Текст книги "Восходитель. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Марат Жанпейсов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

На третьем этаже я ведь уже столкнулся с тем, что меня отрезало от арканы, когда феи отправили «взрывать» Центральный Нерв. Тогда всю округу, включая меня, засыпало волшебным серебром, которое быстро застыло и создало зону Тасета, то есть энергетической пустоты. Ни внешняя, ни внутренняя аркана не могли создать сколько-нибудь полезную работу. Я начинаю раскручивать эту мысль, пытаясь придумать то, чем сейчас можно заменить то проклятое серебро, которого мне тут неоткуда взять.

А вот враг давать мне дополнительное время на размышления не собирается, его напор, сила и скорость лишь увеличиваются, грозясь пересечь границу моих оборонительных возможностей. Значит, решение нужно придумать быстро, и, кажется, у меня есть последний план, который я могу успеть претворить в реальность. Я даю голему сблизиться, чтобы скрестить с ним наши клинки.

Даже моя сверхчеловеческая сила еле-еле выдерживает столкновение, но в важный момент я заставляю телекинетический клинок потерять монолитность, пропустить сквозь себя вражеский меч и снова стать цельным. В другой ситуации это не дало бы мне ничего, ведь голем может восстановиться даже из мельчайших кусочков, но теперь я ударяю «Психофазовым клинком» ур. 3, меняя его природу на нужную мне.

Я не ожидал, что получится, но с трудом различимое лезвие вдруг покрывается сияющим серебром, которое при ударе разлетается частицами, которые плотным облаком заключают в себе противника. Похоже, мои тренировки с этим навыком не прошли зря, а фаза клинка может быть даже такой! Я концентрируюсь на образе проклятого серебра, вспоминаю, что ощущал в той темнице неподвижности без силы арканы, пока передо мной не оказывается серебряная статуя.

Быстро осматриваю психическим оком, и вижу, что текущая со всех сторон энергия теперь просто рассеивается над слоем из серебра. Значит, голем больше не получает её. И скорее всего сил физически сломать застывший слой металла у него нет. Во вселенной, где аркана может позволить тебе вырывать дубы из земли или пальцами гнуть чугунные батареи, стоит только лишиться её, как ты уже не сможешь повторить такие подвиги. Однако на всякий случай я все же обрушиваю на врага всё новый и новый слой серебра, получая уродливую статую, светящуюся под лучами закатного солнца.

Только закончив эту работу, я могу выдохнуть, но вот что делать дальше? Я нейтрализовал противника, но он ведь даже неживое существо, которое может умереть от голода или нехватки кислорода. Критически осматриваю полученный результат, а потом вспоминаю про ступни. Рядом с Центральным Нервом где-то в Госкейн Кедвиг, я был покрыт серебром, но мои ноги стояли на земле, и под них серебро не попало. Именно это позволило Центральному Нерву протянуть ко мне свою, эм, «руку», и установить контакт. Сейчас же вижу, что поток энергии снизу все же есть, хоть и маленький, поэтому начинаю копать.

Я быстро добрался до ступней голема, которые дополнительно покрыл серебром, и теперь не знаю, что делать дальше. Возвращаюсь в биологический облик, одеваюсь, сажусь на обломки одной из колонн и жадно пью воду из призванной волшебной чаши. В состоянии психического льда я не чувствовал жажды, но она сразу набросилась, как только вновь вернул живой облик.

Уровень навыка «Стрелок-знаток» повышен на 1.

Уровень навыка «Психический лед» повышен на 1.

Уровень навыка «Психофазовый клинок» повышен на 1.

Уровень навыка «Пси-мост» повышен на 1.

Навыки вновь апнулись, но пока что мне не до этого. Я не свожу взгляда от обездвиженного противника, наблюдая энергетическую пустоту. Вероятно, это не является необходимой победой, но мне кажется, что раз сама пустыня поддерживала голема, то через какое-то время у него закончится полученная аркана. Но проверить это получится только со временем, поэтому я продолжаю сидеть и смотреть на то, как ничего вокруг не меняется, но зато запустил отсчет времени в системном интерфейсе.

И примерно через полтора часа приходит сообщение:

Вы одолели «Единую Армаду Заблудших» (усил.). Сейчас будете перенесены.

