Текст книги "Идеальный мир для Химеролога 9 (СИ)"

Автор книги: Марк Альтергот

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 20

Петербург, Российская Империя

Поместье Новиковых

В эфире экстренного выпуска новостей показывали съёмку с полицейского дрона. Центральный проспект был перегорожен армейскими броневиками. Кордоны гвардейцев оттесняли зевак за красно-белые ленты. Отмена всех междугородних перевозок парализовала логистику. И всё это в тот момент, пока над руинами правого крыла здания Высшей Канцелярии поднимался чёрный дым.

Агнесса Новикова сделала глоток красного вина и переключила канал. Везде показывали одно и то же.

Двенадцать направленных взрывов уничтожили несущие опоры. Перекрытия сложились внутрь, похоронив под собой архивы и кабинеты чиновников. Ведущие новостей путались в показаниях, перечисляя введённые в городе меры. Столица погрузилась в транспортный и управленческий коллапс.

Правительство сейчас поднимет на уши все профильные ведомства. Те активируют менталистов, перетряхнут каждую бумажку в уцелевших журналах посещений и задействуют ищеек. Но самое неприятное крылось в протоколах безопасности Канцелярии: в первую очередь проверять будут тех, кто посещал здание незадолго до инцидента.

Загвоздка в том, что Агнесса была там сегодня утром. Она заносила утверждённые сметы по Акванариуму и оставила в приёмной пару подарочных корзин для нужных людей. Спустя два часа после того, как её машина покинула парковку, прогремела серия взрывов.

Телефон на столе зажужжал. Агнесса посмотрела на экран, узнала номер дежурного следователя и сбросила вызов. Это был уже четвёртый звонок за последние полчаса. Следователи общались подчёркнуто вежливо, интересовались её самочувствием и настоятельно рекомендовали не покидать пределы поместья. Когда она предложила самой приехать для дачи показаний, ей мягко ответили отказом. Сказали сидеть на месте и ждать оперативную группу.

Графиня отставила бокал.

Она ведь могла там задержаться. Если бы помощник руководителя не ушёл на обед, она бы просидела в той самой приёмной до момента детонации. Встретилась бы с родителями на том свете, если предположить существование загробной жизни. Хотя в подобные сказки она верила слабо.

Её смерть стала бы концом для всего. Проекты бы встали. Восстановленное влияние рода рассыпалось бы в прах.

А Миша остался бы один.

Мальчишка, который только начал нормально ходить и улыбаться, оказался бы единственным наследником состояния. В нынешних реалиях, когда род Новиковых опять начал стремительно наращивать активы, ему бы не дали прожить и месяца. Опекуны, дальние родственники или наёмники враждебных семей уничтожили бы его при первой возможности.

Со следователями из Канцелярии она разберётся. Покажет графики, предоставит записи с видеорегистраторов автомобиля, вывернет карманы гвардейцев. Проблема лежала в другой плоскости. Ей требовалось обеспечить безопасность брата на случай, если в следующий раз взрывчатка сработает под её машиной.

Слияние через замужество отпадало сразу. Практика показывала, что новоиспечённый супруг из другого рода быстро становится единственным владельцем активов после внезапной кончины молодой жены от неудачного падения с лестницы.

Альянсы работали ничуть не лучше. Договоры соблюдаются ровно до тех пор, пока ты можешь подкрепить их силой. Когда погибли её родители, партнёры первыми ударили в спину. Агнесса прекрасно помнила тот совместный проект с родом Дашковских. Они вложили колоссальные инвестиции в строительство закрытого полигона и закупку реагентов. Но стоило родителям погибнуть, как Дашковские заявили об аннулировании доли Новиковых за выдуманные долги, а оригиналы документов благополучно исчезли. Она тогда ничего не смогла доказать и полигон остался у бывших союзников.

Оставался Виктор.

Ветеринар с окраины, который плевал на интриги дворянства. У Агнессы крепло подозрение, что этот парень переживёт их всех. Он умел выживать и всегда находил выход из ситуаций, где остальные ломали шеи.

