Текст книги "«Любовь» и другие одноактные пьесы"
Автор книги: Марина Цветаева
Соавторы: Людмила Петрушевская,Анатолий Трушкин,Евгений Богданов,Семён Злотников,Виктор Штанько,Александр Мишарин,Владимир Попов-Равич,Афанасий Салынский,Дайнис Гринвалд,Виктор Ольшанский
Жанр:
Драматургия
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)
В и к т о р. Нет! Вы вели себя прекрасно. И во сне и наяву! Это я понял только сейчас… Не сердитесь на меня.
Н а д я. Я не сержусь. Счастливо добраться до Сочи!
В и к т о р. Как нескладно все получилось.
Н а д я. Угу. Прямо как в жизни!
В и к т о р. Знаете, мне даже расхотелось видеть море. И солнце тоже!
Н а д я. Ну, это слишком. Я, правда, не сержусь. Клянусь. Давайте посидим на дорожку. Садитесь! (Садится на тахту и показывает Виктору место рядом с собой.)
В и к т о р (садится, но тут же вскакивает). Нет! Нет! Я за себя не ручаюсь.
Н а д я (смущена). Это еще почему?
В и к т о р. Вдруг сяду и снова засну.
Н а д я. Понятно.
В и к т о р (расхаживая по комнате). Я нахожусь в каком-то лихорадочном состоянии. То вдруг все вижу ясно и резко. То вдруг проваливаюсь в какой-то туман. У вас, в Москве, ночь, у нас уже утро. В Хабаровске. А где я?.. Что со мной?.. И что с вами? Почему вы плакали? Кто вас обидел?
Н а д я. Как – кто? Меня обидел муж.
В и к т о р. Правда?
Н а д я. Конечно! Только это было очень давно. Теперь нет ни мужа, ни обиды.
В и к т о р. И вдруг все вспомнилось?
Н а д я. Да бросьте вы! (Смеется.) Просто Галка сказала, что у меня потрясающая стрижка.
В и к т о р. Значит, вы плакали от радости?
Н а д я. Нет! Вспомнила, как я делала эту стрижку.
В и к т о р. А как вы ее делали?
Н а д я. Заняла очередь в парикмахерской, а сама побежала в магазин за фруктами… Ешьте, кстати, яблоки. Виноград тоже был, но его весь съели. Вообще сегодня было очень весело. Правда? Ах да, вы же спали… Ну так вот, через полчаса я вернулась в парикмахерскую, и та женщина, которая стояла за мной, честно подтвердила: «Эта женщина в шляпе – передо мной!» А другая сказала, что она меня в глаза не видела. И что есть такие, которые все хотят успеть, а она опаздывает на поезд. А я тогда, сама не знаю зачем, сказала, что бегала за фруктами для больного сына. Наврала, понимаете?.. Я в детстве была очень болезненная. И дети, наверное, у меня были бы очень болезненные. Если бы они были. Но это ладно, смешно совсем другое! Я же ляпнула про больного сына в парикмахерской! Что тут началось! Как все на меня накинулись! Кричали, что я не мать, что вечером брошу сына и убегу в гости, что сын болен, а я шляпу нацепила. (Плачет и последние слова говорит неразборчиво.) И что эта шляпа… эта шляпа… мне… как корове седло!
В и к т о р. Какая шляпа? При чем тут шляпа?
Н а д я (срывается с места, бежит к шкафу, достает шляпу, надевает ее на себя). Вот эта шляпа! Вот! Мне ее на работе подарили. И меня отпустили пораньше, меня на работе очень любят… Так что нечего говорить, что я никому не нужна. Нечего! (Стоит в лихо заломленной шляпе. Продолжает всхлипывать.)
В и к т о р. Вам очень идет эта шляпа!
Н а д я (упрямо). Да! Как корове седло!
В и к т о р. Но это же глупо, глупо и еще раз глупо верить какой-то идиотке из очереди!
Н а д я. Почему – идиотке? У той, которая сказала про шляпу, было на редкость умное лицо!
В и к т о р. Это не имеет значения! Никакого! А вы плачете так, будто ваш любимый родственник заболел.
Н а д я. У меня нет родственников.
В и к т о р. Да? (После большой паузы.) Зато друзей сколько! Даже не хватило сидячих мест!
Н а д я (уставившись в одну точку). Не надо мне было идти сегодня в парикмахерскую. Тогда и никто бы мне не сказал, что эта шляпа мне как корове седло.
