355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Михаил Огарев » Сентиментальные разведчики (По следам Святогора - 1 или Авантюрное танго - 1) » Текст книги (страница 29)
Сентиментальные разведчики (По следам Святогора - 1 или Авантюрное танго - 1)
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 10:38

Текст книги "Сентиментальные разведчики (По следам Святогора - 1 или Авантюрное танго - 1)"


Автор книги: Михаил Огарев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 29 страниц)

– Твоих талантов, дружок, не хватило даже на изменение сценария собственных извращенных развлечений. Несложный грим и дилетантская легенда! Эдакие экскурсионные прогулки еще нестарого дедушки с юной внучкой. Кстати, которая она по счету? Ах, уже восемнадцатая! Как бежит время... – разведчик помолчал немного, а затем грустно поинтересовался: – И чего, спрашивается, тебе неймется? По ночам из виртуального секса не вылезаешь, фаллопротезирование сделал – теперь и с профессионалками вполне можешь забавляться! Нет, подавай ему только запретный плод да еще с публичным поеданием!

– У каждого гения имеются свои слабости! – возразил слегка приободрившийся толстяк. – Вон Кристофер Эйми, композитор наш великий, занимается коллекционированием старинных музыкальных инструментов, а я...

– ...а ты – интимных туалетов молоденьких нимфеточек, – издевательски поддакнул Коревич. – А уж что касается пресловутой гениальности... Может, стоит напомнить, что твой алгоритм дешифровки звуковых сообщений после многократных проверок так и не получил одобрения официальных научных мэтров?

– Злобные происки! Гнусные инсинуации! Они же это... как там его... ага, завидуют! Ибо сами неспособны! То есть, творчески бесплодны... И только мне удалось осуществить субпространственный радиоперехват и "взлом" защищенных переговоров из так называемого "Созвездия Швали" – не понимаю, чем эта дыра тебя заинтересовала?

– Если на время позабыть дебильный юмор господ межпланетников, то официально она называется "Созвездие Золотой Шпоры", что больше соответствует истине. Ровная линия из пяти звезд, а шестая, еле видимая даже в гигантские телескопы, – чуть на отлете... Однако своим контрвопросом ты фактически признаешься, что не анализируешь результаты собственных работ? Не очень-то верится!

– А, не до того – все интеллектуальные силы хобби отнимает... Хотя степень твоих интересов оценить сумел. Поэтому моим "информационным кристалликом" ты не слишком-то пренебрегай – альтернативы ведь не имеешь!

– Прекрасно! Наглость, помноженная на суперсамомнение, – это неплохая жизненная позиция, – подытожил Коревич спокойным тоном и встал из-за стола. – Однако в любом случае покрывать твои безобидные шалости у меня больше нет желания. Да и возможности тоже.

– А что я делал такого уж страшного, ну что? – притворно захныкал милейший Петруччио, выразительно размахивая короткими ручками и явно давя на жалость. – Сплошное... э-э... баловство и ничего больше! И потом за развратные действия вроде бы и не судят?

– Это если нет официального заявления или нежелательных последствий, хладнокровно заметил Коревич и, подойдя вплотную к поникшему толстяку, рывком отнял у него компрометирующие слайды. – Однако на сей раз, дяденька, ты вляпался основательно! Видишь ли, после этого баловства твоя очередная жертва, кажется, немного тронулась умом и стала вполне законченной дурочкой. Какая трагедия для родителей, представляешь? А они у нее по странному стечению обстоятельств и горды, и уважаемы. Правда, небогаты...

– Какой кошма-а-ар! О, Всевышний, ну за что мне выпадают такие испытания? Послушай, Ник... Никомед, а нельзя ли откупиться? Я готов дать хорошего отступного! Скажем, треть моих энергосбережений, а?

– Похвально, что ты еще способен на относительно благородные поступки! – ласково отозвался Коревич и слегка сжал правое запястье своего встрепенувшегося компаньона. – Ну что же, "расчетчик" перед тобой, вот номер энергетического счета на предъявителя... Перечисляй!

Эту операцию милейшему Петруччио пришлось выполнять одной левой рукой, ибо кисть другой так и осталась в аккуратном зажиме твердых пальцев Никомеда-Иеронима. Удостоверившись, что все сделано правильно, тот одобрительно кивнул и, помедлив секунду, резко отступил назад. Почти одновременно с ним толстяк тоже отпрянул в сторону с жалобным вскриком:

– Ой! Я, кажется, обо что-то оцарапался! Надо же, какой неуклюжий...

