Текст книги "Хозяйка волшебного дома. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

Это всё сон? Если бы так! Что он задумал? Толкнув плечом, сокольничий приоткрыл дверь в зал. Тусклый свет ударил в глаза.

– Мой слуга, подлец, перебрал. Пусть проспится как следует и убирается к черту. Комнату я оплатил.

– Как прикажете, господин. Лошадь одну седлать или обе?

– Заберу сразу двух. Жаль оставлять здесь кобылку.

На секунду он обернулся, в голубых глазах отразилась злоба.

– Убивать не буду. Смысла нет. Через день стану бароном, и никакой герцог мне страшен не будет. Вас облапошил и Глорию к рукам приберу. А потом обвиню дорогую женушку в измене и сплавлю на каторгу. Спасибо за идею, господин.

Чертов подлец подмешал дурман мне в еду. Сам я, дурак, доверился человеку.

За стеной торопливой рысцой застучали копыта моих лошадей. Конокрад. Тварь! Пакость какая! И я идиот. Догоню, убью!

Знатный дурман. Скинуть с себя такой будет не просто. Молюсь, хоть бы пошевелиться и ни черта не выходит.

– Ну ты дал! – раскрывается дверь. Седой моряк, качаясь, входит в кладовую, – На кой черт упился? Место решил потерять? Я ж сам видел, хозяин он добрый. За стол тебя с собой посадил. Монетой не обделил. Дурак, ты, парень. Обещай, что больше ничего не учудишь, помогу!

Киваю подбородком, на большее сил не хватает. В голове хоровод водят русалки, объятые морской пеной.

– На, держи, может, ещё догонишь. Тракт дрянной, быстро его милость не поскачет. Если срезать напрямки, через лес, успеешь, – в рот льется огонь. Он прожигает и губы, и горло. Даже мой желудок как будто горит. Постепенно возвращается возможность двигать руками. Стены остановили хоровод, плотно угнездились на земной тверди.

– Крепко тебе в голову дало.

– Что это было?

– На севере варят особую дрянь, да она хорошо помогает.

– То есть вы дошли до ледяных земель? На лодке?

– Дойти-то я дошел. Ты теперь, главное, добеги. Как выйдешь из таверны – сразу налево, по тропе через рощу беги со всех ног. У старой развилки его и встретишь. Скажешь, что живот скрутило, вот и занемог. Авось господин поверит.

– Я ваш должник. Вернусь, найму на свою шхуну.

– Ну-ну. Больше не пей, дурак. Нельзя тебе, видно.

– Я и не пил! – выскочил наружу из комнатенки. Таверна все ещё гуляет, чувствует своих постояльцев. Продрался сквозь толпу и выскочил в туман ночи. Чернота такая, что и коновязи не видно. Да и на кой черт мне та коновязь, если к ней никто не привязан?

Лес высится черной стеной, ухают совы. Нет у пояса меча, даже ножа и того Льюис мне не оставил! Догоню, мало ему не будет! Позарился на баронессу! Меня обобрал!

Бегу по каменистой тропе, насколько хватает сил. Ноги хлопают в чужих сапогах. Готов спорить, сокольничий в моих собственных едет, поджав пальцы. Магия пока так и не вернулась. Дыхания не хватает.

Мелькают стволы серых осин, шебуршат низкие кроны. Листва скользит под ногами. Догоню, отверну ему шею. Запнулся о корень. Себе бы не свернуть голову раньше.

Склон возник совершенно внезапно. Выходит, я на холме? А внизу что там? Черт, как же скользко! А внизу огонек. Не то раскурена трубка, не то огонек чужой магии пробивается на чьей-то ладони. Нет, скорей всего это просто-напросто светлячок. С чего здесь кому-то стоять на дороге? Да внизу серебрятся в лунном свете камни, которыми выложен тракт.

Глава 10

Настя

То, что картонная дверь меня не спасет, стало понятно сразу. Колдуна с фамильяром я уже проводила, и он тоже не выручит. Так и будет куковать на берегу моря до скончания времён. Или пойдет столоваться к госпоже Лоре. Мне, по крайней мере, сейчас на его помощь надеяться бесполезно. Сосед напротив наверняка уже на работе.

Выходит, вся надежда только на меня саму и, может быть, на чупокабра.

– Несчастье!

– И не говори, – хмыкнул парень. Только хруст стоит в квартире. Похоже, чупокабр занят изничтожением припасов, гад.

– Так о каком товаре идёт речь?

