Текст книги "Чужая Невеста (СИ)"
Автор книги: Маша Драч
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)
Глава 27
Впервые мне одержимо хотелось поскорей пережить свой день рождения. Просто вычеркнуть его из календаря, забыть, что в этом году он у меня вообще есть. Или хотя бы поставить этот день на быструю перемотку.
Когда я собиралась на работу, то упрямо пообещала себе, что проведу это время, как обычно. Поработаю, затем что-нибудь съем на обед, а вечером или посмотрю сериал, или просто скоротаю время за игрой в смартфоне. Но в офисе все уже знали, что у меня сегодня день рождения. Очевидно, их предупредила Катя. Теперь я официально работала на нее. Вся необходимая информация обо мне давно была предоставлена
Прямо с порога ребята принялись меня поздравлять. Разноцветные конфетти облаком взмыли к потолку, воздушные шары были развешаны то тут, то там, праздничные колпаки каждому на голову и небольшой торт, украшенный фруктами – к столу. Я понятия не имела, что для меня подготовили такой замечательный и трогательный сюрприз. Вчера, когда я уходила, никто даже словом не обмолвился, что что-то готовится для меня.
Я не удержалась и расплакалась. Но впервые за последние несколько месяцев это были слёзы счастья, а не горя.
– Злата, радоваться нужно, а не плакать, – Катя по-доброму улыбнулась и обняла меня. – Какой ты всё еще ребенок.
– Просто… Это так неожиданно, – сквозь всхлипы прошептала я. – Работаю здесь совсем недавно, а вы всё так дружно подготовили и поздравили. И эти шары, торт. Всё такое красивое, – я постаралась, как можно, аккуратней стереть салфеткой немного потёкшую тушь.
Катя погладила меня по спине. Затем мы вместе присоединились к остальным ребятам для небольшого пятиминутного чаепития. Рабочий день плавно вошел в свое привычное русло.
Борис снова отсутствовал дома почти неделю. Он куда-то уехал сразу же на следующей день после нашей совместной ночи. На моей коже всё еще до конца не сошли ее следы. Борис по-настоящему сорвался. Это я точно определила, когда впервые обнаружила на своем теле следы. Их было немного. Несколько на ключицах и еще парочка на груди. Они не болели, только налились тёмно-фиолетовым цветом.
Я не тешила себя иллюзиями, что именно сегодня Борис решит вернуться домой. Он всегда занят делами и растрачивать время на пустяки не станет. Но сегодня по-особенному не хотелось оставаться одной. Это был мой первый день рождения без мамы и папы. Когда в жизни случается трагедия, все праздники одномоментно превращаются в пытку. Новый год, День рождения… В такие моменты ощущение одиночества становится самым острым, самым невыносимым.
В офисе я засиделась непривычно долго. Проработала план на всю следующую неделю, согласовала с заказчиками несколько важных моментов, относительно их будущей рекламной кампании.
Выключив компьютер, я на несколько секунд закрыла глаза. Вдруг пиликнул смартфон. Я взглянула на экран. Сообщение от Вала.
«На работе?»
Я села прямо за своим рабочим столом и принялась быстро печатать ответ.
«Да. Уже почти закончила»
«Я тебя встречу?»
Перечитав несколько раз короткое сообщение, я не сразу нашла, что ответить.
«Зачем?»
«Это не ответ)»
«Хорошо. Я через десять минут заканчиваю».
Вал ждал меня у здания офиса, небрежно привалившись к капоту своего красивого черного спорткара. Руки как-то странно были скрещены на груди, словно он кого-то пытался удержать.
– Привет, – я подошла к Валу. – Всё хорошо? Ничего не случилось?
– Злата, не кипишуй, – Вал выпрямился, и я заметила, как что-то маленькое копошится у него под джинсовкой в районе груди. – У тебя сегодня день рождения, я прав?
– А ты откуда знаешь?
– Я всё знаю, – с шутливой таинственностью ответил Вал. – В общем, я тут немного подумал и решил, что этот малыш, – он полностью расстегнул джинсовку и достал странный громко сопящий и дрожащий комок, завернутый в небольшое мягкое полотенце. – Этот малыш станет тебе настоящим другом, – Вал раскрыл полотенце, демонстрируя мне щенка.
Это был совсем еще крошечный мопс. Он заметно дрожал, обнюхивал пальцы Вала и жался к его груди.
