Текст книги "Жена архитектора (СИ)"

Автор книги: Милада Гиенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 53

Слышу как Эрлинг и Оскар быстро возвращаются в зал. Драконы опускаются в сад с другой стороны от дворца. Кажется, из бального зала есть выход во двор и именно к нему летит моя знакомая чешуйчатая парочка. Приходится и мне скорее вылезать из кустов.

Испуганно осматриваю платье, переживая, что оно испачкано, но меня ждет удивительный сюрприз. Сверкающая ткань даже не помялась и выглядит как новая, будто я только что получила платье из чистки и впервые надела.

Продолжая держать флакон с зельем в руке, перелезаю через парапет и скорее устремляюсь в зал. Аристократы там уже переполошились. Все пытаются рассмотреть что происходит.

– Это мастер Радга! – вдруг слышу удивленный возглас. Толпа подхватывает его. Аристократы скорее устремляются на выход. Я пытаюсь протиснуться сквозь толпу, желая рассмотреть, что происходит во дворе.

– Хурэн Радга, – слышится со всех сторон. – Его уже года три никто не видел. Я думал, он умер. Нет, он стал отшельником. Но что он тут делает?

Разные голоса озвучивают абсолютно противоположные версии происходящего. Я пробиваюсь вперед, но вспоминаю, что Хурэн тоже видел меня в этом облике. В тот же миг останавливаюсь и скорее отхожу к стене. Отсюда я могу наблюдать за происходящим, но не буду замечена мастером.

Золотой и синий драконы опускают на землю то, что принесли с собой. Хурэн спрыгивает вниз со спины Дирэка и принимается развязывать завязки на чем-то продолговатом, словно драконы принесли в королевский сад ствол дерева, замотанный в простыню.

– Мастер Радга! – слышу голос короля. Аристократы расступаются, пропуская мужчину вперед. Хурэн сгибается в поклоне. Даже драконы вежливо кивают монарху. Король подходит ближе к полуэльфу-полугному, улыбается и заинтересованно косится на простынь: – Я давно не видел тебя, старый друг! Но очень рад твоему возвращению в свет! Что ты привез?

– Простите меня, Ваше Величество! – покаянно говорит Хурэн. – Я слишком увлекся поиском собственного вдохновения. Это занятие увело меня далеко от бренного мира.

“Как он романтично запой назвал” – восхищенно качаю головой, скрещивая руки на груди. И только в этот миг осознаю, что именно мастер решил продемонстрировать королю. Неужели готова статуя? Так быстро?

Замечаю, что вперед выходит и хмурый Панфилий. Он закусывает губу, рассматривая драконов и мастера.

– Недавно ко мне явилось чудное знамение, которое вернуло мне жажду творить. Зная, что у вашего архитектора, Эрлинга Моркена, могут возникнуть проблемы из-за отсутствия статуй на фасаде, что были так желанны Вашему Величеству, я решил прилететь лично и заверить, что все будет выполнено в лучшем виде и в срок.

После этого Хурэн одним движением знаменитого фокусника сдергивает простынь со статуи. Над толпой аристократов прокатывается дружный восхищенный вздох. Даже я подаюсь вперед, рассматривая тонкую работу мастера.

Восхитительное существо кажется легким как перышко. Девушка с тонкими изящными чертами лица будто замерла всего на миг и вот-вот взмахнет крыльями и воспарит. Ее глаза полуприкрыты, будто она кокетливо отвела взгляд. А ткань ее легкого одеяния закрывает лишь самое сокровенное. При этом я вижу изгибы, будто статую укутывает настоящий шелк, застывший во времени навечно, как насекомые застывают в смоле. Наверное, если бы я подошла ближе, то могла бы рассмотреть узоры перьев. Ее прекрасные длинные волосы всего секунду назад развивались на ветру, а теперь замерли и воплотились в белом материале.

Скульптура поистине прекрасна. И спустя несколько минут благоговейного молчания это начинают обсуждать все. А мое сердце бьется быстрее. Мастер действительно сделает статуи для Эрлинга, и фасад резиденции будут украшать такие прекрасные посланницы Данасы.