– Был заказан гробик, – упер парень руку в косяк. Ой.

– Чей? Ваш?

– Ну не твой же! Гони товар. Деньги принес все, как договаривались.

– С кем?

– А я знаю? Вовчик сказал, приди и забери короб! Для него заказ. Не для меня. Коричневый ящик с вензелем. Так я забираю? Долго кота тянуть за резину собираешься?

– Вам, наверное, к Карлу, – у парня заходили желваки на щеках. Чупокабра убью! Хоть бы вышел зевнуть в коридор. С его пастью это так выразительно получается. И жить так внезапно захотелось. Можно даже не так, чтобы хорошо, а просто жить. Целой и невредимой.

Пожалуй, пора на что-то решаться, пока этот бандит меня не убил.

– Идёмте, поищем вместе ваш гробик. Думаю, он в кабинете.

– Ну, идём.

Про себя, я решила, что в любом порядочном особняке в кабинете должно стоять чугунное изваяние. И не одно. Так ведь в фильмах показывают. Не найду товар, так всяко найду, чем ударить по спине этого соискателя.

Почти уверенной походкой дошла до спальни, гость нахально шел следом за мной. Чупокабр, тварь такая, так и не высунул носа с кухни.

Раскрыла двери картины.

– Фига се живёт нынче бомонд.

– Прошу, – шагнула я первой. Бандит следом за мной. Уф. Страшно-то как. Может, благодетель где ружьишко оставил, ну или, на крайний случай, припас кочергу? Нет? Даже у камина ничего не стоит, жалость какая!

Вот и лестница. Под гостем ступени слегка поскрипывают, да и пыль взлетает огромными клочьями. Когда же я здесь все уберу? Пылесос, что ли, купить? Или в магическом мире существуют какие-нибудь артефакты?

Выживу, спрошу у Несчастья. Хоть бы найти тот ящик, про который говорит визитер. Стоп. Гробик! Может, это вообще вампир крадётся следом за мной? Мамочки! Взлетела по ступеням пулей. Дверей тут всего две. Уже, считай, повезло.

За первой оказалась огромная спальня. Кровать как футбольное поле. Ух! Жаль сама футбольная команда отсутствует. Могли бы прислать одного представителя чисто для интерьера. Он бы мне сейчас очень пригодился. Хотя бы даже в качестве корма для вампира. Обернулась назад. Ой-ой-ой! Парень бледный, глазищи горят, нож за рукоять сжимает. Страшно-то как!

Точно, кровосос. Потому и чупокабр с кухни не вышел, испугался.

– Ошиблась дверью, простите.

– Бывает, – прошипел он сквозь зубы. Клыков не видно, но это же ещё ничего не значит. Может, они вылезают в процессе кусания. Откуда я знаю!

– Вы, случайно, свекровей не того? У меня есть одна на примете. Высший сорт. Честно вам говорю.

– Как пойдет, – задумчиво огляделся монстр и икнул. Я протиснулась мимо него обратно к лестнице. Как же хочется бежать без оглядки, но ведь догонит. Я читала, вампиры в летучих мышей превращаться умеют. Брр! Жуть какая. На цыпочках прошла вдоль стены и отворила вторую дверь. Так и есть. Кабинет. Фух.

Вон и каминчик к стене благообразно прижался. А перед ним товары на любой вкус! И тебе кочерга, и напольная ваза! И даже тяжеленные щипцы для углей. У противоположной стены свалена целая гора. Разворошенные и заколоченные накрепко ящики, свёртки, бутыли. Гробик, уверена, тоже найдется. Вон, кажется, даже угол торчит чего-то очень похожего.

– Выбирайте! – улыбнулась я от души. Только бы меня саму он не сожрал после того как получит покупку.

– К-как выбирать? Тут же нет этикеток.

– Я сейчас открою окно, – рванула я со всех ног к шторам. Точно же! Вампиры боятся солнца! Я почти спасена.

Раздернула тяжеленный гардины, – даже не поморщился гад, так и стоит! – Со всей силы дернула за оконную раму. Комнату тут же наполнил шелест моря и яркий солнечный свет.

Вампир заморгал, отступил к двери, опасливо заозирался по сторонам. Помогло!

– Я это, того. Позже зайду.

– Забирайте свой гробик сейчас! Я вам даже саван подыщу в цвет. Хотите?

– Нет! – выкрикнул он и рванул в сторону лестницы.

