Текст книги "Долг человечества. Том 6 (СИ)"

Автор книги: Михаил Попов

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

– Мальчики, девочки, руки мыть! – Скомандовала Каролина минутой позже, показавшись из-за перегородки, деловито вытирая руки о передник, сшитый из чьей-то старой мантии. – Ужин готов!

О, да! Это было именно то, что нам всем требовалось. Народ встрепенулся, зашевелился, поднялся со своих мест и тянулся к длинному, монолитному столу. Глядел я на то, как они рассаживаются, как перешучиваются, как передают друг другу порции какой-то невероятно пахучей похлебки и запеченного мяса, как помогают сервировать стол, и, на миг, пожелал, чтобы время остановилось.

Ужин, как и требовала того ситуация, прошел в священном молчании. Прерывалась тишина лишь бесконечным звоном ложек по посуде и неудержимым, неконтролируемым чавканьем. Голод не тетка, в последний раз ели мы черт знает когда. После суток бегства, нервного истощения и балансирования на грани катастрофы, наваристая похлебка и запеченное мясо от мастера своего дела, Каролины Терентьевны и ее помощницы Виолетты, казалось пищей богов.

Я ел машинально, больше наблюдая и взвешивая. В отблесках камина лица, еще недавно серые от страха, усталости и неопределенности, постепенно разглаживались. Уверен, в предстоящем сне в собственной постели, а я постарался, чтобы кровати были полноценными и комфортными, были все их мысли. Напряженные плечи опускались, тревоги уходили на второй план.

Вот Иван о чем-то тихо перешептывался с Эмилем, делясь куском мяса, Борис заболтиво подливал Кате чай, Муромец, оставив чистую, до блеска, тарелку, молча смотрел на огонь, Ира делала Егору массаж плеч, Лиза мастерила ту же поделку, которую начала, едва мы расположились на новом месте, Молчун писал что-то в свою книжку, Варя негромко хихикала с какого-то рассказа Микаэля.

Классно!

Как только с ужином было покончено, одна часть народа наперебой желая отблагодарить девушек и женщин, старавшихся над ужином, отправилась мыть посуду и убираться, вторая же часть, получив на то дозволение, начала разбредаться по своим новым, уединенным жилищам. Мне же неизбежное оттягивать больше нельзя.

Впрочем… еще чуть-чуть. Совсем немного.

Оставив свою команду переваривать впечатления и пищу, я убедился, что никому больше сегодня не нужен, и поднялся к себе наверх, в единолично занятый второй этаж. Я уже говорил, но я могу себе это позволить, и никто не посмеет отобрать у меня это. Моё, и всё тут.

Отворив одну из деревянных дверей, я прошел вглубь собственной ванной комнаты. Пол устлан прохладным, чуть шершавым базальтом, в центре комнаты горделиво расставив четыре ножки стояла ванна. Большая, гладкая кадка, цельнометаллическая, но, к сожалению, лишенная одного важного конструкционного момента. Воды-то нет. Центрального водоснабжения не предвидится. Но сейчас, на самом деле, плевать на это. Глядя на пятизначную цифру в графе очков достижений, я заставил заткнуться своего внутреннего хомяка, который истерически верещал от того, что я собираюсь сделать.

Молчать, скотина.

Я открыл интерфейс магазина. Категория Эф. Вода питьевая, очищенная. Одно очко за флягу. Купить. Купить. Купить.

Я мысленно жал на иконку, словно обезумевший шопоголик. Десятки, сотни фляг материализовывались, разворачиваясь из скомканных кубов, прямо у меня в руках, и я выливал одну за одной, отбрасывая спешно исчезающую в небытие опустевшую тару.

Вода пребывала, чистая, ледяная. Чтобы не околеть и получить истинное наслаждение от процесса, я развел огонь под ванной, в заранее спроектированной печи ниже. Да, такая детализация кажется удивительной, но мой мозг выдал общую картину необходимостей, интерпретация была отдана моему подсознанию, поэтому как в точности будут выглядеть детали я и сам не знал, впрочем, функциональность имелась, остальное для меня вторично.

