Текст книги "Жена архитектора (СИ)"

Автор книги: Милада Гиенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 41

– Мне кажется, что завтра он не придет, – грустно произносит Марципанна в полете.

– Придет, куда он денется, – фыркаю самоуверенно. А потом обращаю внимание на то, что мы пролетаем мимо Кроу, но не снижаемся: – Эй! А куда мы летим?

– Ты ведь просила найти для тебя ведьму, – напоминает драконица. – Я нашла. Теперь несу тебя к ней.

Приходится удивленно притихнуть. Не ожидала, что сегодня смогу попасть еще и к ведьме. Насыщенный денек получается.

Солнце уже клонится к закату, а мои мысли неизменно скатываются к Эрлингу. Не вернулся ли муж домой? А если вернулся, то не начал ли искать свою постоянно куда-то исчезающую жену? Я ведь предупредила слуг, что поеду в Кроу, но уже полдня слоняюсь непонятно где.

Однако все же стоит поговорить с ведьмой. Возможно, она подскажет мне как вернуть себе нормальный облик? В таком случае я действительно смогу помочь Эрлингу. А, может, и стану настоящим архитектором в этом мире.

А что еще важнее – смогу снять проклятие с тех земель, на которых строится королевская резиденция. Я, конечно, знаю несколько примеров городов, которые построили на болотах, и они прекрасно себе стоят по сей день. Но те болота образовались сами по себе, естественным путем, а не были подчинены проклятию, которое меняет структуру почвы так, как заблагорассудится старшему архитектору.

Да и почему вообще король так держится за этого прохвоста? Вот бы попасть в королевский дворец и самой во всем разобраться!

Марципанна начинает снижаться, а я, задумавшись, едва не падаю с ее спины. Опомнившись, хватаюсь крепче за наросты на ее шее.

– Ты когда-нибудь мне все шипы поотрываешь, – недовольно ворчит драконица, разминая шею, будто целого бегемота на себе тащила. Я скептически смотрю на нее, но решаю не комментировать. Вместо этого поворачиваюсь к небольшому деревянному домику. Его окружают вечнозеленые пушистые ели. В лучах закатного солнца загадочно поблескивает малахитовый мох на крыше избы из темного дерева, в маленьком окошке видно желтый свет. У порога без дела висит масляная лампа, под ней свалены в кучу инструменты для прополки огорода, краешек которого виднеется из-за дома. Ветхое строение выглядит аккуратно, но явно нуждается в ремонте. Особенно старые половицы на маленькой террасе. Едва на них ступаю, как уши режет противный скрип. Им же сопровождается каждый шаг до двери с резными узорами. Кажется, этот звук служит оповещением о приближении гостей, потому что я даже не успеваю занести руку, как дверь отворяется.

На пороге появляется женщина лет сорока в темном платье. На меня заинтересовано, но совсем не удивленно смотрят темно-синие, как море на большой глубине, глаза. Так можно смотреть на человека, которого видишь впервые, но давно ждал встречи. Ее серые кудри прикрывает шляпка, как у настоящей ведьмы из старых мультиков. Она кого-то мне неуловимо напоминает, но я никак не могу понять где видела ее раньше. Может, я приметила в ведьме черты кого-то из своей прошлой жизни?

Обдумать эту мысль женщина мне не дает. Она улыбается тонкими губами, отходит на шаг и делает приглашающий жест рукой.

На мгновение замираю, заглядывая внутрь дома. Оттуда вырывается запах выпечки и сладкого творога, будто ведьма пекла ватрушки. Под потолком вижу маленькие венички сушеных трав с темно-зелеными листьями и цветов с маленькими разноцветными бутонами.

Неуверенно оглядываюсь на Марципанну, но драконица сворачивается клубком у дерева, что растет рядом с домом, и кивает мне, подталкивая зайти внутрь ведьминого жилища. Тогда я все же перешагиваю порог.

