Текст книги "Стратег из ниоткуда. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Михаил Атаманов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 45 страниц)

– Хорошо, друзья, я вас понял. И тогда второй не менее принципиальный вопрос: мы встретим основную армию врага в болотных топях на территориях, где наши духи‑хранители не имеют никакой силы, а мы будем в невыгодных условиях? Или дождёмся, пока Борз Пожиратель Змей покинет свою неприступную крепость в скалах и пойдёт в атаку на племена Белого Оленя, после чего полезем на штурм на вертикальные склоны со стороны леса Сильной Девы? Те склоны я осмотрел. Подъемник для нас не запустят, так что придётся карабкаться по почти вертикальным стенам, используя лестницы и прикрываясь щитами от обстрела сверху. Врагу же будет достаточно оставленного в крепости десятка бойцов, чтобы удерживать оборону против всей нашей армии. Очень трудно. Но шанс на успех всё же есть. Особенно при внезапной атаке или под покровом темноты.

– Но чего мы добьёмся, вождь, если ценой огромных потерь всё же возьмём штурмом крепость Борза Пожирателя Змей? – задал вопрос верховный шаман Злыдень Йорго. – Основной его посёлок с жителями находится не на скалах, а ниже в долине, так что потеря крепости не сильно‑то навредит врагу. Но вот основная армия Борза сметёт оставшиеся племена Белого Оленя, пройдёт болотные пустоши и нападёт на наши оставленные без охраны посёлки. Сперва спалит посёлок Горбуна и вырежет всех жителей. Затем та же участь постигнет и посёлок Умной Совы. И даже если перебраться через Безымянную реку и захватить посёлок Сильной Девы враг не сумеет, но и без того наши потери будут недопустимыми!

Справедливое замечание от мудрого шамана, хорошо знакомого с ситуацией. Причём именно такой сценарий войны и был наиболее вероятным, если не остановить основную армию врага ещё на дальних подступах к нашим землям. А потому, как бы мне не хотелось сражаться лишь на знакомых территориях, где нам будет обеспечена поддержка духов‑хранителей, всё‑таки придётся идти на чужие болота. После слов шамана эту позицию поддержали и все остальные.

– Что ж, я вас понял, друзья. Позови сюда наших гостей, – попросил я одного из десятников. – Объявим им наши условия, а заодно попытаемся понять, сколько времени у нас имеется в запасе. Потому как если Борз Пожиратель Змей ещё не выступил и лишь занимается подготовкой к новой войне и вооружением своей возросшей армии, то ситуация для нас может сильно упроститься.

– Но что может произойти, вождь? – раздалось сразу несколько удивлённых голосов.

– Потенциально через трое‑четверо суток мы сможем получить много‑много гоблинов, которые слабы, но способны держать лук со стрелами и стать нашими глазами на всех болотах. А кроме того, именно на случай войны с Борзом Пожирателем Змей я договаривался с эльфийским князем Рода Речной Крысы, и Эрагор Знающий Лес пообещал прислать полсотни своих прославленных лучников. Эльфов в любом случае я намереваюсь призвать на помощь, так что, Диасса Ловкая Лань, самое время для разговора с дядей!

Глава двадцать первая

Чума и старая знакомая

Посланники рода Белого Оленя выслушали требование об объединении удивительно спокойно, без истерик и заламывания рук. У меня даже сложилось впечатление, что они заранее предполагали именно такой ответ Жёлтой Рыбы на отчаянную просьбу о помощи. Но вот реакция представителей трёх племён на предложение оказалась всё же различной. И если племя Хеша Сипухи моментально приняло моё условие, а молодой сын вождя Юш Тощий тут же поинтересовался возможностью переселения всех сорока трёх жителей, оставшихся в живых после кровавых вражеских набегов, подальше от зоны боевых действий, то вот другие посланники оказались не столь сговорчивыми.

– Мне нужно поговорить с вождём, так как сам я настолько важный вопрос решить не могу, – ответил скрипучим голосом древний, просто разваливающийся на ходу, шаман племени Рябого Уйза.