Песок и камни вокруг поднимаются в воздух и начинают крутиться в большом вихре, который опять подхватывает меня. Я этому мешать не стал, радуясь тому, что выдержал очередное непростое испытание. Вероятно, меня сейчас вернут на эльфийский корабль к остальным. Так оно и происходит, когда вихрь пропадает, а мои ноги приземляются на верхнюю палубу. Здесь ход времени не останавливался, и я вижу, как поднимается над горизонтом рассветное солнце, а также вижу остальных членов команды. Судя по тому, что я вижу, не я один столкнулся с големом…

Глава 13

Я победил голема, который бесконечно вбирал в себя проклятые силы пустыни, но оказывается, что не я один сражался с подобным противником, и наши ряды поредели. Нас, кажется, было тринадцать, а теперь перед собой вижу только семерых, и почти все они как будто сражались недавно.

– Север, а мы тебя уже заждались, – Андрес подходит ближе и чуть улыбается. – Что-то ты долго.

– Меня перенесло в какое-то странное место с тремя колоннами в пустыне, где пришлось сразиться с сильно живучим големом, поэтому задержался, – объясняю я. – А здесь что происходило?

– Нас всех перенесло в похожее место, только у меня было другое количество колонн. И против каждого был тот голем, что напал на нас, – подключается Гиль с сигаретой во рту.

Кажется, остальные уже успели поделиться впечатлениями, и только я сильно задержался. И вправду, получается, что голем каждого из нас перенес в особое место для дуэли. Это в очередной раз доказывает, что Башня Испытаний больше ценит индивидуальный зачет, а не командный. При этом я удивлен, что многие смогли победить такого противника гораздо быстрее меня, поэтому не мог не спросить про детали.

– Я сумела поймать его в Первородную Глину, проникла ею в каждую трещинку на его теле, а потом взорвала, – делится Кли. – А останки запечатала в сосуде из той же Глины. Мне повезло, что у меня достаточно оборонительных и запечатывающих навыков.

– А я просто позволил ему дубасить меня, – пожимает плечами Гиль. – А когда набрал во «Втором очаге» достаточное количество энергии, просто сжег его к херам собачьим.

Что же, их подходы я могу понять. Их инструменты или таланты и вправду дают им преимущество против большинства врагов.

– Я с ним просто схватился врукопашную и размолотил до состояния песка, – Гэрри явно не слишком мудрствовал в выборе тактики, впрочем, как и Таска, который на мой вопрос просто показал, как ударил в воздух кулаком.

«Понятно, эти двое смогли с големом разобраться самыми примитивными способами», – я проникаюсь уважением, так как они могут быть гораздо сильнее, чем кажутся, ведь я смог только пленить и лишить голема энергетической подпитки.

– Вам всем, можно сказать, повезло, – вдруг глухо произносит Фокс, стоя в грязной и порванной одежде. – Голем был один, но для дуэли с каждым из нас он как бы разделился. Соответственно, поделил свою силу между своими копиями, но в разной пропорции. Исходя из ваших рассказов могу сказать, что на сложность боя указывали те колонны. У меня их было две, а вот у Андреса и Севера – по три. Моего противника нельзя было уничтожить, он постоянно возрождался.

«Внатуре?» – я думал, что у всех был одинаковый по сложности оппонент.

Начав выяснять такие детали, мы приходим к выводу, что возрождающийся голем действительно был только у троих, и только у меня и Андреса он еще бесконечно подпитывался от силы пустыни и быстро прогрессировал по боевой мощи.

– Но как он тогда выбирал, кому усложненный вариант, а кому полегче? – спрашивает Гиль, но никто не может дать ответ.

Возможно, «Единая Армада Заблудших» по-своему выбрала самых сильных из нас? Но как это точно можно оценить? По количеству арканы или навыков? За прошлые заслуги? Много вопросов, мало ответов. А дополнительным доказательством становится то, что только у меня, Андреса и Фокса противник в сообщении о победе имел уточнение «(усил.)».

– Мист говорит, что когда мы пропали с палубы, в небе появился образ кого-то на троне. Как в ночь посадки на корабли на Первом Посту, – добавляет Кли.

Кстати, это интересно. Голем забрал сражаться всех, кроме Мист. Вероятно, из-за того, что она не является восходителем. Но чей это был образ на троне? Скорее всего Чемпиона Арены, ведь боги или администраторы не могут просто так вмешиваться в события этажа. Если чутье меня не подводит, то местный владыка посчитал меня и Андреса самыми опасными и отрегулировал сложность испытания.

– Как бы там ни было, мы справились, – произносит молчащий ранее Андрес. – К сожалению, наша команда уменьшилась до восьми человек. Раз остальные не появились, то скорее всего они погибли в бою. Как минимум одного из нас голем убил еще на палубе, словно убрал самого слабого или по какой-то другой причине. Однако наше путешествие продолжается, так что нужно оставаться бдительными.

Да, руины песчаного города остались позади, а магические ветра вновь надувают паруса судна. Рискну предположить, что именно из-за «Единой Армады Заблудших» появился тот штиль. Теперь судно движется навстречу поднимающемуся солнцу, и скоро жара опять начнет припекать каждого из нас. И непонятно, какие еще препятствия ждут нас на пути к Великой Арене.

Закончив делиться впечатлениями, все отправились отдыхать, на страже остался только Андрес, сказав, что подежурит первое время. Мне показалось, что он меньше нас всех устал и пострадал, но при это у него была та же сложность, что и у меня. Не человек, а камень. Скорее всего Андрес, как и Фокс, показывает далеко не все способности, которыми владеет. Но думать об этом я сейчас не сильно хочу, лучше лечь на средней палубе и поспать, глаза так и просятся закрыться.

Нервное напряжение и адреналин вроде бы поддерживали меня бодрым, но как только ситуация разрешилась, наступила спокойная фаза, где тело поняло, что устало. Я заснул в течение минуты и как обычно проспал без сновидений. Проснулся часа через четыре полностью бодрым. Осталось лишь выпить чистой холодной воды, закусить последними оставшимися фруктами со Второго Поста, и я вновь готов к свершениям. На верхней палубе Таска и Гэрри уже заменили Андреса, а вокруг бескрайняя пустыня без чего-либо опасного.

– Все тихо? – спрашиваю у мастера боевых искусств.

– К счастью, да, – кивает Гэрри.

Этот восходитель не слишком многословный, но при этом я точно знаю, что он внимательно следит за всем. Наверное, за Таской тоже, который залез на одну из мачт.

– Ты все еще не доверяешь ему? – задаю вопрос, доверившись интуиции.

– Башня Испытаний, да и жизнь до нее, научила меня не доверять слепо тем, у кого есть мотив тебе навредить, – честно отвечает старик. – Кто может гарантировать, что рядом с Великой Ареной он не попробует совершить диверсию?

Этого я действительно гарантировать не могу, и если я своему чутью доверять могу, то Гэрри такое объяснение не устроит. Мы и орк из слишком разных миров, да и уже был конфликт с другими зеленокожими, так что можно предположить, что Таска оказался на корабле именно для того, чтобы втереться в доверие, выяснить про нас больше информации, а потом вернуться к своим и всё рассказать. Разумом я признаю, что такое возможно, но моя интуиция, которая выходит за рамки обыденности, спокойна. Так что я могу лишь пожать плечами, убеждать ни в чем не буду.

Проверяю также общий эфирный канал, и вижу, как несколько божеств оставили комментарии по моей схватке с тем големом, да и других тоже обсудили. Правда, все их комментарии содержат мало полезной информации, однако, я не ожидаю, что они вдруг проговорятся о чем-то важном. Не удивлюсь существованию отдельного эфирного канала только божеств и администраторов, куда восходителям доступа нет. Я уже на пятом этаже, но до сих пор мало представляю задачи Башни Испытаний и роль богов. Есть только разрозненные факты и домыслы, которые я пока не тороплюсь оформлять в гипотезы. Просто потому, что проверить в ближайшее время не смогу, а постоянное мыслительное обсасывание одних и тех же мыслей может завлечь в ловушку мышления, когда я начну свои гипотезы считать верными.

Я тоже приступаю к дежурству, хотя, в этом нет большой необходимости. Пустыня тиха и неподвижна, только местная звезда беспощадно жарит с неба, так что приходится окружать себя прохладным слоем чистой арканы. Другие восходители то поднимаются на верхнюю палубу, то спускаются, утро сменяется днем, а потом приходит вечер и ночь. И на следующее утро ничего интересного не произошло.

Если я не сбился со счета, то мы уже двадцать пять дней в пути в общем. По идее на этом этапе восходители должны сражаться с Армадой Заблудших, но, наша ставка выиграла, поэтому остаток путешествия проходит спокойно. На самом деле точно мы не можем знать, даже Фокс это подтвердить не в состоянии. Пустыня еще может подкинуть нам неприятный сюрприз, но пока этого не произошло, мы продолжаем отдыхать перед испытаниями, которые нас ждут на Великой Арене.

По ходу дела я подхожу ко всем, кто готов терпеть мои вопросы, и даже получаю несколько уроков. Например, Гэрри дал некоторые азы рукопашного боя, а единоборствами я на Земле почти не занимался. Просто потому, что на войне владение огнестрельным оружием помогает больше. Но в Башне аркана может невероятно усилять тела и даровать навыки, связанные с боевыми искусствами. Когда я обращаю тело в психический лед, мои физические параметры резко возрастают, но умения махать руками и ногами это не добавляет. Обещаю себе, что буду в свободное время тренироваться по советам Гэрри, надеясь, что получится получить навык, связанный с боевыми искусствами.

Также совершенствую орочий язык с помощью Таски и узнаю больше о его мире, а взамен рассказываю про Землю. Орк тоже предпочитает особые виды боевых искусств в бою, и вместе мы провели несколько тренировок, где он учил меня приемам, равно похожим на духовную практику, боксерскую тренировку и боевой танец.

А из Кли я пытался вытащить больше информации о Конгрегации, аркане и других вещах, которые могли быть ею прочитаны в земном филиале Анахорической Библиотеки. Девушка не спешит раскрывать передо мной секреты вселенной, но так или иначе какие-то детали мироздания становятся мне понятнее. Например, я узнал о её предположении того, по какому Пути идет Фокс. Этот человек точно не будет со мной или кем-нибудь другим откровенничать, так что я с интересом выслушал гипотезу о том, что Фокс выбрал Путь Игры. Мироздание постоянно играет в игры разных форматов, и последователи этого Пути отличаются тягой к абсурду, наслаждению процессом и удовольствию от высоких ставок.

Вспоминая поведение и улыбку Фокса, когда он поставил на кон свою и наши жизни, делая ставку, могу в это поверить. Удивительно, сколько разных малых Путей существует в Конгрегации. Путь Разума не такой уж крутой и неповторимый, хотя я до сих пор не знаю и одной тысячной доли секретов выбранной стези.

Переход по пустыне тем временем никак не меняется. Не хочется расслабляться раньше времени и угодить в ловушку, но с каждым днем вокруг не происходит никаких изменений. Армады Заблудших больше нет, пустыня встречает лишь песком до самого горизонта, палящий зной уже не такой страшный, будто привыкаешь к постоянной жаре. Не было бы «Неиссякаемой чаши Семирамиды», было бы сложно из-за жажды, но нам достаточно спокойно ждать окончания пути. Думаю, многие уже лелеют мысль, что на горизонте покажется Великая Арена.

Как только мы достигнем точки прибытия, то завершится самый большой этап испытаний на пятом этаже. Но самый большой не значит, что самый тяжелый. Этот переход был не из легких, большинство восходителей команды навсегда сгинули в пустыне. Но на Арене может быть не легче, где придется сразиться за право подняться выше по Башне. И пока неизвестны точные правила грядущих боев, мозг хочет строить самые неприятные вероятные исходы событий.

В таком режиме проходит один день за другим. Близится завершение месяца пути, и нам попадаются разрушенные корабли восходителей до нас, словно они не справились перед самым финишем. Мы, конечно, точно не знаем, что происходило с каждой командой, но вид торчащих из песка мачт заставляет задуматься. Какое-то у меня дурное предчувствие, словно пустыня готовит напоследок прощальный подарок.

И я оказываюсь прав, когда к вечеру поднимается сильный встречный ветер, сильно замедляющий движение судна, так и паруса начнут в обратную сторону смотреть. Приходится создать перед кораблем барьер с острой гранью, которая разрезает встречный поток ветра и пускает по бокам судна. Это позволило восстановить скорость, но потом мы впереди увидели огромную песчаную бурю.

– Вот нас сейчас будет штормить, – улыбается Гиль, хотя я не вижу причин для веселья.

Если приближающийся шторм будет слишком силен, то может просто сломать корабль, и на этом наше приключение скорее всего завершится. Я смотрю по сторонам, но фронт бури огромен, да и все равно мы не можем управлять кораблем, который идет точно в эпицентр стихийного буйства.

– Придется защищать корабль как получится! – выкрикивает Кли, ведь ветер теперь с такой силой ревет вокруг корабля, будто реактивный двигатель включили.