– Щенок из питомника. Полностью здоровый. Решил, что тебе нужна компания.
– Вал, я… Ты знаешь, я когда-то в детстве мечтала о собаке, но всё как-то не складывалось.
– Рад, что именно я сумел осуществить твою давнюю мечту, – Вал широко улыбнулся. – Это мальчик. Назовешь на свое усмотрение. Думаю, Боря не будет против. С днем рождения, Злата, – Вал аккуратно протянул мне щенка и приобнял.
– Спасибо. Я вообще не планировала отмечать свой день рождения. Настроения не было. Но меня поздравили ребята с работы, теперь ты, – я осторожно погладила малыша, он всё еще дрожал.
– И как? Праздничное настроение появилось?
– Да. Немного.
– У меня есть один небольшой план. Ничего особенного, просто отметим твой праздник, что скажешь? – Вал поправил капюшон на своей джинсовке.
– Я согласна, – в моем голосе прозвучали нотки воодушевления.
– Тогда едем.
В салоне пахло свежестью. Тихо играла какая-то электронная музыка. Двигатель завёлся настолько бесшумно, что я даже встрепенулась, когда машина плавно выехала на дорогу и быстро набрала приличную скорость.
Спокойствие Бабая я чаще всего воспринимала как нечто неподвижное и почти неживое, стальное. Умиротворение Вала было совсем другим, с иным оттенком. Его энергетика в принципе сильно отличалась от энергетики Бориса. Они были разными самостоятельными личностями. Родство наложило совсем призрачный отпечаток, сохранив индивидуальность каждого.
Мы приехали на пустынный пляж. Вал вышел из машины, достал из багажника какую-то небольшую квадратную коробку и свёрнутый плед.
– У нас будет пикник на берегу реки и под октябрьскими звёздами? – спросила я, торопливо выбираясь из спорткара.
– Ты не против? – Вал закинул плед к себе на плечо. – Пляж дикий. Можно будет разжечь небольшой костёр.
– А ты умеешь? – я быстро нагнала Вала.
– Злата, я умею всё, ты только попроси, – он хохотнул. – У меня была одна игрушка. Основная цель – пережить зиму. Пережил. Несколько дней на нее потратил.
– Но реальность немного отличается от компьютерной игры, тебе так не кажется?
– Игра помогает на время отключиться от реальности и перезагрузиться.
– С этим сложно спорить.
Вал быстро развел костер. Я вместе с щенком удобно расположилась на широком пне, который до нас кто-то уже успел перетянуть поближе к воде.
– Сок или что-нибудь покрепче? – Вал достал из коробки бутылку сока и бутылку шампанского.
– Сок, – долго не раздумывая, ответила я.
– Поддерживаю такой выбор, – Вал оставил сок, а шампанское спрятал обратно в коробку. – Ты голодная?
– Если честно, то нет, – щенок несильно укусил меня за руку, затем лизнул и спрятался в складках моего пледа. – Не бойся. Тебя здесь никто не обидит, – я аккуратно погладила мопса за ушами.
– Я могу сделать бутерброды, если вдруг проснется аппетит, – Вал продолжил изучать запасы своей «волшебной» коробки. – Сейчас достанем стаканчики. Нальем сок. Так, где-то здесь должны быть свечи и еще кое-что.
– Вижу, ты основательно подготовился, – я никак не могла перестать улыбаться.
– Всё предусмотрено, – гордо ответил Вал, и разлил сок по пластиковым стаканчикам. – Сейчас, еще секунду.
Закрыв коробку, Вал использовал ее как импровизированный стол. Он распаковал большой шоколадный кекс и торжественно воткнул в него одну свечку.
– Тебе еще предстоит загадать желание, – предупредил Вал и поджег зажигалкой свечку.
Щенок тут же выглянул наружу. Сопя, он, как загипнотизированный, наблюдал за трепыханием маленького язычка оранжевого пламени.
– Давай мальца сюда, – Вал забрал мопса. – Знаешь, если загадать желание и очень-очень захотеть, чтобы оно сбылось, то так и случится, – он говорил таким тоном, словно вот-вот должно было свершиться чудо. – Пусть твое желание, Злата, обязательно сбудется. С днем рождения.