– Мы готовы сражаться бок о бок и щедро заплатить Жёлтой Рыбе за помощь в войне. Но не согласны склонить головы и подчиниться никому, будь то Борз Пожиратель Змей или Альвар Завоеватель! – таков был ответ посланников племени Оора, наименее пострадавшего от войны и вражеских набегов.

Что ж, как говорится, насильно мил не будешь, и я не стал настаивать на поглощении племени Оорза. Зато пообещал завтра же сам лично явиться к вождю Рябому Уайзу для деловой беседы и обсудить с ним перспективы сотрудничества. Племени же Хеша Сипухи, готовому прямо сегодня влиться в Жёлтой Рыбу, предложил для переселения наиболее удалённый от зоны боевых действий посёлок Сильной Девы. Да, я верил в мудрость женщины‑мэра Ийи, которая не откажет сорока новым поселенцам, те же в ответ будут безмерно ей благодарны и постараются честным трудом оправдать оказанное доверие. Достойную должность прежнему вождю и его сыну мэр также найдёт, чтобы они не чувствовали себя ущемлёнными, а воинов я намеревался взять себе. В племени Хеша Сипухи после всех передряг в строю осталось лишь восемь сильных орков, но даже такая небольшая прибавка новых ятаганов для моей армии тоже была приятным итогом – курочка по зёрнышку клюёт, как гласит известная поговорка.

С Ийей же я намеревался в ближайшие дни встретиться. Не только с целью узнать, как прошло расселение беженцев, но и серьёзно поговорить на очень деликатную тему. Дело в том, что хоть мои советники и посчитали штурм крепости Борза Пожирателя Змей опасной и бесперспективной авантюрой, я всё равно не выбрасывал эту идею из головы. Меня тревожило, что если мы будем побеждать армию Борза на болотных пустошах, в чём я практически не сомневался, то хитрый и осторожный вождь просто‑напросто отступит со значительной частью воинства, как уже происходило прошлой осенью, и укроется в своей неприступной крепости.

Оттуда их будет не выковырять никакой силой, припасов же моему врагу хватит, чтобы переждать даже очень долгую осаду. Возникнет дурацкая патовая ситуация, при которой окончательно победить я не могу и вынужден буду, позабыв обо всех других делах и желании расширять владения Жёлтой Рыбы по другим направлениям, постоянно держать армию возле осаждённой крепости. Причём разделив моё войско на две части, чтобы Борз не мог ни выйти с северного входа, ни спуститься на подъёмнике в лес Сильной Девы, где его бойцы способны были натворить бед. Вариант того, что Борз Пожиратель Змей сбежит ещё до боя и укроется в своём горном убежище, когда увидит реальную численность противостоящего ему воинства, тоже нельзя было допускать, так что показывать всю мощь Жёлтой Рыбы было никак нельзя.

Вот только имелась у моего врага одна уязвимость, которой я намеревался воспользоваться. Борз Пожиратель Змей до сих пор полагал племена Мудрого Филина подчиняющимися ему, и в таком заблуждении мой враг мог оставаться до очередного направления своих сборщиков дани на подконтрольные территории, а это ещё две или три седьмицы. С вождём племени Сильной Девы Борз был хорошо знаком и полагал мускулистую орчиху своей послушной подчинённой. А потому я хотел попросить Ийю, взяв с собой пяток бойцов, которых Борз и его орки также хорошо знали, под любым предлогом проникнуть во вражескую крепость – или упросив спустить для них грузовую платформу, или обойти гряду скал дальним путём.

Зачем мне вообще это было нужно? Как минимум, чтобы разузнать планы врага: срок нападения на племена Белого Оленя и направление главного удара, чтобы именно там встретить вражескую армию. А ещё я хотел попросить Ийю хитростью ослабить врага, уговорив Борза направить десяток‑другой орков для охраны её посёлка Сильной Девы, которому якобы что‑то угрожает. Этих вражеских бойцов встретили бы мои подготовленные ребята в количестве как минимум сотни… после чего к Борзу никто из его подчинённых уже бы не вернулся.