– Не беспокойся, ты здесь ни при чем, – медленно проговорил Коревич. Тебя уколол я.

Незадачливый дешифровальщик все понял сразу, но от ужаса в первые мгновения не сумел даже ойкнуть – один невыносимый страх метался в его стремительно расширявшихся глазах. Затем его рука неуверенно двинулась к заднему карману брюк, однако почти сразу же скользнула вверх и схватилась за сердце, скрученная внезапной судорогой.

– Ну разве можно прятать мини-лучемет в таком неудобном месте? В тесном кресле вразвалку и то не посидишь! – ласково пожурил Никомед-Иероним своего бывшего компаньона и снова вернулся за стол. – А насчет боли не беспокойся, ее не будет. Мой консультант подобрал быстрое и вполне гуманное средство. Сейчас перехватит дыхание – и все... Это максимум, что я смог для тебя сделать.

Не обращая больше внимания на скорчившегося человечка, Коревич отключил свой "расчетчик" от сети Управления и задействовал принесенный "информационный кристалл". Затем поудобнее устроился на сиденье и внимательно вслушался в резкий энергичный голос, доносившийся из микротранслятора по каналу No 1:

– Валериану, сыну Антиоха, от "Милашки Энн" – привет! К сожалению, не могу приветствовать ваш командирский талант, – (тут в голосе говорившего явственно промелькнула смешинка), – ибо, на мой взгляд, руководите операцией вы бездарно. Повторяю в последний раз: о десанте на планету говорить рано! Да, несмотря на то, что прошло уже пять лет. Наберитесь терпения – нами еще не все изучено. Лично мне как-то не очень хочется, чтобы вы превратились в теплый трупик через часок-другой после высадки. Как говорит один здешний молодец, тут так просто не полетаешь и не постреляешь. А иногда и пешком не походишь. Нет, не под стол, а по окрестностям, (дерзкая смешинка промелькнула снова). – Кстати, советую взять на заметку, сколь приятно говорить гадости непосредственному начальству, находясь на недосягаемом расстоянии! Ну ладно, с лирикой покончено – теперь ловите конкретику...

Выслушав длинную серию из шестизначных цифр, Коревич неопределенно пожал плечами и включил второй канал. На этот раз говорил явно мужчина:

– Консулу No 12 от Легионера. Смею вам доложить, что верить здесь нельзя никому. Врут все поголовно, на каждом шагу, строя при этом честные глазки или призывая в свидетели Всевышнего. Ко мне упорно ищут подходы, я же веду свою линию точно так, как и было оговорено. Думаю, что скоро придется переходить к активным действиям, а не то судьба может подкинуть свою любимую шуточку под названием: "Пока семь раз отмерял, все, что было можно, уже отрезали другие". Поэтому прошу санкционировать мою немедленную работу по прибывшим сюда высокопоставленным "гостям". Вот мои некоторые наблюдения, полученные из личных контактов, а также из разговоров с коллегами...

Оценив последовавшие далее точные характеристики представителей славного семейства фон Хетцен, Коревич присвистнул от удивления и, помедлив, переключился на канал No 3. Почти сразу же после этого простого действия он непроизвольно вздрогнул, ибо тональное скрипение, доносившееся из миниатюрного динамика, на человеческий тембр походило мало. Скорее всего, так могла бы изъясняться материализовавшаяся Баба-Яга из сказочного фольклора:

– ...и прошу не учить, как надо делать мою работу! И нечего каждые полгода намекать, что этот контракт вас чуть ли не разоряет – не нравлюсь, так можете найти кого-нибудь подешевле! С такой же высокой квалификацией! Одним словом, при очередном сеансе жду самых тщательных извинений. Да, и премию не мешало бы подбросить! Как-никак, а уже который годик тружусь в преотвратном месте и с омерзительными людишками. Цех у меня вредный, понятно? В стародавние времена при такой утомительной работенке полагалось бесплатно давать молоко, шоколад, печень трески в масле! И красное вино с черной икрой, кажется... А мне приходится весь этот рацион оплачивать из собственного кармана! Сами-то, небось, не презентациях трескаете подобные деликатесы за счет компании? Однако же дело идет к тому, что вскоре так смогут поступать очень и очень многие – если не все! Похоже, начинают сбываться самые худшие ваши предположения. Как получу точные подтверждения, так немедленно дам знать, а уж вы решайте. Лучше всего эту планетишку вместе с ее системой прихлопнуть с помощью ха-а-рошего "вибратора космического пространства" – во избежание расползания заразы под названием: "Жизнь на халяву". Одним словом, думайте, господа бизнесмены! Ча-а-ао!