– Мне не хватает слов, чтобы описать ее красоту, – восхищенно произносит король, касаясь рукой статуи. Он смотрит на нее с восторгом. Очерчивает взором каждую линию, а затем оборачивается к Хурэну: – Мне кажется, ты превзошел сам себя. Как тебе это удалось?

– Мне предоставили прекрасный материал, – довольно улыбается Хурэн, а потом неожиданно добавляет: – И Келли Моркен, жена Эрлинга, была очень убедительна в своей просьбе. Если бы не она, наверное, я уже не вернулся бы к работе никогда.

Аристократы удивленно смолкают. Все потрясенно поворачиваются к королевскому архитектору. А я лишь улыбаюсь и перевожу взор на Панфилия. Кажется, у него сейчас дым из ушей повалит! Мужчина вдруг резко разворачивается и идет прочь. Я только нервно кусаю губы: что-то подсказывает, что он не собирается сдаваться и дальше. Неужто идет придумывать новую пакость?

Вновь поворачиваюсь к Эрлингу. Король удивленно поднимает брови и что-то негромко спрашивает у архитектора. За спиной Хурэна разминают крылья и переговариваются драконы. Марципанна игриво подмигивает мне. Оскар задумчиво прислушивается к разговору отца и друга. Мой взор скользит дальше, и в следующий миг я вздрагиваю от неожиданности. Эллина смотрит прямо на меня. На ее губах та самая ласковая улыбка. Помощница принца взглядом указывает в район моего живота и кивает. Непонимающе опускаю голову и вижу пробирку, которую все еще сжимаю в руке. Удивленно моргаю и скорее выравниваюсь. Но Эллина на меня уже не смотрит.

Глава 54

Когда все желающие налюбовались статуей и прикоснулись к прекрасному, аристократы во главе с королем возвращаются в зал. Вновь касаются струн музыканты и наполняют помещение прекрасными звуками. Отовсюду слышатся голоса, обсуждающие Эрлинга и будущую резиденцию. Я вновь теряю мужа в толпе, но теперь хожу спокойнее, не приближаясь к центру зала. Уже прекрасно знаю, что никакой любовницы у Эрлинга нет, он не собирается со мной разводиться и…

Только зелье холодит кожу моей руки. Мне все еще страшно его отпустить. Мне одновременно и хочется вернуть его ведьме, выбрав этот мир. Но и очень тревожно сжечь единственный мост, ведущий к привычной прошлой жизни.

Драконы подходят ближе ко входу в зал, заинтересованно заглядывают, но все же остаются в саду. Больше их не выгоняют.

Постукивание металла о хрусталь усиленное магией заглушает все звуки в зале. Аристократы замолкают, оборачиваются к трону. Король дожидается тишины, обводит подданных взглядом и поднимает бокал:

– Я хотел бы сказать тост, – гулкий голос разливается по залу. – Не могу дождаться того момента, когда мы уже встретимся и проведем прием в моей новой резиденции. На землях, где я впервые встретил любовь всей своей жизни, – король скорбно поджимает губы и опускает взгляд. Большинство присутствующих также склоняют головы в знак скорби. Мне кажется, что монарх действительно любил свою жену и сейчас очень тоскует. Но он быстро справляется с эмоциями и продолжает: – Потому я хочу поднять бокал за моего архитектора, который…

– Ваше Величество! – голос, беспардонно перебивший короля, принадлежит никому иному, как Панфилию. Оглядываюсь, замечая как мужчина размашистым шагом идет к трону, а за ним спешит Генри Моркен. Именно вид последнего и его бегающие глазки заставляет меня заметно напрячься. Что они задумали?

– Панфилий? – король гневно сдвигает брови к переносице. – Потрудись объяснить, что заставило тебя перебить меня!

– Конечно, Ваше Величество! Я лишь хочу уберечь вас от огромной ошибки.

Внутри меня нарастает предчувствие чего-то неотвратимого и очень плохого. Но я не могу сдвинуться с места. Только слежу взглядом за Панфилием. По его самоуверенному выражению лица видно: он знает, что делает. Могу лишь задаваться вопросом: на что способен пойти старший архитектор, чтобы избавиться от конкурента?

