Текст книги "103 принцессы"
Автор книги: Марина Симочкина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)
– Опять ты?! – взревел не ожидавший такого вероломства мужчина. Его черные глаза сверкнули, и он оттолкнул меня в сторону, швыряя на пол.
Замахнувшись, постарался врезать разбойнику, однако тот ловко нагнулся. Плечом врезался в грудь Эйгарда, повалив мужчину на пол, и уже потом, когда он оказался растерян и беззащитен, врезал ему по лицу.
А я ведь говорила! Надо было добить этого мерзавца еще в комнате! Ух, как я его сейчас ненавидела!
По полу снова пробежался разлом, прямо у моих ног, словно весь дворец раздирало на части некое невидимое, гигантское существо, и я испуганно взвизгнула, спешно отползая назад.
– Тэа! – встревожился бандит. Вскочил и кинулся в мою сторону, однако вопреки всем моим ожиданиям в разбитое окно влетела грозная молния. Вклинившись прямо между нами, она подняла в воздух крупные куски мраморного пола и столпы пыли. Сердце атаковал жестокий страх, и я почувствовала, как наэлектризовались мои волосы. Буквально ощущала электричество кожей.
Разбойник, откинутый чуть назад, снова упорно встал, и я постаралась броситься к нему, но не успела. Замок вновь затрясся, помещение со всех концов заполнил тихий, призрачный шепот тысяч голосов, которые вызвали мурашки на теле, и трещина на полу стала еще больше и устрашающей, отделяя меня от молодого человека.
– Альнир! – перепуганно закричала я, замирая прямо у обрыва, из которого повалила все та же мистическая дымка.
– Прыгай! – бросил мне Альнир.
Я уставилась вниз, на безграничную темноту, простиравшуюся внизу. Что там? Те самые подземелья? Гробница Владыки? Или, быть может, сама Мертвенная Тишь из которой нет возврата?
– Не смотри вниз, Тэа! – попросил меня молодой человек. – Прыгай!
– Я не смогу! – едва не заплакала.
– Сможешь, Тэа, – голос разбойника внезапно стал ласковым и успокаивающим. – Не теряй времени. Ты сможешь!
Вглядевшись в карие глаза, поняла, что Альнир не на шутку испуган. За меня. Сделав несколько шагов назад и перебарывая в себе дикий страх, не обращая внимания на шелест невидимых голосов, будто бы призывающих саму смерть, я разбежалась и прыгнула, но у самого края пропасти, когда моя нога уже оттолкнулась от пола, устрашающий разлом стал еще шире.
Альнир протянул руку вперед. Я попыталась дотянуться до ладони молодого человека, но все, что сумела сделать, это дотронуться до кончиков его пальцев своими. Рука соскользнула, и все, что осталось у меня – это ощущение робкого тепла от краткого прикосновения.
– Тэа!!! – прокричал разбойник, и я полетела прямиком вниз, в необъятную мглу, холодную и беспросветную. Отголоском эха отзывался лишь мой протяжный крик...
Ласковые, обволакивающие прикосновения касались кожи, и я постаралась улыбнуться.
– Альнир? – прошептала, однако, распахнув глаза, не обнаружила рядом ни единого живого существа. В ноздри ударил запах сырой земли, а перед глазами стоял беспросветный мрак.
Меня что? Сочли мертвой и закопали?
В панике начала глотать легкими воздух, гнилистый и неприятный. Приподнялась и всячески постаралась не поддаваться всеобъемлющей истерике. Не удавалось.
– Нет-нет-нет! – запричитала, хаотично оглядываясь по сторонам. – Я жива! Слышите? Жива!
Голос приглушенным эхом разлетелся в разные стороны, утопая средь мертвенной тишины, и мое лицо, кажется, побледнело. Пальцы впились в рыхлую, влажную землю, и я, нащупав нечто твердое, с криком ужаса отбросила прочь старую кость.
Меня похоронили в склепе? Среди чьих-то костей и черепов?
– Мамочка, – пискнула, едва не разрыдавшись, – папочка. Заберите меня отсюда...
