Текст книги "Стратег из ниоткуда. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Михаил Атаманов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 45 страниц)

– Ну… – Глеб прислушался к своим внутренним ощущениям и неожиданно понял, что суровый наставник прав. – Есть такое…

– Вот‑вот. Как пройдешь испытание демоническим камнем и получишь первую ступень возвышения, а затем через год‑другой вторую, удерживать тебя в монастыре Первой Ласточки никто уже не будет, да и не сможет. Но можешь поверить моему богатому опыту, Рыжий Глеб, что к тому моменту ты уже сам по доброй воле будешь проводить всё время в медитациях и тренировках или ходить за старшими мастерами и упрашивать их обучить тебя новым приёмам. Таков уж путь возвышения – он тернист и труден, и даётся лишь тем, кто сам пожелал по нему идти. Но вставший на это путь однажды уже не останавливается на полпути, а стремится пройти его целиком и возвыситься до уровня богов!

Мастер Золотой Лунь наконец‑то открыл глаза, которые держал сомкнутыми с самого начала разговора, и после паузы продолжил.

– Но есть и кое‑что ещё, что заставляет всех нас торопиться с твоим обучением, Рыжий Глеб. Далеко‑далеко на юге, практически на самой границе искажённых земель или даже за пределом, происходит что‑то необычное. Настолько необычное, что заставляет тревожиться наших братьев из других монастырей Урси, а в последнее время ещё и магистров Ордена Порядка. За высокогорным Рыжим озером наблюдается всё возрастающая магическая активность. Агенты Ордена Порядка пытались выяснить причину аномалии, искали следы обитающего возле озера могучего магического зверя, но ничего не нашли. И постепенно склоняются к мысли, что причиной искажения магического фона может являться скрывающийся в тех краях сильный демон.

При упоминании демона Глеб кисло скривился, поскольку слышал про них от наставников, и не раз. Омерзительные твари, которым не место в мире людей, но с которыми крайне трудно бороться из‑за их специфической магии, отравляющей и меняющей пространство. Сотни или даже тысячи бойцов Урси прошлого погибли в бескомпромиссных сражениях семивековой давности, пытаясь остановить демоническое вторжение, но зачастую даже мастера пятой и шестой ступени возвышения – элита из элит человечества – не могли противопоставить неудобному противнику вообще хоть что‑то. Сильные, коварные, способные менять облик и подстраиваться под каждого противника, а ещё невообразимо живучие и умеющие восстанавливаться даже после того, как их тело разрубили на куски. Кто‑то из великих мастеров прошлого седьмой ступени возвышения, имя которого монахи Первой Ласточки никогда не произносили вслух и называли не иначе как Предателем, настолько пал духом от потери друзей и невозможности победить, что даже перешёл на сторону противников человеческой расы. Так что если там за Рыжим озером и вправду демон, то это очень плохая новость для всех обитающих в Элате народов.

– До полноценного демонического прорыва ещё много лет, – продолжил свой рассказ Золотой Лунь, но готовиться к нему нужно начинать уже сейчас. Никто не сражается с демонами настолько успешно, как призванные герои, это признают по всей Элате. Вот только и среди героев прошлого смертность была высочайшая, и выживали в сражениях с демонами только самые подготовленные. Но ты не просто герой, Рыжий Глеб, а герой, вставший на путь возвышения Урси, так что потенциально силён вдвойне. Ты способен выжить, но для этого должен выкладываться на тренировках изо всех сил и обязательно получить до прорыва демонов третью ступень возвышения. Конечно, лучше бы четвёртую, открывающую персональные боевые техники, с ними твои шансы выживания возросли бы многократно. Вот только, боюсь, пройти долгий путь до четвёртой ступени возвышения ты банально не успеешь…

* * *

Наконец‑то весна стала вступать в свои права. Давно прекратились ночные заморозки, так что даже отопительную печь‑буржуйку в шатре вождя я попросил домового Хельмута больше не топить, поскольку внутри становилось слишком жарко. Холмы и равнина покрылись ковром изумрудно‑зелёной травы. Лес немного запаздывал, но и там набухли и уже распускались почки, а остатки потемневшего сырого снега можно было встретить только в самой чащобе. Откуда‑то и на равнинах, и в лесу, в обилии появились мелкие яркие птички, и их звонкие трели, а также вспархивающие из кустов стайки, сопровождали каждый мой поход.

