Текст книги "Хозяйка волшебного дома. Книга 1 (СИ)"
Автор книги: Мартиша Риш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 22 страниц)
На столе в корзинке свежий хлеб, рядом с ним горкой сложены мясные котлеты с нежной корочкой, нарезан свежий салат. И все такое вкусное с виду!
Отодвинула стул. Наслаждаюсь видом заботящегося обо мне мужчины. Рот набит вкусностями.
– Проходи к столу, – бархатно произнес Далет, даже не обернувшись. Зато я подпрыгнула от стального голоса у себя за спиной. Лео, наконец, встал. Бледный, вокруг бедер замотана простыня. В ледяных искристых глазах застыла бездна непонимания.
– Доброго утра, Анестейша. Если я правильно помню, и мне действительно позволено вас называть просто по имени.
– Доброе утро. Как себя чувствуешь?
– Благодарю за заботу и услуги вашего демона. Мне лучше. Чем я могу быть полезен вам сегодняшним утром? – зябко повел широкими плечами мужчина. В доме тепло, знобит его, что ли?
– Садись за стол, завтракай. Далет очень вкусно готовит.
– Благодарю, хозяйка, – промурлыкал берсерк у плиты и проворонил очередной оладушек. Так дело пойдет, мне ничего не достанется, а морда чупокабра станет ещё шире.
– Вы назначили мне роль постельного украшения? От этого такая забота о жалком невольнике? – вскинул подбородок Лео, тряхнул светлыми волосами. На его бледных щеках проступили алые пятна.
– Роль кого? – опешила я.
– Украшения вашего ложа, – потупился он.
– С чего ты это решил? Одежду не дала? Так ее нет. То есть будет, но не сейчас, ещё не привезли. Привезут скоро. Садись за стол и ешь спокойно. Я вообще забочусь обо всяких убогих. О котятах там, о щенках. Один раз даже хромую ворону подобрала. Перелом благо сросся потом, – оборвала я себя на полуслове, увидев чуть не слезы, стоящие в глазах у невольника, – Прости.
– Я понял. Извините меня, Анестейша за то, что смел дурно подумать о вас, – подошёл он к столу и устроился ближе к плите.
– Можно? – рука потянулась к щипчикам, видимо, чтобы подхватить котлету с блюда.
– Бери все что хочешь. В моем доме все должны быть сыты.
– Вы очень добры к убогим. Я надеюсь принести больше пользы, чем хромая ворона.
– Мечтай, – зевнул чупокабр, – ворону можно хотя бы сожрать. Знал бы я раньше о таких склонностях хозяйки, позвал бы лекаря. Сумасшедшая, – облизнулся Несчастье длинным языком, сыто вздохнул, покосился на дверь в кладовую, – Мерзавка! На самое святое в моей жизни посягать! Я тебя отдам в нехорошие руки!
– Меня? – подавилась я корочкой свежего хлеба. Берсерк тут же подскочил и как следует треснул ладонью по спине. Не умру от удушья, так умру от перелома основания черепа.
– Ты-то при чем! Добыча моя непойманная! Всю ночь охотился! Эта пакость в кладовую залезла! – отцарапал он дверцу и скрылся за ней.
Глава 39
Лео
Я очнулся от звучания шёпота. Молитва кутает сознание в кокон, она мне не понятна. Берсерк перекатывает на языке странные слова. Должно быть, имена духов: участковый, дворник...
Впервые столкнулся с тем, что берсерки умеют молиться. Неужели мы оба все ещё стоим на грани между жизнью и смертью? Быть может. Тогда каких же демонов призывает к нам Далет?
Горло пересохло, язык даже щиплет от желания напиться как можно скорей, припасть к роднику. Не думаю, правда, что хоть когда-нибудь мне это удастся теперь.
В лицо ударил порыв свежего ветра, вынуждая поднять тяжёлые веки. Я огляделся и даже не сразу поверил в то, что все ещё жив.
Просторная светлая комната, окно, выходящее в сад. Подо мной мягкие чистые простыни, и укрыт я лёгким как облако одеялом. Спина болит уже куда меньше. Комната напоминает видом каморку для слуг, да и вещи в ней такие же.
В моем нынешнем положении все это можно назвать настоящим чудом. В прошлой жизни я и помыслить не мог, что буду дорожить такими мелочами. Разве можно сравнить эту комнату с моими покоями в замке? Или с каютой на моей шхуне? И все же сейчас эта каморка кажется раем, достойным божества.