Раздался грохот мужских ботинок, ой, он упал и даже летит над ступенями. Низенько так, как ласточка перед дождем. Надо бы зонтик не забыть взять на работу сегодня.

Закатился в камин, отчего по дому разлетелась зола.

– Осторожней, там гнездо в трубе, не помните, если соберетесь вылетать наружу через нее.

– Мамочки! – вылез он обратно и рванул к картине. Стучит ладонями, пытается отворить. Падает назад, отползает. Захрюкал.

Так, это уже не вписывается в образ классического вампира. Может, он вурдалак? Ну, оборотень который?

– Уиии!

– Это что, хозяйка? – в дверях возник чупокабр.

– Явился-таки? Это вампир или оборотень, я пока не совсем разбираюсь. Он пришел за гробом. Я не нашла. Не знаешь, куда Карл мог засунуть вампирский гробик?

– Мыло! – взвизгнул гость и бодро побежал задом наперед, стоя на четвереньках, в сторону лестницы.

– Это не к нам. Прежний хозяин никогда с вампирами дел не имел, не считая пары досадных недоразумений. Да и потом, твой гость человек.

– Что значит мой? – мужчина попытался залезть под диван. Вполне успешно надо сказать. Огромный диван теперь стоит верхом на громиле и немного трясется. Может быть, здесь сейсмоопасная зона?

– То и значит. Этот человек не имел дел с моим прежним хозяином.

Ой?! То есть? Кошмар! И ведь был один заказ, с ужасом поняла я, от «ноу нейма». Я ещё думала, делать – не делать. Вдруг не купят? Предоплату я никогда не беру. Но и брусок мыла против прыщей не задержится, ингредиентов туда дорогих не идёт, не жаль, если потрачу напрасно.

Крадучись подошла к дивану. Тихонечко похлопал ладонью по мебельному чехлу.

– Не ешьте меня!

– Я и не собиралась.

– И монстра мной не кормите. Хотите, я заплачу? Сколько скажете.

– Вы за мылом пришли?

– Ага, – ударился он лбом об пол, – за ящичком с мылом. Мне обещали, что поможет. Я ещё думал, а чё так дёшево? Теперь понятно. Вы заманиваете клиентов, и тех, что пожирнее, едите. Хотите, я доплачу? Я жилистый, невкусный совсем.

– Вылезайте. Ваш заказ готов. Цена такая, как и заявлена в группе. Я вас точно не съем.

– А он?

– Я людьми не питаюсь. Гадость! Зачем нарушать диету? Один раз попробовал, неделю плевался. Холестерин, воняют бензином, адреналина, что в мышах, фу!

– Он не ест мышек. То есть людей.

– Точно? – показалась взъерошенная голова.

– Угу.

Вот во что я опять вляпалась по собственной глупости?

– Меня Антоном зовут, – выкатился он из-под дивана.

Мужчина встал, поежился, организовав небольшое цунами из пыли, затравленно посмотрел на меня.

– Ведьма! Я это... в хорошем смысле слова.

– Не ведьма, зельеварка.

– Ага.

Поплелся за мной, как побитая собачонка, втянул голову в плечи, но руку с рукояти ножа так и не убрал.

Пришлось проводить его до своей кухни в квартире. Ну, чупокабр! Половины пакета продуктов как не бывало! Копченые ребрышки обглоданы начисто и лежат по центру стола. Вот что с этим зверем делать? Может, ему пакет собачьего корма купить? Ну, чтоб на дольше хватило.

Под немигающим взглядом Антона взяла в руку остатки былой роскоши и почти успела донести до мусорного ведра.

– Не смей! Мое сокровище! Из них ещё супчик можно сварить! С голубятиной! Сам наловлю к ужину! – зверь подпрыгнул, вырвал у меня из рук свое сокровище и скрылся за дверцей холодильника вместе с ним.

Антон только и успел, что проводить чупокабра ошарашенным взглядом.

– Садитесь. Сейчас я вам налью чаю с ромашкой. Она хорошо успокаивает, – я разгладила скатерть и выложила аптечную коробку с высушенными цветками на стол. Поставила рядом блюдечко с пирогом госпожи Лоры. Сладкое – тоже неплохое успокоительное средство.

– Я и не беспокоюсь, – икнул мужчина.

– Конечно. Я именно так и подумала, – отвернулась, чтобы набрать воды в чайник и достать чашки.

– Очень вкусно, спасибо, – вот только второго обжоры мне и не хватало! Нет, ну честно. Впервые вижу, чтобы кто-нибудь жрал с таким аппетитом сушёную траву. Хрустит даже. Может, чай уже и не нужен? Так успокоится? Хрумк. Вкусно, наверное.

