Текст книги "Синдикат грехов (ЛП)"

Автор книги: Мэри Маравилла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)

Глава 33

СКАР

ЧТО Ж, ЭТО БУДЕТ НЕЛОВКО

Боли в задней части моего горла и киски были не такими уж и незаметными напоминаниями о нашей ночи.

Когда мы выехали в аэропорт «Ла Гуардиа», выражение замешательства и удивления промелькнуло во всех трех парах глаз, когда я направила нашего водителя к отдельному входу на летную полосу.

Полет частным самолетом облегчил получение того типа рабочего оборудования, которым я пользовалась, через службу безопасности. Было меньше вопросов, когда ты владела самолетом и пилотами.

Но у этих троих было много вопросов ко мне, и у меня внутри все перевернулось при мысли о раскрытии всех моих секретов. Между нами четырьмя существовала такая электрическая связь, что мысль о том, чтобы что-то скрывать от них, мне не нравилась.

Особенно после вчерашнего вечера.

Воздух был напряжен, когда остальные трое заняли свои места рядом со мной. Я вдохнула, задерживая кислород в легких, наслаждаясь обжигающим давлением своего тела, умоляющего меня сделать выдох.

Предстоящий разговор – словно выдернуть чеку из гранаты. Смерть была ожидаемым результатом моего образа жизни. Объяснение того, что я не состою в кровном родстве с Домиником и что я наемница, которая копила деньги, как кубинский наркобарон, никогда не входило в мои планы на жизнь.

Кожа сиденья заскрежетала, когда я неловко поерзала.

Калеб выбрал место прямо напротив меня, чтобы заглянуть мне в душу, как будто пытался поглотить меня изнутри. Зеленый цвет его взгляда был таким же напряженным, как и тогда, когда я выплюнула его сперму ему в рот. Ту самую сперму, которую он велел мне не глотать.

Технически, я выполнила приказ.

Ну и как тебе на вкус?

Этот вопрос совпадал с тем, который он задал мне, когда засунул мои промокшие стринги мне в рот, а потом насмехался надо мной и сказал, что не будет трахать Романо. До прошлой ночи, когда между нами что-то оборвалось, и мы соединились. Секс больше походил на предъявление прав, и мое тело одобрительно заурчало.

Будет ли правда жалить, как предательство?

Я устало вздохнула, отводя взгляд, которым мы были прикованы друг к другу, пока я занималась умственной гимнастикой, размышляя о том, как пройдут следующие несколько часов. Перелет до Аризоны был неблизким. Мысль о том, чтобы улизнуть из пентхауса, мелькнула у меня в голове на пару секунд, но как только я начала изучать информацию, о которой спрашивала Райан, стало ясно, что эта проблема гораздо серьезнее. Оказалось, что в очередной раз моя жизнь и жизнь Райан столкнулись.

Я не могла избавиться от ощущения, что на горизонте маячат перемены и смерть стучится в дверь людей, которых я ненавижу. Я только надеялась, что мне позволят подержать нож, который разорвет их связи с землей живых.

Нежные интонации пилотов, произносящих свою речь на борту, наконец-то смолкли, погрузив салон в тишину. Голос Калеба был напряжен, как натянутая тетива лука.

– У тебя есть частный самолет.

– На его покупку и содержание уходит уйма денег, малышка. Как получилось, что ты можешь себе это позволить? – спросил Нико. Затаенное подозрение было подобно удару ножом в живот.

Я уже сделала свой выбор, когда не всадила им пули в мозги и не улизнула глубокой ночью, когда они похитили меня. С тех пор они приросли ко мне, и я не думала, что смогу сделать это сейчас. Итак, пришло время отрастить яйца и сорвать пресловутый пластырь. Но с чего, черт возьми, начать?

Я решила начать со своего происхождения. Возможно, это облегчит переваривание остального из того, что я брошу им на колени. Или, по крайней мере, заставит их с большей охотой пытаться понять.

– Я не Романо ни по крови, ни по выбору.