После того, как занудный скрип смолк, Никомед-Иероним несколько минут напряженно обдумывал, какой подтекст может скрываться за этой развязной болтовней, пересылка которой обошлась отправляющему не меньше, чем в тридцать тысяч энергетических единиц. Так и не придя к конструктивным выводам, он не нашел ничего лучшего, как снова передернуть плечами, и активировал последний четвертый канал.

...Этот голос понравился разведчику гораздо меньше, чем все три предыдущие. Высокий, резкий, с заметной хрипотцой, но с очень четкой дикцией да вдобавок начисто лишенный эмоций, он порой заставлял усомниться в том, что принадлежал человеку, а не кибернетическому устройству:

– Ваше Святейшество! Позвольте выразить свое восхищение Вашим гениальным планом! Все его запрограммированные ходы идеально совпадают с действительной расстановкой фигур! Кроме того, очень перспективны предложенные Вами направления игры – в частности, No 1 и No 5. Со своей стороны я гарантирую самое точное пошаговое выполнение предоставленных инструкций! Осмелюсь лишь просить ровно один месяц на разработку варианта страховки, что полностью Вас обезопасит от нежелательных эксцессов со стороны людей Иоганна Ладвина. Как мной уже сообщалось, среди них имеются отпетые беспредельщики, причем (что хуже всего) без какого бы то ни было почтения к Высшим Духовным Ценностям, кои Вы имеете честь представлять! Кроме того, есть возможность организовать Вашу встречу с одной из самых интересных креатур Династии – разумеется, если Вы сочтете ее целесообразной. На этом разрешите закончить. Остаюсь преданным и покорным слугой Вашего Провидческого Гения – "ГГГ".

– Как занимательно... – пробормотал Коревич и с пониманием усмехнулся. – Сколько почтительных слов и величавых обращений! Сколько восклицательных знаков! И все это излагается с такой поразительной бесстрастностью, что любой проницательный аналитик вполне может обнаружить здесь скрытую иронию. Хотя, с другой стороны, если этот угодливый "ГГГ" родом из "Элиты", то особо удивляться нечему. Холуйство, тонко замаскированное под почтительность, всегда помогает неплохо существовать в этом паскуднейшем из миров...

Он дезактивировал "кристалл", и в тот же миг послышался частый "фа-диез" первой октавы, что означало приход срочного сообщения из внешней Сети. Не мешкая, разведчик включил соединение, внимательно выслушал, а затем вызвал диспетчерскую:

– Дежурная? Ах, это вы, очаровательная Нинет! Послушайте, сейчас к вам явится господин Зимин – это восьмой зам начальника полиции Мегаполиса. Да-да, чин в точности соответствует моему... Как, уже здесь? Ну так пропустите его без особой волокиты, учитывая неофициальность визита, а? Вот и славненько! Нет-нет, его люди пусть обождут внизу. Предложите им чего-нибудь тонизирующего, оборотов этак под тридцать. Ах, Нинеточка, ну уважьте мою личную просьбу! А вот закуску этим обормотам нечего скармливать, обойдутся. Ну разве что по одной печенюшечке...

Ровно через классические десять минут означенный полицейский комиссар – плотный, крупных размеров мужчина солидного предпенсионного возраста с белоснежными прядями в густых "львиных" волосах – внушительно возник на пороге кабинета восьмого заместителя Командора. Ему тоже удалось справиться с непривычной дверью лишь с третьей попытки, о чем начали было добродушно Коревичу выговаривать, но сразу же замолчали, увидев возле его стола скрюченный труп.

Бледный и опечаленный, с застывшим скорбным лицом, Никомед-Иероним поспешил с объяснением, в конце которого господину Зимину были предъявлены те самые стереослайды в качестве неопровержимой улики.

– Ай-ай-ай, ну кто бы мог подумать? Работник правительственной закрытой организации да вдобавок еще и лично засекреченный! – сокрушался комиссар, покачивая своей благородной сединой. – Какая отвратительная низость! Так вот кого мы разыскивали больше года!

– Несмываемое пятно на всем Управлении, – дрогнувшим голосом подтвердил разведчик. – И это во время необъяснимого отсутствия самого Густава фон Хетцена! Я, конечно, понимал, что огласки в любом случае не избежать, и все же...