– Я вам сейчас мыло принесу и шампунь в подарок.

– Это не для меня, это для Вовчика! У меня прыщей нет. Даже на спине нет. Средство точно поможет?

– Точно.

К тому моменту, как я вернулась из комнаты, коробочка с ромашкой начисто опустела.

– Инструкция по применению напечатана на бумажке.

– Разберусь. То есть Вовчик разберётся, – спрятал он средства в нагрудный карман своей куртки.

– Вам, наверное, пора? – Несчастье сыто икнул за дверцей холодильника. Черт, он сейчас все доест, и мне даже йогурта не достанется, – Вылезай, тварь! – рявкнула я.

Антон подскочил, опрокинув стол. Намагиченное блюдечко испуганно подлетело и устремилось мне в руки.

– Я уже ухожу! Спасибо за травку! Забористая! Качественная! Успокоился на всю жизнь вперёд! Что я за нее должен?

– Да ничего, она недорогая. А чаю-то хотите?

– Не хочу! И пирога не хочу! И в духовку не влезу! А в каминной трубе у вас гнёздышко! Птичек жалко будет.

– Причем здесь это?

– Я проблемами с памятью не страдаю, – начал он пятиться к двери вдоль стенки, почему-то стоя на цыпочках, – Как там? Напоить, накормить, а потом в печь посадить?

– Ну что вы. Я же не Баба Яга, – змейка спрыгнула на пол с браслета.

– И я не Иван дурачок!

– Успокойтесь. Выпейте чаю. Станет легче, точно вам говорю. Мне некогда вас жарить, даже если бы захотела, и так опаздываю на работу.

– Хотите, я вас подвезу? У меня гель. То есть вагон. То есть жип! Жоп. Нет, жип. Геля вагон. Брр! Гелентваген во дворе припаркован. Быстро домчу! И никакого путеводного клубочка не надо! Даже свиней запрягать не придется!

– Я бы попросил без намеков! – выполз из холодильника чупокабр и сыто упал на пол. О йогурте, по ходу, можно уже не мечтать. В холодильнике воцарилась идеальная чистота, – Пусть поклянется в том, что будет молчать о нашей квартирке. Мало ли. Карл один раз забыл клятву взять с визитеров, так потом инквизицию на нас натравили. Неудобненько получилось. Дверь заколачивать пришлось до самого конца Темных веков. Без колбасы кровяной остались.

Чупокабр обошел гостя по кругу и выразительно замер в дверном проёме.

– Не выпущу, пока не принесет клятву, – ощерился зверь.

– Клянитесь, что ни о чем из того, что видели, не расскажете никому и никогда.

– Клянусь. Чем хотите, клянусь. Только выпустите меня отсюда! Хотите, я вам помогу? Вы спрашивали насчёт свекрови, я помню.

– Насчёт свекрови?

– Ну там, за дверьми, вы спросили, занимаюсь ли я свекрухами? Занимаюсь. Сделаю в лучшем виде! Вообще-то не занимаюсь, но для вас сделаю исключение! Я же все понимаю! Обычное дело! Она вас больше никогда не побеспокоит! Хотите?

– Хочу! – ляпнула я, не подумав. И только спустя секунду поняла, на ЧТО согласилась. Сашка этого никогда не простит. Да и сама я себе не прощу ни за что, – Только ее нельзя убивать! И калечить тоже не надо.

– А что тогда?

– Просто сообщите ей, что мы с ее сыном развелись. Как-нибудь повнушительней, хорошо?

– Только она, это… не ведьма?

– Нет, что вы. Она просто кикимора! – воскликнула я, не сдержав нахлынувших чувств.

– Кикимора? Бывает.

Чупокабр вздохнул и направился в сторону кухонной тумбы, ворча:

– Не кикимора она! Воровка и обжора! Консерву стащила. Зараза! Этот траву сухую сожрал.

– Так значит, запугать ее надо? Это мы запросто. Не переживайте даже.

– Только не сильно, – мужчина отступил к входной двери.

– Я тут вспомнил, что мой жоп сегодня малость не в себе. Вы это, лучше на такси поезжайте. Так будет быстрее!