Когда кадка, заполненная водой, нагрелась, я убрал в инвентарь свои доспехи, скинул с себя грязную, пропитанную пеплом, кровью и потом нательную мантию, отбросил опостылевшие тяжелые сапоги с гулким ударом в стену, и погрузился в воду.

Блаженство.

Горячая вода обволакивала ноющие мышцы, вытягивая из тела тысячетонную усталость этого безумного дня. Или недели. Или месяца. День ото дня не легче, но, как я погляжу, просвет имеется. Я откинул голову на гладкий бортик и прикрыл глаза.

Расточительство? Безумное, граничащее с идиотизмом. Я только что слил пару сотен очков достижений, за которые еще неделю назад мы с отрядом рисковали жизнями, и все это просто ради того, чтобы принять теплую ванну. Это действо противоречило всем моим правилам выживания.

Но я не чувствовал ни грамма сожаления. Я заработал эту роскошь. Я заслужил эти чертовы полчаса иллюзии нормальной жизни, где горячая вода у нас не обязательно должна смешиваться с сероводородной вонью, к которой мы вынуждены были привыкнуть, лишь бы не ходить грязными.

И все же, как бы я ни старался расслабиться, мысль о том, что ждет меня дальше, царапала черепную коробку изнутри. Да, я должен себе признаться, что оттягивал момент. Выдумывал тысячи причин и отговорок не делать того, что сделать обязан. Двойственность моих мыслей сейчас обусловлена только… боязнью неизвестности.

Лошадь, чьи глаза закрыты шорами, бесстрашно бежит в пропасть. В моем случае незнание прямо подтверждает поговорку – меньше знаешь, крепче спишь. Что я узнаю? Нет, не так, ЧТО я узнаю? Правила высшей лиги? Осознаю полную извращенность их подхода, и стану таким же полубезумным ублюдком, как играющий в свои игры Леонид? Или я боялся узнать, что значит «один человек», и какая роль во всем этом отведена Ульяне?

Вынырнув из воды, я с силой растер лицо ладонями, смывая остатки пепла и сомнений. Хватит. Лидер не должен прятаться в ванной от ответственности. Вытеревшись насухо чистой тканью, точно так же купленной в магазине, я накинул свежую мантию и прошел в соседнее помещение, ставшее моим номером люкс после апокалипсиса.

Тихо. Комната была просторной, с широким окном-бойницей, выходящим на запад, в сторону того самого неизвестного леса, куда мы сегодня вошли. Я подошел к своей кровати – массивному каменно-деревянному ложу, густо устланным шкурами. Да, их в моем инвентаре водилось немало, и база, создавая требуемое, задействовала дополнительный ресурс, это я узнал уже опосля, до сей поры как-то не задумывался.

Сел на краешек, и сердце предательски зачастило. Я вызвал интерфейс, пробежался взглядом по строкам моего статуса, уровня, количества моей валюты и очков обучения, текущих навыков и параметров. Счетчик очков обучения был внушающим. Я потянулся к ползунку, чтобы сдвинуть его и перешагнуть порог пятнадцатого уровня, и в последний момент опять нашел оправдание получить отсрочку еще на секундочку.

Я же не посмотрел, что в новых категориях, открывшихся мне разом! Любопытно ведь.

Списки товаров обновились, и я невольно присвистнул. Чертежи механизмов и инструментов, алхимические реагенты высших порядков, новейшие гримуары школ заклинаний, схемы големов, рецепты эликсиров, улучшенное оружие и броня, чего там только не было!

Чувствуя, как внутри разгорается исследовательский азарт, я погрузился глубже, пока тишину ночного леса за толстыми стенами не разорвал звук. Резкий такой, высокий, искаженный животным ужасом.

– Что это? Кто здесь! Эй! Ау!

Я замер, свернул интерфейс одним мысленным усилием. Звук определенно шел с улицы, причем, похоже, с запада, откуда как раз мы и пришли. Прильнув к стене, я прислушался, стараясь не мелькать перед окном.

– Помогите! – голос сорвался на истеричный фальцет, полный истинной, неприкрытой паники. Мужской голос, человеческий, без фальшивых ноток птицы-говоруна Ренгу. – Прошу, кто-нибудь! Помогите нам!

