Текст книги "«Любовь» и другие одноактные пьесы"

Автор книги: Марина Цветаева

Соавторы: Людмила Петрушевская,Анатолий Трушкин,Евгений Богданов,Семён Злотников,Виктор Штанько,Александр Мишарин,Владимир Попов-Равич,Афанасий Салынский,Дайнис Гринвалд,Виктор Ольшанский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Т о л я. Кого это?

С в е т а. Да так.

Т о л я. Я повторяю, что вообще не любил ни одной.

С в е т а. Но тебе нравились.

Т о л я. Кто?

С в е т а. Кандидатуры.

Т о л я. С этим я спорить не буду. Кандидатуры, конечно, мне нравились, как дикому человеку из нахимовского училища.

С в е т а. Ну так не все ли равно, как назвать – нравились или любил?

Т о л я. Любить и нравиться – разные понятия, просто разные.

С в е т а. Ты откуда знаешь? Ты ведь не любил никогда, ты не можешь сравнивать.

Т о л я. Да, я не любил никого и никогда, я не в состоянии просто любить. Я урод в этом отношении.

С в е т а. Будем называть любовью то, что тебе все нравились. Просто назовем так. Неважно, как называть. Ты всех любил, тогда ты и меня любил?

Т о л я. Я не могу любить.

С в е т а. Но тебе нравились твои кандидатуры?

Т о л я. Сначала да, а потом меня от них как бы отбрасывало.

С в е т а. Не тебя отбрасывало, а тебя отбрасывали.

Т о л я. Нет, именно меня как бы отбрасывало. Я часто в мыслях применял это выражение: снова меня отбрасывало. Как бы отбросило. Что поделать, я отметал одну кандидатуру за другой.

С в е т а. Но меня ты выделял одну из всех?

Т о л я. В какой-то степени да.

С в е т а. А все тебе нравились.

Т о л я. Я тебя выделил одну из всех, но потом.

С в е т а. До выпускного вечера?

Т о л я. До? Нет, после. Гораздо после, и в Свердловске я по-настоящему о тебе стал думать. Ты меня как-то устраивала, успокаивала, ты мне часто вспоминалась как единственная.

С в е т а. Но на выпускном вечере ты танцевал опять-таки с Фаридой.

Т о л я. Она ведь уезжала навсегда, прощальный вальс.

С в е т а. А Кузнецова была уже с животом.

Т о л я. Я, представь себе, не помню. Ты все помнишь.

С в е т а. Тогда давай все это дело сведем к одному. Тебе все нравились, ты всех, скажем, любил.

Т о л я. Опять нет.

С в е т а. А меня из всех ты выделял. Я была как бы обратный пример.

Т о л я. Ты – да, ты – другое дело, я говорил.

Света тяжело замолкает.

Света! Свет! Светоч! А?

С в е т а. Ты потому и думал обо мне как о последнем варианте, который остается, когда все другие отпадают. Последний запасной вариант, который не подведет уж при всех условиях. Так?

Т о л я (идет к Свете). Иди сюда.

С в е т а (идет от него вокруг стола). Самый простой и легкий путь оставлен на потом. Где тебе не откажут, не мордой об стол. Ты меня одну никогда и не любил.

Т о л я. Я никого… (Садится.) А что такое любить? Что хорошего? Что это дает? Вон твоя же Кузнецова любила Колю страстной ответной любовью и вышла за него, а теперь они друг другу так показывают (крутит пальцем у виска), а ребенок сидит на горшке посреди комнаты и орет.

С в е т а. Ты откуда это знаешь?

Т о л я. Я ночевал у них. Две ночи.

С в е т а. Значит, ты у них скрывался.

Т о л я. Почему – скрывался?

С в е т а. А как назвать? Позвонил только за два дня до свадьбы и снова исчез. Конечно, скрывался. Могли бы вместе походить, что-то сделать.

Т о л я. Я кольца купил, что еще надо было, месяц назад купил и тебе отдал на сохранение.

С в е т а. Но что теперь говорить, что это был за месяц.

Т о л я. Был хороший месяц, я прожил хорошо и в ожидании много сделал, думал тебя увидеть.

С в е т а. А потом почему ты приехал в Москву и меня не захотел увидеть? Позвонил только: встретимся в одиннадцать, я приведу свидетелей.

Т о л я. Ужин заказал в ресторане.

С в е т а. Мы так хорошо могли походить, погулять это время.

Т о л я. Но как-то оно прошло, и теперь самое главное есть, то есть мы без помех поженились и не передумали. Встретились бы до свадьбы – пошли бы разговоры, кривотолки у нас, что да как, да кто любил.

С в е т а. Сейчас-то все равно мы разговариваем.

Т о л я. А сейчас все уже позади.

С в е т а. Какой хороший был месяц! Листья пахли.

Т о л я. Да?

С в е т а. Я много не спала.