Собиратели племени Жёлтой Рыбы трудились в середине весны, не покладая рук, огромными корзинами притаскивая в посёлки Горбуна и Умной Совы годящиеся в пищу перья дикого лука, свежие побеги черемши, а также сочные фиолетово‑зелёные листья, которые орки в мелконарезанном виде добавляли во все блюда, начиная от салатов и заканчивая ухой и мясной похлёбкой. Даже в утренний чай травница Фелна эти листья пыталась класть «чтоб дети не болели после зимы», пока я не попросил старуху так не делать, по крайней мере в чае для меня, поскольку вкус напитка становился непривычным, и невольно накатывали воспоминания об отравлении предыдущего вождя.

В лесу же в огромном количестве появились сморчки и другие годящиеся в пищу весенние грибы, так что однообразный «зимний» рацион ощутимо пополнился, и мясо в нём теперь составляло лишь небольшую часть. Но именно с грибами, а точнее с правами на территории их сбора, и возник неожиданный конфликт с эльфами Рода Речной Крысы.

Признаться, я уже начал забывать про существование остроухих соседей, поскольку эльфы давно не показывались в спорном лесу у Стылого ручья, а тем более южнее ручья на орочьей территории. Да и не до эльфов совершенно было, поскольку объединённое племя требовало много внимания, и конфликты между орками в двух крупных поселениях возникали по любому поводу. Мне же как вождю приходилось разрешать эти бесчисленные споры, иногда расселяя соседей и даже, был один случай, изгоняя из племени молодую воровку, повадившуюся таскать чужие вещи из оставленных без внимания шатров. Девчонку было откровенно жалко, поскольку шанс выжить у такой в дикой природе был минимальным, но это был далеко не первый случай воровства, а все предыдущие уговоры, штрафные работы и даже публичное наказание розгами на неё не подействовали.

Да и на дипломатическом уровне вождю было чем заняться. Я посетил посёлок Сильной Девы и пообщался с действительно колоритной клыкастой бабищей по имени Ийя, которая не то что коня на скаку, а слона могла остановить и завязать тому хобот узлом. В своём племени правила Ийя железной рукой и, хоть и имела формального мужа, чтобы избежать пересудов насчёт «ничейной женщины», но мне показалось, что тщедушный муж‑плотник даже боится к ней лишний раз приближаться. Меня Ийя с предложением об объединении племён и переходом всех земель западнее широкой реки под её управление в качестве мэра  внимательно выслушала, но попросила время подумать. Осторожной орчихе не нравилось, что за освобождение от гнёта племени Борза Пожирателя Змей и получение обширных земель ей придётся передать вождю всю армию племени Сильной Девы до последнего бойца и лишиться независимости во «внешней политике» и некоторых других вопросах. Впрочем, явного отторжения моё предложение тоже не вызвало, и это можно было считать определённым успехом.

Также я вызволил с острова посреди Бездонного острова застрявших там бойцов, подозрительно не голодных, несмотря на прошедшие три дня. Среди новичков оказалось много раненых, так что у единственной целительницы прибавилось работы, да и психологическое состояние некоторых вызывало серьёзные опасения, тем не менее, я выполнил данное ранее слово и принял всех. И даже успел провести пару‑тройку полноценных тренировок, в которых принимала участие почти сотня бойцов племени Жёлтой Рыбы. И объяснил новичкам свои планы насчёт строительства цивилизованного государства орков, а также свою резко негативную позицию по поводу грабежей покорённых посёлков и устраивания там кровавой резни.