Тяжесть, которая тянула меня вниз, внезапно исчезла. Так мало людей знали правду о моем происхождении, и я никогда не раскрывала грязную тайну Романо. Тела всех парней напряглись, их плечи практически прижались к ушам.

– Вот почему Доминик напал на нас. По крайней мере, такова моя теория. Он воспринял твой отказ от руки его дочери как личное оскорбление. С таким же успехом ты мог бы плюнуть ему в лицо. Но этот скользкий ублюдок придирчив к формулировкам сделок…

– И альянс был за то, чтобы жениться на крови Романо, – заявил Кенджи, вытаскивая свою катану из-за спины, как будто нападение может произойти, пока мы в воздухе. Он провел полировальной тряпкой по ухоженному лезвию, на его лице не было никаких эмоций.

Проклятия слетели с губ Калеба и Нико, их внимание рассеялось, пока они пытались переварить новость.

Если бы они подумали, что это слишком, как они воспримут следующую порцию информации?

– Я не знала, как был составлен контракт, до вчерашнего вечера, – заявила я, бросая папки на мраморный столик, разделявший сиденья. – Вот почему Доминик согласился, чтобы ты женился на мне. Он знал, что моя родословная была его лазейкой. Это козырь у него в рукаве. Способ нанести удар в спину вам троим, не запятнав своей репутации.

Голова Нико резко повернулась ко мне, голубые глаза потемнели, став похожими на бурлящий водоворот. Хаотичный и смертоносный.

– Ты что, шпионишь для него? – спросил он. Обвиняющий тон ранил так же сильно, как физическая пощечина. Не понимаю, почему он так себя чувствует, но из-за мысли о том, что он расстроен из-за меня, желудок скрутило.

– Нет. Хотя, уверена, что в какой-то момент он нанял бы меня для этого задания, если бы ему не удалось убить тебя… но я была пешкой, – ответила я.

– Объясни. Живо, – приказал Калеб, швыряя свой пистолет на стол, черный цвет которого резко контрастировал с белым мрамором. Татуированная буква «Y» насмехалась надо мной на пальце, покоившемся на спусковом крючке. На его лице была написана дикость, и я остро осознала, что он никогда по-настоящему не показывал мне, насколько глубока его жестокость. Каждое взаимодействие до этого момента заключалось в том, что Калеб проявлял ко мне доброту.

Прошлой ночью он бросился к моим ногам, и, по его мнению, все это было признанием моей ненадежности.

Все трое мужчин будто окружили меня, их оружие было нацелено и наготове.

Я потерла грудь и почувствовала растущую боль в том месте, где находилось сердце, но я осталась верна своему решению хранить свой секрет до сих пор.

– Если бы я предала вас и думала, что вы узнаете, я бы уже перерезала вам глотки, – сказала я холодным и спокойным тоном, несмотря на душевную боль.

У Нико отвисла челюсть, а Кенджи захихикал, напряжение в его плечах немного спало. Но Калеб был статуей, застывшей в своей позе.

– Хорошо, – я вздохнула. – Моим отцом был Энтони Руссо. Много лет назад между Руссо и Романо был заключен союз. Энтони был женат на Джиане, создав союз между двумя самыми могущественными семьями потомков сицилийцев. Но он облажался и бросил эту сучку. Хотя, я думаю, что эта пизда холодна как лед и жрет члены ради удовольствия.

Краем глаза я уловила физическую дрожь Кенджи, и на моем лице появилась улыбка, несмотря на напряжение, царившее в салоне.

– Продолжай говорить, Скарлетта Романо.

Я вздрогнула от пренебрежения Калеба. Они, вероятно, слышали, как хрустнули мои коренные зубы, когда я сдержалась, чтобы не возразить. Не улучшит ситуацию, если бы я набросилась на него. Очевидно, ему нужно больше, чтобы растопить ледяную стену, которую он воздвиг между нами. Ладно, я бы разнесла этого ублюдка в пух и прах. Но мне лучше хорошенько взбрыкнуть после того, как я выдам все свои самые сокровенные секреты.

– Он изнасиловал стриптизершу. Женщина, которая в итоге родила меня, – у парней, по крайней мере, хватило порядочности выглядеть смущенными.

