Текст книги "Неучтенная 3 (СИ)"

Автор книги: Мэри Дар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)

Глава 31

Глава 31

Глава 31

Утро было обманчиво спокойным. Мы неспешно завтракали, наслаждаясь тишиной, пока я прикидывала планы.

– Как насчёт зоопарка? Теарт? Кино? Или аквапарк? – предложила я, подливая кофе Киллиану. – Там весело, вода, горки...

– Рина, прости, но аквапарк подождёт, – Лиса подняла глаза от тарелки, и в них горел азарт истинного исследователя. – Я вчера в книжном видела такие труды! Я хочу в библиотеку или снова в книжный. Мне нужно изучить вашу физиогномику и психологию. Как вы читаете эмоции по лицу? И эти... маньяки. Я хочу понять, как работает мозг убийцы без магии.

Я улыбнулась. Моя подруга определённо нашла своё призвание.

– Сходим, Лиса. А вечером я включу тебе документальные фильмы. Там профи рассказывают такое, что ни в одной книге не напишут. Покажу тебе серию про наших самых известных «чудовищ».

– Студентка Лейман, вы меня радуете, – поддержал её Киллиан, отставляя чашку. – В Мидаре мы обязательно продолжим эту тему. Системный подход к безумию – это то, чего нашему Департаменту не хватает.

Идиллию прервал резкий, требовательный звонок в дверь. Я вздрогнула. Кто мог прийти? Друзей я не извещала, а тетя Люда звонит иначе. А я помнится обещала зайти,рассказать ожизни и где пропадала. Не ркасиво получается...

Я открыла дверь и едва не отшатнулась. На пороге стоял дядя Дима. Лицо искажено злобой, глаза налиты кровью. Не успела я вымолвить и слова, как он мёртвой хваткой вцепился в моё предплечье.

– Ты! Тварь! Где ты шлялась?! – заорал он, встряхивая меня так, что зубы клацнули. – Решила кинуть меня? Из-за твоего исчезновения я попал на такие бабки, что ты в жизни не видела! Бизнес в заднице, я в долгах по уши! Живо одевайся, мы идём в банк!

Я попыталась одёрнуть руку, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость.

– Здравствуй, Дима. Я-то тут при чём? Твои долги – твои проблемы. Твой липовый брак с тем стариком Демидовым провалился, и это только твоя вина.

Он замахнулся, его лицо побагровело:

– Ты сейчас у меня договоришься, дрянь...

Договорить он не успел. На крик вышел Киллиан. Его рука перехватила запястье дяди в миллиметре от моего лица. Секунда – и Дима уже выгибался дугой, его рука была заломлена так технично, что он заскулил, как побитый пёс.

– Что здесь происходит? – в голосе Киллиана прорезались те самые ледяные нотки Верховного сыщика, от которых в Империи падали в обморок министры.

– Отпусти меня, мужик! Ты кто такой?! – орал Дима, пытаясь вырваться.

– Я жених той, которую ты чуть не убил, – процедил Киллиан, чуть усиливая нажим. – Ещё одно движение, и я вырву тебе сустав.

– Отпусти его, Киллиан, – тихо сказала я. Мой «любимый» дядюшка, тяжело дыша, сполз по стенке. – Что тебе нужно, Дима? У меня ничего нет, кроме этой квартиры и машины.

– Не ври мне! – выплюнул он, оправляя куртку. – У тебя есть наследство папаши! Всё то, что он откладывал на твоё будущее. Ты сейчас идёшь в банк и подписываешь согласие на перевод всех прав на меня. Мне нужно восстанавливать бизнес!

Я посмотрела на него и вдруг поняла: он не отвяжется. Он будет преследовать меня, пока не выпьет всю кровь. И тут в голове созрел план. Безумный, но справедливый.

– Хорошо. Поехали.

В банке я шепнула Киллиану, чтобы он присмотрел за Димой в холле. Сама же зашла в кабинет к управляющему – солидному мужчине, который, как оказался, помнил ещё моего отца. Когда он открыл мои счета, у меня перехватило дыхание. Миллионы. Отец действительно оставил мне столько, что хватило бы на безбедную жизнь в любой стране.

– Мне столько не нужно. И проблем я не хочу... И не хочу разбирательств... – сказала я банкиру, глядя ему прямо в глаза. – Я скоро уезжаю навсегда. Сделайте так: поставьте мне безлимит на неделю на одну карту, а все остальные деньги и имущество – квартиру, машину – переведите в фонды детских домов города.

Банкир опешил:

– Но ваш дядя... он же шантажирует вас? Мы можем вызвать полицию! – кажется банкир все знал...

– Нет времени на полицию. Я хочу сделать доброе дело. Пусть эти деньги пойдут детям, а не этому стервятнику. Но мне нужна бумага... фальшивая бумага с печатью, что все деньги переведены Дмитрию. И за вашу... помощь и молчание вы можете забрать себе пять миллионов. Прямо сейчас.

В глазах банкира мелькнул алчный блеск. Моральные принципы проиграли всухую. Он быстро провёл операции, выписал «липовое» подтверждение и поставил жирную печать.

Когда мы вышли в холл, Дима выглядел жалко: всклокоченные волосы, наливающееся фиолетовым пятно под глазом (видимо, Киллиан всё же провёл «профилактику») и дрожащие руки. Я протянула ему бумагу.

– Вот. Я всё сделала, как ты просил. Мне эти деньги не принесли счастья, пусть забирают их твои кредиторы. Но есть условие: перевод завершится ровно через неделю, когда меня не будет в стране.

Дима выхватил лист, его лицо исказила сумасшедшая ухмылка.

– Хоть через месяц! Тебя не было год, я уже не надеялся! Спасибо бабе Гале, позвонила, сказала, что ты явилась. Всё, прощай, племяшка. Надеюсь, больше не увидимся! – он плюнул в сторону и почти бегом скрылся за дверями банка.

После того как за спиной тяжело хлопнула дверь банка, а все бумаги были подписаны, я почувствовала, как с плеч рухнул неподъёмный, проржавевший пласт прошлой жизни. Я ведь думала, что при встрече с дядей меня накроет: что снова станет холодно в груди от воспоминаний о том, как он едва не отправил меня на тот свет ради этих бумажек. Думала, что ярость захлестнёт или страх парализует. Но, стоя на залитом солнцем тротуаре Земли, я вдруг поняла – внутри абсолютная, звенящая тишина.

Я его не простила, нет. Прощение – это слишком дорогой подарок для такого человека. Я просто вычеркнула его из реестра живых существ в своей голове. Мне стало до фонаря, разорится он завтра или уже сегодня спит под канавой, доедая последний хрен без соли. Этот человек для меня теперь – пустой звук, помеха в эфире. Слава Богу, что всё то земное прошлое, всё предательство и боль стали казаться дурным, смазанным сном, который забываешь, едва открыв глаза в новой реальности.

Я стала другой. Настолько, что та прежняя Даша кажется мне какой-то далёкой родственницей, с которой мы давно не общаемся. Моя жизнь сейчас – это такой бешеный коктейль из магии, опасностей и чувств, что старые обиды на их фоне просто меркнут, как костёр на фоне ядерного взрыва. Да, в Мидаре меня пытались убить, там были моменты, от которых волосы дыбом, но там же я обрела то, о чём на Земле и мечтать не смела.

У меня есть потрясающие подруги, есть мой Киллиан, от которого сердце делает сальто (даже когда он невыносим), и есть даже этот невозможный, вредный, вечно голодный сексуальный маньяк в обличье кота-хранителя. Весь этот хаос, вся эта яркая, пугающая и прекрасная жизнь в стократ ценнее всех миллионов мира. Пусть всё моё прошлое катится к чёрту вместе с Димой. У меня впереди восстановление империи, магические интриги и, кажется, ещё одна пара кроссовок, которую я просто обязана выгулять в Мидаре. Там я дома.

Киллиан внимательно посмотрел на меня.

– Ты ведь понимаешь, Рина, что через неделю он придёт в банк и узнает правду?

– О да. И я бы очень хотела видеть его лицо, когда ему скажут, что деньги ушли сиротам, а его бумажка – просто фантик. Он заслужил это, Киллиан.

Киллиан усмехнулся, притягивая меня к себе.

– Жестоко. Мне нравится. Твой мир учит тебя кусаться, Рина.

– Мой мир учит меня закрывать долги, – ответила я, глядя вслед уехавшему такси дяди. – Поехали домой. Нам ещё Лису в библиотеку вести.

Настроение после банка было боевым – чувство справедливости приятно грело изнутри. Но стоило нам переступить порог дома, как победная улыбка сползла с моего лица. На кровати, в окружении горы блестящих фантиков, бился в истерике Шанти.

– О-о-о, мои зубы! Моя челюсть! Я умираю! Зовите некроманта, пусть готовит ритуал воскрешения! – подвывал кот, прижимая лапы к морде.

– Зубы? – я окинула взглядом масштаб кондитерского побоища. – Ты что, сожрал всё за один присест?

– Я дегустировал! – буркнул он сквозь зубы. – Но, кажется, земной сахар – это яд замедленного действия!

Не мешкая, я схватила телефон и через час мы уже сидели в очереди к ветеринару. Шанти, чьи габариты явно не были рассчитаны на женские колени, жалобно скулил, вжимаясь в меня всем своим весом. Его била мелкая дрожь. Вдруг из-за двери кабинета раздался душераздирающий вой какого-то бедного пса. Шанти подпрыгнул на месте, едва не проломив мне тазовые кости.

– Рина... там что, садист работает? – прошептал он, и в его голосе было столько неподдельного ужаса, что мне стало его жалко.

– Да какой садист, успокойся! Это просто больно, но тебе поставят укол...

– Нет! Только не укол! – он забился ещё сильнее. – Я видел в твоей голове, что это такое! Длинная игла, протыкающая плоть... О боги, за что мне это?

– Шанти, медицина идёт вперёд! Смотри, – я кивнула на холодильник в углу, – там мороженое. Может, предложат со вкусом валерьянки или сметаны.

– Ага, заманивают! – прошипел он. – Благородных котов под видом вкусняшек завлекают в логово, а сами издеваются!

– Шанти, ты взрослый, солидный...

– Мужчина! Я мужчина! Всё, я держусь! – он выпятил грудь, хотя хвост продолжал предательски подрагивать.

В кабинете ветеринар, суровый мужчина в очках, осмотрел нашего «пациента» и вынес вердикт:

– Пульпит. Надо рвать. В моей голове тут же раздался ультразвуковой вопль Шанти: «Убивают! Не дам! Я без зубов не смогу кусать Киллиана за пятки!»

Ага! Как будто ты его кусал...

– А пломбы? Вы делаете пломбы котам? – осторожно спросила я.

Доктор задумался:

– Ну... официально нет, но у меня брат в соседнем кабинете – стоматолог для людей. Можем попробовать, если вы его усыпите на время.

– Усыпить?! – Шанти в моей голове перешёл на фальцет. – Меня?! Нельзя! Я хочу жить, я молодой, у меня ещё столько несъеденных конфет!

Кое-как, совместными усилиями с Киллианом, мы дотащили сопротивляющегося Хранителя до стоматологического кресла. Ему дали подышать «весёлым газом», и через пару минут наш грозный кот сладко засопел, пуская слюни.

Вечером дома Шанти лежал на диване и с ненавистью смотрел на остатки сладостей.

– Я самый несчастный Хранитель во всех мирах... Ты издеваешься надо мной, Рина. У меня во рту теперь кусок инородного металла!

– Да ладно тебе, зуб-то на месте. Боль прошла? Прошла. Можешь дальше шляться по своим кошкам. Хватит прибедняться.

– Но ты мне все равно должна. Да! Однозначно.

– За что это?

– За то, что купила столько конфет!С тебя рыбы. Думаю килограм пять хватит. Чищенной. И нарезанной тонкими полосочками. И чтобы без единой косточки. Да! Пойду пройдусь... – буркнул он и, прихрамывая для пущей важности, скрылся в окне.– А я даже не успела ему ничего ответить так опешила от его наглости.

Лиса в соседней комнате полностью ушла в мир криминалистики – из ноутбука доносились суровые голоса экспертов, рассуждающих о психопатах. Поняв, что вечер свободен, я повернулась к Киллиану:

– Хочешь посмотреть «Титаник»? Помнишь, я рассказывала?

– Конечно. Мне интересно о чем ты говорила.

К середине фильма я уже шмыгала носом, а в финале, когда Джек начал уходить под воду, я просто разрыдалась. Киллиан мужественно обнимал меня, гладя по голове, но его лицо выражало крайнюю степень возмущения.

– Как?! – вдруг взорвался он, когда пошли титры. – Как она могла быть такой эгоисткой?! Рина, на эту дверь поместилось бы два Джека! Минимум три, если потесниться! Он умер, спасая её, а она... она просто лежала там! Невероятная наглость! Он должен был сам остаться на этом куске дерева!

Я сквозь слёзы прыснула от смеха.

– Киллиан, ты не один такой! Весь мир так думает уже тридцать лет. Но сердце океана... Заметил, как оно похоже на тот камень?

– Похоже, – смягчился он, целуя меня в макушку. – Ты исполнила свою детскую мечту. И мою тоже – увидеть, на что способны ваши люди ради любви. И ради глупости.

Он мягко притянул меня к себе. Одним коротким жестом Киллиан применил какое-то безмолвное заклинание, и дверь в комнату с негромким щелчком захлопнулась.

– Киллиан, тише... – прошептала я, чувствуя, как его губы касаются моей шеи. – Там же Лиса за стеной...

– Это ты тише, – выдохнул он мне в губы. – Шумная, страстная, моя малышка...

Его руки скользнули под мою кофту, вызывая целые табуны мурашек, которые буквально падали в обморок от восторга.

– Знаешь, – прошептала я, расстёгивая пуговицы на его рубашке, – я давно мечтала, чтобы ты снова надел свою деканскую мантию... и применил ту настойку сокрытия лица.

Киллиан замер, в его глазах вспыхнул опасный огонёк.

– Ах, ты хочешь, чтобы тебя целовал суровый декан Вэйн?

Я немного смутилась, но выдержала взгляд:

– А что такого? Если хочешь увидеть моё новое бельё... придётся и тебе потрудиться.

–Тогда в следующий раз с тебя обещанный стриптиз.

Я распахнула кофту. Когда Киллиан увидел леопардовый принт – дерзкий, хищный и невероятно сексуальный – он издал звук, средний между рычанием рыси и стоном. Не говоря ни слова, он выхватил из пространственного кармана свой чёрный плащ и какую-то склянку. Секунда – и передо мной стоял Тот Самый Декан. Строгий, властный, от одного вида которого подгибались колени.

Он схватил меня за талию, притягивая к себе с такой силой, что у меня перехватило дыхание.

– Ну что ж, студентка... Кажется, сегодня у нас будет внеплановый зачёт по практике. И предупреждаю – пересдачи не будет.

И когда его губы, пахнущие вишней, накрыли мои, мир окончательно перестал существовать. Остались только мы, этот леопардовый принт и тихий шёпот, окутывающий комнату.

Глава 32

Глава 32

Глава32

Утро началось подозрительно тихо. Лиса, которая ещё вчера планировала составить психологический портрет типичного маньяка-душителя, за завтраком сидела тише воды, ниже травы. Пока мы с Киллианом вяло ковыряли омлет, обсуждая планы на день, она потихоньку, бочком-бочком, выскользнула из кухни. Я только краем уха услышала знакомую заставку детективного сериала из гостиной. Похоже, криминалистика окончательно поглотила нашу будущую сыщицу.

– Ну что, Киллиан, – я отодвинула тарелку и посмотрела на своего декан... то есть, жениха. – Давай поговорим открыто. Тебя ведь что-то гложет по поводу Светлой империи? Открываем её?

Киллиан вздохнул, его пальцы привычно забарабанили по столу.

– Рина, я не думаю, что открытие границ – хорошая идея. Император – человек амбициозный. Как только он поймёт, что там есть живые земли, он захочет забрать их себе. А это война... А у нас нет ни армии, ни ресурсов, чтобы противостоять Тёмной империи.

– А кто говорит об открытии? – я хитро прищурилась. – Мы её закроем. Сделаем вид, что там всё ещё пепел и катаклизмы. А сами будем развивать её изнутри. Постепенно, пробивая почву. Ты ведь всё ещё главный в своём Департаменте?

– Пока да, – кивнул он. – Но где ты возьмёшь людей? Кто захочет жить на руинах?

– Поверь, желающих будет море.

– Твоя «светлая головка» уже всё придумала?

– А то! Мы проведём тихую подпольную работу. Ты, как глава Департамента, будешь следить, чтобы информация не просочилась в высшие круги раньше времени. А мы пустим слух... Нет, лучше листовки! О перспективной работе, где дают землю под строительство жилья. Безплатно. Каждого переселенца я буду проверять лично: на криминальное прошлое, на чистоту помыслов и желание созидать. Плюс Межмирье – оттуда тоже многие захотят перебраться в место, где дышится легко. Если мы будем жить долго, то успеем увидеть величие своей страны.

Киллиан задумался, а я открыла ноутбук.

– Идея хорошая, Рина. Но чем ты их завлечёшь? Одной надеждой сыт не будешь.

– Транспортом! – я победно ткнула пальцем в монитор. – В Тёмной империи только лошади и один дилижанс на магической тяге, в Межмирье – громоздкие дирижабли. А мы сделаем...

– Ты хочешь украсть здесь самолёт? – Киллиан вскинул бровь. – Предупреждаю, в пространственный карман он не влезет.

– Да не дурочка же я! – я рассмеялась. – Зачем нам самолёт, который требует керосина? Мы построим воздушные шары. Красивые, яркие. Устроим туры над разрушенными замками, будем показывать туристам из Тёмной империи результаты древних катаклизмов и человеческой порочности с высоты птичьего полёта. Отбоя от богатых бездельников не будет!

Киллиан усмехнулся, явно впечатлённый масштабом.

– Допустим. Что ещё?

– Еда! Суши и роллы. Я их обожаю, а в Мидаре о них и не слышали. Договорюсь с русалками, они будут поставлять свежайшие морепродукты. А поскольку я знаю ваш «божественный» язык, который здесь называют китайским, я открою целый Китайский квартал.

Я быстро защёлкала по клавишам, показывая ему картинки: изогнутые крыши, красные фонарики, горбатые мостики над прудами с карпами.

– Смотри, как это будет эстетично! Тёмные маги с ума сойдут от такой экзотики.

Киллиан подался вперёд, рассматривая архитектуру.

– Это... действительно красиво. Необычно.

– И это только начало! – я вошла в раж. – В вашем мире нет арбузов и дынь. Мы возьмём отсюда семена.Построим если надо теплицы... Так! У нас есть Интернет, книги, библиотеки. Надо срочно качать информацию... Мы создадим нечто среднее между Землёй, Межмирьем и Тёмной Империей. Проложим рельсы, верней наймём специалистов из Межмирья. Поезда – это же твоя страсть, Киллиан!

Я осеклась, глядя на его задумчивое лицо.

– Жаль только, что на всё это нужны тонны золота... – вздохнула я.

Киллиан вдруг улыбнулся – той самой улыбкой, от которой у меня внутри всё сладко сжималось.

– Деньги, дорогая моя девочка, – совсем не проблема. У меня их достаточно.

– Недостаточно, Киллиан! Для целой империи нужны горы золота!

– Стэй, мой старый друг, не просто так считается лучшим, – тихо сказал он. – Сокровищница моей семьи в полной сохранности. И, кажется, он умудрился добавить туда... бывшую императорскую казну.

Я аж присвистнула.

– Ого! Ничего себе... Вот это мы развернёмся! Ну что тогда? Снова по магазинам?

Киллиан решительно встал.

– Только не за одеждой!

– Какая одежда?Ты о чем?

– А куда?

– Едем в аграрный центр за семенами, потом в книжный – наберёшь всё по устройству воздушных шаров и железных дорог. А дальше... дальше посмотрим, на что способна моя «светлая голова» при неограниченном бюджете.

Я вскочила и обняла его, чувствуя, как внутри расцветает предвкушение. Наша Светлая империя ещё заставит весь Мидар содрогнуться от восторга!

Я смотрела на Киллиана, который уже деловито прикидывал в уме объёмы золота из императорской казны, и внутри меня танцевала джигу маленькая, но очень гордая Даша.

–Ну, каков, а?! – ликовала я про себя. – Другой бы на его месте уже читал лекцию о нецелесообразности воздушных шаров в условиях магической турбулентности, а этот? Согласился! Не отговаривал! Ещё и казну на стол выложил. Девочки, записывайте рецепт: идеальный мужик – это тот, который на фразу "Я хочу построить империю с роллами и поездами" отвечает: "Поехали за семенами". Нет, он не просто совершенство. Он – моё личное магическое комбо с джекпотом в придачу!

Я мельком глянула в зеркало в прихожей и подмигнула своему отражению.

«Так-так, и кто тут у нас Великий Реформатор в леопардовых трусах? Я! Кто тут будущий архитектор нового мирового порядка с кружевным подтекстом? Опять я! Кажется, за такое в Межмирье дают премию. Или орден. А лучше – сразу корону. Да я её сама себе надену, имею полное право! Я же теперь почти Императрица. Ну, технически пока невеста целого герцога-декана-сыщика с безлимитной карточкой от императорской сокровищницы, но это детали.

Главное – стратегия! Сначала засадим всё арбузами, потом поднимем народ в небо на шарах, а там, глядишь, и Шанти вместо валерьянки начнёт требовать десертное меню в моём китайском квартале. Трепещи, Мидар! Твоя будущая правительница сегодня в ударе, в леопарде и при деньгах!»

Оторвать Лису от телевизора было задачей для профессионального экзорциста. Она вцепилась в диванную подушку с таким видом, будто маньяк из документалки сейчас вылезет из экрана и она должна лично зачитать ему права.

– Лиса, подъём! Мы едем грабить аграрный сектор! – гаркнула я.

– А там будут лекции по криминальной антропологии? – с надеждой спросила она.

– Там будут семена кабачков и чертежи воздушных шаров. Это почти то же самое, только без трупов.

Шанти, едва услышав про выход в свет, тут же испарился. «По делам», – важно заявил он, поправляя воображаемый галстук. Мы-то знали, что его «дела» сидят на соседских заборах и машут хвостами, но спорить не стали.

Первым делом мы десантировались в аграрном магазине. Я сгребала семена с полок, как одержимая белка. Но настоящий экстаз наступил, когда я увидела их – саженцы вишни.

– О-о-о, идите к мамочке, – прошептала я, бережно упаковывая тонкие стволики в пространственный карман. – У меня будет свой сад. Будем варить варенье и выплевывать косточки в сторону Тёмной империи. Это будет наш дипломатический ответ.

Затем был магазин техники. Я понимала: без принтера моя «бумажная революция» заглохнет на взлёте. Купила мощный аппарат, тонну бумаги и столько чернил, что ими можно было бы перекрасить небольшое озеро. Но пока я торговалась за скидку на картриджи, Киллиан застыл у стенда с солнечными батареями. Его взгляд был... пугающим. Так смотрят фанатики на святыни. Он задумчиво вертел в руках кремниевую панель.

– Рина, ты понимаешь, что это? – тихо спросил он. – Это же магия чистого света, запертая в стекле. Если мы поставим такие в Светлой империи...

– То прощай, средневековье, здравствуй, бесплатный вай-фай, – закончила я. —Шучу. Если хочешь,зайдём у книжный или на сайт,распечатаем и их устройство.

В книжном мы разделились. Лиса, светясь от счастья, забила корзину книгами по психологии и криминалистики, Киллиан об устройству паровых котлов, истории воздухоплавания и развития железной дороги. Я же нырнула в отдел туризма. Выбирала журналы по ландшафтному дизайну и устройству теплиц: гидропоника, аэропоника, автоматический полив... Я сравнивала схемы, как опытный инженер, (вру конечно! Так, делала вид, но информация пригодится для людей которые в этом смыслят) понимая, что в Светлой империи нам нужно лучшее.

Уже на обратном пути я затормозила у вывески тату-салона. Внутри что-то ёкнуло.

– Киллиан, мне надо зайти.

– Зачем? – он подозрительно посмотрел на витрину, где была изображена девушка, покрытая рисунками с ног до головы. – Ты хочешь стать похожей на расписную вазу? Это... избыточно.

– Нет, глупый. Помнишь, что сделал Роберт? – я коснулась плеча, где под кожей всё ещё чувствовались бугры от старых шрамов. – Тэос залечил раны, но память осталась. Я хочу перекрыть это. Мне нужно стереть его присутствие из моего тела. Это важно для моей головы, понимаешь?

Киллиан смягчился. В кабинете мастера я выбрала эскиз: изящная птичка-певчая на ветке той самой вишни. Когда игла зажужжала, впиваясь в кожу, я почувствовала странное облегчение. С каждой каплей чернил старая боль вытеснялась чем-то новым и красивым. Киллиан наблюдал за процессом с нарастающим интересом.

– Значит, это остаётся навсегда? – спросил он. – Почти как магическая печать?

– Да. Знак принадлежности самой себе.

И тут мой Верховный сыщик выдал:

– Я тоже хочу.

Я чуть с кушетки не свалилась.

– Ты?! Что ты набьёшь? Герб Департамента?

– Нет, – он загадочно улыбнулся мастеру. – Сделайте мне её портрет. Вот здесь, на предплечье.

Я смотрела, как на его руке проступают мои черты – яркие, живые, почти как у Моны Лизы, только симпатичнее. Мне было безумно приятно, я буквально таяла от нежности.

– Лиса, смотри, какая красота! – позвала я подругу, когда мы закончили. Лиса глянула на наши татуировки и передёрнула плечами:

– Нет. Я не готова терпеть такую пытку даже ради портрета идеального маньяка. Пойдёмте уже домой.

Дома нас встретил Шанти. Он сидел на коврике с видом глубоко разочарованного пророка. Увидев наши обновки, он закатил глаза.

– Ну всё... Приехали. Вас заново крестить придётся! – проворчал он. – Это же грех! Тело – это храм, а вы в нём граффити нарисовали!

– Шанти, ты когда это таким набожным стал? – я рассмеялась, вынимая покупки. – Я всегда таким был! Чистота души начинается с чистоты шерсти! – гордо заявил он.

– А ничего, что ты вообще с другой планеты и у нас там другие боги? – подначил его Киллиан.

– Неважно! – отрезал кот. – Грех – он и в Мидаре грех.

Но я заметила, что хвост у него висит безжизненно, а в глазах нет привычного блеска.

– Эй, колобочек, ты чего такой кислый? Мы же в китайский ресторан собирались, за роллами!

– Не хочу... – вяло отозвался Шанти. – Устал я. Пойду спать. Он поплёлся в спальню, даже не обнюхав пакеты с сувенирами.

«Наверное, перетрудился в любовных делах на земных крышах», – подумала я, махнув рукой. – «Пусть отсыпается. Нам завтра ещё полмира завоёвывать».

Подготовка к выходу в свет превратилась в отдельное шоу. Лиса стояла в ванной, подозрительно косясь на фен, который я держала в руках. Когда я его включила, она подпрыгнула едва ли не до потолка, выставив вперёд пальцы, готовая пульнуть в прибор заклинанием.

– Рина! В эту чёрную трубку вселился демон ветра? Почему он так неистово воет и плюётся жаром?!

– Успокойся, это просто электричество и спираль, – смеялась я, пытаясь уложить её волосы. – Никаких демонов не существует. Ты же сама знаешь! Честное слово.

Пока мы наводили марафет, Киллиан, как истинный будущий правитель, времени зря не терял. Я обнаружила его в гостиной: он сидел за ноутбуком с таким серьёзным видом, будто подписывал смертный приговор какому – нибудь министерству. Пальцы его уверенно летали по клавиатуре – поисковик послушно выдавал схемы солнечных панелей, чертежи паровых котлов и аэродинамику воздушных шаров.

– Потрясающе... – бормотал он. – Рина, иди сюда. Как мне перенести эти знания на бумагу?

Я показала ему, как пользоваться принтером. Машина тихо заурчала, выплёвывая лист за листом. Киллиан смотрел на это, как на величайшее чудо.

– Нам понадобится очень много бумаги. – вынес он вердикт, пока принтер деловито печатал стопку схем по технической революции.

Проверив Шанти, который свернулся клубком и тихо посапывал, мы наконец отправились в китайский ресторан. Ароматы имбиря, соевого соуса и жареного риса быстро привели моих гостей в восторг. Лиса с поразительной скоростью освоила палочки (видимо, годы тренировок с магическими пассами помогли), а Киллиан, пробуя утку по-пекински, снова кивнул:

– Китайский квартал – это не просто идея, Рина. Это стратегический ход. Если мы сможем воспроизвести этот вкус в Светлой империи, народ повалит к нам только ради того, чтобы узнать, что это за «чертовски острый соус». Вечер прошёл идеально: смех, обсуждение планов и предвкушение новой жизни.

– Значит надо распечатать ещё рецепты всех этих соусов и разновидности китайских блюд.