Текст книги "Время неблагих. Книга вторая (СИ)"

Автор книги: Максим Далин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Мои ребята смотрели на него с ужасом – и я тоже, я пытался осознать, что вижу, но как-то плоховато выходило. Гектор в него… вселился? Парень теперь одержимый?

Но Гектора это, похоже, не устраивало. После кошмарной минуты конвульсий из тела с какими-то дымными красными нитями вылетел сгусток серого тумана – и собрался в призрак гвардейца. Совершенно потрясённый, с дикими глазами – он повернулся ко мне и спросил:

– А чё это, а?

Вот в этот-то момент его и сгрябчила гончая.

Выпустила свои хваталки стремительно, будто опасаться перестала – и обвила его, как спрут какой-то, а потом дёрнула вниз.

В ад?

Он, по-моему, даже понять не успел, в чём весь кошмар – и даже что мёртв уже.

Но я-то понял. Из нас, четверых, только я и понял. Остальные наблюдали, как гвардеец – Господи, помоги нам, тело гвардейца, одержимое Гектором! – с трудом садится и трёт виски.

– Тебе плохо? – спросила Глейза. – Что случилось?

В этот миг я был готов провалиться сквозь землю.

– Благодарю вас, ваше высочество, – ответил якобы гвардеец со спокойной полуулыбкой, странно смотрящейся на его грубоватой морде. – Я в порядке. Более в порядке, чем прежний владелец этого… этой оболочки. Простите меня, я понимаю: зрелище было не из приятных.

Августейшие переглянулись. Рошера заметно передёрнуло.

– Мессир Гектор, – сказал я, – а вы что, получается, скормили его гончей вместо себя?

– Ваш друг и надёжный человек граф Рошер умудрился выбрать очень удачного гвардейца, – сказал Гектор, легко вставая. – Этот мальчик, несмотря на юность, принял активное участие в погромах трёх последних дней. На нём не только убийства… Вы ошибаетесь, Валиен: это не я скормил юношу адской гончей. Ад лишь забрал то, что ему причиталось.

– Какого ж демона облезлого… – Лэрик только головой тряхнул. – А мы точно были знакомы, Гектор? Вы – тот, простите, мессир Гектор с родимым пятном, из консульства? Впрямь?

– Он самый, не сомневайся, – сказал я. – По призраку видно же…

– Я впрямь боец из консульства, ваше высочество, – поклонился Гектор. – И меня убили первым, именно потому что я был им по-настоящему опасен. Но не надо называть меня Гектором, принц, – и вдруг, резко изменив тон, выдал сипловато и довольно грубо: – Меня звать Отри из дома Высоких Волн, все запомнили? Я тут святоземельцев охраняю, чтоб не случилось чего. Нас так инструктировали, что они непременно целенькие нужны, – и взоржал так, что у меня мороз дёрнул вдоль позвоночника.

– Это он, – сказал Рошер. – Его манера. Из его памяти, да?

Господи, подумал я. Слава небесам, не из твоей, брат. Но промолчал.

– Совершенно верно, граф Рошер, – сказал Гектор человеческим, вернее, своим голосом. – Память этого юноши мне открыта. И первым делом нам всем надо подумать, почему этот Отри должен остаться при вас.

Глава 11

Потом мы приводили Гектора в порядок: когда тело упало на пол, бурая форма на спине немного испачкалась кровью.

– Это надо замыть холодной водой, мессир, – сказала камеристка королевы. – Снимите мундир, если её высочество позволит, я отдам почистить.

– Забирайте, – сказал Гектор голосом Отри. – А вы, ваше прекраснейшее, ведь не станете возражать, а?

– Нет, – сказала Глейза со вздохом. – Попросите также кого-нибудь из прислуги протереть пол, Нора.

– А помощь никому не нужна, леди Глейза? – спросила камеристка, опасливо косясь на кровь.

– Нет, – сказала Глейза. – Это мессир Валиен подшутил над мессиром Отри… просто оккультный фокус… между прочим, Отри, вы не ушиблись, когда упали?

– Добрая леди, – скривился Гектор и отвесил какой-то водевильный поклон. – Да уж как следует впечатался затылком. Черепушка бы треснула, будь она похлипче.

– Дать бы тебе в глаз, чтоб выбирал слова, – мечтательно и очень достоверно сказал Рошер.

– Отдача не замучает? – хмыкнул Гектор.

Своеобразным гвардейцем был бедолага Отри при жизни. Такое чувство, что не только не аристократом, а вообще из отребья. Даже распоследний шакал Манора и то держался более прилично.

Как это оказалось в дворцовой охране?

Гектор сказал, что этот Отри успел убить, да и не одного… очень может быть. Но вообще вот интересно: а сам Гектор с его церемонной речью вельможи сколько народу спровадил за Межу? Тоже ведь не одного, я думаю…

Заглянула Ильсора, очень удивилась:

– Ой… этот… он ещё у вас?

– А он и будет у нас, малютка, – сказал Лэрик.– Пусть только попробует смыться. Я его нанял.

Ильсора удивилась ещё больше, просто поразилась:

– Зачем⁈

– В охрану, – сказал Лэрик. – На всякий случай.

Ильсора выразительно постучала кулаком себе по макушке. Лакеи закончили замывать кровавое пятно и ушли, прихватив мундир Отри. Гектор остался в серой рубашке и чёрном галстуке. Галстук держал осьминожий чёрно-красный зажим.

Камеристка ушла в покои королевы. Когда она прикрыла за собой дверь, Гектор сказал Лэрику:

– К сожалению, ваша затея не работает, ваше высочество. Даже леди Ильсора не верит, что вы можете нанять такого типа, как Отри… Вот что я думаю: Отри остался сам. С вашего позволения, леди Глейза, он, очевидно, пытается волочиться за вами… тоже скользко, может взбесить кого-нибудь из окружения Рэнга, но не так нелепо…

– А я ему до сих пор по зубам не дал? – спросил Рошер.

– Вы дали, – кивнул Гектор. – Поэтому мундир и в крови на спине.

– А след на морде? – удивился Рошер.

– Вы съездили в ухо? – предположил Гектор.

Глейза хихикнула. Ильсора смотрела на происходящее как на спектакль в дурдоме. Силами психов.

– Ладно, – сказал Лэрик. – Я запретил вам драться. А вам, Гектор… в смысле, тебе, Отри, разрешил остаться, если наглеть не будешь. Так нормально?

– Средне, – сказал я. – Очень средне, если честно.

– Ничего другого не придумать, – сказала Глейза. – Но вот навязаться, волочиться и пускать слюни… нет, ну он впрямь ведь мог… Но парни бы точно ввязались в драку…

– Возможно, я извинялся и клянчил? – предположил Гектор. – Вы не в настроении, леди Глейза, но я всё равно ощущаю благодать… даже сильнее, чем мне хотелось бы и было бы удобно для работы. Может, я впрямь слегка ополоумел? Всплакнул, обещал умереть за вас…

– Здешние могут и поверить, – хмыкнул Рошер.

– Бездна, Гектор, – сказал Лэрик с досадой, – о чём вы думали всё это время? Неужели было не прикинуть за двое суток, что делать и что говорить⁈

Гектор поклонился.

– Простите, ваше высочество. Думал, как удержаться на юдоли, больше ни о чём как-то не думалось. Придётся импровизировать. Внезапную дурную страсть, например.

– Ладно, пусть так, – сказал Лэрик. – Другого плана всё равно нет. Что дальше?

– Дальше мне надо прикрыть Дар, – сказал Гектор. – У вас серебро на шее, Валиен? Ожерелье, цепочка? Удивительно, что не мешает работе.

– Да вот, – я вытащил и показал. – Око вот. Отец подарил.

Гектор аж отшатнулся.

– У вас своеобразный подход, – сказал он, кашлянув. – Мне это точно не подойдёт. Леди Глейза, леди Ильсора… быть может, у вас найдётся какая-нибудь серебряная безделушка? Цепочка, ожерелье – в таком роде? В идеале – со слабым замочком, чтобы можно было сдёрнуть одним рывком?

Глейза покачала головой и пожала плечами. Зато Ильсора, у которой, видимо, начали появляться какие-то проблески понимания, сказала:

– Пару минуток, мессиры! Мне кажется, я найду! – и улетела.

– Превосходно, – сказал Гектор. – Теперь, когда мы примерно представляем, как действовать, когда появятся… гхм… ну, они непременно появятся… надеюсь, мы их надуем. Так вот, теперь я попробую изложить своё видение положения дел.

– Изложите, – сказал Лэрик, подходя. – Вы же, как я понял… пронаблюдали?

– Как смог, простите, – поклонился Гектор. – Меня убили одним из первых. И мне пришлось не столько наблюдать, сколько прятаться. И от адских гончих, которые до изумления быстро пришли по мою душу, и от милейшего мессира Дингра, который, узнав, что я не покинул юдоль, всяко постарался бы меня упокоить. Забавная история – этот Дингр… его отец занимает в свите Иерарха очень высокий пост. Поэтому я практически не сомневаюсь, что в эту игру Заозерье играет вместе с частью святоземельских элит. Беда в том, что мы… хм… я, ваш отец, Валиен, государь и государыня, вы, ваши высочества, и большинство святоземельцев, которые здесь работали – на совсем другой стороне.

– Отец против войны, – сказала Глейза.

– И прав, – хмуро вставил Рошер.