Всего час назад он прислал ей текстовое сообщение: «Скоро в новостях будет шумно, не переживай».

Агнесса снова посмотрела на экран, где транслировали дымящиеся руины Канцелярии. Она в сердцах надеялась, что к этим взрывам Виктор не имеет отношения. Здравый смысл подсказывал, что ветеринар не пойдёт минировать правительственное здание. С другой стороны, когда дело касалось Химерова, здравый смысл брал отпуск.

Во время нападения на Акванариум не было найдено ни одного трупа диверсанта. Следы чужого присутствия отсутствовали. Охрана зафиксировала вторжение, активировала протоколы, а затем угроза просто растворилась.

Она планировала серьёзный разговор с Виктором. Ей нужен был страж для Миши. Не обычный гвардеец, а создание такого уровня, которое сможет находиться рядом с братом круглосуточно. Бессмертная химера, способная отразить нападение Одарённых, распознать яд, закрыть собой цель и защитить мальчика до того момента, когда его собственный Дар Приручателя войдет в полную силу.

Учитывая динамику выздоровления Миши после процедур в клинике, ждать оставалось недолго. Мальчик креп с каждой неделей.

За окном блеснули проблесковые маячки правительственных автомобилей. Кортеж Канцелярии въезжал на подъездную аллею поместья.

Агнесса поправила причёску и пошла к лестнице. Пора было встречать гостей.

* * *

Я беззаботно прогуливался по лесочку, как будто просто вышел в ближайший сквер за кофе. Лес шумел, под ногами мягко пружинил мох. Рядовая вышагивала по правую руку, Псих радостно трусил слева. А где-то в подлеске неуловимыми тенями перебегал отряд боевых хомяков, обеспечивая охрану периметра.

– Правда же хорошая погода? – обратился я к Рядовой. – Смотри, птички поют, природа радуется…

Сверху раздался резкий хлопок крыльев. Огромная пернатая туша с размахом крыльев метра в два выпустила когти и решила спикировать прямо мне на голову. Я даже руки из карманов не вытащил, потому что в ту же секунду из кустов выскочил хомяк и метнул артефактный нож. Хищная птица камнем полетела в папоротники, задёргав лапами.

– Вот, – кивнул я, оценивая трепыхающийся трофей. – Солнышко светит, воздух свежий…

Буквально через пару секунд солнце затянуло плотными серыми тучами, скрыв его за пеленой.

– Блин, можно было бы добавить, что хоть дождя нет, – проворчал я, глядя наверх. – Но промолчу, а то сглажу. Ладно, мы почти на месте. Готова?

Рядовая серьёзно кивнула.

– А знаешь, я ведь тебе всегда говорил, – я сбавил шаг и посмотрел на неё, – тебе не нужно слушать свои инстинкты. Ты полностью разумна и ничем не отличаешься от людей, а кое в чём их даже превосходишь. Не нужно действовать импульсивно и идти на поводу у эмоций. Вот помнишь, когда ты тому мужику руку сломала? Могла же просто вырубить его втихаря. Никто бы даже не понял, как он спать лёг.

Она снова кивнула, признавая свою ошибку.

– Вот ты же реально умная, как ни посмотри.

Обезьяна неуверенно пожала плечами.

– Я всё знаю, госпожа Рядовая. Или как тебя там называют в узких кругах? Вечная ученица?

Она виновато опустила голову.

– Да-да, мне звонили, представляешь? – усмехнулся я. – Ты же оставила мои контакты как доверенное лицо. Кто же знал, что у тебя очередной платёж по моей, на минуточку, карте не пройдёт.

Рядовая опустила голову ещё ниже, изображая крайнюю степень раскаяния.

Я смотрел на неё и внутренне посмеивался. Я же сам ей говорил: развивайся и вливайся в социум. Выдал банковскую карту, чтобы она училась самостоятельно ходить за покупками, маскироваться, отрабатывать жесты и поведение. Нужно было сделать так, чтобы к ней не докапывался каждый встречный охранник из-за нестандартных габаритов.