– Как ее звали? – осторожно спросил Нико, его глаза больше не встречались с моими.

Слюна застряла у меня в горле, мешая проглотить переполнявшие эмоции. Когда я заговорила, мои слова были едва громче шепота, и я смотрела на свои руки так, словно они были самыми интересными вещами в мире. Я не испытывала стыда или сожаления о большинстве вещей, но эта неудача преследовала меня.

– Я не знаю ее имени.

Воздух изменился под влиянием нашего настроения, переходя от гневного и напряженного к скорбному.

Теплые пальцы Кенджи сжали мои.

– У тебя пойдет кровь, – прокомментировал он, останавливая меня от того, чтобы поковырять поврежденные кутикулы.

– Он не сообщил тебе имя матери, – сказал Калеб. Эти слова были произнесены с пониманием.

Слезы скопились у линии моих ресниц, угрожая перелиться через край и окрасить мое лицо солеными разводами стыда.

– Вот почему я научилась хорошо разбираться в компьютерах и находить информацию, которую люди не хотели разглашать. Ее продали в секс-бизнес из России, а потом Доминик избавился от всего, что могло бы дать мне ключ к разгадке того, кто она такая.

– Ты русская? – спросил Нико.

Я издала смешок. Не знаю, был ли его тон полон волнения или ужаса.

– Не волнуйся, мы не родственники. Ты все еще можешь трахать меня, – я подмигнула, наслаждаясь розовым оттенком, расцветшим на его шее. – Смогла узнать лишь то, что она была из Дагестана.

Кенджи резко втянул воздух.

– Вот почему ты знаешь бойцов.

Это был не вопрос. Они начинали видеть пересекающиеся линии, из которых состояла моя жизнь, и я взорву их головы еще больше.

– Да. Магомед нанял Кейн, чтобы расправиться с каким-то мудаком, крадущим детей у него на родине. Ему самому не разрешают вернуться на родину, так что он нанял…

Калеб прервал меня.

– Подожди, ты, блять, знаешь Кейна? Никто не может до него добраться. Он гребаный призрак. Так как же, черт возьми, тебе это удалось? – понимание мелькнуло в его глазах. Его густые брови коснулись линии роста волос, когда он наклонился вперед, опираясь на свои мощные предплечья. – Блять, хочешь сказать, что ты печально известный наемник?

Глава 34

НИКО

У КЕЙНА ЕСТЬ КИСКА?

Она беспечно пожала плечами, как будто говорила о погоде, а не о том факте, что она одна из ведущих наемных убийц криминального мира. Ее уровень убийств был идеальным, вероятно, потому, что она чрезвычайно разборчива, когда дело доходило до того, за какую работу браться.

Мой разум закружился, соединяя информацию так быстро, что у меня над бровями начало образовываться глухое постукивание. Я разминал эту область подушечками пальцев, закрыв глаза, чтобы уменьшить пульсацию. К счастью, свет в салоне был приглушен, так как мы вылетели ранним рейсом, и звуки их секса с Калебом не давали мне спать всю ночь.

Ткань моих джинсов внезапно стала слишком тесной в промежности, когда образы моего члена, блестящего от ее слюны угрожали вытеснить из моей головы то, что мы сейчас узнали.

По иронии судьбы, представлять ее покрытой кровью другого человека после того, как она жестоко лишила его жизни, было не менее горячо. У Кейн была репутация безжалостного человека. Она выполняла чистую работу в том смысле, что не было никаких доказательств истинной личности Кейн, но неоднократно ходили слухи о хаосе, который она оставляла после себя.

Вот почему широко распространялась теория о том, что Кейн мужчина.

– Срань господня, – прокомментировал Кенджи, его глаза загорелись возбуждением, заставив меня усмехнуться. Я знал, что она идеально подходит для нас. Когда в твоей жизни случались дерьмовые вещи и ты понимал, что еще одна секунда на этом плавучем камне не гарантирована, ты не задавался вопросом, безумием ли это – увлечься человеком за такое короткое время. И Скар казалась коллажем из всех наших осколков.

