Текст книги "Звездная дверь (СИ)"

Автор книги: Марина Шамова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

Глава 13

Меня разбудил далёкий стук открываемой двери.

Дёрнувшись спросонок, я почувствовала резкую боль в мышцах плеч и шеи, и со стоном откинулась назад, на спинку кресла.

– Дьявол… – простонала я, ощущая, как в затёкшие руки возвращается чувствительность.

Лучше бы не…

Сон на рабочем месте, носом в столешницу, для моего возраста был уже совершенно не тем подвигом, который хотелось совершать – особенно после такой ночи.

Тем не менее, после того как я вернулась от Сонгов в «Пьяную утку», сил моих хватило только на то, чтобы добраться до офиса и «на минуточку» сесть за стол… А дальше меня предсказуемо сморило.

Безуспешно попытавшись поднять руку – она всё ещё не слушалась, – я устремила мутный взгляд к часам, висящим на стене, и, с трудом сфокусировавшись, определила: половина десятого.

Неплохо. Часа три с половиной успела перехватить. Живём.

Какое-то время ушло на приведение себя в порядок – в основном благодаря посещению уборной на втором этаже. Увы, несколько раз плеснуть в лицо водой, явственно отдающей металлом, и прополоскать рот не могло заменить приличной утренней гигиены, но пока довольствовалась тем, что есть. Сейчас ещё бы чашечку кофе…

Мысль об этом словно щелчком переключила меня на события прошедшей ночи, и я помрачнела.

Труп. Горящие ленты. Горящая машина.

Машинально сунув руку в карман, в поисках портсигара, я почувствовала, как что-то металлическое ткнулось мне в ладонь, и вытащила наружу тот самый патрон.

«Ты», – безжалостно полоснули латунным блеском свежие царапины, формирующие буквы, и я мрачно хмыкнула.

Сейчас, после сна, всё произошедшее казалось несколько смазанным, словно далёкая тёмная грёза, хотя диалог с мертвецом оставался в памяти неприятным и ярким пятном. Все эти предупреждения, мутные фразочки о Сонге…

«Хватит», – оборвала я себя мысленно, понимая, что, если снова выйду на виток рассуждения об окружающем меня предательстве, скорее всего просто сорвусь.

Нужно мыслить трезво.

Делать это, почему-то, очень хотелось основательно «накатив» бурбона, но я без труда отмела подобные вредные помыслы. Вчера у меня была отличная, просто блестящая идея, разделить эту головную боль с «шестёркой» Ванделли, и, повторённая на свежую голову, она мне не показалась совсем уж плохой.

В конце концов, почему только я должна страдать? Лезть в разборки между бандами мне абсолютно не улыбалось, а дело здесь попахивало именно ими. Так что пускай Гилмур отрабатывает свой хлеб не просиживанием штанов в уютном офисе, а ползёт в порт, разбираться с долгами своего «подопечного».

Мрачно ухмыльнувшись и сжав в кулаке патрон, я вернулась к себе в кабинет и набрала номер конторы Сонга.

– Юридическая контора «Сонг и сыновья», чем я могу помочь? – раздался вежливый женский голос на том конце, заставив меня несколько смутиться – почему-то я ожидала, что трубку снимет Фил.

– Э-э… доброе утро. Прошу прощения, я могу поговорить с мистером Гилмуром? – уточнила я, усевшись на край стола и принимаясь рассеянно постукивать кончиком патрона по столешнице.

– Да, мэм, одну минутку. Как вас представить? – мне показалось, или вежливость в голосе изрядно разбавилась неприязнью?

Я прикинула, что девицы из конторы вполне возможно знали, на кого работает их босс. И, соответственно, о роли Гилмура тоже догадывались. Связывать своё имя с Ванделли мне совершенно не хотелось, потому я, после короткой паузы, сухо сказала:

– Просто дайте ему трубку, хорошо?

С той стороны раздалось тихое хмыканье, после чего щелчок, и почти тут же – знакомый вальяжно-насмешливый голос:

– Гилмур слушает.

Иррационально обрадовавшись, я небрежно, почти в тон ему, ответила:

– Доброе утро, Фил. Хорошо спалось?

Пауза довольно явственно дала мне понять, что такого вопроса мужчина не ожидал, и я самодовольно усмехнулась.

– У меня есть длинный перечень того, что могло бы сделать предыдущую ночь заметно лучше – вы в него, кстати, входите и возглавляете, – но в целом не могу жаловаться, да. А чем обязан такой заботе?

«Туше», – вынуждена была признать я, невольно округлив глаза от такого пассажа.

– Банальная зависть, не принимайте близко к сердцу, – несколько разочарованно буркнула я, после чего добавила: – Машину Сонга можете искать на штрафстоянке участка в Хиллсе. Насколько мне известно, утром полиция должна была забрала её туда, до выяснения обстоятельств возгорания.

Ещё одна пауза – чуть дольше предыдущей, и в ней я расслышала тихое позвякивание металла о металл. Он что, всё-таки взял в руки нож?

– Интересно. Благодарю вас. Какие-нибудь подробности будут?

«А ты неплох!» – я обратила внимание, что сейчас он опускает обращение «мадам детектив», явно уловив моё нежелание представляться секретарше, и прониклась даже подобием благодарности.

– В три часа ночи Эбигейл позвонила мне в истерике, крича, что машину её мужа пара каких-то подозрительных типов подвезла буквально под окна их дома и подожгла, после чего под дверь сунули записку, адресованную мистеру Сонгу, в которой говорилось о каком-то «долге». Полагаю, речь идёт о его задолженности перед докерами…

– Хм, – звяканье металла стало отчётливее и быстрее. – С ней всё в порядке?

– Да, – я принялась задумчиво крутить в пальцах патрон. – Миссис Сонг в полном порядке. Если это важно – сдала её на руки Фергюсону.

– Даже так… погодите, вы сдали? Вы там были?

– Так вышло, – я пожала плечами, не задумываясь о том, насколько нелепа любая жестикуляция при разговоре по телефону. – Она потребовала, чтобы я приехала… была в панике, и я не могу её винить.

– Крайне великодушно с вашей стороны. Что ж, я признателен вам за эти сведения. И я точно знаю, как конкретно выразить свою благодарность, – голос Гилмура неуловимо изменился, из собранно-делового вновь становясь развязным. – Я знаю, что неподалёку от вас есть один чудесный итальянский ресторанчик – место чисто для своих, отличная паста, великолепный кофе. Как на счёт позавтракать?

– Что?.. – брякнула я прежде, чем успела подумать – настолько меня сбил с толку этот резкий переход к очередному «подкату».

– Завтрак. Приём пищи, которым вы, надо полагать, обычно пренебрегаете, – с издевательской любезностью уточнил мужчина.

Я подавила непрошенный смешок – и мысль, что позавтракать, вообще-то, было бы неплохо! – и максимально сдержанно сказала:

– Боюсь, мой распорядок всё ещё слишком плотный, а расследование не завершено, так что вынуждена отказаться…

– Бросьте, д… – Гилмур осёкся и кашлянул, после чего чуть более спокойно продолжил. – Это всего лишь завтрак, да ещё и недалеко от вас. Не займёт много времени. Соглашайтесь…

– Может, в другой раз, – твёрдо ответила я. – Мне ещё нужно половину полицейского департамента перевернуть в поисках редкого специалиста, так что я сейчас ограничусь сандвичем и покину рабочее место.

– Да уж, молнию поймать проще, чем вас, – пробормотал Филипп, всё-таки вызвав у меня усмешку. – А вы точно там спеца ищете? Я слышал, оттуда как раз все толковые люди сбегают…

– Очень смешно, – фыркнула я, быть может – слишком поспешно принимая последнее замечание на свой счёт, и, чтобы окончательно отвязаться, уточнила: – Мне нужен специалист по глубоководному погружению, разбирающийся в использовании соответствующей экипировки.

Пауза. Я мысленно удовлетворённо кивнула и уже потянулась было к «рожкам» аппарата, чтобы сбить вызов – пускай даже так невежливо, без прощания, – как Гилмур заговорил:

– Как я и сказал – вы явно ищете не там. Помните, я говорил про связи в армии?