Но кто же знал, что она воспримет мои слова о тренировках настолько буквально. Моя макака нашла себе около двадцати личных тренеров. Она платила им весьма приличные суммы, причём кадры подобрала гениально: люди с реальным опытом, которые действительно умели бить, но имели проблемы с законом, отозванные лицензии, долги или просто плохую репутацию. Они не светились в популярных залах. Эти мастера учили её карате, джиу-джитсу, вольной борьбе и боксу. А потом, через их специфические круги, Рядовая вышла на подпольные бои. В закрытых клетках без правил, в самом злачном подбрюшье ночного города.

Всё это характеризовало её лучше любых тестов. Со мной она всегда оставалась послушной и спокойной, но в то же самое время спокойно принимала собственные решения. К этому я и вёл. Она развивалась, становясь идеальной боевой единицей.

– В общем да, ты помнишь, что я тебе всё это говорил. Но к чему я веду… Сегодня можешь не сдерживаться. Повеселитесь от души. И ты, Псих, тоже. Выпускайте свою звериную ярость, делайте грязь. Но не забывайте, что я за вами сле…

– А ну стоять! – оборвал меня на полуслове хриплый голос из-за деревьев. – Неужели нам так попёрло?

Я лениво повернул голову направо. Из-за стволов вышли двое культистов. В руках у них были странные копья, выточенные из костей крупных животных. Оружие выглядело мерзко – из пористой структуры кости постоянно сочилась густая чёрная слизь, капая на траву ядовитыми каплями.

– Ну да, – согласился я, – повезло вам.

В этот момент Рядовая сорвалась с места, преодолела дистанцию так быстро, что культисты даже не успели поднять свои палки. Её кулак со всей дури врезался в грудную клетку первого дозорного, превратив рёбра и органы в однородную кашу.

Она уже замахнулась на второго, но его вдруг резко мотнуло в сторону. Это Псих молниеносно подобрался с фланга, сомкнул челюсти на ноге сектанта и принялся колотить им об ствол ближайшей сосны, как игрушечным. Копья брякнулись на землю.

Раз мы наткнулись на патруль, да ещё и с таким специфическим вооружением, значит цель находилась совсем близко. Кеша, которого я отправил на разведку, так и не вернулся. Мой пернатый шпион наверняка снова убился об какую-нибудь ветку или попал под шальное заклинание и теперь восстанавливался из пепла.

Лагерь этих ребят был крайне нехорошим местом. Сверху всё выглядело как обычная стоянка в лесу: палатки, костры, камуфляжные сетки и дозорные вышки. А вот под землёй они развернули настоящую фабрику по производству боевых химер.

Мне категорически не нравилось то, как они вели свои дела: изматывали животных физически, пытали, травили химикатами и стравливали в тесных ямах, чтобы выявить самых сильных особей. Даже разумным существам они ломали психику и очерняли душу, делая их беспощадными. Подчиняли они их тоже максимально грязно, просто влезая в естество твари и подавляя её суть.

Но хуже всего была их система снабжения. Этому лагерю постоянно требовались новые люди. Культисты отлично научились привязывать к себе химер через тёмные ритуалы, отдавая человеческие жизни взамен на энергию подчинения. Горы трупов, которые скапливались в их подземельях, служили топливом для всей этой уродливой структуры.

Мы вышли из-за деревьев прямо к границе лагеря. Я не собирался прятаться по кустам или выдумывать хитрые тактические маневры. Мы просто пошли вперёд, не таясь заходя на их территорию.

Когда шли по территории лагеря, я искренне пытался понять, в какой момент свернул не туда. Культисты деловито сновали мимо, таскали какие-то ящики, настраивали оборудование и абсолютно игнорировали постороннего мужика. Серьёзно, у них тут проходной двор образовался. Я спокойно шагал между палатками, а они даже ухом не вели. Настолько всё плохо с дисциплиной?

Ну что ж, значит пора проверить местную систему безопасности.