Разрозненные осколки, собранные воедино, создают нечто прекрасное.

Совершенно несовершенное.

– Честно говоря, я все равно не знаю, почему все считают Кейн мужчиной. Неужели никто не смотрел «Преступление в объективе»? Женщины чертовски безжалостны; ради бога, мы убиваем людей, которых растим сами, – она фыркнула, подтягивая обтянутые леггинсами ноги к груди и кладя подбородок на колени. Ее растрепанный пучок съехал набок, когда она изучала Калеба.

Единственным изменением в его теле было смещение пальца дальше от спускового крючка. Он все еще сопротивлялся. Не то что бы он ей не верил. Вероятно, дело было даже не в том, что он ей не доверял. Дело было в том, что он не знал, хочет ли впускать ее снова. На его лице промелькнула тень уязвимости, но она исчезла так же быстро, как и появилась.

Пульсирующая головная боль возобновилась. Упрямый ублюдок.

– Ладно, продолжай свое объяснение. Какое это имеет отношение к чему-либо? – спросил Калеб ледяным тоном, а его глаза стали еще холоднее.

– Доминик не знает о моей профессии; он не заботится обо мне настолько, чтобы следить за мной. Энзо – мой куратор. Он звонит, когда у них есть для меня работа. Лишь ограбления. Например, воровать у русских, – она вытянула ноги, снова спрятав их под стол. Ее поведение изменилось на профессиональное, настороженное. Эта перемена показала, насколько сильно она действительно разрушила свои стены ради нас за то время, что мы были вместе.

Изящные пальчики выдвинули верхнюю папку вперед.

– Вы уже встречались с человеком, указанным в этом досье. Оказывается, Максим Петров является связующим звеном «Круга». Я уверена, вы знаете, что русские тесно связаны с ними. Но теперь…

– Доминик тоже работает с ними, – добавил Калеб, листая бумаги.

Ее волосы встряхнулись на макушке, пучок развевался, когда она подтвердила его заявление.

– Вот тут-то все и становится интересным.

– О, еще бы? – спросил я.

Она ухмыльнулась в ответ на мой комментарий, но продолжила.

– Маленькая проблема Райана связана с этим. Марио, наследник Лос-Муэртос? – она выглянула из-за того места, где копалась в бумагах в поисках чего-то. Я слегка кивнул ей, чтобы она продолжала. Мы были хорошо осведомлены о маленьком пятне дерьма с Западного побережья. – Похоже, Марио тоже пытается объединиться с Максимом.

– Почему? – подал голос Кенджи, пролистывая несколько бумаг – зернистые фотографии, на которых Марио изображен в каком-то клубе, выставляющем женщин на аукцион. При виде этого к моему горлу подступила желчь.

Неужели именно так отец продал моих сестер?

Я выбросил прошлое из головы, сосредоточившись на информации, которую Скар выложила для нас.

– У них успешный бизнес по контрабанде оружия. Как бы сильно меня ни бесило это признавать, придурок хорош в торговле, – прокомментировал Калеб.

Скар рассмеялась.

Она смеялась так сильно, что хрюкнула, и прикрыла рот руками, а по шее пополз румянец. Даже Калеб не смог сдержать улыбку от такой беззаботной реакции. Она поерзала на своем месте, явно немного смущенная, но пытающаяся скрыть это. Ее накачивали наркотиками, похитили, засовывали член в глотку, но лишь от хрюканья ей стало не по себе.

– Он не занимается контрабандой.

– В смысле? – спросил Калеб. – В Лос-Муэртосе есть одни из лучших пистолетов, которые только можно купить за деньги. Я постоянно у них заказываю.

– Большинство заказов на Восточном побережье осуществляется через Тусон. Райан отвечает там за все операции. Так что, если ты мне не веришь, спроси об этом, когда мы приедем туда.

Уверенность в ее позе заставила меня усомниться в своих познаниях.

Она кивнула на все улики, которые разложила на столе. Это был впечатляющий объем информации, который ей удалось заполучить в свои руки. Я хотел спросить об этом, но очевидно, что нам предстояло решить проблемы посерьезнее. Например, почему этот Райан связался с ней.