Герцог Лео

Затаился и жду. Глупо так делать, отвык от береговой жизни. Лег на листву и прижал ухо к земле. Тук-тук, глухо бьётся мое собственное сердце. Ему вторит далёкий топот копыт. Один конь или два? Надо считать ритм ударов о землю как в танце. Раз, два, три-четыре. Рысью бежит тяжёлая лошадь. И куда слабее доносятся удары копыт второй, лёгкой лошадки. Льюис, тварь, я тебя уже жду! Погоди у меня!

Осторожно, петляя как заяц, спускаюсь вниз с холма, между тонкими осинками. Скользко невозможно, темно, ни черта не видно. Ну, погоди у меня! Сокольничий, тоже мне, выискался!

Йух! – нога все таки проскользнула, теперь я качусь с холма по прямой. Сразу бы так.

Волна чужой магии сбивает с толку. Ею охвачен весь тракт. Что за чертовщина творится? Льюис успел насолить кому-то ещё?!

Вылетаю под ноги лошадей, оторопело хватаю кобылу за повод, чтоб не удрала с испуга. Привычка – великая вещь.

– Я не он! – крикнул сокольничий рядом и повалился на землю. Остро запахло железом. У меня ни магии, ни меча, ничего нет. Бежать? Пытаюсь забраться на лошадь. Увы.

Магическая петля сбрасывает на камни старого тракта. Не задалась ночка.

– Этого тоже?

– Оставь. Слугу с собой заберем.

– На кой черт он тебе сдался?

– Канцлер велел отвести подозрение. Смотри, как складно выходит. Герцога убил его же слуга. Ограбил и сбежал.

– Куда сбежал? Вон он лежит.

– Так он и не убивал. Мы герцога убили. Слугу с собой заберем на судно, чтоб не проболтался.

– А потом?

– В первом же порту обвиним в том, что обокрал пассажирку. Клеймим как каторжанина, и дело с концом.

Краем глаза наблюдаю за тем, как мародёры снимают мои вещи с тела Льюиса. Фамильные кольца, которыми я так дорожил, ложатся в руки мерзавцев. И сказать против ничего не могу. Повезло.

Могло бы повезти куда больше, если б я только догадался остаться в трактире.

Впрочем, я жив. Это ли не чудо? Мою смерть украл вместе с вещами сокольничий. Теперь надо держаться подобно слуге, чтоб никто из грабителей ни о чем не догадался до порта. А там я найду способ избавиться от них обоих. Магия ко мне наверняка скоро вернётся.

По крайней мере, я точно знаю, кто все это устроил. Плохо только то, что в замке остался мой брат. Милиус совершенно ни к чему не приспособлен. Он не может разобраться даже с теми делами, что запланированы на один день. Значит, мне надо скорее вернуться. Да и Канцлер опасен для жизни брата. Если уж он решился устроить покушение на меня...

Сколько у меня времени до того, как найдут тело? Самое большее, до утра. Наверняка кто-то из морской братии выйдет на дорогу. Дорогой камзол с моего сокольничьего не сняли, посреди леса он выглядит вызывающе ярко. Угораздило же надеть именно синий! Покрасоваться решил!

Найдут, и что дальше? Трактир стоит уже на земле баронессы. Выходит, сообщат именно ей, Глории. Точнее, ее людям. Это сутки пути, если по дороге, а не морем. Нет, меньше. Те, кто собрался в трактире, лошадей не имеют, значит, пойдут по воде. Выходит, пара часов после рассвета. Герб, нашитый на вещи, легко узнаваем. Самое позднее к вечеру весть долетит до моего замка.

Кто-то из слуг, управляющий, скорее всего, отправится, чтоб забрать мое тело. Тут-то и вскроется, что умер не я. С Льюисом мы внешне похожи, но не настолько, чтоб не отличить лица.

Канцлера ждёт потрясение. Сумеет он сообщить на судно, что убит вовсе не я, не герцог? Догадается, кто находится в плену? Все возможно. Выходит, времени совсем мало. В порту я обязан сбежать любой ценой, если надеюсь выжить.

Только бы не заметили мозоль от писчего пера на пальце руки, следов от колец видно не будет. В море я их не ношу, на берегу, в своем замке, пробыл недолго. Лицо ещё не скоро утратит морской загар, на бледного дворянина я похожу мало. То ли дело брат, который не высовывает носа из замка. Повезло, что здесь я оказался, не он.

Один из людей канцлера склонился надо мной. Только боги ведают, чего стоило мне изобразить страх в голосе.

– Не убивайте! Я только служил герцогу! Сокольничьим был,– плаксивый голос толком не удается. Сам бы я ни за что себе не поверил. Черт.

