Я хочу, чтобы ты знала, что я ценю твою преданность и помощь.

Я облегченно улыбаюсь:

– Благодарю. Я сделаю всё, что в моих силах.

Кейтаро кивает и откидывается на спинку сиденья, закрыв глаза. Я чувствую, что наше путешествие домой будет не только физическим возвращением, но и духовным. Мы оба изменились за это время, и теперь я была готова следовать за Кейтаро, куда бы он ни пошёл. Лишь только одно гложет меня изнутри...

– Ты знаешь, Амелис, – продолжает Кейтаро, не открывая глаз, – когда ты рядом, мне кажется, что все трудности преодолимы.

Эти слова заставляют моё сердце трепетать. Я знаю, что наши отношения постепенно віходят за рамки простой служанки и господина. Они даже не напоминают мне отношения между учителем и ученицей. Я чувствую, что Кейтаро видит во мне нечто большее. Возможно, это не правильно. Но я не могу противиться этому...

Проходит несколько дней с тех пор, как мы покинули столицу. Наш путь лежит через горы и долины, мимо небольших деревень и широких рек. Кейтаро был молчалив, погружён в свои мысли, а я наслаждалась спокойствием и красотой природы вокруг нас.

Однажды вечером, когда солнце уже скрывалось за горизонтом, мы остановились на привал у подножия горы. Кейтаро разжёг костёр, и мы разместились вокруг него, наслаждаясь теплом и уютом. Я приготовила ужин, используя те немногие припасы, что у нас были.

– Амелис, – зовет меня Кейтаро, когда я заканчиваю приготовления. – Подойди ко мне.

Я растерянно приближаюсь к мужчине, аккуратно присаживаюсь рядом с ним. Он смотрит на огонь, его лицо озарено мягким светом. В янтаре глаз отражаются рыжие блики.

– Завтра мы пересечём горы и окажемся в землях Дома Цветущей Сакуры, – говорит он.

Я киваю и закусываю губу, ожидая продолжения его слов. Но мужчина о чем-то размышляет и молчит.

– Я понимаю. Я готова служить и учиться, – отвечаю тихо, боясь спугнуть мысли Кейтаро.

Мужчина хмурится, так и не повернувшись ко мне. Медленно произносит:

– Ты многое пережила, Амелис. И я горжусь тем, что ты стала частью моего Дома.

Эти слова греют мою душу. Я чувствую, что наконец нашла своё место в этом мире. Но внутри все еще колят шипы воспоминаний. Я не могу расслабиться. Последние дни думаю только о брате. Ведь я должна была как можно скорее вернуться к нему. Я не могу оставить его с Чжаном...

Но я не решаюсь ничего сказать.

Мы сидим у костра, наслаждаясь тишиной ночи.

– Знаешь, – продолжает Кейтаро, чуть помедлив, – я не всегда был таким. Раньше я был намного жестче и холоднее. Но ты… ты изменила меня.

Я смотрю на него с удивлением:

– Кейтаро, я…

– Нет, позволь мне сказать это, – он перебивает меня, глядя прямо в глаза. – Ты принесла свет в мою жизнь, Амелис. Твоя сила, твоё мужество… Ты заставила меня пересмотреть многое в своей жизни. И я благодарен тебе за это.

Мои глаза наполняются слезами, но я сдерживаю их, улыбаясь. Я чувствую, как между нами растёт нечто большее, чем просто привязанность. Это что-то глубокое, что-то, что связывает нас на уровне душ.

Но посреди горла становится горький ком, и я отворачиваюсь.

– Я понимаю что тебя гложет, – вдруг говорит Кейтаро. Я даже вздрагиваю от его слов, но не поворачиваюсь. Сглатываю, продолжая слушать. – Ты должна была стать рабыней на год. А затем собиралась вернуться к домой. Но я не могу этого допустить. Ты должна остаться в моем доме и стать моей ученицей.