– Серхио в течение многих лет не хотел иметь ничего общего с торговлей людьми. В его организации это запрещено. Он хороший человек. Ну знаете, для того, кто отправляет головы своих врагов по домам в коробках. Он либо передумал, либо не знает, что его сынок – кусок дерьма, – она перечислила варианты на пальцах.

Кенджи все это время молчал, занятый изучением всех документов.

– Такое ощущение, что мы попали в эпизод «Мыслить как преступник», – небрежно сказал я, беря папку и едва уловив, как Калеб закатил глаза. Однако он ни хрена не сказал, потому что ему тоже понравился этот сериал, и он не хотел, чтобы я раскрывал, что мы все время смотрели его вместе. Иногда их анализы были слишком близки к истине.

Кенджи заглянул поверх папки.

– Ладно, резюмирую – чтобы я мог начать пить – Скар не состоит в кровном родстве с Романо, так что наш союз с ними – брехня, и они уже пытались убить нас.

– Ага, – ответила Скар.

– Доминик идиот и не осознал, что буквально создал убийцу, которая, я уверен, замышляет его гибель. Ты загрузила поддельную информацию в тот файл, и этот засранец Максим – тот, на кого все работают. Ох, и теперь мы едем в Аризону, потому что этому Райану нужна информация о Марио, который тоже работает на Максима?

С каждым словом, слетавшим с губ Кенджи, тело Калеба напрягалось. Но Скар расслабилась, вернувшись в прежнее положение, подтянув колени к груди.

– И теперь нам нужно сдвинуть нашу временную шкалу, потому что Доминик охотится за нами, – добавил Калеб, ущипнув себя за переносицу.

– Да, что-то типа того. А теперь я бы действительно не отказалась от мартини и легла поспать, – сказала она бодрым тоном.

Глава 35

СКАР

ОН СИМПАТИЧНЫЙ

– Какого черта мы идем по переулку, где как будто регулярно убивают людей? – спросил Кенджи, осторожно переступая через какие-то подозрительно обломки.

– Советую тебе ни к чему не прикасаться, – я указала на какую-то низко висящую ткань, которая прикрывала вход в мое убежище. Углы были покрыты чем-то коричневым, которое расползлось по некогда белой ткани. Жесткие края больше походили на картон, чем на ткань. Вероятность того, что это вещество было кровью, была пятьдесят на пятьдесят. Отчетливый запах мочи исходил от луж, растекшихся вдоль обшарпанных кирпичных стен.

– Это отвратительное место, Скар. Скажи, какого хрена мы здесь и куда направляемся, – выпалил Калеб, его волнение росло с каждым словом.

Я резко повернулась к нему лицом. Его густые брови удивленно поползли вверх. От их темного цвета у него всегда выпучивались глаза, но сегодня они выделялись еще больше, так как на нем были футболка цвета мха и джинсы. Я никогда не видела их всех такими непринужденными. Ну, кроме Кенджи, но у него был свой собственный стиль. Двух других я видела только в костюмах или спортивных штанах. И то, и другое опасно для моего либидо.

Оказалось, вся их одежда вызывала у меня желание лазить по ним, как по деревьям.

– Тогда вали, – я скрестила руки на груди, поставив ноги как раз напротив какой-то подозрительной слизи. – Я в буквальном смысле никого не приглашала. Вы сами напросились.

Теплая плоть прижалась к моей, посылая мурашки по спине. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы продолжать пристально смотреть на ирландца.

– Ты думаешь, мы оставим тебя наедине с Райаном?

Двое других загнали меня в угол, глядя сверху вниз с насмешкой на лицах, но сложилось впечатление, что раздражение было направлено не только на меня. Не вела ли я себя по-детски, не указав на то, что Райан девушка? Да, так и было. Но мне наплевать. Мужчины, честно говоря, создали так много проблем в мире своим раздутым эго и соревнованиями по членам. Пусть зароются в яму. И я буду рада вручить им лопату.

– Хорошо.