В и к т о р (вскочив). Надевайте шляпу! Сейчас же! Немедленно.
Н а д я. Не надену! Хоть убейте!
В и к т о р. Ах так? Ну, это мы еще посмотрим. (Берет шляпу и надевает ее на Надю.) Если снимете, надену опять. Где ваш плащ?
Н а д я. На вешалке. Его я тоже не надену! Я, между прочим, в своем доме.
В и к т о р. Вы его сейчас покинете! (Выбегает за плащом.)
Надя сбрасывает шляпу. Возвращается В и к т о р с Надиным плащом.
(Видит, что шляпа валяется на полу; поднимает ее, подходит к Наде.) Что? Драться будем?
Н а д я. Мне бы не хотелось. Но если вы настаиваете…
В и к т о р. Я настаиваю, чтобы вы надели шляпу. И плащ! И мы пойдем гулять. И все на нас будут оглядываться – так вы хороши!
Н а д я. А что, город разбудят сиреной? Или включат громкоговорители?
В и к т о р. Ну зачем же столько шуму?
Н а д я. А кто же тогда будет на меня оглядываться? Все спят.
В и к т о р. А постовой милиционер? А я? Забегу вперед и оглянусь. Но главное – мы погуляем по ночной Москве. Вы когда последний раз гуляли по Москве ночью?
Н а д я. Не помню.
В и к т о р. Так идем! Чтоб было, что вспомнить. (Подходит к Наде, берет ее за плечи.) Ну?
Н а д я (чуть отстранившись). У вас в глазах какой-то нехороший блеск!
В и к т о р. Не обращайте внимания! Это, возможно, от голода. По-хабаровски сейчас самое время завтрака.
Н а д я. Ой, мы тогда устроим черствые именины, а уж потом пойдем гулять. (Кидается к столу и начинает расставлять тарелки.)
В и к т о р. А что это – черствые именины?
Н а д я (продолжает расставлять посуду). Ну, это сначала бывают именины, а на следующий день – черствые! Именинный пирог чуть зачерствел, его подогревают, собирают самых близких друзей и вспоминают праздник! (Идет к двери.)
В и к т о р (удерживает Надю за руку, тихо и нежно). Не уходите!
Н а д я (с не меньшей нежностью). Я только на кухню. Скоро вернусь. У меня и день рождения и именины! Сегодня же – Вера, Надежда, Любовь.
В и к т о р. Сколько же именинниц!
Н а д я (двинулась на кухню, но опять остановилась). Правильно! Я только сейчас догадалась! Ведь наверняка в парикмахерской были сплошь Веры, Надежды и какая-нибудь несчастная Любовь, да не одна. Как они ругались! Как кричали! И какой у всех был измученный вид!
В и к т о р. Ну и что? Им не всегда легко живется! Но все-таки они захотели быть красивыми. Чтобы на них оглядывались на улице. Чтобы люди в спешке, в суете, даже в горе не забывали, что существуют на свете Вера, Надежда, Любовь.
Н а д я (после паузы). Я очень хочу гулять с вами по ночной Москве! Я давно мечтала об этом. Мечтала гулять ночью по Москве с человеком, с которым легко и говорить и молчать. (Улыбнувшись.) Сейчас я серьезно. Я могу утром проводить вас на аэродром… Если вы будете настаивать…
В и к т о р. Я силой втолкну вас в такси. Будете кричать – не поможет!
Н а д я. Тогда я буду кричать на всю улицу! А сейчас я принесу черствый пирог. (Идет на кухню.)
Виктор подходит к проигрывателю. Ставит пластинку. Звучит тихая музыка. Виктор идет к креслу, за которым прятался, садится в него. Возвращается Н а д я. В руках полный поднос.
Вот! Все принесла. Только я забыла спросить, как вас зовут?
Виктор не отвечает.
Вы что молчите? Вы обиделись? (Подходит к креслу.) Вы… вы… заснули. (Некоторое время молча стоит у кресла. Потом берет будильник, заводит его. Садится на тахту. Берет книгу. Поднимает голову вверх, явно что-то загадывая. Но книгу не раскрывает, медлит.)
Звонок в дверь. Надя вздрагивает, некоторое время сидит, с надеждой глядя на Виктора. Тот не просыпается. Надя на цыпочках подходит к входной двери. В нее уже барабанят.
Томка, это ты? Тихо, Томочка, тихо! Не шуми. Я сейчас открою. Только ты тихо. Он спит! Он устал и заснул!
А. Трушкин
НАГЛЯДНЫЙ УРОК
Комедия в одном действии
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
ИВАН СЕРГЕЕВИЧ.
ГАЛИНА ФЕДОРОВНА.
НАТАША.
ВИКТОР.
ВЛАДИСЛАВ ГЕОРГИЕВИЧ.
МИХАИЛ.
ПОСЕТИТЕЛИ МАГАЗИНА.
Салон мебельного магазина. В левой части сцены вход в магазин. Рядом с дверями стол продавца-консультанта. В правой части – дверь с вывеской «Директор» и касса. По салону расставлены различные предметы современной мебели. На каждом предмете табличка: «Образец». На переднем плане несколько стульев. Входят И в а н С е р г е е в и ч и Г а л и н а Ф е д о р о в н а.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Где же они? Может, проспали?
И в а н С е р г е е в и ч (смотрит на часы). Договорились – прямо к открытию.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. С него станется совсем не прийти.
И в а н С е р г е е в и ч. Ну что ты, ей-богу? Придираешься к парню.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. За дочь боюсь. Одеты кое-как, обставлены кое-как, в холодильнике ничего. Что они приобрели за целый год? Другие, посмотришь, зарабатывают меньше его, а имеют больше.
И в а н С е р г е е в и ч. Не все сразу. Заторможенный он чуть, расшевелится.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Будет с ним мучиться всю жизнь.
И в а н С е р г е е в и ч. Подожди, еще такой хват вырастет дивный. Посмотрит, как люди живут, позавидует, Наталья со своей стороны подтолкнет. А зачем я все это затеял? Чтобы он видел – в очередях не много выстоишь, хочешь жить хорошо – будь понастырнее… понахальнее… Дам ему наглядный урок.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а (оглядывается). Пойдем пока мебель посмотрим.
Уходят. Справа выходит М и х а и л – молодой флегматичный продавец.
Г о л о с з а ш к а ф о м. Михаил, сервант выносить?
М и х а и л (оборачивается, думает). Не трогай. (Скрывается за мебелью.)
С улицы в салон входят Н а т а ш а и В и к т о р – молодая супружеская пара.
Н а т а ш а. Что-то их не видно.
В и к т о р. Спят, наверное. У тебя нет такого ощущения, будто ты едешь в автобусе без билета?
Н а т а ш а. Ну и что? Зато у нас будет гарнитур.
В и к т о р (оглядывается). В мире бизнеса… Знаешь, я не люблю деловых людей.
Н а т а ш а. Почему?
В и к т о р. Они все могут.
Н а т а ш а. Это плохо?
В и к т о р. Конечно.
Н а т а ш а. Почему?
В и к т о р. Они всегда кого-то обходят.
Н а т а ш а. А мне деловые люди нравятся.
В и к т о р (смеется). Тебе гарнитур нравится.
Н а т а ш а (капризно). Нет, не гарнитур.
Виктор смеется. Ничего нет смешного.
В и к т о р. Если бы тебе нравились деловые люди, ты бы за меня замуж не вышла.
Н а т а ш а. Может, я ошиблась.
В и к т о р (улыбается). Нет, не ошиблась… Пойдем отсюда? В кино.
Н а т а ш а. Ты все только рассуждаешь, поэтому тебе и это не так, и то не эдак. А критерий истины – практика!
В и к т о р. Срезала.
Н а т а ш а. Да, тоже кое-что знаем. Ты вот попробуй хоть пять минут побыть деловым человеком.
Виктор улыбается.
И не смотри на меня, как на дурочку. (Отворачивается.)
В и к т о р (задумчиво смотрит на жену). Хорошо, давай проверять практикой.
Н а т а ш а (поворачивается к мужу, берет его под руку). Что плохого, если есть связи? Тебя ведь не воровать заставляют.
Виктор кивает.
Просто тебе нужно быть чуточку поэнергичнее, поактивнее. Понимаешь, ты излишне деликатен. Это уже какой-то атавизм.
Появляются И в а н С е р г е е в и ч и Г а л и н а Ф е д о р о в н а.
И в а н С е р г е е в и ч. Горазды вы спать. (Здоровается с Виктором.)
Наташа целуется с матерью.
Ждем, ждем их. Ну что? Вы на какой гарнитур записались, на «Светлану»?
Н а т а ш а. Да, папочка.
И в а н С е р г е е в и ч. Наталья, небось, спит и видит?
В и к т о р. Видите ли, Иван Сергеевич, что касается гарнитура, во-первых, мы стоим в очереди и время терпит…
И в а н С е р г е е в и ч. Попробуем достать. Лучше раньше, чем позже.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Конечно. А так всю жизнь проведете на матраце в пустой комнате.
В и к т о р. Я не знаю, как это сделать.
И в а н С е р г е е в и ч. Надо – значит, сделаем.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Для семьи чего не сделаешь.
Появляется и исчезает высокий мужчина с блокнотом, В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч.
И в а н С е р г е е в и ч. Деньги взяли?
В и к т о р. У нас только шестьсот рублей.
И в а н С е р г е е в и ч. Мы добавим.
В и к т о р. Здесь очередь, список. Ведь никто не пропустит нас вперед, а завозят их всего штук шесть в день.
И в а н С е р г е е в и ч. А тебе зачем больше? Что тебе, одного не хватит?
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Иван, там при входе милиционер стоял.
И в а н С е р г е е в и ч. Да? Он, что, может гарнитур достать?
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Нет… Поосторожнее надо быть.
И в а н С е р г е е в и ч. Ладно, будем поосторожнее. (Виктору.) С чего начнем?
В и к т о р. Это не моя стихия, Иван Сергеевич.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Нам что делать, Иван?
И в а н С е р г е е в и ч. Ничего, гуляйте себе.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а и Н а т а ш а уходят.
(Виктору.) Пришел – осмотрись. Первое, что нужно сделать. (Оглядывается.) Осмотрелись… Что делаем?
В и к т о р. Не знаю.
И в а н С е р г е е в и ч. Наверно, надо поговорить с кем-нибудь?
В и к т о р. Наверно.
И в а н С е р г е е в и ч. С кем? Тоже не знаешь. Без знаний плохо.
Из-за мебели появляется М и х а и л, останавливается недалеко от Ивана Сергеевича и Виктора, смотрит вдаль.
Г о л о с з а ш к а ф о м. Михаил, сервант выносить?
М и х а и л (оборачивается, долго думает). Не трогай. (Медленно уходит.)
В и к т о р. Что же вы?
И в а н С е р г е е в и ч. Терпение, Витя. Точный расчет, терпение и мертвая хватка.
В и к т о р. А не бесполезно это все, Иван Сергеевич?
Справа, озабоченно, по-хозяйски пересчитывая пальцем мебель, движется В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч.
И в а н С е р г е е в и ч (неожиданно подхватывает его под руку). А-а! Я смотрю: он или не он, он или не он? Он! А вот так не скажи мне Дубровский, что ты здесь, не узнал бы, честное слово.
Владислав Георгиевич растерянно улыбается.
(Горько.) Что время делает! Встретились бы на улице – разошлись. (С укором.) Ты что-то запустил себя. (Виктору.) Он старше меня выглядит?
Виктор послушно кивает.
Ну вот. А моложе на целый год. (Владиславу Георгиевичу.) Дома как?
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч (неуверенно). Ничего.
И в а н С е р г е е в и ч. Здоровье более-менее?
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Когда как.
И в а н С е р г е е в и ч. Как у всех. (Спохватывается.) Познакомься – зять мой. Астрофизик. Комету тут открыл недавно.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Комету?
И в а н С е р г е е в и ч. Натурально. А как земные дела прижали, так к тебе.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Ну правильно, у каждого свой профиль. (Кому-то из покупателей.) Здравствуйте. (Ивану Сергеевичу.) Без звезд плохо жить.
И в а н С е р г е е в и ч. Без звезд плохо, а без мебели совсем нельзя. (Виктору.) Представься, что ты стоишь, неудобно разговаривать.
В и к т о р. Извините. Пронин… Виктор Олегович.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Шубин Владислав Георгиевич… заместитель директора.
И в а н С е р г е е в и ч. Ты разве заместитель?
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Да.
И в а н С е р г е е в и ч. А Дубровский мне говорил – директор.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Пока еще заместитель. Простите, я отойду на секунду. (Отходит к столу продавца-консультанта, что-то переписывает к себе в блокнот.)
В и к т о р. Я не астрофизик, Иван Сергеевич, я биолог.
И в а н С е р г е е в и ч. Ну и что?
В и к т о р. Какую комету я открыл?
И в а н С е р г е е в и ч. А какую?
В и к т о р. Это я спрашиваю: какую?
И в а н С е р г е е в и ч. Неважно, надо к делу переходить, иначе мы с тобой проторчим здесь до вечера. Сейчас купим гарнитур, расскажешь про свою биологию.