Попыталась пошевелиться, и с удивлением поняла, что ничего не сломала. Лишь какие-то старые коренья, толстые и прочные, скрутились вокруг моих ног и тела, уверенно держа в своих тисках. Платье, разодранное и грязное, практически сливалось с окружающим пейзажем черноты, и я, дернувшись, чтобы освободить руку, едва снова не полетела вниз.
Взвизгнув, каким-то чудесным образом умудрилась вцепиться пальцами все в те же корни, и лишь это спасло меня. Зависнув в воздухе, беспомощно болтала ногами, чувствуя, что хватка слабеет и надолго моих принцессовых сил не хватит, чтобы удерживать свое тело на весу.
Зачем я шевелилась? Надо было просто лежать себе и лежать в этой корневой колыбели. Вдруг кто-нибудь когда-нибудь, да пришел бы мне на выручку?
Пальцы соскользнули, и я с криком испуга брякнулась вниз. Впрочем, вопреки всем ожиданиям, на этот раз падать пришлось лишь краткий миг, но за этот миг мое сердце, казалось, остановилось, а перед глазами пролетела вся жизнь. Словно и не было ее вовсе. Все мои ошибки, слова, пререкания с Альниром, чувства, которые я к нему испытывала – гамма самых различных ощущений, любовь к сестрам и родителям, да и всему миру в целом. Да, я не хотела со всем этим прощаться!
Брякнувшись на что-то твердое и плоское, дольше верещала, как ошпаренная, нежели испытывала страх. Ну а когда, наконец, до моего спутавшегося сознания дошло, что лежу я на полу, и участь расшибиться в лепешку миновала, мой голос растерянно затих.
Да, я трусиха. Но принцессам по праву рождения положены такие слабости. Нам не мир спасать надо, а замуж за принцев выходить!
Приподнявшись и усевшись на колени, решила снова осмотреться. В основном, окружала меня черная земля, сырая и пропахшая влагой, да какой-то старинный узорчатый пол, припорошенный ею, как снегом. Словно я находилась в небольшом храме, захороненном под Тилеем давным-давно. Толстые корни, выпиравшие со всех сторон, овивали все вокруг своими щупальцами, словно паутиной, и где-то далеко наверху еще слышались раскаты грозного грома, едва осязаемые.
Куда меня черт забросил вообще? Надеюсь, не в самую усыпальницу Владыки? И что же за многовековые деревья так глубоко впились в землю, что видно их даже здесь?
Глаза, уже привыкшие к окружающему "пейзажу", разглядели где-то вдалеке призрачный свет. Поднявшись, решила отправиться именно туда. А где еще, собственно, потерянная принцесса должна искать спасения? Конечно же там, где есть какое-никакое освещение. Поэтому я направилась именно туда, ведомая мистическими огнями, словно мотылек.
Окружающее пространство все еще подрагивало, и откуда-то сверху на мою голову то и дело падала земля и пыль. Надеюсь только, что другие несчастные принцессы сыпаться не начнут...
Миновав небольшой зал с низкими, разломанными временем и землетрясениями потолками, оказалась в коридоре, частично засыпанном камнями и обломками от разрушений. Ветра здесь не было, однако моя кожа все равно покрылась мурашками, да и тело трепетало то ли от холода, то ли от ужаса.
– Добро пожаловать, дорогуша, – возвестил внезапно голос. Вздрогнув, хотела было умчаться прочь, столкнувшись в королем Арринаром, да вот только мужчина оказался быстрее. Схватил меня за руку и потащил за собой, приговаривая: – Не стоит стесняться, моя хорошая. Все уже заждались.
– Кто это все? – переспросила я, упорствуя и стараясь не поддаваться. Впрочем, напрасно. Чокнутый король оказался не таким уж и слабаком, как о нем в свое время отзывалась Лария.
– Я, мой сын и Владыка, – как ни в чем не бывало сообщил Арринар трепетным, благоговейным голоском. Словно он всю жизнь молился на этого темного мага.
Протолкнув меня в другое, более просторное помещение, отец Финота замер. Я же, оглядевшись, заметила кучу поломанных колонн и разрушенную статую всадника по центру – идентичное изображение мне довелось наблюдать и на воротах дворца. Вокруг все "по обыкновению" было завалено землей, а свод потолка, некогда белый, потускнел. Из двух залов, которые мне удалось повидать, этот казался самым уцелевшим.