Т о л я. Все прошло.

С в е т а. А ты приехал – сразу к Кузнецовой ночевать пошел. Пошел навещать свою старую любовь.

Т о л я. Мне надо было переночевать.

С в е т а. Необязательно.

Т о л я. Как – необязательно? Человеку же надо ночевать, спать.

С в е т а. У нас бы поночевал.

Т о л я. Неудобно.

С в е т а. Сегодня-то ты собрался здесь ночевать?

Т о л я. Да. Но сегодня мы уже поженились. Расписались.

С в е т а. Значит, сегодня тебе не будет неудобно?

Т о л я. Сегодня – по закону.

С в е т а. По закону не стыдно. По бумажке. А только ведь бумажка появилась, все остальное то же самое.

Т о л я. Это многое меняет.

С в е т а. Ты получил право теперь надо мной?

Т о л я. Конечно.

С в е т а. А как ты можешь? Ты ведь меня не любишь. Как же ты сможешь ко мне прикоснуться?

Т о л я. Как муж прикасается к жене. (Не двигается с места.) Ты теперь моя жена.

С в е т а. И не подходи ко мне, ты меня не любишь.

Т о л я. Только теперь я тебя узнаю.

С в е т а. Конечно, ты думал, что если все тебя отбросили, то я не отброшу.

Т о л я. Только теперь я узнаю, почему те двое не решились.

С в е т а. Тебя же все отбросили, сто пятьдесят человек.

Т о л я. А были серьезные причины у них, и один это почувствовал и второй. Один за другим. Теперь я понимаю.

С в е т а. Кузнецова с удовольствием рассказывала, как ты стоял на лестнице, и трясся, и повторял: «Выходи замуж», а она в ответ: «Да кто меня возьмет, да не за кого, и кому я нужна». А сказать: «Мне нужна» – побоялся, потому что знал, что ответят.

Т о л я. Я покраснел?

С в е т а. Ты покраснел.

Т о л я. Будет дождь.

С в е т а. Мама промокнет, зонта не взяла. Теперь я понимаю, почему ты два дня в Москве проводил без меня. Ты боялся, что я тебя тоже раньше времени отброшу.

Т о л я. Нет. Я мамы твоей стеснялся.

С в е т а. Ты же ведь знал это и шел на это. Я сказала, что мама всегда будет жить с нами, что я всегда буду жить с матерью, даже когда мы построим твой кооператив.

Т о л я. Да живи, кто мешает.

С в е т а. Я сегодня лягу с мамой, ты у нас переночуешь на своих стираных-глаженых, а завтра пойдем подадим на аннулирование брака.

Т о л я. Я пойду ночевать к Коле.

С в е т а. Зачем, только новости придется носить, рассказывать, что и как. Кому это важно. Переночуй здесь. Ты – на моей кровати, будет удобно, как в поезде. Ни в чем тебе не идут навстречу, ни в одной женитьбе.

Т о л я. Неизвестно, кому повезло.

С в е т а. Вообще, знаешь? Действительно, собирай свой чемодан и иди и можешь сказать, что тебя опять отбросило.

Т о л я. А мне его не надо собирать, я его не разбирал.

С в е т а. Вот и иди.

Т о л я. Аннулировать как будем?

С в е т а. Не знаю, все равно. Ты подай заявление, я подам свое. Чего мы вместе пойдем, дружной семьей?

Т о л я. Тогда извини.

Входит  Е в г е н и я  И в а н о в н а.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Добрый вечер.

С в е т а. Ты, мам? Чего это ты так рано?

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Добрый вечер.

С в е т а. Еще вечер.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Добрый вечер.

Т о л я. Вечер добрый.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Вечер добрый, зять.

С в е т а. Мам, что ты?

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Что я рано приехала? Да я поехала было в Подольск, а потом раздумала, что я без приглашения, заранее не предупредила, все ведь у нас не как у людей, все неожиданно навалилось: тут и туфли, и платье, и ночевка. С бухты-барахты ночевать собралась у людей. Кто мне они? У меня есть своя, кстати, кровать, я никому на ней не помешаю, уши заложу. Я здесь живу и никуда не денусь, хоть лопните.

Т о л я. Да я ухожу, не беспокойтесь.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. А я вам не помеха, делайте что надо.

Т о л я. Я все равно ухожу, совсем.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. А, уходишь, ну иди. Ты мне сразу не подошел, думаю, чего моя Светка страдает? А ему нужна московская прописка, только всего, фиктивный, оказывается, брак.

Т о л я. Почему – фиктивный?

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Не пудри мозги, не пудри. Никто хуже моей Светы не нашелся на него позариться.

Т о л я. Зачем так говорить?

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Нужен ты нам. Мы и вдвоем прекрасно проживем, хоть обе старые, обе больные, но проживем. Я без мужика, в холодной постели тридцать лет сплю, и она поспит. Лучше, чем с тобой. С тобой только трудности житейские будут. Иди без оглядки.