Моя ладонь замерла на полпути, как и я целиком. Память услужливо подсунула ту фразочку Фила, в контексте информации о гибели Томаса, а следом раскрутила цепочку дальше – Корейская война, Инчхон…

– Та-ак, – протянула я, слегка откинувшись назад. – Продолжайте.

– Завтрак. Через сорок минут.

Я аж опешила от такой наглости.

– Вы меня шантажируете?

– Нет, предлагаю вам сэкономить изрядно времени. Поскольку, по удивительному стечению обстоятельств, у меня как раз есть один знакомый, обладающий изрядным опытом в интересующей вас области.

Я буквально слышала, что, говоря это, Фил улыбался. Широко и явно самодовольно.

Мысленно засветив в эту харю кулаком – в жизни-то едва ли могла бы себе это позволить, – я постучала донышком гильзы по столу, подавляя раздражение:

– Если это какой-то хитрый трюк…

– Никаких трюков! – Гилмур с жаром прервал меня, судя по всему – искренне вознегодовав из-за этого предположения. – Даю слово.

«О, и много ли оно значит?» – скептически подумала я, но вслух этого, разумеется, не сказала.

– Хорошо. Тогда жду вас.

– Eccellente! До встречи, – после этих, полных бодрости, слов, трубку положили.

Я, глядя какое-то время на свою, вслушивалась в короткие гудки, после чего вернула её на место и нахмурилась. Старательно, поскольку хмуриться, мне, на самом деле, почему-то не хотелось.

Филипп Гилмур был самым неподходящим для завтрака человеком. И для обеда, и, тем более, ужина. Его связь с Ванделли довольно однозначно переносила его по другую от меня сторону баррикад, а игры в Монтекки и Капулетти я предпочитала оставлять на страницах книг. Бандит, наверняка убийца. Мягко говоря, не лучший кандидат для совместного досуга. Да ещё и слишком навязчивый!

Однако нельзя отрицать того, что после разговора с ним головная боль разжала свои тиски, а ночной кошмар и вовсе превратился в размытую дымку. И пускай в руках у меня было физическое подтверждение тех событий – воспринималось всё гораздо проще.

К тому же, если Гилмур не соврал, очень скоро я смогу обратиться к оставшейся ниточке, ведущей к Сонгу, на конце которой, быть может, смогу найти ответ – куда же он пропал.

Впрочем, моё слегка улучшившееся настроение стремительно поползло вниз, когда я подняла руку, чтобы почесать зудящую макушку, и пальцы увязли в грязных спутанных прядях. Сразу же вспомнив о том, что по-человечески не мылась уже двое суток – если не считать бесконечного промокания под дождём, – и выгляжу, мягко говоря, непрезентабельно, я испытала мимолётный порыв перезвонить и отменить, или хотя бы перенести встречу. Следующей мыслью было «так ему и надо!» – немного по-детски, конечно, но уж лучше так, чем совсем уже глупое женское стремление понравиться всем. Даже в том виде, который я выбрала для себя в качестве основного стиля. Опрятность и аккуратность – ключевые качества привлекательности, и, увы, несвежее бельё и далеко не белоснежная рубашка, в совокупности с грязной головой, совсем не играли мне на руку.

В конце концов я выбрала компромиссный вариант, и, быстро спустившись к машине, забрала из чемодана с вещами пакет со сменной одеждой. Переодевшись у себя в кабинете и кое-как расчесав завившиеся от влаги волосы, я решила, что выгляжу… приемлемо, и в этот момент моего смятения снаружи донеслось звонкое цоканье каблучков Линды.

Покосившись на часы, я негромко хмыкнула – секретарша сегодня пришла чуть раньше обычного. Возможно, стоит дать ей внеплановый выходной, после вчерашних-то событий…

– Мэм, вы уже тут? – заглянула она в мой кабинет, покосившись на развешенную на спинке кресла грязную рубашку.

– Да, Линда. Но ненадолго, – кивнула я, закрепляя на поясе кобуру.

– О… У вас всё хорошо? Вчера так внезапно сбежали… – в её голосе почти-почти не было упрёка и намёка на то, что я-то ушла, а вот она оказалась брошена на амбразуру наведения порядка.

