Текст книги "Неучтенная 3 (СИ)"

Автор книги: Мэри Дар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

Зверь внутри меня сорвался с цепи.

Я не помню, как мои руки превратились в когтистые лапы тьмы. Я не помню, как жгуты моей силы обвили его шею. Я помню только хруст. Сладкий, правильный хруст его костей. Я швырнул его в стену с такой силой, что кладка треснула, но я не убил его. О нет. Смерть была бы слишком лёгким выходом для него. Я хотел, чтобы он прочувствовал каждую секунду агонии.

– Рина... – я упал перед ней на колени. Мои руки дрожали так, что я боялся к ней прикоснуться. Она была такой маленькой, такой изломанной. Весь мой мир сжался до этой окровавленной фигурки на холодном полу. – За что тебе это? Ты же спасла всех... и этот проклятый мир...

Я поднял её на руки, прижимая к себе, как величайшее сокровище. Вынес в верхнюю комнату, начал вливать в неё всю свою целительскую магию, шепча молитвы всем богам. Она начала приходить в себя, её веки дрогнули...

И тут комната захлебнулась в темноте. Это был не мой туман. Это была Пустота. Тяжёлая, подавляющая, воняющая тленом и вечностью. Она опоясала комнату, вытесняя воздух. Из этой черноты соткалась высокая, чёрная фигура.

Бог Смерти.

Глава 17

Глава 17

Глава 17

Киллиан

Тэос. Он стоял перед нами, и само его присутствие причиняло физическую боль. Я загородил Рину собой, выставляя перед собой руки, искрящиеся магией.

– Только через мой труп, – прохрипел я, глядя в пустые глазницы божества.

В этот момент я был готов объявить войну самому небу, лишь бы она сделала ещё один вдох.

– Мальчишка! – Голос божества пророкотал под сводами особняка, заставляя пламя свечей присесть к самому полу. – Успокойся. Я пришёл с миром.

– С миром? – ядовито переспросил я, не разжимая рук. Мои пальцы искрились от сдерживаемой силы, а в горле стоял ком отчаяния. – Смерть не приходит с миром.

Тэос медленно качнул головой, и его пустые глазницы уставились прямо на меня.

– Отойди от девчонки. Я не причиню ей зла. Наоборот... я исцелю её.

Я замер, оглушённый этой фразой. Что? Бог Смерти – и исцелит? Это звучало как бред сумасшедшего или самая изощрённая ложь в истории мироздания.

– Отходи уже от неё, – Тэос сделал властный жест рукой, и я почувствовал, как невидимая, но непреодолимая сила мягко, но настойчиво отстраняет меня. – И не смотри на меня так. Да, я умею лечить, а не только забирать души. Жизнь и Смерть – это две стороны одной медали, и сегодня я решил перевернуть её.

Мне было до безумия страшно, но я всё-таки заставил себя стоять спокойно, хотя пальцы продолжали судорожно сжимать её ладонь. Тэос – воплощение самого конца – медленно подошёл к ней. Он не смотрел на меня, для него я был лишь пылью под ногами. Бог Смерти провёл затянутой в перчатку рукой над телом Рины, от макушки до самых пят, и из его пальцев сорвались угольно-чёрные искры, а глаза его тот же миг, загорелись алым цветом.

Они впитались в её кожу моментально. На моих глазах раны затягивались, синяки исчезали, а сломанные рёбра вставали на место с тихим щелчком. Если бы он ещё умел так же легко уничтожать плохие воспоминания, как заживлять плоть...

Рина глубоко вдохнула и открыла глаза. Тэос, не проронив ни слова, повёл рукой в воздухе, и из чёрного марева соткался массивный, пугающий трон. Он сел, глядя на нас сверху вниз холодным, неземным взором.

– Присядем, – пророкотал его голос, хотя губы не шевелились. – На самом деле, я пришёл сюда, чтобы поблагодарить тебя, девочка. За то, что ты исправила ошибку моей сестры.