С в е т а. Почему он должен уходить? Ему некуда уходить. Он здесь имеет все права.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Да он сам хочет уйти, ты не видишь?

С в е т а. Что ты вмешиваешься?

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Это моя комната, посторонним здесь нечего делать. Я же вижу, я не слепая. Постель-то не мятая. Фиктивно за него вышла, зачем тебе этот позор-то! Штамп захотела получить?

Т о л я. Она не фиктивно, мы не фиктивно…

С в е т а. Может, нам вообще лучше уйти? Толь, пошли отсюда.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Да что ты-то собралась! Я его не пускаю, он все нахрапом действует, а увидишь: получит прописку, построит квартиру – и нас погонит, вот увидишь. Я его не пускаю. Он только обрадуется уйти. Иди-иди. Один день побыл в Москве – предложение, а она приняла. Потом исчез, где, неизвестно, время проводил, а ты все ждала, все бегала к телефону, за других. Уходи-ка, не стой на дороге. (Наступает на Толю.)

Он отступает к двери.

С в е т а. Толя, подожди, я оденусь, подожди-ка. (Надевает туфли, морщится.)

Т о л я. Надень другие, эти режут.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Куда ты за ним побежала?

С в е т а. Растоптанные?

Т о л я. Неизвестно, сколько ходить придется.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Иди-иди. Вот тебе чемодан, улепетывай. (Загораживает спиной Свету.)

С в е т а. Погоди, мне надо что-нибудь собрать.

Т о л я. Все есть. Что надо, утром купим.

С в е т а. Деньги тратить теперь нельзя так.

Т о л я. Плащ возьми, дождь будет.

С в е т а. Ты покраснел.

Т о л я. Затылок ломит.

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Ну и иди. (Вытесняет его за дверь.)

Он приоткрывает дверь силой.

Раздавлю!

С в е т а (хватает его за протянутую в щель руку). Толик! (Уходит.)

Е в г е н и я  И в а н о в н а. Начинается житье!

В. Попов
ЧУЖАЯ ТЕРРИТОРИЯ
Пьеса в одном действии, двух картинах

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ОЛЕГ БУРЦЕВ – первый секретарь райкома ВЛКСМ.

НИКОЛАЙ КАМЕНЕВ – инструктор райкома ВЛКСМ.

ЛАРИСА ЛЕБЕДЕВА.

ВЯЧЕСЛАВ ПОТАПОВ (БАКЛАН).

ПЕТЯ ГЛАЗКОВ.

КОРШУН.

ЯСТРЕБ.

ЧИРОК.

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Кабинет Бурцева. Конец рабочего дня. О л е г  на своем месте, что-то пишет. Входит  К а м е н е в.

К а м е н е в (протягивает справку). Прошу ознакомиться, Олег Тимофеевич.

Б у р ц е в (продолжая писать). Про что сочинил, Коля?

К а м е н е в. Зоны комсомольского влияния. Справочка на ять. Подмахивай. Завтра везу в обком.

Б у р ц е в (просматривает справку). «Действуют девять зон… закреплены за трудными подростками»… «Операция «Забота»… «Кожаный мяч», «Золотая шайба» и так далее и тому подобное. Да! Большой ты мастер этого жанра.

К а м е н е в (слегка обиделся). Не для себя стараюсь.

Б у р ц е в. Сколько лет ты про эти зоны пишешь?

К а м е н е в. Четвертый.

Б у р ц е в. Без справок, конечно, нельзя… Я вот, знаешь, о чем только думаю… Сколько у нас комсомольцев-оперативников во всех зонах?

К а м е н е в. По списку? Или…

Б у р ц е в. По списку.

К а м е н е в. Двести семьдесят один.

Б у р ц е в. Батальон! Сила! А шпанистых подростков на учете в милиции?

К а м е н е в. Примерно столько ж.

Б у р ц е в. Вот! Именно! Я тут полистал ваши старые отчеты… Лет десять уже это равновесие существует. Странно. Тебе не кажется?

К а м е н е в. До нас началось.

Б у р ц е в. Хорошо бы при нас кончилось. Не нравится мне это равновесие.

К а м е н е в. Живучие они… как тараканы.

Б у р ц е в. Они – это они. Мы плохо шевелимся. Зоны, операции, определенная работа… Все красиво на бумаге…

Входят  Л а р и с а  и  П е т я.

Л а р и с а. Разрешите?

П е т я. Здравствуйте.

Б у р ц е в. Разрешаем. Здравствуйте. Что скажете?

Л а р и с а. Вы заняты? Мы подождем… там.

Б у р ц е в. Бесполезно… В том смысле, что мы всегда заняты. Выкладывайте сразу.

Л а р и с а (волнуясь). Одному человеку надо помочь.

