Текст книги "Никаких аристократов, или Фальшивая Невеста (СИ)"

Автор книги: Марина Бреннер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Глава 30

Глава 30

Спать не то, что долго, а даже и немного Элли не смогла – сказалось напряжение последних, огненных часов.

Конечно, едва только разжаренная после душной купели и кувшина ароматного чая девушка коснулась головой подушки, сон тот час же прижал измученное тело к постели подобно нетерпеливому любовнику. Почти сожжённый горем и болью разум диктовал теперь всему существу лейды Смотрительницы, что ему стоит делать. Измотанная совершенно, Эллинора не сопротивлялась.

Проснулась она... даже не так. Очнулась после короткого, даже стремительного забытья ровно через час, посвежевшей, полной сил и совершенно «трезвой».

Нет... боль утраты и ожидание беды никуда не делись. Колючий комок, прилипший к глотке, обосновался в ней, похоже, навечно. Два ледяных осколка впились в виски, и теперь ворочались там, но уже не вызывая ни боли, ни отрицания, вскоре намереваясь врасти в плоть, дабы навеки остаться там, перемешавшись с сетками кровеносных сосудов. Сжиться, слиться в одно существо – ледяное снаружи, но всё ещё горящее изнутри...

Однако все эти ощущения находились сейчас совсем далеко, их время остановилось.

Теперь же были выпущены на переднюю арену другие звери – те самые, полные сил. Почти «трезвые». Гончие разума, целостности и расчетливости. Эти псы, просыпающиеся во время буйства чувств, рвут глотки последним, чутко остерегая ум от желанного, уютного, милого, теплого, большеглазого и совершенно не знающего пощады зверька – помешательства...

Итак, проснувшись, лейда Морней бросила себе в лицо несколько пригоршней ледяной воды.

– Всё будет хорошо? – спросила, поглядев на себя в косо висящее на стене купальни зеркало – Всё будет. В любом случае, хорошо или плохо, но... будет.

Одевшись, она вышла из спальни.

– Зови Старшего, – велела лейда округлившей глаза и уже жующей что – то Кэти – Я буду внизу, в комнате с камином. Жду его там.

– Ага, барышня! – кивнула сообразившая не задавать лишних вопросов, прислуга – Щас!

Бывший Боевой маг, а ныне «лишенец» и «висельник» Рейз Двоерылый на зов явился моментально.

Надо сказать, что с момента первого, шапочного знакомства их с лейдом Смотрителем, мужик немного изменился.

Добротная одежда неплохо сидела на нём, тёмные волосы с проседью были острижены, а руки явно радовались частому мытью. Да и не несло теперь от охранника ни прогорклым салом, ни вековой грязью... Даже и взгляд затуманенных бельмами глаз не казался совсем уж мутным, точки зрачков придавали ему осознанности.

– Что у вас с глазами... лейд Рейз, верно? – без обиняков, после краткого приветствия, решилась спросить Элли, почувствовав к себе странное, благожелательное расположение этого мужчины – Вы хорошо видите?

– Какой там лейд... Не лейд я, и уже давно. Зовите Нортан Рейз, да и будет с меня. А на глазах – бельма, лейда Смотрительница, – уважительно и спокойно пояснил тот – Палач Потенциал через глаза вытягивал. У многих «лишенцев» раны потом бельмами зарастают... А вижу хорошо, не сомневайтесь! В темноте, конечно, уже нет. Но на такой случай фонари есть!

«Странно, – подумала Эллинора – У братьев Раймеров нормальные глаза. И нормальное зрение...»

– Так они не «лишенцы», – готовно объяснил Рейз – Они развенчанные. Ну... звания и титулы у них отобрали, а Потенциал оставили. Не тот, конечно, что был от рождения... Сейчас расскажу. При развенчании их родной, гранатовый, боевой Потенциал «запечатали», а портальный не тронули... Это для того, чтоб им работать здесь, на Стыке, было чем. Понятно? Боевые они же и портальщики зачастую. Я вот нет. Больше нет. Моя сила только в теле, остальное всё выдрали, су... Простите, лейда.