Первородная Глина стекает с фигуры девушки на палубу, а потом поднимается по мачтам, канатам, а также обволакивает внешнюю обшивку. Похоже, Кли теперь куда лучше управляется со своим инструментом, либо всегда так могла. Её мысль понятна, я сосредоточусь на усилении защитного барьера, но на большой купол сил не хватает, поэтому я формирую грани защиты как будто леплю из телекинетической глины нам дополнительный слой. Теперь барьер грубо повторяет форму судна, так тратится меньше сил. Хорошо, что я развил этот навык до «Психогранного барьера» и могу делать из него почти любые формы, а не просто щиты, сферы или купола.

Другие восходители ничем таким помочь не могут, поэтому просто крепко держатся за канаты и выжидающе смотрят на приближение огромной песчаной бури. Нам теперь не сильно опасно находиться на верхней палубе, так как все теперь умеют очищать аркану, а неба над головой уже не видно. Воет ветер, а песчинки летают на огромных скоростях. Я буквально чувствую, какие нагрузки испытывает корабль, так как разделяю с ним часть тяжести бури. Нос корабля проваливается в стену песка, и вот вокруг уже ничего нельзя разобрать.

Я обращаюсь к психическому оку, но лучше не становится, так как концентрация проклятья пустыни здесь как будто выше. Все вокруг мельтешит черными разводами, пустыня начинает поглощать энергию из моего барьера, так как он первым встречает стихийный кошмар. Приходится ускорять процесс очистки арканы, благо, мне уже не нужно концентрироваться на отдельных процессах, вроде процеживания, сублимации и дистилляции. Кажется, что невидимые руки великана пытаются сжать судно, искорежить и скрутить, как мокрую тряпку. Но пока что удается избежать серьезных поломок, но на этом приключения не заканчиваются.

За время путешествия я научился чувствовать ход движения корабля по углу наклона, как продольного, так и поперечного. Мореходом, конечно, не стал, но без труда понимаю, что нос корабля начинает слишком сильно задираться, будто мы хотим оседлать волну, которая выше корабля. Такой крен чувствуется опасным, но потом происходит то, чего я ожидать не мог. Днище корабля потеряло сцепление с песком, я могу это отследить по своему барьеру, который тут же «захлопнулся», как только эльфийское судно взмыло в воздух.

Мы теперь как Элли в сказке про волшебника Изумрудного города, несемся внутри бури, которая подхватила корабль, как дом. Можно было ожидать, что сейчас со всей дури грохнемся о землю и точно разобьемся, но ощущения падения не возникает. Скорее как будто продолжаем подниматься всё выше. Не представляю, что здесь творится с магическими ветрами, но они как будто стали достаточно сильными, чтобы позволить кораблю стать летучим.

Всё выше и выше нас поднимает буря, пока, наконец, мы не прорвали верхний слой бури, оказавшись на большой высоте. Летающий песок еще мешает разглядеть происходящее, но зато сумрак вновь сменился солнечным днем, пока мы рассекаем невиданное море. Я привык к кораблю, который плывет по суше, но теперь мы летим по воздуху, оставляя за собой след на теле бури, а магические ветра тут настолько сильные, что я вижу их при помощи психических чувств. Теперь еще нужно понять, как мы будем приземляться, не думаю, что днище корабля выдержит жесткий удар при посадке.

Но пока пустыня Мин Алиста предлагает расслабиться и наслаждаться быстрым полетом. Во всяком случае часть из нас веселится, например, Таска на носу корабля косплеит главную героиню Титаника, расставив руки в стороны. А Гиль курит с довольной улыбкой и даже не держится за канат, пока дым от сигареты стелется почти параллельно полу. Другие пока что не выглядят настолько расслабленными, а буре под нами конца и края не видно. При этом, если присмотреться, можно заметить, что песчаный шторм как будто закручивается вокруг далекой центральной оси, как ураган.

«И мы как раз движемся к центру», – у меня возникает впечатление, что эта часть пути и должна быть такой.

Если бы это было испытание, то в эфирном канале появились бы какие-нибудь комментарии от богов, но там как будто полностью игнорируют наш полет, словно так задумано, и в этом нет ничего интересного. Что же, поживем – увидим. На такой скорости вряд ли долго придется ждать.

Так оно и происходит, когда через несколько часов ближе к вечеру над головами образуются плотные облака, из которых неба не видно. Я продолжаю ощущать постепенный подъем, а мы теперь как будто оказались между молотом и наковальней. Снизу носятся жуткие течения песчаной бури, а сверху нависает мрачное небо, но, к счастью, нас пока никто не пытается прихлопнуть.