К а м е н е в. Одному? Почему одному? Помогать надо многим. Старым, больным, пьющим, морально неустойчивым, склонным к правонарушениям, стоящим на грани. Ваш из каких?

Л а р и с а. Из таких… На грани… (Всхлипывает.) Извините.

К а м е н е в. Девушка, что вы! Неужели так серьезно? (Усаживает Ларису на стул.)

Б у р ц е в (наливает воду в стакан, дает Ларисе). Успокойтесь. Молодой человек, может, вы объясните?

П е т я. Про что?

Б у р ц е в. Про спутницу. Вы вместе с ней?

П е т я. Первый раз вижу. Пришел – она у вас перед дверью… Сама боялась зайти, со мной пошла.

Б у р ц е в. Ясно. А ты кто вообще?

П е т я. Петя. Глазов Петр, если официально. Семнадцать лет.

К а м е н е в. Серьезно? Мало каши, видно, ел: На акселерата не тянешь.

Б у р ц е в. Какие трудности, Петя?

П е т я. Я вообще-то не знаю.

К а м е н е в. Уже интересно. Седьмой час, Олег Тимофеевич…

Б у р ц е в. Не спеши, Коля. Не каждый день живых людей видим. Ты сам по себе, Петя, или кто послал?

П е т я. Полковник сказал – сюда.

Б у р ц е в. Кто сказал?

П е т я. Полковник.

К а м е н е в. Военком?

П е т я. Нет. Начальник колонии.

Б у р ц е в. Какой начальник?.. Так ты из колонии?

П е т я. Вчера только приехал.

К а м е н е в. Совсем интересно. Ну и как… там?

П е т я. Нормально. Все по сирене. Режим.

Б у р ц е в. Вчера вернулся, сегодня к нам?

П е т я. Полковник на прощание руку пожал. «Не знаешь, говорит, сам куда – дуй прямым ходом в райком комсомола…». Вообще-то я не комсомолец.

К а м е н е в. При чем тогда райком? Чудачок ты, Петя. Вместе с полковником. Тебе не сюда надо.

П е т я. А куда?

К а м е н е в. В исполком. Комиссия по делам несовершеннолетних. Знакомая организация?

П е т я (вздохнул). Знакомая.

К а м е н е в. Вот завтра с утречка, по холодку и топай. К секретарю Анне Петровне. Там тебе направление на работу выпишут. И вперед!

П е т я (с недоумением). Полковник сказал – сюда. (Идет к выходу.)

Б у р ц е в. Постой, Петя. Петр Глазов. Полковник твой не ошибся. (Жестко.) Потому и равновесие, Николай Павлович, что они сами по себе, а мы сами по себе.

К а м е н е в. Ему на работу надо! Не наши функции. Мы не можем…

Б у р ц е в. Можем! Мы много чего можем, Николай Павлович, если займемся конкретным Петей Глазовым. (Пете.) Только вчера, значит?

П е т я. Самому еще не верится.

Б у р ц е в. Профессию какую освоил там?

П е т я. Слесарил.

Б у р ц е в. Красота. Любому заводу требуется. Выбирай, куда хочешь. Завтра с утра позвоню в комитет комсомола. Секретарь сведет тебя в кадры. Если понадобится, и с исполкомом свяжемся.

П е т я. А можно не слесарем?

Б у р ц е в. Не понравилось?

П е т я. Да как-то… Сначала бы, чтоб сирену не вспоминать.

Б у р ц е в. Сначала… Ну что ж, сермяга в этом есть. Только кем… Желание есть какое?

П е т я. Не знаю.

Б у р ц е в. Профессий сотни… Давай так, Петя. Сейчас инструктор Каменев расскажет тебе о предприятиях района. Может, что и выберешь.

К а м е н е в. Пусть подождет, пока мы с девушкой разберемся.

Б у р ц е в. С девушкой я как-нибудь сам. Займись, Николай Павлович. И вообще за Петю отвечаешь лично. Вникни со всех сторон. Определяйся, Петя. А если что, обращайся.

К а м е н е в (смотрит на часы). «Пропел гудок заводской»… Пошли, «полковник»! (Уходит с Петей.)

Б у р ц е в. Успокоилась? Выкладывай, что случилось?

Л а р и с а. Я боюсь… Я не знаю, что делать.

Б у р ц е в. Как помочь одному человеку?

Л а р и с а. Да.

Б у р ц е в. А нужна ему помощь? Может, ты воображаешь, а на деле…

Л а р и с а. Нет-нет, нужна, обязательно. Иначе он совсем…

Б у р ц е в. Что – совсем?

Л а р и с а. Пропадает.

Б у р ц е в. Пропадет?.. Кто он?

Л а р и с а. Славик.

Б у р ц е в. Какой Славик?

Л а р и с а. Потапов.

Б у р ц е в. Почему ты думаешь, что он пропадет?