Минус десяток‑другой берсеркеров – достаточно серьёзный удар для армии в сто пятьдесят клинков, и миссию Ийи на этом можно было бы считать успешной. Но самым идеальным вариантом я видел тот, при котором Борз Пожиратель Змей позволил бы отряду орков Сильной Девы остаться в его крепости. Хотя бы на ночь, а то и вообще оставил бы вассалов охранять свою крепость на всё время военной кампании против Белого Оленя. Под покровом ночи орки Сильной Девы обезвредили бы немногочисленных ночных патрульных, скинули бы верёвки и помогли подняться моим штурмовикам, а то и вовсе спустили бы для них грузовую платформу. Впрочем, на столь критическую ошибку вражеского вождя я не особо рассчитывал, но вот на ослабление армии Борза и утечку его военных планов всё же надеялся.

* * *

С гоблинами я пообщался в этот же день и, нужно честно признаться, произвели они на меня жалкое и удручающее впечатление. Мелкие, человеку примерно по пояс, тощие и дрожащие то ли от слабости, то ли страха перед суровым вождём орков. В откровенном рванье вместо нормальной одежды и все какие‑то забитые, боящиеся даже глаза поднять, не то что лишнего слова сказать. С учётом того, что мои орки их два дня усиленно откармливали перед этой встречей, мне даже страшно было представить, какими их застал мой посланник Суэн Охотник. Я рассматривал гоблинов из своего шатра, меня же они пока что не видели, с тревогой ожидая появления сурового и могучего вождя орков, от которого будет зависеть их жизнь. И я постарался произвести должное впечатление, надев новую только сегодня полученную боевую броню, взяв в руки магическую глефу и даже разрисовав лицо чёрными полосами «боевой раскраски».

– Диасса Ловкая Лань, встанешь справа от трона. И вообще, с этого самого дня это будет твоё место во время всех официальных переговоров. Не беда, что поначалу не будешь понимать ни слова. Просто с важным видом кивай при моих словах и делай суровое лицо. Луана, обычно слева стоит травница Фелна, но старуха ушла в лес обучать свою преемницу поиску лекарственных трав, так что стой слева и изредка как бы невзначай подсвечивай свой витой магический посох. Уголёк, встанешь позади трона с тяжеленной кувалдой в лапах, скаль клыки и грозно рычи, ну и старайся в зубах во время аудиенции не ковыряться.

На гоблинов у меня были очень большие планы, а потому я боялся разочаровать пришедших, вместо огромного и могучего орка обнаруживших обычного человека. Но мои опасения оказались напрасными – стоило мне выйти из шатра и усесться в резное кресло вождя, как орки закричали «Альвар! Альвар!», а все двенадцать гоблинов дружно рухнули на колени и уткнулись лбами в землю. Похоже, я перестарался с подготовкой…

– А ну‑ка быстро подняли морды и встали! Не могу же я разговаривать с вашими лысыми затылками! – приказал я нарочито суровым голосом, да ещё и Уголёк усилил впечатление своим рыком, так что гоблины поспешно вскочили, ещё сильнее дрожа от страха.

Я откинулся на спинку кресла и неторопливо осмотрел эту жалкую трясущуюся группу. Мда… трудно будет сделать из ЭТОГО бойцов. Такого же мнения придерживалась и эльфийка Диасса Ловкая Лань, которую я попросил поделиться своими впечатлениями о потенциальных новобранцах. Целительница Луана же вдруг нахмурилась и обратила моё внимание на стоящую крайней справа мелкую гоблинскую девчонку, которая шаталась от слабости и чувствовала себя похоже не совсем хорошо, судя по каплям пота, обильно проступившим на лбу и щекам.

– Не нравится мне её вид, Альвар! Это не просто слабость. У девчонки сильнейший жар и мутный пот. И неестественный для гоблина цвет кожи, как будто более светлый с жёлтым оттенком. Симптомы весьма похожи на жёлтое поветрие, эпидемии которого несколько раз проносились по территориям южнее Внутреннего моря, оставляя целые города обезлюдевшими. Преподобная мать Ванда перед поездкой в эти края особенно предупреждала нас обращать внимание на такие вот опасные симптомы.

