Текст книги "Феечка. Еще один разговор о любви (СИ)"
Автор книги: Мари Польская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)
Мой невидимый собеседник будто оправдывался.
В коридоре было чуть светлее. Здесь тьму разгоняли чадившие фонари, расставленные шагах в десяти друг от друга. Теперь я могла рассмотреть своего спасителя – высокого эльфа, с седыми длинными волосами, собранными сзади в хвост. Лицо его было изрезано морщинами. Со столь престарелыми представителями этого народа я еще не встречалась. Он сосредоточенно вел меня вперед по лабиринтам лестниц и переходов, внимательно прислушиваясь ко всему, что происходит вокруг. Вопросов к моему спасителю было много, но я не решалась нарушить ночную тишину замка.
Наконец он облегченно вздохнул и завел меня в какую-то комнату. Здесь горели лампы, так что я смогла осмотреться. Ничего выдающегося здесь не было: стол, видимо, рабочий, стулья вокруг него и стеллажи с огромным количеством книг.
– Это мой кабинет, – он развел руками. – Присаживайтесь, где вам будет удобно.
Я нерешительно подошла к одному из стульев, отодвинула его и села так, чтобы видеть своего спасителя.
– Почему вы помогаете мне?
Эльф печально на меня посмотрел:
– Это проклятие, – наконец произнес он. – Я о нем знаю давно, еще с тех пор, как умерла моя девочка.
Мне стало жутко интересно. Именно так: и жутко, и интересно. Мой спаситель долго меня не мучил и рассказал эту странную старую историю.
– Но я ведь его не люблю, – прошептала я, когда он смолк. – Значит, мне ничего не грозит.
– Увы, – он обреченно покачал головой. – Фрейдалиону и не нужно, чтобы вы его любили, напротив, чем сильнее вы его будете ненавидеть, тем больше шансов, что выносите и родите наследника. Но и в этом случае вы можете остаться в живых, если будете равнодушны к своему дитя.
Только в этот момент я осознала, какая судьба была мне уготована. От жалости к себе я вновь не сдержалась и расплакалась.
– Ну-ну, полно, – эльф подошел и погладил меня по спине. Наверное, так успокаивают детей. – Теперь вы понимаете, что я не мог просто сидеть и ждать, когда все случится. Если бы тогда моей дочери кто-нибудь помог…
– Спасибо вам, – прошептала я, смахивая слезинки. – Если бы я смогла заменить вам дочь…
– Вряд ли это возможно, но мне будет спокойнее, когда вы окажетесь в безопасности. Итак, – он решительно отошел от меня и направился к своему столу. Порывшись, он выудил из-под него внушительный сверток. – До рассвета из замка не выбраться. Здесь очень хорошая охрана, граница все-таки. А вот как рассветет, ворота открываются. Пока господа спят, служанки и кухарки отправляются в город на базар. Здесь – обычное платье служанки и чепец, который поможет скрыть цвет ваших волос. С вами пойдет Аннита. Я ей полностью доверяю, она выкормила и воспитала мою дочь. Аннита доведет вас до базара. В это время у нас много бывает крестьян из человеческих земель, они привозят сюда овощи на продажу. С кем-нибудь из них договоритесь и вас довезут до границы. К сожалению, большего я сделать не смогу. И… вот еще…
Он достал из стола звенящий кошель.
– Здесь достаточно денег, чтобы просто затеряться, – он подошел ко мне и вложил кошель в руки. – Я запру вас здесь. До утра время есть, переоденьтесь и отдохните. А на рассвете Аннита зайдет за вами. И… Желаю вам удачи!
Он привлек меня к себе и поцеловал в лоб. Потом тихонько вышел и бесшумно закрыл двери.
Ну вот, опять побег! Сердце билось о грудную клетку с такой силой, что успокоить его было просто невозможно. Страх, предвкушение, близость свободы пьянили. Какой уж тут сон. А еще история Фрея не давала покоя. Когда обида и первая злость на него прошли, я невольно поставила себя на его место. Что же чувствовал он все эти столетия! Ни богатство, ни доблесть, ни красота, что уж тут говорить, он мог бы стать мечтой любой девушки, не разбили скорлупу одиночества. Он надеялся, что будет хотя бы ребенок. И я могу его понять. Я бы тоже многое отдала, чтобы узнать, где моя семья. Когда ты один, мир разрастается до размеров чудовища, готового пожрать тебя в любой момент. И так трудно ему сопротивляться.
Я не спеша переоделась, оглядела со всех сторон, посмотрелась в зеркало и нашла себя довольно милой. А моя сумка пополнилась еще одним платьем. Жалко было бросать его здесь. Я была полностью готова к новому путешествию. Время еще оставалось, и я решила осмотреть здешнюю библиотеку. Прикасаясь к потертым корешкам, читая названия, я вдруг поймала себя на мысли, что понимаю, о чем эти книги, хотя написаны они на самых разных языках. Вот это – эльфийский, а это – древний общий, а вот – человеческий. В какой-то момент я вдруг почувствовала боль в руке, которой касалась книг, обжигающую боль. Я отдернула пальцы, машинально подула на них и обнаружила, что жжет меня кольцо. Оно нагревалось, едва я подносила его к стеллажам.
Вместе со жжением я почувствовала непреодолимое желание взять в руки неприметную ничем не выделявшуюся книжку безо всяких надписей на корешке. Едва я потянула ее, часть стеллажей отъехала в сторону, открыв черный провал тайного хода, откуда повеяло холодом и сыростью. Я машинально передернула плечами и оглянулась на пустой кабинет. Ну и что мне делать? Идти в эту затхлую мглу мне вовсе не хотелось, но в то же время я чувствовала, что просто обязана это сделать. Взяв ближайшую ко мне лампу, отбрасывающую неровный, но такой родной свет, я шумно выдохнула и шагнула в проход.
Медленно, шаг за шагом, я продвигалась вперед. Время от времени останавливалась, с тоской смотрела на оставшийся сзади просвет, но все-таки не возвращалась. В какой-то момент исчез за поворотом и он. А тайный ход вел вперед, петлял, делился и явно спускался куда-то вниз. Позади меня оставались многочисленные двери, непременно запертые, закрытые окошечки, очень удобные для подглядывания и гулкая темнота. Пару раз я испуганно замирала, мне казалось, что кто-то ходит совсем рядом со мной, и даже что-то говорит. Во мне боролись страх заблудиться и страх быть пойманной. До тех пор, пока не потухла лампа.
Как я уже успела заметить, лампы здесь были самыми обычными масляными. И топлива в них добавлялось ровно столько, чтобы они не погасли до первых лучей солнца. А это значит, что в тайных ходах я блуждаю уже несколько часов. Сгустившаяся вокруг тьма выпустила липкие свои лапы, будто проникавшие под кожу и сжимавшие сердце в тиски. Я машинально попятилась, но почти сразу же поняла, что теперь самостоятельно из этих лабиринтов не выберусь. Тогда я медленно пошла вперед, нашаривая дорогу ногой, а направление – рукой по стенам. Сначала они просто были пыльными, а потом под пальцами я ощутила слизь и капельки воды.
Сложно сказать, сколько я так прошла, прежде чем силы покинули меня. Да и чему удивляться, если я уже даже и не помнила, когда в последний раз хоть что-то ела. А если прибавить к этому отчаяние, медленно, но верно опутывающее меня своими сетям! Я опустилась на пол и зарыдала.
– Ну и что мне с тобой делать? – услышала я раздраженный женский голос. Прямо передо мной появился белый светящийся призрак девушки с растрепанными длинными волосами и в рваном, подметающем лохмотьями пол платье.
– К-к-то ты? – слезы мгновенно исчезли.
Она усмехнулась:
– Вопрос в другом, милочка, кто ты?
Я испуганно пожала плечами.
– Я… я не помню.
– Интересно, на что рассчитывали Богини… – пробурчала она, будто меня тут и не было.
– Богини?
Вот теперь призрак девушки вконец развеселился.
– Они явно переборщили. Как же ты можешь выполнить их великую задумку, если даже их не помнишь, – она покачала головой, а потом как умудренная опытом матрона выговаривает своей воспитаннице, сказала, – милочка, запомни, ты – фея. Как, впрочем, и я когда-то.