***

На моих компьютерах раздалось жужжание, предупреждающее о чьем-то приближении. Раньше у меня были датчики далеко внизу, в конце переулка, но эта чертова штука постоянно срабатывала. Теперь у меня был только один, и он стоял прямо за дверью.

Несколько лет назад я приобрела это заведение. Тут расхаживал член местной банды, которая охотилась на женщин и мужчин в этом районе. Жнецы, в целом, были кучкой кусков дерьма. Райан постоянно пыталась держать их на расстоянии. Ее самосуд начался задолго до того, как мы встретились, но ее репутация в Тусоне как Бруджиты де Лос-Муэртос началась в ту ночь, когда мы с ней убили этого мудака. Она получила прозвище на улицах, а я заработала репутацию человека, с которым нельзя церемониться. Никто не беспокоил мою часть этого переулка. И, черт возьми, больше никаких атак не было, если только я не атаковала.

В ту ночь мы подыскивали подходящее место для моего убежища, когда раздался леденящий кровь вопль. Это напомнило мне о криках, которые я издавала, когда Доминик бил меня, прежде чем я поняла, что лучше молчать. Ему быстрее становилось скучно.

Воспоминание о той ночи было обрывочным. Остались только вспышки моих рук, покрытых липкой теплой кровью, когда жизнь мудака просачивалась в тротуар. Райан склонилась над его обмякшей фигурой, шипя сквозь зубы.

«Dile hola a diablo para mi».

– Передай от меня привет дьяволу, – прошептала я, возвращаясь в настоящее и наблюдая, как моя подруга подходит к двери и смотрит туда, где, как она знала, должна быть моя камера. Интересно. Она привела кого-то с собой. Мужчину, если судить по его росту и комплекции. Должно быть, она доверяла ему, раз привела его сюда. Она даже не рассказывала Серхио о нашей дружбе.

– Они здесь, – крикнула я, нажимая кнопку, чтобы впустить их в другую комнату для сканирования. Нико застыл в кресле, готовый к прыжку, его мышцы напряглись. Кенджи развалился диване в тот момент, когда мы переступили порог. Все трое с облегчением обнаружили, что интерьер квартиры совсем не похож на внешний вид здания.

– Что он делает? – спросил Калеб, наблюдая за экраном, тепло его тела просачивалось сквозь мою хлопчатобумажную кофточку. В Нью-Йорке, может, и влажно, но в Аризоне стояла невыносимая жара.

Я скрестила руки на груди, пытаясь побороть желание наклониться и переплести наши пальцы, наблюдая, как Райан провела ладонями по руке таинственного мужчины после того, как он схватил ее и оттолкнул за спину для защиты, что на самом деле было смешно.

Горячее дыхание коснулось раковины моего уха, напугав меня, потому что я не осознавала, что отключилась.

– Тебе бы не понравилось, если бы я так сделал, – заявил Калеб, его язык прошелся по чувствительной коже, прежде чем он уткнулся лицом в мою шею. От его подстриженных волос на лице у меня по спине пробежали мурашки удовольствия.

Я собралась с духом, борясь с желанием снова раствориться в его твердом теле.

– Что? Попытался бы защитить? – в тот момент, когда вопрос прозвучал, я пожалела, что не могла засунуть его обратно. Почему меня должно волновать, защищал ли он меня? Пальцы грубо схватили меня за подбородок, поворачивая мою голову к нему лицом. Он устремил пристальный взгляд в мою сторону, взгляд, сочащийся честностью. Во что бы он ни собирался мне сказать, он верил.

– Вот именно, малышка. Тебе не нужен белый рыцарь. Тебе нужен тот, чья душа так же извращена, как и твоя собственная, – от этого заявления мой пульс участился. Он кивнул в сторону монитора, где Райан и ее мужчина отражали наше положение. Или, может быть, мы отражали их. Калеб сократил расстояние между нашими телами. Мои груди коснулись верхних бугорков его пресса. – Тебе не нужна моя защита. Тебе нужна моя преданность. Наша преданность.

Мир замедлился и замер. Его слова проникли в мою душу и вызвали зуд в царапине, которая была у меня с детства. Потому что он был прав.