– Я ждала тебя, – озвучивает ведьма то, что я и так поняла. Мне почему-то казалось, что голос ее будет хриплым и скрипучим, как те половицы. Но на самом деле он оказывается вполне мелодичным и молодым, хоть и тихим.

– Я пришла, – решаю тоже поделиться очевидным фактом, а сама осматриваю стол, на котором стоит маленький котелок и три свечи. Раскрытый гримуар важно лежит на отдельной подставке, возвышаясь над котелком и разложенными ингредиентами в разных баночках. Кажется, ведьма тут что-то готовила до моего прихода. Решаю уточнить: – Я помешала вам?

– Ни в коем случае, – продолжает улыбаться ведьма. Она закрывает дверь, проходит к печи и ворошит угли, а мне указывает на лавку: – Обращайся ко мне на ты. Меня зовут Энни. Присаживайся, Келли. Мне ведь так тебя называть?

Последний вопрос звучит каверзно, будто женщина вкладывает в него особый смысл. Она бросает на меня хитрый взгляд через плечо, от которого у меня появляется странное ощущение, словно ведьма знает намного больше, чем другие жители этого мира. Сглотнув, я отворачиваюсь и прохожу к лавке:

– Да, – произношу неуверенно. – Меня зовут Келли. Келли Моркен.

– Жена архитектора, – ведьма бережно закрывает заслонку печи, медленно отряхивает руки и подходит к столу. Она сверяется со старинным гримуаром и берет щепотку серых гранул из деревянной ступки. Бросает в котел, и из него к потолку вырывается клубок сиреневого пара. Комната сразу наполняется запахом лаванды. Я наблюдаю за этим как зачарованная, а ведьма вновь задает вопрос: – Зачем ты пришла, Келли?

– Мне нужна помощь, – признаюсь после заминки.

– С чем именно? – ведьма перелистывает страницу, ведет тонким пальчиком вдоль строк. И в каждом ее движении будто скользит какая-то хитрая магия.

– С проклятиями. С моей внешностью и с землей, на которой сейчас идет стройка моего мужа.

Ведьма замирает. Ее взгляд упирается в одну точку и долгую минуту не сходит с места, но вскоре она оборачивается. Пронзительные темные глаза пристально вглядываются в мое лицо. Тонкие потрескавшиеся губы приходят в движение:

– Со своей внешностью ты уже вроде бы все решила, – она осматривает мой наряд. – Стоит тебе прочитать заклинание и ты станешь красавицей.

– Но если я произнесу хоть слово, то вновь обращаюсь чудовищем! – отчаянно сжимаю кулаки, не понимая почему ведьма так спокойна. Она вздыхает и присаживается на табурет.

– За любую магию нужно платить, – пускается она в объяснения. – Маги платят своей энергией за любое колдовство. Чем оно сильнее, тем больше энергии. Все пропорционально. Проклятие это очень сильное колдовство, и ни одному человеку не хватит энергии, чтобы его наложить или снять.

– Но как же это тогда происходит? – хмурюсь, утратив смысл. Кажется, мне сейчас наговорили какой-то белиберды!

Уголок рта ведьмы дергается, будто своевольно пытается улыбнуться, но она возвращает себе серьезное выражение лица:

– Потому за проклятие платят намного дороже. Предстоит отдать что-то свое, чтобы насытить магию и произвести полноценный обмен. Тот человек, что наложил проклятие на тебя, что-то потерял взамен. А ты, чтобы его снять, должна отдать часть себя. Магия назначила цену. Твой голос.

Удивленно моргаю, глядя на ведьму. Голос? Как у русалочки из сказки?

– Я могу помочь тебе избавиться от голоса навсегда, – женщина пожимает плечами и отводит взгляд, но по ее тону я понимаю, что такой вариант ей самой не нравится. У меня появляется надежда, которая заставляет податься вперед:

– Но есть какой-то другой выход, правда?