Элли улыбнулась, отмахнувшись от нечаянно вылетевшего ругательства. Подумаешь! Ну, «суки». И? Дарион, никого не стесняясь, всех и вся матом кроет. Да ещё и обижается, если сделаешь замечание!

– А что такого, Элли? – и глазки делает как у кота, невинно наказанного – Я не ругаюсь, я размышляю. Если не нравится, заткни уши. Подуууумаешь, нежная бабочка! Мотылек, ёбтеть. Ахаха, ушки её пострадали!

Дарион. Не вспоминать. НЕ. ВСПОМИНАТЬ. Нет его. Пока нет... вот.

– Вы слышите, что я думаю, Нортан? – вот это было удивительно для Эллиноры – Мысли?

– Когда шумно думают, слышу, – разулыбался охранник изуродованными губами – Вы как раз так открыто и думаете! Всё на лице написано. Я даже знаю, что вы у меня попросить хотите, лейда Раймер! Прогулочку вечером по поместью. Ну как? Угадал я?

Элли была по хорошему ошарашена. Даже обрадована!

С каждой минутой их разговора всё больше и больше проникалась она симпатией к этому ужасному на вид, грубому и грузному головорезу.

От мужчины шло ровное, спокойное тепло. Его сила, уверенность и желание хорошо исполнять то, за что его и купили, здорово обнадеживали.

– Я хочу в обход, – кивнула Элли, на всякий случай делая «жалостные глаза» – Мне хочется понять, в чём смысл! Лейда Раймера нет рядом, а мне нужно... как бы вам объяснить?

Рейз Двоерылый и без слов всё понял. А многое и почувствовал...

Да понимал он, ЧТО она творит! Все эти умоляющие взгляды, "кроткие глазки", ласковые уговоры – обычное оружие вот таких мелких, смазливых свиристелок. Чтобы купиться на это, надо быть либо сопляком, либо дураком. Либо, наверное, Смотрителем Стыка Миров! Ведь все знают, что эта хорошенькая, хитренькая кудряшка просто напросто женила на себе доблестного лейда Иметь – Семью – Западло, каким – то образом загадив ему мозги. Но...

Эта малявка была первой, назвавшей Рейза по имени... ПЕРВОЙ. За весь срок его, начиная с момента обвинения и до прибытия в поместье к Смотрителю, никто... НИКТО! Не называл его Нортаном. Да ещё и лейдом. И её мужик, лейд Раймер был ПЕРВЫМ, кто пожал руку, дал нормальные одежду и постель горемыке – лишенцу.

– Отведу, – сглотнул он странный, тугой комок, появившийся в горле – Отведу. И объясню, что мы делаем и зачем. Всё же понятно, лейда. Гирей не хотите у своего мужика на ногах висеть. Он там, вы здесь... воюете. Так что отведу. Из поместья не пущу, конечно. Мне супруг ваш голову снимет, если что произойдёт. А вот «сети» посмотреть... Можно. Да.

Эллинора просияла.

Поняв, что заручилась мощной поддержкой, обрела заступника, и теперь можно двигаться дальше, воскликнула:

– Вы меня стрелять тоже научите! И топорики метать. Меня учили девушки, но я всё равно плохо это могу. А вы же это умеете получше, чем они. Верно?

– А то ж! – его готовность и рвение делиться знаниями были явными – Научу. Пригодится всё может, такая пошла жизнь...

– Значит, договорились? – Элли протянула руку новому наставнику – Я могу на вас рассчитывать?

Рейз коротко тряхнул нежную, узко сложенную кисть.

А лейда Раймер, расплывшись в улыбке, подумала: "Вот, Дарион! Вернёшься и не узнаешь меня. Интересно, что ты тогда скажешь, ммм? Если я – Смотрительница, так ведь и надо соответствовать. Правда ведь?"

...Если бы, отправляясь в обход тем вечером, Элли знала, НАСКОЛЬКО срочно ей пригодятся умения метать топорики, стрелять и вести задушевные беседы с... ммм, как же это написать – то? А! С новыми знакомыми...

Так вот. Если бы Элли знала это, то прежнее время потратила более чем с пользой, посвятив его освоению этих нехитрых, но нужных премудростей.

«Стыдно женщине Приграничья не уметь стрелять или пользоваться топором!»