Глава 12

Какая глупость! Я ведь знал, что поступаю неправильно, но почему-то уже в который раз игнорировал столь важную, базовую я бы даже сказал вещь в нашей ситуации. И ведь, что характерно, на первой же своей стоянке это было практически первое, что я построил. Смотровую вышку! А тут… напрочь о ней забыл. Сказывалась усталость или халатность, приобретенная, выращенная собственным попустительством, я сказать точно не мог. Да, факт в том, что площадка для осмотра территорий на базе в горах у нас была, но только я начисто игнорировал ее, не распоряжался организовывать дозоры.

К черту самобичевание, я просто делегирую это и прослежу за выполнением.

– Пожалуйста, есть кто в доме? Помогите! – Повторно раздался выкрик незваного чужака. Само провидение мешает мне распределить очки обучения, и коль так, взглянем ему в лицо. Гостю, не провидению.

Тем не менее, быть радушным и гостеприимным я не спешил. И, мгновением позже, с сожалением облачившись на чистое тело в грязные доспехи, убедился в том, что и остальным не по нраву голосящий некто снаружи. Мы притаились, не скоординированно, скорее это лучший способ спрятаться от неизвестности, замолкнуть и переждать, но какая-то реакция, очевидно, требовалась.

– Муромец, берешь своих людей и занимаешь оборону, – начал я шепотом, – Катя, хватай Егора, Микаэля и Владимира и принимай командование защитой базы, Варя, под твою опеку отдаю хозяйственников. Мы не высовываемся, я выйду туда один – поговорить, вы меня по мере сил прикрывайте, но я не хочу впускать кого-то внутрь.

– Безумие, – шикнул Илья, – нужно выйти боеспособными и показать численный перевес.

– А если у нас его нет, дуболом? – Катя потянулась дать Илье подзатыльника, но в последний момент остепенилась, поняв, что субординацию все же стоит соблюдать, несмотря на то, что она мой заместитель.

– Может, там и правда кому-то помощь нужна… – Всхлипнула навострившая ушки Лиза.

– Короче, делайте как я сказал. – Начал я злиться и команду отдал так, чтобы ни у кого не возникло даже мысли перечить. – Я пошел. Наблюдайте из бойниц на первом этаже, я их у входа задумывал.

Вдохнув поглубже, я постарался подготовиться к чему угодно. Толкнув двери, решительно вышел за порог, продвигаясь к воротам крепостных стен, а вскоре покинул и их, оказавшись один на один с темнотой чужого леса. Инстинктивно перехватил оказавшееся у меня в руках копье, кристалл в навершии которого тускло пульсировал, готовый в любую секунду выплеснуть накопленную энергию.

Но применять магию я не спешил. Успеется, случись что.

– Эй! Пожалуйста, кто-нибудь! – Голос в ночи раздался совсем близко, метрах в пятнадцати, чуть восточнее моего положения, и доносился он из густого кустарника на краю расчищенной артефактом площадки. Голос надломленный и сиплый, полный ужаса.

Медленно, осторожно переставляя ноги, держа в уме возможную ловушку, я ступил на мягкую землю. Мои глаза, привыкшие к мраку за этот долгий месяц, легко выхватили силуэт. Мда…

Голосил под стенами моей базы не матерый выживальщик, не боевик, не один из цепных псов Леонида, а кто-то совершенно зеленый, как цыпленок, впервые оторвавшийся от собратьев. Выглядел он жалко, сжимался от каждого шороха в ночи и безбожно трясся.

Выглядел ночной визитер так же, как я в первые часы после апокалипсиса. Такой же растерянный, испуганный, облаченный в легкую кожаную броню категории «эф» и с луком за плечами. Что за мода брать лук, не пойму никак?

Меня гость тоже заметил. Медленно повернул на меня голову, отчетливо выдернув мой силуэт на фоне черноты окружающего мира, и, перепугавшись до смерти, попятился назад, вскинув руки и хватая воздух ртом. Что ж, если моя догадка подтвердится, то я мог его понять.