– Этого просто… не может быть, – мой голос больше походил на писк.
– Не может, говоришь? – ее взгляд затуманился. – Когда-то и я не могла даже представить, что окажусь здесь, среди смертных. Я же влюбилась в него… Френталион… Первый хранитель восточных границ.
– Ты – Самиэль? – наконец до меня дошло, кто нарушил мое одиночество.
Она фыркнула и как вихрь закружилась вокруг себя.
– Не называй меня этим именем! – голос ее расплылся по комнате рваными грозовыми облаками, грозящими мне молниями.
– Так ты – фея?
А вот этот вопрос успокоил Самиэль. Она вдруг оторвалась от пола и повисла в воздухе.
– Я просила у Богинь возможность быть рядом с ним. И они мне помогли. Только вот счастья мне это не принесло. У каждой из нас, милочка, есть возможность вернуться домой, если уж ничего не получится…
Она пристально посмотрела на меня.
– Конечно же, ты и этого не помнишь. Тогда объясню… Ты можешь отказаться от подарков Богинь, только сделать это надо в их Храме. И вернуть все, что они дали. Тогда снова станешь феей.
– Но почему же ты…
– Я… – голос призрака дрогнул. Теперь это была не гроза, а тоскливый осенний дождик. – Я была беременна. Думала, рожу ребенка, а потом решу. А он!
– Твой любимый?
– Нет, его отец со своими помощниками. Они приволокли меня сюда и заперли. Я долго просила, умоляла пощадить, грозила… Даже рассказала этим двум идиотам, которые меня поймали, что я фея. Они долго не могли поверить, а когда я умерла…
Она вновь взорвалась, волосы ее встали дыбом, глаза засверкали. Я испуганно сжалась на полу.
– Вот и они испугались и побежали. Но я не дала им уйти от возмездия.
– Они умерли?
– Сошли с ума, а потом куда-то забились, да там и остались. Боялись выйти.
– А что здесь делаю я? – наконец осмелилась я задать самый важный вопрос.
– Ищешь свою любовь, конечно. Правда, кто он? Вот в чем вопрос!
– Но ты же помнила, почему я – нет?
– Таков замысел Богинь! Не нам о нем спорить.
– А если я не найду?
– Милочка, уж лучше так, чем… как у других. Никто из нас не был счастлив среди смертных. Мой тебе совет, возвращайся домой. Сходи в Храм и попроси Богинь.
– Я не могу… – я вдруг вспомнила амулет из огонь-травы. – Если все, что ты говоришь, правда, то один из подарков Богинь я уже отдала.
– Значит, нужно его забрать.
– Я не хочу. Это был подарок, сделанный от души.
– Милочка! Тебе рано или поздно нужно будет решить: или ты, или они.
– А вдруг у меня получится?
Призрачная девушка вновь рассмеялась. Ее настроение менялось постоянно, то пугая меня остротой эмоций, то раздражая снисходительностью. Одно хорошо: бояться ее я перестала.
– Если ты сможешь найти свою любовь и он тебя полюбит, то я… Я просто… – она задумалась, не в силах выразить свое недоверие.
– Ты снимешь проклятие с Хранителей восточных границ! – я сказала и только потом задумалась над своими словами. Как же это плохо, когда язык действует раньше головы! Моя знакомая сейчас снова взорвется!
– Как ты смеешь! – Самиэль стала расти и уже заняла собой весь проход. – Я изведу весь их род!
– Самиэль! – голос был тоньше писка. Мне даже показалось, что воздух разрядился, и дышать стало нечем. – Вспомни, кто ты! Ты – фея! А феи не могут желать зла!
– Я давно перестала быть феей! Я – призрак! – она поплыла прямо на меня и зависла перед самым моим лицом.
– Твоя злость и твоя обида превратили тебя в призрака! Освободи род Фрейдалиона от проклятия, и тебе самой станет легче! – я не замечала, как по моим щекам текли слезы. И не понятно, то ли от страха, то ли от жалости ко всем участникам той трагедии, которая здесь произошла.
– Хорошо! – внезапно согласилась девушка. – Если он будет любить тебя всей душой, всем сердцем, я сниму проклятие! Только…
Она вдруг замолчала, будто прислушиваясь к чему-то, потом хитро усмехнулась и пропала.
– Вот она! – из-за ближайшего поворота показались огни. – Эй, дамочка!
Я вздрогнула и медленно поднялась, держась за стену. Бежать уже было поздно, да и сил – никаких.
– Хозяин! Она нашлась! – меня уже окружили солдаты, а скоро рядом оказался Фрей.
Он на мгновение замер, оглядывая меня с головы до ног, а потом резко, без замаха, влепил мне пощечину. Удар был несильный, но и его хватило: свет померк, и я начала падать, радуясь вновь окутавшей меня тьме. Сознание еще на мгновение возвращалось, чтобы отметить тот факт, что меня кто-то несет на руках, крепко прижимая к себе и шепча: «Прости, прости, прости…»
… Утро наступило для меня уже поздно вечером с прихода служанки, которая зажгла масляные лампы и удалилась так же тихо и бессловесно, как и появилась. Я попыталась пошевелиться. Руки и ноги будто налились свинцом и не слушались моего приказа. Зато едва я повернула голову и открыла глаза, у кровати, в которой я лежала, появился Фрей. Мелькнувшие на его лице сочувствие и обеспокоенность исчезли в единый миг, сменившись маской презрения и высокомерия.
– Заставили же вы нас побегать, леди Алиса! Только, хочу вас предупредить, еще один побег и я запру вас именно там, где мы вас и отыскали, – коротко, грубо и ясно.
– Господин Фрей… – очень хотелось высказать этому напыщенному идиоту все, что я о нем думаю, но… Наверное, впервые получилось сдержать себя. Я медленно вдохнула и выдохнула и мысленно досчитала до пяти. – Я хочу с вами поговорить по поводу проклятия.
Он вздрогнул, сжал кулаки и отвернулся.
– То, что вы все узнали, не спасет вас! Вы все равно станете моей женой и родите мне ребенка. А этот старый предатель еще заплатит за попытку вывести вас из замка, – глухо проговорил он, так и не повернувшись ко мне. Я же вновь считала про себя, чтобы не сорваться. Гнев застилал глаза и мешал не только мыслить, но и говорить.
– Я разговаривала с Самиэль, – его спина замерла. Потом он наконец соизволил взглянуть на меня.
– А у вас оказывается слабая психика, – губы его дрогнули и сложились в тонкую линию. – Всего-то полдня в подвалах и уже – галлюцинации.
– Она не галлюцинация. Она – призрак. Где-то в подвалах ее заперли, там она и умерла… Фрей, – я все же нашла силы поднять руку и тронуть его за локоть, – прошу вас, выслушайте меня.
Я с надеждой посмотрела на него, но эльф молчал, что, собственно, я восприняла за знак согласия.
– Самиэль была феей, она сказала, что и я – тоже, – в глазах Фрея наконец-то проявился интерес. Он неуверенно кивнул и внимательно посмотрел на меня, ожидая продолжения. – Я не помню, но Самиэль сказала, что Богини дарят феям возможность прожить жизнь в облике людей или эльфов, если они влюбляются в смертных. Только бывает это очень редко. Я не помню, в кого была влюблена, видимо, это тоже задумка Богинь. Но если я найду его и он полюбит меня, Самиэль снимет проклятие с вашего рода.
– С чего это вдруг?
– Простите, Фрей, между нами завязался небольшой спор и это, так сказать, моя просьба, которую она выполнит в случае моей удачливости.
Он молчал. Просто сидел, уставившись в одну точку, и думал.
– Свое решение я оглашу завтра, – наконец он отмер и встал с моей кровати. – Вам сейчас принесут ужин. Я надеюсь на вашу благоразумность, леди Алиса.
Он кивнул и вышел, не забыв запереть за собою дверь.