– Ты привел принцессу! – воскликнул радостный голос принца Финота, и из-за груды камней к нам навстречу выскочил и его счастливый до невозможности обладатель.
Пораженная, даже не старалась сбежать, хотя стоило бы. С открытым ртом таращилась на окружающую местность, на переливающиеся темно-синие магические шары, зависшие под потолками и освещавшие залу, на разукрашенные старинными рисунками обшарпанные стены и довольное выражение круглого лица сына Арринара, и не произносила ни слова.
Нет, а что я должна была сказать? Рада оказаться Вашей пленницей? Отрапортовать, что готова быть принесенной в жертву Владыке? Или вообще согласна на все, что вы тут со мной собираетесь сделать? Вот уж не дождетесь!
Атмосфера, за исключением восторженного бормотания Финота, казалась мертвенно спокойной и устрашающей. Лучше бы я согласилась быть похищенной Альниром и вообще не являться на этот дурацкий бал. Да-да, бал дурацкий!
– Что вы собираетесь со мной делать? – поинтересовалась у короля, который продолжал своей фигурой преграждать путь наружу. Судя по тому, что мне удалось углядеть, выход отсюда был один-единственный (если вы не умели летать, конечно), и лежал он как раз через этого безумца.
– Приведите девчонку, – послышался змеиный потусторонний шепот, и я вздрогнула, оглядываясь по сторонам. Никого, кроме нас троих, в зале не наблюдалось, и это настораживало. Более того, ни капли мне не нравилось.
Финот схватил меня за запястье и потянул на себя, после чего толкнул к подножию большой статуи всадника. Громоздкая и мрачная, она отбрасывала на меня дрожащие тени, и пронзительный холод сковал все конечности. Боязливо подняв глаза, уставилась на покрытое многолетними паутинами и частично разрушенное лицо изваяния, высеченного из камня, и нервно сглотнула. Это оно говорит, или у меня начались галлюцинации на фоне обуявшего страха?
– Эйгард не все рассказал тебе о проклятье, моя дорогая, – произнес Арринар, спускаясь и приближаясь к нам. Сидя на холодном, грязном полу, я боялась пошевелиться, а потому даже в сторону короля смотреть не решилась. – Упустил одну маленькую деталь.
– Какая досада, – буркнула я недовольно. Да, мной начинало овладевать недовольство. Чего это я вообще должна терпеть такое с собой обращение?
– Когда наследник Мертвенной Тиши изберет своей невестой наследницу врага Владыки, – сообщил король, трепетным взглядом взирая на холодную, бездвижную статую, – он возродится. Кровь избранницы откроет завесу и возродит его в этом мире!
Последние слова мужчина крикнул так громко, что его голос зловещим эхом разнесся по зале. Я вздрогнула, а принц Финот, судя по всему такой же на голову пришибленный, как и его папаша, захихикал.
– Вы же в курсе, что я не Лария, да? – поинтересовалась скептически, уставившись на в момент озадачившиеся лица приспешников темного колдуна.
– Нет? – растерянно переспросил Арринар.
– Не-а, – усмехнулась я, довольная до невозможности. Фиг вам, а не свершение пророчества! Надеюсь, Владыка оторвет им их безумные головы за такое вопиющее недоразумение.
В кои-то веки порадовалась тому, что нас с Ларией перепутали на этом чертовом балу. Надеюсь только, что сестре удалось вырваться, и ее не тащит сюда волоком какой-нибудь особо выслуживающийся перед начальством солдат. Впрочем, радость моя была недолгой и скоропостижно скончалась во время дальнейшего диалога.
– Но мой сын избрал своей невестой принцессу Ларию! – возмутился Арринар. Его глаза помутнели от гнева, а Финот, как какой-то больной и прокаженный, осторожно подполз ближе.
– Печально, правда? – ехидно заметила я.
Давно пора было запомнить, как меня зовут!
– Неважно, отец! – заявил он. Взгляд заинтригованно забегал по мне, от чего к горлу подступил тошнотворный ком. – Они же родственницы. И эта сойдет.
Его клешня дотронулась до моей шеи, и я с омерзением подалась в сторону, насколько мне вообще позволяла участь пленницы.
– Она тоже хорошенькая, – заулыбался принц, с трепетной, противной лаской затрагивая мои локоны. – Хоть и блондинка.
Да много ты понимаешь, мерзкое создание!
– Мне плевать, хорошенькая она или нет! – взревел Арринар, едва не вырывая волосы на своей макушке. – Она должна быть избрана тобой, как невеста!
Я охотно закивала головой, мол, полностью согласна и ни к чему меня вообще держать в этом жутковатом местечке.
– Ну давай я ее хоть сейчас изберу! – захихикал Финот. Мне даже придушить захотелось этого противного лягушонка. – Она же тоже наследница этого... как его там... Сизнота!
Земля вновь содрогнулась, и отсюда это ощущалось гораздо сильнее, нежели сверху. Магические шары под потолком закружились в безумствующем танце и в мгновение все разом врезались в статую, разбивая ее на мелкие куски, закрошившиеся на пол. Отвернувшись, едва успела защитить лицо и глаза. В горло попала пыль, и я закашлялась.
– Твой сын прав, Арринар, – возвестил голос, на этот раз прямо над моей головой, и мне пришлось невольно поднять глаза. Передо мной находилось эфемерное, светящееся замогильным светом тело шарообразной формы, в котором невозможно было распознать ни очертаний фигуры, ни черт лица. – Она та, кто мне нужен.
Нет, как это "та, кто мне нужен"? Нет-нет, я на это не подписывалась! Ищите Ларию, история легких путей не любит!
Испуганно подалась назад, как только из приглушенного света ко мне потянулась чья-то морщинистая рука со скрюченными, длинными ногтями, пожелтевшими и потрескавшимися с течением времени, однако спиной уперлась в ноги правителя Тилея. Пальцы с нежным трепетом коснулись моей щеки, и я зажмурилась от охватившего меня омерзительного чувства, однако все, что ощутила кожа – это ласковое прикосновение обжигающего холода. Мне стало как-то дурно.
– Кровь этой девчонки завершит ритуал, – прошептал голос, и я забрыкалась. Король Арринар мгновенно схватил меня за предплечья, а принц Финот дико загоготал, словно какая-то обезумевшая птица. Сердце заскакало галопом в груди, как только в пухлой ручонке наследника Тилея сверкнул небольшой острый кинжалик.
– Да пустите же меня, ну! – визжала я, всячески извиваясь в крепких руках чокнутого короля.
Начала брыкаться, как не совсем здоровая лошадь. Локтем врезала Арринару под дых, взвыла от боли, пронзившей руку, и, наступив на подол собственного не в меру разодранного подола платья, брякнулась обратно на грязный пол под истеричные хихиканья Финота. Вот в таких моментах и заключалась вся моя исключительность. Альнир постоянно хохотал над моим, как он всегда выражался, медвежьим родством. Я грозилась, конечно, оторвать ему язык за вероломное сравнение принцессы с медведем, однако в чем-то разбойник все-таки был прав, как бы не прискорбно мне было в этом признаваться.
– Держи ее, балбес! – раздраженно выругался король, и его сынок поспешил заграбастать меня своими ручищами, ставя обратно на ноги.
– Только оставь от нее хоть что-нибудь, отец, – жалобно пискнул принц, прижимая мое тело к своему выпирающему животу. – Не хотелось бы остаться совсем без невесты.
Ути! Жалость какая! Да таким чокнутым невесты вообще противопоказаны!
– Это уже Владыке решать! – огрызнулся Арринар. Нетерпеливо вырвал из рук своего нерадивого сыночка кинжал, стиснул его рукоять и с размаху полоснул им по моему запястью. Вскрикнув от внезапной и острой боли, сдавила здоровой ладонью рану, зажимая ее, и ощутила, как теплая кровь струится вниз, извиваясь ручейками.
До чего же больно-то!
Из глаз едва слезы не брызнули. Финот тотчас же выпустил меня из своих лап, а Арринар услужливо подтолкнул к месту, где еще недавно возвышалась статуя всадника.
– Ближе, – зашептал мне голос из яркого света. – Ближе...
Заметив мое замешательство, толкнуть меня в спину решился и Финот – век ему страдать! Земля отозвалась нетерпеливым гулом, а стены зала задрожали. Откуда-то сверху посыпались обломки потолка вперемешку с землей и старыми кореньями.
Еще чуть-чуть, и эти подземные строения развалятся окончательно!
Из светящегося сгустка вновь появилась рука, тянущая ко мне свои загребущие кривые пальцы, и я онемела от ужаса. Даже ни одной мысли в голову не лезло! Буквально превратилась в камень, замирая на месте от испуга. Вглядывалась в яркий отблеск и понимала, что оттуда на меня взирает пара кристальных глаз, холодных и бесчувственных. Ощущала сердцем неминуемую опасность, но, словно завороженная, продолжала пялиться прямо на них. Будто взглядывала в саму Мертвенную Тишь...
– Не приближайся к нему, Тэамелис! – ревом раздался за спиной голос Альнира, и я встрепенулась.
Альнир!
– Схвати его, олень! – отдал приказ своему сыну Арринар, и тот резко умчался куда-то прочь.
Я и сама уже вознамерилась броситься наутек, однако рука Владыки, до этого неосязаемая, с силой вцепилась в рану на многострадальном запястье. Место соприкосновения вспыхнуло слепящим сиянием, и все мое удивление затерялось на фоне растерянного испуга.
Как?!
– Тэа! – звал меня разбойник, и где-то со спины я слышала натужное кряхтение Финота. Видимо, со всей своей завидной грацией принц пытался сразить закаленного сталью бандита. – Уходи!
– Она тебя не слышит, глупец! – ехидно заговорил Арринар. Его голос растворился на фоне общего шума.
Как это не слышу! Все я прекрасно слышу! Вот только силы и желание куда-то бежать моментально пропали...
Не знаю, что я чувствовала в тот момент, однако боли, кроме места пореза, не ощущалось. А ведь я ожидала, самую жуткую, раздирающую плоть и кровь! Продолжала смотреть в обезличенные глаза, не в силах отвести взгляда, и понимала лишь, что все окружающие звуки исчезают. Отходят на задний план, словно ненужная мишура.
– Тебе не удастся ее спасти, – прошептали морщинистые губы, которые криво улыбались. – Я заберу ее в свой мир...
На веки неожиданно навалилась тяжесть, и я почувствовала себя откровенно паршиво. Конечности налились усталостью, а глаза стали слипаться. Свечение передо мной начало меркнуть, и мне удалось разглядеть в нем мужскую фигуру, сгорбившуюся и тощую. Продолжая держать мое запястье одной рукой, пальцем второй незнакомец поманил меня к себе. Беззвучно просил переступить грань. Грань завесы, грань между миром живых и миром призраков...
– Если ты таким способом решила избежать нашего договора, – как всегда дерзковатый голос Альнира оказался совсем близко, и это слегка отрезвило мое сознание, – то не выйдет, принцесса!
Чья-то ладонь уверенно легла на мое плечо, отдергивая назад. Морщинистые пальцы неизвестного разжались, хватка ослабла.
– Не-ет! – прорычал надломленный и озлобленный голос, а я повалилась на пол, охваченная объятиями разбойника. Реальность пощечиной ударила по лицу, приводя в чувство. Оглядываясь, я понимала, что потолки неистово дрожали, а остатки колонн в нетерпении падали. Финот с разбитым носом, скрючившись, сидел возле своего раненого отца и что-то злостно бормотал в адрес наглого разбойника. Сколько времени прошло в этом странном трансе?
– Верни ее мне! – голос Владыки начал приобретать более человеческие черты, но от этого не переставал казаться зловещим и потусторонним.
– Извини, – нагло усмехнулся Альнир, поднимаясь на ноги, – но обойдешься.
Сильные руки аккуратно помогли мне подняться, но я совсем не чувствовала своих конечностей. Вцепилась пальцами в запачканную рубашку Альнира и поняла, что вся бледная, как покойник. Кошмар-то какой!
– Верни!!! – верещал озлобленный колдун. Зал тряхнуло, и мне едва удалось устоять на ногах. Финот, взвизгнув, откатился куда-то за обрушившиеся камни и исчез из поля зрения. Перед взором все внезапно поплыло.