– Это вообще лечится? – сразу же уточнил я, на что целительница неуверенно ответила, что «в принципе да, но только если действовать решительно и не терять времени». И что «теорию она знает, поскольку всех молодых жриц Матери‑Живицы инструктировали перед поездкой в регион, граничащий с дикими землями, откуда в прошлом приходила чума». И что страшный диагноз нужно сперва подтвердить, осмотрев подозрительную девочку, а для этого увести её в шатёр лазарета, пока она не заразила всех вокруг жуткой смертельной болезнью или не померла прямо тут.

– Ты! – указал я рукой на эту ушастую девочку с огромными янтарно‑оранжевыми глазищами, шатающуюся от слабости и едва не теряющую сознание. – Ты похоже больна, так что пойдёшь сейчас с целительницей в лазарет, где моя советница тебя осмотрит и назначит лечение. Внимательно слушай мудрую жрицу Матери‑Живицы и выполняй всё, что она говорит, и вскоре выздоровеешь.

Девчонка послушно кивнула, и на её глазах проступили слёзы. Когда эта парочка удалилась, я обратился к оставшимся гоблинам.

– Вы знали, что девочка из вашей группы заражена смертельной болезнью, но всё равно привели её ко мне. Зачем? Вы хотели меня убить?

И снова гоблины рухнули на колени, склонив головы к самой земле. Один из них, не поднимая головы, принялся отвечать.

– Никак нет, владыка Альвар! Эта девочка сирота из опустевшего маленького поселения у горного ручья, зовут её Лайя. Её родственники погибли зимой от голода, а всех соседей увели в полон великаны, она одна уцелела. Но знахарь и шаман осматривали девочку, как принято в наших краях, прежде чем давать кров кому‑то чужому, и не увидели никаких признаков проклятия или болезни. Да и жила Лайя вместе с другими уже давно, и не было с ней ничего странного.

– Владыка, девочку могли укусить, когда на нашу группу напала нежить у старых развалин. Плохое то место, мы обычно не ходим к старым постройкам, но твои орки настояли. И всё закончилось плохо, много гоблинов там погибло. А Лайя убежала, но наверное скрыла то, что её укусили – боялась, что её в таком случае бросят. И она сама пошла за твоими посланниками, никто её не тянул. Не было злого умысла с нашей стороны. Не убивай нас, владыка!

В это время вернувшаяся Луана сообщила, что осмотрела гоблинскую девочку и по всему её телу обнаружила набухшие и гноящиеся язвы, характерные для жёлтого поветрия. А потому никаких сомнений больше нет: в посёлок Умной Девы пришла чума, способная уничтожить тут всё живое.

Луана сказала, что отныне вход в лазарет должен быть закрыт – никто не должен входить в лекарский шатёр, а тем более потом выходить из него. Все ближайшие к лазарету шатры должны быть освобождены жителями и окурены дымом. Внутри же самого лазарета останутся только больная и лежащий в другой комнате со сломанной ногой искусанный зомби Суэн Охотник, за которым также требуется наблюдение, поскольку этот орк может быть заражён. Уход за этими двумя пациентами будут осуществлять целительница и её немая служанка Хани, которая пришла убраться и контактировала с больной. Ну и ещё возможно потребуется Фелна, поскольку без помощи опытной травницы тяжёлую хворь не одолеть, да и кто‑то должен приносить еду.

– Помолись за меня, Альвар! – попросила бледная, но старающаяся держаться уверенно и даже вымученно улыбающаяся целительница. – Извини, но уроков грамоты в ближайшие дни не будет. Увидимся через две седьмицы, если Мать‑Живица и её сестра Морана будут ко мне милосердны.

* * *

Вот тебе и поговорил с гоблинами… Было сильнейшее искушение выместить свою злость на группе беженцев, принёсших в племя Жёлтой Рыбы смертельную заразу и подвергших опасности сотни жизней. Хотя умом я понимал, что гоблины ни в чём ни виноваты, да и зеленокожие беженцы стояли предо мной перепуганными, похоже уже мысленно распрощавшись со своими жизнями.