– И есть ли она? Твоя преданность? – спросила я, и мое сердце совсем остановилось, пока я ждала его ответа. Наше время, проведенное вместе, было коротким и полным хаоса. И все же казалось прекрасным, потому что между мной и Калебом существовало притяжение, которое невозможно игнорировать. Две стороны одной медали. Я доверяла ему, потому что чувствовала, что близко знаю его. Но чувствовал ли он то же самое?

Он открыл рот, чтобы ответить, но у него не было такой возможности, потому что гладкая металлическая дверь скользнула в сторону – сканирование завершено.

Я вырвалась из захвата и бросилась к двери. К счастью, Калеб не последовал за мной. Может быть, он боялся, что я буду настаивать, чтобы он ответил на прерванный вопрос. У меня внутри все сжалось при мысли о том, что он, возможно, не испытывает ко мне преданности. Даже несмотря на фарс с женитьбой, это все равно причиняло боль. Я сдержала смешок. Я не могла сказать, что была верна только ему, учитывая, что я трахалась и с его друзьями. Но я точно знала, что для него это не было проблемой. Изменив направление своих мыслей, я постаралась скрыть эмоции на своем лице. Хотя делала это уже не так часто, как оказалась рядом с этими тремя мужчинами.

Кем бы ни был этот парень, он не выглядел счастливым оттого, что оказался здесь. Зная Райан, она, вероятно, не сказала, куда его везет. Может быть, из-за этого у него напряжены плечи? Но было что-то в его позе, от чего по мне пробежала дрожь дурного предчувствия. Мое внимание переключилось на подругу, и я склонила голову набок, чтобы убедиться, что она здесь не по принуждению.

– Он симпатичный, – констатировала я как ни в чем не бывало, закатывая глаза на рычание, которое издал Калеб позади меня. Без сомнения, двое других издали бы такие же звуки протеста. К счастью, они располагались дальше от двери. Я уже могла представить себе смертельные взгляды, которые вот-вот получит этот чувак.

Меня наполнило болезненное чувство радости от осознания того, что Калебу не нравилось, что я флиртую с другими мужчинами. Не то что бы можно назвать мой комментарий флиртом. Это прозвучало так, словно я подсказала прохожему время.

– Давайте, идите за мной. И не обращайте внимания на проблему с вредителями. Я пытаюсь вытравить их, но они продолжают возвращаться, как тараканы. Или психопаты-преступники, – я пробормотала последнюю часть, ведя их в помещение. По практическим соображениям полы были покрыты герметичным бетоном. Смыть кровь с деревянного пола было бы непросто, но расстроенная часть моего мозга решила, что заказать белый диван хорошая идея. Я буквально приставила лезвие к нижней стороне подбородка Кенджи, когда он прыгнул на него в ботинках.

Я едва расслышала шепот парня у себя за спиной.

– Почему у меня такое чувство, что она буквально имеет в виду «вытравить»?

– Потому что так и есть, – ответила я. Несколько случаев всплыли у меня в голове, но я решила не приводить примеров. До тех пор, пока не получу информацию о нем с помощью сканирования, я не хотела, чтобы он знал об отношениях между тремя парнями и мной. Он мог бы быть агентом или еще кем-нибудь в этом роде. Однако, если это так, то он под прикрытием, потому что Райан не стала бы иметь ни хрена общего с копом. Но все, что я нарою – отдам ей. Она бы захотела знать, на чьем члене скачет, потому что уверена, что она на нем скачет.

На ее загорелом лице было написано любопытство. Вопросы так и вертелись у нее на языке, и с ее умным ртом она ни за что не смогла бы сдержать их.

– Приводишь клиентов домой, Скар? Интересная группа; что это? Якудза, Братва и… Ирландская мафия? – спросила она, повернув голову туда, где стоял Калеб, который свирепо глядел на нее. Что было интересно, так это то, как парень рядом с ней напрягся при упоминании о мафии. По его кожаному покрою было очевидно, что он член МК^[1], а на нашивке было написано «сержант по вооружению». И имя «Ганнер».