– Тэамелис, – бандит заключил мое лицо в свои теплые ладони, не обращая внимания на происходящую вокруг кутерьму, и я растерянно улыбнулась, глядя в его поразительно красивые и завораживающие карие глаза. Почему я никогда не замечала, насколько красивые у Альнира глаза? – Тэа, будь со мной.
Почувствовав сильное головокружение из-за обильной кровопотери, окончательно обмякла в объятиях молодого человека, не в состоянии более держаться на ногах. Усталость нахлынула подобно волнам, заливающим песчаный берег. А, может, оно и к лучшему? Меня наконец-то оставят в покое?
– Боги, Тэа, – рассеянно прошептал бандит, когда я беспомощно навалилась на крепкую грудь. Его горячее дыхание обожгло висок, приятно и трепетно. – Только держись... Я выведу тебя отсюда...
Где-то неподалеку на пол брякнулась еще одна колонна, поднимая в воздух клубы пыли, и земля заходила ходуном. Помещение заполнил зловещий хохот и стон сотен голосов, пронзительных и душераздирающих. Под потолком закружилась какая-то прозрачно-молочная энергия, заранее мне не понравившаяся, но сил сопротивляться и куда-то идти совершенно не было. Казалось, темный колдун выкачал из меня всю кровь...
Не теряя ни секунды, Альнир поднял меня, и моя голова безвольно опустилась ему на плечо. Последнее, что я увидела, это прожигающий взгляд черных глаз, взиравших на меня с отвратительной тягой, и материализовавшаяся фигура с протянутой вперед рукой. Манящей, зовущей меня.
Я даже не успела испугаться. Сознание окончательно покинуло мое тело.
Приоткрыв глаза, поняла, что уже день. Яркое солнце слепило, заставляя зажмуриться, а где-то над головой щебетали птички. Оглядевшись по сторонам, сообразила, что нахожусь на какой-то поляне, а рядом, совсем в нескольких шагах, – речка.
Облизав сухие губы, я поняла, что жутко хочу пить, и попыталась подняться, чтобы утолить жажду, однако с первым же движением осознала, что сил в теле ничуть не прибавилась.
– Куда это ты собралась? – усмехнулся мужской голос, и вскоре рядом возник Альнир. Растерянно подняв глаза ввысь, увидела знакомое лицо и, не сдержавшись, улыбнулась.
– Домой, – честно призналась я, и разбойник по-доброму рассмеялся.
Рядом была лишь тишина, убаюкивающая и приятная, и мне даже начало казаться, что все далеко позади. Даже про остальных принцесс не переживала – надеялась, что они уже отправились куда подальше, обратно в свои земли. В том числе и эта Трин.
Бандит опустился на землю и сел подле меня, протягивая мне черпак, полный воды. С жадностью припав к прохладной жидкости губами, сделала несколько больших глотков и в момент осушила посудину.
– Еще хочу, – буркнула, сунув черпак обратно Альниру. Он хмыкнул, поднялся, набрал еще и снова протянул мне.
Не знаю, сколько минут я поглощала воду, чувствуя, как силы постепенно возвращаются, но разбойник все это время послушно сидел рядом, пристально рассматривая выражение моего лица. Мне даже стало немного неловко, и я, зардевшись, опустила взгляд.
Хоть бы Торан появился, что ли, чтобы я себя так глупо не чувствовала...
– Спасибо, что не бросил, – поблагодарила я, желая замять волнительную паузу.
– Впервые слышу, чтобы ты меня благодарила, – добродушно рассмеялся молодой человек.
– Пользуйся моментом, – тихо буркнула себе под нос. Пальцы разбойника нежно дотронулись до моего подбородка, приподнимая его, и мой взгляд встретился с карими глазами молодого человека. В них плясали задорные огоньки, а по моей коже пробежались трепетные мурашки.
– Воспользуюсь, – ехидно заверил меня Альнир. – Как только ты выйдешь за меня. А пока я джентльмен.
Вот ведь вредное создание!
Вспыхнула, то ли от гнева, то ли от смущения, и отвернулась, сложив руки на груди. В правой до сих пор отражалась боль от пореза, хотя рана и была перемотана лоскутом белой ткани. Сквозь полотно виднелись лишь небольшие пятнышки алой крови.