Если мои догадки верны, и он действительно когда-то наслал проклятие на Келли, желая освободить место подле принца для своей дочери, то он пойдет на многое.

– Что ты имеешь в виду? – король уже открыто демонстрирует недовольство поведением Панфилия. Старший архитектор останавливается, к нему подходят ближе другие архитекторы – узнаю их по особым значкам. Генри тоже стоит неподалеку, но смотреть свысока на монарха не осмеливается, опускает глаза.

– Я говорю о вашем архитекторе, мой король, – Панфилий указывает рукой на Эрлинга. – У меня есть доказательства, что он использовал ведьминскую магию и сам проклял земли под стройкой, чтобы оттягивать строительство!

От такой наглости едва дара речи не лишаюсь. Что он несет?

Но аристократы заинтересованно затаивают дыхание в ожидании нового скандала, как хищники, завидев слабую добычу.

– Эрлинг? – король удивленно оборачивается к архитектору. Тот только собирается ответить, когда голос подает Генри Моркен:

– Я могу подтвердить, что у моего племянника есть ведьмовской гримуар, и он собирался им воспользоваться!

Аристократы переводят взгляды с одного человека на другого, предвкушая сладкие сплетни. Архитекторы за спиной своего предводителя важно качают головами.

– Эрлинг, – король смотрит только на моего мужа. – У тебя действительно есть гримуар?

– Есть, – выдыхает мужчина. – Но…

– И ты использовал его по назначению? – в голосе короля появляется гнев, и он даже не пытается выслушать Эрлинга.

В этот миг я не выдерживаю.

Вообще-то гримуар мой. Это мое приданное. А Эрлинг даже не мог использовать те заклинания!

Срываюсь с места и скорее бегу вперед, продираясь сквозь толпу. Получаю несколько замечаний, но не обращаю на них внимание.

– Отец, давай выслушаем Эрлинга! – предпринимает попытку заступиться за друга Оскар, но король непреклонен:

– Ты прекрасно знал, что я запретил использование в королевстве ведьминской магии и гримуаров.

– Да, мой король, но…

– И не смей мне перечить!

Кто-то толкает меня локтем, не разрешая протиснуться дальше. Меня отделяет от мужа всего два ряда людей. Краем глаза замечаю, что в окна заинтересованно сунулись головы драконов.

Рядом раздается стеклянный звон. Вздрогнув, оглядываюсь.

Мое зелье! Пробирка выскользнула из руки, и теперь катится по мраморному полу, будто убегает от меня. Придется броситься через толпу аристократов назад, дальше от трона, чтобы поймать флакон.

– Стража, схватите Эрлинга! Предстоит выяснить действительно ли он использовал запрещенные методы на стройке резиденции. Я не собираюсь принимать работу, которую построили с помощью этой магии!

Да черт с ним, с зельем! Пускай катится!

Флакон скрывается где-то под ногами аристократов. А я скорее разворачиваюсь и все же проталкиваюсь вперед.

– Стойте! – восклицаю, больше не переживая о собственной внешности.

Где-то сбоку выдает испуганный писк Марципанна, но я решительно признаюсь:

– Это я использовала гримуар, а не Эрлинг!

Глава 55

Присутствующие удивленно оборачиваются ко мне. Осматривают недоуменными взглядами, сначала лицо, затем платье. Я уже готова к крикам ужаса со всем сторон. Но происходит нечто странное.

– Ты?! – возмущенно вскрикивает Панфилий, словно узнал меня, но совершенно не рад видеть.

– Келли! – мастер Хурэн шагает ко мне и улыбается.

– Келли, ты говоришь! – радостно выдает Марципанна.

А я ошеломленно опускаю голову. Натыкаюсь взглядом на свои руки. Гладкая светлая кожа и аккуратные тонкие пальчики никуда не пропали, и не покрылись темной морщинистой коркой. Подняв руки к лицу, испуганно ощупываю его. И неожиданно осознаю: я осталась в своем обличии. Даже когда заговорила!

Но… как?

– Кто вы? – непонимающе хмурится король.

– Келли? – пораженно переспрашивает Эрлинг, очевидно узнав мой голос. В его глазах отражается неподдельное изумление. Даже стража, бросившаяся к архитектору, замирает.