– Слушайте меня внимательно! Сейчас все вы скинете одежды, и мои помощники осмотрят вас на предмет укусов и язв от страшной болезни. И если вы чисты, я забуду этот инцидент, не буду лютовать и рубить ваши головы, хоть вы и принесли в мой дом страшную болезнь.

Мои орки обнажили оружие, готовые пустить его в ход при малейшем неповиновении. Но все одиннадцать гоблинов послушно разделись донага и позволили себя осмотреть. Всё оказалось чисто – хоть шрамов на них хватало, но это были следы старых травм и ран.

– Можете одеться. Насколько понимаю, вы все из разных посёлков. Так ведь?

Быстрый опрос подтвердил мои слова, одиннадцать гоблинов представляли семь различных посёлков, в том числе два очень больших с населением более тысячи жителей каждый.

– Возвращайтесь в свои дома и объявите соседям, что вождь орков Альвар Завоеватель согласен дать голодным гоблинам кров и работу, но примет не всех. Каждый ваш посёлок должен поставить в мою армию гоблинов, умеющих хорошо обращаться с луком и стрелами, но при этом не падающих от дряхлости и готовых ежедневно тренироваться. За каждого умелого стрелка от посёлка я согласен принять ещё десять других гоблинов, которым дам крышу над головой и обеспечу работой. И вот сейчас слушайте меня особенно внимательно. Всего мне нужно не более пятидесяти стрелков и, соответственно, готов я принять до полутысячи поселенцев‑гоблинов. Поэтому кто из ваших соседей не успеет прибыть ко мне, тот вынужден будет возвращаться обратно ни с чем, будь он хоть трижды прославленным лучником или умелым мастером. Вы все меня поняли? Тогда почему до сих пор стоите и теряете время? Бегите со всех ног домой, чтобы именно вы и ваши друзья смогли попасть в число счастливчиков!

Гоблины с радостным писком дружно развернулись и бросились бежать на восток. Слушавший мою пламенную речь уже оправившийся от ран Гы Безжалостный Убийца криво усмехнулся и сказал, что лично он на месте этих гоблинов поубивал бы других, чтобы для него и его друзей места гарантированно хватило. Костолом после слов Гы усмехнулся и заявил примерно то же самое.

– К счастью, не все настолько злые и кровожадные, как вы двое. Да и гоблины в целом не столь уж свирепые и жестокие, как могучие орки. Так что они будут просто соревноваться в беге, а завтра ещё до полудня мы увидим первые группы новых поселенцев.

* * *

О чуме я знал очень мало, поскольку в моём мире с такой напастью люди уже давно не сталкивались. Но всё равно понимал, что предложенных Луаной мер противодействия недостаточно, да и заражённая чумой палатка в самом центре посёлка с населением в четыреста с лишним жителей – крайне неудачное соседство. А потому велел поставить далеко в лесу, где ранее проводилась вырубка деревьев, три отдельных больших шатра и окружить их валом из колючих веток, чтобы никакой дикий зверь или любопытный ребёнок не пролез в опасное место. Приказал обеспечить этому лагерю круглосуточную охрану из четырёх орков‑охотников с приказом немедленно стрелять на поражение в любого, кто вздумает нарушить карантин.

В первый шатёр велел перенести на носилках Суэна Охотника и больную гоблинскую девочку, ни в коем случае не прикасаясь к ним и укрыв по дороге тканью, морды же всех носильщиков обмотать тряпками. Эти тряпки, носилки, как и всю одежду больных и носильщиков велел непременно сжечь после транспортировки. Во второй шатёр приказал поселить троих разведчиков, вернувшихся вместе с Суэном Охотником из похода на восток, а также членов их семей и всех, с кем эти орки близко контактировали. Таких в сумме набралось одиннадцать. От Луаны я уже знал, что симптомы жёлтого поветрия проявляются в течение первых трёх‑семи дней, так что если находящиеся под подозрением орки окажутся чистыми, их можно будет освободить через седьмицу.