– Со своей Трин так разговаривать будешь, – недовольно заявила я, оскорбившись, а в душе словно вулкан обиженных чувств взорвался.
– Знал бы, что общение с другими принцессами вызывает в тебе ревность, – глубокомысленно заключил Альнир, – давно бы начал флиртовать с твоей сестрой.
– Чего-о-о? – протянула, злобно сверкнув глазами. Уж не знаю, какая часть предложения оказалась наиболее бесячей: про ревность или про флирт с Ларией. Приподнялась еще выше, плотнее упираясь спиной в ствол дерева, возле которого мы расположились, и чуть не лопнула от возмущения. – И вовсе я не ревную!
Решила, что все-таки про ревность. Ибо нефиг плести всякую чушь!
Резко поднялась на ноги, намереваясь демонстративно уйти прочь, но лишь растратила остатки сил. Голова закружилась от внезапного подъема, перед глазами заплясали круги, смазывая картинки в одно непонятное полотно, и я зашаталась. Если бы не Альнир, вскочивший вслед за мной, брякнуться бы мне бревном обратно на землю.
– Как скажешь, Тэа, – примирительно прошептал разбойник, заключая меня в свои объятия. – Как скажешь...
Чувствуя себя мерзко и отвратительно, снова обмякла, и молодой человек опустил меня обратно на землю, склонившись близко-близко.
– А где все остальные? – наконец, решила поинтересоваться я. – Они живы?
– Торан вскоре приведет их сюда, – Альнир заботливо убрал волосы с моего лба, улыбнувшись. Вновь посмотрел в мои глаза, и в его взгляде отразилось столько трепетных чувств, что я опять-таки смутилась. Вот всегда так!
– Все закончилось? – решила увести диалог в сторону, понимая, что атмосфера накаляется, и таким дешевым образом в очередной раз стараясь "убежать".
Альнир, нахмурившись, небрежно пригладил свои каштановые волосы.
– Боюсь, Тэамелис, все только началось, – признался он.
– Но... – прошептала я растерянно. – Мы же не дали Владыке забрать мою жизнь и принести меня в жертву.
– Пойми, – в глазах разбойника мелькнула тень невиданного гнева, и мне стало не по себе, – ему не нужна была вся твоя кровь. Лишь капля.
– Нет? – брови поползли вверх в искреннем удивлении. А чего этот гад тогда мне там ласково нашептывал, что заберет в свой мир?
– Пророчество завершилось в тот момент, когда колдун коснулся твоей раны, Тэа, – пальцы аккуратно легли на мою перевязанную конечность, а в глазах в который раз отразилась дикая боль. Я закусила нижнюю губу, не зная, как реагировать. Прислушивалась к внутренним ощущениям, и кроме страшащей паники ничегошеньки не могла отыскать.
– И что теперь? – сглотнув, всмотрелась в выражение лица Альнира. Судя по фееричным рассказам того же Эйгарда, ничего хорошего ни Тилей, ни Расталь, ни остальные королевства после воскрешения темного мага не ждет.
– Больше он тебя не тронет, – пообещал бандит. В его голосе просквозила отрешенная серьезность и уверенность. – Я этого не допущу.
– А остальные? – прошептала вполголоса.
– Для меня главное – это ты, Тэамелис, – теплая ладонь коснулась моей щеки, и сердце заколотилось в груди, когда разбойник склонился надо мной, а кожа ощутила на себе прикосновение его неравномерного дыхания. – Ты одна. Весь остальной мир может гореть пламенем кострищ, и я не испытаю и толики той боли, которая терзает мое сердце всякий раз, когда твоя жизнь подвергается опасности.
Фейерверк эмоций, таких незнакомых и пугающих, овладевал сознанием, и я, кажется, окончательно запуталась во всех своих доводах, во все своих вопросах...
– Альнир! – внезапно взвизгнул чей-то женский голос, и разбойник резко отстранился от меня.
А, нет, смотрите-ка, распуталась!