Я не знала, как ей ответить на этот вопрос. Если вчера эти же слова, сказанные Стэнтоном, вызвали почти смешок и мрачный пересказ о взломе моего жилья, то после прошедшей ночи объясниться так легко у меня вряд ли получилось бы.

– Всё… всё сложно, Линда, – нейтрально пожала я плечами, вытащив из кармана опустошенную ранее «луну», и закладывая в неё патроны.

– У нас проблемы? – деловито поинтересовалась девушка, наблюдая за моими действиями без страха, но весьма напряжённо.

«У нас…» – повторила я про себя, еле заметно улыбнувшись.

А ведь девочка права… Если начнётся охота за моей головой – ей тоже может достаться. Но, с другой стороны, моя работа изначально предполагала изрядную долю риска, и она тоже прекрасно это понимала.

– Возможно, – неопределённо буркнула я, протолкнув заполненную «луну» в барабан, и защёлкивая тот. – Так что держи ухо востро, идёт?

– О! – недостаточно испуганно на мой взгляд округлила Линда глаза. – Значит, всё-таки проблемы… Это мафия, да?

Я покосилась на часы, прикидывая, что до назначенного Филом срока осталось не так много времени, и вздохнула:

– Пока не знаю, но надеюсь, что нет. Тем не менее, нынешнее дело попахивает крайне дурно, и я не хотела бы, чтобы тебе досталось, пускай и по касательной.

– Хорошо, мэм… – девушка ободряюще улыбнулась мне и скрылась на своём месте, почти тут же принявшись мурлыкать под нос какую-то прилипчивую мелодийку, узнать которую я не успела.

Мои уши уловили нарастающий рёв мотора, звучащий настолько утробно, что по одному только звуку можно было предположить количество цилиндров – и оно впечатляло.

И я догадывалась, кто был владельцем этого ревущего «зверя».

– Мне пора, извини, – подхватив с вешалки плащ и шляпу, я проскользнула мимо Линды за двери, бросив напоследок через плечо: – Закрой здесь всё как обычно, хорошо?

– Да, мэм!

* * *

Когда Гилмур говорил «сорок минут» – он имел в виду тридцать. С какой скоростью он гнал, чтобы добраться до моего офиса от конторы Сонга – я не хотела представлять.

«Лихач», – мрачно размышляла я, глядя на ослепительно улыбающегося мужчину, стоящего под зонтом – с утра снова накрапывал мерзкий дождь, – у незнакомого мне авто цвета насыщенного бургунди, сиявшего не меньше своего владельца.

Хищные линии профиля, создающие почти идеальную «клюющую» дугу, в совокупности с прорезями на переднем крыле, сразу за колесом, вызывали стойкую ассоциацию с акулой. Другим элементом, поразившим меня, оказалась крыша, почти наполовину состоящая из панорамного стекла насыщенного аквамаринового цвета. Никогда прежде мне не доводилось видеть что-то подобное, и, признаться, я даже на пару мгновений позабыла о владельце, безотчётно принявшись обходить это чудо по дуге.

– Хорош, да? – безошибочно угадал ход моих мыслей Гилмур, собственническим жестом похлопав по гладкой бежевой крыше.

Я задумалась, как же стоит ему ответить. Съязвить? Ответить нейтрально?

– Сдаюсь, – решилась на честный ответ. – Понятия не имею, что это такое, но выглядит великолепно.

– О, это «Феррари», – безмятежно пожал плечами Филипп, шагнув к пассажирской двери и открывая ту. – Оч-чень специфическая и эксклюзивная модель. Когда-нибудь я обязательно расскажу вам занимательнейшую историю её приобретения, но сейчас просто приглашу вас укрыться от непогоды.

Мне остро захотелось съёрничать, ляпнуть что-то о его манерах, вывернуть всё наизнанку и заставить его почувствовать себя полным ничтожеством! Эта машина, чтоб ему, стоила… Да я не представляю себе, сколько могла стоить уникальная модель «Феррари»! Никто, зарабатывая на жизнь честным трудом, не мог бы позволить себе её купить. Никогда.

Сжав зубы и заодно стиснув кулак в кармане, я криво улыбнулась Гилмуру и молча села в салон, вкусно пахнущий дорогой кожей. Чистой, сливочной, без царапин и потёртостей… Нет, какая же всё-таки красота!