– Откуда вы… знаете? – прошептала Рина, дрожа и прижимаясь к моему плечу.

– Потому что это я направил тебя сюда, – Тэос слегка наклонил голову. – Я искал подходящую душу очень долго.

– Но Роянна... Она говорила, что...

Тэос щёлкнул пальцами. Пространство в комнате исказилось, и в ней материализовалась Роянна. Её, словно невидимой рукой, швырнуло в центр комнаты. Она смотрела на него огромными, полными дикого ужаса глазами, а затем перевела взгляд на Рину.

– Прости, Тэос... – прошептала женщина.

– Простить? – голос Тэоса стал похож на шипение змеи. – Ты хоть понимаешь, что ты наделала, женщина?

– Но я… я ведь ничего не сделала! – выкрикнула Роянна, срываясь на истерику.

– А что хотела? – ледяной вопрос Бога повис в воздухе.

– Она сказала, что хотела вам отомстить за что-то! – Рина подалась вперёд.

В этот момент с Роянны будто сорвали последнюю маску человечности. Она резко повернулась к Рине, её лицо исказилось от запредельной ярости. Если бы не магия Тэоса, она бы вцепилась Рине в горло.

– Это ты! Ты во всём виновата! – завизжала Роянна. Тёмная энергия Бога тут же придавила её к полу, ставя на колени возле трона. Она не могла пошевелить даже пальцем, но её рот продолжал извергать яд. – Почему ты не сдохла в том пожаре?! Почему ты всегда выживаешь?!

– Да что я тебе сделала?! – вскрикнула Рина, и в её голосе было столько боли от этого предательства, что у меня внутри всё перевернулось.

Это напряжение в воздухе можно было резать ножом. Я стоял, не выпуская руки Рины, и чувствовал, как каждое слово Роянны пропитывает комнату гнилью.

– Из-за таких, как ты, я была заперта столько времени в той хижине! – Роянна захлёбывалась словами, её трясло от пережитого «унижения». – Я собирала травы, я заживо превращалась в старуху и осталась практически без магии! Он забрал всё! Чтобы я не смогла уйти, он запечатал мой дар в том проклятом месте. Если бы не тот пожар, я бы гнила там до конца своих дней!

– Ну так ты ушла, – голос Рины дрожал, но она нашла в себе силы смотреть врагу в лицо. – Что ты хочешь от меня? Почему я должна платить за твои обиды?

– О, а я знаю, чего она хотела, – подал голос Тэос, и от его ледяного спокойствия по коже поползли мурашки. – Но ты продолжай, Роянна. Пускай девочка послушает, на что ты пошла ради своей цели.

Роянна подняла голову, и в её взгляде не осталось ничего человеческого.

– Потому что я оттуда не ушла сама. Меня с острова забрал Тэос и отправил в подземное царство. На самое дно, где нет солнца, только мерзость, сырость и тлен.

– Откуда ты благополучно выбралась, да ещё и возобновила силу, – задумчиво добавил Бог Смерти, постукивая длинными пальцами по подлокотнику тёмного трона. – Что-то я расслабился в последнее время, перестал следить за своими «детьми»… Скажи, Роянна, тебе не было противно, когда ты вымаливала у них свободу?

– Было! – выкрикнула она, и на её лице отразилось такое отвращение, что мне стало не по себе. – Эти уродские, склизкие создания… они высосали из меня почти всё, что у меня оставалось!

– И что, даже не получила удовольствия? – ухмыльнулся Тэос. Эта ухмылка была страшнее любого проклятия.

Рина растерянно перевела взгляд на меня.

– Киллиан… я не понимаю. О чём они?

Мне было больно это говорить, но она должна была знать, с кем имеет дело.

– Рина, в подземном царстве живут дети тьмы. И они, скажем так, не совсем… человечны в своём облике и в своих аппетитах.

– Они уродские, жирные слизняки! – сорвалась на визг Роянна. – Вонючие твари, которые поглощают душу через постель! Ты хоть представляешь, через что я прошла, пока они забавлялись моим телом, возвращая мне крохи магии?!