Я остановился посреди утоптанной площадки, раскинул руки и пустил по эфирным каналам мощный импульс. Прямо передо мной на земле загорелся магический контур. Обычное пространственное заклинание вызова, которое изучают на первых курсах адекватных магических академий. Вот только слегка адаптировал его визуальную составляющую под местный колорит духов и химер.

Из печати с шипением поползли эфемерные змеи. Огромные полупрозрачные твари, сотканные из уплотнённой энергии, стремительно метнулись в стороны, врезались в ближайших сектантов, пробивая тела насквозь и сжигая внутренние органы холодной плазмой.

Лагерь мгновенно взорвался криками. Заревели хриплые сирены. Из деревянных бараков посыпались вооружённые люди, на ходу формируя боевые плетения.

Рядовая не заставила себя ждать, спрыгнула с крыши ближайшей постройки, сминая двух дозорных костяными кастетами, и с радостным уханьем ворвалась в толпу. Псих и хомяки побежали за ней.

Я тоже решил не оставаться в стороне. Выхватил клинок и пошёл прямо на группу атакующих магов. Никаких изящных уклонений или тактических перекатов не требовалось. Просто рубил, ломал блоки и сносил импровизированные щиты грубой физической силой, показывая разницу в нашем мастерстве. Мне было откровенно плевать на их попытки выстроить оборону.

Справа в меня полетела скрученная спираль едкого зелёного пламени. Перехватил её свободной рукой, мгновенно разложив структуру на составляющие. Примитивный кислотный конструкт. На ходу сформировал точно такой же сгусток, намеренно уменьшив его плотность вдвое, и швырнул обратно. Мой заряд ударил прямо в центр вражеского плетения, нашёл нестабильный узел и разнёс атаку вдребезги. Осколки заклинания окатили самого создателя, заставив его в предсмертном вопле осесть на землю.

Очень быстро культисты поняли, что сами не вывозят, и спустили с цепей свой зверинец. Десятки изуродованных мутациями химер бросились на меня, брызгая ядовитыми слюнями.

Я раскинул руки, выпуская десятки тончайших магических нитей, которые метнулись к нападающим, безошибочно обвивая шеи тварей. Потянул эфир на себя, сдирая с их аур рабские клейма с подавляющими печатями и ритуальными ошейниками. Связь с культистами потерялась.

«А теперь рвите своих мучителей, – послал мысленный приказ в освобождённые разумы. – Вспомните боль, которую они вам причинили, прежде чем сломить. Вы уже не будете прежними, вас не вернуть. Вы умрёте, но напоследок можете отомстить».

Звери осознали приказ и развернулись. Стая обезумевших от долгих пыток химер обрушилась на своих бывших хозяев. Лагерь начал тонуть в крови и хрусте рвущейся плоти.

– Ты кто вообще такой⁈ – прогрохотал над поляной голос.

Из центрального барака вышел высокий мужчина в расшитом рунами балахоне.

– Как ты вообще посмел сюда прийти и напасть на нас? – продолжил он, перешагивая через растерзанного адепта. – Неужели ты не понимаешь, что это за место и что тебя ждёт?

– Ты дурачок, посмотри вокруг, – я обвёл рукой постройки. – Твои полоумные сторонники валяются мёртвыми, их рвут те, кто ещё совсем недавно им подчинялся. А ты мне тут говоришь, что меня будет ждать?

– Ты даже не понимаешь, с кем тебе сегодня не повезло встретиться! – заорал культист, разводя руки. – Я один из Перстов! И ты вмешался в очень важные планы. Я тебе сейчас объясню, что с тобой будет… Если ты думаешь, что ты умрёшь, то этого не случится. Вернее, случится, но не быстро. Для начала мы тебя схватим и узнаем всё. Ты нам сам расскажешь про всех своих близких, и они тоже умрут! Знаешь почему? Потому что никто не смеет вмешиваться в наши дела. Наши планы слишком важны, и не для человечества, а для всей планеты. Мы те, кто держит этот хрупкий баланс между людьми и химерами, мы приносим высшую пользу, направляя ход эволюции через очищающую боль!