Фил, забросив мокрый зонт в багажник, нырнул на водительское сиденье, и, одарив меня ещё одной широкой улыбкой, тронулся с места – довольно плавно и аккуратно, к моему удивлению и облегчению. А я не могла удержаться от того, чтобы разглядывать салон и приборную панель, напичканную странными круглыми датчиками – в отличие от более привычных мне квадратных форм «доджа». Причём если у меня их было вменяемое количество – три, то здесь я насчитала семь, и затруднялась предположить, для чего нужна большая их часть!

– Что ж, наконец-то мне удалось вас изловить, детектив. Должен сказать, вы выглядите… устало, – крайне бесцеремонно заявил мужчина, расслабленно удерживая руль одной рукой.

– Ну, зато сейчас, наверное, я похожа на фотографии в газетах, – я пожала плечами, с трудом заставив себя отвлечься от изучения автомобиля и обратить внимание на то, куда мы едем.

– Не без того, – легко согласился этот нахал, даже не подумав смягчить лестью или ложью горькую правду. – Но не всё потеряно – хороший отдых, крепкий сон и вкусная еда с бутылочкой сагрантино пассито живо вернут вам прежний облик…

– Вы меня пригласили позавтракать, чтобы пооскорблять всласть? – перебила я его, окончательно утратив остатки приподнятого настроения.

– В мыслях не было, – искренне заявил Фил, прижимая левую руку к груди, но сам при этом шарил взглядом по сторонам, судя по всему – прикидывая, как бы ему ловчее просочиться на этом монстре в узкий переулок между домами. – Я лично ничего не имею против вашего вида, но считаю, что было бы откровенной ложью сказать, что выглядите вы замечательно. Вы бы, конечно, уловили фальшь данного заявления, и решили, что я – пустозвон, словам которого доверять не стоит. И зачем мне это?

Я несколько раз моргнула, но так и не придумала – как бы остроумно ему ответить, и ограничилась простым фырканьем себе под нос.

– Вот и я думаю, что не стоит начинать день с таких неприятных нот, – бодро заявил Гилмур, решив, очевидно, что я с ним согласилась. – И мы на месте. Как я и сказал – неподалёку.

Посмотрев в окно, я обнаружила, что мы остановились в узком переулке, где могла проехать только одна машина, и перед носом «феррари», в тупичке, под цветастой витражно-кованной вывеской «AlCalice», высилась тёмно-бордовая дверь. Обрамлённая двумя узкими окошками, она была закрыта – но Фила это, судя по всему, не смущало.

Как и табличка с часами работы, висящая рядом, и гласящая, что траттория открывается в шесть вечера.

– Эм-м… – протянула озадаченно я, но вместо ответа мужчина изобразил ладонью жест «всё в порядке» и вышел наружу, после чего обошёл капот машины и всё тем же элегантным жестом открыл мне дверь.

«Да какого чёрта!»

Злость была ровно настолько же иррациональной, как и утренняя радость ему, но я понимала, что демонстрировать это вовне нельзя. Да и бессмысленно. Слишком сильно похоже на истеричность, а я не хотела, чтобы Гилмур считал меня истеричкой.

В смысле, мне, конечно же, было глубоко безразлично – кем там он меня посчитает, – но это могло повлиять на его решение помогать мне, или нет, а я всё-таки хотела склонить этого бандита на свою сторону.

– Не беспокойтесь, мадам детектив, сеньор Фиорре всегда рад дорогим званым гостям, к тому же – здесь вы можете быть уверены, что никто лишний вас не сможет подслушать, – заверил меня Филипп, попытавшись помочь мне выйти из машины, но я успела это вовремя заметить и пресечь, отведя в сторону его протянутую руку и выходя самостоятельно.

– Вот как? – приподняла я брови в деланом изумлении. – Немного самоуверенное заявление, вы не считаете? Персонал в подобных заведениях, как правило, весьма наблюдателен…

– По утрам здесь присутствует только сеньор Фиорре, а он, представьте себе, – глухонемой, – с затаённой насмешкой пояснил Фил, судя по всему – ничуть не сбитый с толку моим поступком, и, встретив уже неподдельное удивление в моих глазах, успокаивающе кивнул. – Но с изъяснением проблем не будет. Мы с ним давно друг друга знаем, и Артур научил меня паре трюков… Прошу.