Никак не могу понять, что произошло. Почему я могу говорить?

Как вдруг в голове звучит фраза, сказанная голосом ведьму: “Предстоит отдать что-то свое, чтобы насытить магию и произвести полноценный обмен”. Резко оборачиваюсь, шарю глазами по полу. И вдруг слышу тихий треск. Одна из дам испуганно вскрикивает, брезгливо отходит, а по полу растекается фиолетовая жидкость.

Мои губы медленно растягиваются в улыбке.

Да, глупо врать себе. Ради надежды на жизнь с Эрлингом я действительно готова была пожертвовать возможностью вернуться в свой мир. И кажется, магия приняла новую плату.

Обернувшись к королю, гордо выравниваюсь и произношу:

– Мое имя Келли Моркен. Гримуар, о котором говорит этот мужчина, принадлежит мне, и именно я могу его использовать. Но не Эрлинг!

С каждым моим словом глаза принца и короля становятся все больше. Мне даже интересно до какой величины они смогут дорасти. Но заострять на этом внимание нет времени. Тем более, что из толпы выскакивает моя матушка, а за ней сестры, которые ошеломленно останавливаются и шепчут:

– Келли, это действительно ты?

Но я лишь отмахиваюсь от них, глядя только на короля:

– Мой муж всеми силами пытается создать для вас прекрасную резиденцию! Он пропадает на стройке дни и ночи. А вот кто действительно использовал проклятия и пытался сорвать сроки, так это Панфилий Шальт!

Мой палец обвинительно указывает на старшего архитектора. Тот смотрит на меня озадаченно, пытаясь придумать, что сказать. Стража продолжает сжимать в руках древка алебард, не понимая кого хватать и куда тащить.

– Я застала Панфилия на стройке в тот момент, когда он хотел наложить еще большее проклятие!

– Девушка врет! – наконец, выходит из ступора Панфилий. Он бросается ко мне, хватает за руку. Больно дергает, заставляя меня вскрикнуть от неожиданности. А сам обращается к королю: – Она выдает себя за другую! Все знают, что внешность Келли Моркен обезображена до нечеловеческого вида! Эта самозванка пытается задурить вам головы!

– Пусти меня! – я тщетно дергаюсь, стараясь вырвать свою руку. Но мужские пальцы крепко сжимают мое запястье, заставляя бояться, что вот-вот треснет кость. От боли даже всхлипываю, но вдруг хват ослабляется. Панфилий отпускает меня и падает на пол.

Отцепиться от меня ему помогает кулак Эрлинга, врезавшийся в челюсть с такой силой, что я действительно слышу хруст костей. К счастью, не своих. Панфилий растягивается на мраморе и испуганно хватается за лицо.

– Не смей прикасаться к моей жене! – рычит Эрлинг. Даже я ошеломленно взираю на него, не ожидав подобного выпада. Стража выходит из ступора и все же бросается к Эрлингу.

– Не трогайте его! – пытаюсь возмущаться, но стража теснит меня в сторону.

– Прекратите! – голос короля вновь усиливает магия. Аристократы даже отступают на шаг, но продолжают цепляться взглядами, не хуже вездесущих папарацци. Монарх приближается ко мне. Внимательно осматривает и задает вопрос:

– Ты действительно Келли Моркен? Что в девичестве была Клаинс?

– Да, это я, – упрямо выравниваюсь и поджимаю губы.

– И ты была проклята? – продолжает щурить глаза король, будто так сможет увидеть правду.

– Да, была, – не вижу смысла отрицать то, что знало, кажется, все королевство. За моей спиной охает Раита, но я смотрю только на короля. – Мне удалось избавиться от проклятия.

– Она ведьма, Ваше Величество! – восклицает Панфилий, поднимаясь на ноги и отбегая подальше от Эрлинга, хоть того уже и держит стража. – Она обманет вас и околдует! Будьте осторожны!

– Ты применяла заклинания из гримуара? – тон короля становится тихим и не предвещает ничего хорошего. Я не нахожу что ответить. Ведь я действительно читала гримуар и пробовала использовать колдовство, которое король запретил на территории Йавена. Но я никому не желала зла!