– Нет, – спокойно и жестко спускает меня на землю Энни. У меня в груди словно гаснет последняя свеча. Становится ужасно обидно. Мне не нравится моя внешность, но и отказаться от возможности говорить кажется невозможным. Ведь я привыкла к этому. Да и как я тогда смогу найти работу, как буду общаться с людьми? Мне придется выучить язык жестов? А есть ли он в этом мире вообще?

Видя мои смятения, ведьма добавляет:

– Я могу помочь тебе и с каким-то другим желанием, – в ее тоне вновь мелькает тот странный намек на излишнюю осведомленность. Будто она говорит о какой-то нашей общей тайне. А затем уточняет: – Но моих сил хватит, чтобы помочь тебе только с одним желанием.

Удивленно смотрю на собеседницу. Почему только с одним? Это опять какое-то их сказочно-магическое условие? Или я могу загадать одно желание, а потом вернуться через месяц и загадать второе?

Видя, что я ушла в свои мысли, ведьма мягко подталкивает меня к выбору:

– Я могу помочь тебе избавиться от голоса и навсегда остаться красавицей, или могу помочь уберечь землю, на которой строят королевский дворец, защитив ее от чужих проклятий. Или же, – она делает паузу и показывает в улыбке ровные белые зубы: – Могу помочь тебе вернуться туда, откуда ты пришла.

Глава 42

– Откуда пришла? – повторяю медленно, будто утратила смысл слов. Голос проседает и становится хриплым. Приходится даже откашляться, чтобы вернуть себе возможность нормально говорить. Ведьма все это время с интересом рассматривает меня.

– Вы можете вернуть меня в мой прежний мир? – переспрашиваю шепотом. Сама не понимаю, что ощущаю сейчас.

Кажется, что я уже полностью свыклась с мыслью о том, что умерла и оказалась в совершенно другой реальности. Даже смогла принять решение жить здесь и не вспоминать о прошлом, будто это был всего лишь сон.

Но едва заветные слова сорвались с моих губ, перед глазами воскресли картины родного мира. Город, в котором я жила последние годы, работа, на которой проводила даже выходные. Потом перед внутренним взором появился светлый большой дом родителей в частном секторе. Уютная терраса с большим деревянным столом, который отец мастерил сам, чтобы можно было собраться всей семьей. Вспомнился смех сестер, разговоры из мужей между собой, а еще чистые и невинные глаза их маленьких детей. Сквозь давние воспоминания мне почудились объятия мамы, ее легкий цветочный парфюм и мягкий голос. Я не могла разобрать слов, но ощущала ту атмосферу, которая всегда витала в родительском доме.

И вдруг мне отчаянно захотелось согласиться. Вернуться к своим знакомым, к привычным делам, к работе. Вернуть себе внешность, которой я гордилась. Вновь получать комплименты и признание. Знать, что моя жизнь принадлежит только мне, и никакие родственники не смогут меня продать первому попавшемуся жениху.

– Да, – кивает ведьма, наблюдая за моими метаниями. Она словно видит все, что проносится сейчас у меня в голове. – Я могу помочь тебе вернуться.

У меня начинает кружиться голова. Кажется, что пол и стены дома покрываются рябью. Меня даже ведет в сторону, но перешагнув на другую ногу, я возвращаю себе равновесие. Мотаю головой, пытаясь вернуть зрению четкость.

Я ведь уже распрощалась с мыслью о возвращении к прошлому. Думала, что пути назад нет, и мой мир полностью утрачен для меня. Но теперь у меня есть шанс…

Вот только. А как же Эрлинг? Если я вернусь в свой мир, что будет с его стройкой?

А что будет с телом Келли? Оно вновь лишится рассудка, и королевский архитектор останется с горой проблем и безумной женой в придачу?

И должно ли это вообще меня волновать?