Скоро судно задевает мачтами облака над головами, мы постепенно поднимаемся всё выше. У меня нет страха высоты, но это все равно очень волнительно, так как до какой высоты корабль будет подниматься? Мы как будто на потерявшем управление воздушном шаре, который грозится долететь до стратосферы. Если так продолжится, есть риск стукнуться головой о «потолок» пятого этажа. Если у этажей внутри Башни Испытаний есть вполне ощутимые стены, то и потолок должен быть. И кучные бесформенные облака как раз выглядят как граница мира, через которую лучше не проходить.

Но кому об этом сказать? Остается лишь смотреть на оставшуюся далеко внизу бурю, пока она не исчезает за облаками. Становится холодно и сыро, но зато тут совсем нет проклятого песка, если не считать тот, что лежит на палубе и забился в карманы и волосы.

– И сколько мы еще будем подниматься? – спрашивает Гиль, но никто не может ответить.

– Выше пятого этажа все равно не улетим, – шучу я, чтобы немного снизить общее волнение.

Примерно через полчаса плавного подъема судно песчаной эльфийской флотилии прорезает верхний слой облаков, после чего перед нами открывается конечный пункт прибытия. Это стало понятно с первого взгляда на Великую Арену, которая, оказывается, находится очень высоко в небе над пустыней.

Примерно круглая арена с большим количеством рядов парит в воздухе с уходящими в облака каменными столбами. Кажется, что она стоит на этих скальных сваях до самой земли, но это просто невозможно с точки зрения физики, я уверен, что это визуальная иллюзия, и на самом деле арена летает в воздухе. Конечно, последнее тоже невозможно с точки зрения естественных наук, но открывшееся нам сооружение источает из себя большие объемы арканы, которая закручивается причудливыми узорами.

Все столпились в передней части корабля, смотря на то, как приближается Великая Арена. И чем ближе мы оказываемся, тем сильнее становится понятно, что постройка огромна. Под самой ареной гранитное основание с большим количеством этажей, я вижу, как горят там огни, а также видны причалы для кораблей. Великая Арена, на которой нам придется сражаться, словно проектировалась на великанов, либо у эльфов был синдром архитектурного гигантизма.

«Ну и ну», – я не перестаю удивляться, пока летучая арена, нет, почти каменный остров, становится ближе.

Корабль снижается к основанию Великой Арены, где у скал организовали места, похожие на причал. Вблизи становится понятно, что по высоте Великая Арена напоминает небоскреб, если меня не путает мой глазомер. Смотрю на это чудо света с почти открытым ртом, ведь Башня Испытаний, несмотря на ужасы прохождения, порой показывает такое, что я мог бы увидеть только в фантастических фильмах.

Корабль замедляет ход, приближаясь к каменной пристани, на которой нас уже кто-то ждет. В первую очередь это големы, похожие на Ширада или Фирада, только из серого камня. Как только судно трется о камень, отполированный сотнями швартовок, големы ловко накидывают канатные петли на судно, закрепляя в одном положении. Что же, как только мы сойдем на «берег» эта часть нашего путешествия официально будет завершена.

Помимо големов нас ждет уже знакомый чернокожий администратор. Он явно здесь, чтобы рассказать о правилах и испытаниях, поэтому терпеливо нас ждет. Мы спрыгиваем на каменный причал и подходим к администратору. За месяц пути я привык к качке, поэтому тело испытывает фантомную тягу к раскачке.

Я оборачиваюсь и смотрю на безымянный корабль, который смог нас доставить до самого конца. Уж не знаю, есть ли у эльфов традиция давать судам имена, так что про себя называю его «Стойким», так как он вместе с нами выдержал это путешествие. Теперь скорее всего он направится в обратное путешествие или просто будет перенесен к Первому Посту, чтобы забрать следующих восходителей. Остается пожелать ему не остаться навсегда в песках, как многие из его собратьев.

Погладив на прощание левый борт судна, я догоняю остальных, что уже обступили администратора. Последний смотрит на нас с легкой улыбкой, обводя золотым зрачками под стать загадочным украшениям на лице. Он словно пересчитывает нас, хотя наверняка точно знает всё о наших приключениях. Кажется, на момент начала перехода по пустыне нас было больше полусотни человек. Теперь осталось всего восемь. Статистика гибельности пустыни немного напрягает.

