Текст книги "Феечка. Еще один разговор о любви (СИ)"
Автор книги: Мари Польская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)
– Алиса, попробуй забраться на дерево! – скомандовал Фрей.
– А ты?
– А я… – он нахмурился. – Лезь, говорю!
От его крика я подскочила и уперлась спиной в шершавую кору векового дерева.
– Ну же!
Я повернулась и начала карабкаться по наростам дуба вверх, благо, их было много. Потом лесенкой мне служили ветки, а когда я, наконец, остановилась, Фрей остался далеко внизу. Его уже взяли в плотное кольцо. Еще мгновение и началось сражение, итог которого, как мне ни печально, был предрешен. Фрей сражался как лев, отбивая атаку за атакой. Все-таки Хранитель восточной границы! Я гордилась им! И переживала, до боли впиваясь пальцами в ветку дуба и кусая губы, едва сдерживая вскрики.
Время тянулось как гусеница, измеряемое лишь звоном мечей. Сначала он был равномерным, но чем дольше тянулась битва, тем более вязкими становились звуки. Казалось, они вытягивают из меня душу. Движения Фрея становились все тяжелее. Он все так же стоял спиной к дереву, но едва успевал подставлять меч, отражая удары, и отклоняться. В какой-то момент его соперники оказались быстрее, и сверкнувший клинок скользнул по камзолу Фрея, вспарывая ткань и окрашивая ее в алый цвет.
– Нет! Фрей! – закричала я, готовая сигануть к нему на помощь.
– Оставайся там! – он будто почувствовал мои намерения, выпрямился и отбил следующий удар.
– Фрейдалион, – обратился к моему эльфу Тендрион, – мне совсем не хотелось бы тебя убивать! Ну и кто она такая, что ты готов умереть ради нее? Опомнись!
– Иди ты… – Фрей как ни храбрился, но рана давала о себе знать. Он зажал бок, тяжело прислонившись к дереву.
– Мы все равно заберем ее, – продолжал Тендрион, – но если ты не опустишь меч, то через твой труп.
У меня все замерло внутри. «Эолла!» – изо всех сил мысленно закричала я. Перед моим взором возникла картинка: вдали пылит кавалькада из множества всадников под развевающимися флагами цветов Светлого Леса. Значит, моя умница нашла кого-то. Нужно просто потянуть время…
– Эй, Тендрион, – я высунулась из листвы дуба и нашла взглядом «зализанного» эльфа. – Ты не с ним говори, а со мной!
Такое заявление от «дамы» вызвало некоторый шок.
– Спускайся, леди Алиса, – гнусно ухмыльнулся Тендрион. – Обещаю, моя компания понравится тебе больше.
– Да ты что? – я изумленно вытаращила на него глаза. – И чем же?
Тендрион весь прямо распетушился, выставив вперед ногу в очередном па и гордо вскинув голову, чтобы его локоны упали на плечи в более выгодном ракурсе.
– Буду любить тебя, милая, как настоящий мужчина! Страстно!
– А это как? – строила я из себя дурочку.
Тендрион смутился, неужели он принял мое дурачество за чистую монету?
– Не смей, Алиса! – зло прошипел Фрей, вновь поднимая меч.
– Я понимаю, что ты мой опекун, дорогой Фрей, но я уже взрослая девочка и могу сама решать, как мне жить дальше!
«Прости»! – мысленно шептала я ему.
– Вот-вот, – кивнул головой Тендрион. – Вполне разумные слова взрослой леди.
– Как вы меня назвали? – я охнула и манерно поднесла руку тыльной стороной ко лбу, возводя глаза вверх.
– Взрослая леди, – не понимающе ответил Тендрион.
– Вот видишь, Фрей, лорд считает меня уже вполне взрослой! – радостно ответила я.
Тут, кажется, до Фрея начало доходить, что я просто тяну время.
– Да какая ты взрослая! – он начал мне подыгрывать. – Тебе еще несколько лет до совершеннолетия! Так что, решать буду я!
– Ну Фрей, – заканючила я, – можно я погуляю с дядей!
У Тендриона от такого диалога крыша точно должна была съехать.
– Ты ведь меня не обидишь? – я не хотела давать ему время сообразить хоть что-то.