– У тебя есть время все обдумать, Келли, – произносит ведьма и возвращается к своему котелку. Она достает из баночки сушеную куриную лапку и бросает в варево. Оттуда вверх вздымается синий дымок, и по комнате расползается запах копченой паприки.

– Сколько времени? – уточняю быстро, понимая, что сейчас действительно не могу ничего ответить точно. Изнутри меня разрывают противоречивые чувства. Я хочу вернуться домой, но я хочу и…

Обрываю себя на середине мысли и опускаю голову. Неужели я сейчас подумала, что хочу остаться с Эрлингом? Он ведь мне никто, по большому счету. Да, муж. Но фиктивный. Он даже смотреть на меня спокойно не может, хоть и старается привыкнуть.

– Неделя, – звучит приговор Энни. – До новолуния.

– Неделя, – шепчу, рассматривая половицы, словно пробую слово на вкус. Мне кажется, что оно едва уловимо пахнет серой и тускло мерцает. Всего семь дней, чтобы решить какое из желаний я могу осуществить.

Стать красивой и навсегда замолчать? В этом случае я смогу остаться в этом мире, даже попробую наладить отношения с Эрлингом. Но откажусь от возможности построить карьеру и от нормального общения. Да и гримуар я больше читать не смогу.

Помочь Эрлингу снять проклятие с земли? Но тогда я останусь чудовищем, и не смогу вернуться в свой мир. К обычной жизни.

Или все же возвратиться к своей прежней судьбе? Покинуть Йавен навсегда. Вспоминать волшебный мир с эльфами и гномами, как затянувшийся слишком яркий сон. Не думать о красавце архитекторе и его врагах. Летать на драконе только в грезах, а о королях читать в книгах. Тогда мне станет все равно на стройку резиденции и на любые проблемы королевства. И я буду лишь иногда думать об Эрлинге и его красивом особняке, глядя на звезды, которые здесь такие же холодные и молчаливые, как в моем мире.

– Уже поздно, Келли, – вырывает меня из раздумий голос ведьмы. – Ступай домой. А когда будешь готова ответить, сможешь найти меня здесь.

После этих слов осознаю, что сказать мне больше нечего. Медленно, как во сне, встаю с места и отхожу к двери. Уже переступая порог, вспоминаю, что стоит попрощаться. Но ведьма на меня больше не реагирует. Она внимательно сверяется с гримуаром и отмеряет ложечкой количество какого-то розового порошка.

На лес уже спускаются сумерки. Вдалеке видно как на улицах Кроу по одному зажигают фонари.

– Ну что? – интересуется Марципанна. Она встает и разминает крылья. – Что там произошло?

– Пока что ничего, – отвечаю безэмоционально. – Отнесешь меня домой?

– Ладно, – растерянно соглашается драконица и присаживается, позволяя мне забраться на привычное место.

Глава 43

Эрлинг возвращается домой через час после меня.

Я останавливаюсь на террасе, наблюдая как он разговаривает с Нирином. Вижу как устало трет шею сзади, но спину держит ровной, пытается показать что все еще полон сил. Терпеливо дожидаюсь пока мужчины договорят, лишь после этого спускаюсь по ступеням. Муж оборачивается ко мне. В первый миг растерянно осматривает, будто не ожидал встретить, а затем неожиданно одаривает легкой улыбкой.

– Добрый вечер, Келли, – произносит он, подходя ближе.

– Добрый, – соглашаюсь, осматривая синяки под его выразительными глазами: – Хотя бы потому что вы приехали домой. Как дела на стройке?

– Все нормально, – мужчина отвечает уверенно, но в следующий миг отводит взгляд. Будто хочет заверить меня, что все идет по плану. Какому-то странному, непродуманному, но плану. При этом мне даже становится немного весело оттого, что, кажется, мой муж совсем не умеет врать. Очевидно, почувствовав свою оплошность, он добавляет: – Я придумал чем заменить статуи на фасаде. Конечно, получится совершенно не так экзотично, как хотел король, но за неимением…

– Не нужно, – перебиваю, легко коснувшись пальцами локтя супруга. Он удивленно сосредотачивает взгляд на моей перчатке, и я, опомнившись, отдергиваю руку. На всякий случай сплетаю пальцы в замок за спиной и признаюсь: – Мне удалось найти одного мастера, который сделает для вас скульптуры из драконьих рогов.