Да, это тоже являлось проблемой, поскольку многие орки для того и шли в бойцы, чтобы временами выплёскивать свою ярость и жажду крови, да и видели в своей профессии способ обогащения во время именно таких вот рейдов на соседние племена. Мы же, хоть покорили или поглотили уже восемь племён, никого до сих пор не разграбили, так что ворчливые жёны уже начали пилить своих мужей, что те не приносят в дом ничего ценного. Даже в посёлках Аара, Рюна Крушителя и Пьющего Кровь Дака, жителей которых мы насильно переселили на восточный берег, я категорически запретил мародёрство, и вернувшиеся жители потом сами забирали своё имущество. И были очень удивлены тем, что и сами шатры, и всё находящееся в них имущество, остались нетронутыми.

При первых же слухах о растущем недовольстве среди бойцов я провёл совещание со своими командирами и, пока огонёк недовольства не перерос в полноценный пожар, пообещал решить проблему. Для начала объявил, что с этого самого дня назначаю бойцам стабильную «зарплату», причём как в принятых у орков ценностях вроде звериных шкур или соли, так и в монетах, которые орки смогут потом обменять на всё необходимое, когда наладится стабильная торговля. Размер оплаты будет зависеть от ранга бойца – десятники и вообще командиры станут получать предсказуемо больше рядовых орков, а также от степени риска. Так, берсеркеры и штурмовики тяжёлой пехоты, а также «элита» из поединщиков племени, достойны повышенных выплат. А чтобы вообще был стимул сражаться, а не просто получать выплаты в мирное время, пообещал ввести «боевые» из специального фонда, который будет формироваться за счёт трофеев и их реализации. Отдельные «премии» я обещал платить отличившимся бойцам за проявленное геройство в бою, а также за чёткое выполнение трудных задач.

Слушали меня командиры орков, открыв рты от удивления и задумчиво почёсывая лысые головы, поскольку ничего подобного в орочьих племенах отродясь не было. Но выходили с совещания с вождём они окрылёнными, горящими желанием поделиться новостями со своими бойцами. Я же осторожно надеялся, что после такого бунта не случится, и возникшее недовольство удастся погасить в самом зародыше. Оставалось выполнить всё, что наобещал подчинённым, а также проверить новую систему премий и выплат на практике.

И тут как раз очень вовремя случился конфликт с эльфами. Сперва произошла встреча моих орков с группой длинноухих собирателей грибов у Стылого ручья, а на следующий день мои охотники пришли к вождю с жалобой, что эльфы не пустили их на обычное законное место промысла. По старому проверенному способу я воспользовался помощью лешего Хрына, желая в невидимости лично изловить обнаглевших длинноухих грибников и потом потребовать за их освобождение выкуп, но… получил от лешего пугающую информацию, что грибников, которых на наши земли южнее Стылого ручья просочилось аж три десятка, причём преимущественно эльфийских женщин и детей, охраняет большой отряд из двадцати, или даже чуть больше, эльфийских стрелков.

Это было уже серьёзно, и решить такую масштабную проблему в одиночку было невозможно. К тому же настолько открытое пренебрежение ранее достигнутыми договорённостями и массовое нарушение границы являлось если и не прямым объявлением войны, то очень на то похожим, а потому отвечать требовалось со всей серьёзностью. Я собрал всё имеющееся в моём распоряжении войско, в том числе даже конников отряда Мансура и хорошо знакомых с юго‑западным лесом охотников и собирателей, и повёл сотню головорезов, жаждущих хорошей драки, разбираться с обнаглевшими соседями.