– Ваше Величество, – мелодичный голос сопровождает стук каблучков. Король вздрагивает и оборачивается к Эллине. Она подходит неспешно, сложив руки внизу живота. Останавливается и покаянно склоняет голову: – Эта девушка действительно Келли, и внешность ее ранее подлинно была изуродована проклятием. Ей удалось избавиться от злого колдовства, когда она пожертвовала тем, что было для нее дорого. Но никакого злого умысла в ее поступках нет, как не было его и в деяниях Эрлинга Моркена. Эти двое не желали вам зла, а наоборот. Хотели угодить.

– Но гримуар! – неуверенно восклицает Генри. А Панфилий добавляет громче и настойчивее:

– Ведьминская магия!

Король вопросительно смотрит на Эллину. Женщина лишь улыбается не размыкая губ, она так и не поднимает глаза, но вокруг нее вдруг вздымается ветер. Он закручивается вокруг женской фигуры маленьким смерчем, но через мгновение опадет к ногам Эллины. Темные кудри рассыпаются по ее плечам, тело обнимает уже не светлое бальное платье, а повседневный темный наряд ведьмы. Ее внешность неуловимо меняется. Будто с глаз окружающих сходит пелена, не позволявшая сопоставить внешности двух совершенно похожих женщин. Только сейчас я осознаю почему лесная ведьма казалась мне такой знакомой.

– Энни! – радостно подаюсь вперед, но мгновенно останавливаюсь, наткнувшись на грустный взгляд.

Почему ведьма была здесь? Все время находилась подле принца и короля, скрывая себя магией, хотя все в Йавене знали про то как монарх зол на подобных ей.

– Это же ты! – обескураженно взирает на Энни король. Он даже делает шаг назад, будто вот-вот потеряет равновесие. – Это ты дала умереть моей жене! Что ты здесь делаешь?

Энни лишь на мгновение устало прикрывает глаза. Затем смотрит прямо на короля:

– Я пыталась спасти королеву изо всех сил, – ее голос звучит глухо, и я вновь улавливаю в нем ту далекую грусть. – Но даже моих сил не хватило, чтобы изменить ее судьбу. Ее время пришло. Я могла лишь облегчить ее уход, и остаться здесь, чтобы выполнить ее последнее желание.

– Последнее желание? – в голосе короля прорезается дрожь. Оскар подходит к ведьме ближе, смотрит на нее растерянно. Его помощница вновь по-матерински нежно улыбается:

– Королева была моей подругой. И умирая, она попросила меня присматривать за ее мужем и сыном.

– И все это время ты… – Оскар не заканчивает предложение он лишь ошеломленно смотрит на ведьму, совсем сбитый с толку. Но Энни не пускается в объяснения. Оставив короля и принца переваривать услышанное, она оборачивается ко мне.

– А ведь тот, кто проклял Келли до сих пор не расплатился с магией за содеянное, – произносит она, будто говорит сама с собой. Мой взгляд устремляется на Панфилия. Тот бледнеет и начинает медленно пятиться. А Энни продолжает: – Магия уже заждалась свою плату. И, думается мне, что пришло время платить по счетам. Так пусть заплатит тот, кто когда-то в угоду личным интересам проклял Келли Клаинс!

В зале звучит громкий вскрик, он отражается от стен и неприятно режет уши, но быстро стихает. Панфилий падает на колени и закрывает лицо руками. Его кожа медленно темнеет и покрывается складками и морщинами, глаза западают, а волосы тускнеют и редеют. Приспешники старшего архитектора в ужасе бросаются прочь. В зале начинается суматоха. Особо впечатлительные устремляются к выходу, а жаждущие острых впечатлений, наоборот – ближе к тронам.

А вот мне смотреть на расплату Панфилия внезапно совершенно неинтересно. Я скорее разворачиваюсь и уже решительнее расталкиваю стражу, которая в свою очередь заинтересованно пялится на старшего архитектора. Пробившись к мужу ближе, поднимаю голову и улыбаюсь ему:

– Ну что, господин королевский архитектор, ты наконец-то узнал меня?