Скинул с себя одеяло и сел на постели, коснувшись ногами теплого деревянного пола. Собрался уже потянуться, чтобы размять затёкшие во сне мускулы.
– Не смей этого делать, – грубо окликнул меня берсерк.
– Почему?
– Демон заштопал суровой нитью все твои раны. Нить может лопнуть от резкого движения, как мне кажется.
– Заштопал? – оторопел я, не в силах осознать сказанного.
– Заштопал как дырявый носок. После того, как навёл зачарованный сон. Наша хозяйка проявила милость и заботу о тебе, Лео. Да будет ее путь на земле счастливым.
– Как носок? – оторопел я ещё больше. Суровый берсерк молится за ведьму. Меня сравнил черт-те с чем. Мир сошел с ума, или я рехнулся? Попытался дотянуться до спины и с ужасом задел суровую нитку, торчащую прямо из моей кожи. И вправду заштопан!!!
– За такие слова я бы...
– Поднимайся, приводи себя в порядок. Уверен, прекрасная Анестейша захочет убедиться, как ты пережил эту ночь. Она вверила тебя моей заботе. Кувшин с водой я поставил в углу.
– Прекрасная... – щеки полыхнули от ворвавшихся в голову воспоминаний. Дорога. Я остался без сил и рухнул под ноги горожанки. Жалкий каторжник, раб!
Дальше провал. Хоть здесь я ничего не помню. Берсерк. Он снял меня со своих плеч и уложил на пол в каком-то странном месте, отдаленно напоминающем дворец. Я точно помню роспись на стенах. Быть может, это даже были обои из бумаги. И свет. Яркий. Он заливал там все. В том числе ноги хозяйки... Я опять валялся у ее ног. Герцог! Под ногами у ведьмы! Позор!
Затем с меня срезали всю одежду, и стало ещё хуже. Великие боги, лучше б я умер ещё вчера, чем так сгорать от стыда.
Купание в огромном гладком корыте я тоже отчётливо помню. Хозяйка не поскупилась на то, чтоб нагреть для меня воды. И даже одарила мылом. Видимо я действительно дурно пах. Какой кошмар!
Потасовка с чупокабром. Далету от него досталось. Повезло, что ещё успел отвернуть горло от острых, как бритва, когтей. Уф. Из одежды мне досталось только крохотное полотенце, сейчас я и вовсе ничем не прикрыт. Впрочем, берсерку ещё хуже. Женский халатик еле сходится на его теле.
Как все забыть? Как уснуть навсегда? Скрыться от позора? Моя родовая гордость вот-вот испустит дух...
Что было дальше? Пришлось потрясти головой, чтоб упорядочить мысли.
Крохотная каморка с видом на темноту с огоньками. Вчера я принял то место за преисподнюю. Черт!
Думал, все! Идут приготовления к ритуалу. Чернокнижники уже на пороге! Надеялся принять смерть под собственным именем!
Сказал, кто я есть! Назвал и свое имя, и титул. Дурак! Чтобы герцог валялся на земле под ногами у женщины, чуть не молил о пощаде. Лечился за ее счёт! Тратил чужое время и средства. Ничто не способно этого извинить. Ни мое жалкое положение, ни раны, ни отсутствие монет в карманах. Карманов, впрочем, и тех теперь у меня нет.
Вся благость утра и счастье жизни слетели, уступив место дикому стыду.
– Не заставляй ждать хозяйку, Лео.
– Я останусь здесь. Спроси госпожу, какие у нее есть для меня поручения. Я буду рад выполнить любую работу. Только бы не попасться ей на глаза.
– Мне дано поручение приготовить завтрак. Что она прикажет делать тебе, я не знаю. Быть может, и вовсе оставит в постели.
– В чьей? – вскочил я на ноги и даже не пошатнулся. Только сломанное ребро дало о себе знать.
– Дурак. Дочь Морриган оказала милость. Что бы она ни наказала делать дальше, твое дело это исполнить.
– Дочь Морриган? Ты уверен?
– Уверен. У меня больше нет времени на пустую болтовню. Не хочу навлечь на себя гнев Анестейши. Котлетки требуют той же заботы, что и ребенок. Упущу – испорчу.
– Ты так надеешься получить от нее свободу в качестве благодарности? Это глупо. Чем лучше станешь служить ей, тем меньше шансов на то, что хозяйка решит тебя хотя бы продать.
– Свобода? В ней для меня больше нет смысла, я останусь служить дочери Морриган, – дверь в каморку захлопнулась за фигурой сильного воина.