Третий шатёр предназначался для проживания заботящихся о больных Луаны, её служанки Хани и старой травницы Фелны. Последней запрещалось непосредственно контактировать с заражёнными, но старуха должна была готовить настойки и отвары из припасов, которые станет приносить к лагерю её юная ученица‑преемница. Целую гору заказанных Фелной связок трав, как и жаровню, инструменты и дрова, мои орки сразу же доставили в «карантинный лагерь».

Все эти приготовления и перемещения заняли весь остаток дня и отняли кучу нервов, так что к ночи я просто с ног валился от усталости, хоть и ощущал некоторое облегчение от того, что сделал для безопасности племени всё, что мог. Нет, имелся конечно и другой, более радикальный вариант решения проблемы, шёпотом подсказанный мне Костоломом: нет заражённой гоблинской девчонки и вернувшихся из опасного похода орков, нет и опасности чумы для всех остальных, особенно если тела сразу сжечь. Но всерьёз рассматривать это предложение я не стал, поскольку, как говорила дочь богини смерти, это «противоречило моим убеждениям».

Вечером я поговорил через колючую изгородь с Луаной и заверил храбрую девушку, что ценю её граничащее с самопожертвованием решение помогать чумным пациентам, и что буду регулярно её навещать. И уже в темноте, едва не падая с ног от усталости, добрёл до своего шатра с единственным намерением свалиться на кровать и моментально уснуть. Но… по зажжённой масляной лампе, трём кружкам чая на столе и букету цветов понял, что у меня похоже ночной гость, или скорее гостья. Неужели Диасса Ловкая Лань не ушла в тренировочный лагерь и осталась ночевать в моём шатре? Такое решение гордой эльфийской девушки резко не соответствовало её обычному поведению, но именно такая мысль первой пришла мне на ум.

Я осторожно заглянул за штору из шкур, отгораживающую дальнюю часть шатра и… закричал от счастья, не сдержав эмоций. На стуле возле моей кровати в одежде из старых тряпок и древесной коры сидела скрюченная и сухонькая фигура, которую я моментально узнал. Кирена – моя знакомая кикимора! Первое существо в мире Элаты, которое поверило в меня и признало как своего хозяина! Домовой Хельмут крутился рядом со своей давней подружкой, пытаясь ей угодить и показывая свою коллекцию украденных ножей и ложек.

– Кирена, как же я рад тебя видеть! Но как ты меня нашла за тысячу миль от королевства Брена?

– Почувствовала весн‑ной твоё появлен‑ние, хозяин‑н. И пошла в ту сторон‑ну. Долго шла. Горы пересекла, где крепость была, в которой тебя в прошлый раз н‑нашла. Потом море долго обходила по берегу. Гадкие кобольды отобрали у мен‑ня корзин‑ну с подарками, которую для тебя русалки Лерея и Вин‑нелла собрали. Теряла твою метку два раза, совсем уж было отчаялась. Н‑но дошла. И вот я здесь, хозяин‑н!

Я поднял на руки её сухонькое и очень лёгкое тело, крепко прижав к себе и долго не выпуская. Домовой даже заревновал и стал проявлять нетерпение, недовольно пыхтя, так что я посадил кикимору обратно на стул.

– Хельмут, даю тебе важную задачу: хорошенько откормить нашу путешественницу, а то лишь кожа да кости остались. А ещё нужно будет сшить новую одежду для Кирены, хорошую ткань завтра принесу.

Хельмут подёргал меня за рукав, привлекая внимание, и указал на рулон ткани на полу. Понятно, домовой уже украл материал для своей подруги. Ругать его я, конечно, не стал.

– Сегодня и завтра отдыхай, Кирена, а затем приступай к своим обычным обязанностям. Порядок в шатре нужно поддерживать, воды чистой приносить каждое утро, да и подстричься и побриться мне давно уже пора, а никому кроме тебя доверить скоблить моё горло острым ножом я не могу.

– Всё сделаю, хозяин‑н! А если н‑нужно, ещё кикимор призову помогать. Их мн‑ного живёт поблизости н‑на болоте, от н‑них и узн‑нала, где имен‑но тебя искать.