В и к т о р (не сразу). Вы давно его знаете?
И в а н С е р г е е в и ч. Шубина?
В и к т о р. Да.
И в а н С е р г е е в и ч. Первый раз вижу… Ну что ты рот открыл? Закрывай.
В и к т о р. А Дубровский… это кто?
И в а н С е р г е е в и ч. Ну как же ты не знаешь!.. Владимир Дубровский… литературный герой. В жизни я такого не знаю, и Шубин не знает, но он еще не знает, что я не знаю. А деловой человек, Виктор, дорожит знакомствами – в этом весь секрет.
В и к т о р. Наверное, Иван Сергеевич, по-своему, вы гениальный человек.
И в а н С е р г е е в и ч (похлопывает зятя по плечу). Опыт. Разве плохо: пришел – взял?
В и к т о р. Я не говорю, что плохо.
И в а н С е р г е е в и ч. Время экономишь, нервы, жена довольна. Все связано между собой, правильно?
В и к т о р. Да, но есть еще этическая сторона…
И в а н С е р г е е в и ч. Что философствовать? Мебель или есть, или ее нет. Лучше, когда есть.
Владислав Георгиевич стоит вполоборота к Ивану Сергеевичу, наблюдает за ним.
Посмотри на него – вспоминает, кто такой Дубровский.
Виктор смеется.
Я люблю такие минуты, честное слово! Зацепил кого нужно и потихоньку подтягиваешь к себе. Он от Дубровского не отречется. Человек осторожный, я вижу.
Появляются Г а л и н а Ф е д о р о в н а и Н а т а ш а, подходят к мужьям.
В и к т о р (Наташе). Слушай, это коррида какая-то! Романтика двадцатого века!
И в а н С е р г е е в и ч. Он молодец, я думал – растеряется.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Что ему теряться? Он мужчина.
В и к т о р (Наташе). Отец твой гений. Я первый раз почувствовал себя человеком.
Н а т а ш а (улыбается). Ну и хорошо.
Владислав Георгиевич направляется к Ивану Сергеевичу.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а и Н а т а ш а уходят.
И в а н С е р г е е в и ч. Слава, а ты знаешь, где я Дубровского встретил?
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Где?
И в а н С е р г е е в и ч. В приемной у твоего начальства. Вхожу – шум, крик. Что такое?! Дубровский!
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч (смеется). Это похоже на него.
И в а н С е р г е е в и ч. Я его два года не видел. Вернулся из загранпоездки, смотрю – он не изменился совсем. Курить только больше стал.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Одну за одной?
И в а н С е р г е е в и ч. Ну да. Пообедали с ним в ресторане…
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч (кивает кому-то). Здравствуйте.
И в а н С е р г е е в и ч. Обменялись новостями. Я ему говорю: дочь замуж выдал, обставиться надо молодым. Он мне сразу – поезжай к Шубину.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Ну правильно. (Виктору.) Гарнитур, наверное?
В и к т о р. Да.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Какой?
В и к т о р. «Светлана».
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Со «Светланой» потруднее будет. Сейчас я узнаю у ребят. (Ивану Сергеевичу.) В отгулах был два дня. Шура приехала, свояченица, надо было помочь достать кое-что.
Иван Сергеевич понимающе кивает.
Тоже ведь не откажешь.
И в а н С е р г е е в и ч. Ну конечно.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Сейчас узнаю, одну минуточку. (Оглядывается.) Погуляйте пока.
И в а н С е р г е е в и ч и В и к т о р уходят. Владислав Георгиевич топчется на месте, смотрит на часы, достает блокнот, что-то пишет. Появляется М и х а и л.
Г о л о с з а ш к а ф о м. Михаил, сервант выносить?
М и х а и л (оборачивается, не сразу). Пусть постоит. (Медленно подходит к Владиславу Георгиевичу, заглядывает в блокнот.) Что это вы все пишете?
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч (вздрагивает). Да так, чтобы не забыть.
Михаил, постояв еще немного около Владислава Георгиевича, отходит. Появляются И в а н С е р г е е в и ч и В и к т о р.
И в а н С е р г е е в и ч. Ну что, Слава?
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Есть один гарнитур, директор кому-то из своих оставил, но третий день уже стоит. Ревизия нагрянет – голову оторвут. Сейчас я выпишу – и в кассу. (Виктору.) Готовьте тысячу.
