Текст книги "Знания Крови (СИ)"

Автор книги: Михаил Кулешов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

– Твою мать, а кто их оставил? – я наклонился над одной из свечек. Битлинги были не похожи на разумных существ, способных работать с воском. Они конечно могли украсть свечи из деревни, но этот вариант казался мне не менее сомнительным. – Здесь что-то очень сильно не так.

Поднявшись на ноги, я обернул вокруг клинка пугала рукав собственной рубахи, но взглянув на оставшееся количество очков здоровья – в лучшем случае одна пятая часть камня на поясе сияла – передумал. Не хватало ещё умереть от потери крови. К тому же, я ещё не потерял чувствительность. Пусть наличие клинка в груди и было крайне болезненным, вытаскивать его из тела было бы ещё больнее. Наёмники смотрели на меня, настороженно и напугано. Они явно хотели домой.

– Курт, – обратился я к пареньку. – Ты сможешь идти?

– Да, господин.

– Тогда идём. Нужно выйти с поля, но не приближаться слишком близко к поселению. Барк, возьми кисти и свечи. Надеюсь, мельник узнает что-то из этого.

Наёмник кивнул, и мы направились в ту сторону, откуда пришли. Медленно, боль исчезала – видимо заканчивалось действие введённого человеком с билборда препарата. Мне пришлось взвалить труп сына мельника себе на плечо. Мальчишка был лёгким, однако от тела всё ещё воняло.

Я был уверен, что очередной отряд битлингов обязательно попытается ударить нам в спины, чтобы вернуть тело своего… кем бы пугало для них не являлся. Почему-то шёпотом предупредил об этом соратников, и приказал взять раненого Курта в коробку – окружив его со всех сторон. Как всегда, когда предсказываешь какое-то дерьмо, оказываешься правым. Битлингов услышал Лотр, и мы остановились, встав спинами к Курту и подняв щиты. Шестеро – снова – битлингов набросились на нас с двух сторон, но двоих Баш и Барк убили в первую же секунду боя – практически встретив уродцев своими копьями, когда твари вылезали из зарослей. Потеряв ещё одного бойца, насекомые отступили. Мы продолжили медленно продвигаться к выходу из полей, ещё пару раз встретившись с этими монстрами, но с каждым разом их было всё меньше и меньше. Практически не получив ранений во время обратного пути, мы выбрались из локации.

– Главное, – обратился я к своим наёмникам. – Не теряйте бдительности. Эти твари ведь не прикованы цепями к полям, могут и прийти за этим.

Указав кивком головы на пугало, я с ужасом обнаружил что изо рта паренька продолжают валиться личинки. Они уже выложили собой тропку, от нас до полей. И продолжали ползти кто куда, оставляя после себя голубой слизистый след.

– Вот это точно не хорошо, – сказал я. После чего обратился к Барку. – Слушай, делать нечего. Беги к мельнику, говори что нам нужны масло и факел. Иначе эти твари будут лезть из него и лезть, и не приведи боги, они найдут путь в деревню.

Барк кивнул, и направился в сторону мельницы и небольшого домишки, стоящего буквально в метре от неё. Курт улёгся прямо на траву, периодически постанывая от боли. Баш смотрел на поля, ожидая что новые твари могут появиться из зарослей в любую минуту. Я хотел воткнуть меч в живот пугалу и вскрыть его – от паха и до ребёр, но как только представил десятки личинок, которые сразу же после этого начнут выползать из трупа, резко передумал. Было бы неплохо заткнуть парню дыру вместо носа и рот, но это было слишком мерзко. И всё же, собравшись с силами, я нарвал траву и вместе с грязью затолкал её в сочащиеся гноем отверстия на лице сына мельника. В этот момент прибежал и запыхавшийся Барк.

– Донован скоро будет, господин, – улыбнулся он. – Сказал что как только всё нужное по дому соберёт, так сразу к нам.

Я кивнул усмехнувшись. После чего обратился к Барку.

– Давай пока отнесем Курта к ближайшему дереву, чтобы он мог усесться.

– Спасибо, – прохрипел парнишка, и на его бледном лице появилась вымученная улыбка.

Вдвоём мы подняли юношу и отнесли его к большому дубу, метрах в пяти от того места, где остались Баш и труп пугала. Улыбнувшись, Барк весело обратился к Курту:

– Всё с тобой будет хорошо, парень. Ты крепким оказался.

– Не накаркай, – успел сказать я, и в этот момент раздался пугающий свист. Я успел вздрогнуть, а Лотр успел прыгнуть на звук. К счастью для пса, арбалетный болт пронесся мимо него, вонзаясь в подставленный мною щит. Отбросив стрелковое оружие, мельник, чьё лицо было выкрашено чёрной и голубой краской, снял с пояса громадную колотушку, которой видимо до этого молол зерно и бросился на наёмника, который продолжал наблюдать за полями.

Баш не успел среагировать. Он только начал поворачиваться к Доновану, не понимая что вообще происходит, и тот уже опустил колотушку ему на голову. Череп хрустнул, мозги хлынули на траву, Курт заорал. Я поднялся на ноги и бросился вперёд, прикрывая голову щитом. Барк, зарычав, бросился на убийцу. Добежав до него, буквально за несколько прыжков, он попытался достать мельника копьём, но тот ударом колотушки попросту расколом древко на две части. После чего сбил наёмника с ног, попав своим грозным оружием в щит. Я атаковал его клинком, целясь точно в голову – волшебное место, урон по которому проходит в двойном размере. Донован отскочил в сторону и замахнулся колотушкой на меня. Тело хотело прикрыться щитом, но мозг понимал что это гарантирует мне перелом, и я тоже отпрыгнул назад и влево. Донован смотрел на меня… с восхищением и уважением.

– Зачем, – прохрипел я. – Хрен с ним с сыном, я даже знать не хочу, но зачем ты послал меня искать его тело?!

– Я же просил принести тело в церковь, – губы Донована растянулись в улыбке, которую честнее было бы назвать оскалом. – А ты решил сжечь моего сына.

Новый удар колотушкой заставил меня снова отступить. Курт поднимался на ноги, и я рявкнул ему:

– Не смей! Лучше беги в деревню, если можешь двигаться!

– Ну нет, – Донован снова рассмеялся. – Никто из вас живым не уйдёт.

Он легко увернулся от моего выпада, и занёс руку для нового удара, когда ему на спину прыгнул Лотр. Пёс вгрызся в череп мельника, снимая с него скальп, выдирая мясо вместе с немногочисленными оставшимися у Донована волосами. Мельник зарычал и рукой схватил моего спутника за загривок. Когда он сорвал с себя пса, словно тот и не весил ничего, я попытался напасть на ублюдка, но мой клинок был легко отброшен в сторону колотушкой. Через секунду Донован бросил рычащего пса на траву и ударом сапога сломал ему шею. Пёс даже не скулил. Гнев и бессилие заставили меня снова бездумно броситься на мельника, и я чуть не пропустил удар колотушкой. Приняв его на щит, я свалился на землю, при этом практически не чувствуя руки. Донован занёс колотушку над моей головой, Курт с криком вонзил в него копьё. Наконечник лишь на половину вошёл в грудь убийце, видимо застряв в рёбрах. Мельник только усмехнулся. Он схватился за копьё свободной рукой, не давай парню вытащить его и замахнулся своим грозным оружием. Курт отпрыгнул в сторону, оставляя копьё в теле мельника.

– Я разберусь с тобой, мальчик, – заверил его Донован. – Как только убью этого наглого дворянчика.

Новый удар колотушкой, и с огромным трудом мне удалось прикрыть щитом голову. Что-то захрустело, хотя боли я и не чувствовал. Обрубок руки казался почти синим, щит раскололся на части. Краем глаза я заметил, что Курт поднимает копьё убитого Баша. Надеясь отвлечь Донована от мальчишки, я закричал:

– Но зачем?! Зачем ты убил своего сына на поле, и зачем прислал меня за его телом?

– Проклятые битлинги смешали мои планы, – усмехнулся убийца. – Я растил его, я провёл ритуал, я оставил его охранять поля и приносить мне удачу. Но ублюдочные насекомые начали поклоняться ему как богу.

– Охранять? – я попытался отползти спиной вперёд, но мельник спокойно шёл за мной, положив колотушку на плечо. – Значит не ты заразил его этими личнками?

– Какими личинками? – недоверчиво переспросил Донован, и в этот момент Курт воткнул копьё ему в спину. Мельник зарычал, развернулся, я резко подскочил на ноги и рубанул его мечом в шею. Удар получился смазанным, я потерял равновесие и чуть было не упал сам, а лезвие клинка застряло в плече мельника. Тот дёрнулся, но всё равно опустил колотушку на грудь несчастного Курта. Изломанное тельце мальчишки, теперь уже больше похожее на куклу, чем на когда-то живого человека упало на траву,

Убийца снова развернулся ко мне, и в этот момент третье копье – брошенное Барком – вошло в его бок. Донован вскрикнул, от чего его удар не достиг цели – мне удалось отскочить в сторону, правда меч так и остался торчать в плече мельника.

Сейчас наш противник представлял собой поистине пугающее зрелище – из него торчало три копья, а в плечевой кости застрял одноручный меч. Всё ещё намереваясь забрать с собой хотя бы меня, он снова взмахнул колотушкой, и та просвистела хорошо если в паре сантиметров от моего лица. Понимая что шансов у меня не много, я схватился за древко копья, торчащее из груди Донована – оно было ближе ко мне, и с силой надавил на него, проталкивая наконечник дальше в тело мельника. Тот закричал, попытался поднять колотушку, но уже не смог. Кровь начала литься из его горла, ноги подкосились. Выпустив древко, я схватился руками за лицо убийцы и вдавил большие пальцы в глазные яблоки. Мельник кричал, когда глаза лопнули и горячей пеной заструились по моим рукам. Мельник продолжал кричать, когда я отпустил его, и начал бить кулаками по окровавленному лицу. Мельник затих только тогда, когда я вырвал из его рук колотушку и опустил её на голову убийце. После чего, я закинул страшное оружие на плечо и осмотрелся. Барк сидел на траве, гладя по голове труп Курта. У мальчишки хотя бы осталась голова, в отличие от Баша. Лотр лежал рядом, мёртвый и какой-то съежившийся, словно уменьшившийся в размерах. Пугало исчезло. Мне на плечо сел ворон и тихо, словно сочувствуя, каркнул. К его лапке была прицеплена очередная записка.

Поздравляем, лорд Мекет! Вы выполнили задание мельника, и получаете «СЕРЕБРЯНУЮ МЕДАЛЬ» за это задание.

Вам удалось отыскать тело сына Донована (450 опыта).

Вы не отнесли тело в церковь и не стали причиной эпидемии (+150 опыта).

Вы одолели Донована в бою (+500 опыта).

Вам не удалось сберечь тело сына мельника, и оно исчезло! (0 опыта)

Поздравляем, лорд Мекет! Вы достигли второго уровня в классе «Мечник»!

Вы получаете одно свободное очко атрибута! Вы можете выбрать одно из трёх умений мечника!

Вам доступны следующие умения:

Выучка – скорость привыкания к оружию ближнего боя увеличивается на 10 %. Важно: это умение не повышает саму характеристику «привыкание», она ускоряет на 10 % рост этой характеристики.

Ярость – каждый раз, нанося урон оружием ближнего боя, вы имеет 5 % шанс нанести удвоенный урон. Важно: Урон нанесённый благодаря «Ярости» является кумулятивным и складывается с уроном от попадания в уязвимые точки.

Здоровье – вы получаете дополнительные 10хСтойкость очков здоровья, и 0+Стойкость очков выносливости.

Поздравляем, лорд Мекет. Ваш спутник, крестьянин Барк, достиг первого уровня в классе «ополченец»!

Я сложил записку в свою книгу мечника, после чего подошёл к Барку. Подав ему руку, тихо и спокойно произнёс:

– Давай унесём тела в дом. Завернём во что-нибудь. Нужно ведь хотя бы наших вернуть.

Барк молча кивнул. Он поднялся на ноги, всё ещё держа на руках тело Курта. Я сперва отнёс в дом мельника Лотра, а потом Баша. Самого Донована мы так и не решились трогать. Мозгами я понимал, что нужно обследовать дом и мельницу, возможно там могли быть ответы, на все те многочисленные вопросы, что поставили передо мной сценаристы игры и авторы этого квеста. Но я был подавлен, как будто бы погибли не компьютерные человечки, а реальные люди и несчастный пёс. Скорее всего, это был побочный эффект той дряни, что вколол мне человек с билборда – пусть действие препарата и прошло, пусть я не чувствовал больше боли от ран, но граница между реальным и виртуальными мирами оставалась такой же размытой.

– Отдохни, – попросил я Барка, запершись в доме мельника, вместе с двумя трупами. Нужно было внимательно перечитать логи, чтобы решить какая из восьми характеристик самая полезная. И нужно было наконец-то спросить у человека с билборда, какого чёрта он забыл у меня на работе.

Beta 11.

Я снял шлем и повернулся к сидящим за моей спиной людям. Хозяин был спокоен и кажется играл во что-то за своим компьютером, а человек с билборда с интересом смотрел на экран моего ноутбука.

– Ну и какого хуя? – спросил я, внимательно оглядывая свою руку. На сгибе локтя красовался след от укола.

– Тебе нужна была помощь, – пожал плечами дилер. Он как будто вообще не понимал, что же меня не устраивало в сложившейся ситуации. – Если бы не “ид”, тебя бы убили эти существа. А ты вроде как, – человек с билборда кивнул в сторону коматозного. – Пытаешься мальчонку вытащить.

– Валерий Саныч, – я обратился к хозяину. – К вам тот же вопрос. При всём уважении к вам, скажите пожалуйста, хуя то какого?!

Огр хрюкнул, то ли засмеявшись, то ли закашлявшись. Он встал, не зная куда деть руки, сложил их перед собой.

– Я, Нарица, тоже все эти препараты не уважаю. Но Никита Викторович сказал, что никаких побочных эффектов не будет, – начальник пожал плечами, смотря при этом на человека с билборда, явно ожидая от того поддержки. Дилер, конечно же, с готовностью закивал.

– Это не наркотик, – сказал он с улыбкой. – Просто мощный стимулятор для твоих мозгов.

– Тогда почему ты не вколол его мне на битве с боссом? – спросил я, уже заранее догадываясь каким будет ответ.

– Даже от стимулятора может быть передоз.

– Так, – я поднялся на ноги. Голова всё ещё немного кружилась, но я был рад тому, что снова могу слышать. – Вы видимо знакомы, да?

Человек с билборда молча кивнул, предоставляя моему начальнику право отвечать на этот вопрос.

– Года полтора как, – хозяин снова уселся за свой компьютер. Насколько я его знал, он бы не впустил в офис того, кому не доверяет. Причём, даже если бы в офисе не сидел его коматозный племянник. – Может два. Никита Викторович отличный фармацевт.

Начальник замялся, явно не желая рассказывать больше. Человек с билборда смотрел на него с интересом. Вновь достав из кармана пиджака свою сверкающую серебряную сферу, он начал перекатывать её по ладони, затем по локтю и обратно. Его всегда забавляло чувство неловкости, которое неизбежно возникало у посторонних людей, вовлеченных в его махинации. Через минуты, поняв что от моего начальника он больше ничего не дождётся, дилер заговорил сам:

– Я нашёл кое-что, что может тебе помочь. И сразу же поехал сюда. Спросил тебя, меня направили к Валерию Александровичу. В общем, я прихожу, вижу что ты играешь. Не стал тебя прерывать.

– Мы разговорились, – продолжил хозяин. – И чуть не проморгали момент, когда тебя эти штуки окружили. Ну, в игре. Никита сказал что препарат усилит твои рефлексы и поможет отбиться. Ты и отбился.

– Понятно, – мне не стало легче. – Что ты узнал?

Человек с билборда усмехнулся и словно фокусник заставил сферу раствориться в воздухе. На самом деле, она легко перекатилась с локтя, по предплечью и в карман.

– В общем, я сделал несколько звонков, чтобы узнать, чем сейчас подростки себя разгоняют. Список довольно обширный, и кое-что из него я как раз на тебе проверил. Удалил слишком дорогое, и то, что ваш мальчик мог смешать дома. Получился не такой уж и большой список, всего четыре препарата.

– Спасибо, – я вздохнул. Хотелось верить что человек с билборда просто планирует провернуть какую-то аферу, с моей и моего хозяина помощью, но я понимал что он действительно пытается помочь. Это самое поганое, когда ты всем сердцем ненавидишь человека, который желает тебе добра. – Можешь прислать на почту или дать под запись?

– У тебя на столе лежит, – человек с билборда указал пальцем мне за спину. Я развернулся, взял распечатанные на принтере листок. Список был объемным, пусть и состоял из всего четырёх пунктов.

Ид. Id. Дешево, сердито, практически безопасно. Помогает глубже погрузиться в игру, позволяет чувствовать боль, испытывать оргазм. Говорят, что и NPC начинаешь лучше понимать, но это скорее всего байки. Главное, что даёт Id, это погружение и ощущения. Запахи, тактильные ощущения, всё это. Применять не чаще раза в сутки, иначе появляется риск инсульта.

Царство. Realm. Тоже дешёвое средство, но уже более опасное. Царство полностью отключает пациента от внешнего мира, он не может сам снять шлем, не может выйти из игры, хотя и осознаёт где находится. Погружение такое же, как и при принятии Id, чувствуешь боль, запах, даже вкус. Опять же – можно заниматься сексом, получать оргазмы и прочее, прочее. Побочные эффекты те же, что у Ид.

Ножницы, или Бегущий с ножницами. Не знаю в чём прикол давать такие название. Это мощный стимулятор, практически допинг. Усиливает реакцию, координацию движений, вообще всё. Практически сыворотка супер – солдата, только действует лишь в виртуальном мире. Дороже всего, что есть в списке, но в игре практически не погружает. То есть эскаписты его почти не принимают, а вот кибератлеты – очень часто. Побочные эффекты – на сердце, на давление, повышение риска инсульта…

Can Fly, у нас его так и называют «Кэнфлаем». Никакого перевода. Это самое сильное, хотя и стоит не очень дорого. Представь себе все эффекты Царства, но с одним важным отличием. Ты забываешь о реальном мире. Твой мозг просто вычеркивает его из картины мира, и от трёх до восьми часов – от дозировки зависит – ты считаешь себя своим персонажем. Из побочных эффектов – возможны проблемы со психикой, ну и при передозе можно сорваться.

Я отложил бумагу в сторону, обдумывая прочитанное. Человек с билборда внимательно наблюдал за мной. Мне не нравилось то, что он помогал нам, не нравилось то, что он решил взять на себя роль хорошего парня.

– Спасибо, – снова сказал я. Не мог же я просто отвергнуть его помощь, когда от этого зависела жизнь нашего коматозного. – У тебя есть ещё какие-то мысли? Или информация о том, что всё это продаёт?

– Да все продают, – пожал плечами мой собеседник. – Тут уж ничем не помогу.

– У меня хотя бы есть с чего начать копать, – ответил я. Человек с билборда кивнул и поднялся на ноги.

– Значит моя миссия на этом окончена, – усмехнулся он. Я тоже выдавил из себя улыбку. – Слушай, Нарица, я наверное тоже установлю себе эту штуку. Может смогу чем помочь. Валерий Александрович, всё-таки, не чужой человек.

Я не знал что ответить. Играть вместе с этим человеком означало вернуться назад в прошлое, в те времена когда мы вместе с Сёмой исследовали мир «Чёрного горизонта».

– Я надеюсь уже покинуть стартовую локацию. Тебе придётся догонять.

– Придумаю что-нибудь. Там есть какие-нибудь альянсы или фракции, чтобы случайно за врагов твоих не начать.

– Да. Альянс ночи выбирай. Персонажа зовут Мекет Ери. Пройдешь стартовую локацию для своего народа, напиши мне. Найдём где встретиться.

Человек с билборда улыбнулся. Он попрощался сначала с начальником, пожав его огромную ручищу, затем со мной – вежливым кивком головы. Когда он вышел из кабинета, хозяин спросил:

– Вы не в ладах?

– Немного, – мне не хотелось рассказывать об этом. – Но если он хочет помочь вашему племяннику, я не стану его останавливать.

– Никита хороший человек.

– Он продаёт препараты, – я чуть было не взорвался, но только сжал кулаки и покачал головой. – Препараты, которые мало чем отличаются от наркоты.

Хозяину было нечего ответить. Хотя, даже если бы он и открыл рот, ничего нового я бы не услышал. Защитники что наркотиков, что срыва, всегда говорят одно и тоже. Что это личный выбор человека, что если никто не всовывает в людей препараты насильно, это не может считаться преступлением. Одна и та же чушь, что во времена моей учебы в университете, что сейчас. Я был рад, что Огр промолчал и мне не пришлось вести разговор, который ни к чему и никогда не приводит.

Вернувшись за свой ноутбук, я обнаружил что Барк уже проснулся. Тогда я с клавиатуры отдал команду на отдых своему персонажу, а сам зарылся в логи игры. Самым важным, из того что я обнаружил, были записи о проверках морали, которые совершали мои наёмники. При этом, они получали бонус как от моей Харизмы (то есть +3), так и от собственной численностью. В итоге, каждый наёмник бросал проверку, с общим бонусом +6. Во время боя с Донованом, этот бонус снизился до +5, а потом и до +3. То есть наёмник учитывал сам себя, только когда рядом с ним был хотя бы ещё один наёмник. При этом, пёс бонусов не давал, но и сам не совершал проверок морали.

Люди же бросали кубики в трёх случаях, как я смог понять – когда монстры их окружали, то есть когда врагов было минимум по два на каждого члена моей группы, когда кто-то из группы погибал, и когда оставалось меньше половины наёмников всего. Причём ни в одном из этих случаев, Лотр не учитывался.

Я просмотрел сложности – при окружении целевое число было равно 12, при первой гибели тоже, а вот при потере половины отряда – 15. С бонусом +3, который оставался у меня во время битвы с Донованом, шанса на успешную проверку морали не было, однако я получил ещё и временные бонусы – за общение с наёмниками. Более того, после того как Барк получил первый уровень в классе «ополченец» – интересно, что игрокам людям такой класс был вообще недоступен – он получил и постоянный бонус +1 к своему боевому духу.

Итак, как я выяснил характеристика «Харизма» была довольно важна. Был соблазн вбросить полученное очко атрибута сразу же туда, но я решил ещё раз перечитать, чем же они друг от друга отличаются. Сила даёт бонус к урону в ближнем бою, от Стойкости растёт число очков здоровья и выносливости. При этом халявных пунктов здоровья, за факт повышения уровня, я получил всего два. По количеству Стойкости. Из сорока стало сорок два. Волшебная математика.

Сноровка увеличивала урон в дальнем бою и усиленный урон, при попадании в уязвимые части тела. Если проткнув голову битлингу со Сноровкой равной двум, я увеличивал урон двукратно, то с третьей Сноровкой буду умножать его на три. Пока это выглядело самым полезным, куда полезнее бонуса к урону от Силы, а значит где-то был подвох. Либо доспехи убирали уязвимые места как таковые, либо шлема не позволяли «критовать» – вариантов у разработчиков была масса. Наконец хитрость всего лишь помогала обманывать и торговаться, а Харизма – также сбивала цены и прибавлялась к боевому духу наёмников.

Когда мой персонаж отдохнул и восстановил очки здоровья, я всё таки решился и поднял его Сноровку до трёх. После этого, выбор умения мечника уже не казался хоть сколько– нибудь сложным. «Здоровье», конечно, казалось самым соблазнительным… но поразмыслив, я решил что большой необходимости в нём нет, у меня ведь будут наёмники. «Ярость» с её жалкими пятью процентами вообще выглядит как насмешка над игроком. Я так до конца и не понял, что именно даёт высокое значение привыкания к оружию, но вариант с «Выучкой» казался мне наиболее логичным. Так что, я выбрал именно его.

Alpha 11.

До конца дня, я так и не вылез из Blood Lore. Ну разве что отлить сходил пару раз. Мы с моим теперь уже ополченцем Барком начали с того, что обчистили дом мельника. Проверили каждую комнату, перевернули кровать и стол, спустились в погреб, и вынесли буквально всё, что можно было продать в деревне. Я ориентировался исключительно на какую-то бытовую логику – подсвечники, украшения, всё что содержало пусть самые дешёвые, но драгоценные или полудрагоценные металлы, оказалось в большом холщовом мешке. Тоже, разумеется, принадлежавшему мельнику. Закончив мародерствовать в доме, я уже собрался идти на саму мельницу, как вдруг понял что трупы Лотра, Баша и Курта не исчезли. Они продолжали спокойно лежать на полу, там где мы их и сложили.

– Барк, – крикнул я себе под ноги. Из погреба почти сразу же вылез мой наёмник. Он что-то увлечённо жевал.

– Да, господин?

– Почему трупы не исчезли?

Барк посмотрел на меня как на умалишённого. Он быстро дожевал то, что было у него во рту, осторожно развёл руками и ответил:

– Ну так господин, – наёмник явно не знал как начать. Или как правильно разговаривать с сумасшедшими дворянчиками. – Для того чтобы тело исчезло, его в могилу кладут. А потом закапывают. Или сжигают, если человек благородный.

Я непонимающе помотал головой. Трупы совершенно спокойно растворялись в воздухе, по крайней мере до этого момента. Присев на лавку, и стараясь не касаться ногой Курта, я попытался собраться с мыслями.

– Значит нам нужно принести всех троих назад? В деревню?

– Ну пёс то ваш был, господин, – пожал плечами Барк. – Можете похоронить, если хотите. Можете тут бросить. Будет привидением дом охранять, мы так деда в Ляполье оставили, когда с места снимались.

– Ладно. Ты видел у мельника телегу?

– Нет, господин. Но поискать то можно.

Я кивнул. Вместе мы вышли из дома убитого нами Донована. Его труп, распятый на копьях, всё ещё стоял посреди двора. Глаза мертвецу уже выклевали две жирные вороны, сидящие у него на плечах. Зрелище было жутковатым.

– Этого тоже так оставим? – шепотом спросил Барк. Я кивнул.

– Пусть ублюдок поработает пугалом, вместо сынишки.

Барк промолчал. Когда мы проходили мимо Донована, ополченец не сводил глаз с трупа. Не выдержав, я спросил:

– Боишься, что и он призраком станет?

– Конечно боюсь, господин.

– Ну так и поделом ему. Пусть и после смерти покоя не будет.

Наёмник усмехнулся, но оглядываться на распятое тело не переставал. Мы обошли дом, но никакой телеги не обнаружили. Видимо мельник не сам отвозил муку в замок, а к нему приезжали оттуда. Выхода не было, и я приказал Барку обыскать мельницу, сам же, пошёл искать лопату. Быстро найдя её за домом, принялся рыть могилу для Лотра. Благодаря игровым условностям, это не заняло у меня и пары минут. Всё-таки даже самые отбитые поклонники реализма не стали бы играть в игру, в которой нужно по нескольку часов рыть землю. А учитывая то, сколько всего было завязано в Blood Lore на лопатах – и сокровища, спрятанные в навозных ямах, и похороны наёмников – я был уверен, что авторы игры сознательно заставляли игроков копать.

Молча я похоронил Лотра и также молча попрощался с ним. На предрассветном небе начали собираться тяжёлые тучи, и очень скоро пошёл дождь – мелкий, назойливый и неприятный. Капель дождя на коже я не чувствовал, отчего начал понимать людей, покупающих препараты у человека с билборда. Когда я закончил с погребением пса, почти одновременно с крыши дома закричал ворон, и откуда-то с мельницы раздался вопль Барка. Разумеется, я бросился к наёмнику, из-за чего почтовая птица недовольно закаркала мне вслед.

Распахнув дверь и оказавшись в довольно тёмном помещении мельницы – ни свечей, ни факелов здесь не было – я какое-то время привыкал к местному освещению. Из темноты прохода появился Барк – он быстро добежал до меня и трясущимися руками схватил за ворот кожаной куртки.

– Господин, – на одном дыхании выпалил он. – Там алтарь и череп.

– Монстры есть, – спокойно спросил я, вынимая из ножен меч. Барк покачал головой. – А факел твой где?

– Там обронил. Когда алтарь увидел.

– Ну веди, – я усмехнулся. Интересно, за поведение NPC в бою и мирной жизни отвечал один и тот же скрипт? Почему Барк не боялся пугала, а сейчас испугался простого алтаря? Пока мы шли по мельнице, и потом, пока спускались по тёмной лестнице, я думал об этом, и пришёл к выводу, что алгоритм поведения NPC в разных ситуациях всё-таки один и тот же. Просто оказавшись в одиночестве, ополченец совершал проверку морали безо всяких бонусов – от меня, или товарищей по оружию. Это казалось самым разумным выводом.

Спустившись по лестнице, мы оказались в длинном, узком коридоре, идущем строго прямо. Ни дверей, ни ответвлений, ни поворотов – только свет от уроненного Барком факела впереди. Наёмник пропустил меня вперёд, явно не решаясь идти первым. Я ничего не сказал – вряд ли каждая моя ободряющая фраза инициировала проверку морали, но всё же… вот в чём беда с компьютерными играми, основанными на настольных – кубики решают слишком много. Я понял это, ещё когда подростком играл в Dungeons and Dragons Online, или в синглплеерные игры по той же лицензии – у броска кубика всегда два результата. Успех или провал. Провал очень редко означает сохранение статуса кво, обычно это ухудшение ситуации. В бою, провал это промах и не нанесение урона по врагу – что позволяют противнику ударить вас. В проверке навыков, это или облом в диалоге, или потеря какого-то предмета, вроде отмычки. В играх, основанных на настольных, провал не означает, что вы ничего не добились и можете попробовать позже. Он означает, что вы что-то потеряете. Таким образом, если вдруг, по какой-то причине, каждая моя одобрительная речь активируют проверку морали у наёмников, успех означает сохранение статус-кво. Наёмник остаётся сражаться за меня. Провал означает, что наёмник побежит. Так что, пусть лучше Барк дрожит и идёт сзади. Меньше кидаешь кубов, меньше шансов, что провалишься.

Я прошёл по коридору, до небольшой комнаты, у входа в которую и лежал факел. Подняв его, спокойно вошёл внутрь. Всё было так, как и рассказывал Барк, если не хуже. Помещение было не слишком большим – метра два на два, может быть чуточку больше. В дальнем углу действительно стоял грубо вытесанный каменный алтарь, без символов или украшений. Фактически, это был просто очень большой камень, у которого стесали верхнюю часть, так чтобы она была ровной и плоской. На этой плоской части и лежал человеческий – хотя при обилии гуманоидных народов в мире Blood Lore я не был уверен в этом до конца – череп. Череп был залит чёрным воском, и две полусгоревшие чёрные свечи были вставлены в глазницы. Рядом с алтарём была простая кровать, на которой лежала полусгнившая безголовая женщина. Её тонкие, обтянутые почерневшей кожей руки и ноги были привязаны к деревянным ножкам кровати пёстрыми алыми и голубыми лентами. Сама женщина была обнажена, но гниение не затронуло ни грудей, ни лобка, ни бёдер. Я мог только усмехнуться наивности автора этой модели, заботливо расположившего трупные пятна только на руках и животе. Грудь, также обтянутая почерневшей кожей, была упругой и круглой, как у живого человека.

– Какие ж вы уроды, – хмыкнул я себе под нос, имея в виду разумеется авторов игры. Барк всё понял по своему.

– Неужто жена Донована? И впрямь, подонок.

– Думаешь он её убил? – спросил я, проходя в комнату. На алтаре, под черепом, лежало ещё кое-что, чего Барк в панике не заметил – небольшая тонкая книжица, с обложкой из чёрной кожи.

– Нет, говорят она сама померла, года четыре назад. От болезни, – пожал плечами ополченец. Он так и стоял в коридоре, не решаясь пройти внутрь. – Но за четыре года, от неё бы и не осталось ничего.