Надо же! А я сколько ни смотрел, не видел ни одной кикиморы ни на обширных северных пустошах, ни на южных болотах.

– Да, зови всех, кого увидишь, найду им работу. Нечего кикиморам мёрзнуть на болотах, когда вы такие полезные, исполнительные и трудолюбивые. А ещё невидимые…

Я замолчал на полуслове, поскольку неожиданно понял, что вовсе необязательно именно орчихе Ийе и её бойцам рисковать и оставаться в крепости Борза Пожирателя Змей на ночь, чтобы скинуть верёвку. Им достаточно лишь проникнуть в крепость, узнать планы врага и провести с собой невидимый диверсионный отряд, который всё сделает в лучшем виде. И верёвку ночью скинет. И подслушает разговоры врага. Да и яд, если потребуется, кому надо в похлёбку подсыплет. Определённо с возвращением Кирены у меня развязались руки, отныне я мог действовать более решительно и с большей фантазией!

Глава двадцать вторая

Объединить север

На следующее утро вместо обычной тренировки я велел десятникам проверить оружие подчинённых и при необходимости заставить заточить, бойцам же надевать боевую броню и готовиться к маршу. Сперва в сторону посёлка Горбуна у Бездонного озера, где последует короткая остановка на отдых и завтрак, за время которой посланные вперёд разведчики проверят тропы через опасные пустоши севернее озера. После чего основная армия пройдёт ничейные пустоши и вступит на чужую землю рода Белого Оленя. И вот там уже всем нам придётся проявлять максимальную осторожность, поскольку как поведут себя хозяева территории при появлении многочисленного войска Жёлтой Рыбы, заранее предугадать было трудно.

Если проживающее ближе всего племя Оора на нас нападёт, мы показательно сметём врага и сожжём домашний посёлок этого племени. Но если бойцы этого племени не станут нам мешать, то их посёлок мы проигнорируем и проследуем дальше без остановки, поскольку нашей основной целью является посёлок племени Рябого Уйза. Их представитель вчера на переговорах заметно колебался и даже признался, что сам не против объединения с Жёлтой Рыбой и будет убеждать вождя принять это требование, поскольку только в объединении с сильным соседом видит шанс уцелеть. В войске Рябого Уйза всего двадцать пять сильных бойцов‑берсеркеров, а потому имелся неплохой шанс, что вождь всё же проявит благоразумие при виде шестикратно превосходящей в численности армии и не станет воевать. Тем более, что мы этому племени вовсе не враги и пришли с предложением помощи.

Вышли через полчаса, причём я не стал ехать верхом, а пошёл пешком наравне с другими бойцами. Несколько переживал по поводу массивного Чевуха, ранее всегда тормозившего войско, но сегодня брат Умной Совы, сбросивший за время интенсивных тренировок килограммов сорок как минимум, пока что выдерживал темп, хотя и было видно, как тяжело это тучному орку даётся. А потому я попытался его приободрить.

– Обещал твоему брату Чавуху поймать для вас ездовых дугаров. Твой брат не дожил, пав в сражении на западном берегу. Но дугары уже пойманы и приручаются. Думаю, через седьмицу уже сможешь опробовать себя в верховой езде на этих огромных носорогах.

– Спасибо, вождь! Я помнил твоё обещание и работал на тренировках, как проклятый. И после окончания занятий каждый день самостоятельно тренировался с гирями и штангой. Уже могу брата Топа пронести на плечах вокруг полигона, но пока что только дважды.

Уголёк постучал себя кулаком в грудь, и я обернулся к чёрному огру.

– Помню‑помню. Один дугар будет твоим. Уже предвкушаю, насколько же огромным и пугающим ты будешь выглядеть верхом на громадном носороге!