С этими словами он нажал на изогнутую бронзовую ручку, и та неожиданно легко поддалась, открывая дверь.

Внутри царил уютный полумрак и тишина. Логично – вряд ли глухонемой владелец включал бы радио или музыку в отсутствие посетителей. Зато запахи с кухни доносились такие, что рот у меня моментально наполнился слюной.

«Я ужинала!» – строго напомнила я себе, пытаясь воззвать к совести собственного желудка, но тот, почуяв возможность насытиться, решил устроить бунт и предательски заурчал.

Я смутилась, но Филипп, проявив чудеса деликатности, никак это не прокомментировал, хотя и покосился на мою талию.

Сама траттория оказалась очень уютным «классическим» маленьким итальянским ресторанчиком: круглые низкие столы, стулья с высокими резными спинками и затёртыми подушечками, стены из тёмно-красного кирпича и скрипучий деревянный пол. На стенах разместились небольшие картины в рамках, изображающие в основном Венецию – насколько я могла судить по многочисленным городским каналам и смешным лодчонкам, гондолам.

– Располагайтесь, где вам угодно, мадам детектив, я сейчас вернусь, – широким жестом Фил окинул помещение, оставляя выбор мне, а сам удалился в сторону кухни.

Выбор был не слишком велик – два столика у окон, ещё по два у стен и три в центре «зала». Наверное, сюда действительно ходили немногие… Что немудрено, если это заведение облюбовали Ванделли.

Хмыкнув, я заняла левый стол у окна, положив на узкий подоконник свою шляпу, а пальто скинув на спинку стула, и продолжила разглядывать интерьер, заодно прислушиваясь к тому, что происходило за неприметной коричневой дверкой, куда ушёл Гилмур. Увы, голосов оттуда не доносилось – только позвякивание посуды, приглушённое постукивание и шелест воды. Или кипящего масла – судя по запаху, сейчас там готовилось что-то на чесночном масле…

«Господи, как же я хочу есть…» – сдалась я, почти против воли представляя свежие гренки, да ещё и в компании с какими-нибудь итальянскими деликатесами… Что там у них принято есть? Морепродукты, вроде бы, паста эта… В любом случае, наверняка это очень вкусно.

Взгляд мой упал на виднеющуюся за окном «Феррари» и я невольно вздохнула – ну какая же всё-таки красота! Хотя анфас она не так впечатляла, как в профиль, конечно. И всё же цвет, форма и общая гармоничность делали эту машину красивейшим образчиком автопрома, что я встречала в жизни…

– О чём задумались, детектив? – Фил подобрался не то чтобы внезапно или бесшумно – шаги рослого мужчины хоть и были легки, но старые доски выдали его приближение.

– О том, что это место не для таких как я, – отметив, как он ставит на стол бокалы и винную бутылку, ответила я.

– Не будьте так строги к себе, – широко улыбнулся Гилмур, усаживаясь напротив и самостоятельно разливая вино, после чего пододвинул один из бокалов мне. – За встречу?

«Пить на пустой желудок – дурная идея…»

Но признаваться вслух в том, что я крайне голодна, не хотелось совершенно, потому ответив ему кисловатой улыбкой, я подцепила бокал за тонкую ножку и поднесла тот к лицу, незаметно вдохнув густой и насыщенно-сладковатый аромат. В винах я не разбиралась совершенно, увы, но лёгкую терпкость уловить сумела. Вроде бы это говорило о крепости напитка…

– За встречу, – кивнула я, лишь слегка пригубив, и отставила бокал в сторону, после чего взглянула прямо в глаза мужчине. – Итак, Фил, я здесь. Вы сказали, что можете помочь мне найти дайвера. Я не хотела бы тратить время впустую – и своё, и ваше, – потому надеюсь, что вы сдержите своё слово.