Привстав с пня, я склонилась над праздничным кексом и на несколько мгновений затаила дыхание. Язычок пламени продолжал весело плясать свой замысловатый танец. Мое желание было простым, я хотела, чтобы у меня и у всех людей, которые помогли в такое нелегкое время, всё в жизни хорошо сложилось. Погасив свечку, я радостно захлопала в ладоши.
Мы с Валом чокнулись нашими пластиковыми стаканчиками и отпили из них сок. Это был самый вкусный апельсиновый сок. Вкусный, потому что сопровождался позитивными эмоциями. А мне этих эмоций жутко не хватало.
– Съедим по кусочку? – поинтересовался Вал.
– Обязательно! У меня сегодня углеводное настроение!
Мы жевали вкусный шоколадный кекс, пока щенок, кряхтя, пытался удобней уместиться на пне. Запивая свой импровизированный праздничный торт соком, я смотрела на чистое вечернее небо. Слушала треск костра и глубже вдыхала свежий прохладный воздух.
– Почему ты всё это затеял? – тихо спросила я, опустив взгляд к кромке спокойной реки.
– Просто захотелось, – Вал пожал плечами и отправил в рот последний кусок кекса. – Подумал, что тебе это нужно.
– Я даже понятия не имела, насколько сильно мне это было нужно, – я глотнула еще сока. – Боялась, что этот день…
– Будет болезненным? – догадался Вал.
Я кивнула.
Он лишь вздохнул и приобнял меня.
– Если бы не октябрь, можно было искупаться. Ты хорошо плаваешь?
– Не очень.
– На самом деле, я не хотел оставлять тебя одну. Ты, конечно, стараешься быстро адаптироваться, но времени прошло не так уж и много. Я подумал, что немного положительных эмоций тебе не навредят. Кстати, – Вал быстро допил свой сок. – Насчет эмоций. Я еще кое-что подготовил для тебя. Можешь щенка пока в машине оставить. А затем ты кое-что увидишь.
– Ты меня жутко заинтриговал.
– Тогда поторопись.
Я отнесла щенка в машину, осторожно уложила его на сидение и оставила окно открытым. Повернувшись лицом к берегу, я увидела, что Вал что-то уже достал из коробки и установил подальше от нашего «лагеря». Пока что его действия совсем не были мне понятны. Он поджег тот странный предмет и побежал ко мне.
А затем… В небо взвились маленькие блестящие змеи. Выстрел. И темное небо осветили разноцветные фейерверки. У меня почти сразу же началась удушливая и неконтролируемая паника. Эти выстрелы моментально утянули в тот злополучный день. Выстрел – труп, выстрел – труп.
– Злата? Что с тобой? – учащенно дыша, Вал остановился и встревоженно посмотрел на меня.
Я лишь отрицательно замотала головой, чувствуя, как у меня начинают сильно трястись колени.
– На моей свадьбе… Были… Фейерверки, – с трудом выдавила я из себя.
Вал на секунду показался мне совершенно растерянным, затем он прижался лбом к моему лбу и осторожно опустил ладони ко мне на плечи. Фейерверки продолжали разрывать черное полотно неба своими красками и оглушающими звуками.
– Дыши, Злата. Дыши глубже. – Твёрдым тоном прошептал Вал. – Этот страх живет исключительно у тебя в голове. Дыши. Вот так, – он глубоко втянул воздух и медленно выпустил его.
Я старалась дышать. Но сердце билось, как сумасшедшее. Ненавижу фейерверки и боюсь их. Судорожно цепляясь пальцами за плотную джинсу на плечах Вала, я начала дышать с ним в унисон. Пришлось даже немного привстать на носочки. Прикрыв глаза, я полностью сосредоточилась на нашем дыхании. Выстрелы фейерверков теперь для меня звучали где-то в отдалении. А затем наступила тишина. Еще несколько секунд мы стояли неподвижно. Кажется, отпустило.
– Лучше? – спросил Вал, выпрямившись.
– Значительно, – я открыла глаза.
– Прости, не знал, что так получится.
– Всё нормально. Правда, – я еще раз глубоко вздохнула.
Когда мы уже ехали домой, я решила исправить ситуацию и не завершать этот неожиданно замечательный день на неловкой или грустной ноте. Музыка в машине мне в этом здорово помогла. Я, не стесняясь, начала подпевать тем исполнителям, которые мне были известны.