– С-стой! Не подходи! – Он перешел на фальцет, хотя это был вполне солидный в рамках возраста мужчина. Однако, могу предположить, что я в его представлении нифига не был похож на спасателя, скорее уж наоборот. – Где я? Что это за место? Там… там в лесу… что происходит?

– Успокойся и не голоси, ты привлекаешь внимание. – Голос мой нарочито прозвучал низко и жестко, ведь я все еще не мог поверить в то, что это возможно. Увиденное мной… нужно получить подтверждение. – Кто ты такой? – Мой взгляд на миг скользнул в сторону здания позади меня, и я разглядел тени Кати и Ильи в бойницах.

– Меня… меня зовут Валерий Турчанов. – Он сглотнул, не отрывая взгляда от витиеватого острия моего копья. – Я не один!

– Нда? – Вскинул я бровь? – Ты меня напугать решил?

– Н-нет! Нам помощь нужна! Мужик, я не знаю, кто ты такой, но выглядишь разумно, давай все обсудим! – Залебезил он, чем мгновенно вызвал у меня неконтролируемую волну презрения, но я заглушил в себе эту эмоцию, отдавая себе отчет в том, что он вполне мог прямо в эту минуту вообще не понимать, что происходит. – Ты видел что в лесу творится? Там твари какие-то, собаки на двух лапах, мы еле ноги унесли! Пожалуйста!

Стало быть, греллины. Видимо, недобитки расползлись по округе. Но это позже.

– Валера, – я чуть опустил копье, чтобы он перестал дрожать хотя бы на секунду, но держал в голове, что все происходящее вполне могло быть какой-то глобальной подставой, – ответь мне на один чрезвычайно важный вопрос. Только четко. Какой сейчас день? И сколько времени?

Он посмотрел на меня, как на сумасшедшего.

– В смысле какой день⁈ Третье ноября, понедельник. Когда вся эта задница приключилась, был обед! Полдень, не знаю точно, но чуть позже двенадцати! – Голос мужика сорвался на истеричный визг. – Мужик, ты издеваешься⁈

– Я предупреждаю только один раз, сейчас ты в позиции просящего, и если я задаю вопрос, будь любезен, отвечай на него. Чем раньше ты это усвоишь, тем дольше проживешь. Усек? – Ответил я хлестко, не желая развозить полемику и становиться в невыгодную для себя позицию сердобольной няньки, лучше сразу дать это понять, так как я не нанимался.

Но еще сильнее меня поразил ответ. По первому впечатлению я смог выдвинуть гипотезу, сейчас получил фактически прямое подтверждение. Это новообращенный инициированный. Сердце пропустило удар, а я застыл неподвижно, пока в голове с пугающей ясностью складывался пазл, от масштабов которого становилось дурно.

Для нас прошел месяц. Долгий, кровавый, сочетающий в себе самые говёные факторы, вообще мыслимые и немыслимые. Смерти, смерти, вымораживающие душу предательства и вывернутое наружу человеческое нутро, порой, кстати, не фигурально. Но ноябрь давно закончился. Мы пережили тут позднее лето, осень и скоротечную зиму, и сейчас расцветала весна. А вот для него апокалипсис произошел только что… буквально минуты назад, или, быть может, часы, но сути это не меняет.

Похоже, вопросов к наблюдателям у меня еще больше. Прекращение нашего обучающего протокола запустило новый, но пока непонятно, какой именно. Требуется как можно скорее разобраться с этим, но вначале решить, что делать с этим трясущимся недоразумением.

– Расскажи, как ты сюда попал, – потребовал я, продолжив после небольшой паузы, – когда закончишь, позови сюда своих людей, которых ты упомянул раньше.

– Я… – Валерий нервно сглотнул. Видать, подействовало на него мое нервное состояние. – Я вышел на обеденный перерыв в магазин, за булочкой, жена написала, что завезти тормозок не сможет, курил стоял у входа, потом началась ЖОПА. Все вокруг сжиматься стало, в кубы комкалось, и исчезало быстро. И голос в голове какую-то хрень нес, чтобы выжившие следовали по стрелкам на земле к спасению. Ну, я и побежал! Там фиговина синяя висела между двух каменюк, стрелки вели туда. Я залез! А что оставалось делать?