– Всё, тормози, стоп, – я поднял ладонь. – Просто замолчи и давай делай, что должен. Я хочу увидеть, чем ты мне угрожаешь, и уже наконец-то узнать, почему так сильно трясётся земля.

Почва за спиной Перста действительно пошла огромными трещинами. Деревянные постройки начали проваливаться под землю вместе с культистами. Из вскоре из образовавшейся ямы с чавканьем вылезла туша – огромная, покрытая плотной слизью масса без глаз. У неё были только мощные столбообразные лапы и гигантская пасть, занимавшая всю переднюю часть тела, придавая существу сходство с болотным троллем-переростком.

– Ага, понятно, – кивнул я. – И это всё? Если всё, тогда нам не о чем с тобой говорить. Рядовая, вперёд.

Обезьяна оттолкнулась от земли и влетела твари точно в голову. Удар костяного кастета высек гулкий звон. Монстр зарычал, отмахнулся мощной лапой и впечатал Рядовую в толстый ствол сосны.

Костяной доспех на её груди треснул и осыпался кусками. Она сплюнула тёмную кровь, оскалилась и начала формировать новый слой защиты, собираясь снова рвануть в бой.

– Не притворяйся, тебя таким не убить. Не надо, – остановил я её. – Пусть делает свой ход. Если он пережил первый удар, то заслужил сделать свой.

Серая туша сжалась, оттолкнулась от краёв разлома и посмотрела на меня.

– А ты же говорил, что меня живьём возьмут, – я повернулся к застывшему культисту. – Нехорошо обманывать. Впрочем, неважно.

Тварь взмыла в воздух, разинув пасть, чтобы проглотить меня целиком.

Я вытянул правую руку навстречу летящей многотонной массе. Из ладони ударил плотный луч энергии, впитываясь прямо в слизистую плоть твари. Монстр даже не долетел до земли, рассыпался в воздухе, и на весь лагерь плотным слоем осел горячий серый пепел.

– Да, мощная регенерация очень полезное дело, – сообщил я ошарашенному Персту. – Только в том случае, если ты знаешь, как она работает и как правильно эти атрибуты устанавливать.

Культист стоял с открытым ртом, пытаясь осознать масштаб произошедшего.

– И знаешь, я мог тоже взять тебя в плен, порасспрашивать о разных вещах, – я отряхнулся. – И ты бы мне даже отвечал. Когда тебе под ногти залезают кристальные муравьи – это очень неприятно. Или когда твою кровь заменяют специальными слаймами, которые буквально становятся твоей кровью и управляют твоим телом и ритмами. Множество вещей бы я мог назвать, но зачем? Просто умри.

Рядовая сорвалась с места, бросившись на культиста и проламывая его выставленную защиту. Тот пытался отбиваться, формировал щиты и метал ответные заклинания.

– Рядовая, я сказал, он должен умереть, – напомнил я.

Обезьяна мгновенно сняла внутренние ограничения и стала заметно сильнее. Костяной доспех разросся, покрывшись длинными острыми шипами… Один чудовищный удар сверху вниз превратил лидера сектантов в пятно на осыпанной пеплом земле.

– Как же я не люблю дилетантов, которые думают, что могут решать, кому жить, а кому умереть и считают себя самыми важными, – вздохнул я.

Я прошёл вглубь разрушенного сектора и остановился возле искорёженного загона. Там лежала саламандра. Химера была страшно изуродована: из спины торчали вживлённые кристаллы, чешуя покрыта шрамами от вырезанных рун. Над ней явно ставили самые грязные эксперименты. Ей было тяжело даже дышать.

– Давай ты зажжёшь напоследок, – сказал я, подходя к решётке. – Я дам тебе такую возможность.

Просунул руки через прутья и начал вливать в неё колоссальный объём энергии. Перестраивал разорванные каналы, дарил новые атрибуты, взмахами рук направляя потоки эфира. Саламандра на глазах начала расти. Чешуя налилась раскалённым светом, размеры увеличились в несколько раз, разрывая остатки загона. Она выпрямилась, возвышаясь над руинами огромным огненным изваянием.