– Обязательно, мадам детектив, – невозмутимо кивнул он. – Но, полагаю, вы не откажете мне в любезности и расскажете – что же такое вы раскопали, что вам потребовался столь узкий специалист? Признаться, я теряюсь в догадках относительно связи дайвинга и пропажи мистера Сонга. Во всяком случае, я очень надеюсь, что речь не идёт об экстренном погружении на дно Джеймса, поскольку, знаете, погода не располагает…

Я слегка сжала зубы, понимая, что отвадить его совсем не получится. Так или иначе он всё равно узнает, хоть бы и от своего «знакомого», для чего тот мне потребовался… Уж лучше я сама.

– Мне удалось выяснить, что мистер Сонг приобрёл некую недвижимость – лодочный сарай, если точнее, – в поселении к северо-западу от города. Съездила туда и обнаружила внутри довольно странную конструкцию с погружной платформой, а кроме этого – шкафы с «трёхболтовками», – выдала я ему максимально урезанную версию события. – Два костюма отсутствуют, и мне подумалось, что было бы неплохо позаимствовать ещё один, воспользоваться местным хитрым механизмом и выяснить – что же там, под водой, скрывается.

Филипп недоверчиво нахмурился и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

– А что с подачей кислорода? Компрессор работал? – спросил он после непродолжительного молчания, заставив теперь нахмуриться меня.

– Как вы?..

– У «трёхболтовок» довольно стандартное оборудование, если, конечно, вы не имеете дело с гибридными конструкциями, включающими в набор кислородный баллон – но я таких здесь не встречал, – пожал плечами Фил.

А моё смутное подозрение, вызванное его вопросом, переросло в уверенность:

– Вы и есть тот самый специалист!

Мужчина слегка улыбнулся:

– Я полон достоинств. Как явных, так и скрытых, – он многозначительно дёрнул бровью. – Конкретно это – армейское наследство.

– Вас там натаскивали на операции «Хромит»? – с любопытством поинтересовалась я, припоминая, с каким восторгом мой отец разбирал её части, после обнародования подробностей.

– Почему «натаскивали»? – удивился Филипп. – Я принимал в ней участие.

– Да ладно? – я сощурилась с нескрываемым подозрением, но Гилмур, сохраняя невозмутимый вид, потянул за одну из цепочек, видневшихся во фривольно расстёгнутом вороте рубашки, и вытащил пару жетонов.

Снимать с шеи, правда, не стал, так что мне пришлось самой наклониться, и, присмотревшись, кроме имени, фамилии, группы крови и даты рождения – хм, а Гилмур младше меня почти на год! – я разглядела и маркер части, к которой он относился: UDT 3.

– «Лягушатник»! – вырвалось у меня невольное, и я мысленно отвесила себе затрещину, быстро глянув исподлобья на Филиппа, выпуская жетон из пальцев.

Однако мужчина отнёсся к обиходному названию своего подразделения очень спокойно, если не сказать – снисходительно:

– Было дело, – покладисто кивнул он. – Правда, в Инчхоне мы пользовались преимущественно «скубами», но, уверяю вас, я обучен обращению в том числе и со стандартной спасательной экипировкой. И всё же, как бы не любил я рассказывать о себе, думаю, нам стоит вернуться к изначальной теме: вашей находке в том сарае.

Я изрядно смутилась, осознав – насколько легко ему удалось сбить меня с толку, и, отстранившись, пошарила взглядом по сторонам в поисках пепельницы, нашедшейся довольно быстро – по соседству с моей шляпой, на подоконнике.

– Нет, компрессор не работал. Если, конечно, я правильно идентифицировала тот жуткий агрегат, похожий на двигатель… Сомнительно, что он может работать бесшумно, – вытащив из кармана портсигар, я переставила пепельницу поближе, и только уже хотела было лезть за зажигалкой, как вновь перед носом оказалась рука Фила с язычком пламени, прячущимся в его ладони. Быстро кивнув ему, я прикурила и слегка откинулась назад:

– Насколько я поняла, шланги были отсоединены от костюмов – во всяком случае, один мне удалось вытащить целиком из воды…

– Очень странно, – хмыкнул Фил. – Видите ли, мисс Вудворт, конструкция «трёхболтовок» позволяет в экстренных случаях – если будут повреждены отдельные детали подачи кислорода извне, – функционировать на внутреннем остатке воздуха, но, как вы понимаете, его хватит очень ненадолго.