Хотел бы я знать, чем ведьма его опоила, и какая судьба предназначена мне самому.
С наслаждением напился воды, наскоро отер лицо смоченным в пустом кувшине полотенцем. Да уж, положение хорошим не назовешь. Впрочем, я жив и все ещё в своем уме, а значит, есть шанс выбраться.
Одежды, правда, нет вовсе. Пришлось заматывать стратегические места в простыню. Сомневаюсь, что наша хозяйка это оценит! Если ведьма собралась превратить меня в куклу для постельных утех, то пусть не надеется даже! Герцог никогда не займет столь постыдное место!
И плевать на все то, что было вчера! Я был ранен, бредил... Все равно это не оправдание для того, чтоб валяться посреди городской улочки. Жив, значит, должен был устоять на ногах. Так меня учили! Так и будет.
Весь запал в мгновение пропал, как только заслышал лёгкие шаги за дверью. Девушка. Черт, как же стыдно. И не спрячешься. Все равно придется выйти. Вон уже звякнула ложечка о тонкое блюдце, да и пахнет едой. Надеюсь удержать себя в рамках достойного поведения и не показать виду, насколько я голоден. Дураку ясно, что в моем положении кроме как на миску каши рассчитывать не приходится. Но и за еду честь не продается, пусть даже не пытается заманить меня в свою постель котлетой. Но как же соблазнительно тянет жареным мясом...
Вышел так резко, как мог. Огласил все, что хотел, и получил пощечину прямо по своей чести. Меня сравнил с вороной! Ну хоть не с заштопанным носком, как сделал это Далет! И ведь девушка нашла в себе силу, чтоб извиниться. Передо мной, перед жалким каторжником, перед убогим. За стол пригласила, разрешила насытиться лучшей едой.
Прекрасная, белокожая, нежная. Как же мне стыдно пользоваться ее добротой, не имея возможности ничего дать взамен. Я ещё и оскорбил её своим подозрением. Позор. Глаза стыжусь поднять от своей тарелки.
– Ты такой красный, нет ли у тебя жара? – невесомое прикосновение прохладной ладошки к моему лбу ни на миг не отрезвило. Только ещё больше вогнало в краску.
– Все замечательно, Анестейша. Лихорадки нет.
– И все же, я думаю, надо измерить температуру. Далет, ты не видел назначения доктора? Он ещё лекарства собирался оставить, – ведьма не поскупилась на траты.
– Все перед вами, хозяйка, – опустил перед нею на стол серебряный поднос берсерк. Флаконы, коробочки, записка на беленой бумаге. Сколько же золота я отнял у горожанки, если вообще не серебра. Может, и перцем расплачивалась красотка. Стыдно-то как!
– Антибиотик внутрь, антибиотик на раны, заживляющая мазь, кальций. Какой милый дядечка, даже градусник нам оставил. Глотай, – опустился передо мной некрупный белый камешек. Я покорно сглотнул слюну, глядя на миску оладий. Вышло до неприличия шумно. Девушка рассмеялась.
– Таблетку глотай. Это целебный порошок, который вот так замешали, и его сплющило. Бери в рот, – пришлось повиноваться приказу, – Вот и молодец. Теперь подними руку.
– Которую?
– Любую. Да не так резко. Швы разойдутся, придется ещё раз звать доктора.
– Простите, что уже вверг вас в траты.
– Ничего страшного. Визит врача оплатил наш местный разбойник Антон. И чупокабр, – поднялась девушка из-за стола. Я счел нужным тоже встать в знак уважения, как это и полагается здоровому мужчине.
– Благодарю и его, и ваших духов.
– Кого? Сядь и сиди. Мне так будет удобнее.
– Духа участка и духа двора, – ведьма меня даже за мужчину не считает. Полудохлая заштопанная ворона. Черт! Провалиться бы со стыда.
– Это демоны. Участковый и дворник, – устроился за столом Далет.
– Можно сказать и так, – улыбнулась ведьма и сунула мне неизвестный артефакт под мышку. Черт, какие же нежные у нее пальчики.
Это они сейчас танцуют на моей спине нежный танец. Ласкают, втирают целебную мазь. В ответ на ее прикосновения внутри меня разгорается поочередно то великая нежность, то благодарность, то испепеляющая страсть. Стыдно принимать заботу и невероятно приятно. Пляшет искрами ее магия. Танцуют в ответ темные пятна у меня перед глазами. Чудится, что она задела лифом платья мое измученное плечо. Невероятная женщина. О такой даже мечтать святотатство в моем нынешнем положении. Герцог тоже не имеет права мечтать о дочери Морриган. Прохладный пальчик щекотнул подбородок, вынуждая меня поднять голову.