У меня сжимается сердце. Теперь от боли. Не могу. Я не могу бросить брата. Но и от Кейтаро я не хочу уходить. Я, наконец, встретила человека, который относиться ко мне хорошо. Рядом с ним мне надежно и спокойно. Я уверена, что он не обидит меня. Но Вилан... Нет, не могу! Я должна вернуться!

В глухой решимости я сжимаю кулаки. Резко поворачиваюсь к Кейтаро, желая сказать ему, что не могу остаться, но осекаюсь. Мужчина оказывается очень близко. Я замираю, растерянно глядя ему в глаза. А он тихо предлагает:

– Я хочу забрать Вилана в свой дом. Если дар передавался по линии вашей матери, он тоже может быть носителем. А если нет – всегда найдется другая работа.

У меня исчезает дар речи. Тело наполняется раскаленным чувством благодарности. По щекам все же скользят слезинки. Я не могу поверить, что слышу именно эти слова.

– Ну что ты, – с улыбкой Кейтаро проводит рукой по моей щеке, стрирая теплые капельки. Нежные прикосновения вызывают у меня дрожь. – Ты согласна?

– Да, – шепчу, глядя на Кейтаро. Он смотрит на меня так ласково, что я непроизвольно подаюсь еще ближе. Хочу коснуться его. Кейтаро не противиться, но и не спешит. Его пальцы скользят по моему уху, переходят на шею, а затем закапываются в волосы. Я ощущаю каждое его касание, будто все нервные окончания в моем теле стекаются к его пальцам.

В ночном лесу трещит костер, вдалеке кричит филин, а в траве поет сверчок. Кучер уже спит посапывая. А Луна скрывается за тучами и не становится свидетелем нашего поцелуя.

56

– Доброй Луны, юный господин, – Тоши склоняет голову, точнее кусок тьмы, который призван ее заменить, привычно приветствуя Кейтаро. Затем его взгляд устремляется ко мне. Но в этот раз я не слышу ни ехидных замечаний, ни издевки, ни пренебрежения. Хоть мое обучение длится меньше двух недель, но дух что-то ощущает. – Здравствуйте, юная госпожа.

У меня даже удивлено поднимаются брови, но я быстро беру себя в руки и вежливо киваю в ответ.

В общении с духами нельзя проявлять слабость, но необходимо помнить о вежливости и сдержанности. Грубость – признак слабости и глупости. Духи уважают сильных. С этих правил Кейтаро начал свое обучение, и я запомнила их навсегда.

– Открой нам путь, – просит Кейтаро. Его интонация ровно такая, как должна быть – сдержанная, уверенная, строгая. Он не позволяет духам чувствовать то, что его энергия убивает его. Он решил жить свою жизнь достойно и смело, не задумываясь о том, сколько ему отмерено.

Но сейчас все изменилось. У него появилась я.

Я аккуратно, почти невесомо касаюсь пальцами ладони Кейтаро. Делюсь живительным теплом.

Тоши назначает цену. Он не рискует просить больше чем необходимо, не играет с господином. Больше не смотрит на меня настороженно. Неведомым чутьем он осознает, что я больше не та простая девчонка.

Кейтаро соглашается на цену. Теперь мы знаем, что она не причинит ему вреда. Пока мы вместе, мы действительно сможем многое преодолеть.

Пока мы идем по знакомому проходу, я ощущаю волнение. Не верится, что я так скоро смогу вернуться в родной город. Но еще большей сказкой кажется то, что я не просто вернусь и останусь вновь выживать в своем личном кошмаре, с пьющим отчимом, низкооплачиваемой работой и младшим братом. Нет, я вернусь, как ученица Дома Цветущей Сакуры. Мы заберем Вилана и отправимся во владения Кейтаро. От этих мыслей меня переполняет восторг. Поверить не могу, что все обернулось именно так.

Задумавшись, я вздрагиваю от голоса Кейтаро.