В и к т о р. Я знаю. Спасибо.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Не за что.
И в а н С е р г е е в и ч. Слава, ты ребятам скажи, мы отблагодарим.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Не надо ничего.
В и к т о р. Почему же?
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Ни в коем случае. У нас образцовое обслуживание. (Оглядывается.) Сейчас… Что-то я не вижу его. Да! Будет кто интересоваться, говорите: взяли бракованный. (Оглядывается.) Михаил, на минуточку. (Догоняет продавца, скрывается с ним.)
Появляются Г а л и н а Ф е д о р о в н а и Н а т а ш а.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Ну как? Все в порядке, Иван?
И в а н С е р г е е в и ч. Что?
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Хватит тебе разыгрывать нас.
И в а н С е р г е е в и ч. В кассу – и грузить.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. У тебя талант, Иван. Тебе надо памятник поставить.
И в а н С е р г е е в и ч. Еще чего? Опять мне доставать.
В и к т о р. Я достану, Иван Сергеевич!
Все смеются.
А что? Я вкус почувствовал. У меня к этому определенно есть склонности. (Вдохновенно.) Но, конечно, я все поставлю на широкую ногу. (Наташе.) Этот гарнитур мы продадим!
Н а т а ш а. Зачем?
В и к т о р (Ивану Сергеевичу). У меня на работе один готов переплатить, мы недавно как раз с ним разговаривали. Надо пользоваться. (Наташе.) Займем у твоих еще триста и купим за тысячу пятьсот.
И в а н С е р г е е в и ч. Я не дам…
В и к т о р. Дадите. (Наташе.) Его потом тоже продадим за тысячу пятьсот. Нет! За тысячу восемьсот. Триста возвращаем, у нас пятьсот рублей чистой прибыли. Покупаем «Светлану». (Ивану Сергеевичу.) Я сейчас вспомнил, у меня школьный приятель в мехах сидит. (Наташе.) Договорюсь с ним, купим шапки.
Наташа испуганно смотрит на мужа.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Витя, зачем крайности? Какие-то шапки…
В и к т о р. В моем возрасте уже имеют машины, дачи. Чем я хуже?
Появляется В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч.
И в а н С е р г е е в и ч. Ну, все. Будет кто спрашивать, говорите: взяли бракованный.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч (подходит). Пойдемте подпишем счет. (Направляется к кабинету директора.)
Все следуют за Владиславом Георгиевичем.
Приготовьте деньги. (К очереди в кассу.) Товарищи, чей ребенок бегает по залу? Настоятельная просьба ко всем: детей от себя не отпускайте. (Останавливается перед кабинетом.) Подождите здесь. (Входит в кабинет.)
В и к т о р (Ивану Сергеевичу). «Жигули» за сколько можно загнать?
И в а н С е р г е е в и ч (холодно). Не знаю… Ты купи сперва.
В и к т о р. Большие дела – большие деньги, так?
И в а н С е р г е е в и ч. Ты увлекся.
Н а т а ш а. Витя…
В и к т о р (Галине Федоровне). Нет, машину хорошо. Покупаем также.
Н а т а ш а. Витенька, успокойся, не нужно…
В и к т о р. Купим и продадим.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Посадят.
В и к т о р. Может, и нет.
Из кабинета выходит В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч (за дверью). Я вернусь минут через пять. (Закрывает дверь, подходит к Ивану Сергеевичу, протягивает чек.) «Светлана», тысяча рублей, подпись директора – все как положено.
И в а н С е р г е е в и ч. Спасибо, Слава, помог.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. В кассу – и получать. Если что нужно, я здесь буду, рядом.
И в а н С е р г е е в и ч. Хорошо.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч скрывается.
(Виктору.) Давай деньги.
В и к т о р (достает деньги). Ровно шестьсот, Иван Сергеевич, можно не пересчитывать.
И в а н С е р г е е в и ч. А мы пересчитаем. (Пересчитывает деньги.) Правильно, шестьсот. (Наташе.) Пойди займи очередь в кассу.
Н а т а ш а. Никуда я не пойду.
В и к т о р. Я займу. (Отходит.)
Иван Сергеевич достает свои деньги, пересчитывает.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Сколько ты думаешь дать этому Славе?
И в а н С е р г е е в и ч. Нисколько. Друг детства.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Правильно.
Иван Сергеевич идет к Виктору, встает в очередь.
В и к т о р (подходит к Наташе). Твой отец показал нам, как нужно жить.