Магическое прикрытие мне обеспечивали сразу три шамана: два молодых и не слишком опытных последователя Хыра, но всю их неопытность компенсировал третий шаман, которого я недавно спас с острова Бездонного озера. Звали этого крепкого и постоянно всем недовольного старика Злыдень Йорго, и именно про него, оказывается, говорила могучая орчиха‑вождь племени Сильной Девы, называя самым ненавистным из всех орков после Борза Пожирателя Змей. Да, в своё время шаман племени Чёрного Ведуна доставил племени Сильной Девы немало проблем, а саму орчиху‑вождя Ийю жестоко унизил, подловив в момент купания, дезориентировав и натравив на неё зубастых речных тварей. Убить не получилось, но с большим трудом вырвавшаяся из воды искусанная Ийя обнаружила, что ожившие побеги, а также набежавшие откуда‑то в огромном количестве грызуны, изорвали всю её оставленную на берегу одежду в клочья, и в посёлок ей придётся возвращаться нагишом.

Да, характер у старика был откровенно не сахар, и он открыто в лицо мог нахамить даже мне, вождю, не то что остальным. Но на то Йорго имел определённые основания, поскольку являлся любимчиком Мудрого Филина и шаманской силой не уступал даже Жуже Огненной Смерти в его лучшие годы. Хотя магия Йорго Злыдня была всё же другой. Пуляться огненными шарами он не умел, но мог наложить эффект неслышного шага на целую группу бойцов, навесить на врагов всевозможные ослабления и проклятия. Да и с мелкими лесными духами, растениями и зверями управлялся настолько умело, что они поставляли шаману информацию о происходящем вокруг чуть ли не в режиме онлайн и выполняли всевозможные поручения.

С таким искусным шаманом и на территориях моего лешего Хрына, у которого даже руки чесались от предвкушения «очередной игры с длинноухими нарушителями», да ещё при четырёхкратном преимуществе в численности бойцов, победить было несложно. Но я хотел не просто победить, а нанести эльфам Рода Речной Крысы настолько разгромное и унизительное поражение, чтобы навсегда отбить у длинноухих желание нарушать границы. Балагур Яшка Краснобай уже успел рассказать мне одну давнюю историю, после которой эльфы Рода Речной Крысы отказались от притязаний на лес западнее широкой реки. Тогда в плен к оркам одного из племени Мудрого Филина попал младший эльфийский князь, которого орки держали связанным в выгребной яме, и ради его освобождения длинноухие не только пошли на территориальные уступки, но и целых десять лет выплачивали оркам унизительную дань.

Младшего князя сейчас в моём случае не было. Зато имелась Диасса Ловкая Лань – племянница главы многочисленного и сильного эльфийского Рода, сейчас в числе двух десятков лучников охранявшая собирателей весенних сморчков, как подсказал мне Хрын. Эту девушку ранее я уже ловил за нарушение границы, и назначенный за её освобождение «оскорбительно малый» выкуп ничему племянницу князя не научил. Что ж, раз по‑хорошему эльфы не поняли, придётся действовать по‑плохому. И пусть не выгребная яма (я всё‑таки не настолько уж бесчеловечный зверь, чтобы доводить гордую девушку до смываемого только самоубийством позора), но пора была уже показывать обнаглевшим соседям, что времена изменились, и с племенем Жёлтой Рыбы отныне необходимо считаться!

Глава пятнадцатая

Эльфы и подрыв дисциплины

С самого начала Диасса Ловкая Лань была против опасной авантюры с демонстративным пересечением границы, которую предложили старшие. И дело тут было вовсе не в трусости, как посчитали некоторые члены племени. Просто хватило ей предыдущего раза, когда гордую эльфийку, считающую себя прирождённой специалисткой по ориентированию, скрытному перемещению и выживанию в лесу, именно в лесу захватил в плен случайно встретившийся обычный человек. Ну ладно, не совсем «случайно встретившийся», а представитель племени, считающий те территории своими и наверняка знающий их как свои пять пальцев. И уж тем более не «обычный человек», а ранее безнаказанно пересёкший запретный для людей Лес Вечного Короля, так что очевидно умеющий перемещаться скрытно не хуже неё. Но всё равно Диассе, родной племяннице князя многочисленного и сильного Рода Речной Крысы, должной быть примером для остальных молодых эльфов, полагалось провалиться сквозь землю со стыда после случившегося.