– Что хотел украсть твой брат в тот раз?

Я растерянно оборачиваюсь к нему. Мужчина смотрит на меня задумчиво. Затем вдруг его правый уголок губ вздрагивает в намеке на улыбку. Он подается ближе, обнимает меня за талию, привлекая к себе, и целует в висок.

– Браслет, – смущенно отвечаю и опускаю глаза.

В этот миг окружающая нас темнота начинает рассеиваться. Мир постепенно проявляется, будто выступая из тумана. Мы оказываемся в моем родном городишке. Я ошеломленно замираю, обнаружив перед собою лавку с украшениями, из которой Вилан украл злополучный браслет, ставший причиной всего этого приключения.

– Зачем мы здесь? – удивленно поворачиваюсь к Кейтаро.

В этот миг нас замечают немногочисленные прохожие. Пара в дорогих одеждах, появившаяся из воздуха, заставляет людей пятиться и удивлено осматривать нас, а когда они обнаруживают на рукавах нашивки Великого Дома, в глазах появляется священный ужас и восторг одновременно. Никто из них пока не узнает меня. Но стыд уже затапливает мое лицо и шею.

С легким смехом Кейтаро заставляет меня повернуться к нему и сосредоточиться на его глазах:

– Хочу взглянуть на тот предмет, который подарил мне тебя, – произносит он тихо. Затем берет меня за руку и ведет за собой внутрь лавки.

Торговец подскакивает с места, оборачивается к нам, вооружившись лучезарной улыбкой. Но его зрачки испуганно расширяются при виде знака Дома Цветущей Сакуры. А затем он узнает меня. Я вижу это по его меняющемуся выражению лица.

Кейтаро осматривает скудный ассортимент и подходит ближе. Торговец медленно бледнеет, его улыбка становится натужной.

– Уважаемый господин, – лебезит он. – Это такая честь, что вы посетили мою лавку. Вам что-то подсказать?

– Какой браслет? – Кейтаро вопросительно смотрит на меня, остановившись у прилавка. Но я только смущено опускаю голову и качаю головой. Становится очень стыдно перед торговцем. Мне хочется извиниться за брата, но меня опережает Кейтаро.

– Ты знаешь эту девушку?

– Д-да, – заикаясь, отвечает торговец. – Это ведь Амелис. Дочка Чжана.

– Отлично, – снисходительно кивает Кейтаро. – А ее брата знаешь?

– Учитель, не надо, – шепчу, дергая мужчину за рукав. Но он лишь властным движением обнимает меня и прижимает к себе, словно показывая, что я его женщина и он не потерпит ко мне дурного отношения. Торговец слету читает этот посыл.

– Знаю, – обреченно отвечает.

– Отлично, – удовлетворенно кивает Кейтаро. – Тогда покажи браслет, который он пытался украсть.

– В-вот он, – на лбу торговца выступает испарина от переживаний. Палец, которым он указывает на украшение, дрожит.

Кейтаро несколько секунд смотрит на переливы малахита, затем поднимает взгляд и скользит им по полочкам.

– Мы возьмем это браслет, – говорит он. – И эти серьги.

Серебро изящно дополняет зеленые камни. Они напоминают мне лес и цветущие озера. Рисунок каждой бусины неповторимый, удивительный. Я теряюсь. А Кейтаро уверенно принимает украшения из рук торговца и опускает на мою ладонь. Он молча рассчитывается, а затем уводит меня.

– Но зачем? – спрашиваю, когда мы оказываемся на знакомой улице.

– Он ведь нравился тебе? Твой брат украл его не просто из прихоти, – моя ладонь оказывается в плену пальцев Кейтаро. Он ненавязчиво увлекает меня за собой, направляясь в сторону моего дома.