Я подумала, что, возможно, реакция была вызвана тем, что его девушка находилась в комнате, полной преступников, но затем он встретился взглядом с Калебом, и напряжение в комнате достигло ядерного уровня.

– Откуда, говоришь, ты знаешь этих людей, Скарлетта? – спросил Калеб.

Напряжение в моем теле от пристального взгляда испарилось, сменившись пылающим адом. Этот придурок назвал меня полным именем и таким тоном, который предполагал, что мы едва знакомы.

Разве ты только что не сказала, что не хочешь, чтобы новичок знал о твоих отношениях с парнями?

Пусть мой внутренний голос идет к черту.

– Я не говорила, Каллахан. Потому что это не твое гребаное дело. А теперь стой тихо, как хороший мальчик. Может быть, получишь награду, – его глаза вспыхнули от приказа. Стремление к власти между нами было подобно проводу под напряжением, и я никогда не устану от этого. Движение его бровей подсказало мне, что награда, которую он собирался получить, – это преподать мне урок. Тот, который, вероятно, включал его член в моем горле или его пальцы, засунутые в мою пизду. От этих образов у меня затвердели соски. Совершенно неподходящее время для такой реакции.

Разочарование затопило мое тело, переходя в гнев из-за раздражающей усмешки, которой он одарил меня.

– Хорошо, давайте перейдем к делу, – крикнула я, отворачиваясь от него и направляясь к столу, на деревянной столешнице которого были разложены стопки бумаг и фотографий. Райан и Ганнер присоединились ко мне, и мое сердце упало от новостей, которыми я собиралась поделиться со своей подругой. У нее большое, заботливое сердце, а мне полностью не хватало этого органа. Холодная глыба льда занимала то место, где должно быть мое. Оно заморозилось много лет назад, и теперь три парня прожгли себе путь в ледниковый придаток.

Она напряглась, встретившись со мной взглядом. Черт, я не смогла достаточно быстро скрыть жалость. Ее глаза кофейного цвета скользнули по столу. Ее челюсти сжались, пока она впитывала глянцевые изображения. Образы, от которых я хотела бы оградить ее. Хотя я никогда не понимала, почему она продолжала проявлять хоть каплю терпимости к Марио.

– Как далеко это уходит в прошлое? – едва сдерживаемая ярость дрожала в ее голосе. Ганнер притянул ее к себе, его рука опустилась на ее бедро, когда он начал успокаивающе массировать круги.

– Откуда у тебя все это? – спросил он. Что-то в его тоне показалось мне странным. Это было сочетание ужаса и благоговейного трепета, но что-то было не так.

Инстинкты подсказывали мне не вдаваться в подробности.

– Я слежу за всеми своими клиентами. Это хорошая мера безопасности – иметь грязные данные о людях на случай, если с ними станет… – я сделала паузу, подыскивая правильные слова, чтобы он понял мою скрытую угрозу. Мне было наплевать на то, что он был сексуальным или что он утешал Райан в это трудное время. Если я узнаю, что у него плохие намерения в отношении нее, я устрою адский дождь. – Трудно иметь дело.

– Эта стратегия не пошла Эпштейну на пользу.

Комментарий Кенджи заставил меня ущипнуть себя за переносицу, чтобы не разразиться смехом. Если Райан увидит, что мне комфортно с ними, этот визит превратится в игру в двадцать вопросов, а я не хотела, чтобы ее друг из МК что-нибудь знал обо мне. О нас.

Когда я открыла глаза, то заметила ухмылку, которая тронула уголки рта Райан. Искорка веселья длилась всего секунду, но она была.

– Как я пыталась сказать, я слежу за всеми людьми, с которыми работаю или могу работать, – я кивнула на папки на столе. – Я наблюдала за Лос-Муэртос, в частности за людьми Хименеса, в течение многих лет. Вот так я обнаружила, что у них есть такая же женщина, которая заправляет всем дерьмом в Ядовитом раю. Но я пристально следила за Марио с тех пор, как решила, что Райан мне нравится. Мне было не все равно, как он с ней обращался, – объяснила я, встретившись взглядом с Райан.