Л а р и с а. Он такой…

Б у р ц е в. Какой?

Л а р и с а. Слабохарактерный.

Б у р ц е в. Так, давай по порядку. Слабохарактерный Славик в опасности, ты не знаешь, чем помочь, поэтому пришла сюда. Правильно я понял?

Л а р и с а. Да-да, конечно… Вы все правильно…

Б у р ц е в. Неясно только, чем я могу помочь твоему Славику.

Л а р и с а. Он комсомолец.

Б у р ц е в. Комсомолец… В нашем районе двадцать тысяч комсомольцев. Такие экземпляры попадаются!.. Ты в его организацию обращалась?

Л а р и с а. Нет… Я не подумала… У вас двадцать тысяч… Извините. (Встает, хочет идти.)

Б у р ц е в. Ты куда? Это я так… рассуждаю. Почему он пропадает? Кто он вообще такой, Славик Потапов? Твой брат? Одноклассник? Друг?

Л а р и с а. Мы дружили… Еще в восьмом. Он тогда стихи писал и цветы мне дарил… два раза. Я сейчас в десятом, а он в техникуме второй год. Сейчас с ребятами связался нехорошими.

Б у р ц е в. Понятно. И цветов больше не дарит?

Л а р и с а. Вы только не смейтесь. Дело не в цветах… Он пить начал… Чуть не каждый вечер. Ерунда, говорит, захочу – брошу. Но он потом не сможет, я знаю.

Б у р ц е в. А родители куда смотрят?

Л а р и с а. Он ушел от них.

Б у р ц е в. Как – ушел?

Л а р и с а. Они его все ругали, грозились в милицию заявить. Один раз он пришел домой поздно. Они ему дверь не открыли. «Иди, говорят, туда, где пил». Он и пошел.

Б у р ц е в. Куда?

Л а р и с а. В одно общежитие. Он теперь там тайком живет. И погибает совсем.

Б у р ц е в. Ну, ты словами не бросайся. «Погибает»!.. «Слабохарактерный»! А может, плюнешь на него! Ты же интересная девушка, а он без пяти минут алкаш. Посмотри вокруг, парней настоящих сколько…

Л а р и с а. Славика никто-никто не понимает. Если я откажусь… Три дня назад… (Всхлипнула.)

Б у р ц е в. Что – три дня назад?

Л а р и с а. Он попал…

Б у р ц е в. Попал? В милицию?

Лариса отрицательно качает головой.

А куда? Куда попал твой незаменимый Славик?

Л а р и с а. В вытрезвитель.

Б у р ц е в. Веселенькое дело… Я там на днях побывал. Полюбовался на комсомольца одного.

Л а р и с а. Спасите его.

Б у р ц е в (прошелся по кабинету). Тебя как звать?

Л а р и с а. Лариса Лебедева.

Б у р ц е в. Я не всесильный маг и волшебник, Лариса. Сегодня – слабохарактерный, завтра – волевой. Так не бывает… Где его искать, твоего Славика?

Л а р и с а. Я знаю, где они собираются. Каждый вечер. Только вы один не ходите, они страшные. И не говорите Славику, что я была здесь.

Б у р ц е в. Ладно. Сейчас пойдем. Спасать, вижу, надо не откладывая. Да?

Л а р и с а. Это мне в школе секретарь наша Марина Васильевна посоветовала. «Иди, говорит, к Бурцеву, он поможет. Недавно здесь, а скольким помог».

Б у р ц е в. Ну, ты сильно-то не обольщайся. Неизвестно, что еще получится. Мне эти компании не подчиняются. (Заканчивает убирать бумаги со стола.)

Л а р и с а. Пора. Наверное, уже пришли.

Б у р ц е в. Выше нос, Лариса. Все лучшее у тебя впереди. Со Славиком или без него.

Затемнение.

КАРТИНА ВТОРАЯ

Дворовая скамейка. Несколько кустов. Здесь собирается компания Коршуна. Появляются  Л а р и с а  и  Б у р ц е в.

Л а р и с а (шепотом). Вот здесь. Скоро придут. Может, вы завтра, не один?..

Б у р ц е в. Беги домой, Лариса. Звони в райком.

Л а р и с а. Я здесь рядом буду. Если что, вы кричите.

Б у р ц е в. Непременно заору.

Л а р и с а. Я за милицией побегу. Отделение – через два дома. Ой! Идут. (Исчезает.)

Бурцев садится на скамейку, достает газету. Появляется группа молодых людей. Это  К о р ш у н, Ч и р о к, Я с т р е б, П о т а п о в. Их развязные манеры и пестрый внешний вид подтверждают опасение Ларисы. Молчат. Стоят поодаль. В руках у Чирка гитара, на которой он тренькает.

Я с т р е б. Гля, Корш, наше место занято.

Ч и р о к. Здоровый дядя, а комсомольский значок нацепил! Может, снимем? Как ты, Баклан?