Удар сапога под ребра выбивает дыхание, вынуждает опрокинуться на спину.

– Сокольничий, значит, верхом ездить обучен. С нами пешком прогуляешься.

– Отпустите меня! Я никому ничего не скажу!

– Погоди, – ближе подошёл маг. Я его раньше не видел. Ещё одно чудо этой ночи, жизнь вообще щедра на удачу, – Белобрысый. Хороший товар, да и на корабле лишним не будет. Удерешь ведь, если верхом посажу? Удерешь. По глазам вижу. Нам проблемы не нужны, – настойчивое вливание чужой магии в сознание. Трещат по швам внутренние щиты, мне нечем их поддержать. Собственного дара как будто не существует. Сон накрывает разум, сопротивляться ему нет никаких сил.

Что же мне подлил в питье настоящий сокольничий, что я не могу воспользоваться своей собственной магией?!

– Перекинь через седло. Да смотри, чтоб не съехал вниз. Дело нужно сделать чисто. Слишком хорошо за него заплатили. И Канцлер, и этот второй, как его черта?

– Мили... – мир для меня провалился во тьму.

Глава 11

Настя

Начальство пыталось пилить меня целый день. Опоздала! Ну с кем не бывает. Имею я право проспать?

– У меня жоп был не в порядке! Пришлось заказывать такси, – написала я в общем чате начальству, невольно процитировав Антона. Народ отнёсся с пониманием. Жаль, я только к обеду проснулась и поняла ЧТО именно написала.

Зато коллеги отсыпали из своих запасов лечебных травок. И как я ни отказывалась, мне их всучили. Хорошо быть фармацевтом. Ромашки теперь! Хоть облопайся! И все с таким сочувствием смотрят. Коры дуба целый пакет. Судя по степени измельченности подозреваю, что Семён из соседней лаборатории грыз ее лично своими зубами, на крайний случай обратился к бобрам за помощью. А и ладно, перемелю в кофемолке, надеюсь, она переживает эту акцию садизма, ну или мазохизма. Тут как пойдет. И наварю целую гору мыла против угрей. Жаль, Антон ко мне больше не заглянет. Хороший клиент. Платежеспособный наверняка. За первую партию, правда, не рассчитался. Но его можно понять. Я бы на его месте тоже не рассчиталась. В дурдом бы поехала нервы лечить.

Хорошо, что он у меня не взял никаких данных свекрови. Наверное, даже прекрасно. Хотя лучше, если бы все-таки взял. А ещё лучше, если б он ей позвонил. И сообщил своим басом малость заплесневелую новость: «Галина Николаевна! Поздравляю с разводом сына! Анастасия вам теперь Никто!» Вот именно так, с большой буквы! Честно, я была бы счастлива абсолютно и полностью никогда не увидеть бывшую свекровь. И не услышать.

Заполошно чирикнул мой телефон. Вспомнила солнышко, вот и лучик. Галина Николаевна щедро отсыпала смайликов в сообщении. Настенная живопись какая-то. Или иероглифы. Интересно, что она хотела этим сказать? Ёлка, ягодка, мужик, домик и сердечко до кучи. Наверное, желает мне счастья с сыночком. Попробуй, пойми. На всякий случай бросила ответное сообщение.

– Я не разбираюсь в изысках китайского.

Пусть позлится, змеям полезно выпустить яд. В ответ слезливая мордочка, сердечко и символ демона. Ну, что ж. Удачи в китайском.

Собрала вещи в сумку. Попрощалась с коллегами, почти элегантно закинула гору сушёной травы в пакет. Нет, ну какие же добрые вместе со мной трудятся люди! Я, правда, теперь похожа немного на Бабу Ягу. А, главное, счастье от всех событий прошедшей ночи так и распирает меня изнутри. Море! Особняк! Волшебство! Ну и что из того, что меня могут убить. Это мелочи. Хуже то, что ни с кем не поделиться удачей. Даже в гости никого из подружек не позовешь. Мало ли. Да и сама я пока не освоилась толком.

– Всем хорошего вечера!

– Удачи с жопом, – грохнул отдел.

По дороге заглянула в торговый центр, это скопище бутиков. Странно, но купальников в продаже почти и нет. С тоской посмотрела за окно на тающие сугробы и выбрала черный. Уж, какой есть, зато смотреться будет на мне весьма элегантно. Белая галька, моя бледная кожа, отдающая синевой, черный купальник. Была не была! Соломенную шляпку тоже купила. Осталось разжиться шезлонгом и все будет точно так, как в фильмах. Ещё бы бокал пузатый купить и соломинку!