Хорошо хоть человек по имени Альвар Длинный обошёлся с ней тогда мягко и деликатно. Даже пожалуй слишком мягко, словно не увидев в гордой эльфийке серьёзного противника. Да и выкуп за высокородную девицу человек назначил до обидного небольшой, который в тот же день был выплачен. К тому же не одна Диасса Ловкая Лань попадала в те дни в плен, так что особо не выделилась на фоне других, и благополучно закончившаяся история с пленением должна была бы забыться… но всё равно на душе у охотницы было неспокойно, и она единственная из всего племени высказалась против того, что «первобытных орков нужно ставить на место», «их слишком мало, чтобы всерьёз с ними разговаривать» и «мало ли кто там ранее говорил насчёт границы по ручью, ничего не знаем». Вот только её единичный голос утонул в целом потоке воинственных криков – как молодые охотники, так и живущие уже не первый век мудрые ветераны, высказались за расширение территорий Рода Речной Крысы, пусть даже продвижение могло спровоцировать конфликт с обитающими в спорных землях племенем орков.

В принципе, понять других эльфов было несложно. Серное плато, являющееся основными охотничьими угодьями Рода Речной Крысы, с недавних пор приходилось делить с эльфами Рода Невидимого Богомола, в большом состязании лучников выигравшими право следующие тридцать три года охотиться там. Лес западнее огромного глубокого озера также был потерян, хотя ту унизительную историю Род Речной Крысы старался лишний раз не вспоминать. Но с потерей того леса Род лишился и выхода к огромному Бездонному озеру, а это значит рыбы и обитающих возле озера нутрий, по имени которых Род и получил в своё время название. Оставалось не так уж много полезных в плане промысла территорий, численность же проживающих в пяти лесных посёлках эльфов за последние годы серьёзно выросла за счёт перехода в Род Речной Крысы двух племён, переселившихся с севера, где и леса‑то нормального не осталось из‑за ведущейся людьми бесконтрольной вырубки. Вот и получалось, что дополнительные рты чем‑то нужно кормить, а для этого требовалось больше леса со зверями, ягодами и грибами.

Потому и возникла идея направить в спорный лес за Стылым ручьём большую группу собирателей, чтобы продемонстрировать оркам Жёлтой Рыбы, что эльфы не собираются мириться с несправедливыми ограничениями. Причём сделать это предлагалось не тайно, а наоборот демонстративно, чтобы орки сразу же заметили нарушение. После чего оркам и поселившемуся среди них человеку останется либо проглотить такое унижение и смириться, и тогда все разговоры про границу будут сразу же забыты. Либо пойти на открытый конфликт, вот только малое количество воинов у Жёлтой Рыбы (где‑то двенадцать‑пятнадцать по данным разведчиков и по личному наблюдению эльфийского князя) не позволяло этому племени поигрывать мускулами.

Да и в случае противостояния к тем двадцати стрелкам, что станут прикрывать эльфийских грибников, Род Речной Крысы мог достаточно быстро, менее чем за полдня, прислать подмогу из двух сотен, или даже чуть больше, бойцов из ближайших посёлков. Князь Эрагор Знающий Лес даже надеялся на то, что орки Жёлтой рыбы пойдут на обострение, так как это дало бы формальный повод силой отобрать у них все территории, а не только лес за Стылым ручьём. И позволило бы Роду Речной Крысы выйти к другому озеру, пусть не такому огромному, как Бездонное, но всё же перспективному в плане рыбалки и других ресурсов.

А потому вот уже второй день подряд с раннего утра и до глубокого вечера эльфы собирали весенние грибы в спорном лесу. Четыре сотни корзин сморчков, собранных детьми и женщинами, были уже отправлены в домашние посёлки, а орки Жёлтой Рыбы всё никак не реагировали на вторжение. Это указывало на то, что кишка у орков оказалась тонка, и связываться с нарушителями они не рискнули. И потому если вчера эльфийские лучники постоянно находились настороже, каждый миг ожидая нападения, то сегодня уже успокоились, позволяли себе отойти от группы и поохотиться, и даже иногда вздремнуть возле костра. Диасса Ловкая Лань тоже расслабилась и даже уже посмеивалась над своими недавними страхами.