Н а т а ш а. Я не хочу так жить. Я не хочу, чтобы ты становился деловым человеком! Слышишь?
В и к т о р. Что за капризы?
Н а т а ш а. Это не капризы. Я тебе серьезно говорю.
В и к т о р. Перестань.
Появляется В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч, оглядывает очередь, подходит к Ивану Сергеевичу, затем идет к кассе. Иван Сергеевич направляется к своим.
И в а н С е р г е е в и ч. Сейчас он выбьет.
Видно, как на заднем плане Владислав Георгиевич, коротко объяснившись с очередью, застывает напротив кассы.
В и к т о р (Ивану Сергеевичу). С машиной я передумал, ерунда.
И в а н С е р г е е в и ч. Конечно, ерунда.
В и к т о р. Надо придумать что-то покрупнее.
Н а т а ш а (тихо). Или я, или все эти махинации.
В и к т о р. Почему?
Н а т а ш а. Не почему. Выбирай – и все.
Владислав Георгиевич отходит от кассы, кивает Ивану Сергеевичу.
И в а н С е р г е е в и ч. Пошли. (Направляется к Владиславу Георгиевичу.)
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч (не выпуская из рук чеки). Давайте я доведу все до конца. Сюда, пожалуйста. (Кричит.) Михаил!
Все выходят на середину сцены.
(Ивану Сергеевичу.) Гарнитур можете проверить.
И в а н С е р г е е в и ч. Молодые берут, пусть они и проверяют.
Справа появляется М и х а и л, оглядывает зал.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Михаил! (Направляется к нему, отдает чек, что-то объясняет на ухо, указывая на Ивана Сергеевича.)
Михаил идет к рядам стульев.
(Подходит к Ивану Сергеевичу.) Идите за ним, я пока машину найду для вас.
И в а н С е р г е е в и ч. Большое спасибо, Владислав, за помощь.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Не за что.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Большое спасибо вам.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Пожалуйста, пожалуйста. Что нужно будет, заходите в любой момент, я всегда здесь.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Спасибо.
В л а д и с л а в Г е о р г и е в и ч. Пожалуйста. Таким людям, как вы, всегда рад помочь.
Все улыбаются. Владислав Георгиевич раскланивается, отходит.
И в а н С е р г е е в и ч (Галине Федоровне). Пойдем. (Смотрит на часы, Виктору.) Вся операция заняла сорок минут.
Владислав Георгиевич смотрит на часы, направляется к выходу и уходит.
Пошли.
Михаил ожидает подходящих Ивана Сергеевича, Галину Федоровну, Виктора, Наташу.
М и х а и л (показывает на стулья). Пожалуйста. (Галине Федоровне.) Вам какого цвета?
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Что?
М и х а и л. Обивку какого цвета?
Г а л и н а Ф е д о р о в н а (Ивану Сергеевичу). Я не понимаю.
И в а н С е р г е е в и ч. Тебе предлагают стул, Галя.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а (слегка конфузясь). Спасибо. Малинового, если можно.
И в а н С е р г е е в и ч (Виктору). Встречают по платью, провожают по уму.
М и х а и л (подает стул). Пожалуйста.
Галина Федоровна садится. Все выжидающе смотрят на Михаила.
И в а н С е р г е е в и ч. Мы Владислава Георгиевича ждем?
М и х а и л. Не знаю. (Галине Федоровне.) Устраивает вас?
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Что?
М и х а и л. Стул.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Вполне.
М и х а и л (накалывает чек). Благодарим за покупку.
И в а н С е р г е е в и ч. Это мы вас благодарим.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Очень тронуты вашей предупредительностью. Не часто встретишь сейчас, особенно среди молодежи редкое качество.
М и х а и л (вдохновенно). Есть еще стулья с фигурной спинкой. (Показывает Галине Федоровне.) В ту же цену, но обивка – сукно.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Не беспокойтесь.
И в а н С е р г е е в и ч (Михаилу). С грузовым такси у вас проблем нет?
М и х а и л. Никогда.
И в а н С е р г е е в и ч. Что – никогда?
М и х а и л. Никогда нет проблем. (Галине Федоровне.) Есть еще стулья за двенадцать рублей, но только с синей обивкой и прокладка поролоновая.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а (растерянно смотрит на мужа, Михаилу). Спасибо, ничего больше не нужно.
И в а н С е р г е е в и ч. Он сюда придет?
М и х а и л. Кто?
И в а н С е р г е е в и ч. Владислав Георгиевич.