Эрлинг заторможено кивает, словно все еще не может поверить в происходящее. А затем как будто стремительно приходит в себя и засыпает меня вопросами:

– Что это вообще было? Как ты избавилась от проклятия? Почему ничего не говорила мне? И что тебе пришлось отдать?

От такого напора я даже взмахиваю руками:

– Слишком много вопросов!

– Ответь хоть на один, – Эрлинг осматривает мое лицо, цепляется за каждую деталь, будто боится, что это иллюзия, которая в любую минуту растает: – Где ты познакомилась с ведьмой? И почему не сказала ничего мне там, у озера? И как…

– Какой же нетерпеливый мне достался архитектор! – возмущенно цепляюсь за ворот дорого костюма, притягиваю мужчину к себе и закрываю ему рот поцелуем.

Эпилог

По деревянным половицам таверны “Кленовая изба” стучат каблучки голубых туфелек. Первым мне приветливо кивает неизменный бармен. Посетители провожают взглядом, осматривая синий шелк нового платья. Волосы свободно спадают мне на спину, а на плече висит небольшая сумочка. И больше никакой вуали.

Подхожу к знакомому столику в тот момент, когда в окно засовывается драконья морда и хитро сверкает на меня глазами. Привычная троица подхватывается с мест. Мужчины здороваются и улыбаются. Они совсем уж не ожидают, что я решу поздороваться в ответ.

– Добрый день.

– Ааа! – все трое резко отворачиваются и прикрывают глаза руками.

В тот же миг таверну наполняет хохот Марципанны. Посетители удивленно оборачиваются, не понимая, что произошло. А я лишь улыбаюсь, дожидаясь пока друзья додумаются, что нечто изменилось и вновь посмотрят на меня.

– Келли! – восторженно выдыхает Лоэл. – Тебе удалось снять проклятие?

– Да, – радостно подтверждаю. Придерживаю юбку и дважды оборачиваюсь вокруг своей оси. Остановившись, присаживаюсь за стол и пожимаю плечами: – До Кроу еще просто не докатились новости из столицы. Кажется, своим дебютом я произвела фурор.

– Мы от тебя другого и не ожидали! – со смехом заверяет Полоз и приглаживает бороду. А Грэм хватает свою деревянную кружку и поднимает высоко над столом:

– За Келли!

***

Строительство домика Марципанны проходит примерно в том же духе, что и строительство таверны. Каждый раз гном и эльф находят все новые поводы поругаться и поспорить. То кирпичи не того оттенка, то цемент неправильной вязкости, то краска для стен на вкус слишком кислая. В общем, мое веселье продолжается.

Дирэк так и не понимает отчего обнаглевшая человечка смела угрожать ему своей внешностью. Марципанна на его резонное:

– Выглядит как обычная девушка. И когда говорит, и когда молчит.

Лишь качает головой:

– Это ты просто везучий.

Золотой дракон постепенно привыкает ко мне. И теперь строит из себя надменного, великого и могучего только для вида.

Мастер Хурэн действительно изготавливает для домика украшения. Чему Марципанна радуется так сильно, что едва не ломает их. После этого получает сдвоенный нагоняй от Лоэла и Грэма, и дальше радуется тише.

Даже Эрлинг несколько раз заглядывает к горному домику. Он с радостью помогает мне в вопросах магии, в которых я разбираюсь еще слишком слабо. Ведь я только недавно стала ученицей настоящей ведьмы.

Вопрос с ведьмами решался недолго. Но прошло все за закрытыми дверями королевского кабинета, где присутствовал король, его сын и Эллина, она же ведьма Энни. Мы с Эрлингом взволнованно ждали результата. Растерянный и нервный король показался в коридоре, где его ждала многочисленная свита, спустя несколько часов. Он махнул в нашу сторону рукой и приказал:

– Быстро вон отсюда!

Эрлинг думал, что на этом его карьера закончится. Но все же отправился на стройку, чтобы проконтролировать работы. А спустя пару дней в особняк пришло письмо, в котором были извинения от короля и предложения для Эрлинга занять опустевшую должность старшего королевского архитектора.