– Ещё тут, на щеке.
– Как пожелаете, – великая нежность прикосновения. И расплатиться мне нечем. Ни за расходы, ни за заботу. Стыдно и неимоверно приятно. Кажется, я потерял ощущение реальности. Пальчик скользит по щеке, и боль тут же уходит. Даже спина перестала болеть. Как же хорошо. Кажется, я застонал через сжатые губы.
– Тебе плохо? Аллергия?
– Мне так хорошо, как никогда не было, Анестейша. О каком аллигаторе идёт речь? Вы имеете в виду такого редкого зверя? Это удивительно! – светская речь выкатилась из меня сама. Как это и бывало раньше, стоило только смутится.
– Аллергия. Не важно. Так, у меня дела. Нужно ещё успеть собрать эльфийских яблок. Уф. На кухне нет ящика, случайно?
– Я сейчас вам помогу, – подскочил я и чуть не рухнул. Звёзды пляшут перед глазами. Что со мной происходит? Ошалел от простой девицы?
Тряхнул головой, запнулся и полез в ту кладовую, что заприметил в углу. Ящик! Мне срочно необходим ящик. И ведро холодной воды на голову.
Настя
Синие омуты глаз заманивают, будто в ловушку, колют холодом. Лео беззащитен словно ребенок, стыдлив и прекрасен. В его облике, манере себя вести за столом чудится привычка дикого зверя. Гепарда, что собирается перед прыжком.
И в то же время как он разомлел под моими руками, из каменной глыбы превратился в податливое тесто. Может быть, все дело в моем даре? В магии, с которой я пока, увы, не справляюсь. Она стремится наружу и прорывается, вершит чудеса. Вот только сама я ей не управляю.
И сбежал Лео в кладовую слишком стремительно. То ли не хотел больше казаться мне слабым, – и зачем я только сравнила его с облезлой вороной, – не то действительно стремится помочь. Отблагодарить.
– Мое! Отдай, сволочь! – вопит чупокабр.
– Ай-йа! – залихватски выкрикнул Лео. Надеюсь, они там друг друга не поубивают? Сходить посмотреть, что ли?
– Укушу! Мое! Не смей брать! Сбежала! Все из-за тебя, бесполезный! Ау! Хвост!
– У тёрки есть зубы? Ай!
– И не только зубы, молись, чтобы зубочистки не были смочены в яде! Враг хитёр и опасен. Ну, погоди! Мыррр! Сейчас поймаю!
Судя по грохоту, стеллажей в моей кладовой больше нет. Пожалуй, идти туда совершенно точно не стоит. Ещё посижу за столом.
– Поймал! Откуси ей голову, зверище!
– Чтобы хозяйка откусила голову мне?
– Ыыы! Палец!
– Не палец и был! Одной дыркой больше, одной меньше! У тебя и так шкура вся в дырочку от иголки! Латанный ты наш.
– Хватай! Она под сундук просочилась! Накрывай кастрюлей, поймал?
Нет, все же несколько стеллажей там ещё оставалось. Это они, наверное, сейчас рухнули.
– Госпожа, я, пожалуй, сам принесу ящик.
– И набери в него заодно эльфийских яблок. Они во дворе.
– Я уже видел.
– Вот и отлично. Как наберёшь, принеси в квартиру. Ко мне сейчас гость должен заглянуть.
– Будет исполнено, – поклонился берсерк и тенью прошмыгнул в место славной битвы недокота и недоразумения с неизвестным врагом. Нет, я туда точно не полезу. Зачем мешать двоим мужчинам и зверю охранять дом? Знать бы ещё от кого.
Встала со своего места, задумчиво потянулась. Хорошо! И свекровушка давно не появлялась. Может, забыла про меня, наконец? Могу же я понадеяться на такое чудо?,
Глава 40
Настя
Дверь в квартиру содрогается от ударов тарана. Одновременно с этим надрываются телефон и дверной звонок. Кажется, я нужна сразу всем. Что-то мне так сильно захотелось обратно в волшебный дом.
Идти к двери? Не идти? Ещё полицию вызовут. Уф. Пожалуй, открою.
И всё-таки я догадалась посмотреть для начала в дверной глазок. Никакого толку. Удалось разглядеть только чей-то черный пуховик.
Распахнула дверь и была сметена с ног ворвавшимся мужчиной. Лица из-за шарфа, которым оно замотано, даже не видно.
– Настёна! А я это, с подарками! Ты ж моя краля! Парни, заноси все на кухню! – в квартиру хлынула толпа мужиков в берцах. У каждого на плече по мешку, с некоторых на пол капает кровь. Ой!
– Эт чё?! – заикаясь, спросила я.
– Подарочки. То, что в мешках, для чупика.
– Для кого?
– Для чупика! Ну, то есть, для Несчастья. А вот этот пакетик тебе. Ты – девка умная, образованная, тебе понравится. Людям без образования яд, а тебе самое то! – сунул он мне в руку тяжёлый пакет.
– Там чё? – кажется, я научилась говорить только предлогами. С перепугу.
– Ну как чё! Носом то поведи, зельеварка! Чуешь, какая вонь?
– Ага.
– Французские сыры особого сорта, с плесенью. Трюфеля, улитки, вино столетней давности. Шоколад и то поганый. Один с солью, второй с красным перцем! Кушай! Больше все равно некому. У нас дипломов о высшем образовании не завалялось, чтоб на такие извращения потянуло! И потом это твоя законная доля от нашего сегодняшнего грабеж... сногсшибательного успеха!
– Моя доля?
– Ага. Кстати, этот хмырь к тебе в гости? Или выпроводить? – втянул он за шиворот нашего Володю с площадки. На фоне Антона водитель показался мне крошечным.
– Это ко мне.
– Ну тогда ладно, – отряхнул он мужчину, – А то я смотрю, хмырь какой-то под дверью нашей Настюхи шатается. Мало ли чё? Ребята его и спросили. Со всем уважением! Не переживай! Даже не били. Почти. Так, встряхнули маленько для порядка, – развернулся он в задумчивости к Володе и случайно смял того в угол. Все же моя крохотная прихожая никак не рассчитана на такое количество гостей, – Ну, ты это извиняй, если чё!
Володя судорожно кивнул головой, – и куда только вся спесь с него подевалась?
– Это вам. В отделе кадров исправили расчеты, – плюхнулся мне в руку упитанный конверт, – И это тоже, – поставил он пакет с вещами на тумбу.
– Спасибо! Можете идти.
– Не могу. То есть, я бы конечно пошел. Если можно. Но там ждут ваших яблок. Вы же понимаете.
– Простите, забыла. Секунду! – побежала я к себе в спальню. Поплотнее закрыла дверь, плюхнула пакет с деликатесами на кровать, только выглянула за волшебные двери. Здесь уже стоит Далет во всей красе. Халатик немного порван, на вытянутых руках он держит увесистый ящик, полный сочных плодов. Мне одной такой точно не донести. Ну что ж. Пускай в офисе думают что хотят. Мою репутацию спасать после всего – гиблое дело. Один Антон чего стоит. А вместе с братвой?
– Пойдем, поможешь донести.
– Как пожелаете, госпожа.
– Только не надо называть меня госпожой!
– На моей груди стоит клеймо рабства, хозяйка.
– Ну, пожалуйста? Только не госпожой!
– Вы стыдитесь обладать таким невольником? Я докажу свою преданность вам и дому, как только представится случай.
– И не сомневаюсь!
– Настёна! – раскатился эхом голос бандита.
– Иду! Только в спальню никого не пускай!
– Я с понятием! Твою спальню никому видеть не стоит! Могут не пережить! Это я крепкий! – что обо мне теперь подумают на работе? Володя уже наверняка подумал. А он болтлив. Уф!
– Проходи, Далет, – придержала я дверь перед мужчиной. Тот вошёл, принюхался, с удивлением посмотрел на пакет.
– Потом разберём. Там вкусная еда. Антон подарил.
– Вас хотят отравить. Пахнет гнилью.
– Пахнет едой! И никто меня травить не собирается! Только посмей выбросить!
– Я использую эти опасные дары первым, госпожа. Меня не так жаль потерять...
– Это вкусно только для интеллигентов! Для тех, у кого есть диплом. Или титул!
– Скормим немного Лео, госпожа. Он благородных кровей и довольно живучий.
– Ничего ты не понимаешь! Ладно, с Лео я так уж и быть поделюсь, если чупокабр не сожрёт это раньше!
– Он тоже интеллигент?
– Нет, он просто всеяден! Пошли! Ящик моему знакомому отдашь и все!
– Как пожелаете, госпожа.