Вал улыбнулся и покачал головой. Я продолжала петь, намеренно не всегда попадая в такт. Атмосфера между нами разрядилась, особенно, когда Вал присоединился ко мне, создавая дуэт.
Мы распрощались возле дома. С щенком и целым кусочком кекса я поднялась на свой этаж. Включив свет в коридоре, я вдруг услышала знакомый голос:
– Что это? – спокойным тоном спросил Борис, появившись на пороге гостиной. Он был одет в черное пальто с широким воротником. Видимо, куда-то собрался уходить.
– Это? Щенок. Мне Вал его подарил на день рождения. Надеюсь, ты не будешь против?
Борис, держа руки за спиной, медленно приблизился к нам и внимательно посмотрел на мопса. Щенок так же ответно потянулся понюхать Бабая, шумно сопя и не показывая своего страха.
– Хорошо, – кивнул Борис.
– У меня есть кусочек праздничного кекса, хочешь? Я могу чай заварить. Лариса вчера купила несколько разных сортов.
– Нет, – отрезал Бабай. – У меня еще есть дела. И пока они не будут решены, ни о чем другом я думать не стану.
– Я тебя поняла.
– Спокойной ночи, Злата, – Борис обошел меня и скрылся в полутьме лестничной клетки.
Глава 28
– Это было глупо, – в спокойном голосе Бабая отчетливо улавливались недовольные интонации.
– Я так не считаю, – уверено ответил Вал.
– Твое мнение никак не меняет очевидного – это был глупый поступок. Пёс – лишний элемент.
– И что мне сделать? Забрать? Убить его? – Вал крепче сжал корпус своего смартфона.
– Это было бы слишком просто. Для тебя. Никого забирать и убивать не нужно. Но ты должен понимать ответственность своих поступков. Она уже раз лишилась всего. Привязанности – последнее, что ей сейчас необходимо.
– Значит, Злата должна жить так же, как и ты? Сама по себе? Никого не подпускать на пушечный выстрел?
– На данный момент, она должна просто расти. Строить свою жизнь. И привязанности этому могут только помешать. Если со щенком что-то случится, то это принесет еще целый ряд дерьма. Никому не нужны лишние проблемы.
– Здесь ты неправ, Борь. Я стараюсь разделять твою точку зрения, но в этом вопросе ты неправ. Злате просто нужен друг. А лучший друг человека – это собака. Она же не робот. Работой всё в себе не перебить. Ну и к тому же она женщина. А женщинам нужны эмоции, без них им сложно.
– Я свое мнение высказал, – отрезал Бабай. – Мы на несколько дней уедем за город. Хочешь, можешь присоединиться.
– Решил отдохнуть? – иронично спросил Вал.
– Хочу просто не слышать какое-то время шум города. Раздражает.
– Понятно. Еще один момент. Диму, водителя своего, нашел?
– Нет. Как сквозь землю провалился.
– Есть какие-то догадки?
– Ни одной адекватной или логичной.
– Может, Германну задницу продал, что скажешь?
– Исключено. Уверен, эта история еще даст неожиданное развитие.
***
Кутаясь в шаль, я вышла во двор, наблюдая за тем, как Чип знакомился с новой для нас двоих территорией. Всё совпало таким образом, что мы с Борисом уехали на несколько дней за город. У меня настали выходные, поэтому из рабочего графика неожиданная поездка никак не выбивала.
Я старалась не волноваться и ничего себе не придумывать, но почему-то казалось, что решение Бабая было принято не просто так. Не уверена, что он кого-то боялся. Но без веской причины вряд ли стал бы что-то делать. Кроме нас, Чипа и Ларисы больше никого в доме не было.
Середина октября выдалась очень дождливой, но сегодня внезапно выглянуло солнце. Вдыхая влажный холодный воздух, наполненный ароматом хвои, я переступила порог и направилась к деревянным качелям. Они были закреплены на высокой плотной ветке дуба. Удобно устроившись на них, я принялась медленно раскачиваться, рассматривая природу, раскинувшуюся вокруг дома.
Старые высоченные ели и пугали своей древностью, и одновременно восхищали. Сколько всего они успели повидать на своем веку! Чип, бегая туда-сюда, заприметил меня и помчался на всех порах. Я аккуратно подняла его и расположила у себя на коленях. Щенок оказался настоящей непоседой. Но вместе с этим он очень любит и поспать. Причем делает это где угодно, не отдавая предпочтений никакому конкретному месту.