Покончив с остальными культистами, собрав трофеи и закончив все дела, мы успели отойти к кромке деревьев, когда над лагерем поднялся огненный смерч. Пламя ревело, сжигая постройки, культистов и саму землю. Этот огонь выжигал всё на много метров вглубь, не оставляя от подземных лабораторий ничего, кроме пепла.

Я шёл по лесу в сторону города, чувствуя накатывающую усталость. Такие личности и такие места всегда вызывали у меня глубокое отвращение. Кеша, обследуя их бункеры, подслушал много интересного. Для этих культистов всё окружающее было просто инструментами. Они прикрывались великими целями, считали себя сверхлюдьми и практически богами.

Кеша слышал их разговоры. Например, они сетовали, что в рейды за пределы Стены редко ходят женщины, а то им там скучновато. Они продолжали пытать подопытных даже после активации нужных рун на телах, просто ради удовольствия. Добившись своей цели, они всё равно продолжали истязания.

Но сегодня к ним зашёл тот, для кого их жизни тоже не имели никакого значения. Им это очень не понравилось, и никого там не осталось. Грустно было только от того, что людей в лагере я не нашёл. К моменту моего прихода там уже не было пленников. Всех, кого они хватали, очень быстро пускали в расход.

Химер, которые оставались нормальными, я освободил. А те, что остались лежать на поляне, уже не подлежали исправлению. Культисты повредили им сами души, и чем дольше эти твари оставались бы живыми, тем больше продолжалось бы их разложение.

Я не Охотник и не Мастер Душ, чтобы работать с тонкими материями на таком уровне в своём нынешнем состоянии. Всё, что я мог им дать – это перерождение. Я забрал гнилые атрибуты, вырвал искажённые узлы и прекратил их мучения, дабы души не повредились окончательно.

Теперь хотелось спать. Но спать было негде, следовало для начала вернуться домой. А потом рассказать Агнессе хорошую новость. Или не очень хорошую, если учитывать, что теперь культисты будут думать, будто это она их уничтожила.

Я задумался, как лучше поступить в этой ситуации. С другой стороны, у меня же была цель сделать её очень знаменитым человеком Империи. Кажется, ждать этого осталось совсем недолго.

Я посмеялся своим мыслям и перешёл на широкий беговой шаг, чувствуя, как ботинки пружинят по влажной лесной почве. Возвращение в город пешком после насыщенной ночи оказалось отличной идеей. Лёгкие захватывали объёмы кислорода, недоступные обычному человеку, а укреплённая сердечная мышца равномерно гнала обогащённую кровь по расширенным сосудам. Никакой одышки, ни намёка на забивающиеся молочной кислотой икры.

Только ровный ритм движений, шелест веток и приятное ощущение полного контроля над собственным телом. Физическая нагрузка отлично прочищала мозги, помогая разложить по полочкам собранную за рейд информацию.

Свою звериную гвардию я отправил домой другими маршрутами. Рядовая потащила на себе два тяжёлых мешка с самыми ценными трофеями, Псих и хомяки прикрывали её с флангов. Для них пересечение городского периметра не представляло никакой проблемы. Обезьяна давно изучила схему расположения датчиков слежения на Стене, знала расписание патрулей и слепые зоны магических сканеров. Они просочатся в город и доставят груз прямо в подвал клиники, пока я буду официально проходить через контрольно-пропускной пункт.

Лес начал редеть, между стволами показалась серая громада бетонного заграждения.

Я сбавил темп, переходя на шаг, и вскоре вышел к пропускному пункту. Картина меня совершенно не порадовала. Площадь перед массивными гермоворотами гудела от количества людей и техники. Очередь растянулась на добрую сотню метров. Следопыты в грязной броне и торговцы редкими травами топтались на месте, обмениваясь недовольными репликами.