Утром меня пригласили на совещание в рабочий кабинет Фрея. Молчаливые служанки помогли мне привести себя в порядок и облачиться в простенькое, но довольно элегантное платье, потом накормили меня плотным завтраком и перепоручили заботу обо мне стражникам, обнаружившимся в коридоре. На этот раз Фрей рисковать не стал и выставил у моих дверей почетный эскорт. Два красавца-эльфа с абсолютно непроницаемыми лицами провели меня лабиринтом коридоров и анфиладой залов в круглую комнату с огромным столом такой же формы и стоящими вокруг него креслами. Кроме Фрея здесь был и еще один эльф, настоящий красавец с изумительно правильными чертами лица и теплыми как ясное небо глазами. Он окинул меня пристальным взглядом и одобрительно кивнул.
– Проходите, леди Алиса, – поднялся мне навстречу Фрей. Он приглашающее отодвинул свободное кресло рядом с собой, куда и я присела.
По поведению, по взглядам и самой атмосфере я пыталась определить, какое же решение принял Фрей. Он взглянул на меня и усмехнулся, видимо, прочитав мои мысли.
– Я пригласил вас сюда, чтобы продолжить наш разговор.
Я вопросительно посмотрела на второго эльфа.
– Это мой друг, лорд Алийониэль, – будто исправляясь представил его Фрей.
– Можете звать меня просто Алием, госпожа, – он склонил голову.
– Леди Алиса, – представил меня Фрей, хотя такой надобности, видимо, не было. Без сомнения Алий прекрасно знал, кто я.
Я также приветственно кивнула и решила взять инициативу в свои руки, а то эти горячие эльфийские парни меня просто на измор возьмут своей неторопливостью.
– Итак? – перевела я взгляд на Фрея.
– Я не вижу оснований не верить вам, леди Алиса, – он говорил медленно, будто взвешивая каждое слово. – А потому принял решение помочь вам в поисках вашего… кхм… возлюбленного. Вот только как нам его искать, я не представляю.
– Лорд Фрей, – в такой момент нужно было быть полностью откровенным, – я обязана предупредить вас, что все истории с появлением фей в вашем мире заканчивались плачевно.
– Я об этом также уже подумал. В случае вашей неудачи готов предоставить вам кров в моем замке. Если не испугаетесь, конечно…
– Спасибо, но не думаю, что этот вариант будет приемлемым, – я попыталась улыбнуться, но получилось жалко.
– Меня больше волнует вопрос, как нам искать этого счастливчика, в которого наша фея умудрилась влюбиться? – подал голос Алий.
Я просто пожала плечами, а Фрей выдвинул свою версию.
– Мне известны всего две истории, в которых фигурируют пришедшие в наш мир феи. И в обеих их избранниками были высокородные господа. Поэтому круг сужается. Могу предложить просто совершить путешествие по городам Светлого Леса до столицы, а потом, если не будет результата, отправиться в Мирград.
– Но как я узнаю того, ради которого стала человеком?
Фрей, не глядя на меня, пожал плечами:
– Будем надеяться, что тебе подскажет сердце.
Часть вторая
Карета с гербами Хранителя восточных границ двигалась размеренно, усыпляя меня. Поэтому первое время я просто дремала в полном одиночестве. Фрей с десятком воинов из своего гарнизона путешествовал верхом, время от времени заглядывая в окно дверцы, чтобы осведомиться, не нужно ли мне чего. Мне же было просто скучно. Я завидовала мужчинам, с восторгом рассматривая их белогривых и высоких как на подбор лошадей. Поймав один такой явно завистливый взгляд, Фрей усмехнулся, а вечером предложил мне попрактиковаться в верховой езде.
Легко сказать! Как я в своем длинном струящемся в пол платье заберусь на такую зверюгу! А все Фрей! Он представил меня всем как свою воспитанницу, а потом заявил, что мне по статусу не положено иных нарядов, кроме как по последней эльфийской моде.
Хитрый эльф, который с самого памятного совещания втроем не отходил от меня ни на шаг, сообразил, в чем проблема и очень скоро принес мне узкие облегающие брючки, шелковую тунику и мягкие полусапожки как раз моего размера. И где он, интересно, все это взял? Может, не случайно один из молоденьких солдат хрупкого на вид телосложения так обиженно на меня посматривает?
В мое временное распоряжение поступила Эолла – Скользящая в переводе с эльфийского. Как сказал Фрей, самая умная и послушная из всех лошадей. Но мне от этого было не легче. Посмешищем для своих сопровождающих я не стала только благодаря своему новоявленному опекуну, который буквально закинул меня в седло, после моей второй безуспешной попытки вскарабкаться самостоятельно. А может я действительно фея? Тогда, по крайней мере, понятно, почему я такая неуклюжая – крыльев не хватает.
Я усмехнулась собственной мысли и, как мне показалось, Скользящая сделала то же самое. Я просто почувствовала ее шальное настроение и крепче вцепилась в поводья. А потом лошадь понесла, при этом кося на меня безумно радостным глазом.
– Стой! – закричала я, пригнувшись к самой шее белоснежной красавицы.
Она заржала и передала мне образ меня же самой, но с крышками. При этом Эолла явно намекала, мол, маши ими чаще, может, и не слетишь мне под копыта. Наградив лошадь яркими неблагозвучными эпитетами, я сосредоточилась на одной мысли: удержаться в седле. Тем более сзади уже слышалась эльфийская ругань Фрея, который в мгновение вскочил на своего скакуна и теперь догонял меня, пытаясь на ходу давать мне указания. Как только мы поравнялись, он выдернул меня из седла и посадил перед собой. Готова поклясться: руки его дрожали. Вот что значит надежда. Теперь, чтобы освободиться от проклятия, он будет сдувать с меня пылинки!
– Ты уже можешь не дрожать и отпустить меня, – я заерзала, пытаясь освободиться из его мертвой хватки.
– Ч-ч-что?
– Ну вот и заикаться начал. А говорили, что эльфы – сама невозмутимость…
До Фрея, наконец, дошло, что он прижимает меня к себе несколько сильнее, чем стоило бы. Он резко разжал руку, сжимавшую мою талию, и, кажется… покраснел? Мы догнали Эоллу, которая, потеряв седока, далеко убегать не стала, и вернулись в лагерь. Фрей больше не проговорил ни слова. Он молча сгрузил меня у шатра, предназначавшегося для меня на время ночевки, и увел лошадей.
С этого момента вновь все изменилось. Если после нашего совещания с Алием Фрей был для меня заботливым папашей, предугадывающим мое любое желание, то теперь он отдалился и старался без нужды вообще ко мне не подходить. Сначала я думала, что так даже лучше, потом мне стало его не хватать и я всячески пыталась привлечь его внимание. А когда это не удалось, я обиделась. Так продолжалось несколько дней, пока мы не прибыли в первый из трех окружавших столицу городов.
Все-таки название эльфийского государства – Светлый Лес – вообще ему не подходило. Лесов, конечно, было много, как и в человеческих землях, но самые густонаселенные районы страны были довольно плотно застроены. Города могли похвастать лишь редкими парками и садами. Говорят, когда-то эльфы жили в полной гармонии с природой, предпочитая пользоваться тем, что предоставлял лес. Но со временем, они оценили удобство каменных зданий, благо, давно уже были налажены торговые отношения с гномами, поставлявшими самый красивый мрамор, гранит, прозрачный желтоватый отделочный леваний. Веками эльфы оттачивали свое мастерство обработки камня, возводя в когда-то девственных лесах изумительной красоты здания и сооружения.
Началось все со столицы Антолинии. Именно она была когда-то единственным эльфийским городом. Позже столица расстраивалась, пока не заняла всю центральную часть государства и не отделила от себя еще три города: Западный, Южный и Восточный. Фактических границ между ними не было. Города плавно перетекали один в другой. Именно здесь жили около восьмидесяти процентов всего населения страны. Остальные же селились в пограничных замках и крепостях.
Первым городом на нашем пути был Восточный. В какой-то миг он просто возник перед нами, сверкнув на солнце сияющими шпилями цвета золота. Леванием здесь были отделаны все башни замка и Храмы Богинь. Я только и смогла восхищенно ахнуть, уставившись на эту красоту из окна кареты. Фрей кинул на меня короткий взгляд, в котором было столько… горечи и тоски? Или мне показалось? Эльф быстро отвел глаза и уехал вперед. А показалось ли? Я хмыкнула, просто сделав в памяти отметку.