Появление Далета братва встретила суровым молчанием. В гнетущей тишине мы дошли до прихожей.
– О! Яблочки! – улыбнулся Антон.
– Это ему, – ткнула я пальцем в скрючившегося у стены Володю. Похоже, ему очень хочется как можно скорее покинуть мой гостеприимный дом. Далет передал ящик из рук в руки.
– Благодарю. Отдел кадров в полном составе вас не забудет, – произнес он напыщенно.
– Настюх! Я забыл тебе ещё кое-что подарить. Чую, несёт какой-то дрянью! Во, держи! Ща, только найду. Зерна кофе. Их какой-то зверёк того... То есть сначала он их сожрал, а потом…произвел элитный сорт кофе! Чего только не придумают больные, то есть образованные люди. И не противно же было собирать!
– Я не настолько интеллигентна, чтобы пить кофе сорта «Копи лувак». По-моему, это отрава.
– Держи! Можешь угостить кого. Выкидывать жалко! – протянул Антон мне бумажный пакет с элитными зёрнами.
Дальше я не смогла понять, что именно произошло. Словно тень метнулась. Приглушённый удар. Огромный бандит лежит на полу. Сверху него устроился Далет. Одной рукой он держит Антона за волосы. Второй прижимает нож к его горлу.
– Прикажете убить отравителя, госпожа? – бархатным голосом спрашивает невольник. За своей спиной чувствую дыхание всех парней Антона, что собрались в квартире. Володя сползает по стенке, обсыпанный эльфийскими яблоками.
– Далет, я пошутила. Это очень вкусный сорт кофе. Антон точно не хотел меня отравить. Отпусти его пожалуйста. Это мой гость.
– Прошу меня извинить. Благополучие Анестейши превыше всего, – молниеносно перетек невольник с пола в вертикальное положение и за плечо легко поднял Антона. Сколько же в этом берсерке силищи?!
– Простите! – пикнула я, понимая, что нас сейчас, наверное, растерзают.
– А ты крутой мужик! – хлопнул берсерка по плечу Антон, – За Настёну я и сам, кого хочешь, порву. Не сомневайся.
– Вы не успеете. Мое благословение – быть всегда подле госпожи, – принялся бесстрастно собирать с пола раскатившиеся плоды обратно в ящик берсерк. Я подкинула туда же сомнительный кофе. Медуза Горгона и не такое слопает за бесплатно. Тем более, сорт и вправду считается элитным, стоит бессовестно дорого. А то, что его производят какие-то тропические зверьки после того как сожрут... Ну не всем же важна эта мелочь! Главное – вкус.
– Парни, вынесите этого вместе с ящиком. И загрузите к нему в машину. Я верно говорю? Сделка же состоялась?
– Ага, – кивнула я головой.
– Ты только все яблочки не разбазаривай. Нам тоже оставь для дела.
Парни протиснулись мимо меня к Володе, подхватили того под руки, ещё один поднял ящик, и они бодро покинули квартиру. Уф!
– Далет, забери, пожалуйста, тот пакет с тумбы. В нем одежда для тебя и Лео.
– Благодарю вас, хозяйка, – поклонился берсерк, – Что делать с теми запасами провизии, которые сложили на кухне?
– Приберите их в дом, что ли?
– Будет исполнено.
– Так для какого дела нужны эльфийские яблочки? – спросила я у Антона.
– Понимаешь, я же вчера все прослушал. Ну то, что ты говорила. Вернулся домой, спать лег. Проспал, естественно. Бриться уже не стал, да и в зеркало смотреть тоже. Рванул сразу ... По делам. Нам ресторан должен был денег. Думаю, чё люди при виде меня крестятся и плюются через плечо? Ну, мало ли! Парни тоже смотрят с большим уважением. Ну вот, приезжаем мы к-хм по делам. А там! В общем, их было много. Выхожу я из джипа. На меня смотрят. Посмотрели, и чем-то я им не понравился. Вся та бригада резво села в машины и по газам. Ну, думаю, с кем не бывает. Хозяин ресторана нас принял как родных! И деньги сразу нашлись, и сверху всякого отсыпал. Думаю, вот и хорошо! Нас же там могли положить, а сложилось как надо. Сажусь обратно в машину. Как посмотрел на себя в зеркало! Дырень от пули во лбу, мозги наружу, на шее след от веревки, язык через плечо переброшен! Кранты, думаю. Сразу рванул в аптеку за пластырем. В аптеке никого! Пусто. Все при моем появлении отдохнуть решили. Ну, думаю, ладно. К окошечку подошёл, спрашиваю, есть ли пластырь, лобешник заклеить. Мозги – штука ценная. Вдруг чё? И тут тебя вспомнил! Говорю, не, пластырь тут не поможет. Тут, говорю только народная медицина поможет. Спросил когти, ногти. Я ж не помню, что именно ты советовала. Сожрал, короче, пол-аптеки. Шарфик, вон, свой в подарок дали. Чтоб клиентов не распугивал. Посоветовали к терапевту в поликлинику обращаться. Крепкие же нервы у этих аптекарей! Братва сбежала, а девица за прилавком хоть бы хны. Не поморщилась даже. Говорит, к ним и не такие заходят. Так что, ты это, яблоки береги. Мне ещё много к кому съездить нужно. Я и парней подкормлю ими же. Может, варенья накрутить, а?