Что ж, все в точности, как было и у меня, сценарий один в один. Уничтожение рукотворного мира, подсчет ресурсов, голос, порталы. Никакой разницы, кроме временного лага. Но все-таки что-то не давало мне покоя.

– Выслушай меня, Валера, – я сделал шаг вперед, немного смягчил голос, – самую беспросветную задницу представь себе. Ну вот у тебя сейчас из нее одни лишь уши торчат. Зови своих, всех до единого, с кем сюда попал.

Смотрел я на этого трясущегося мужичка и чувствовал, как внутри меня идет борьба. Все-таки я огрубел, зачерствел, душа моя покрылась черной неотмывающейся коростой, которую теперь едва ли сбить даже перфоратором. Ведь прагматик внутри меня просто кричал – гони их в шею, Марк. Это балласт. Голодные, ссущиеся под себя бесполезные рты, которые не умеют держать оружие. Будут тянуть на себя внимание, припасы, будут паниковать, ругаться, привлекут монстров, начнут умирать или конфликтовать с моими людьми. И я думал развернуться, зайти в свой форт, заблокировать дверь, и дать естественному отбору сделать свое дело. А поговорить можно будет с выжившими.

Но потом я вспомнил своего друга, Диму. Весельчака и балагура, бесстрашного в мирной жизни, отчаянного я бы даже сказал, звезду, любимца женщин, легкомысленного и не самого умного. Он не был плохим человеком. Доверчивым – да, даже очень. Самовлюбленным, и этого не отнять. Но тут он испугался, сломался, стал плыть по течению и выбирать наиболее легкие пути. И это уже на первую неделю после того, как мы тут очутились. Этот же мужик, похоже, только что тут очутился, и уже видел монстров. Да, мы тоже видели, да, мы тоже в первые же часы похоронили Лену, и вот как теперь быть? Реально захлопнуть перед ними ворота или поступить по-человечески? В чем мой долг, как миротворца? Или я за хрен собачий личностный ранг Тла’ал ношу? В чем долг человечества?

В конечном итоге, я тяжело выдохнул, принял решение обсудить это со своими доверенными людьми, и дождаться нового поступления свежей крови. Погляжу хоть на них.

Сразу после того, как я договорил, за моей спиной открылись ворота крепости. Варя, Катя, Борис и Илья высыпались наружу, явно слышавшие наш разговор в тишине ночи.

Валера, обескураженный тем, что тут еще кто-то есть, явно сдрейфил. Или мои слова воспринял превратно. Признаюсь, прокрутив их в голове еще раз, но поставив себя на место этого мужика, я понял, как скверно это звучало.

– Там безопасно, – я кивнул в сторону базы, – скажи им, чтобы выходили медленно и без резких движений, и все у вас будет хорошо, по крайней мере пока что.

Пилюля подействовала, и Валерий нервно кивнул, а после скрылся в кустах. Вскоре, перекинувшись парой фраз со своими людьми, вышедшими поглазеть, я глядел на неуверенно мнущуюся друг к дружке кучку людей, выглядящую, как побитые щенки. Двенадцать человек, как месяцев в том рассказе.

Несколько женщин в уже заляпанных кожанках и мантиях, мужчины разного возраста и комплекции, тоже кто в чем: мантии-кожанки-латы. Выглядели жалко. Я, по инерции, всмотрелся в лица женщин, и сходств не обнаружил. С той, кого ищу.

– Проходите внутрь, – кивком я указал на распахнутые ворота, – поговорим там.

Народ, черный от пережитого стресса, двинулся мимо меня, шарахаясь моего оружия и злобного Муромца, словно мы с ним прокаженные. Стоило последнему, хромающему бедолаге перешагнуть порог, как ворота мы за их спинами затворили, и фактически завели их внутрь большого дома.

В холле воцарилась гробовая тишина. Новички жались в кучу у самого входа, ошарашенно рассматривая просторное помещение, пылающий камин, большой стол, и самое главное, моих людей, которые, поняв, что угрозы нет, высыпали на свет божий. Толчеи удалось избежать, все же дом и впрямь был большим, но уже малость дискомфортно.