– Возможно, но для того, чтобы убедиться, что и это – ниточка, ведущая в никуда, мне нужен специалист, который мог бы помочь мне, – нехотя сказала я, отведя взгляд в сторону и затягиваясь.

– А почему вы уверены, что мистер Сонг воспользовался этим костюмом? – спросил Гилмур, доставая свои сигареты и тоже прикуривая, заставив меня мысленно усмехнуться: курильщики, по сути, те ещё «обезьянки».

– Потому что есть свидетель, видевший его прибытие накануне, и нет свидетелей, что он уезжал, – настал мой черёд жать плечами. – Всё довольно прозаично, на самом деле.

– Логично. Но свидетели бывают довольно ненадёжными, – Фил поморщился, покрутив шеей. – Думаете, это может быть связано с докерами?

Я внутренне обрадовалась тому, что Гилмур сам поднял эту тему, но вслух сдержанно заметила:

– Возможно. Во всяком случае, у Сонга с ними кроме общих дел обнаружились и расхождения – судя по ночному поджогу. Правда, я так и не поняла, о каком долге шла речь – вроде бы за аренду причала его супруга платила исправно…

Филипп опустил взгляд, рассеянно постучав сигаретой о край пепельницы:

– Этим вопросом займутся в ближайшее время, мадам детектив, вам не стоит беспокоиться на этот счёт, – очень ровно сказал он, явно скрывая недовольство своим «подопечным», но я так просто не собиралась отпускать эту тему.

– Да? А мне, знаете ли, немного всё-таки неспокойно – если учесть, что эти ублюдки попытались надавить и на меня, – я фыркнула, невольно скопировав его жест и тоже сбивая пепел – просто чтобы скрыть дрожь в пальцах.

Слишком явно перед глазами встало ночное «видение». А я-то уж решила, что с рассветом пришло облегчение!..

– Прошу прощения? – озадаченно посмотрел на меня мужчина. – Надавить на вас?..

Ответить я не успела – стукнула кухонная дверь, привлекая внимание, и в зал вышел черноволосый кудрявый тосканец, чертами живо напомнивший мне Франческо Медичи, зачем-то облачившегося в крахмальный поварской халат. Худощавый, с длинным тонким носом и печальными чёрными глазами, он тем не менее радушно улыбался, неся в руках объёмистый поднос, на котором стояли исходящие паром большие тарелки.

– О, а вот и завтрак, – прокомментировал Филипп, отодвигая в сторону пепельницу, чтобы синьор Фиорре мог расставить посуду.

Мой живот тоже прокомментировал появление пищи – громко и выразительно, не оставляя мне ни единого шанса сохранить достоинство. Пропасть между нищим голодающим детективом и мафиозо, разъезжающим на коллекционном «Феррари», стала ещё шире, но это совершенно не значило, что я собиралась отказаться как от пищи, так и от помощи Гилмура.

– Благодарю вас, – проговорила я, поднимая взгляд на молчаливого повара, но осеклась, запоздало вспомнив о недуге того, и беспомощно улыбнулась в ответ на слегка вопросительный взгляд Фиорре.

– О, секунду, мадам детектив, – вновь спас меня Фил, мимолётно коснувшись руки своего знакомого и принявшись довольно быстро жестикулировать.

К сожалению, языка глухонемых я не знала – хотя, возможно, и стоило изучить, просто для разнообразия, – но наблюдать за этим было весьма интересно. Филипп не запнулся ни разу в своей длинной «фразе». Фиорре был лаконичнее, ограничившись парой жестов и уважительным кивков, адресованным нам обоим, после чего, забрав поднос, удалился. Я, проводив его взглядом, вновь посмотрела на Фила, выглядящего как довольный мальчишка:

– Впечатляет, – сдержанно похвалила я. – Надеюсь, вы передали ему мою признательность?

– Разумеется, – изобразил оскорблённое достоинство Гилмур. – И выразил восхищение его стряпнёй – авансом. Впрочем, уверяю вас, паста скампи в его исполнении всегда бесподобна.