С Чипом на руках было сложно кататься, поэтому я просто сидела, размышляла, наслаждалась тишиной и уединением.
Борис, одетый в джинсы, тонкий свитер и с небрежно накинутым на плечи мужским кардиганом, тоже вышел на улицу. Подкурив, он выпустил струю дыма и посмотрел на меня с Чипом. Я была абсолютно уверена, что Бабая ни капли не обрадовало появление щенка. Но он всё равно позволил его оставить. Почему-то.
Иногда мне очень хотелось разгадать Бориса. Особенно сильным было это желание, когда он смотрел на меня так, как сейчас – задумчиво и внимательно. О чем именно Бабай думал в такие моменты? Что именно его беспокоило?
Он медленно направился в мою сторону, спрятав руки за спиной. Сейчас мне казалось, что Борис был немного расслаблен и просто спокоен. Не привычно неподвижно-спокоен, будто затаился, а всего лишь не отягощён делами. Видимо, какую-то часть из них Бабай перед поездкой всё же решил.
Чип потянул свою приплюснутую мордашку к Борису. Вообще у меня сложилось стойкое впечатление, что щенку нравился Бабай, только вот сам Бабай оставался непоколебим.
– Бери, – он протянул мне маленькую мандаринку и стал чуть слева.
– Спасибо.
Борис стряхнул пепел с сигареты, затем зажал ее губами и произнес:
– Держись крепче. Прокачу вас.
Спрятав мандарин в складках длинной шали, я крепче схватилась за плотные жесткие канаты и поджала ноги.
– Валера, когда был маленьким, любил эти качели, – вдруг признался Борис. – Вечно хныкал и просил его покатать.
– И ты катал?
– Один раз. Потом просто научил и всё.
– Значит, это ваш дом?
– Дом нашего детства.
Бабай продолжал меня катать. Чип, не совсем понимая, что здесь происходит, тыкался мордашкой в мандарин и лишний раз не шевелился. В этом моменте я ощущала полное единение с природой, ее тишиной и Борисом.
– Можно задать тебе вопрос?
Бабай кивнул и выпустил новую струю дыма.
– Почему ты разрешил оставить Чипа? Тебе явно всё это не нравится.
– Не нравится, – подтвердил Борис. – Но порой нужно быть гибким в некоторых обстоятельствах. Если это не критично. Просто знай, ответственность за пса – на твоих плечах. Тебе ее передал Вал. Собака – живое существо. А всё живое имеет свойство умирать. Так что, когда это случится, не впадай в истерику. Понятно? Ты сознательно пошла на этот шаг, так что должна держать удар.
– А если я не смогу?
– Зачем тогда брала эту ответственность? – Борис остановил качели и внимательно посмотрел на меня.
Сегодня он и в самом деле был каким-то другим. Лёгкая небритость, волосы взъерошены и взгляд не такой острый, как это бывает обычно.
– Если взяла эту ответственность, значит пути назад уже нет, – твёрдо ответила я.
– Правильно, – Борис перехватил свою почти докуренную сигарету большим и указательным пальцем. – И неважно, что об этом будут думать другие. У тебя своя голова на плечах, Злата. Не забывай об этом.
– Постараюсь.
Чип снова убежал на лужайку, оставив на моих домашних спортивных брюках следы своих лапок.
Внезапно зазвонил телефон Бориса. Он тут же ответил:
– Да. Мы на заднем дворе.
– Что-то случилось? – осторожно поинтересовалась я, когда Бабай завершил вызов.
– Нет. Просто Вал приехал.
Через несколько секунд на заднем дворе возникла широкая фигура Вала. Он был одет в черные джинсы, тёмный свитер и косуху. Общий брутальный образ Вала, на фоне спокойного внешнего вида Бабая, выглядел как-то по-особенному ярко и агрессивно.
– Почему руки холодные? – спросил Борис, обменявшись с братом быстрым рукопожатием.
– Перчатки где-то закинул. А сам на мотоцикле.
Бабай ничего не ответил, лишь чуть выгнул одну бровь.
– Мне тут одна информация стала доступна, – Вал кивнул мне в знак приветствия и перевел серьезный взгляд на Бориса. – Нужно было раньше технику Димы просканировать. Но ты ничего не говорил. Да и я как-то мозги вовремя не включил. В общем, последний сигнал я зафиксировал по адресу, где у Прокурора есть недвижимость.