– Не-е-ет… – он растерянно смотрел то на меня, то на Фрея. И, кажется, наконец, сообразил. – Да они же издеваются над нами! Убейте его! А тебя, моя прелесть, я сниму с дерева и так отхожу… Прямо здесь! А потом отдам моим воинам как компенсацию за работу!
Фрей вновь поднял меч, опираясь на который все это время и стоял. И в этот момент раздались сигналы горна: два коротких и один долгий.
– Властитель… – прошептал Тендрион, невольно попятившись.
Его воины тут же опустили оружие. А на поляну уже выехали гвардейцы в зелено-золотой форме Властителя. Они окружали Эоллу и мужчину, сидевшего на вороном жеребце. При его появлении Фрей упал на колено, склонив голову к самой земле. Тендрион низко поклонился, уступая дорогу воинам Властителя.
– Славный Фрейдалион! Хранитель восточных границ! Рад видеть тебя в добром здравии! – Властитель поднял в приветствии руку. – Твоя кобылица?
– Властитель, да продлятся твои дни на земле! – Фрей попытался встать, но силы окончательно его покинули. Он пошатнулся и прислонился к стволу дуба.
– Вижу, я вовремя поспел, чтобы предотвратить убийство! – он грозным взглядом обвел Тендриона и его воинов. – Какое низкое коварство напасть на одного со столь завидным преимуществом в силе! Завтра я буду ждать вас, лорд Тендрион, в палате судей для объяснений!
Тендрион понял, что сегодня для него все закончилось более-менее удачно. Не убил же! Зализанный эльф попятился и очень быстро скрылся среди деревьев. А к Фрею уже подбежал один из гвардейцев, видимо, лекарь, подхвативший его и уложивший прямо на земле под дубом. Он начал разрезать ткань камзола, дабы убедиться в пустячности раны.
– Скажи мне, доблестный Фрейдалион, по какому поводу вы настолько повздорили с лордом Тендрионом, что он позволил себе подло подкараулить вас в одиночестве?
– Простите, повелитель, но я путешествовал не в одиночестве. Со мною ехала моя воспитанница леди Алиса, – Фрей махнул мне рукой, мол, слазь давай, но я только отрицательно покачала головой. Вот еще! Буду тут корячиться при таком скоплении мужчин!
– Леди Алиса? И где сия дама?
– Алиса! – Фрей разозлился, не понимая, что удерживает меня на дереве.
Властитель проследил за его взглядом и посмотрел наверх, в гущу листвы.
– А-ли-са-а… – он повторил мое имя медленно, будто вспоминая что-то давно забытое.
Его взгляд… Его… Рейстаниэль! Сердце вздрогнуло и замерло, мне показалось, что мир начал уплывать куда-то в сторону, оставляя меня с оголенными нервами и разламывающейся от боли головой на ветке векового исполина, ставшей почему-то тонкой и хрупкой. Рей… Еще секунду я балансировала между явью и бредом, а потом просто провалилась во тьму, слыша еще испуганный крик Фрея и чувствуя как меня ловят сильные чужие руки.
…– Алиса! – сквозь туман проврался голос Фрея. – Ты жива?
Я открыла глаза, переводя взгляд со своего опекуна на Рейстаниэля и обратно. Они обеспокоенно склонились надо мной: Фрей с трудом держа голову, а Рейстаниэль с интересом меня рассматривая.
– Вы переутомились, леди! – последнее слово Властитель произнес словно пересиливая себя.
Алечка… Вот как меня зовут! Настоящее имя… Не буду о нем думать… Я – фея! И я вспомнила. В единый миг изменилось все: движения, жесты, взгляд. Я видела это глазами Фрея. В них промелькнули тревога, понимание и боль… Боль? Ах да, он же ранен! Я с помощью Властителя поднялась с земли.
– Благодарю вас, – не глядя на него произнесла я. – Фрей, как ты?
– Могло быть хуже, – сухо ответил он.
– Приглашаю вас в свои загородные владения, – Властитель прожигал меня пронзительным взглядом, – мы как раз туда и направлялись, когда встретили вашу лошадь. На редкость разумное животное! Вы обязаны своим спасением именно ей.
Он не дождался нашего согласия, видимо, даже не предполагая, что мы можем отказаться от приглашения. Лекарь рекомендовал Фрею преодолеть дальнейший путь в обозе, который следовал за Властителем. Мне привели мою Эоллу. Она ткнулась носом в плечо и передала свою радость по поводу нашего спасения. Я обняла ее, погладив по ехидной морде.
– Спасибо, милая! Ты даже не представляешь, что сделала!
Честно говоря, радости от обретения памяти не было. Я просто растерялась, не понимая, что мне делать дальше. Самиэль, конечно, говорила о моем волшебном происхождении, но одно дело верить в то, что она сказала, совсем другое – точно знать. Кроме того, водоворот чувств, нахлынувших на меня, был таким бурным, что смыл все мысли и все планы. На Рейстаниэля я даже смотреть не могла. Каждый взгляд пронзал сердце длинной иглой, заставляя его болеть. Но еще страшнее было видеть Фрея, бледного, растерянного, смирившегося. Когда он, поддерживаемый под руку лекарем, шел в повозку, казалось, что мой опекун просто сбегает от меня, предоставляя право действовать самостоятельно. И это было неправильно. Фрей же должен радоваться! Наконец мы нашли того, кого искали. И если все сложится хорошо, проклятие с его рода будет снято.
– Леди Алиса, – Властитель уже сидел верхом на скакуне, который в нетерпении перебирал ногами, – вы сможете продолжить путь верхом?
– Да, спасибо! – я спиной ощущала его буравящий взгляд, когда взбиралась в седло. Только устроившись на лошади я, наконец, справилась с собственными чувствами и прямо посмотрела на Властителя. Но он уже развернулся и двинулся прочь со злосчастной поляны.
Вперед, поближе к Рейстаниэлю, я не спешила, плетясь где-то в хвосте, рядом с обозом, в котором лежал Фрей. Внешне все выглядело мирно и благочестиво, однако я кожей чувствовала растущее напряжение. Властитель замирал каждый раз, когда я смотрела в его сторону. Фрей лежал в телеге, вообще делая вид, будто спит. Стоило мне отвлечься на Рейстаниэля, как я ощущала колючий взгляд своего опекуна, но едва я поворачивала голову к нему, он закрывал глаза. В конце концов, я решила заняться своими мыслями.
В моем сознании сейчас накладывались одна на другую две картинки. На одной я была феей со множеством желаний, на другой – потерянной девушкой Алисой с не меньшим числом вопросов. И вроде бы эти желания и эти вопросы вот именно сейчас оказались удовлетворены и разрешены, но что-то неумолимо изменилось, отчего картинки никак не хотят соединяться в единое целое. Мои чувства к Рейстаниэлю с одной из них затмевают и лишают смысла все мои переживания с другой. Но они же есть и теперь уже никуда не денутся. А может нужно просто откинуть все предрассудки и радоваться обретению себя, моих чувств, моей любви?
– Алиса… – вдруг позвал меня Фрей. Не выдержал долгого молчания! Я моментально оказалась у повозки.
– Как ты, Фрей? – при виде его беспомощности на глаза наворачивались слезы.
– Знаешь, по сравнению с тем, что могло случиться, неплохо. Я уж совсем было распрощался с жизнью, – он замолчал. Я понимала, что его больше всего сейчас волнует, но самой начинать этот разговор не хотелось. – Ты все вспомнила?
– Да, Фрей.
– Это Рейстаниэль?
Я кивнула, прикусив дрогнувшую вдруг губу. И почему мне при этой мысли становится так больно, будто я теряю что-то важное?
– Расскажи мне о феях? – и чуть понизив голос, боясь, что его кто-нибудь услышит, добавил, – о том, как ты жила? Как впервые познакомилась с Властителем? Ты так же выглядела, как и сейчас?
– Да, – я вспомнила свой маленький цветочный рай. – Слушай… Далеко-далеко, в той стране, где рождается солнце…
Я рассказывала всю историю своей не такой уж долгой жизни как некую волшебную историю. Со стороны, наверное, это выглядело смешно. Воспитанница рассказывает больному опекуну детскую сказочку на ночь. Я меняла только имена и названия стран, видя, что к нашему разговору начинают прислушиваться гвардейцы. Когда же я дошла до моих подглядываний за странствиями Властителя, так увлеклась, что не заметила его появления в непосредственной близи от повозки.