П о т а п о в. Мне без надобности.

Я с т р е б. Пнуть его отсюда, Корш?

К о р ш у н. Начни вежливо.

Ястреб жестом приглашает Потапова, вдвоем подходят ближе.

Я с т р е б. Слышь, парень, ты здесь табличку не видел?

Б у р ц е в (выждав паузу). Здравствуйте, ребята.

Я с т р е б. Воспитанный. Ты на вопросы отвечай.

Б у р ц е в. Какую табличку?

Я с т р е б. «Занято».

Б у р ц е в. Всегда?

Я с т р е б. Всегда. Так что гуляй, комсомолец. Пока добром прошу.

Б у р ц е в. Спасибо. Посижу. Располагайтесь, места всем хватит.

Я с т р е б (подходя). Нет, ты что? Плохо понял меня? Катись, говорю.

Б у р ц е в. Ниже на полтона, юноша.

Я с т р е б. Корш! Вежливых слов этот тип не понимает. Врезать ему?

К о р ш у н. Не спеши. Он не торопится, мы тоже. (Делает знак Чирку приблизиться.) Где-то я это лицо видел. Мы с тобой знакомы?

Б у р ц е в. Возможно, встречались.

К о р ш у н. Не в милиции?

Б у р ц е в. Нет.

К о р ш у н. Сказать чего хочешь?

Б у р ц е в. Хочу… Только не со всеми. Со всеми после. Пока с одним.

К о р ш у н. С кем?

Б у р ц е в. С Потаповым Вячеславом.

К о р ш у н. Баклан… Ты его знаешь?

П о т а п о в. Нет.

К о р ш у н. Хочешь поговорить с ним?

П о т а п о в. На кой он мне сдался.

К о р ш у н. Беседа не состоится.

Б у р ц е в. Подумай хорошенько, Потапов. Один раз мы с тобой виделись точно.

К о р ш у н. Где? (Смотрит сначала на Бурцева, потом на Потапова.)

П о т а п о в (после паузы). Не помню.

Б у р ц е в. Врешь, Потапов, помнишь.

П о т а п о в. Не о чем нам разговаривать.

Б у р ц е в. Не скажи. Не каждый день комсомольцы в вытрезвитель попадают. Пошли! (Встает.)

К о р ш у н (Потапову). Стой! Где ты его видел?

П о т а п о в. В вытрезвителе. Он из райкома комсомола.

К о р ш у н. Смотри, откуда занесло!

Я с т р е б. Может, заблудился? Дорогу показать? Шуруй все время прямо.

Ч и р о к (дурашливо). Не ходи с ним, Баклан. Мораль будет читать…

Б у р ц е в. Мне необходимо поговорить с Потаповым.

К о р ш у н. А кто против, комсомол? Воспитывай! Давно умных речей не слышал. Может, все сразу исправимся.

Б у р ц е в. Ну что ж… В таком случае, познакомимся. Бурцев, Олег Тимофеевич. Первый секретарь райкома комсомола.

К о р ш у н. Очень приятно. Коршун. Тоже первый…

Я с т р е б. Только в другой организации.

Б у р ц е в. Фамилия Коршун?

К о р ш у н. И фамилия и имя. Кликуха, одним словом. Лет десять уж дразнят. Привык. А это мои цыплята: Ястреб, Чирок, Баклан.

Б у р ц е в. Птичья стая?.. А по-человечески?

К о р ш у н. Не затягивай процедуру, секретарь. Мы тебя не звали. Говори, что хотел.

Я с т р е б. Забыл, может? Разволновался?

Ч и р о к. А может, пусть гуляет, Корш? Не мешает культурно отдыхать. (Поет под гитару.) «Когда с тобой мы встретились, черемуха цвела. И в парке тихо музыка играла. А было мне тогда еще совсем немного лет. Но дел успел наделать я немало-о».

Б у р ц е в. Давно ты в стае, Потапов?

П о т а п о в. Мое дело.

Б у р ц е в. Поменял друзей на птиц?

П о т а п о в. Здесь мои друзья.

Б у р ц е в. Друзья? Друзья бывают по общему делу, по духу, по борьбе… У тебя какие?

Ч и р о к. Я тебе говорил – агитировать начнет. Они это любят.

Б у р ц е в. Да нет, просто понять хочу. Что привлекает? Балдеж на этой скамейке? А потом вытрезвитель? Так, что ли, Потапов? А жизнь-то – она мимо вас проскакивает.

К о р ш у н. Не дави на пацана, секретарь.

Б у р ц е в. Трусишь, Коршун? Как бы не догадались птички – дороговато платят за уроки.

К о р ш у н. Я трушу? Тебя бы не напугали.

Я с т р е б. За Баклана мы любому рога обломаем.

Б у р ц е в. Ух ты! Отчаянный парень… Может, с меня начнешь?