Надеюсь, меня не грохнут до того, как я успею насладиться своей новой жизнью.

– Девушка, оплачивать будете?

– Да!

Зачем мне вообще сдался тот купальник? Через сутки, уже даже меньше, колдун и Феликс уйдут. Пляж со всех сторон обсажен кустами, Лора сказала. Можно было и голышом загорать. Хотя, с моря наверняка могут увидеть. Ладно, купила и купила. Хуже, уж точно, не будет.

Шезлонгов во всем торговом комплексе не нашлось. Мечта о красивой жизни пошла трещинами. Буду сидеть на кухонном табурете, зато с бокалом сока и в шляпке. Хотя наверняка можно диван выволочь из дома на бережок, взять в руки книжку. Угу. А потом затаскивать тот диван обратно, чтобы под дождем не намок. Так и постройнеть до состояния швабры недолго, если каждый день заниматься гимнастикой с мебелью. Ещё не известно, сколько весит тот самый диван. Нет, без шезлонга решительно не обойтись. Где бы его раздобыть? Может, Лора знает адреса плотников?

До родного подъезда добралась почти без приключений. Мелочи, вроде косых взглядов прохожих на пляжную шляпку на моей голове, в расчет не берём. Ее все равно некуда было положить. Руки заняты пакетами.

Вот и лифт. Ещё немного осталось, и я на берегу моря! Или в саду. Жаль, секатор не догадалась купить. Но может, он найдется в запасах у Карла?

Вышла на площадку перед своей квартирой и сразу захотела нырнуть в лифт обратно.

Что же я наделала!!! Сашка, бедный, осиротел. Кошмар какой. Меня же посадят! Галина Николаевна! Мне вас почти что жаль.

Черные пакеты, как толстые вороны, угнездились под моей дверью. С них уже натекла лужица крови.

Может, я ошибаюсь? Ну ведь просила не трогать свекровь! Только попугать. Что же теперь будет?!

Лифт захлопнул дверцы и сбежал в свою шахту. Я осталась стоять. Надо, наверное, куда-то звонить? Делать что-то? Ужас какой. Может, удастся бочком проскочить в квартиру? Вдоль стеночки? Ой!

Клацнули дверцы лифта. Наверное, сосед вернулся домой. Он сейчас и сдаст меня в органы правопорядка как главного монстра. Надо бы хоть домой заглянуть, бросить еды Несчастью. Отпустить чупокабра на вольные хлеба.

– Ну, уважила! – раздался за спиной голос свекрови, – А я все у соседки сидела, выглядывала тебя в окно. Хотела лично всё высказать.

– Вы живы? – обернулась я на голос. Гадина Николаевна выглядит странно. Даже странней, чем обычно. Вместо обычной кички, волосы на голове стоят дыбом. Помады на губах нет. Под глазами рассыпалась тушь.

– Почти жива! И все благодаря тебе.

– А в пакетах тогда кто?

– Настенька, я думала, ты мусор перестала выносить с горя. Думала помочь даже. Потом потрогала, решила тебя дождаться, – милой улыбкой оскалилась свекровь.

– Вас били?

– До этого не дошло, к сожалению. Хочешь, я тебе все расскажу?

– Наверное.

– Но не здесь же! Ой, а что тебе привезли?– устремилась она к пакетам. Что если этот Антон угробил какую-нибудь чужую свекровь и подбросил к двери вместо моей? И буду я объясняться, что делает бесхозный труп под моей дверью.

– Нет! – вскрикнула я совершенно напрасно. Галину Николаевну ничем не сбить с курса. Она же как самонаводящаяся ракета. Вижу цель, препятствий не вижу.

– Не переживай, дочка! Я теперь только консервой лечебной питаюсь! Той, что ты мне подарила, дорогая моя, – похоже, у гангстеров свои методы перевоспитания. Впрочем, на свекрови и они сработали не так, как надо. Не отвадил ее Антон, но хоть добрее сделал. Лучше бы, конечно отвадил. Впрочем, такую ничем не проймёшь! – Тоже на оптовом рынке закупаешься? Тут и поросеночек, и говядинка! Ох! Гусь! Целый гусь! Жирный какой! Ты такая молодец, Настенька. И дом у тебя в порядке, и бюджет умеешь экономить. Умничка. Давай, я тебе помогу все занести. Хочешь, даже по морозилочке разберу. Молодец, дочка. Готовишься к воссоединению семьи.