– Вы решили предоставить преступнику право выбора между публичным позором и смертью? – догадался комиссар. – Как это благородно, друг мой... Но ведь тем самым вы поставили под косвенный удар и себя лично! Я же при исполнении, а посему буду вынужден несмотря на наше знакомство... О, Всевышний, как это неприятно!

– Фатальное стечение обстоятельств... Но вы можете несколько смягчить ситуацию, отметив в отчете, что я содействовал полиции в разоблачении матерого преступника, который при аресте покончил с собой. Ампула с остатком яда при падении тела откатилась во-он в тот угол. Я, разумеется, ни к чему не прикасался...

– Ага, вижу – обычный мини-шприц из походной аптечки. И все же теперь вас в любом случае временно отстранят!

– Уж это само собой, – печально подтвердил Никомед-Иероним и очень печально вздохнул. – Ладно, буду считать, что получил дополнительный отпуск! Совершу какое-нибудь дальнее путешествие, сменю обстановку, встряхнусь немного... Надеюсь, что о подписке о невыезде речь не пойдет?

– Конечно же нет! Вы – типичный свидетель, оказавший к тому же неоценимую помощь следствию! Предоставьте завтра письменные показания лично мне и можете быть свободны!

– Большое спасибо, господин Зимин. Кстати, как себя чувствует последняя жертва нашего усопшего негодяя?

– Вы знаете, просто превосходно, – смутившись, ответил комиссар и сильно покраснел. – Как ни странно, ее всего лишь позабавило случившееся! Необычное приключение, и только... Кроме того, теперь она пользуется у своих подруг большим авторитетом – господи, что за нравы у нынешних двенадцатилеток! Ну разве наши поколения были такими?

– Ну как можно сравнивать! Белые платьица, скромно опущенные глаза, воспитанность и стыдливость... К сожалению, времена меняются только к худшему. Однако же вернемся к нашим скорбным делам. Думаю, господин Зимин, вам стоит немедленно посетить Первого заместителя начальника Разведки Сектора и обо всем поставить его в известность. Я подожду здесь.

Оставшись один, Коревич принялся неторопливо приводить в порядок свое рабочее место. Покончив с этим несложным занятием, он с удовлетворением опустился в кресло, задрал ноги, аккуратно разместил свои ступни по обе стороны клавиатуры "расчетчика" и медленно смежил веки. Однако это состояние покоя продлилось не более минуты, по истечение которой противно затявкал "си-бемоль" второй октавы, что означало приход экстренного сообщения по внутренней сети. Никомед-Иероним лениво пристукнул каблуком по одной из клавиш, но не угадал, включив вдобавок селектор, из которого сразу же застрекотал встревоженный голосок дежурной по диспетчерской Нинет:

– Никки, наш Великий и Ужасный "И. О." жаждет вашей крови! А закусывать намеревается вашей же плотью! У него сейчас находится этот комиссар... оо, какой шум! Что-нибудь произошло?

– Увы, моя драгоценная, – вздохнул разведчик и нехотя принял нормальную позу. – Полчаса назад покончил с собой один из работников Управления – к сожалению, почему-то в моем кабинете... Поэтому я лишен возможности его покидать, по крайней мере, до прихода официальных лиц. Ну, тех самых, которых вы угощали аперитивом. И разгневанному "И. О." придется либо подождать, либо самому пожаловать ко мне, так ему и передайте... Ась?

Вместо ответа испуганная Нинет осторожненько отключилась, явно не желая служить посредницей в ссоре двух высокопоставленных руководителей.

Коревич довольно хмыкнул. Вот и прекрасно, подумал он, теперь, как минимум, пара месяцев временной отставки мне гарантирована. А ежели еще и господин Зимин задумается, отчего на шприце нет никаких отпечатков... Глядишь, и все полгода обеспечат!

Он в последний раз по секретной комбинации цифр включил "расчетчик", перечел послание Эльзы фон Хетцен и с затаенной мыслью всмотрелся в черный экран, в самой глубине которого крошечными золотыми искорками трепетали пять звездочек и чуть в стороне – практически незаметная шестая. Именно вокруг нее вращались девять планет, и на третьей из них происходили очень заманчивые события. Наш Командор не из тех, кто срывается с насиженного места и бросает все ради простой перспективы. Нет, герр Густав, налицо перспектива колоссальная!

– А посему и тебе, Никомед-Иероним, пора готовиться к отъезду, заключил разведчик и мечтательно прищурился. – Глядишь, кое-кого из старых врагов-приятелей там встретишь! Ну а скучать, я думаю, точно не придется...

Конец первой книги


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю