Текст книги "Стратег из ниоткуда. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Михаил Атаманов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 42 (всего у книги 45 страниц)

* * *

– Так ты предлагаешь мне должность мэра  – твоего наместника, который станет править объединёнными племенами Уйза, Хитрого Сяпы и Яго‑Курильщика. И будет следить за всей огромной территорией Белого Оленя, кроме земель племени Оора, с которыми пока что не всё понятно? – развалившийся на огромной набитой душистым сеном подушке дряхлый вождь Рябой Уйз, чья покрытая пятнами морда несла следы перенесённой оспы или какой‑то схожей болезни, а ноги совсем не держали, задумчиво почесал лысую башку. – Заманчиво, конечно, не спорю… Но всё же нет! Я привык сам быть вождём и править своими орками без оглядки на хозяина!

– Но, отец… – в нашу беседу вмешался стоящий справа от подушки престарелого вождя его младший сын – сильный и крепкий орк со сломанным левым клыком. – В таком случае Борз Пожиратель Змей просто уничтожит нас всех!

– Этого поражения пока что не случилось. И может вообще никогда не случится, так что нельзя терять надежду и сдаваться. Племя Оора нам поможет, а у них сорок крепких бойцов. Да и соседний род Неуловимого Бекаса может передумать и всё же помочь нам, особенно если мы пообещаем им большую плату. Соседей немного, два племени с общим числом бойцов до полусотни, но в сумме мы наберём армию, не уступающую войску Борза Пожирателя Змей! Вместе мы выстоим!

Я мысленно произвёл подсчёты и скривился, с сомнением покачав головой.

– Уверен, что род Неуловимого Бекаса не совсем уж беспросветно глупый. И он решит не жертвовать своими бойцами в безнадёжной войне, а просто заберёт ваши территории, оставшиеся пустыми после военного разгрома и тотальной резни. Или они даже предпочтут присоединиться к Борзу Пожирателю Змей, чтобы вместе с ним вас сожрать и поделить добычу. Но даже если Неуловимый Бекас и придёт к вам на помощь за обещание «очень большой награды», вместе вы едва‑едва наскребёте сотню воинов, у вашего же противника в полтора раза больше. Так что вы всё равно проиграете!

Но старый орк оказался глух к доводам разума и упёрся с ослиным упрямством, не желая «становиться зависимым от меня», пусть даже эта зависимость и была пустой формальностью. Талдычил упорно, что сорок лет правит племенем, и времена за эти годы бывали разные, но «тучи всегда проходили, и возвращались ясные дни», что неизбежно случится и в этом случае. Я спорил с ним, приводил различные аргументы, постепенно теряя терпение и закипая из‑за его беспросветной глупости – Рябой Уйз не видел дальше собственного носа и отказывался признавать очевидное, что война его племени против Борза Пожирателя Змей уже фактически проиграна, а потому и говорить о какой‑то «независимости» и «сохранении поста вождя» уже поздно, и вопрос сейчас стоит в сохранении жизней.

Но тут, когда я всё же не сдержался и объявил вождю, что «мудрость не обязательно приходит вместе со старостью, и зачастую старость приходит одна», обратил внимание на странную пантомиму, которую за спиной отца устроил его младший сын. Этот мускулистый орк с поломанным клыком кривлялся и что‑то показывал мне, хватаясь обеими руками за горло и потом закатывая глаза. Неужели предлагает мне задушить упрямца и заверяет, что не станет вмешиваться? Или намекает, что сам может устранить вождя и занять его место? Я перевёл взгляд на дряхлого шамана, который стоял слева и чуть позади подушки Рябого Уйза, но тоже с интересом повернул голову и посматривал на корчащего рожи наследника. Шаман перевёл взгляд на меня и отчётливо кивнул. Согласен с младшим сыном вождя, что стоящего на пути объединения племён упрямца необходимо устранить?

Ну что же… Я тоже кивнул ему в ответ. В ту же секунду старый шаман достал из складок своей одежды и накинул на шею сидящему впереди Рябому Уйзу чёрную удавку, а крепкий орк‑наследник помог её затянуть и держал, натягивая, пока хрипящий старик с посиневшим покрытым оспинами лицом не затих и не рухнул набок. Я же удержал эльфийку Диассу Ловкую Лань и Хуго Проворного, которые присутствовали вместе со мной на переговорах, не дав своим советникам вмешаться в происходящее убийство – это внутренняя борьба за власть в племени соседей, и мы к ней непричастны, о чём сможем говорить с чистой совестью.

Когда всё затихло, шаман стянул с шеи убитого вождя шнурок с медальоном, сделанным похоже из старинной серебряной монеты с просверленным посредине отверстием. Передал его наследнику, а тот, в свою очередь, протянул знак власти мне.

– Я Чуха Однозубый, – запоздало представился этот крепкий орк‑отцеубийца. – И я готов стать твоим наместником вместо упрямого выжившего из ума отца. Племя Рябого Уйза согласно влиться в состав Жёлтой Рыбы. Армия племени теперь твоя, Альвар Завоеватель. Но теперь скажи, мудрый вождь, что нам нужно сделать, чтобы кровавый Борз не захватил мой посёлок и не устроил тут беспощадную резню?

* * *

Для меня это было несколько странным, но жители посёлка совершенно спокойно восприняли новость о том, что «сердце престарелого вождя не выдержало напряжённых переговоров», и власть перешла к его сыну и наследнику Чухе Однозубому. У Чухи имелось два более старших брата, но не возникло вообще никаких волнений и недовольных, все орки просто приняли смену вождя как данность, в том числе и родные братья. Насколько я понял, ещё давно отец определил Чуху как самого способного и амбициозного из троицы сыновей, и двое других приняли такое решение. Старший из братьев работал кожевенником, поскольку не отличался богатырским телосложением и не стал воином, так что с ним всё было более‑менее понятно. Но вот спокойствие среднего я не понимал – Тых Железные Пальцы являлся одним и самых заметных и сильных воинов и даже поединщиком от племени Рябого Уйза, так что в его невозмутимость и отсутствие собственных амбиций я нисколько не верил.

Новость же о том, что племя Чухи Однозубого объединяется с могучим и сильным южным соседом, и многочисленная армия Жёлтой Рыбы отныне станет защищать посёлок, была воспринята жителями с огромным восторгом и воодушевлением. Когда меня представили собравшимся как вождя объединённого племени, окрестности огласили воодушевлённые крики «Альвар! Альвар!! Альвар!!!», причём новые подданные не уступали моим давно проверенным бойцам.

Вместе с новым мэром  я осмотрел укрепления лагеря Однозубого и признал, что стены высокие и крепкие, ворота надёжные, а вся растительность вокруг вырублена подчистую, чтобы никакой враг не мог подкрасться незаметно. Пожалуй, даже не было необходимости в эвакуации мирных жителей, о чём я думал изначально. Достаточно было вовремя заметить опасность и подать сигнал разожжённым костром, который увидят мои дозорные с высокого холма восточнее Бездонного озера и транслируют дальше, и через два‑три часа армия Жёлтой Рыбы будет здесь. Но вот достаточный гарнизон всё же придётся оставить, чтобы лагерь продержался эти два‑три часа, так что спешить с переселением воинов в тренировочный лагерь я не стал.

В целом, защитой посёлка Однозубого я остался доволен. Но вот стоящий по дороге к основным землям племени Жёлтой Рыбы формально нейтральный посёлок Оора меня всё же напрягал, как и расположенные не так уж далеко на западе враждебные посёлки Хитрого Сяпы и Яго‑Курильщика. И именно с посёлка Курильщика я решил начать, поскольку от разведчиков Однозубого уже узнал, что защитников там практически не осталось – всех способных держать ятаганы орков Борз Пожиратель Змей увёл с собой в крепость на скалах, и противостоять нам могло разве что вооружённое чем попало ополчение. Лёгкая добыча! А потому я приказал не мешкать и немедленно выдвигаться, взяв с собой и двадцать пять орков Однозубого.

* * *

К сожалению, напасть совсем уж внезапно не получилось. К тому моменту, когда впереди показались стены чужого посёлка, мы чётко слышали доносящийся спереди сигнал тревоги, на стенах маячили фигуры защитников, а ворота посёлка Яго‑Курильщика оказались плотно заперты. Впрочем, это препятствие остановить мою армию не могло.

– Костолом, оцепление вокруг стен. Никто не должен сбежать! Хуго, стена щитов! Подведём арбалетчиков и лучников поближе. Диасса, твоя приоритетная задача: снять со стен всех вражеских лучников, после чего переключайте на остальных.

Это был просто тир. Двух минут моим стрелкам хватило на то, чтобы убрать со стен всех залезших туда защитников, с нашей же стороны вообще не было ни одного раненого. И хотя моим бойцам уже ничто не угрожало, расслабляться я не стал и решил действовать так, словно мы действительно берём штурмом настоящую серьёзную крепость со множеством защитников.

– Щитоносцы, стройтесь черепахой! Щиты сверху и со всех сторон! «Тяжи», под прикрытием щитов подходите к воротам и рубите их! Берсеркеры, тащите таран!

Тяжеленный ствол толстой сосны, который мои орки выбрали по дороге и очистили от веток, был подтащен к самым воротам. Всего трёх ударов хватило, чтобы створки не выдержали и рухнули, упав вовнутрь. Залп арбалетчиков в упор, чтобы убрать находящихся по ту сторону ворот защитников, и вот уже моя армия входит в захваченный посёлок, не встречая больше никакого сопротивления. Точное затраченное на штурм время, понятное дело, знать я не мог, но по внутренним ощущениям заняло всё от силы семь‑восемь минут.

Уцелевших жителей – перепуганных и не помышляющих ни о каком сопротивлении – мои орки согнали в центр посёлка, и я навскидку оценил их количество в полторы сотни. Ещё четверых пытавшихся сбежать из окружённого посёлка, основательно избитых, притащили «Головорезы» Костолома, который принял командование над самыми отмороженными и не признающими дисциплины бойцами племени во время болезни Гы Безжалостного Убийцы, и с тех пор продолжал ими командовать. Костолом же лично принёс мне отрубленную голову старого орка с почерневшими зубами и сказал, что это вождь Яго‑Курильщик, который самым первым попытался убежать из окружённого посёлка.

– Отлично! Связать всем руки за спинами! – указал я на захваченных пленников, но потом заметил среди добычи женщин‑орчих с грудными детьми и велел сделать для них исключение. – Переправим их сегодня в каменоломню на нашей территории, и завтра я решу их судьбу. Обыскать палатки. Всё более‑менее ценное забрать с собой, остальное сжечь на хрен!!! Борз Пожиратель Змей должен понять, что станет со всеми его вассалами.

Пока шёл сбор ценного, я направил полсотни бойцов к соседнему посёлку Хитрого Сяпы. Нет, я вовсе не ставил задачей захват этого посёлка. Наоборот, мне было нужно, чтобы этот посёлок уцелел. Задачей посланного полусотенного отряда было лишь напугать обитающих в том посёлке орков, назвать себя объединённой армией племён Рябого Уйза и Оора, и рассказать о захваченном и сожжённом посёлке Яго‑Курильщика, «где не осталось никого живого». Позволить сосчитать свою численность, пообещать захватить посёлок Хитрого Сяпы «завтра или послезавтра», после чего уйти. Я очень рассчитывал, что узнавший о падении одного из своих вассалов Борз Пожиратель Змей рассвирепеет и начнёт допускать ошибки. Как минимум, разделит своё воинство и направит его на охрану последнего вассала, а то и пойдёт на земли Белого Оленя всей своей армией, оставив крепость в горах без достаточной охраны.

* * *

Лёгкий штурм посёлка Яго‑Курильщика, обошедшийся вообще без потерь и приведший к захвату богатой добычи, многим вскружил голову, и быстрый успех мои бойцы хотели повторить. Не только рядовые орки, но даже мои десятники предлагали на обратной дороге захватить посёлок Оора, мимо которого будет проходить наша армейская колонна, конвоирующая пленников на домашние территории. Признаться, я и сам с трудом отгонял такие мысли, напоминая себе, что одно дело взять оставленный без защиты посёлок, охраняемый лишь необученным ополчением, едва способным держать в лапах оружие и брошенным на произвол судьбы вождём, и совсем другое встретить сопротивление сорока крепких орков. Нет, мы конечно победим, но понесём ощутимые потери, что было крайне несвоевременно перед большим сражением с армией Борза Пожирателя Змей.

А потому, как и утром, я намеревался просто пройти мимо лагеря племени Оора, и внезапно открывшиеся ворота этого посёлка вызвали у меня недоумение. Они решили атаковать⁈ Впрочем, моя растерянность длилась буквально пару секунд, после которых я уже отдавал команды, разворачивая бойцов в сторону потенциального противника, перестраивая из походной колонны в боевые порядки и расставляя стрелков. Но из ворот вышло… лишь трое орков, причём все без оружия в лапах. Эта троица, изо всех сил демонстрируя дружелюбие, направилась ко мне. Двоих я узнал – это были вчерашние переговорщики от племени Оора, третьим же был сам вождь, судя по роскошной шапке из пёстрых перьев и нарядной расшитой узорами одежде. Не дойдя десяти шагов до меня, троица остановилась и синхронно низко поклонилась.

– О, мудрый и справедливый Альвар Завоеватель! – обратился ко мне незнакомый третий орк, при этом постоянно невольно скашивающий глаза на длиннющую колонну пленников со связанными лапами. – Я Оор, вождь своего племени, и мои посланники донесли мне о твоих планах объединить наши племена против общего врага. Я в целом не против, но всё же прошу дать мне время на обдумывание столь непростого предложения, требующего обсуждения с моими советниками, отсутствующим сейчас мудрым хранителем традиций, а также духом‑защитником Белым Оленем. Дай мне хотя бы седьмицу, после которой я смогу дать окончательный ответ.

Вождь решил потянуть время? Это было странно и очень подозрительно. Что вообще может кардинально измениться за одну седьмицу, что определит решение вождя? Оор желает отсидеться в стороне и посмотреть, чем закончится моё противостояние с Борзом Пожирателем Змей, чтобы предложить свои услуги победителю? Или его планы куда более коварны, и Оор ведёт переговоры с моим врагом? А может задумал вместе с родом Неуловимого Бекаса напасть на мои оставленные без присмотра посёлки, пока армия Жёлтой Рыбы будет занята войной? В любом случае я насторожился.

– На твоём месте, Оор, я бы думал быстрее. Вчера ко мне приходили посланники трёх племён Белого Оленя. Прошёл всего день, а я уже договорился с двумя племенами, причём вместе с племенем Рябого Уйза даже уже провёл совместную операцию и уничтожил Яго‑Курильщика вместе со всем его посёлком. Это сейчас твои сорок воинов представляют ценность для меня. Но нужны ли они мне будут через седьмицу, когда от Борза Пожирателя Змей не останется и следа, да и племена Неуловимого Бекаса уже будут служить мне? Впрочем, я дам тебе отсрочку на принятие решения. Но не за «просто так» – бесплатно в нашем мире ничего не даётся.

Поскольку Оор явно струхнул, ожидая чего‑то неподъёмного для его племени или даже унизительного, я поспешил успокоить вождя.

– Нет, нет, мне не нужна дань в виде молодых женщин или добытое твоим племенем железо. Мы всё‑таки добрые соседи, которые вполне возможно объединятся, и я не хочу портить отношения. Но мне нужна информация о племенах, проживающих дальше на севере и на востоке. Так что жду на днях в гости твоих добытчиков или разведчиков, которые бывали в тех краях и готовы рассказать всё, что знают.

Выдох облегчения вождя орков был вполне отчётливый. Оор поблагодарил меня за понимание и терпение, и пообещал прислать своих орков, бывавших на севере и на востоке.

* * *

Вечером того же дня я имел долгий и обстоятельный разговор с мэром посёлка Сильной Девы Ийей. Могучая орчиха выслушала моё предложение отправиться завтра прямиком в логово врага и, хоть затея ей не очень‑то понравилась, всё же согласилась в итоге обмануть Борза. По моему замыслу, «вождь племени Сильной Девы» должна была запросить у сюзерена помощи в охране лесного лагеря, возле которого в последнее время «шастают подозрительные лазутчики Жёлтой Рыбы и что‑то вынюхивают». Женщина должна была сказать, что опасается нападения соседей в самые ближайшие дни, и запросить сорок‑пятьдесят берсеркеров для усиления защиты, пообещав оплатить эту услугу в той дани, которую вскоре передаст в самом начале лета.

Едва ли Борз Пожиратель Змей, которого к тому времени наверняка уже информируют о вызывающе‑дерзком поведении племён Белого Оленя и нападении на вассала Яго‑Курильщика на востоке, согласится отдать сразу полсотни своих бойцов. Но даже меньшее их количество было бы неплохо, поскольку эту группу я надеялся уничтожить. Также меня интересовали планы врага, которыми Борз вполне мог поделиться с «верной соратницей». А ещё в составе делегации Ийи в неприступную крепость на скале должна была проникнуть одна незаметная кикимора с мотком крепкой и длинной верёвки.

Кикимора Кирена, кстати, наряду с моим полусотником Хуго Проворным, командиром «штурмовиков» Фадиром Твердолобым, Костоломом и эльфийкой Диассой Ловкой Ланью получила серебряный медальон, означавший, как я им объяснил, привилегированное положение при вожде, защиту духов‑хранителей и «благословение самой богини смерти Мораны». Подарки вызвали у получателей искренний восторг, к тому же с каждым из указанной пятёрки я сразу же попробовал ментально поговорить, что вызвало у них удивление, перешедшее в бурю эмоций и чуть ли не священный трепет от того, что они удостоились такой великой чести. Связь работала исправно, хотя и была пока что односторонней – подчинённые слышали мои приказы, я же их ответы нет. Но я всё же надеялся, что с тренировками это исправится, как увеличится и дальность связи, и число обладателей медальона.

Уже глубокой ночью, пообщавшись до этого через колючую изгородь с Луаной и узнав от целительницы не самые радужные новости насчёт состояния чумной больной, находящейся сейчас фактически при смерти, я отправился в посёлок Горбуна. И ещё издали обратил внимание на целый лес из корявых изломанных деревьев, внезапно выросший возле входа в лагерь. Ничего себе! Тут было не менее трёх десятков древней! И высоченные в три моих роста, и совсем крохотные орку по плечи, причём как покрытые листьями, так и с совсем голыми ветками. Признаться, на такую огромную удачу я даже не рассчитывал, а потому сперва немного растерялся. Но всё же взял себя в руки и пошёл договариваться со своими новыми работниками и бойцами.

Глава двадцать третья

Ловушка захлопнулась

Ни один из корявых и ошибочно кажущихся медлительными древней разговаривать не умел. Тем не менее, с ними удалось легко договориться, и огромную помощь мне в этом оказала кикимора Кирена, которая каким‑то непонятным образом их понимала. Вообще удивительно покладистыми оказались эти неказистые, но очень сильные и крепкие создания. К людям древни относились спокойно, не считая нас ни врагами, ни едой. Разве что увязшего в трясине путника или неосторожно уснувшего в лесу пьянчужку древни могли оплести ветвями и схарчить, но в большинстве случаев древни людей попросту игнорировали, люди же их не замечали, принимая за обычные деревья.

Из всех соседей древни контактировали разве что с лешими и кикиморами, ну ещё может быть с лесными феями‑пикси. Наверное именно поэтому возможность расширить крайне ограниченный круг общения и поработать на человека за награду была воспринята лесной нечистью с большой радостью. По моей просьбе вся эта «живая роща» принялась перемещаться в обход Бездонного озера в сторону посёлка Борза Пожирателя Змей, где должна была затаиться до поры до времени, слившись с обычным лесом. Причём конечной точкой маршрута я назначил не крепость, а именно что жилой посёлок в северо‑западной долине, в которой вскоре ожидались военные действия, а потому поддержка сильной нечисти там мне бы очень пригодилась.

На следующий же день после традиционной тренировки бойцов я занялся распределением по посёлкам полутора сотен орков мирных профессий, второй день без еды и воды томящихся в каменоломне возле посёлка Горбуна. Тут всё прошло по уже отработанной схеме: я объявил, что мне интересны «лишь ценные мастера некоторых профессий, которые останутся живы, в отличие от всех остальных», а мэры  четырёх посёлков стали предлагать пленникам варианты. Уже основательно напуганные и павшие духом орки легко соглашались на предложенные профессии и переселение целыми семьями в посёлки Однозубого, Сильной Девы или Горбуна. Некоторых особо ценных специалистов согласилась принять даже Умная Сова в свой самый крупный «столичный» посёлок, занимающий сейчас всю ограждённую высокой стеной излучину Безымянной реки и с трудом вмещающий шесть сотен проживающих на этой ограниченной территории жителей. Другие же мэры не были столь привередливыми и соглашались на всех новых поселенцев, и останавливала лишь нехватка шатров для размещения, поскольку лагерь Яго‑Курильщика мои бойцы действительно спалили. Но всё же, пусть и с некоторыми сложностями, место в итоге нашлось для всех орков, и каменоломня вновь опустела.

После этого я отправил Ийю на опасную миссию в логово врага, поскольку от Борза поступило согласие принять женщину‑вождя – горластый орк огласил это решение утром со скалы, и для неё даже начали собирать подъёмник. Вместе с Ийей с её бойцами незаметно отправилась кикимора Кирена и даже, насколько я понял, соскучившийся по серьёзному делу леший Хрын, хотя там в далёких скалах были вовсе не его территории, но видимо с соседом‑лешим мой знакомый как‑то договорился.

Я же заслушал доклады разведчиков, всю ночь и утро следивших за посёлками Оора, Хитрого Сяпы и крепостью Борза Пожирателя Змей. В крепости на скалах наблюдалось непривычное оживление: ночью там не погасили фонари и жгли факелы, до полуночи звучали кузнечные молоты, на краю обрыва то и дело мелькали тени, да и подъёмник действительно начали восстанавливать. Подозреваю, что причиной оживления стал не только ожидаемый сегодня визит послушной данницы, но и прибывшие из посёлка Хитрого Сяпы перепуганные посланники, сообщившие о появлении полусотенной армии врага и разгроме союзного посёлка Яго‑Курильщика.

Посёлок Хитрого Сяпы этой ночью тоже не спал, и орки наспех собранного ополчения простояли на стенах до самого утра, с тревогой ожидая ночного нападения. Что ж, это было предсказуемо, и как раз на такую близкую к панике реакцию я и рассчитывал. Чем больше страха жители будут испытывать перед скорым нападением «объединённой армии Оора и Рябого Уйза», тем более убедительными будут их просящие срочной помощи посланники, направляемые к Борзу Пожирателю Змей.

А вот поведение Оора в формально нейтральном посёлке меня удивило и насторожило. На ночь глядя вождь направил группу из шести орков на восток, в том числе обоих своих советников‑дипломатов, знакомых моим оркам по переговорам с Жёлтой Рыбой. Утром вернулось трое: один дипломат и два незнакомых орка не из числа той шестёрки, что выходила вчера за ворота. Вождь Оор вёл тайные переговоры с родом Неуловимого Бекаса? Не этим ли объяснялась его просьба недельной отсрочки перед принятием важного решения об объединении с Жёлтой Рыбой? За этой подозрительной активностью стоило внимательно следить, что я и велел делать своим разведчикам.

И наконец, на сегодня у меня было запланировано ещё одно важное дело: встреча с гоблинами, со вчерашнего дня большими и малыми группами прибывающими с далёких восточных холмов. Гоблинов в десятках спонтанно разбитых ими лагерей по берегам Бездонного озера и Безымянной реки собралось уже несколько сотен, в чём я лично смог убедиться, проехав в сопровождении Диассы Ловкой Лани вдоль берега. Оборванных, грязных, голодных, не знающих наших строгих порядков и бродящих везде, в том числе по только что засеянным полям, и при этом совершенно не приученных к чистоплотности. Орки, при всей их кровожадности, первобытности и неприхотливым условиям проживания, всё же не гадили там, где спали и ели, не употребляли в пищу откровенную тухлятину, да и мылись хоть иногда. С гоблинами же в этом плане всё было совсем запущено. Признаться, у меня едва не опустились руки от увиденного, но я всё же постарался успокоиться и приказал своим оркам согнать гоблинов на большое собрание в чистом поле неподалёку от посёлка Горбуна, где я собирался решить их дальнейшую судьбу.

Пригнали всех, мои орки подтвердили, что ни одного гоблина в лагерях на берегу не осталось. Я же первым делом представился собравшимся и объявил, что намерен разрешить заселение гоблинов в двух местах обширных территорий Жёлтой Рыбы. Причём оба поселения гоблинов будут до конца года освобождены от любых форм налогов и податей, чтобы жители могли крепко встать на ноги и освоиться на новом месте. Лишь с будущей весны гоблины станут отчислять мне как вождю единого племени какую‑то часть добытого, причём точный размер подати будет согласован с каждым посёлком отдельно. Но в любом случае для жителей налог не станет непосильным бременем, поскольку я заинтересован в процветании всех своих поселений, и гоблинские посёлки исключением не являются.

Первым местом заселения я назвал заброшенный лагерь Фиолетовой Рыбы на юго‑восточных болотах. Там много лет проживали орки, и сохранились все условия для нормальной жизни, даже кузница имелась, амбары и склады материалов. Имелись подготовленные для возделывания поля, укрепления вокруг лагеря с дозорными вышками, мостки меж крупных речных проток и даже вполне нормальные рыбацкие лодки, а также навесы для сушки пойманной рыбы. Сами же болота по весне представляли из себя достаточно спокойное место, полное съедобных грибов и растений, к тому же в ручьях и малых озёрах там водилось достаточно рыбы. По моему замыслу, возрождённый посёлок Фиолетовой Рыбы должен был стать автономным поселением, обеспечивающим сам себя пищей, звериными шкурами и торфом для обогрева в холодное время года, излишки же обменивающим в других посёлках племени на нужные товары.

Вторым местом заселения гоблинов я видел пустующий лагерь Чёрной Рыбы меж покрытых густым лесом холмов на северо‑востоке. Там круглогодично всё было хорошо с охотой, произрастало великое множество грибов и ягод, имелась в неисчерпаемом количестве древесина для постройки крепких капитальных домов и их обогрева в холодное время года. Но главной особенностью этого посёлка были обнаруженные поблизости залежи железа и меди, добыча которых и должна будет стать основной задачей посёлка. Весь добытый металл орки будут у гоблинов скупать, обменивая на другие товары.

По мере того, как я говорил, расписывая преимущества безопасного проживания на территориях Жёлтой Рыбы, растерянные и напуганные поначалу гоблины постепенно успокаивались, а под конец уже с нетерпением ждали распределения по посёлкам. Выглядело же само распределение следующим образом: очередная группа гоблинов выталкивала вперёд своего волнующегося представителя, а тот старался продемонстрировать умение обращения с луком. Ростовую мишень установили в двадцати шагах от черты, что по мнению эльфийской лучницы Диассы было просто унизительно малым для любого нормального стрелка, поскольку с такой задачей справился бы даже ребёнок. Сама эльфийка перед началом испытания показала, насколько легко с такого расстояния класть стрелы в самый центр круга, за три секунды вогнав пять стрел с пёстрым чёрно‑жёлтым оперением настолько близко друг к другу в самом центре, что между их древками трудно было вставить даже лезвие ножа.

В большинстве случаев гоблинский лучник действительно попадал, пусть не в центр, но хотя бы в саму мишень, после чего получал из рук своей длинноухой командирши вычеканенный из меди медальон с изображением лука и пучка стрел, означавший зачисление в армию Жёлтой Рыбы. После этого и сам лучник, и каждый гоблин из соответствующего десятка поселенцев, проходил в специальном шатре осмотр моих шаманов, внимательно искавших на теле новичков следы опасных болезней и другие подозрительные отметины, а одежду проверявших на наличие вшей и прочих паразитов. Опасных заболеваний ни разу выявлено не было, но в большинстве случаев гоблинов отправляли вымыться в ближайшей реке и выдавали им крохотные куски мыла, старую же грязную одежду тут же сжигали на костре.

Не всегда даже купание помогало, и некоторых особо грязных нерях отправляли мыться повторно и даже в третий раз. И когда при проверке замечаний больше не оставалось, новый житель племени Жёлтой Рыбы получал деревянную бирку на шнурке, которую нужно было закрепить на руке или повесить на шею. Бирки мирных поселенцев выдавались двух цветов: фиолетовые, означавшие разрешение на проживание в ныне заброшенном лагере Фиолетовой Рыбы, и чёрные, позволяющие поселиться в пустующем лагере Чёрной Рыбы.

Также бирка давала право гоблину на получение «стартового набора»: безрукавки и грубых штанов или юбки прикрыть наготу, мешочка с парой лепёшек, сушёным мясом и рыбой утолить голод, отреза ткани для пошива нормальной одежды, а также набора инструментов вроде простенького ножа и кирки или топора. Обладатель бирки также получал право на бесплатный обед в походной кухне, которая станет раз в несколько дней навещать новые посёлки для поддержки жителей. Также гоблины получали право работать на общих стройках племени Жёлтой Рыбы за предлагаемую всем работникам плату, торговать добытыми или произведёнными ими товарами, проходить в посёлки орков и находиться там до наступления темноты.

Проблему «нелегальных мигрантов» я сразу постарался пресечь, заранее предупредив гоблинов, что с завтрашнего дня любой лопоухий поселенец, обнаруженный на территориях Жёлтой Рыбы без бирки, будет немедленно доставлен для разбирательства к мэру  ближайшего посёлка, где будет или сурово наказан за неношение или утерю «документа», или казнён, если бирки у него не имелось изначально. Также для разбирательства будут направляться все гоблины, давшие нелегалу приют или немедленно не сообщившие о появлении чужака на территориях племени. Наказанием для таких будет изгнание без права на возвращение или даже казнь, если нелегал успел сотворить на территориях Жёлтой Рыбы что‑то противозаконное. Слушали меня новые подданные предельно внимательно, и я очень надеялся, что после такого предостережения нарушений не случится, и сами гоблины станут следить за охраной восточных границ наравне с дозорными и патрульными орков.

Испытание достаточно долго проходило гладко, но потом всё же всплыли две проблемы. Во‑первых, некоторые горе‑лучники всё же умудрялись промахиваться даже по такой достаточно детской мишени. Давать им второй шанс? Или отправлять восвояси всю группу потенциальных переселенцев, выставивших в армию Жёлтой Рыбы настолько бесталанного стрелка? Вот только не всегда второе было возможно, поскольку опростоволосившиеся гоблины быстро растворялись в толпе таких же тощих и худых соплеменников, и отделить тех, кто ещё не проходил испытание, от тех, кто его провалил, было весьма проблематично. Во‑вторых, я велел заготовить пятьдесят жетонов стрелков и по двести пятьдесят бирок фиолетового и чёрного цвета. И жетоны, и бирки, уже заканчивались, а нераспределённых гоблинов на поле оставалось ещё порядка трёх сотен. Гнать всех лишних в шею? Но это как бы не самый рациональный подход…