– Сейчас сигнала нет, я так понимаю? – Борис выбросил окурок и затоптала его носком ботинка.
– Нет. Похоже, Дима всё-таки продал свою жопу.
– Нет, – твёрдо ответил Бабай. – Иначе сигнал пропал бы сразу, чтобы невозможно было отследить. Зачем Диме допускать такую тупую ошибку?
– Логично, – согласился Вал.
Мне вдруг стало неуютно на душе и тревожно. Пусть Дмитрий всего лишь был моим водителем, и я ничего о нем толком не знала, но тревога за него всё равно росла.
– Борис Аристархович! – к нам в спешке из дома выбежала Лариса, стиснув в руках клетчатое кухонное полотенце. – Там! Борис Аристархович, там этот приехал! Прокурор.
Я быстро вскочила с качелей. Борис обменялся быстрым взглядом с братом, затем обратился ко мне:
– В дом.
Не мешкая, я поймала Чипа и направилась в дом. Тревога сильней стиснула грудную клетку, мешая нормально дышать. Исчезновение Дмитрия. Появление Прокурора. Всё это не могло быть обычным совпадением. Чип, словно уловив мое настроение, тоже никак не мог найти себе места.
Борис с Валом вышли к незваному гостю. Я осторожно подошла к окну, что выходило на центральный двор. Ничего толком не было видно. Стиснув руки в кулаки, я вышла на улицу. Бабай говорил, что мы в одной команде, значит и прятаться тоже не стану. Глупо? Да. Но трястись в страхе я уже просто устала.
– Подарок тебе привез, – донесся до меня голос Прокурора.
Он снова был одет во всё белое, словно уверовал, что этот цвет скроет всю его грязь и чужую кровь на собственных руках.
Борис стоял чуть впереди, а Вал – позади, будто прикрывая тыл старшего брата. Я подошла к нему. Вал бросил на меня короткий неодобрительный взгляд.
Люди Прокурора достали из багажника внедорожника существо, в котором сложно было узнать Дмитрия. Его лицо оказалось разбитым до такой степени, что не видно ни глаз, ни носа, ни рта. Кровавое месиво. Пальцы на руках неестественно вывернутые. Одежда больше напоминала разодранные окровавленные тряпки. Дмитрий лишь сдавленно мычал.
– Это первые последствия твоего упрямства, Боря, – патетично заявил Прокурор. – И эти последствия будут расти, если ты не остановишься.
Бабай стоял неподвижно, его лицо больше напоминало маску, высеченную из камня.
– Больше предупреждать я не стану, – Прокурор дал знак своим людям.
Дмитрия толкнули вперед и поставили на колени. Он снова замычал, видимо, из-за приступа нечеловеческой боли. Прокурор вынул пистолет, что был спрятан под пиджаком и выстрелил Дмитрию прямо в затылок.
Я вздрогнула. Застрявший крик, колючей болью разлился по горлу. В желудок будто бы провалился ледяной острый осколок.
– Я не могу тебя убить, Боря, – нервно пригладив ладонью волосы на виске, заявил Прокурор. – Но я способен забрать у тебя всё, что ты любишь. Абсолютно всё, – взгляд серо-голубых глаз Прокурора устремился в нашу с Валом сторону. – Твой братец может просто куда-то не доехать. Случайно. Или твоя тёлка, чью семью мои люди укокошили быстрей, чем я успел кончить.
Я дёрнулась. Злость и ненависть разъедали меня изнутри, как кислота. Сволочь! Тварь! Ублюдок! Глаза обожгли слёзы.
– Германн, – уголки губ Бабай чуть дёрнулись. – Мне и повода не нужно, чтобы сгноить тебя. Но если ты мне его дашь, – в голосе звенела такая сталь, что казалось, это говорит не человек. Говорит не то существо, что способно хоть что-то испытывать. – Будь уверен, я не оставлю тебе ни единого шанса. Пока что я просто хочу забрать свое, и в твоих же интересах, чтобы всё так и оставалось.
Губы Прокурора превратились в узкую бледную полоску. Он был разъярен, но, похоже, ничего не мог сейчас сделать. И это бездействие его страшно раздражало. Плюнув прямо на труп, Прокурор резко развернулся и сел в машину. Через несколько секунд пространство двора снова погрузилось в тишину.