Тем не менее, часть моих людей была настроена откровенно враждебно. Например Иван и Эмиль, оба стояли в дальней части комнаты с луками наперевес. Приказ-то я отдал, обороняться в случае чего, но едва ли они продолжали его исполнять, скорее это было личное отношение к этому нежданному пополнению. Для многих вопрос подвесился очень и очень непростой.

Одна из женщин, эффектная блондинка, если смыть с нее грязь и дать краснющим от бесконечных слез глазам отдохнуть, сделала то немногое, что могла. Разрыдалась в голос.

– Где мы⁈ Что происходит?..

Я чувствовал пульсирующий висок. Нянька. Я снова превращаюсь в няньку… ох, не нравится мне все это. Тем не менее, убить их, а это именно следствие того, о чем я думал, я тоже не мог.

– Варя, Катя, – я перевел взгляд на своих офицеров, – принимайте пополнение. Сделайте списки, вызнайте все, определите спать. Эти люди только что оказались здесь, для них не было нашего месяца, поясните им ситуацию, в общем, спать вы ляжете поздно. Завтра возьмете выходной, если уж на то пошло. В общем, избавьте меня от этого, нужно их социализировать. Сводку запрошу у тебя, – я глянул на волшебницу, – справитесь?

Обе девушки, уже оценившие внешний вид и состояние новоприбывших, переглянулись. Варя тяжело вздохнула, поправила воротник камзола и шагнула вперед, выполнять поручение.

– Так, народ, слушайте! – Ее голос был поставленным и командирским. И когда научилась, интересно? Блондинка прекратила рыдать, оттянула вдавленные в лицо руки и посмотрела на мою чародейку. – Насколько я поняла, вы только-только очутились здесь и нихрена не понимаете. Так вот, меня зовут Варя, сейчас я все объясню…

– А вы нас не убьете? – Пропищал кто-то из толпы.

Катя, стоявшая рядом с Борисом и мной, несдержалась и усмехнулась. Я цыкнул на нее, поглядел сурово, и мы оставили чародейку в покое, пусть занимается, а для Кати тогда другое поручение придумаю.

Вскоре, как только я пронаблюдал за курсом молодого бойца, и после Варя отправила толпу по коридору, указывая им место на ночлежку. Я-то задумывал количество комнат для нас и только нас, явно не ожидая свалившегося, как снег на голову, пополнения, так что эту ночь инициированным придется провести на полу. Это уже в тысячу раз лучше, чем у нас когда-то. Наша первая ночь была спиной к спине с Димой, когда мы сторожили сон людей в дырке в скале.

Холл опустел, вернее в нем стало просто свободнее, остались приближенные. Из бокового коридора, доносились только приглушенные всхлипывания и увещевания Вари, а я повернулся к тем, кто остался.

– Теть Кара, еда осталась?

– Конечно! – Кивнула она, просияв. – Накормить их?

– Ага, распорядитесь. – Подтвердил я. – Но чтобы никто и повода не дал подумать, что у нас избыток ресурсов, ясно? Это всех касается.

Меня поняли без лишних объяснений, почему я так решил. После я продолжил.

– Катя, Борис, Агнесса и Илья, – обвел взглядом я ближайший круг, – соберемся у камина, надо бы обсудить произошедшее.

Остальные, не задействованные в данный момент, занимались кто чем, и не без интереса к новоприбывшим. Вроде как и тревожить перепуганный народ не к месту, но вот Лиза уже полезла помогать Варе, а вскоре туда же потянулась и Линь Синь за каким-то одному ей известным фигом. Но я не переживал, чародейка разберется, и лишних сгонит если что.

– На повестке пришлые? – Бросил Муромец.

– Скорее то, кто они такие. – Уселся я в кресло у камина. – Значит так, – резину я решил не тянуть, время позднее, – у меня есть офигенно сильные подозрения, что вот это, – бросил я кивок в сторону коридора, – только начало. Это не случайные заблудившиеся бедолаги, они появились неподалеку всего несколько часов назад.