– Мастера? – Эрлинг произносит это слово обескураженно. Подняв голову, он всматривается в мою вуаль, словно хочет рассмотреть лицо. Наверное, ему непривычно говорить с человеком, не видя его глаза, но мне все еще не хочется показывать ему обезображенную проклятием внешность.

Пора бы уже признаться себе, что этот мужчина мне нравится. И мне тоже хотелось бы нравиться ему. Но… какую цену я готова заплатить за это?

– Да, – киваю, выкидывая из головы неуместные сейчас мысли. Но они просачиваются в голос легкой дрожью. – Я встретилась с Хурэном Радгой. И он согласился помочь.

– Радга? – глаза Эрлинга ошарашено округляются. Он даже делает небольшой шаг назад, осматривая меня, будто перед ним возникло приведение. – Но он уже несколько лет не соглашается ни на одну работу. Живет отшельником и… – тут Эрлинг недовольно хмурится: – Как вы вообще до него добрались, Келли?

Даже вздрагиваю от резкой перемены настроения мужчины. Его взгляд вмиг становится пронзительным и строгим, напомнив мне отца, который узнал об очередной шалости неугомонной дочери. Даже холодок по спине пробегает.

– Да как-то мимо проходила, – пожимаю плечами, внутренне сжимаясь. Не помогает даже напоминание, что я уже не маленькая девочка и ругать меня никто не будет.

– Мимо? – Эрлинг склоняет голову к плечу, продолжая пристально всматриваться в ткань: – Хурэн живет в горах. До его жилища от Кроу добираться три дня в лучшем случае.

– Ну как-то так получилось, – бормочу, не решив стоит ли мне вновь упоминать Марципанну. Но, кажется, муж и сам все осознает:

– Это та драконица помогла? Вы опять летали верхом?

Могу только повинно кивнуть, а муж прикрывает глаза рукой и вздыхает:

– Келли, это опасно! Поймите, драконы не такие простые и добрые создания, какими их иногда воспевают барды. Они могут быть коварными и опасными. А в тех горах их водится много. Вам повезло, что вы не встретили черных драконов, они славятся тем, что едят людей. Вы…

– Да-да-да, – взмахиваю руками, отчего мой многослойный наряд вздымается вверх и плавно опадает. – Я рисковала. Но ничего не произошло. Я жива и здорова. А еще я договорилась с Хурэном и он создаст для вас скульптуры. Потому ничего изменять не нужно!

Уперев кулачки в бока, я вскидываю голову и смотрю на мужа, весьма довольная собой. Он поджимает губы, осматривая меня.

– Но как вам это удалось?

– Я сказала, что вам нужна помощь. Едва Хурэн услышал ваше имя, то сразу же пришел в себя и взялся за работу.

Эрлинг сдвигает брови к переносице, все еще не веря в мой рассказ. Его сомнения становятся понятны после негромкой фразы:

– Когда я приходил к нему лично, он сказал, что никого не хочет слышать и видеть. А я должен справляться со своими трудностями сам.

– Оу, – опустив голову, изучаю аккуратно подстриженный газон с обеих сторон от дорожки. Оказывается, Эрлинг действительно приходил к Хурэну, но мастер так далеко углубился в жалость к себе, что даже не запомнил этого. Решив, что если я начну что-то выдумывать и оправдываться, то сама себя запутаю еще больше, я признаюсь: – Просто я была очень настойчивой. И немного улыбнулась мастеру.

