Текст книги "Никаких аристократов, или Фальшивая Невеста (СИ)"

Автор книги: Марина Бреннер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13

Глава 13

Долгожданная для Элли церемония приготовлена была именно "с помпой", чему красотка была несказанно рада.

Настроение, плескавшееся радостной волной после долгих походов по лавкам, при виде той "помпы" вообще забулькало в ушах будто кипяток в котле. Голову у довольной блондиночки обнесло, как от громадной кружки дешевой бормотухи, а ноги подкосились словно у заправского забулдыги по выходу из дешевой пивной. Перед глазами мелькали цветные пятна, нос щекотал запах телесных умащиваний, конфет и духов, в висках прыгали горячие, сладкие, взрывающиеся колобки.

– Это мне, да? – только и выдохнула Эллинора, прижав к груди охапку цветов, врученную ей незнакомой женщиной, отделившейся от восторженно кричащей толпы – Мне? Дарион!

Вовремя подоспевший Смотритель, хлопая себя по бедрам, пытался потушить тлеющие полы короткого плаща. Спеша догнать невесту, Раймер слишком поторопился. Новорожденному порталу, открытому им наспех, требовалось бы остыть, да ждать конца «цветения» хода было уже некогда. Истошно матеря Богов, ходы, Приграничье, Эллинору – дуру и отчего – то Аллека, Дарион пронесся по раскаленному горлу портала, зацепив таки подошвами и одеждой лепестки звенящего огня.

– Тебе, тебе, – пробубнил, морщась и принимая от поверенного новый плащ – Весь зад спалил...

– Надо было вместе идти обычной дорогой, – лейда Морней критически оглядела жениха и поджала губы, блестящие от пряничной помадки и повидла – А эти «ходы» все так горят?

– Только новые, – объяснил Раймер, приведя себя в порядок и беря невесту под руку – Если ход только что открыт. После он остывает. Но это ждать надо.

– А чего не ждал? – удивилась Элли, двигаясь вперед сквозь расступающуюся толпу приветствующих и глядя на Смотрителя снизу вверх – Ну подождал бы.Так ведь и сгореть можно! Или по остывшему пошел...

Дарион кивнул: – Как скажешь, дорогая. Воооот, в следующий раз и подожду. Или лучше так сделаем. Ты мне ход откроешь и остудишь. А я пойду. Договорились?

Категорически не желающая пререкаться с язвой – магом в такой день Элли надула щёки и промолчала. Видно было, что сие действие далось ей с огромным трудом.

Однако же, Боги сегодня благоволили лейде Морней. Приняв совсем небольшую жертву в виде этого крохотного жеста покорности, одарили кроткое дитя великолепным подарком.

Сделав ещё несколько шагов сквозь смех, радостные возгласы, разноцветье одежд и громкую музыку, нареченная пара приблизилась вплотную к украшенной лентами и цветами невысокой ростре*.

– Эшафот! – тихо гыгыкнул Раймер – Как на казнь...

– Пшш! – тихим шипением ответила Эллинора, шлепая жениха по руке – Веди себя пристойно! Пожалуйста. А что... твоего брата не будет? Я не вижу Аллека...

Вступив на пахнущий свежим деревом и увядающим спансом* пол ростры, Раймер подал руку нареченной и, ставя рядом с собой, сжал её пальцы до боли.

– И не мечтай, – прямо таки зарычал в ухо – Не стреляй глазками, не увидишь. Я его в обход заслал. В дальний, дня на три. А то и на неделю... Пусть замкИ караулит, а не чужих невест!

– Я же не про то совсем, – Эллинора скривилась от боли в руке – Пусти!

– Сейчас. Разбежался!

И, совсем без всякого перехода, повернувшись к толпе, махнул свободной рукой.

Люди и музыка замерли. Вокруг воцарилась почти полная тишина, если не считать шепотков, редких криков птиц и далеких, слабых шумов прыгающих по скалам ручьев, быстрых, неопасных "осыпей" каменной крошки и резких, коротких порывов ветра.

– Приближенный народ! – начал Раймер, рассекая тишину металлическим лезвием странно звучащего тона – Я, Смотритель Границы Миров, лейд Дарион Нарлиан Леннер Раймер, прикованный к Стыку за бунт и смуту против светлого Правления Южной Части Эстоллана пятнадцать лет назад...

Эллинора, всё ещё ощущая крепкий захват мужской руки на своих онемевших пальцах, раззявила рот как лягушка и тяжело задышала. Тон Дариона хлестал не хуже приграничных ветров, он оказался... неожиданным. Гораздо менее поразили бы нареченную разверзнувшаяся вдруг пропасть под ногами и выбравшиеся оттуда мифические чудища, чем... это.

«Ему девятнадцать лет тогда было, – стукнуло в голове явно и ощутимо – А Аллеку, выходит... двадцать четыре. Ничего себе... А почему Смотрителем стал именно Дарион, вот же интересно! Как я понимаю, бунтовали – то оба. Однако, младший брат больше наказан, чем старший...»

Услужливая память тут же развернула перед Эллинорой страницу школьного учебника.

Южная Часть Эстоллана. Бунт боевых магов. Невероятное по своей жестокости убийство Правителя. Хм... Боевых магов. Причем здесь обычные портальщики братья Раймеры? Хм, хм!

Школьные учебники не изобилуют подробностями, а возможности, да и желания прочитать что – то вне уроков у Элли никогда не возникало. Ветреная ученица Морней тогда и понятия не имела, что что – то из этого коснется её когда либо...

Однако же, если верить рассказам и слухам, ТОТ бунт был кровавее некуда. Понятно, что тогдашний южный Правитель и сам не был сахарным пончиком, он вошёл в историю Эстоллана как страстный любитель мучительных пыток, казней и жестоких оргий, но! Всё ж таки, наверное, не стоило заживо скармливать несчастного свергнутого бедолагу своре голодных хищников? Или... что там ещё говорили? Ах... может, это просто сплетни...

– Лейда Морней, ты спишь? – раздраженный шепот опалил слух и сдул размышления и воспоминания прочь – Повернись и смотри на меня.

– А? – Эллинора хлопнула пару раз глазами, закрыла рот и развернулась на каблуках – Что?

Дарион усмехнулся краями губ, снова становясь похож на Аллека:

– Итак, перед Богами и народом Стыка Миров я признаю эту женщину, лейду Эллинору Морней, пришлую из Эстоллана, моей законной и единственной Невестой. По истечении ровно тридцати дней – обязуюсь признать её лейдой Раймер. Моей супругой. Отныне и до тех пор, пока не погаснут оба Светила и Стык Миров не скроет тьма...

Поверенный Раймера и долговязый, чисто выбритый брачный Свидетель уложили руки нареченных на высокий постамент с гладкой, каменной крышкой.

– Сними перчатку, Элли, – приказал Дарион – И ради всех Богов! Не верещи, не пищи, и не падай в обморок. Это быстро.

– Не буду, – сглотнула девушка кислую слюну.

Простой и несколько неприятный ритуал был известен ей из книг и старых записей. В Эстоллане это Таинство давно сдохло, однако же здесь, на Стыке – использовалось.

Острое лезвие сияющего в дневном свете кинжала ожгло ладонь. Весело брызнувшие из неглубокого пореза струйки крови тут же пропали, перелившись в такой же порез на крупной ладони мага. Короткая боль ушла также мгновенно, как и явилась.

– Помолвка состоялась! – рявкнул Раймер, вскинув вверх их переплетенные руки – Это МОЯ ЖЕНЩИНА!

Присутствующие ответили яростными, радостными воплями...

...Уже совсем поздно ночью Эллинору сопроводили прямо из за стола в небольшие, уютные покои.

– Барышня, – шепнула верная Катарина, влезшая помогать здешней прислуге в устройстве хозяйки на покой – Вещички ваши уже домой увезли, не волнуйтесь!

– И красное платье? – забеспокоилась Невеста, тряся мокрыми после купания волосами – Ой, красное – то не надо было!

Катарина замотала головой:

– Красное я прибрала! Я вообще всё сделала как положено, лейда. А то эти дуры местные ни легра не смыс...

Служанка прервалась и тут же отступила, склонясь перед вошедшим Смотрителем.

– Лейд Раймер, прошу прощения...

– Иди, Кэти, – ответил он странно заплетаясь языком и разя вокруг крепким запахом перебродивших фруктов – Иди, Кэти... Выпей за наше сча... стье!

– Слушаюсь! – хихикнула Катарина, исчезая за дверью – Приятной ночи...

Эллинора сделала «большие» глаза. Прилегши на постель и уронив голову на свои сложенные лодочкой ладони, принялась наблюдать за женихом.

Смотритель вёл себя несколько странно... В какой – то момент до неё дошло.

– Дарион, ты что – пьяный?

– А что такое? – удивился тот, стягивая рубашку – Есть повод!

– Фу! – сказала Элли, сморщившись – Какой стыд.

Однако же, этот позорный факт не отбил у невесты желания продолжать смотреть, как раздевается лейд Раймер. Чуть приподнявшись на локте и лицемерно прикрыв глаза рукой, она следила за ним из под растопыренных пальцев, как, впрочем, делала и всегда...

Ночные тени и дрожащее пламя свечей касались бронзовой кожи, очертания перекатывающихся под ней мускулов выглядели теперь даже четче, чем при свете дня.

– Какой ты! – воскликнула девушка, прикусив язык – Ох...

Смотритель согнул колено и уперся им в простынь, смяв её.

– Иди ко мне, – сузив глаза, поманил пальцем нареченную – Мы помолвлены, лейда Трещотка! Дааа. Теперь у меня есть полное, законное ПРАВО. Законы и скрепы, мать их... соблюдены!

– Оооох, – только и смогла выдохнуть Эллинора.

Подавшись вперед, она тут же оказалась прижатой к широкой, пахнущей ягодами и крепким табаком, твердой груди Дариона...

_____________________________________________________

*Ростра – трибуна, возвышение

*Спанс – длинная трава с приторным, едким запахом

Глава 14

Глава 14

Их губы встретились и тела задрожали в страстном танце. И небо грозило уже рухнуть на землю... и блаблабла... Знаете, что? А ничего такого не было. Это, разумеется, было бы безумно красиво, если бы было. Но – явность иногда несколько отличается от наших фантазий и желаний.

И – вот, как оно происходило на самом деле.

– Тебя всю колотит, – заявил Смотритель, ослабив объятие – Эллинора, тебе холодно? Странно... Камин пылает, будто мой зад в том портале! Эй! Лейда Трясучка! Приди в себя уже.

А Элли и вправду колотило, как лысого кота на морозе. Кончики пальцев похолодели так, будто девушка сунула их в прорубь, или в мороженое. По спине весело прыгали мерзкие, ледяные блохи, ладони щекотала испарина, а живот превратился в комок железных нитей. Зато между ног горело словно легры там скакали по углям, отщелкивая горячими ногами по горячей золе невероятные па сумасшедшего танца.

– Не... ппппонимаю, – клацнула зубами Эллинора, сильнее прижавшись к жениху и закатив глаза – Брррр! Сейчас, Дарион. Прошу прощения.

Это «прошу прощения» рассмешило Смотрителя. Прижав невесту к себе поплотнее, он сгреб с постели толстое покрывало и обернул им беспомощно трясущееся тело.

– Тебе надо выпить, дорогая, – прошептал в пушистую макушку, отцепляя от себя драгоценную пару – Выпей глоток, а потом я тебя... согрею, грхххх! Понятно же, отчего тебя трясёт.

Весело подмигнув, игнорируя отчаянные, протестующие вопли, Дарион наклонился и поднял с пола брошенный плащ. Сунув руку в карман, вынул оттуда плоский сосуд темного стекла.

Выдернув зубами мягкую пробку, жадно отхлебнул изрядный глоток и протянул почти опустевшую бутыль округлившей глаза Эллиноре:

– Пей давай. Ничего бормотуха, забористая! Даром, что дешевка и воняет кислятиной. Пей, проясни голову и.... и! Сознайся самой себе, что хочешь меня до... трясучки. Да ведь, лейда Целомудрие и Сама Скромность?

Задетая за живое невеста надула щеки и покраснела, отчаянно изображая оскорбленную добродетель.

– Это неправда! – взвизгнула, натягивая край покрывала до глаз – Ты пошляк, Дарион. Невоспитанный и неотесанный пошляк. У тебя всё сводится к одному... к низменной стороне... дел! Ой, жизни. Ой. Не так... Ничего такого я НЕ ХОЧУ!

– Пей, – кивнул Смотритель, вручая разящий прокисшими фруктами сосуд девушке – Но только глоток, Элли. Глык и всё. Не дай Боги, развезёт, как говно на жаре, а ты мне сейчас понадобишься живенькая.

Глоток, обжегший губы и горло леди Морней, неожиданно помог облегчить странное состояние. Ненамного, конечно, стало уютнее, но хотя бы дрожь прекратилась и мышцы перестали скручиваться комком.

Напиток оказался довольно приятным на вкус, но всё же излишне терпким и резким.

Ощутив во рту острое послевкусие, Элли закашлялась.

– Гадость! – прохрипела она, отдав бутылку Смотрителю и отирая рот ладонью – И сам много не пей. Хватит тебе, на мой взгляд.

Разоблачившись до конца и отшвырнув штаны куда – то в угол, Дарион рывком освободил от покрывала мятное, желанное тело.

– Боишься, не справлюсь? – шерохнул шепотом, легким щелчком пальцев погасив несколько свечей, только пара осталась вздрагивать вместе с Эллинорой – Не бойся... Раздвинь ножки... Хочу посмотреть на тебя.

Невеста судорожно вздохнула, борясь с пьяным шумом в голове и желанием утробно взвыть от жгучих как перец, прикосновений сильных, мужских пальцев.

– Не играй со мной долго, – сквозь зубы произнесла, нервно сдвинув колени и тут же послушно разведя их – Не мучай меня! ААААХ! С ума сошел!

Уперев локти в покрывало, она откинула голову назад и выдохнула так... непонимающе. Испуганно. Когда рука Дариона тяжело легла ей между ног, Элли едва сдержала крик, остро застрявший в горле.

– Ты сладкая здесь, – шепот жениха добавил крепости в опьянение – Ножки шире, моя хорошая. Попробую тебя на вкус...

Его язык бесновался, забавляясь с нежными складочками влажной плоти. Тревожил, мучил их, то касаясь слегка словно дразня, то – наоборот, прижимая сильно, будто желая причинить боль, измучить. Испепелить стонущее в муках и жаре тело невесты.

– Не сжимай ноги, Элли. Я хочу этого. Я. Хочу.

Это уже был приказ. Грубый приказ, хотя и отданный громким, но всё же шепотом.

Эллинора, отпустив спасительное покрывало зажала рот рукой. Прикусив ребро ладони, сжала зубы. Неосознанно хотелось ей, чтоб сильная боль покончила с тем, странным наслаждением, погасила жар – страшный, ужасный в своей неизведанности. Укус не помог... Ничего уже больше не помогало.

– Нравится? – резнул голосом Смотритель, удерживая разведенные бедра невесты – Нравится... Мне тоже, Элли. Ты здесь мягкая, как масло...

Движение руки, бегающие искры от прикосновений пальцев. Тяжелые, маревные, сладкие волны от пьяных, раскаленных губ и умелого языка. Алые и оранжевые круги, прыгающие под зажмуренными веками.

Ожог! Ещё ожог. И ещё – от мелко дрожащего, слившегося в карусель пламени свечей.

– Двигайся, драгоценная, двигайся!

Подсунув обе руки под ягодицы девушки, Раймер накрыл губами приоткрытые, сливочные, совсем уже мокрые губки. Поцелуй оказался тяжелым и обжигающим, язык взрезал ждущую плоть и выдрал – таки истошный, дикий вопль из зажатого маленькой ладонью рта.

Элли попыталась дернуться, но силы оставили её.

– Кончай, – прохрипел Смотритель, на мгновение оторвавшись от неё – Хочу, чтоб ты кончила. Мне в рот. Не дрыгайся, Эллинора. Я тебя заставлю сделать это.

Она была уже на грани того, чтоб или разрыдаться, или сойти с ума...

...однако, не сделав ни того, ни другого, вообще перестала сопротивляться натиску и тугим волнам желания.

Закинув ноги на крепкие плечи Смотрителя, Элли последовала за ним. Следуя за движениями его губ, языка и пальцев, вдруг распалась на части. Не сдерживая уже крик, заполнила им горло и, расплавившись совсем, медом потекла прямо в жадные, убивающие её губы жениха, приоткрытые в уверенном ожидании.

– Моя, – тут же оторвавшись от сладкой влаги, прижал он пальцами бьющийся под ними комочек – Сил больше нет терпеть.

Быстро и широко раскинув дрожащие бедра невесты, грубо и недолго помассировав клитор, раздвинул мокрые складки, всё ещё прикрывающие вожделенный вход в бьющееся от сумасшествия тело.

– Получи! – рявкнул, входя одним ударом в горячую, бурлящую кипятком, глубину.

Одновременно с этим накрывая губами кричащий рот Эллиноры, прижал её согнутую ногу к бедру и больно, сильно сдавил грудь другой, уже свободной рукой.

– Оооох, как сладко трахать тебя, моя девочка, – прохрипел в маленькое ухо невесты, замедляя ритм – ММММ... Ооох...

И, опять усилив напор, излился, подловив невесту на последних, жгучих конвульсиях.