Генри Моркен, лишившись сообщника, принял решение покаяться в своих злодеяниях. Оказалось, что именно он промотал состояния рода Моркен, но сумел все скинуть на дедушку Эрлинга. А тем, кто его прикрыл, был один из его кредиторов – Панфилий Шальт. Последний страстно желал оставить должность старшего архитектора за своим родом, а в лучшем случае породниться с королем. Но его планы потерпели крах. Их сорвала Ксения Курова, которая случайно оказалась в теле проклятой Келли.

Но свое старое имя я вспоминала все реже. Этот мир становился для меня все более интересным и родным. И во многом это происходило благодаря Эрлингу, который оказался прекрасным мужем.

Через несколько месяцев после памятного бала, король отменил все запреты на ведьминскую магию, и тогда Энни официально предложила мне стать ее ученицей. Я этому невероятно обрадовалась.

Когда стройка домика в горах закончилась, я стала чаще наведываться на территорию будущей королевской резиденции. Тут вырыли пруд, который напомнил мне о встрече с Эрлингом, когда я впервые избавилась от проклятой внешности. Подойдя к берегу, я присела и запустила пальцы в ледяную воду.

– Попалась, красавица! – завопил знакомый мужской голос. – Будешь моей ру…

В глазах водяного сначала виднелось ликование, но оно резко сменилось страхом, а затем отчаянием. А мои пальцы уже крепко сжимали знакомую бороду, больше напоминающую водоросли.

– Давно не виделись, – плотоядно ухмыльнулась я в глаза старому знакомому.

– Отпусти, ведьма, – заныл водяной, пытаясь вернуться под воду. Я задумчиво осмотрела водоем и отпустила. Но только после того как вода стала кристально чистой и голубой, а само озерцо приобрело идеальную форму.

***

Стройка дворца и обустройство парка заканчивается ровно в срок.

Я поправляю парадный костюм на плечах мужа. Для меня это далеко не первая сдача объекта, но даже у меня нервно подрагивают пальцы. Эрлинг вообще не смог ночью уснуть, потому теперь может похвастаться покрасневшими глазами.

Строители и прочие работники тоже бестолково суетятся. Хурэн Радга бегает по балкончику и протирает несуществующую пыль на своих скульптурах. Муж нервно облизывает губы и поглядывает в сторону дороги, откуда должны приехать гости, приглашенные королем для осмотра новой резиденции.

– Прекрати нервничать, – прошу с улыбкой, поворачивая к себе лицо мужа. – Состаришься раньше времени.

Эрлинг удивленно моргает, будто не понимает смысл моих слов, а затем тоже задорно улыбается:

– И ты будешь любить меня даже старым и страшным?

– О, неееет, – я шутливо отказываюсь от такого предложения. – Это ты женился на страшной жене. А вот мне был обещан красивый муж. Потому постарайся уж таким и оставаться.

– Какая ты хитрая, – Эрлинг с тихим смехом привлекает меня к себе. Целует в висок, затем в щеку. Игнорирует мои слабые попытки вырваться из его рук, прокладывая дорожку поцелуев к моей шее. Только после того, как его губы коснулись моих ключиц, он поднимает голову и серьезно смотрит мне в глаза. Перестаю брыкаться и замираю под его взором.

– Без тебя этого бы никогда не случилось, – шепотом произносит он. А затем накрывает мои губы сладким и долгим поцелуем. Его прерывает лишь цокот лошадиных копыт.

– Прибыли, – выдыхает Эрлинг, отпускает меня и поправляет костюм. Я тоже привожу себя в порядок и устремляю взгляд на кареты, которые одна за одной заезжают в ворота.

– Ты встречаешь короля, а я приветствую остальных, – проговариваю вслух наш план. Эрлинг одаривает меня взглядом полным любви, кивает и направляется к самой роскошной карете. А я, вдохновленная предвкушением от сегодняшнего дня, приподнимаю юбки праздничного платья и иду к аристократам, что выпрыгивают из карет на другой стороне подъездной площадки.

– Добрый день, дамы и господа, – присаживаюсь в реверансе, а затем распрямляюсь и представляюсь для тех, кто может меня не знать: – Меня зовут Келли Моркен, и я жена архитектора.