М и х а и л. Кто?
И в а н С е р г е е в и ч. Заместитель ваш.
М и х а и л. У меня нет заместителя.
И в а н С е р г е е в и ч. У вас нет, а у вашего директора есть.
М и х а и л. У директора тоже нет.
И в а н С е р г е е в и ч. А Владислав Георгиевич кто?
М и х а и л. Какой Владислав Георгиевич?
И в а н С е р г е е в и ч. Шубин Владислав Георгиевич.
Михаил молчит.
(Терпеливо.) К вам подошел человек, отдал наши чеки, так?
М и х а и л. Ну.
И в а н С е р г е е в и ч. Как его зовут?
М и х а и л. Кого?
И в а н С е р г е е в и ч. Человек, отдал вам наши чеки! Он вас знает, называет по имени! Вас Михаилом зовут?
М и х а и л. Ну.
И в а н С е р г е е в и ч. А его как зовут?
М и х а и л. Кого?
И в а н С е р г е е в и ч. Человека этого!
М и х а и л. Не знаю. Я его первый раз вижу.
Иван Сергеевич и Галина Федоровна испуганно переглядываются.
И в а н С е р г е е в и ч (кричит). Он вам наши чеки отдал?!
М и х а и л (спокойно). Ну.
И в а н С е р г е е в и ч. Что он вам говорил?
М и х а и л. Сказал, что вы инвалид войны, надо обслужить повежливее.
И в а н С е р г е е в и ч. Вы товар должны отпустить!
М и х а и л. Отпустил.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Где он?
М и х а и л. Кто?
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. С ума сойти! Товар где?
М и х а и л. Сидите на нем.
И в а н С е р г е е в и ч. Подожди, Галя, с ним не так надо. (Подходит к Михаилу.) Чек наш где?
М и х а и л. Вот.
И в а н С е р г е е в и ч. Какая на нем стоит сумма?
М и х а и л. Семь пятьдесят.
И в а н С е р г е е в и ч. Это не наш чек!
М и х а и л. А ваш где?
И в а н С е р г е е в и ч (Виктору). Не выпускай его отсюда. (Бежит к выходу.)
Г а л и н а Ф е д о р о в н а (Михаилу). Что вы говорите? Мы ведь отдали вам чек на гарнитур «Светлана».
М и х а и л (спокойно). Сегодня «Светланы» нет.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Тогда верните деньги.
М и х а и л. Пожалуйста. (Расписывается на чеке, протягивает Галине Федоровне.) Пройдите в кассу.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Там отдадут?
М и х а и л. Конечно.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Все?
М и х а и л. Всю сумму.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а (встает). Сколько?
М и х а и л. Семь пятьдесят.
Галина Федоровна оседает на стул. М и х а и л уходит.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а (дрожащим голосом). Что же это такое?
Н а т а ш а. Успокойся, пожалуйста.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Дожили! Грабят среди белого дня у всех на виду – и никому дела нет! К директору, в кассу – без очереди, и все молчат, как будто так и надо, как будто их не касается!
Н а т а ш а. Мама, возьми себя в руки.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Кто-то должен порядок навести!
Н а т а ш а. Прекрати, мама.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Тут одна шайка. Их надо вывести на чистую воду! (Встает, направляется к кабинету директора, скрывается в нем.)
Н а т а ш а. Зачем мы только сюда пришли?
В и к т о р. Ну ничего, нет худа без добра. Зато теперь муж у тебя – деловой человек. Это дорогого стоит.
Н а т а ш а. Почему он нас так бессовестно обманул?
В и к т о р. Мы дали ему хороший повод.
Возвращается Г а л и н а Ф е д о р о в н а.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а (сдерживает слезы). Никакой он не заместитель. Я его описала, директор говорит: «Заходил такой, жаловался, что сегодня гарнитуров нет. Шумел: «Я этого так не оставлю, вы меня еще не знаете, я – Дубровский».
Н а т а ш а. Дубровский? Он жулик.
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Конечно, жулик.
Влетает И в а н С е р г е е в и ч, победно потрясает пачкой денег.
И в а н С е р г е е в и ч. Хотел уйти от меня. От меня!
Г а л и н а Ф е д о р о в н а (радостно). Иван! Я даже не верю.
И в а н С е р г е е в и ч. Я сам не верю. (Садится на стул.) Сейчас отдышусь… Ну шельма! Ну шельма!
Г а л и н а Ф е д о р о в н а. Кто?