– Ничего я не готовлюсь.

– Ой, мне то не говори. Грехи – дело простительное. Со всеми бывает. Только Сашеньке ничего знать не нужно. Он у нас мальчик хороший, домашний, не сбивай его с толку!

– Ладно, – протиснулась я к двери бочком. Теперь бы только успеть, – Несчастье, прячься! И двери запри! – крикнула я в приоткрывшуюся щель.

– Ты чего это?

– Примета такая. Чтоб проблемы дом стороной обходили.

– Умница! Я теперь тоже так говорить буду всегда, – она подхватила оба огромных пакета и прошла в дверь лёгкой походкой.

Квартира не сказать, что разгромлена. Так, по мелочи. Если не присматриваться, можно показаться, что у меня в доме порядок. Подумаешь, вещи из шкафа с одеждой выпали и свились в гнездо. С кем не бывает? Ни с кем! Потому что ни у кого в доме не живёт хозяйственный чупокабр. Гадина Николаевна усиленно делает вид, что ничего не заметила.

Ошалело я наблюдала, как свекровь с милой улыбкой распихала в морозилку все «мои покупки». А их оказалось не мало. Интересно кто это все мне притащил? Ашот? Не думаю, что он знает мой адрес. Колдун ещё там, за дверь. Кто? Может, тот часовщик, который рыбину мне подарил?

– Все прибрала! Садись за стол, чего замерла. Чай пить будем. У тебя к нему, конечно, как всегда ничего нет.

– Я смотрю, вам уже лучше?

– Ой! Мне вообще за-ши-бись! Он, когда в окно вылезал, так и сказал.

– Кто сказал?

– Толя, – хитро подмигнула свекровь и даже расщедрилась на искреннюю улыбку. Почти не оскал.

– Расскажете?

– Только обещай, что Сашенька никогда не узнает.

– Обещаю. Вы тоже не говорите ему, хорошо?

– Ни за что в жизни! Детям такое не говорят! Садись, дорогая, за стол.

Я на всякий случай отодвинулась. Может, у нее вообще бешенство? Подманит ближе и как прыгнет! Жуть. Оскал этот мечтательный ещё…

– Иду я от соседки. В сумочке последняя банка консервов бренчит. Домой я ехать собралась, уже почти на трамвай села. О тебе, Настюха, переживаю, о твоем добре, на меня нерастраченном. И тут! – я аж подскочила, – Да ты сиди. Машина ко мне подъезжает. Такая, знаешь, как танк! Шикарная! Роскошная. Из нее парень выходит. Косая сажень в плечах. Хорошенький – жуть! Да ты и сама знаешь. Говорит, садись, разговор есть. Ну, я мнусь для приличия. Женщине же нельзя соглашаться так сразу. Тут и задние дверцы у этой машины как распахнулись. И оттуда ещё два красавца вышли. Как в сказке! Остановка замерла. Все на меня, королевишну, смотрят. Эти двое бугаев под белые рученьки меня хвать! И в машину почти занесли. Между собой усадили. Места много, но сидим тесненько так. Я то к одному, то к другому прижмусь. Зашибись! Коленом об телегу! Называется.

– Что?

– Прем мы, говорю, по проспекту. Все машины нашей ниже. Одна я, как на танке, по сторонам смотрю. Ну, тут водитель и говорит. А у него ещё голос такой, знаешь, с хрипотцой. Зверь, а не мужчина! И затылок, что телевизор.

– Что говорит?

«Ты – говорит – по сторонам-то не смотри! Все равно толку от этого чуть. В лес едем. На торфяные болота!" Тут я про тебя-то и вспомнила. Говорю, вы от Настьки, что ли? Он и согласился.

– Вот как?

– Едем мы, едем. Уже и за город выбрались. Спутники молчат уважительно. Красота! Снег кругом лежит. Проталинки. Благодать! Душа поет и жаждет приключений! Чисто сказка какая-то! Мальчики дверь открывают. Меня чуть не на руках выносят. У всех на поясах пистолеты пристегнуты, подготовились, значит. Один ещё и затвором щелкает. Красавец! Выправка военная! Плечи! – женщина хищно облизнулась, – Говорят, так, знаешь, игриво: «Место потаённое, никто не найдет! Беги! Если жить хочешь!»

– А вы? – чашка в моих руках затряслась. Откуда она вообще взялась на столе? Да и, тем более, у меня в пальцах?