Городской дом Фрея был довольно небольшим, но очень уютным. К нашему приезду уже приготовили комнаты, где меня мой опекун и оставил, хотя мне так хотелось посмотреть на город и побродить по его улочкам. Но такой возможности мне не дали ни в первый день, ни во второй, ни в третий.
Фрей, видимо, решивший побыстрее найти моего возлюбленного, каждый вечер возил меня на приемы и балы. На меня пялились, не забывая шептать за моей спиной, что я – человек. Сердце мое не просто молчало, оно будто ощетинилось. Мне все труднее было заставлять себя улыбаться и мило приседать в реверансах. Фрея это вообще, казалось, забавляло. Он даже улыбался каким-то своим мыслям, когда думал, что его никто не видит.
А потом разразился скандал. Во время очередного приема к нам с Фреем подошел зализанный до невозможности эльф. Почему-то именно так определила я его внешность: высокий, стройный в костюме, блиставшем множеством драгоценностей, с уложенными в высокую почти женскую прическу волосами. Его руки были изящно сложены на груди и демонстрировали идеальные отполированные ногти. Ноги он выставлял будто в танцевальном па, блестя начищенными сапогами.
– Друг мой, – он изящно поклонился нам с Фреем, – представь меня своей даме…
– Тендрион, – Фрей заметно поморщился, – это моя воспитанница леди Алиса.
– Киса? Хороша! – он цокнул языком, посмотрев на меня так плотоядно, что я вспыхнула от стыда. – Где подцепил? Во время последнего похода?
Я вздрогнула, Фрей напрягся.
– Тендрион, – процедил он сквозь зубы, – будь добр извиниться перед моей воспитанницей.
На последнем слове мой опекун сделал ударение.
– Конечно-конечно, – Тендрион подмигнул Фрею, – что я, не понимаю что ли?
– Видимо, не понимаешь! – Фрей побелел от гнева. Он в мгновение вцепился Тендриону в горло и сжал его так, что тот только захрипел.
– Фрей, пожалуйста, – я испугалась и вцепилась в руку опекуна, грозившую просто переломить шею зализанного эльфа. На глаза навернулись слезы. Не дай Богини, убьет этого гада и тогда что? – Отпусти его, прошу, Фрей!
Он вздрогнул, пальцы его разжались и Тендрион мешком упал на пол.
– Это он? – страшный шепот и дикий испуганный взгляд были так не присущи Фрею, что я не сразу поняла, что он имеет в виду.
– Нет, – я сквозь слезы попыталась улыбнуться. – Я просто испугалась… за тебя.
– Какая же ты, Тендрион, мразь, – Фрей глянул на поверженного эльфа, в мгновение пришел в себя, вытер руку о свой парадный камзол, расшитый золотой вязью, предложил мне руку и повел из залы. – Прости, Алиса. Но ты была права, когда говорила мне, что в таких приемах нет никакого смысла. Нужно будет найти иной способ, чтобы разыскать твоего любимого. А унижать тебя я никому не позволю! И не останавливай меня в следующий раз!
Я только сжала пальцами его локоть, за который сейчас держалась как за последнюю соломинку.
На следующий день я категорически отказалась от очередной выставки нарядов, драгоценностей и стерв, как я назвала про себя местные балы. Зато мне удалось уговорить Фрея проехаться по окрестностям Восточного на лошадях. На сей раз разграблять гардероб солдат не пришлось. Служанки принесли мне потрясающе красивый коричневый наряд для верховой езды, правда, юбка в нем была заменена брючками, что считалось в высшем эльфийском обществе верхом неприличия. Но и мне, и, видимо, Фрею, было на это плевать. Скорее даже весь этот наряд явился настоящим вызовом общественности. Что ж, моему опекуну приходится не легче чем мне.
Я отказываться от Эоллы не стала. И не потому, что мне очень уж хотелось усмирить ее, вернее, не только поэтому. Она общалась со мной, и я это понимала. Может, конечно, я и с другими животными могу найти общий язык, но пока что получилось это только с ней.
Упрямиться моя не упрямица стала. Она была даже рада, что я вспомнила о ней, продемонстрировав мне картинки ветра, бьющего в лицо, и тенистых лесных тропок. Фрей к своей лошади не торопился, ожидая, видимо, моей неудачи при посадке на Эоллу. Но я, на удивление, справилась с этой задачей самостоятельно. Эльф только одобрительно хмыкнул, видя как я, пусть и с трудом, судорожно вцепившись в седло, переваливаю ногу через спину лошади.