– Что вы сделали? – голос Эрлинга падает до хриплого шепота. Я лишь развожу руками, мол, да, вот такая вот я коварная. Несколько секунд муж переваривает информацию, а потом прыскает от смеха. В тот же миг он отворачивается и прикрывает рот рукой. – Извините, Келли, я… – пытается он сдержать нервное веселье, похоже, опасаясь, что я могу обидеться. Но я и сама иронично замечаю:

– Не стоит. Это действительно было забавно. Кажется, моя улыбка умеет лечить душевные раны. Может, мне стоит пользоваться таким талантом, как думаете?

После этого замечания Эрлинг все же начинает смеяться вслух, а спустя мгновение к нему присоединяюсь и я.

– Но результат достигнут, – подытоживаю с улыбкой. – Мастер вернул себе рабочий настрой и с радостью согласился вам помочь.

– Это не может не радовать, – Эрлинг смотрит на меня с какой-то странной эмоцией. На его губах застыла, словно вытесанная искусным скульптором из мрамора, легкая красивая улыбка. – Спасибо, Келли. Вы не должны были мне помогать, но я действительно очень благодарен. Не знаю как теперь отблагодарить вас.

– Вы уже на мне женились, – пожимаю плечами, хотя подразумеваю скорее его отношение ко мне. Обычное. Человеческое. Которого Келли не получала даже от своих родителей.

Не знаю, какой вывод делает из моих слов супруг, но улыбка сходит с его лица, глаза становятся сосредоточенными. Не успеваю я испугаться, как он отворачивается и произносит в сторону:

– Значит, теперь мне нужно только достать рога. Предстоит обратиться к авантюристам, которые…

– В этом нет необходимости, – вновь перебиваю, не дослушав про каких-то там авантюристов. Интересно, а кто это такие? Но с этим я потом разберусь, сейчас же я опять мило улыбаюсь: – У мастера Хурэна уже есть необходимый материал.

– Есть? – Эрлинг вновь недоумевает: – Но откуда?

Цокаю языком, понимая, что и на этот вопрос у меня нет нормального ответа. И вообще зря я всю эту тему подняла.

– Понимаете, Эрлинг, я умею неплохо находить общий язык с людьми и… эээм… разными другими существами. Ну вот и драконы так прониклись вашими проблемами, что милостиво предложили скинуться рогами.

На этот раз супруг молчит дольше. Он прикрывает рот ладонью и рассматривает меня очень внимательно, заставляя бояться, что он сорвет с меня вуаль, стремясь, наконец, заглянуть в глаза.

– В Кроу мне уже говорили о ваших талантах, – медленно произносит он. – Полоз Влаский в восторге от вашей помощи с его таверной.

Я удивленно замираю, не ожидав этого услышать. Эрлинг узнал о моем участии в стройке? Неужели и о Лоэле с Грэмом знает? Да эти двое могли обо мне такого рассказать!

Но муж не продолжает тему. Он вдруг мрачнеет, оглядывается на калитку. Несколько минут собирается с мыслями и говорит:

– Мне приказали прибыть на бал послезавтра вечером. В королевский дворец.

Все мысли в голове словно замирают. Эрлинг приглашен в королевский дворец? На бал?

Сначала появляется желание посмотреть как же тут проходят балы. От предвкушения даже дыхание перехватывает. Наверное, женщины наряжаются в красивые пышные платья, делают себе высокие прически и обвешиваются украшениями. А мужчины надевают костюмы или фраки. Люди и представители других рас собираются в огромном зале, где горят магические светильники или же целые шикарные люстры. Звучит живая музыка, все танцуют и веселятся.

Я сразу представляю Эрлинга в дорогом изысканном костюме. Фантазия услужливо рисует его красивое лицо, идеальную фигуру, обтянутую светлой тканью. Аккуратно уложенные волосы и лицо, очистившееся от темных кругов под глазами. Вижу его в ярком свете, будто главного героя. Как он подходит, улыбается своей очаровательной улыбкой и протягивает руку, приглашая на танец…

И вот на этом моменте все мечты разбиваются о реальность.