Коротко и без лишних эмоций я пересказал им то, что услышал от Валерия. Про дату, про полдень, про свои мысли насчет стазиса и размышления о количестве людей, в том числе о золотом проценте выживших, кому повезло оказаться вне помещений и конструкций на момент прихода инопланетян.

– То есть, ты хочешь сказать, что где-то миллионы людей сейчас на похожих на наш полигонах? Или он у нас один, и испытание циклично, а остальные сидят во вневременье и ждут своей очереди? – Спросила Агнесса, побледнев.

– Это объясняет старые, иссохшие трупы, разной степени застарелости. Смею предположить, что мы далеко не первая партия. – Кивнул Муромец.

– Именно. – Подтвердил я. – Мы не первые и не последние. Цифра, ровная такая, тысяча человек, тоже о чем-то говорит. Накануне, когда мы разрушили барьер, я получил сообщение от системы, что наше испытание завершено.

– Что⁈ – Нестройно воскликнули присутствующие. – Что это значит?

– Без паники, не думаю, что все закончилось, просто начался какой-то новый виток. – Попытался я успокоительно поднять руки, но был перебит Катей.

– Нет, ну суки же, а, могли бы хотя бы в курсе держать! – Ругалась моя заместительница на чем свет стоит. – Вначале то ладно, подкинули всем один и тот же шаблон про испытание, но сейчас-то что?

– Думаю, произошедшее не было спланированным, я даже считаю, что они моделировали какие-то варианты развития событий, и разрушение полигона никак в их планы не входило. – Пожал я плечами.

– Но тогда что нам делать? – Спросила Агнесса, тем самым задала вопрос сразу за всех, я увидел это по лицам.

– Адаптироваться и приспосабливаться. – Ответил я пространно, но поспешил раскрыть тему. – Голову на отсечение даю, люди будут появляться. Много людей. Вероятно, нам нужно воспользоваться своим относительно устойчивым положением и заняться, что называется, развитием цивилизации.

– Пока что вилами по воде. – Вставил Илья. – Фактов, кроме горстки этих бедолаг, нет.

– Сам этот факт почти прямо говорит нам о том, что нас ждет, Илья. – Глянул я на него исподлобья. – Вдумайся. Партия новичков. Почему сейчас, сразу после того, как я получил от системы уведомление, что наше испытание прервано досрочно?

– Тьфу, – все еще рассерженная Катя махнула рукой, – надеюсь эти скоты объявятся.

– Я тоже. – Честно признал я. – Поэтому нам нужно сейчас не прощелкать клювом и держать его по ветру. Знаете, что это все значит?

Народ глянул на меня вопросительно.

– Надо мобилизовывать сейчас все силы и подмять под себя ораву ничего не понимающих земляков. Прикиньте, как много сейчас вырастет желающих обрести силу и влияние на фоне бесхозного людского ресурса? Методы Барона вспомните. Как думаете, что он сделает, когда вокруг его форта начнут вываливаться из порталов сотни испуганных, дезориентированных людей?

– Надо было его убить. – Зло скрипнул зубами Муромец.

– Задним умом мы все умны. Сейчас у нас статус-кво, пакт о ненападении.

– В определенные исторические периоды пакты легко нарушаются в угоду собственной выгоде. – Подметила Катя.

– Согласен, и именно этого я и ожидаю, потому хочу быть быстрее и смекалистее. – Отреагировал я. – Поэтому слушайте, план таков. Кать, ты моя заместительница. С завтрашнего дня мы переходим в режим активного рекрутинга, это ведь по твоей профессии. Разделяемся на группы, Агнесса поможет с составлением маршрутов, она в этом прошареннее многих будет, подготовьте двойки розыскных, всех стягиваем в одно место. Нужно мягко вводить в курс дела и обучать. Сейчас мне потребуется профессионализм и хватка каждого из вас, но чует мое сердце, если момент упустим, быть беде.

– Что ты имеешь ввиду? – Вопросительно подняла носик Катя.

– Уверен, вскоре наблюдатели подкинут нам новый цикл испытания, и оно напрямую будет связано с начавшимися событиями. – Ответил я.