– Ну, ты же добилась того, чего хотела? – Тэос наклонился вперёд, и его аура придавила Роянну к камням пола. – Тебя выпустили, с тобой поделились силой. И что сделала ты? Вместо того чтобы красиво жить, ты стала убивать.

– Я хотела подарить тебе души тех невинных дев! Я хотела вернуть твоё величие, напомнить людям о тебе! Чтобы они снова трепетали перед твоим именем!– заскулила Роянна, извиваясь на полу у ног божества. – Я хотела таким образом попросить у тебя прощения! За то, что не успела помочь прошлым попаданкам и за то, что не сберегла эту девчонку... Я ведь думала, что она погибла в том пожаре, пока случайно не увидела её в одной кофейне... А ты гадина веселилась, пока я раздвигала ноги перед мерзкими слизнями!

Тэос лишь поморщился, словно от назойливого жужжания мухи.

– Твои подношения не стоят и ногтя на моём мизинце, – его голос ударил по стенам, заставляя камни вибрировать. – Если бы я хотел вернуться, я бы вернул своё право сам, когда бы МНЕ захотелось, а не твоими жалкими жертвами. Это не мой мир.

– А я тут причём?! – выкрикнула Рина, и я почувствовал, как её пальцы побелели от того, с какой силой она вцепилась в мою руку.

Тэос перевёл на неё свой пустой, бездонный взгляд.

– О, всё просто. Правда ведь, Роянна? Я не явился на твой зов и ты решила отомстить мне, убив ту,которая могла мне помочь. Ты ведь знала, что эта девочка важна для меня. Я сам говорил тебе, что она – та самая. Тринадцатая. Я ведь не зря выдумывал все эти легенды о ней, впаривая в мозги всех людей этой планеты мысли о спасении. И ты об этом знала! Ты знала, что, причиняя боль ей, ты бросаешь вызов мне. И за это...

Причина только в этом?! Я думал дело в крови Рины, а тут необоснованная месть...

– Не надо! Прошу тебя! – в отчаянии вскрикнула Роянна, понимая, что приговор уже вынесен.

Но Тэос даже не посмотрел на неё. Он медленно встал с трона. Щелчок длинных пальцев – и пространство вокруг Роянны вспыхнуло яростным, неестественно белым пламенем. Огонь ревел, но нас не коснулось даже тепло: божественная магия чётко отсекала живых от мёртвых.

Рина смотрела на это, широко распахнув глаза, застыв в немом шоке. Роянна кричала. Это был не человеческий крик – так воет сама бездна, когда её выворачивают наизнанку. Секунда, другая... и всё закончилось. На месте женщины, которая сеяла хаос, убивая несчастных и совершая свои кровавые ритуалы, осталась лишь кучка чёрного, маслянистого пепла.

В нос ударил невыносимый смрад – так пахнет вскрытый склеп с разложившимся трупом. Вонь была такой густой, что мне пришлось прикрыть лицо краем мундира.

– Какая душа, такой и пепел, – бесстрастно изрёк Тэос, обходя серую горку. Он остановился перед Риной и едва заметно склонил голову. – Что ж, спасибо тебе, Дарина, за помощь. Ты завершила то, что должно было быть завершено.

Рина сделала шаг вперёд, её голос прозвучал надломленно, но в нём звенела сталь осознания:

– Так это вы... вы убили меня в моём мире, чтобы я оказалась здесь? – голос Рины дрожал от затаённой обиды.

Тэос медленно покачал головой, и его силуэт в полумраке комнаты на мгновение подёрнулся дымкой.

– Нет. Твоя смерть – роковая случайность. Неучтённые души не могут найти покоя в том месте, где родились... Пока ты была в невесомости, в мире перерождения, я разглядел твою душу. И понял: ты идеально подходишь для того, чтобы спасти этот мир.

Рина поджала губы, переваривая услышанное.

– Поняла... – тихо ответила она.

Бог Смерти немного помолчал, словно прислушиваясь к звукам уходящей ночи, а затем продолжил:

– Не моя вина, что всё так сложилось, и я этого не желал. Но я искренне благодарен тебе за то, что ты не дала погибнуть ни этому миру, ни целой цепочке планет, связанных между собой древней магией. Моя сестра не ведала, что творила в тот момент, когда разрушала собственный храм. Уничтожив свой алтарь, она перекрыла отток магии на весь мир, обрекая его на медленное увядание.

– Это мы уже знаем... А почему она так психанула? – Рина вдруг прищурилась, и в её глазах, несмотря на пережитый ужас, промелькнул хитрый огонёк любопытства.

Тэос едва заметно усмехнулся – если это вообще можно было назвать усмешкой.

– Ну, этого я тебе не расскажу. Да и засиделся я тут, признаться. В знак благодарности я хочу подарить тебе сферу переноса в твой мир. Но помни: воспользоваться ею для перемещения «туда» ты сможешь лишь один раз.

Он перевёл тяжёлый взгляд на меня, и я почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Можешь взять с собой своего мужчину.

– А друзей? Я могу взять с собой друзей? – Рина просияла, и в этот миг она снова стала той девчонкой, которую я полюбил.

– С тобой могут перейти только два человека. Ну и хранителя можешь взять с собой. Но учти: вернуться ты должна не позднее, чем через неделю. Оставаться в прежнем мире тебе нельзя. Ты приняла свою новую суть, и твоя душа закрепилась здесь. На своей старой земле ты долго не проживёшь.

Бог Смерти выпрямился, и его чёрный плащ начал растворяться, сливаясь с тенями.

– На этом всё. Удачи.

– Спасибо за новую жизнь, Тэос. – прошептала Рина.

Тэос кивнул и испарился в клубах иссиня -чёрного тумана, оставив нас в звенящей тишине. Мы стояли среди обломков мебели и пепла Роянны, а в руке Рины тускло поблёскивал артефакт, ставший нашим билетом в невозможное путешествие.

Признавайтесь, угадали, что главной психопаткой всё это время была Роянна, или до последнего её не подозревали? И-и-и главный вопрос: ну каков Бог Смерти, а? Тэос просто лапочка! Скажите же? Делитесь мыслями в комментариях!

Глава 18

Глава 18

Глава 18

Знаете, какой главный плюс в том, что тебя похищают, избивают и едва не приносят в жертву злобному божеству? Ты автоматически освобождаешься от обязанности танцевать вальс. Вот он, секрет успеха! Пока приличные леди натирали мозоли в туфлях и дышали пудрой (ага, или потом), я развлекалась в заброшенном доме с Богом Смерти. Награда года за сомнительные достижения – однозначно моя. Софиты моего «звёздного часа» коптили безбожно, отдавая гарью и дешёвыми спецэффектами, но я выжила. И, положа руку на сердце, лучше один раз увидеть испепеление ненормальной, чем десять раз подряд делать правильный реверанс перед какой-нибудь старой графиней или императором.

Наверное, я окончательно сломалась. Нормальные люди после такого забиваются под одеяло с бутылкой вина и рыдают неделю, вызывая психотерапевта по зуму. А я стою у окна, жую яблоко и думаю: «Ну, по крайней мере, не опозорилась перед высшим светом». То ли суровое детство выжгло во мне все предохранители, то ли я просто превратилась в бронированный танк, который привык, что в него вечно что-то прилетает. Стабильность по -мидарски: если день прошёл без покушения, значит, ты просто ещё не проснулась.

Вчера мы с Киллианом вернулись домой поздно. Хотя какое там вчера – уже светало. Я сидела в кресле, отрешённо глядя на подарок Тэоса, и до сих пор не могла до конца осознать, что всё закончилось. Роянна... Я была в настоящем шоке. Она казалась мне такой искренней, такой по-человечески тёплой... Кто бы мог подумать, что за этой маской скрывается нечто настолько жуткое.

Но, несмотря на липкий осадок от её поступка, в этой ситуации был один неоспоримый плюс. Теперь я смогу попасть домой. И не просто вернуться, а показать своему мужчине мир, в котором я родилась.И Шанти. А то он вечно кричал откуда я такая свалилась,так вот и увидит. Ещё и возвращаться обратно не захочет!

В том разрушенном доме я его не видела. По словам Киллиана, он куда-то бесследно исчез ещё до появления Тэоса. А сейчас он спал сном младенца, едва заметно подёргивая ушами. Интересно, это у него стресс или просто такой крепкий сон? Или пока мы вели светские беседы с богом, этот авантюрист снова успел сбегать на свидание к соседским кошкам?

Тишину комнаты нарушил Киллиан. Он подошёл сзади и мягко коснулся моего плеча, возвращая в реальность.

– Спасибо тебе. Ты снова меня спас. Ты мой герой!

Мой «Мистер Совершенство» кивнул на чёрный меховой комок, свернувшийся в изножье кресла и тихо произнёс:

– Знаешь, Рина, сегодня главный герой не я и даже не Тэос. Если кого и стоит благодарить по-настоящему, так это Шанти. Именно этот «колобочек» первым почувствовал неладное, вцепился в ту психопатку мёртвой хваткой и буквально привёл меня к тебе. Если бы не он… – Киллиан не договорил, но я и так всё поняла по его глазам.

Я в один прыжок оказалась у кресла и сгребла это хвостатое чудо в охапку.

– Мой любимый колобочек! Мой котопёс героический! – я принялась целовать его в обе пары ушей сразу. – Моя ты радость, иди сюда, я тебя зацелую! Что бы я без тебя делала? Шанти, проси всё, что угодно: гору деликатесов, литр валерианки, хоть личный замок! А хочешь я познакомлю тебя с одной красивой киской? Мне для тебя ничего не жалко!

Шанти спросонья сначала не понял что происходит, а потом попытался изобразить праведное возмущение моим «тисканьем», но затем внезапно обмяк в руках и тихо, почти по-человечески, выдохнул прямо мне в ухо:

– Это очень приятно, Рина… Мне такого ещё никто не говорил. Но на самом деле мне ничего не нужно, главное – чтобы с тобой всё было хорошо. И прекрати уже влипать в такие ситуации! Я устал через день подпиливать когти в ожидании очередного нападения, мои нервы не железные.

Я замерла, растроганная до слёз, но...

–Ты кто и где мой вредный котопёс?

Шанти вывернулся из объятий и с самым наглым видом уставился на меня:

– Да я это! Я! Ну, чего сидишь? Иди готовь мне рыбы! И побольше!

Я рассмеялась, вытирая глаза. Пусть он делает мне нервы, пусть ворчит и требует дань едой, но в глубине души я знала,что он (и Киллиан конечно!), лучшее, что случилось со мной в этом мире. Но сейчас наглеть не надо!

– Так, рыба будет когда я посплю. Все по комнатам!

Да! Теперь Киллиан живёт со мной. Ну, как у меня – это всё-таки дом его родителей, но после нашего очень долгого разговора я настояла, чтобы он окончательно перебрался ко мне. Наш дом принял его решение с распростёртыми объятиями: сам организовал ему отдельную гардеробную,расширил ванную комнату и немного подправил интерьер спальни под нас двоих. К прежним нежно-розовым тонам добавилось немного мужского характера, и комната наконец-то превратилась в настоящую супружескую спальню, где теперь всё было общим.

– Действительно, уже почти светло. Завтра, точнее сегодня, много дел! – поддержал меня Киллиан.

Мы подняли в нашу спальню и едва коснувшись подушки, он и правда, поспал пару часов и снова умчался в свой департамент. Нужно было разбираться с Робертом.

А мне если честно, было абсолютно плевать, что там с ним происходит. Идти в СИЗО, чтобы посмотреть в его глаза или, упаси боже, простить – увольте, я не святая.

Днём Киллиан забежал домой проведать меня и в руках у него была стопка свежей прессы.

– Все газеты пестрят заголовками, Рина. Можешь почитать сама: «Серийные убийства раскрыты!», «Кровавая маньячка испепелена гневом Богов!». Там и про тебя есть, хоть и без имён, – он устало улыбнулся и отложил газеты.

– И откуда у них такие подробности? – я лениво перевернула страницу, где красовался заголовок о «таинственной спасительнице». – У вас в Департаменте дырявые стены или слишком разговорчивые крысы?

– Скорее, вторые. Пора бы некоторым зашить языки, – отрезал он.

– Что с Робертом? – спросила я.

Киллиан замер. Его лицо вмиг превратилось в каменную маску, и я увидела, как под кожей на челюсти ходят желваки.

– Твой «поклонник» утверждает, что был под гипнозом. И это правда. Но магия не создаёт монстра, Рина. Она просто снимает с него намордник. Гниль внутри него была всегда. Таким особям не место среди людей.

– Рудники? – предположила я, хотя уже знала ответ по его взгляду.

– Казнь, – коротко бросил Киллиан. – Император решил не тратить время на формальности.

Я замолчала. В моём мире это назвали бы самосудом, но здесь... здесь этот парень хотел сделать со мной такое, о чём даже думать тошно.

– Ты выглядишь так, будто сам готов его четвертовать, – тихо заметила я.

Киллиан шагнул ко мне, сокращая расстояние в один миг.

– Я бы хотел, чтобы он искупал каждую твою слезинку годами, – прорычал он, и я почувствовала жар его ярости. – Смерть для него слишком милосердный подарок.

Я вздохнула, прижимаясь лбом к его плечу. Пусть. Пусть Тэос разбирается, чья душа достойна покоя, а чья – вечного пепла.

– Ладно, мститель. Что дальше в нашей программе? Чай и сон?

– Дальше – аудиенция, – Киллиан отстранился и внимательно осмотрел моё лицо. – Император ждёт нас вечером. Личная встреча, награждение и благодарность за спасение короны.

– Опять бал?! – я едва не подавилась остатками яблока. – Киллиан, если ты сейчас скажешь менуэт (аж перекреститься захотелось), я сама пойду в СИЗО и закроюсь в одной из камер!

– Успокойся, – он невольно рассмеялся, и это был первый живой звук за весь день. – Никаких толп и оркестров. Приватная обстановка. Только ты, я и Его Величество.

– И реверанс? – я подозрительно прищурилась.

– Один -единственный. Обещаю.

Это была лучшая новость за весь день. Приватная обстановка – это я могу. Главное, чтобы на этот раз обошлось без богов и подземелий.

– Что будем делать с землями Светлой империи? – внезапно, сменив нежный тон на серьёзный, спросил мой любимый декан.

Киллиан стоял у окна, и в его взгляде я видела ту самую сосредоточенность главного сыщика империи, который привык решать судьбы людей. Ответственность за огромную территорию теперь давила ему на плечи. Но я его понимала. Светлая Империя была ему домом.

Я подошла к нему, мягко коснулась ладони и улыбнулась:

– Знаешь что? Давай сначала сгоняем ко мне на Землю, а там посмотрим. Мидар никуда не убежит, а нам обоим нужна перезагрузка.

Киллиан на секунду замер, обдумывая моё предложение, а потом его лицо просветлело, и он притянул меня к себе.

– Отличная идея, Рина. Нам действительно больше некуда спешить. Но все таки сегодня не опоздать бы к императору. Собирайся. Я буду ждать внизу.

В дворец императора я собиралась с грацией приговорённого к расстрелу. Киллиан пытался намекнуть, что к монарху не ходят в «этом милом домашнем платье», на что я резонно ответила, что после вчерашнего свидания с Богом Смерти я вообще имею право прийти в пижаме. Боги меня видели без макияжа – император как-нибудь переживёт отсутствие корсета.