– Как интересно… – его резкий голос заставил нас с Фреем вздрогнуть. Я замерла, лихорадочно соображая, мог ли он понять, о ком идет речь. – Что же вы, леди Алиса, замолчали? Обычно дамы смолкают при моем появлении, когда перемывают мои косточки.
На слове «мои» он сделал ударение, чем вогнал меня еще и в краску.
– Позвольте мне закончить ваш рассказ, – он не отрываясь смотрел на меня. – Этот, как вы его называете, государь, вдруг смягчился непонятно почему, простил измену своей красавицы и прекратил войну. Правильно?
Я невольно сглотнула, почувствовав пересохшее в миг горло, и кивнула.
– Неужели такие сказочки ходят среди людей? Я требую ответа, леди Алиса!
– Простите, господин Рейстаниэль, я лишь рассказываю то, что слышала сама.
– Вы могли бы обсудить это в одиночестве, не заставляя выслушивать подобную ересь меня!
И опять во мне все вскипело. А ведь раньше такого не бывало. Будучи феечкой, я никогда не испытывала столь сильных негативных чувств! Теперь же просто не могу себя сдержать, чтобы не ответить грубостью на грубость:
– Извините нас, господин, – я иронично склонилась в поклоне перед Властителем, – но даже будучи в полнейшем одиночестве нельзя быть уверенным в том, что вас не подслушивают! А сказок боятся только те, кто себя в них узнает!
Он побелел от злости и так вонзил шпоры в бока своего вороного, что тот от неожиданности заржал и встал на дыбы. Я была довольна, а фея во мне испуганно зажала рот, поняв, что она только что сказала. И кому! Алечка испуганно сжалась, ожидая, что Рейстаниэль откажется от своего приглашения. Я же только с радостной злостью ждала, в каких выражениях он это сделает.
Но Рейстаниэль только сожалеющее посмотрел на Фрея и ускакал вперед.
– Нас не отошлют подальше? – с изумлением спросила я у Фрея. Тот только пожал плечами. Его лицо вообще не выражало никаких эмоций по поводу произошедшего, хотя я была уверена, что он торжествует.
– Не так все было, госпожа! – вдруг раздался голос до сих пор невозмутимо сидевшего на козлах пожилого эльфа.
– Что не так? – не поняла я.
– Так это… исчезновение нашего повелителя… – он мельком взглянул на меня и снова уставился на дорогу.
– А как? – мне самой стало любопытно, все-таки приложила к этому событию, так сказать, руку.
– Погрязли человеческие земли в разврате и колдовстве… – начал замогильным голосом возница. – Оно и понятно: живут мало, работать все время приходится до изнеможения, вот и решили облегчить жизнь. И была там такая черная колдунья Влада. Видом – девка-девкой, а характер – у стервозный! Да и лет ей много, видать, раз такое утворить смогла! Вот и сговорились тамошняя принцесса… не буду называть ее имени… рыжая тоже, – он неодобрительно глянул на меня, – и эта ведьма, что перед битвой решающей утащит она нашего Властителя в лес и отдаст разбойному люду. Так оно и случилось. Но наш господин силен и умен оказался. Выпутался он из ведьминых оков и вернулся, – возница понизил голос. – Только и ему пришлось туго. Изменился он, оттого и рыжую свою забыл, и за ведьмой не охотился, и войну прекратил.
Я сначала честно пыталась сдержать смех, но как представила себе деревенскую девчонку в роли ведьмы, не выдержала – расхохоталась. Правда, быстро пришлось успокоиться под гневным взглядом обернувшегося на смех Рейстаниэля. Я невольно залюбовалась им: как же он красив! Не знаю, что отразилось на моем лице, но Фрей резко отвернулся и вновь закрыл глаза.
* * *
Властитель измерял шагами просторную комнату и в собственных владениях чувствовал себя как в клетке. Он безвылазно сидел в просторных покоях, боясь столкнуться где-нибудь с этим рыжеволосым чудом. Уж слишком она была похожа на Валисию, даже имя… И вызывала к себе отнюдь не теплые чувства. Глядя на нее, Рейстаниэлю хотелось ее придушить. Взять за ее хрупкую шейку и свернуть ко всем чертям. Вместе с тем, он не мог этого сделать.
Тогда, путешествуя по человеческим землям, он действительно столкнулся с ведьмой. В поисках собственного отступавшего войска он забрел в непролазную чащу. Как? Сам не мог понять. Вот вроде бы шел себе, осторожно, незаметно, избегая ненужных встреч, а потом вдруг вокруг заклубился туман, земля под ногами зачавкала, превратившись в гнилое болото, заухал невидимый филин и лес в единый момент смолк. В воздухе теперь витали лишь гнетущая тишина и гнилостные испарения болота. Произошло это так стремительно, что Рейстаниэль сразу и не заметил изменений. А когда почувствовал, то понял, что каждый шаг теперь может привести его в трясину. Он остановился, не решаясь идти ни вперед, ни назад.
Тут-то и появилась она. Издали представлялась девушкой: статной, с длинной косой, властными движениями, а как начала приближаться, облик незаметно менялся. И вот стоит перед ним согбенная старуха с клюкой, крючковатым носом и алыми пронзительными глазами.
– Красив как Стерв с Преисподней… – прокаркала она.
– Я бы попросил вас, леди… – Рейстаниэль скривился, глядя на нее.
– Я знаю, что говорю, – отрезала она, развернулась и пошла прочь.
Рейстаниэль нерешительно замер. С одной стороны не хотелось одному оставаться в этой гнилостной неизвестности, с другой – уж больно старуха была странной, если не сказать, страшной.
– Что, так и будешь изнанку мою рассматривать? – она даже не повернулась, а голос ее разлетелся на многие версты вокруг.
Рейстаниэль еще мгновение раздумывал, а потом направился за старухой, уже исчезавшей в тумане. Он нырнул в белесую стену следом и вышел уже на твердую землю, черную то ли от пожара, то ли от злого запретного волшебства, которым было пропитано все вокруг. Засохшие скрипящие исполины окружили его и старуху. Ни единого ростка или зеленого листика. Все – мертво. А старуха-то вновь обратилась молодой красавицей с длинной косой и горящими глазами, с усмешкой глядевшими на него.
– Так больше нравлюсь? – голосок был тонким, но пронзительным, не похожим на человеческий. Таким могло быть пение сирен, например.
– Простите… – он выжидающе посмотрел на красавицу.
– Можешь звать меня Ягнидой…
– Очень приятно, – эльф хоть и кривил душой, а на лице его красовалась самая что ни на есть приятная улыбочка. – Меня зовут…
– Я и так знаю, – оборвала его Ягнида. – Не разбрасывайся тут ни именами, ни званиями! Ни к чему! Не знала бы, кто ты, связываться бы не стала.
– Так это ты меня завела в болото?
– Не в болото, а в гости к себе зазвала. Пока тебя никто не видит…
– Что это значит? – Рейстаниэль нахмурился.
– Вот вроде умный мужик, а такие глупые вопросы задаешь! – Ягнида фыркнула и пошла в стоявшую тут же избушку, ничем внешне не отличавшуюся от сгоревшего леса.
Эльф с сомнением покосился на прогнувшуюся под тяжестью времени крышу, косую дверь, черную поросшую рыжим мхом завалинку.
– Да ты, добрый молодец, не гляди на внешний облик, зачастую он не передает всего богатства… – она хмыкнула, – внутреннего, так сказать.
Рейстаниэль решительно двинулся следом за Ягнидой и, согнувшись в три погибели, чтобы не снести головой дверной косяк, вошел внутрь. Вошел и замер. Пространство избушки не позволило бы вместить того, что он видел: просторный холл, устеленный белоснежными шкурами, пылающий камин, просторный диван, обшитый хрустнувшим под Ягнидой шелком, хрустальная люстра на десяток свечей.
– Проходи, не стесняйся, чай не впервые в барских палатах.
Рейстаниэль окинул ее злым взглядом и прошел к камину, решая, то ли потеснить девушку на диване, то ли просто постоять. Проблему решила сама Ягнида, похлопав ладошкой рядом с собой.
– Неужто стеснительно тебе, добрый молодец, али не видел никогда красивых девушек и оробел?
Рейстаниэль с равнодушным лицом устроился рядом с ведьмой и решил, что пора бы уже брать инициативу в свои руки.