Не меня. Он приглашает на танец не меня, потому что позвать на бал в королевский дворец проклятую жену архитектора никому не придет в голову.

Растерянно выдохнув воздух, который набрала в грудь, погрузившись в свои грезы, смотрю на Эрлинга. В ответном взгляде скользит сочувствие.

– Меня попросили прибыть одного, – произносит он. Я удивленно поднимаю брови: он сейчас пытается сказать это так, чтобы не обидеть меня? Неужели муж думал, что я буду проситься с ним на бал?

Я уже собираюсь ответить, что все хорошо, и я прекрасно понимаю ситуацию. Но рот мне затыкает внезапное воспоминание.

Платок. Тот, который сохранил аромат женских духов. Ведь я так и не вычислила дарительницу. За прошедшие дни смогла лишь убедиться, что это не служанки в особняке. Но не больше. Спросить у мужа напрямую тоже смелости не хватило.

А может ли хозяйка платка оказаться на балу?

– Я понимаю, – отвечаю, когда пауза затягивается, а муж все еще продолжает вопросительно смотреть на меня. – Проклятой жене в королевском дворце не место.

– Келли, я… – супруг хочет что-то сказать, но мне становится не по себе от его виноватого тона, а потому я жестом останавливаю его:

– Мне и самой не хотелось бы появляться на балу. Не хочу испытывать на себе столько взглядов и… да я и не знаю как себя там вести. Меня никогда подобному не учили.

Эрлинг удивленно закрывает рот. Он словно даже не думал о том, что дочка богатых и знатных аристократов не получила хорошее образование и не умеет держаться на публике. Его взгляд мечется по изумрудной траве, а потом муж кивает:

– Я и сам не хотел туда ехать. Но оказалось, что Панфилий Шальт настаивает на моем присутствии.

– Кто? – у меня едва челюсть не сводит. Что опять задумал этот противный червь?! – В смысле, зачем вы ему понадобились?

– Понятия не имею, – супруг качает головой. – Думаю, что-то связанное со стройкой королевской резиденции. Придется поехать и выяснить лично, – Эрлинг вдруг поворачивается ко мне и улыбается: – Но хоть один козырь у меня уже есть. Статуи дев на фасаде все-таки будут, как король и хотел.

После этого супруг вдруг протягивает мне руку ладонью вверх. Я удивленно смотрю на нее, а мужчина поясняет:

– На бал я сопровождать вас не могу, Келли. Разделите со мной хотя бы ужин.

Мои губы сами по себе растягиваются в улыбке. Я неуверенно опускаю пальцы в ладонь мужа. И в этот миг в голове звучит голос лесной ведьмы: “я могу помочь тебе избавиться от голоса навсегда”.

Отведя глаза, чувствую как Эрлинг немного сжимает мою руку и увлекает меня за собой в дом. А на душе становится тоскливо. Действительно ли я хочу остаться с ним, пожертвовав голосом и возможностью возвратиться в родной мир?

– Эрлинг, – перешагнув порог, я решаю отвлечься от тяжелых мыслей. Я подумаю их потом, когда окажусь одна. А сейчас я хочу послушать бархатный голос своего мужа: – А как из рогов делают скульптуры? Мне сказали, что они крепче алмазов.

– Алмазы ведь тоже как-то обрабатывают, – хитро улыбается супруг, проходя в столовую. – Проще всего это делать с помощью магии. Я могу рассказать вам, если интересно.

– Очень! – энергично киваю, любуясь точеным профилем супруга. И в голову вновь лезут непрошенные мысли, что кто-то будет так же любоваться им на балу. И у этого кого-то может быть намного больше шансов понравиться Эрлингу, чем у меня.

Интересно, а могу ли я как-то попасть на королевский бал?