Когда наша карета подкатила к императорскому дворцу, я невольно присвистнула. Я ведь раньше видела его из далека. Здание было настолько пафосным, что у меня зачесались глаза от обилия позолоты. Мы шли по бесконечным коридорам, мимо стражников, застывших как садовые гномы.

– Ничего себе замах, – прошептала я, косясь на лепнину. – У нас даже губернаторы так не живут.

– Кто такие «губернаторы»? – так же тихо уточнил Киллиан, не меняя выражения лица.

– Да так… помощники нашего местного императора. Но масштаб у них пожиже будет.Но по сравнению с этим залом их особняки – просто собачьи будки.

Нас завели в малый зал. Там, на троне, который выглядел неожиданно удобным, сидел мужчина лет сорока. Статный, с аккуратной бородой и взглядом человека, который знает цену хорошему сну. По его лицу можно было прочесть, что он очень хочет, чтобы все от него отвязались.

Глядя на него, я вспомнила слова Шанти. Кот называл его то ли добряком, то ли мямлей. И правда – на грозного тирана он не тянул. Глядя на него, хотелось не падать ниц, а предложить ему печеньку, спросить, как дела и отправить в отпуск.

Аудиенция прошла в режиме «экспресс». Короткая речь о спасении короны, тяжёлая золотая бляха на грудь (гордо именуемая медалью) и изящная диадема в коробочке.

– Носите с честью, – пробасил монарх.

Я сделала реверанс – честный, глубокий, ни разу не качнувшись. Горжусь собой!

Едва мы вышли за порог, я разочарованно буркнула:

– И это всё? Серьёзно? Даже чашечку чая с сушками не предложили? Скупердяи.

Киллиан схватил меня под локоть и придал мне ускорение в сторону выхода.

– Идём, Рина!

– А куда ты так спешишь?

– Хочешь чтобы тебя вернули и назначили фрейлиной императрицы? Хочешь каждый день кланяться фавориткам, обсуждать вышивку и танцевать до стёртых пяток?

Конечно нет!

– Ускоряемся, Киллиан!

Перспектива провести остаток жизни в бесконечных поклонах подействовала на меня лучше любого стимулятора. До кареты я практически добежала.

Оказавшись дома, я первым делом блаженно скинула туфли и растянувшись на диване переваривала сегодняшний день, и планировала завтрашний. Какое счастье, что аудиенция у императора прошла по сценарию «пришёл, увидел, получил медаль, убежал», и мне не пришлось ломать спину в бесконечных реверансах или выписывать кренделя в мазурках.

Киллиан, железный человек, тут же зарылся в свои бесконечные отчёты, а я потянулась к почтовой шкатулке. В голове наконец-то созрел идеальный план на завтрашний вечер.

Пора бы уже вспомнить, что я не только «спасительница миров», но и просто женщина, которой жизненно необходимо перемыть кому-нибудь косточки. В конце концов, качественные сплетни. То есть снять стресс.

Я нацарапала записку Лисе и Роззи:«Девочки, завтра девичник. Будем пить что-то вкусное и громко возмущаться.Всем.Непридёте– натравлю Шанти».

Шкатулка ответила почти сразу. Её звон рассыпался по комнате, и меня снова накрыли мурашки от мелодичного перезвона. Я замерла. В первый мой день здесь этот звук казался мне магией. И сейчас, спустя столько потрясений, этот нежный звон всё ещё заставлял сердце ёкать.

– Завтра встречаемся! – просияла я, прочитав ответ.

На душе стало тепло. В этом мире у меня с праздниками как-то не задалось. Новый год превратился в пожар, помолвка Лисы и Чарро – в ссору с Киллианом и моим фееричным побегом в Межмирье. А бал... ну, бал я провела, за милой беседой с Богом Смерти и Роянной. Остальное вспоминать не хочу...

Хватит!

– Значит так, – я решительно поправила диванную подушку. – Завтра у нас будет не просто девичник. Я устрою нам настоящий международный женский день. Устрою восьмое марта среди вечного средневековья! Мужчинам вход воспрещён, а Киллиану – особенно.