– И зачем тебе добрый молодец понужился? – он с легкой усмешкой перешел на ее манеру говорить. – Али надо чего? Крышу перекрыть или дровец наколоть. Так это-ть не по моей части…
Ягнида расхохоталась: весело, зло, открыто.
– Хватит комедию ломать! – вдруг выкрикнула она.
– Хватит, – согласился Рейстаниэль. – Так что ты там имела в виду, когда говорила, что за мной, якобы, наблюдают.
Она только презрительно покачала головой:
– Ай-яй-яй… Я думала, ты умный мужик! Хоть и эльф! Вот как ты в единый миг оказался в лесу, хотя заснул в своей палатке?
– Твоих рук дело? – Рейстаниэль угрожающе сжал кулаки.
– Вот еще! – ведьма надула губки. – Я ждала проявления их волшебства, долго ждала! Настоящего волшебства, а не по мелочи! Только такое дает сильный след!
– Ты о ком? – нахмурился Рейстаниэль.
– О феях, конечно. Только не говори, что ты не веришь в старые сказочки.
– Отчего же, я знаю, что они существуют. Только очень давно не появлялись феи у нас.
– Мысли и желания были мелочными…
– Что изменилось?
– Загадано было сильное предсмертное желание. И связано оно с тобой.
– Мало ли кто мог желать мне гибели!
– Не гибели, нет! Это было светлое по сути желание! Темные убивают фей, а светлые заставляют их вмешиваться. И следить…
– Так за мной следит фея?
– Да, почти неотступно. Я видела будущее. И я видела ее в этом варианте будущего. Она влюбится в тебя, Рейстаниэль, а чтобы это случилось, нужно тебе отступить.
– Отступить? – вот уж чего эльф не собирался делать.
– Да, прояви человеческие чувства, убеди ее, что ты несчастен и одинок. И она пойдет за тобой на край света.
– И зачем мне это?
– Глупый эльф! Иметь рядом волшебное существо! Тебе лишь нужно будет узнать ее настоящее имя, а влюбленная дурочка выложит его в порыве страсти, как пить дать. Потом же она не сможет тебе сопротивляться и будет вынуждена исполнять любые желания. Весь мир ляжет к твоим ногам!
– А тебе-то какой резон?
– Когда надоест, отдай мне. Уж я найду способ забрать ее волшебство себе!
В тот памятный вечер ведьма и описала феечку: рыжеволосая, с глазами яркого янтаря человечка, которая появится на границе Светлого Леса и человеческих земель. Именно там феи всегда появляются. И именно эту область Рейстаниэль затребовал себе при подписании договора. Но гвардейцы Властителя опоздали. Совсем чуть-чуть. Однако этого времени фее хватило, чтобы исчезнуть. И появиться здесь, под самым носом у Властителя.
Увидев ее в лесу, он еще сомневался, она ли это. Но подслушанный разговор с Фреем не оставил сомнений. Алиса – фея. Только вот как теперь действовать? А тут еще Хранитель восточных границ под ногами путается. Рейстаниэль удивился, поняв, что Фрей знает историю появления Алисы. Соперник? Возможно. Не случайно ведь он объявил девушку своей воспитанницей. Но избавиться от Фрея сейчас не получится. Чего проще было бы отправить его в поход! Так ведь он ранен. Вот опоздал бы Рейстаниэль хотя бы минут на пять, чтобы лицезреть труп Хранителя, проблем было бы на порядок меньше. И фея, хотя и была ожидаема, но все равно появилась как-то внезапно. Никакого плана у Властителя пока не было, а значит, придется придумывать его на ходу.
* * *
Загородные владения Рейстаниэля представляли собой отдельные домики, предоставляемые деревьями и ими же поддерживаемые. Совсем в староэльфийском стиле! Я даже и не представляла, что такое чудо еще хоть где-нибудь сохранилось. С виду деревья самые обычные. Такими они, наверное, и представляются обычным путникам, которые случайно сюда забредают. Но стоит появиться хозяину, все вокруг преображается.