Дождавшись, когда немного схлынет марь и, уже выйдя наружу, перевернул Элли спиной к себе. Перекинув ногу через бедро невесты, прижал её к себе, всё ещё вздрагивающую и тяжело дышащую.

– Я чуть не умерла, Дарион, – прошептала она полузадушенно, кутаясь в его объятия и жмуря глаза – Это было...

Раймер довольно хмыкнул и поцеловал теплый висок, сдув с него пушистые, золотисто – белые пряди волос.

– Спи, Элли, – негромко сказал Смотритель, не выпуская из рук измученную драгоценность – Эллинора...

– М? – мурлыкнула лейда Морней, уже засыпая – Что...

– Как же я хочу от тебя детей, родная... Жалко только, что...

...Сон слетел было с невесты, как перья с ощипанной птичницей курицы.

«Жаль только, что, – сощурила глаза в синие щёлки и зачем – то сжала кулаки – У нас их никогда не будет, так? Ну... Поживём – увидим, лейд Раймер. Вот так вот. Ясно вам?»

Выпростав руку из под покрывала, отчего – то погрозила пальцем потолку. Сдвинула брови. И, через минуту уже уснула, уронив голову на плечо Дариона, вдыхая аромат скисших фруктов, мёда и ещё чего – то... странного.

И невероятно желанного.

Глава 15

Глава 15

Утром Элли проснулась очень поздно.

Догадалась она об этом просто по ощущениям. Они бывают особенными, если пробуждаешься позже обычного, либо позже положенного.

Дариона рядом не было, по всей видимости, уже давно. Его сторона постели отдавала прохладой, табаком и почему – то корицей...

Утро, глядящее в окно спальни, выдалось туманным. Оба светила оказались невидимыми, прячась в тяжелых, меховых, серых тучах. Тучами было затянуто всё небо, не оставалось сомнений в том, что днём пойдёт снег.

Эти же догадки озвучила осторожно вошедшая в спальню Катарина:

– Проснулись? Доброго утречка, барышня! «Знобится» с утра, видали как? Снег посыпет, это к колдовке не ходи. Кончилась, однако, осень всё ж таки...

Досадное настроение прислуги легко объяснялось: лета в Приграничьи быстрые, капризные, скоротечные. Осень же, хоть и льет дождями, а всё же иногда балует легким теплом. И, когда затягивает своё пребывание здесь Рыжая Дева, есть ещё надежда, что замедлит она хоть немного холод, оставив его «на потом». Но если уходит осень, дальше уж точно – зима. И вот она – то может длиться столько, сколько ей заблагорассудится.

Вот и попробуй выжить, когда не знаешь, хватит ли тебе... ммм, ну запаса топлива, к примеру? Или – распредели «сушево» и соленья так, чтоб хватило до нового урожая. Который, неизвестно ещё, когда и каким будет.

Есть, разумеется, выходы. «Менные рынки», к примеру, на окраинах поселений. Да только меняться бывает не шибко чем... Но и тогда можно выкрутиться и приспособиться. Человек вообще удивительное существо – претерпеть может абсолютно всё.

– Аааах, – выдохнула Элли, потягиваясь и сбивая ногами покрывало – Кэт, а тут зимы и вправду такие долгие и злые, как пишут в книгах?

Прислуга наморщила лоб и положила на край столика аккуратную стопку льняных салфеток:

– Всякие бывают, лейда. И с оттепелями бывают. Короткие бывают. Я помню, маленькая была, так тот год зима длилась один месяц. А потом дожди со снегом, и после сразу лето. Зато следующая длилась год. Ну или около того. Мы никогда не знаем, сколько холода протянутся, в этом и трудность. Такое уж здесь место. Это же Стык или, как говорят ещё...

Катарина хихикнула и, зачем – то оглянувшись, прошептала:

– Мой дедушка говорил «дырка в жопе у легра»!

Эллинора покраснела, прикрыла рот рукой и протяжно, глухо расхохоталась. Радуясь хорошему настроению хозяйки, тоненько захихикала и Кэт.

– Ладно, – сказала Элли, наконец просмеявшись и поднимаясь с постели – Где лейд Раймер?

– Он рано ушел, – прислуга быстро и сноровисто готовила для хозяйки умывание – Там в скалах что – то опять шумит. Ну вот, он с нашими мужиками «поправился» и ушел со Сторожами... Сказал, что... Ой, как же это он? А! В общем, что без него никто не справится. Вот.

Элли недобро прищурила глаза:

– То есть как это «поправился»? Пил, что ли, опять?