– Может.
– Или засушить.
В квартиру ввалился кособокой походкой чупокабр. Похоже, кому-то пора худеть. Издал жирные вздохи сожаления, глядя на кухню. Видимо, в зверя больше ничего не поместится.
– Благодетель! У меня для тебя ещё один подарочек есть. Еле поймал эту мерзавку! В комплект! Пошли, вручать буду. Рыцарские перчатки у хозяйки в аренду спроси. Были.
Глава 41
Настя
Вот теперь я, пожалуй, побаиваюсь идти в дом. Если уж чупокабр обзавелся подпаленным хвостом, если двое каторжников не смогли справиться с тварью... А бандиту и вовсе потребуются жестяные перчатки! Где я их, интересно, возьму?
И, главное, зверь мой молчит. Никак не хочет сознаться, кого изловил. Брр. Аж холодок по спине. И мурашки танцуют пьяным табуном, то пронесутся по коже, то опять скроются.
– Несчастье, скажи честно, это дракон?
– Дракон в квартире не поместится, – поскреб щетину Антон, – ну, ничего. У меня есть домик в деревне. Ну, как у меня. У бабушки моей. Воспитает, кого хочешь, хоть дракона, хоть кота. Меня только не вышло.
– Значительно хуже. С драконом ещё можно договориться!
Мы втроём вошли в спальню, где надрывной сиреной разрывался мой телефон. Как же меня все достали!
Не глядя, приняла вызов.
– Настя! Как же так? – возопил динамик голосом сердобольной коллеги. Это она убеждала меня в беременности, когда я забирала вещи с работы.
– Как-то так, – дипломатично ответила я. Мало ли что могло случиться.
– Медуза Горгоновна сказала, что отправила к тебе Володю с перерасчетом, – я засунула руку в пакет с деликатесами. Нет, все же Антон – на редкость удачное приобретение в моем таборе. Трюфели, сыр, бельгийский шоколад. Отломить что ли кусочек? Вот только как выбрать? С перчиком или соленый? – Совсем совести нет у людей! С будущей матери трясти деньги!
– Медуза мне доплатила за отпуск! И я не беременна!
– Доплатила? Неужели у нее совесть проснулась? И после этого ты говоришь, что не в положении?
– Аня, я в этом совершенно уверена. Спасибо за заботу. Честно. Неожиданно, но очень приятно.
– Так я заеду? Мне кажется, ты врешь. Чтобы не показаться слабой, – кусок шоколада предательски застрял в горле. Я надрывно закашлялась, в полном ужасе глядя по сторонам. Нет, Далет не появился. Спасать некому, можно спокойно прокашляться, без риска получить перелом позвоночника.
– Ты рыдаешь? – продолжила Аня.
– Я кашляю! Подавилась куском шоколада.
– Ой! Володя вернулся! Прости, я потом перезвоню. Ты же знаешь, он в отдел кадров доложит! – бип-бип. Ненормальная! Но заботливая, что приятно. Выключила телефон от греха подальше. Ну его.
– Хозяйка, дай Антону перчатки в аренду. Благодетель полезный! Его нужно беречь!
– Я понятия не имею, где у нас рыцарский доспех!
– В кабинете. Так я провожу?
– Проводи! И я не беременна!
– Я и не сомневался. Трофей на кухонном столе. Береги! Но близко не суйся!
– Я тоже полезная?
– Хуже! Ты любимая, – исчез чупокабр из виду и, следом за ним, Антон.
На цыпочках я пробралась в собственный дом. Фух! А ведь и вправду мне страшно. В гостиной полная тишина, никто не спешит в квартиру за припасами. Может, и каторжники уже того? Закончились. Брр.