Я с т р е б. Могу и с тебя.

К о р ш у н. Не заводись, Ястреб. Здесь интеллигентный разговор. Секретарь райкома беседует с несознательной частью молодежи.

Я с т р е б. Понял. Извини, как тебя… Тимоха. Дыши глубже, воздух свежий. У тебя небось в кабинете душно?

Б у р ц е в (Потапову). Сколько ты взносы не платишь?

П о т а п о в. Полгода.

Я с т р е б. Надоело ему, Тимоха. Свои кровные в вашу кассу отстегивать.

К о р ш у н. У нас свобода. Над душой не стоим.

Б у р ц е в. Последний вопрос, Потапов, ставший Бакланом. Считаешь ли ты сам себя комсомольцем?

П о т а п о в (после паузы). Нет. Можете исключать.

К о р ш у н (сочувственно). Такие дела, секретарь.

Я с т р е б. Не переживай. Одним больше, одним меньше.

Ч и р о к. У тебя их тыщи. Твои песни поют, в твою кассу платят.

Б у р ц е в. Я не прощаюсь, Коршун. Чувствую – еще встретимся.

К о р ш у н. На прощание маленький советик. Дружеский. Понравился ты мне. (Подходит вплотную, доверительно.) Не суй нос на чужую территорию.

Я с т р е б. У каждого своя зона, Тимоха.

К о р ш у н (кладет руку на плечо Бурцеву). Прищемят ненароком. Больно будет. Лицо испортят.

Я с т р е б. Мы ребята аккуратные. Нас не трогай – и мы пропустим.

Б у р ц е в. Спасибо за предупреждение. (Сбрасывает руку Коршуна. Уходит.)

Затемнение.

Кабинет Бурцева. У него  Л а р и с а. Она плачет. Б у р ц е в  ходит по кабинету.

Б у р ц е в. Поплачь-поплачь… Пореви – и забудь!

Л а р и с а. Не могу-у…

Б у р ц е в. А я тебе говорю, забудь! Выбрось… Будто и не было… Подумаешь, цветочки два раза купил.

Л а р и с а. Вы не понимаете.

Б у р ц е в. Правильно. Не по-ни-маю! Такая девушка – и такое… хамло… Нашла кем увлечься. Пройдет.

Звонит телефон.

(Берет трубку.) Райком, Бурцев… Привет, Метелкин… Занят плотно, но полминуты есть… Так… Так… Знаю я про изобретение Трубникова. Сколько волынят?.. Полгода?.. Все «за», а в план не включают… Скажи своим «прожектористам» – пусть высветят. Райком поддержит… Давай… держи в курсе. (Кладет трубку.) На чем мы остановились?

Л а р и с а. Не пройдет.

Б у р ц е в. Славик нужен?

Л а р и с а. Славик.

Б у р ц е в. Везет же… кому попало. Он, между прочим, не только тебе нужен. Учили мальчика десять лет, деньги тратили. А отдача? Чистый нуль!

Л а р и с а. Еще неизвестно.

Б у р ц е в. Что – неизвестно? Наводил я справки. Про всю компанию. Коршун для виду где-то работает. Фарцовкой промышляет. Ястреб весь техникум в страхе держит. Чирок с Бакланом твоим – сачки махровые. Прогулы-загулы. И работать так же будут.

Л а р и с а. Надо оторвать Славика. Он не был таким. Он поймет.

Б у р ц е в. Святая простота… Я тебе историю одну расскажу. Житейскую. Чего только в этом кабинете не услышишь. На днях мать одна пришла. На сыночка жалуется, помощи просит. Сама, конечно, виновата – вырастила оболтуса. Покрывала его двадцать лет. Пьянство, вытрезвитель, пятнадцать суток схлопотал, на работе не держится… Женился недавно. Хорошая девчонка… И куда вас несет?! Теперь над двумя ее Андрюша измывается. Пришел ночью пьяный, дверь выломал, синяков своим дамам наставил. Тут мамочка про комсомол и вспомнила, в райком прибежала… Гони его, Лариса! Станет человеком, упадет перед тобой на колени, тогда смотри.

Л а р и с а. Не знаю… Без меня он точно пропадет.

Б у р ц е в. Что же, тебе виднее. А от Коршуна мы ребят оторвем, будь спокойна.

Л а р и с а. Скорее бы. (Встает, намереваясь уходить.)

Входит  К а м е н е в.

К а м е н е в. Уже интересно. Как чувствовал, заглянул.

Б у р ц е в. Что – чувствовал?

К а м е н е в. Что эту девушку второй раз увижу.

Л а р и с а. Как дела у Пети?

К а м е н е в. Докладываю: у Пети все в порядке. Трудится на мебельном комбинате. Через год будет гвардейцем пятилетки. (Смотрит на Ларису.)

Пауза.

Б у р ц е в. Ты с него глаз не спускай.