Время поджимало. В клинике меня ждали пациенты, график приёмов был расписан до вечера, а Валерия наверняка уже названивала на мой выключенный телефон. У меня имелась возможность миновать эту толпу за пару минут, достаточно было активировать профиль «Санитара» в имперской базе и пройти по зелёному коридору за накопленные баллы. Но светить свой статус перед десятками свидетелей и охраной периметра я категорически не хотел. Система анонимности работает ровно до того момента, пока ты не начинаешь размахивать ею у всех на виду. Пришлось встать в конец очереди, вклинившись между следопытом с поцарапанным щитом и компанией молодых искателей приключений.

Движение шло отвратительно медленно. Когда я наконец добрался до зоны досмотра, дежурные стражи выглядели издёрганными и проверяли документы с маниакальной дотошностью.

– Почему стоим? – спросил я у проверяющего офицера, протягивая свой гражданский паспорт. – У вас тут сканеры перегрелись?

– В городе режим чрезвычайной ситуации, – офицер хмуро прогнал документ через специальное устройство. – Приказ перекрыть свободный пропуск и досматривать каждый борт на предмет взрывчатых веществ и артефактов нестабильного типа.

– А что случилось? – я забрал паспорт.

– Здание Тайной Канцелярии подорвали, – неохотно бросил страж, возвращаясь к экрану.

– И кто отличился?

– Разбираются. Информации нет. Проходите в зону ожидания, гражданин. Транспортные шлюзы пока закрыты.

Я отошёл к бетонному отбойнику, прикидывая перспективы.

– Если есть взрывчатка, значит, её кто-то завёз, – заметил я, глядя на суетящихся у ворот таможенников. – А раз её провезли мимо вас, то проверять рюкзаки грибников сейчас немного поздно. Вы не находите?

Офицер смерил меня тяжёлым взглядом, но отвечать не стал, переключившись на следующего в очереди.

Я прислонился спиной к бетонному блоку, готовясь к долгому ожиданию. Со стороны подъездной трассы послышался нарастающий гул мощных двигателей. К контрольно-пропускному пункту, поднимая клубы пыли, приближалась внушительная колонна. Десяток тяжёлых тягачей с длинными прицепами остановились у самого шлагбаума. На платформах громоздились стальные клетки размером от одного до двух метров в высоту. Поверх металлических прутьев были плотно натянуты брезентовые тенты.

Из головного внедорожника выскочило несколько человек в куртках с шевронами какой-то гильдии. Старший группы, плотный мужчина с красным лицом, пошёл к начальнику караула.

– Открывайте ворота! – потребовал он, размахивая пухлой папкой с документами. – Гильдия укротителей. У нас срочный груз для центрального рынка химер. Каждая минута простоя обходится в колоссальные суммы!

– Проезд закрыт, – начальник караула покачал головой. – В городе ЧП. Ждите особого распоряжения.

– Какое ещё распоряжение⁈ – возмутился укротитель. – У меня в клетках живой товар! На них навешаны сдерживающие артефакты и алхимические блокаторы, действие которых ограничено по времени! Вы мне компенсируете убытки, если они перегрызут друг друга?

Но стражи остались непреклонны. Началась громкая перепалка. Укротители размахивали бумагами, грозили связями в министерствах, требовали соединить их с руководством. Охранники угрюмо держали строй, положив руки на оружие.

– Ладно! – наконец сдался старший группы. – Мы не можем стоять растянутой колонной на трассе. Разрешите загнать прицепы сюда, в зону досмотра, вплотную к внутренним воротам. Нам нужно скомпоновать контур подавления, чтобы клетки находились в радиусе действия генераторов.

Офицер окинул взглядом длинную вереницу машин.

– Загоняйте. Но брезенты снять. Полный визуальный осмотр груза.

– Да зачем вам брезенты снимать⁈ – снова вскипел укротитель. – Твари нервничают от дневного света!

– Протокол безопасности. Мы должны видеть, что именно вы пытаетесь провезти в столицу. Снимайте тенты, или разворачивайте колонну обратно в лес.

Люди из гильдии недовольно заворчали, но принялись стаскивать плотную ткань с клеток. Тягачи начали медленно заезжать на площадку перед самыми воротами, выстраивая прицепы в несколько плотных рядов.