Но что это? Девушка поставила на землю кружку с горячим травяным отваром, которым эльфы согревались в сыром стылом лесу, встала и пошевелила длинными подвижными ушами. С северо‑востока отчётливо слышался барабанный бой. Бум! Бум! Бум‑бум‑бум! Этот стук не только не прекращался, но наоборот усиливался, словно источник звука приближался. Рядом с Диассой начали собираться такие же растерянные эльфы‑охотники, да и грибники бросили своё занятие и со всех сторон стекались поближе к своим защитникам.

– Орки всё‑таки решились напасть, – с довольной усмешкой озвучил очевидное Велениас Зелёный Нос, немолодой разведчик, громче всех ратовавший за эту авантюру с пересечением ручья. – Я сбегаю посмотрю. Может, они просто пугают нас?

Вернулся Велениас достаточно быстро, и в голосе эльфа не осталось даже намёка на былую весёлость.

– Там вооружённые орки. Много. Три десятка, может даже больше. Идут быстро, словно зная, где мы. С ними шагает жуткий чёрный великан с большой кувалдой, а также несколько вооружённых людей.

Эльфы стали растерянно переглядываться. Три десятка разгневанных орков – это совсем не шутка, встреча с такой озверевшей толпой обещала быть жестокой и кровавой. К тому же озвученное разведчиком число противников вдвое превышало максимальное количество бойцов у Жёлтой Рыбы, о котором предупреждал князь Эрагор Знающий Лес на собрании, так что ситуация явно выходила за рамки той, к которой готовились. А потому когда Тилль Огненная Стрела озвучил необходимость отходить, поскольку с ними беспомощные дети и женщины племени, одна из которых находится в положении и не может постоять за себя, возражающих не нашлось.

Группа эльфов распределила собранные сморчки по корзинам, чтобы не оставлять добычу врагу, и цепочкой двинулась к Стылому ручью. А между тем барабанный бой слышался всё ближе, заставляя торопиться и переходить сперва на быстрый шаг, а затем и вовсе на бег.

– Скорее! Скорее! – торопила отстающих детей и женщин Диасса Ловкая Лань. – Да брось ты эту тяжёлую корзину, дурень, иначе отстанешь и вообще головы лишишься! Мольда, попроси мужчин тебе нести, так как с твоим пузом ты не уйдёшь от погони!

Отступление, начавшееся как организованный отход к броду через разлившийся по весне Стылый ручей, быстро переросло в неконтролируемое паническое бегство. Эльфы побросали сумки с припасами и корзины с грибами, некоторые избавлялись даже от тёплой зимней одежды и сапог с налипшей на них тяжёлой грязью, предпочитая топать по холодной земле босиком, но зато остаться в живых. Приближающийся барабанный бой действовал на нервы и мешал думать хладнокровно, к тому же вскоре к барабану добавились и всё отчётливее слышимые крики орков «Альвар! Альвар! Альвар!». Эльфы уже неслись со всех ног, не разбирая дороги, не помышляя ни о каком сопротивлении и лишь мечтая поскорее убраться с чужой орочьей земли. К лешему князя Эрагора с его агрессивными планами, тут лишь бы спастись!

Мелькнувшую натянутую меж деревьев рыболовную сеть, преграждающую путь к альтернативной тропинке, Диасса Ловкая Лань конечно заметила, вот только обдумать и обсудить с остальными появление столь странной декорации в лесу не успела, поскольку вместе с другими эльфами поторопилась вбежать в ведущий к броду овраг. И… остановилась, как и все остальные беглецы, поскольку дорогу дальше преграждали стена щитов и целый частокол выставленных орками острых копий. Из‑за возникшей растерянности впустую было потрачено несколько драгоценных мгновений, когда ещё можно было что‑то предпринять, но затем по обоим склонам оврага слева и справа показались вооружённые ятаганами злющие словно демоны орки, а потом и ход назад перекрыли прибежавшие преследователи вместе с чёрным великаном.