К а м е н е в (не вникнув). С кого?

Б у р ц е в. С Петра Глазова. Смотри, чтоб старые дружки не достали.

К а м е н е в. Стараюсь. Хотел сегодня на выставку взять. Не получилось. Девушка, может, вы… Как прикажете обращаться?

Л а р и с а. Лариса.

К а м е н е в. Николай. Можно Коля. Как у вас со временем?

Л а р и с а. Сложно. Десятый класс.

К а м е н е в. Два часа. Получите большое удовольствие. НТТМ на уровне мировых стандартов.

Л а р и с а. Что такое НТТМ?

К а м е н е в. Научно-техническое творчество молодежи. Вы, разумеется, далеки, но там красиво. Автоматы, роботы, вездеходы, цветомузыка!

Л а р и с а. Спасибо. Не получится. Геометрию надо зубрить.

К а м е н е в. Геометрию? Да я вам по дороге любую теорему докажу!

Б у р ц е в. У Коли диплом Бауманского, между прочим.

Л а р и с а. Я на филфак поступаю. Никакой математики.

К а м е н е в. Никакой?

Л а р и с а. Нет, увы.

К а м е н е в. Не может быть… А математическая лингвистика? Самая перспективная отрасль!

Л а р и с а. Не для меня.

Б у р ц е в. А что с Петей? Ему бы в самый раз НТТМ. Не захотел?

К а м е н е в. Хотел, но не смог.

Л а р и с а. Не везет вам сегодня.

К а м е н е в. Это точно. А у Пети свидание.

Б у р ц е в. Да ну! Неделя, как от полковника. Шустрый парень.

К а м е н е в. Мне пора. До свидания, жестокая Лариса. Осенью проверю, куда вы поступили.

Л а р и с а (весело). Попробуйте.

К а м е н е в (на ходу). Петя не с девушкой встречается. С Коршуном и Ястребом.

Бурцев и Лариса одновременно восклицают: «С кем?!»

Вы что? (Останавливается.) Понятия не имею. Старые знакомые, говорит, пригласили. После смены, часов в пять.

Б у р ц е в (быстро убирает стол). Без семи, не успеем.

К а м е н е в. Куда?

Б у р ц е в. По дороге объясню.

Л а р и с а. Я с вами.

Б у р ц е в. Нет. Не женский вопрос.

Убегают.

Л а р и с а (рванулась было вслед, остановилась, подошла к телефону; стоит с трубкой, решившись, набирает номер). Милиция?.. Срочно нужна помощь… Я откуда? Я звоню из райкома комсомола…

Затемнение.

Та же дворовая скамейка. К о м п а н и я  К о р ш у н а  в сборе. Ч и р о к  лениво тренькает на гитаре.

Я с т р е б. Опаздывает Воробей.

П о т а п о в. Может, испугался? Не придет.

К о р ш у н. Куда он денется. Не придет – приведете.

П о т а п о в. Что за парень?

К о р ш у н. Увидишь.

Ч и р о к. Петька Глазов. Два года зону топтал.

П о т а п о в. За что?

Ч и р о к. Говорят, карманы у пьяного проверял. Милиция застукала.

П о т а п о в. Зачем же… у пьяного?

Я с т р е б (насмешливо). У трезвого лучше?

К о р ш у н. Кончай треп. Вот он, птенчик, Чирок, встречай кореша.

Ч и р о к (громко поет под гитару). «Когда с тобой мы встретились, черемуха цвела. И в парке тихо музыка играла…».

Появляется  П е т я.

К о р ш у н. Умолкни.

Песня обрывается. Напряженная пауза.

Веселей, Воробей. К друзьям идешь. Или не рад?

Петя не отвечает.

Я с т р е б. У Воробья теперь другие радости.

Ч и р о к. В комсомол еще не вступил?

Петя стоит молча.

Я с т р е б. Десять дней мимо ходишь. Про должок не вспоминаешь. Напомнить ему, Корш?

К о р ш у н. Успеется. Дела не убегут. Два года не виделись. Ты получил мое письмо, Воробей?

П е т я. Получил.

К о р ш у н. Почему не ответил?

П е т я. Не захотел.

К о р ш у н. Да?.. Обижаешь, Воробей… Я для тебя старался… Сидеть по-разному можно. (Подходит вплотную к Пете. Коротко бьет его в живот.)

Петя согнулся, с трудом выпрямился. Ястреб хочет ударить.

Хватит. Пока. За письмо. Где работаешь, Воробей?

П е т я. Тебе не все равно?

К о р ш у н (делает шаг к нему). Мне не все равно. Отвечай, детка.

П е т я. На мебельном.

К о р ш у н. Хорошая фирма. Получка была?

П е т я. Нет.

К о р ш у н. Сколько ты мне должен?

П е т я. Не знаю.

Я с т р е б. За джинсы полтораста колов и по мелочи.