Точно! Стыдно. А ещё и очень...

...опасно.

Глава 31

Глава 31

После заката дневных светил возле дома Смотрителя, да и во всей обозримой округе поместья оказалось просто великолепно!

Ночь выдалась теплой и светлой на редкость. Шапки снега, скрывающие голые деревья и кусты, придавали им торжественности. Расцвеченные двумя ночными светилами, они переливались искорками голубыми и салатовыми, наподобии зимних городских украшений. Мелкие летящие сверху снежинки напоминали блестки, добавляющие торжественности и сказочности картине.

Элли, впервые выбравшись из дома ночью даже охнула от восторга, прикрыв рот рукой – так удивителен был пейзаж, открывшийся теперь глазам лейды Раймер. Это объяснялось очень просто – за всё время пребывания здесь, девушка ни разу не выходила на улицу именно в тёмное время суток.

Миллион раз она просила Дариона показать ей ночное Приграничье!

Может даже, и сто миллионов, на что всякий раз получала строгую отповедь:

– Нехер делать ночью на улице. Сиди дома, Эллинора. У меня от тебя днём – то голова кругом, ещё и ночью за тобой следи. По ночам только кошки гуляют, шлюхи и разная пьянь. Ты ни то, ни другое и ни третье, так что нечего делать. Твоя обязанность по ночам мне постель греть. Вот и грей. Тебя для того и взяли сюда, женщина. Вообще, в вас, бабах ценно только одно умение: держать рот закрытым, а бёдра открытыми. Но не наоборот, Элли.

Строгий супруг, который был тогда ещё женихом, даже и в Парме не дал ей погулять толком на празднике по случаю их помолвки! И потом... никогда. Хыыыы... Обидно! Как обидно, а! И вот как же быть теперь?

Лейд Раймер – муж. И она, лейда Раймер, обязана его слушаться... Она же, вместо этого...

– А вот ты вернись сперва, – принялась бурчать Элли в огромный воротник меховой куртки, носившей смешное название «хухлянка» – Вернись, Дарион. Живым... Тогда и буду тебя слушаться, и постель тебе греть! Пока же... не лезь в мысли. Оставь меня в покое, ладно? Я тебе дом сберечь обещала...

Рейз, идущий немного впереди, недоуменно обернулся. Расслышав не всё, уловил смысл сказанного и деликатно промолчал.

Рыкнув вполголоса на двоих охранников, шедших за лейдой, продолжил прерванные этим бубнежом объяснения:

– Сетки поверху, – посветил фонарём – видите? Ну вот, мы смотрим, чтоб целые были. Чтоб открытых ходов не было. Это мы видим, несмотря ни на что. Смысл обхода в чём? Вот, чтобы это всё отследить.

– Ясно, – кивнула Эллинора, восхищённо разглядывая чёрное небо, разрезанное яркими, салатовыми нитями сеток – А вот Сторожа... Когда они в скалы уходят, там приблизительно эта же работа?

Нортан помотал головой и протянул Элли рукавицы:

– Наденьте, лейда. Сверху перчаток, ага! Сегодня тепло, но на всякий случай. Ознобиться можете. А это в вашем... положении негоже.

Девушка поморщилась, выполняя приказание. Ещё одна нянька, легр ему в зубы. Мало Кэти с её причитаниями, Нейни с её вздохами, целителя с ухмылочками и Дариона с рычанием и неустанной, непрерывной руганью. Заладили... «Положение, положение»!

Она же не больна! Просто беременна. И чувствует себя прекрасно.

Однако, от всей этой опеки и попыток завернуть её, лейду Смотрительницу в вату, ощущение уже такое, что не молодая женщина живёт теперь в поместье, а наладом дышащая старуха. Ага! С больными мозгами, раздутыми от приливов крови ногами и костистой, скрюченной спиной, обтянутой бледной, усыпанной бородавками, кожей.

– У Сторожей другая задача, – Рейз крепко завязал края обеих рукавиц Элли кожаными шнурками – Сложнее... Они ходы стерегут. На Стыке, именно в скалах этих ходов до х... ммм... много! Невозможно сказать, сколько их там, когда какой откроется, и что из него сюда полезет. Тогда им придётся принять бой, если что.

Девушка поежилась:

– Нортан... а вот эта война... Она где?

– В Скалах, лейда. В самих Скалах. В ходах. Ваш муж сейчас жопу рвёт, чтоб она сюда не выползла. Так вот. Если Черви или Боевые выродки верх одержат – хана Приграничью. Они, конечно, слабее. Но их больше. Намного больше. Им это место догола смести – раз плюнуть.

– Что им надо, Нортан? – их взгляды, ярко – синий даже в темноте и мутный, с еле видимыми гранатовыми точками, скрестились – Зачем они?

– Земли им нужны, – ответ прозвучал грубо и однозначно – Земли. Место. И вы с дитём. Вы же мага носите! И, скорее всего, здорового. Вырожденцам и Червям он как кусок хлеба голодному.

Едва только Элли раскрыла рот, чтоб ответить что – то вроде: «Ничего они не получат!», как вдруг головорез резко обернулся назад...

Со стремительностью, совсем неожиданной для такой туши, мужик тычком пихнул девушку в огромный сугроб, надежно прикрыв её своим телом.

– ЧТО?! – взвизгнула Эллинора, сразу же получив ответ на свой вопрос.

Ход – прорезь в темном, испещрённом редкими, падающими снежинками и полосками света от сеток, воздухе, открылся сразу же за оградой. Эта прорезь, выглядевшая будто рана на черной шкуре, сильно воняла гарью и переливалась всеми оттенками крови.

Охранников оказалось далеко не трое. Едва только ход открылся, наёмники повыскакивали невесть откуда подобно аляписто раскрашенным шарикам на палочках, которые выскакивают из под отщелкивающихся крышек детских игрушек, коробочек – смехотунчиков.

Оттолкнув Элли, Нортан рванул вперёд, ломая ограду.

Несмотря на некоторое замешательство барахтающейся в снегу Смотрительницы, та успела глаза вытаращить от удивления силе рук Двоерылого. Под ударами кулаков и россыпью отборной брани (хм, если б Дарион был здесь, так от зависти скис, услышав такие многоэтажные словестные конструкции – *от автора), серый камень ограды крошился как куски сахара под чугунными щипцами.

– Черви! – рявкнул мужик, выбираясь за ограду и давя ногами каменно – снежное месиво – Домой, лейда! БЕГОМ!

– Щщщщас, ага, – выплюнула Элли комок слов вместе с набившимся в рот снегом – Щааа... Тьфу! Эээй!

С большим трудом поднявшись на ноги, девушка вновь рухнула на колени, оглохнув от криков, воплей и звона пытающегося закрыться хода.

В этой какофонии звуков ей показался даже и хруст костей... Кто знает, может так оно и было? В драке всё может произойти. У боя, честного боя, одна мелодия. У драки – другая.

Подняв голову, Элли слышала теперь отчетливо и хруст костей, и хрясть рассекаемых топориками черепов Червей, растерявшихся от столь быстро и внезапно данного им отпора.

И... всё произошло как – то быстро!

Впоследствии и сама Смотрительница не смогла дать даже и более – менее внятного пояснения этому, ограничившись мычанием, икотой и закатыванием глаз. Пока же...

– НОООРТАН! – завыла она протяжно, плюясь снегом и чуя аромат... горелой плоти?!

Темнота, взрывающийся, стремительно багровеющий кровью снег, вылетающий из под ног и падающих тел не стали помехой для того, чтобы увидеть то, что увидела Элли. Не стали помехой для того, что ей пришлось сотворить!

Широко распахнув глаза, Смотрительница увидела, как на верного слугу и... друга? Да... ДА! Так всё и было! На её друга напали сзади. Сразу двое, вооруженных всего – то резаками, показавшимися Эллиноре ужасным оружием...

– Ах ты ж! – крикнула она, ударяя сразу обеими нестерпимо зудящими и горящими ладонями о снег – НЕ ТРОГАТЬ МОЮ ОХРАНУ!

Ручейки пламени, вырвавшиеся из кончиков пальцев, покатились по земле, становящейся голой под ними. Слившись воедино, образовали реку, выбившую к леграм остатки ограды и радостно устремившуюся на свободу. Поток, искрящийся и сияющий гранатовым блеском, жадно поглотил остатки портала, расплавив снег, обнажив сжухлую, прошлогоднюю траву. Пожрав и её, принялся за незваных гостей, заглушив крики и совершенно отрезав им путь к спасению...

Надо сказать, что кожаные рукавицы и перчатки, бывшие на руках Смотрительницы, сгорели без следа. Именно с них и начался пожар, удививший сперва опешившую Эллинору запахом горящей кожи.

– На кой легр вам топорами кидаться, лейда? – искренне изумился подбежавший парень, смешно скалясь и сияя заплывающим глазом – Вы вон...

Осторожно поддерживая слегка оглохшую на одно ухо Элли, помог ей подняться на ноги.

– Сколько их? – поворочала девушка онемевшим языком.

Потряся головой и руками, она почувствовала себя лучше. Сильно кололо в висках и немного тошнило. Зато голова была ясной.

– Не посчитаешь теперь, – ответил парень, подхватывая Эллинору под локти – Потом скажем, если что найдём. Пока давайте отведу вас отсюда. Вот ведь неудача, а! Говорили Двоерылому, не надо вас бы брать с собой, так кто нас слушал...

Сделав несколько шагов, Элли остановилась.

– Где Нортан? Отвечай!

– Ранен, – равнодушно пожал плечами охранник – Вроде.

Вырвавшись из его рук, меся грязь ногами, Эллинора побежала к месту побоища.

Быстро оказавшись там, она упала на колени возле поверженного громоздкого тела, впечатанного в слипшийся под ним красный снег.

– Нортан! – взвыла кликушей, охаживая грязные и липкие щёки Рейза шлепками ещё горячих ладоней с прилипшими к ним лохмотьями кожи рукавиц – Нортан! Ооой, вы только не умирайте... ПОЖАААЛУЙСТА...

– Да жив он! – склонился к ней один из наёмников – Лейда, жив. Башку слегка пробили, вот он и не слышит ни вас, ничего вообще. Подумаешь! Сейчас его оттащим в барак. Отваляется, не сдохнет. Было б из за чего переживать...

Элли повернула голову и зло сузила глаза на говорившего:

– Он меня собой закрыл!

– Ну и чё? – удивился мужик – Его для того и держут тут.

– Ну ты! – взвизгнула окончательно раздраженная непрошенными пояснениями Смотрительница – Язык привяжи. Знай меру. В общем, так...

Оперевшись на поданную кем – то руку, встала.

– Лейда Нортана Рейза отнести в дом, – голос Смотрительницы зазвенел сталью – Устроить на первом этаже, в одной из гостевых комнат. Горничные знают, где. Привести в порядок. И вызвать срочно целителя! К нему и другим раненым, если таковые имеются. Ясно? Выполняйте.

Отчеканив это, лейда Раймер пошла к дому, сопровождаемая одним из парней, ведущим её под руку.

«Не умею я драться, – нудело в голове – Совсем никак. Плохо это. Плохо!»

Кроме этого, волновало Эллинору ещё одно обстоятельство, о котором она решила пока никого не оповещать.

Как раз в тот момент, когда гранатовое пламя стекло с пальцев ручейками, сжигая перчатки и рукавицы, на её руки легли сверху ещё одни...

...маленькие и полупрозрачные, переливающиеся словно брызги фруктового чая. Такие «ручки» могли бы принадлежать ребёнку лет пяти – шести. Хотя...

Вполне возможно, что Смотрительнице просто привиделось это. В темноте чего только не привидится! У темноты – свой цвет. А у драки – своя мелодия. Свой запах. И вкус.

Подумав об этом, Элли слегка зажмурилась и вдруг... довольно облизнулась.

Сейчас ей стало неожиданно хорошо. И... неожиданно сытно.

Глава 32

Глава 32

Рейз поправлялся медленно, но уверенно.

Рана в виске, нанесенная в драке, оказалась глубокой, но не смертельной для лишенца. Обычный человек от такой раны если и не погиб, то остался наверняка бы калекой. Однако же, тело мага, хоть и бывшего, сохранило в себе остатки Потенциала. Эти остатки, желающие выжить и не рассыпаться прахом, встряхнули плоть, заставив действовать внутренние, скрытые силы.