Я с интересом наблюдал за процессом разгрузки. Под брезентом оказались существа, чей внешний вид заставил меня внутренне напрячься.

Это была качественная и сложная селекция. Гибриды, сочетающие в себе признаки муравьёв и крупных паукообразных, чьи тела покрывал матовый чёрный хитин. Шесть многосуставчатых лап обеспечивали превосходную устойчивость и мобильность, а спереди угрожающе щёлкали массивные жвалы, способные перекусить стальной трос. Анатомия выдавала паучью проворность, совмещённую с муравьиной силой. Такие особи легко поднимают вес, в десятки раз превышающий их собственный, и могут передвигаться по вертикальным поверхностям.

Существа сидели внутри клеток подозрительно тихо. На их лапах тускло светились массивные браслеты-подавители, от которых исходил ровный магический фон.

Укротители продолжали ругаться с охраной.

– Документы в порядке! – орал старший. – Проверяйте быстрее!

– Люди могут пройти в порядке очереди через малый шлюз, – ответил офицер. – Химеры остаются в карантинной зоне до отмены приказа.

Очередная волна возмущений прокатилась среди гильдейских. Они размахивали руками и спорили между собой. Затем часть людей, плюнув на всё, пошла к пешеходному проходу, громко обсуждая некомпетентность стражи. Возле клеток осталась только небольшая группа сопровождающих.

Я продолжал наблюдать за происходящим, и мне эта картина нравилась всё меньше. Эфирный фон вокруг клеток был каким-то неправильным. И поведение людей… На первый взгляд, обычная нервозность торговцев, теряющих прибыль. Но в их аурах читалась другая эмоция – холодное ожидание, маскируемое под истерику.

Количество укротителей возле прицепов медленно, по одному человеку, сокращалось. Они отходили за машины, скрывались за бетонными блоками, уходили в сторону пешеходного шлюза…

В какой-то момент возле клеток не осталось никого.

В толпе ожидающих своей очереди людей нарастало раздражение. Следопыты ругались, водители сигналили.

И в этот самый момент магический фон, исходивший от подавляющих браслетов, резко оборвался. Световые индикаторы на замках семидесяти клеток одновременно сменили цвет с красного на зелёный. Тяжёлые решётки с грохотом рухнули вниз.

Тишина продлилась ровно долю секунды.

Химеры с пронзительным стрекотанием ринулись наружу. Чёрная хитиновая волна выплеснулась с платформ прямо в гущу ничего не подозревающей толпы.

– Тревога! – истошно завопил один из офицеров, выхватывая пистолет.

Завыла сирена. На верхней кромке бетонной Стены зажужжали сервоприводы активирующихся автоматических турелей. Люди с криками бросились врассыпную, давя друг друга, роняя рюкзаки и спотыкаясь о брошенные вещи.

Муравьи-пауки разбились на группы, слаженно загоняя паникующих людей в узкие проходы между бетонными блоками. Мощные жвалы хрустели, перекусывая оружие и пробивая защитную экипировку растерявшихся следопытов.

Я стоял у бетонного отбойника и смотрел на разворачивающуюся бойню. Ситуация просчитывалась мгновенно: если эта орда сейчас войдёт в раж, здесь ляжет человек триста, не меньше. Охрана периметра не успеет перекрыть сектора обстрела из-за паникующей толпы.

Обычная диверсия. Кто-то решил добавить к взрыву Канцелярии ещё и кровавую баню на границе, заодно парализовав главный въезд в город.

Я мысленно прикинул варианты. Можно просто уйти в тень, дождавшись пока всё всех химер перебьют. Но тогда КПП заблокируют на неделю для проведения следственных мероприятий. Мой график пациентов полетит в пропасть, а бумажная волокита и допросы выживших затянутся на месяцы.

– Лишние проблемы, – выдохнул я, расправляя плечи.

Собрал энергию в грудной клетке, перестраивая работу голосовых связок. Сконцентрировал мощный эфирный заряд, вплетая в него подавляющую волю вибрацию истинного хищника. Усилил резонанс до предела.