– Поздравляю вас с прибытием на Великую Арену, – произносит администратор. – Здесь пройдут финальные испытания, которые покажут, можете ли вы отправиться на шестой этаж. Напомню, что предстоит сделать…

Говорящий берет небольшую паузу, но никто не думает задавать вопросы.

– Для прохождения этажа достаточно победить в трех отборочных поединках и выиграть финальную дуэль. Первый отборочный тур вы уже прошли перед попаданием на Первый Пост, так что остается выиграть всего в трех состязаниях. Конечно, вы можете сразу бросить вызов Чемпиону Арены за право владения Венцом, тогда в случае успеха вы станете победителем без дополнительных проверок. Правда, еще никто не смог победить нынешнего Чемпиона, – губы администратора растягиваются в улыбке.

– У вас будет время отдохнуть после пересечения пустыни. Здешние испытания не имеют строгого времени начала. Однако я все же напомню о важных правилах. На Великой Арене восходителям запрещено убивать других восходителей или организаторов. Подобные бои происходят только в рамках поединков на арене за право подняться выше по Башне. Есть возможность бросить вызов любому восходителю, но вызываемый имеет право отказаться. Вы также можете дождаться, пока вам будет назначен противник, и тогда ваш бой состоится в любом случае.

Как-то так я себе это представлял. Придется получить себе соперников и победить, либо выбрать их самостоятельно. Мне это не слишком нравится, так как мне могут поставить в оппоненты кого угодно. Будет плохо, если это будет кто-то из окружающих меня восходителей. Мне кажется, нам больше нет смысла держаться вместе, так как теперь вновь каждый сам за себя. Андрес собирал вокруг себя людей именно для пересечения пустыни, и вот мы это сделали.

Краем глаза я смотрю на остальных, но могу лишь догадываться, о чем они сейчас думают. Ни для кого, вероятно, переход через пустыню не стал легкой прогулкой, но я ловлю себя на мысли, что люди вокруг уже далеко не те, кем были на Земле. Принцип отбора Башней я точно не знаю, но не думаю, что похищаются только самые способные. Каждый из окружающих до Башни Испытаний мог быть ничем не примечательным человеком, достаточно вспомнить лагерь новичков на первом этаже, где хватало тех, кто не хочет подниматься по Башне.

– У каждого из вас есть личные покои в подземельях арены, где вы можете отдыхать. Системный интерфейс может провести вас до нужной двери, такая возможность у вас сейчас появится. Информация о дате, времени и выбранном противнике тоже будут посылаться через систему. Уточню, что если вы не придете на поединок, который был вам назначен, то это автоматически ведет к поражению. Накопите больше одного поражения – умрете, – администратор спокойным тоном сообщает, что восходителей тут крепко держат за яйца.

Я еще раз оглядываю неровные каменные стены, в целом строение имеет помимо грандиозности еще и угнетающую атмосферу. Это как будто небесная тюрьма, из которой можно только воспарить на следующий этаж или быть сброшенным трупом обратно в пустыню.

– Какие есть вопросы?

– Хотелось бы точнее понимать временные интервалы. Сколько времени можно искать себе противника? И через сколько он будет назначен администраторами? – спрашивает Кли.

– Противник не будет вам назначен быстро. У вас будет несколько дней или даже неделя, чтобы найти того, кого хотите убить. Если никто не примет вызов, то тогда Арена возьмет дело в свои руки.

– Количество отказов от поединка не ограничено?

– Все так, – кивает статный мужчина. – Отказаться нельзя только от воли Арены.

На первый взгляд кажется, что ситуация понятна, но с другой стороны я понимаю, что есть нюансы, которые еще не уложил в голове. Но при этом администратор говорит, что его каждый день можно найти рядом с ареной и задать дополнительные организационные вопросы. На этом он с нами попрощался и растворился в воздухе.

Не говоря ни слова на прощание, Фокс тоже начинает подниматься по лестнице, направляясь себе в комнату или еще куда. Что же, наше совместное приключение действительно подошло к концу, но я бы хотел поддерживать связь с присутствующими и даже объединиться в команду для прохождения шестого этажа. Именно это предлагаю, пока все не разбежались.

– Я подумаю, сейчас хочу завалиться к себе и поспать, – пожимает плечами Гиль.

– Мы с Мист тоже подумаем, – обещает Кли.