Пробралась в кухню. Далет навис над столом, в руке у него зажата шумовка. На сковороде скворчит мясо. Лео держит острый тесак в руках. Вот от кого, а от него я этого не ожидала. И главное, оба каторжника одеты очень оригинально. Володя расстарался, как мог. Белоснежные хлопковые рубашки заправлены под пояса грубых джинсов. Ещё и стоят оба босиком в напряженных позах. Оба бесстрашные и готовые ко всему. Рыцари, воины. Ну, или ковбои, на худой случай.
– Нужно ее зарезать! Только я не могу никак решиться. Все же самочка, – сурово заявил Лео.
– Самочка! Я навек опозорен!
– Меня? – сделала я шажочек назад.
– Исключено, – грозно ответил Далет, – Вы – сокровище мира.
– Благодарность выше чести. Я бы никогда не решился... Ыыы! – вскрикнул Лео и зажал щеку, – Щепку в ход пустила! Веревки ослабли!
Я тихонечко подкралась к столу, держась за широкой спиной мужчины. Все же так надёжнее. Поднялась на цыпочки.
– Гады! Совести у вас нет!
На столе, привязанная тонкой нитью к разделочной доске, лежала садовая гномиха. Чепчик сбился на сторону, юбочка задралась. Жилеточка с золотым шитьем порвана. Уж не об этой ли ткани так скорбел Анджей? Судя по всему, это кусочки его рубашки пошли на жилет. Но гномихе в любом случае он идёт. Бедная. И на пухлых щеках следы от слезинок. Так жалко ее стало. Мужа похитили, а на нее зверюгу натравили. Ужас какой!
Гномиха извернулась, сунула руку себе за спину, достала оттуда зубочистку и метко швырнула.
– Пригнитесь! – крикнул Лео, оттесняя меня. Берсерк грохнул шумовкой.
– Убью! – крикнула я.
– Лучше я сам! Мне есть за что мстить мерзавке, – отрапортовал Далет.
– Тебя убью! Не смей ее обижать!
– Я ее даже не тронул! Грохнул по столу, чтобы боялась! Хозяйка, она оплатила мне волосы головешкой из печи.
– Ничего не знаю.
– Где мой подарок? – вышел на кухню Антон под предводительством чупокабра, сияя новым доспехом. Даже нагрудник надел. Хорошо хоть знамя не взял. Или это оно свисает из пасти Несчастья? Нет, это собственный язык чупокабра.
– Мы поймали жену вашего гнома, – отступила от стола я.
– Жену? – склонился над столом Антон.
– Она расстроена пропажей мужа.
– Ля! – помрачнел бандит, – может, я ее завтра заберу? У вас клеточки нет, чтобы передержать? Ну или банки?
– Она переживает.
– Нет! В доме закончились все банки! – отступил в сторону Далет. Кстати, он же не мог напасть на свободного? Но на Антона, выходит, напал. Даже нож к горлу приставил.
– Да? Боюсь, кранты моему гномику. Он же вчера, как я его домой принес, все сундуки зерном затарил. Ну, это поначалу. Я ему пакет гречки сунул. Чё дома нашлось. Потом в бочки воды набрал. Я ж не зверь, с понятием. Бутылку с минеральной к клетке подсунул. Ну а дальше... Короче у меня холодильник полный всегда и бар тоже. Гномик воду из бочек вылил, потешный такой! Вином все заполнил. Потом вылил, виски набрал. Зерно рассыпал. Запасы буженины сделал. Ну и там, по мелочи. Короче, когда я уезжал из дому, у него все ларцы деликатесами были заполнены. И в бассейне был вишневый сок. Чую, хана гномику от жены.
– Почему?
– Потому, что он вырезал из пробки себе кресло-качалку и прохлаждается в тени дома, периодически зачерпывая из бассейна рюмочку-другую вишнёвого сока. А бабы такого не любят, – по щекам гномихи потекли горькие слезы. Не то от скорби по потерянному мужу, не то потому, что зубочистки в колчане закончились. В тон ей вздохнул Антон, – Ладно уж. Возьму. На развод! Нет, ну а что? Расплодятся, так хуже точно не будет. Из салона же к моему красавцу ни одна массажистка не завернет. Эх! Была, не была. Забираю! Если чё, похороним моего Ваньку под пальмой со всеми почестями. А ты, значит, Матильдой будешь, – сцапал он разделочную доску с привязанной гномихой и сунул за паузу прямо к сердцу. Лео ощутимо вздрогнул.