Поручив заботы о наёмнике горничным и целителю, Эллинора занялась делами.

С первым делом, восстановлением порушенной ограды отлично справились приглашенные из поселка плотники. Конечно, первозданный вид ограде было пока не вернуть, слишком велики оказались разрушения. Да и время года не способствовало тому, чтоб начинать строительство.

– Зима, лейда, – пояснил старший плотник – Камень класть сейчас, замазка не просохнет. Смерзнется только, да и развалится. Покамест гретским деревом заделаем. Дырки не будет, а когда потеплеет, уж тогда камень можно. Брат мой с племянником камень кладут, их можно будет к этому делу приспособить.

– Хорошо, – согласилась Элли – Давайте так.

Вардис, поверенный Дариона по финансовым делам, находящийся теперь в поместье практически постоянно, неодобрительно покачал головой.

– Тратите много, – проворчал он, по приезду развернув расходные листы – Лейда Раймера нет. А вклады тают. Там запасы не безграничны, знаете ли. Пока супруг ваш в отсутствии, пополнять их некому. И нечем.

– Что же, – возмутилась Элли – Теперь с прорехой в заборе сидеть? Без хлеба? Без топлива?

Вардис сморщился. Лицо его, и без того носившее следы возрастных разрушений, стало похоже сразу на перепеченное яблоко, скомканный лист бумаги и варёную птичью гузку.

– Я не об этом сейчас говорю, лейда Раймер! Нецелесообразно тратить средства на то, чтобы оплачивать целителя и пропитание для этих... отбросов, не имеющих никакой ценности. Даже тот, как его... грязный головорез, живущий теперь в вашем доме. Вы хотя бы понимаете, что нахождение наёмника здесь не только расточительно, но и опасно? Кто знает, что может придти в голову существу, давным давно потерявшему даже и человеческий облик, не говоря уже о каких – то моральных нормах?

Эллинора хрустнула пальцами, плотнее завернулась в шаль, бывшую на её плечах и постаралась сдержаться.

– Лейда Раймер! – закрякал поверенный, ободренный отсутствием возражений со стороны Смотрительницы – Вввиду создавшегося положения, рекомендую вам максимально сократить расходы. Наемников надо бы распустить. И этого вашего гостя... в доме ему не место. Есть барак. Пусть туда и отправляется.

– А не кажется ли вам, – зашипела Элли, совсем забыв о том, что собиралась прижать язык – Не кажется ли вам, что лишь только я могу решать, кого мне приглашать в МОЙ дом? И как тратить МОИ деньги? Вы вот ноете, что их мало... Я вас сейчас сильно удивлю, лейд Вардис. Денег никогда не бывает много. Сколько не имей, их всегда будет не хватать. Для того вы, финансисты, и нужны. Отложите некоторую сумму «на запас». «Нарастите» на неё проценты. Мне же предоставьте право ими пользоваться. Я знаю, так делают. Моя мач... мать именно так и распоряжалась деньгами, когда не стало отца. Наша семья жила на эти проценты довольно скромно, но никто в доме Морней не голодал. Хватало и нам, и слугам.

Вардис пожал плечами:

– Ну... Не всё пока так печально! То, что предлагаете вы – крайняя мера. На данный момент в ней нет необходимости. Я лишь счел должным вас предупредить...

– За что огромная вам благодарность, лейд Вардис! – лязгнула Смотрительница «железнолистовым» тоном – «До пожара воду не льют», знаете ли... Я хочу сказать – не стоит беспокоиться о том, чего пока нет. Что же до моральных норм наёмников, а в частности лейда Рейза... Знаете, иногда мне кажется, что у этих людей той самой «белой» морали гораздо больше, чем у многих благовоспитанных господ. В том числе, и у нас с вами.

Доводы Смотрительницы поверенным были приняты благосклонно, хотя и несколько саркастично. Но... Семена тревоги, брошенные его «нытьём», упали на благодатную почву.