До самого выезда из города мы ехали чинно и медленно, но едва впереди показались чудные лесные чащи, Эолла, дико заржав и мысленно предупредив меня, пустилась вскачь. Я бы тоже закричала в этот момент и от страха, и от боли в моей пятой точке, но из горла вылетали только хриплые вскрики, совпадавшие с касанием копытами земли. Я даже зажмурилась, чтобы не видеть летевшие навстречу деревья. Но Эолла смилостивилась, тяжело, прямо по человечески, вздохнув.
– Алиса, ты как? – рядом оказался Фрей, смотревший на меня с явной иронией. Я ему ничего не ответила, только гордо вскинула голову и поджала губы. – Я же предлагал тебе другую лошадь…
– В следующий раз приму твое предложение, – нарочито громко, специально для Эоллы, ответила я. Лошадь не отреагировала, только мысленно передала мне картинку, как она встает на дыбы, а я лечу в пыль дороги.
– Она как-то странно на тебя реагирует, – Фрей похлопал ее по лоснящемуся от капелек пота боку. – Обычно она смирная…
Эолла повела ушами и, гордо мотнув белоснежной гривой, безучастно помчалась по лесной тропинке. Теперь мне было чуточку удобнее, я приноровилась к движениям лошади и уже не болталась в седле кулем с костями.
Наши прогулки стали постоянными. Мы с Фреем объехали все окрестности Восточного и Южного городов и отыскали очень красивую полянку на берегу небольшого озера, на которой обычно останавливались перекусить. Вот и сейчас мы расположились под огромным раскидистым дубом.
– Алиса, я думаю, нам нужно побывать в галерее дворца нашего Властителя, – вдруг предложил он новую тактику поиска моего любимого. – Там собраны портреты практически всех самых родовитых семей Светлого Леса.
– А если я никого не узнаю?
– Тогда нам здесь делать нечего. Нужно будет отправляться в человеческие земли.
Я была с ним согласна. Мы уже почти месяц провели в Восточном, а ничего так и не добились. Лица всех эльфов, с которыми я познакомилась за это время, слились в один не слишком приятный облик Тендриона. И вот надо же! Только я о нем подумала, как он возник прямо перед нами. Я еще не успела сообразить, а Фрей уже стоял, загородив меня и вытащив из ножен меч.
– Какая идиллическая картинка, – насмешливо произнес Тендрион. Его тот час окружили около десятка воинов. – Он, она и девственная природа. Неужели, друг мой, ты все еще соблазняешь девушку? Раньше у тебя это получалось чуть быстрее. Или она ломается? Так мы можем и помочь.
– А что ты, Тендрион, делаешь в этой глуши? – Фрей вроде бы смотрел на зализанного эльфа, но я не сомневалась, что он успел уже оценить каждого воина из его команды.
– Да вот решил прогуляться, а тут – такая возможность познакомиться поближе с твоей воспитанницей. Сам понимаешь, я не могу упустить такого случая. И ты, друг мой, или присоединяешься к нам, или мы вынуждены будем тебя временно нейтрализовать.
Он тона, каким это было сказано, мне стало страшно. Я сидела, сжавшись в комочек и боясь даже пошевелиться. Вдруг в моем сознаний всплыл образ Эоллы. Она была сзади, за дубом и предлагала мне всего лишь сделать пару шагов назад и вскочить на нее. А уж она вынесет меня. Хороший вариант, но я не могу бросить Фрея одного здесь.
– Ты не посмеешь! – Фрей стал белее полотна.
– Еще как посмею, – Тендрион перестал улыбаться.
Он поднял руку и сделал знак своим воинам. Они двинулись, окружая нас со всех сторон. Бежать поздно, поняла я. Эолла печально мне улыбалась. Я видела ее образ очень четко. «Эолла, – мысленно зашептала я, – скачи, найди кого-нибудь и приведи на помощь». Хотя… Даже если и встретит, как она убедит кого бы то ни было, поспешить сюда?