Рейстаниэль въехал под сень этого волшебного Леса первым, поднял руку и произнес на староэльфийском традиционное приветствие. Деревья ответили вздохом и дрожью преображения. Совсем как цветы…
Я вспомнила радостный шепот своей розочки, когда я просыпалась, ее трепет, когда я возвращалась домой, ее нежность, когда она дарила мне свои лепестки. Сердце мое затопила тоска, солью разъедавшая свежую рану. Опять эта боль! Она меня будто преследует с тех пор, как я увидела Рейстаниэля. Может Богини были правы, лишив меня памяти? Я сморгнула непрошенные слезинки, приказав себе забыть прошлое.
Нам с Фреем выделили соседние деревья. Моего опекуна, аккуратно поддерживая под руки, подвели к его зеленому великану первым. Дерево вздохнуло, склонило ветви, будто пытаясь погладить его, затем распахнуло двери в маленькую, увитую зеленью комнату.
– Вы так забавно выглядите, леди Алиса, – ко мне незаметно подъехал Рейстаниэль.
– Это же просто чудо… – пожала я плечами.
– Конечно! Это магия Леса. Комнаты, конечно же, находятся не в деревьях. В стволах их было бы просто не уместить. Дерево использует свою магию и открывает вход в уже созданные апартаменты в подпространстве.
– А кто их создавал?
– Каждый, кто хоть раз бывал гостем дерева. Здесь достаточно лишь пожелать… Одним нужна широкая кровать, другим душ или родник в комнате, третьим – окно с видом на цветущую поляну. Дерево улавливает желания гостя и старается создать комнату их мечты. Интересно посмотреть, чего пожелаете вы, – он приглашающе протянул руку к соседнему дубу.
В какой-то момент я испугалась себя выдать и просто взмолилась: «Пожалуйста, батюшка дуб, пусть комната будет самой обыкновенной, а не из цветка».
«Как пожелаешь, дитя мое», – дерево встряхнуло ветвями и осыпало меня резными листьями. Подлетая ко мне, все они обернулись маленькими искорками, очерчивая контуры тела.
– Вот это да! – выдавил гвардеец, только что вместе с лекарем отводивший Фрея в свою комнату.
– Что? – не поняла я и оглянулась, ведь эльф смотрел куда-то мне за спину.
– Как будто крылья невидимые… – он ткнул пальцем туда, где искорки, выстроившись вокруг меня, действительно очерчивали контуры несуществующих крыльев. Я испуганно ойкнула и покраснела, опустив глаза в землю. Только бы ни о чем не спрашивали…
Рейстаниэль и промолчал, только зло зыркнул и оставил меня одну перед открывшейся уже дверью в самую обычную комнату. Я быстро юркнула внутрь ее. Искры погасли, оставив меня один на один с собственными мыслями.
«Приветствую тебя, наша маленькая волшебная сестра», – в голове опять прозвучал голос дуба, чьим гостеприимством я воспользовалась.
«Вы знаете, что я – фея?»
«И не только я! – голос шелестел едва слышно, но совершенно не пугал. Я не успела ни удивиться, ни даже спросить, кому же еще известна моя тайна, как дуб продолжил, – он тоже знает! Он ждал тебя!»
Внутри что-то радостно екнуло, меня будто опалило жаром предвкушения.
«Не радуйся так… Нам ведомы мысли смертных и в его мыслях тебя ждет рабство».
«Может, вы не про того эльфа говорите?»
«Властитель… Рейстаниэль… Он ждет тебя, чтобы узнать твое истинное имя, Алисиэль! А когда узнает, мир вновь ждет война. Так что будь осторожна!»
– Но почему он так со мной, – я не удержалась и выкрикнула это вслух. Голос задрожал, готовый вот-вот сорваться и выдать мою обиду.
«Тише, сестричка, не выдай себя… И меня… Тьма нависла над Властителем, его душа упала на дно озера гнева и обиды. И она там нашла упокоение. А бездушный повелитель – самое страшное, что может случиться».
«Но я же видела, что он смягчился, в нем проснулась совесть…»
«Это лишь хорошая игра и ничего более. Он заманивает тебя в силки. Он уже почти их захлопнул».
Душа снова разорвалась на множество кусочков и заболела. Я не сдержала слез…
«Значит, уже захлопнул… – печально произнес дуб. – Как ты могла отдать ему свое сердечко?»
Всхлипы переросли в горькие рыдания. Мне было так жаль себя, Рейстаниэля, Фрея, ждущего, что я избавлю его от пророчества. Напрасно ждущего…
«Не время плакать, Алисиэль, ты можешь еще вернуться домой».