– Но это было не обязательно… – бормочу, а сама не могу оторвать взгляд от браслета. Я так долго рассматривала его на витрине, мечтая, что когда-нибудь смогу носить, а теперь он действительно принадлежит мне. – И серьги…

– В паре они будут смотреться лучше, – пожимает плечами Кейтаро, осматриваясь вокруг. – Но если тебе не нравятся…

– Нет-нет, – я испуганно сжимаю украшения в кулаке, будто у меня их могут отобрать. – Очень нравятся, спасибо большое!

Кейтаро лишь улыбается мне. Я чувствую как его большой палец поглаживает кожу моей ладони.

Мы сворачиваем на улицу, где располагается мой дом. Люди высовываются в окна, выходят во двор, чтобы поглазеть на представителя Великого Дома. Будто минутой ранее по улице пробежал глашатай, возвещая о нашем прибытии.

Я все больше нервничаю. И вот мы заходим на территорию моего дома. Меня мгновенно окутывает плохое предчувствие.

И оно оправдывается уже в следующую секунду. Из дома выбегает Чжан. Он едва держится на ногах. За ним выходят еще двое мужчин. Один из них придерживается за стену, а второй – менее расторопный – падает и оказывается в кустах.

– Да ты еще и с мужиком! – возмущенно кричит Чжан. Я с ужасом сжимаюсь и отступаю на шаг. Мне кажется, что мне сейчас снова достанется пощечина или что-то похуже. Тело отхватывает непроизвольный страх.

Вот только сейчас все по-другому. Я не одна.

Кейтаро движется слишком быстро для обычного человека, что уж говорить о пьяном. Чжан оказывается на земле прежде, чем я успеваю это осознать. Кейтаро замирает рядом, смотрит на него с отвращением. Один из его дружков тоже пытается что-то промычать, но господину хватает лишь взгляда, чтобы его заткнуть.

– Об вас тебя даже руки марать жалко, – выплевывает Кейтаро. – Где Вилан?

– Понятия не имею, – пьяно отвечает Чжан. Он старается подняться на четвереньки. – А ты вообще кто такой?

Кейтаро скрещивает руки и ногой толкает Чжана в бедро, заставляя упасть на землю.

– Не твое дело кто я, – говорит сквозь зубы. Наверное, он хочет повторить свой вопрос, но я перебиваю. Все равно от Чжана мы ответа не получим.

– Он у соседки.

Кейтаро поворачивается ко мне. Приходится пояснить:

– У меня с ней был уговор.

– Что ж, – Кейтаро еще раз осматривает Чжана. Затем переводит взгляд на дом.

Я не понимаю, что он делает. Лишь ощущаю всплеск его энергии. Но что-то подсказывает мне, что это не благословение. После этого мужчина вновь берет меня за руку и идет прочь, не обращая внимание на пьяное мычание за спиной.

– Амелис! – радостный крик Вилана заставляет мое сердце биться в два раза чаще. Мальчик бросается ко мне. Он сбивает меня с ног и мы падаем на землю. Радость и смех захлестывают нас. Мы не виделись не так уж и долго, но кажется, что прошла целая жизнь.

Когда мы, наконец, поднимаемся с земли, натыкаемся на заинтересованный взгляд Кейтаро.

– Кто это? – шепотом спрашивает Вилан.

– Господин Дома Цветущей Сакуры, – отвечаю с улыбкой и жду реакции. Глаза брата становятся круглыми.

– Великий Дом? – переспрашивает он.

– Именно, – вместо меня подтверждает Кейтаро. Он подходит ближе, присаживается на корточки и протягивает руку Вилану: – И я хочу предложить тебе стать частью Великого Дома.

– Мне? – у Вилана даже челюсть от удивления отпадает.

– Тебе и твоей сестре, – продолжает мягко улыбаться Кейтаро. – Амелис уже согласилась. А что скажешь ты?

Вилан изумлено оборачивается ко мне. Смотрит в глаза, ища подтверждение правдивости этих слов. Я радостно киваю. И тогда брат с восторгом выкрикивает:

– Конечно, согласен!