В глазах молодого человека отразилась досада, я же, узнав в приближающейся девице Трин, вновь запыхтела от возмущения и обиды. Вот как она здесь оказалась? Особенно в такой момент? Почему какая-нибудь балка не упала ей на голову во время землетрясения во дворце?
Аккуратно поднялась вслед за Альниром и даже не позволила ему себя поддержать. Вот такая я была злая! В момент постаралась забыть все, что молодой человек мне только что наговорил, и решила сконцентрироваться на том, что он водился с этой куропаткой, и даже ни словом не обмолвился. И на своем по этому поводу недовольстве и раздражении.
Вслед за принцессой радостно звать Альнира стали и остальные сто восторженных девичьих голосов, и вскоре на нашу небольшую полянку выбежали барышни в цветастых платьях, ведомые горой мускул по имени Торан. Одна лишь Пренна, увидав меня, стоящую под деревом, бледную и измученную, кинулась ко мне.
– Госпожа! – едва не плача, женщина начала меня целовать, в то время как обрадованные девицы, в том числе Лария (вот ведь ведьма!), облепили разбойника со всех сторон, оттаскивая от меня и едва не разрывая его на части.
Скрипнув зубами, пожелала всем ста двум принцессам поскорее найти в жизни своего Финота и выйти за него замуж со всеми вытекающими последствиями, после чего отвернулась, дабы не видеть весь этот безумный шквал эмоций. Голос Альнира, требовавший немедленно его отпустить и бурчавший, что в гробу он видел еще одно такое масштабное спасение, затонул на фоне мечтательных вздохов и аханий красавиц. Так ему и надо, пусть наслаждается, чертов любитель принцесс.
– Вы живы, госпожа!
– Они, как я погляжу, тоже, – фыркнула подобно недовольному зверю, махнув рукой в толпу безумствующих девушек, и смолкла.
Да, ситуация меня расстроила. Стерпеть одну лишнюю принцессу я еще, может, и смогла бы, но сотню! Вовек! И ведь каждая пытается оттяпать себе кусочек Альнира. К тому же, я окончательно запуталась в том, что чувствовала по отношению к разбойнику. Стадию "друг" мы явно где-то пропустили. Либо же он всего лишь продолжал свою игру, которая началась еще в день нашего знакомства, и ничегошеньки все эти его красивые слова на самом деле не значили.
От этой мысли на душе стало совсем скверно.
– Вы жутко бледны, Ваше Высочество, – Пренна начала носиться вокруг меня, как нянька вокруг запачкавшегося ребенка, и я тихонько застонала, чувствуя к себе безграничную жалость. Как же мне плохо! Голова болит, кости ломит, а принцессы делят Альнира! – Я сейчас же приготовлю Вам горячий бульон.
– Спасибо, – расстроенно пробормотала я, совершенно поникнув духом. – Я буду неподалеку.
И, чтобы не слышать все эти "Принцев все равно на свете мало", потопала восвояси, чтобы прогуляться по берегу речушки.
Когда основные визги счастья стихли, я решила вернуться, и Альнира в нашем небольшом лагере уже не обнаружила. Как и Торана. Некоторые принцессы ютились у костра, полыхающего яркими красками теплоты, и о чем-то приглушенно шептались. Некоторых Пренна активно учила умываться прямо в реке, раз двадцать повторив, что вода здесь не может быть отравлена.
На окружающую местность постепенно начали наваливаться сумерки, и птицы потихоньку затихали. Я почувствовала неприятные прикосновения холодного ветра к оголенным плечам.
– Молодым людям придется сотворить чудо на охоте, чтобы накормить сто с лишним голодных ртов, – рядом со мной неожиданно возникла королева Нелдея, и я растерянно и смущенно уставилась на нее.
Так вот, значит, куда делись единственные представители сильного пола. Ушли добывать мамонта.
– Уверена, разбойник и маг что-нибудь, да придумают, – пробормотала я и добавила, уже кровожадно: – А не придумают, съедим их.
Королева в недоумении на меня покосилась. Видимо, подумала, что я умом тронулась после пребывания в подземельях Тилейского дворца, а я всего-то хотела пошутить. Как всегда, неудачно. А все общение с разбойником. Это он меня испортил, раз я даже наш с ним вероломный поцелуй перестала считать злом!