Катарина замахала руками:

– Мы его все пытались отговорить! Ну так... Ничего, лейда. Сторожа его вернут с полдороги. Лейд Горт сказал.

Эллинора застонала, как от резкой боли. Если бы сейчас возник на пороге спальни будущий супруг, то был бы бит, и очень сильно. Руками, ногами, мокрым полотенцем! Да... не суть важно, чем. Суть важно, КАК!

– Идиот шелковый, – пробурчала невеста, намыливая лицо и руки – Кэт! А если не вернут? Ведь вляпается куда нибудь! Катарина...

Лейда Морней отерла руки и отдышалась. От волнений, неожиданных переживаний и досады на то, что проспала собственного жениха, у девушки перехватило горло. К этому ощущению добавилась ещё и тошнота. Явно, от выпитой вчера бормотухи...

И ведь хоть кто нибудь разбудил бы! Нет, конечно. Благоразумие шептало ей, что слуги сделали это совсем не со зла! Кто бы стал беспокоить хозяйку без четкого на то распоряжения? Кэти и то – в спальню вошла крадучись, не зная спит ещё Элли или уже нет? Заглянула просто посмотреть... И потом, вежливо, хоть и несколько примитивно пыталась успокоить, отвлекая рассказами о погоде и природе. Всё это было ясно, как белый день. Но всё таки...

Почему не доложила сразу, что Дарион пошел в распыл?! Всыпать бы служанке горячих, ага? На пару с блудным, красноносым пропойцей Смотрителем Приграничья! Вот и где его носит? А если дурак попадется Аллеку под горячий удар? Или... Да мало ли что может случиться с пьяным?

– Катарина! – рявкнула Эллинора, решив отложить выдачу втыков прислуге на потом – Ты ведь знаешь, где эти... ходы, выходы? Хотя бы приблизительно?

Не желая обострять отношения с обожаемой госпожой, Кэт утвердительно кивнула.

– Одеваться мне. И лошадь. Ты! Едешь со мной.

– Хорошо. Давайте возьмем кого нибудь из стражников, лейда! Они точно знают, где и что...

Элли не стала спорить. Помощь не помешает. Особенно там, где сама она ни легра не смыслит. Да и... Что значит – не смыслит? Какая вот сейчас – то разница? Она поедет! Если надо, пойдет. Нельзя позволить этому дураку натворить бед. Нельзя ни за что.

Ведь он же... ...ЕЁ. И никто не может его у неё отобрать.

...Вихрем пронесшись по узкой улочке, присыпанной легким, колючим снежком, обе девушки резко натянули поводья, останавливая лошадей, потому что парни – стражники, едущие впереди, вдруг замерли.

– Кэти! – крикнул один из них, оборачиваясь и роняя шапку в снег – Ты, дура, переполошила всех! Лейда Морней, зря переживали, ага. Вон они... Ну вон же, идут.

Посмотрев по направлению вытянутого пальца стражника, Эллинора Морней залилась злым румянцем.

Уже совсем недалеко, на противоположном конце улицы, маячили три фигуры. Горта Элли узнала сразу, он был справа... С другой стороны то и дело норовящего упасть на дорогу, оглушительно матерящегося и хорошо уже так извалянного в снегу, лейда Смотрителя Стыка Миров, поддерживал рослый, шкафообразный мужчина в черном, коротком плаще. Но даже не этот парад идиотов заставил Эллинору спрыгнуть с лошади и, крепко уперев теперь ноги в подмерзшую землю, багроветь щеками.

Рядом с идущими споренько так семенили три какие – то девки, оглушительно хохочущие и разодетые куклами! Яркие, даже крикливые одежды и шляпки с дурацкими перьями выдавали в этих курицах женщин ммм... особого толка.

– Ххххр, – прохрипела Эллинора, давясь горячей слюной – АХХХХХРРРРР! Этттто ещё что такое?!

Из последних сил стараясь сохранить «лицо», девушка намертво вцепилась в поводья спокойно стоящей рядом лошади.

– Лейда Эллинора, – зашипела Кэти, опасно перевесившись из седла вниз – Это не то, что вы думаете! КЛЯНУСЬ ЖИЗНЬЮ!

– Хлыст мне, – глухо прохрипела Элли, протягивая руку служанке – Пусть подойдут поближе. Хлыст, Катарина. Снег посыпал сильнее.

– Ох, – прошептала прислуга, исполняя волю хозяйки и отчаянно качая головой – Ох! Ох...