«Значит, это правда? Такая возможность есть?»
«Да, дитя мое, только предстоит вернуть дары Богинь».
Я еще секунду размышляла, а потом решительно покачала головой:
«Я не могу! Не имею права! Предсмертное желание его матери так и осталось неисполненным. Пока не найду для него невесту, останусь здесь».
«Это опасно для тебя!»
Я улыбнулась:
«Быть феечкой всегда непросто. Такая у нас работа».
Мне вспомнились сестры, увязшие в липкой паутине злых желаний, и я упрямо сжала кулачки. Наверное, это со стороны выглядело до ужасного смешно.
«Я буду осторожна»…
«О-хо-хо… Когда любишь, теряешь и разум, и осторожность. Уж мне ли не знать! Каждый мой гость – это настоящая история любви и сумасшествия. Ты знаешь, как эльфы лишились волшебства?»
Слезы моментально испарились.
«Как?»
«Ну слушай»…
* * *
Настоящего его имени никто не помнил, ибо жил он уже не одну сотню лет в пещере неприступной горы Элрой. Потому и звали его просто Элройским колдуном. Никто толком не знал, откуда он родом, к какой ветви эльфийских семей принадлежит. Говорили, что он учился в популярной тогда Школе Волшебства и закончил ее с отличием. Потом где-то работал, писал научные труды и славился сильным даром. Сам глава Гильдии Волшебников призывал его в Светлый Лес, дабы тот стал его помощником. Но Элройский колдун отказался. Со временем эльфы вообще забыли, как он выглядит. Те немногие, кто обращался к нему за помощью, и кому он, как ни странно помогал, могли только сказать, что был он небольшого роста, ходил в длинном сером балахоне с капюшоном, натянутым на самые глаза.
На самом деле его звали Виксандр. Волшебным даром во времена его молодости обладали многие эльфы, в том числе и Вик. В пятнадцать лет их всех определяли учиться в специальные школы. Именно там Вик встретил свою любовь. Ведьма со странным именем Ягодка приехала из Мирграда. В человеческих землях волшебством владели лишь единицы, да и те быстро становились изгоями. Хорошо еще, если их в виде травниц и ведуний оставляли в деревнях, но ведь были случаи, что их просто сжигали. Ягодку привезла старушка-соседка, пожалевшая сиротку, над которой нависла та же участь.
Но и в Школе девочка не чувствовала себя в безопасности. На сей раз ее травили и в прямом, и в переносном смысле слова по расовому признаку. Да и то понять можно: среди десятков эльфов вдруг затесалась человечка!
Вик был в числе первых, кто устраивал ей всяческие каверзы, организовывал травлю, подначивал друзей на нелицеприятные выходки. Они называли ее Мышью: серая, невзрачная, в тряпье и едва склеенных заклинанием башмаках. Самым излюбленным развлечением недорослей была охота на Мышку. Парни загоняли ее, подпаливая хвост волос, самую излюбленную ее прическу, мелкими фаерболами, в мышеловку: узкий тупиковый коридор. А уж выбиралась из него девушка то в синяках, то в сожженной одежде, а то и вовсе обслюнявленная неумелыми поцелуями насмешников.
Ягодка сначала плакала и клялась, что отомстит, потом усиленно училась, чтобы противопоставить более сильному Вику такие изощренные заклинания, каких еще мир не видывал.
Все изменилось, как это и бывает, в один миг. После очередной летней практики Вик вернулся в родную Школу и увидел ее: по коридору шла высокая девушка со жгуче черными волосами, разметавшимися в обход всех школьных правил по плечам, стильной тунике с явно дорогой эльфийской вышивкой, кожаных брючках, обтягивающих стройные ножки. Она двигалась уверенно, ритмично, размахивая рукой словно дирижер, управляющий одному ему звучащей музыкой.
Вик замер, не в силах оторвать от девушки взгляда. В горле пересохло, а в глазах померкло, оставляя в ореоле света лишь мерно шагающую фигурку. Сначала парень хотел кинуться к ней и познакомиться. Обычно он так и делал, не испытывая особых проблем в отношениях с противоположным полом. Но тут вдруг оробел. Сколько бы он так стоял, неизвестно, если бы его не окружили прежние дружки.