Без происшествий мы добрались до Бездонного озера и после короткого отдыха двинулись на нейтральные земли. Нужно отметить, что с момента моего последнего посещения северных пустошей ранней весной, когда я победил тут страшного магического кайпи, на этой обширной территории стало заметно суше. Идти теперь стало возможно не обязательно по колени в вязкой болотной жиже, да и вообще лишь в паре мест потребовалось слегка намочить обувь. Безжизненный же чёрно‑серый ландшафт сменился жизнерадостным зелёным ковром, полным ярких оранжевых, синих и красных цветов. Щебетали птицы, повсюду я замечал следы зверей, в том числе достаточно крупных. Даже не скажешь сразу, что шли мы по ненужной земле, на которую никто до меня не претендовал.

– Стоять!!!

Я предупреждающе поднял руку, велев колонне орков прекратить движение, и сошёл с показанной разведчиками безопасной тропы. Подошёл к корявому засохшему дереву, похоже не выжившему в столь трудной болотной местности, и дотронулся рукой до потрескавшейся коры.

– Так и знал. Ты ведь древень на самом деле? Сильная хищная нечисть, маскирующаяся под дерево и поджидающая неосторожную добычу. Я понял это, поскольку встречал уже подобных тебе.

Подозрительное дерево молчало и не шевелилось, так что у меня даже зародилось подозрение, что я ошибся. Но я всё же продолжил монолог.

– По своему опыту знаю, что вы сильные, крепкие и верные защитники, да и передвигаться можете весьма быстро, если это требуется для дела. Мне как раз такие охранники нужны, и я готов вас нанять. Тут на болотах наверняка есть и другие подобные тебе древни. Приходите к ночи к воротам южного посёлка у большого озера. Я предупрежу проживающих там орков, чтобы вас не обидели и накормили хорошим мясом и вкусной рыбой. Там сегодня ночью и поговорим.

Древень ничем не выдал того, что услышал и понял мои слова, да и вообще не выпал из образа сухой мёртвой коряги, но я всё же надеялся на то, что моё предложение будет передано остальным, и болотная нечисть прийдёт на указанное место.

– Уголёк! Положи под корни этой деревяшки несколько рыбин из тех, что выдали тебе в дорогу орки посёлка Горбуна. И затем догоняй остальных.

Я вернулся в строй и приказал колонне двигаться дальше. Подошедшая эльфийка Диасса Ловкая Лань, не понявшая ни слова из той речи, что я произнёс на языке орков, поинтересовалась причиной недавней остановки. Мои слова про болотную нечисть эльфийку удивили.

– Я слышала от старших про живые деревья, но ни разу за более чем сто лет жизни не встречала. И полагала их не более чем сказкой, предназначенной отпугивать малышей от самостоятельных прогулок по лесу. Так значит, вот как они выглядят… – эльфийская охотница обернулась и рассмотрела оставшуюся вдалеке корягу. – Ни за что не понять, что это не просто погибшее дерево. Я таких десятки и сотни видела в лесу у Стылого ручья, да и возле родного посёлка. Неужели они все древни?

– Не все, но какая‑то часть точно.

За разговорами мы прошли ничейные пустоши, из интересного встретив разве что стадо дугаров численностью в десять особей, да повстречав грибников племени Оора. Последние при виде чужой армии побросали тяжёлые корзины и со всех ног бросились бежать, а вскоре мы услышали звон сигнальной колотушки. Посланные вперёд разведчики, в том числе конники Мансура, сообщили о переполохе в чужом лагере, в котором закрыли ворота и спешно готовились к отражению штурма – на угловых вышках толпились лучники, а по всему периметру стояли вооружённые чем попало орки.

Моё воинство прошло на расстоянии менее двух полётов стрелы от стен посёлка Оора, позволив перепуганным защитникам рассмотреть нас во всех деталях. Судя по тому, что ворота остались заперты, а по нам никто не стрелял, бойцы Оора получили приказ сидеть смирно и не провоцировать проходящее мимо войско, что нас вполне устраивало. По хорошо заметной дороге, ведущей меж ухоженных полей на северо‑запад, мы двинулись дальше и примерно к полудню прибыли на место. В лагере Рябого Уйза орки тоже приготовились к нападению, но моментально расслабились и даже открыли ворота, когда я назвал себя и сообщил, что прибыл на переговоры с вождём, о чём вчера предупреждал их шамана.