Тревожные мысли не слишком мучали лейду Морней днями. Дни были заняты хлопотами, живой, насущной суетой. Не то, что тревожиться о неясном будущем было некогда, а даже и прошлое отступало на задний план. Мало преследовал Элли и Дарион, и его возможная гибель. И возможный голод, и разорение. И крах...

Легионы косматых чудовищ прятались по разным тёмным углам, шипя и плюясь ядом, пока главенствовал день. Зато ночью они выползали из своих убежищ.

Пристально вглядываясь прямо в лицо девушке, скалились, мучали Смотрительницу тяжестью и бредом. Путая явь со сном, пугали, наводили ужас. Часто просыпалась она в ледяном поту, в почти больной испарине, едва выжив после очередного жуткого кошмара. Резко садясь в постели, жадно пила из кувшина прохладную воду или кислый ягодный напиток.

После же, сцепив руки на уже начавшем округляться животе, шептала молитвы или сдерживала рвущиеся наружу ледяные потоки осколков слёз...

– Только не оставь меня, Дарион! Только не оставь...

...В одну из таких ночей муж явился к ней. Он был таким ощутимым, что Элли даже почувствовала жар тела и грузную тяжесть, продавившую постель.

– Не реви, Элли, – приказал громким шепотом, привлекая её к себе одной рукой, второй же скользнув между ног – Помолчи! Ничего... я знаааааю, ЧЕМ тебя успокоить. Не дергайся. Раздвинь ножки, сладкая.

Во сне, твердо уверенная в реальности происходящего, Эллинора подчинилась и оболванившему её шепоту, и приказному тону. Громко застонав, она развела бедра, пропуская внутрь себя жесткие пальцы.

– Да, – шептал Раймер, тревожа набухшие и мгновенно каменеющие складки плоти – Ты любишь это, я знаю... Двигайся у меня на руке. Потом я трахну тебя, девочка моя. Так, как тебе нравится! Но сперва...

Едва не взвыв, Элли быстро свела и развела бедра, начиная движения. Почти теряя сознание (если только можно потерять его во сне!), она как – то очень быстро почти достигнув пика наслаждения, оказалась на спине.

Уперевшись в постель коленями, Дарион сжал руками ноги жены, развел их в стороны и, мягко войдя внутрь жаждущего тела, шепнул:

– У нас мало времени! Ну давай же... чтоб нам обоим было хорошо. Элли, моя дорогая Элли... Эллинора чувствовала его! Его напор. Его сталь, раскаленную, живую, плавящую её изнутри. Его движения, плавные, нежные и короткие.

– Дарион! – выкрикнула она, протянув руки вперед – Дарион...

Чувствуя тело мужа невероятно близко, изо всех сил стараясь слиться с ним, Элли... ...проснулась.

Руки обнимали пустоту. Пальцы скрючились, хватая воздух и ткань шелковой ночной рубашки.

Тяжело дыша, девушка села в постели. Спрятав лицо в ладонях, помотала головой, едва не плача от обиды.

– Мучаешь меня, – прошептала одними губами – Зачем?! За что, милый мой?

И вдруг, внезапно вглядевшись в угол спальни, замерла.

Стены здесь были довольно светлыми. Даже в ночной тьме всегда выделялись на них и старые, деревянные часы в растресканном корпусе, и пара узких полок, занятых маленькими скляночками с растирками для рук и разными мелочами, вроде шкатулок с бисером и коробочек с пуговицами.

И сейчас выделялась в углу стоявшая там мужская фигура, замотанная во что – то белое. Смотрительница, расценившая это как продолжение сна, уже раскрыла рот, чтоб заорать. Если заорать погромче, тут же прибежит Кэти с горячими полотенцами, успокаивающими напитками, и прогонит дурной сон.

В какой – то момент только Элли поняла, что это не сон, а самая что ни на есть явная явь!

– Тихо! – прошептал визитёр, отделяясь от стены и прижимая палец к своим губам – Молчи. Я тебе ничего плохого не сделаю.

Уж совсем перепугавшись насмерть, лейда Раймер отползла назад и прижалась к холодной стене, кашляя от чего – то, сильно передавившего горло и наблюдая, как...

...прочь ползёт капюшон, прежде полностью скрывающий лицо незнакомца.