– Ловушка! – запоздало озвучил очевидное Велениас Зелёный Нос и приказал бойцам образовать широкий круг, чтоб защитить беспомощных детей и невооружённых женщин.

К чести эльфийских охотников, никто из них не бросился бежать и не запросил пощады, все достали оружие и образовали широкий круг, собираясь принять последний и абсолютно безнадёжный бой. Безнадёжный потому, что врагов оказалось не двенадцать‑пятнадцать, как им обещали старшие, и даже не три десятка. А как минимум сотня! Рёв орочьих глоток, продолжающих в исступлении орать «Альвар! Альвар!», видимо называя имя своего командира, оглушал и подавлял.

Но вдруг послышалась непонятная команда, и орки мгновенно замолчали, продемонстрировав отменную дисциплину и слаженность. В наступившей после этого звенящей тишине по склону холма к ощетинившимся клинками и изготовившимся к стрельбе эльфам начал бесстрашно спускаться человек, которого Диасса Ловкая Лань моментально узнала. Альвар Длинный! Тот самый человек, который однажды её уже пленил. Так вот чьё имя орали орки! Вот только облик парня изменился за прошедшее время, человек стал выглядеть массивнее и увереннее, у него появилась нагрудная броня из кайпи (возможно, даже из того самого, что был получен орками как выкуп за племянницу князя), меховой доспех из шкуры дугара, да и в руках новый Альвар держал необычное копьё с чёрным древком и длинным плоским лезвием.

Остановившись в паре шагов от кольца эльфийских бойцов, высокорослый парень спросил на неплохом эльфийском, кто среди них командир. После долгой паузы руку поднял и представился Эзиас Гордый, видимо пожелавший отвлечь внимание орков от настоящего командира Велениаса Зелёного Носа, которому князь Рода Речной Крысы поручил руководить отрядом, и находящейся среди бойцов племянницы князя.

– Ну тогда слушай внимательно, Эзиас. Я – Альвар Завоеватель, вождь племени Жёлтой Рыбы. И мне очень не нравится, что гордые эльфы, кичащиеся своим умением держать слово, забыли про необходимость соблюдения договорённостей с соседями. Вы нарушили границу и вероломно вторглись на мои земли, а потому я решил вас показательно покарать.

Кто‑то из эльфийских лучников поднял было руку с заряженным луком, направляя стрелу на говорящего человека, но его одёрнули сразу несколько соседей, посоветовав не начинать кровавую бойню.

– Да, бойня ожидается кровавая, – согласился Альвар Завоеватель, прекрасно всё видевший и слышавший. – Но не беспокойся, Эзиас, ваших детей и женщин мои орки не тронут, слово вождя. Пленников просто отведут в орочий посёлок у реки, откуда после уплаты выкупа твой Род Речной Крысы сможет их забрать в целости и сохранности. Если же вы добровольно не отпустите детей и женщин, то они полягут тут все до единого вместе с воинами. Решать тебе, Эзиас Гордый. Ты можешь сохранить для своего племени три десятка жизней, в том числе детей – ваше будущее.

Жёстко, очень жёстко… Диасса слушала речь человека и качала головой, сама не зная, как поступила бы в такой ситуации на месте командира. А ещё знакомый ей человек назвался вождём и сменил имя. Видимо, многое успело измениться у в племени орков Жёлтой Рыбы, пока эльфы Рода Речной Крысы пребывали в счастливом неведении, ослеплённые фальшивым ощущением собственного превосходства и даже не удосужившиеся лишний раз провести разведку и уточнить, против кого они выступили. Растерявшийся же Эзиас, самовольно назвавшийся лидером группы, тоже не знал, что делать. А потому попросил время посоветоваться с остальными эльфами.

– Хорошо, думайте. Только советую не слишком затягивать с обсуждением, а также не делать резких движений. Вон те восемь арбалетчиков, – Альвар Завоеватель указал на изготовившихся к стрельбе орков на краю оврага, – сверху отлично видят всю вашу группу и вмиг могут сократить количество воинов, если им что‑то не понравится.

Человек отошёл переговорить с орками, Эзиас же попросил совета у собравшихся.

– Теперь понятно, что своим вторжением мы растревожили улей, – высказался настоящий командир Велениас Зелёный Нос, – и против нас выступило не одно племя Жёлтой Рыбы, а целый род племён, поклоняющихся речному духу. Что будем делать, братья? Прорываться с боем? Или спасём женщин с детьми? Насколько вообще можно верить словам этого человека? Диасса, ты что скажешь? Ты же вроде общалась ранее с этим Альваром. Каков он?

Племянница князя растерялась и смутилась, обнаружив, что все полсотни эльфов смотрят сейчас на неё, с волнением ожидая ответа, от которого зависят их жизни.

– Альвар показался мне человеком, держащим слово, – ответила эльфийка после обдумывания. – И лично моё мнение, что детей и мирных женщин нужно передать оркам. Да, это неприятно и обидно, но Род заплатит выкуп, и все они спасутся.

– Хорошо, я согласен с тобой, тем более что другой вариант ещё хуже, – по команде Велениаса Зелёного Носа бойцы расступились, выпуская из кольца группу перепуганных собирателей грибов.

– Ты тоже иди вместе с ними, Диасса, – предложил Эзиас Гордый, но эльфийка отрицательно замотала головой и отказалась уходить.

Мирных грибников орки отвели в сторону, и странный человек что‑то объяснил взятым в плен, указав рукой вдаль и даже выделив пару сопровождающих помогать идти беременной эльфийке с огромным животом. После чего Альвар Завоеватель снова вернулся к окружённым эльфам и внимательно осмотрел оставшихся бойцов. Обнаружил девушку среди мужчин и встретился с ней взглядом.

– Диасса Ловкая Лань, ты тоже можешь уходить вместе с остальными женщинами. Ты слово держишь, я знаю, так что если дашь обещание не убегать, то даже отбирать оружие и связывать тебя никто не станет. Дядя уже сегодня тебя выкупит, и тебе даже переживать нечего.

Но упрямая эльфийка снова отказалась, твёрдо решив разделить судьбу с остальными охотниками. Её упрямство стало неожиданным для человека. Альвар Завоеватель вполголоса ругнулся, совместив эльфийские слова с орочьими или ещё какими‑то, после чего дважды неторопливо обошёл окруженных бойцов, прежде чем озвучил следующее своё предложение:

– Думаю, никто не сомневается, что у меня хватает сил перебить вас всех, как и повода это сделать. Но всё же, чёрт возьми, проливать эльфийскую кровь я не хочу, и скажите за это спасибо Диассе, которая мне глубоко симпатична как образец гордости и чести. А потому я дам вам возможность выжить, причём даже всем, чего никогда ранее не делал для побеждённых орков. Но семеро хороших эльфийских лучников отработают на меня ровно три года, день в день. Все семеро будут честно стараться на тренировках и в мирной жизни наравне со всеми остальными моими бойцами: орками, людьми и огром. В бою же станут беспрекословно выполнять все мои приказы. Не переживайте, я не прикажу им ничего такого, что противоречит эльфийской гордости и чести, а в случае конфликта с вашим Родом Речной Крысы оставлю лучников в стороне, не заставив стрелять в сородичей. После трёх лет службы все семеро, ну или сколько там останется к тому времени, вернутся к семьям и даже получат награду за честный труд. Все остальные же, кроме семёрки лучников, прямо сейчас смогут быть свободны. Что скажете?