– С вашей точки зрения, граф – несомненно, – сказал Гектор. – Те силы, которые нуждаются в войне, намерены, кроме прочего, забрать остатки власти у таких семей, как ваша. Они предполагают резкий перевод и экономики, и внутренней жизни страны на военные рельсы… и то, что Святая Земля уже никогда не вернётся к прежнему общественному порядку. Здесь, в Заозерье, этот переход уже практически произошёл… Видите: Рэнг даже короноваться не спешит, ему это попросту не нужно. Святая Земля, предположу, тоже собирается отказаться от короны. Король уже неудобен для элит, даже если он чисто декоративная фигура… а в нашем случае – ваш отец куда менее… декоративен, чем покойник Гетвуд был. Благодать – тот ещё рычаг влияния. Нет, она очень полезна во многих смыслах, но… слишком дорогое удовольствие. И – что уж теперь скрывать от вас! – благодать короны Святой Земли противники вашего отца очевидно планировали просто сжечь. Вас – вместе с государем. А государь, как и полагается потомку Эральда, и режим пытается сохранить изо всех сил, даже в таком виде, и простецов поберечь… и вас спасти… обречённые дети.

– Мы обречённые, а вы-то чего суётесь? – спросил Лэрик, щурясь.

– А куда ж мне деваться? – удивился Гектор. – Меня уже разок убили, мне не понравилось. Я ведь такой же обречённый, как и вы, принц. А мне не только жить хочется, мне хочется жить прилично, в идеале – так, как я привык. Я вот, по дурости своей, ещё планировал жениться, когда получу отставку… Получил! – усмехнулся он невесело. – И что с моим домом будет, если в Святой Земле победит эта банда? Они убьют вашего отца, Лэрик, а заодно – запросто могут прикончить моих брата и сестру… Быть может, я делаю большую глупость, но мне мерещится некая надежда в том, что вы можете выжить. Шансы призрачны, правда…

– Рэнгу девушки нужны? – спросил Лэрик.

Гектор покачал головой.

– Главным образом – вы.

И тут влетела Ильсора, с грохотом, как всегда. Притащила целую горсть серебряных побрякушек: свисали цепочки, ожерелье из маргариток с блестящими камешками в серединках, одна цепочка плоская и широкая, как ленточка…

– Подойдут? – спросила она то ли весело, то ли просто взвинченно, вытряхнув безделушки в ладони Гектора.

– Не эта, – Гектор вернул цепочку. – Это серебро с золотыми подвесками, леди Ильсора. И цветочки вызывают у меня сомнения… эти самоцветики… кто знает. Но вот эта удачная, – и стал распутывать ту самую, широкую.

– Там замок сломан, – сказала Ильсора. – Еле держится. Хорошо, что не отдала ювелиру, да?

Гектор кивнул. Накинул цепочку себе на шею, под воротник. Остальные побрякушки высыпал в пригоршню Ильсоре.

– Серебро не только останавливает Дар, – сказал он мне, – но и делает его почти не заметным для чутья некроманта. Удивительно, что ваш Дар, Валиен, так легко проходит не просто серебро, а даже освящённое серебро…

Ага, подумал я. А вот Лео и Ричарда не удивило… и вот почему занесло Рэнга! Упыри меня, значит, не чуют… Но Дингру, кажется, не помешало…

– Мессир Гектор, – сказал я, – Дингр учуял мой Дар даже сквозь серебро.

– Сомнительно, – возразил Гектор. – Вы, возможно, как-то его проявили… незаметно даже для себя самого…

Ну да, подумал я. Психанул на вокзале, глаза засветились. То-то ж Дингр лыбился, как крокодил…

– Гектор, – окликнул Лэрик, – вы не договорили. Вы сказали, Рэнгу я нужен больше, чем девушки. На что я ему сдался?

– Девушки тоже пригодятся, – сказал Гектор. – Но вы, принц – идеальная жертва. Я даже представить себе не могу лучшую жертву. Вы же впрямь наследный принц, белый, с благодатью, кузен Рэнга… Сказка. Специально не выдумаешь. Принцессы в таком случае пошли бы, простите, вторым блюдом.

– Рэнг два года назад навязывался мне в мужья, – сказала Глейза. – Их семейка даже клянчила разрешение у Иерарха… Отец тогда пошутил, что столько благодати Заозерью точно ни к чему, а Иерарх, как понимаю, отказал, потому что Рэнг мой кузен… Рэнг передумал жениться и решил убивать?

Гектор вздохнул.

– Леди Глейза, простите меня… вы всерьёз думаете, что обручальное кольцо на вашем пальце помешало бы Рэнгу вас убить? Я думаю, напротив: оно увеличило бы вашу ценность как жертвы. Теперь, конечно, в таких мерах отпала нужда.

– Я вот не пойму, – сказал Лэрик. – Вы так говорите, будто все знали…

– Если бы кто-то из сторонников вашего отца хоть догадывался, вас бы не отправили сюда, – сказал Гектор, и его щёку дёрнула судорога. Он потёр её пальцами. – Надо же… я думал, что избавлюсь… неважно. Я ведь сказал, что укрылся от посланцев ада в часовне, принц. Очень удачное место: гончие не рискнули лезть во владения Отца Вод, да ещё его тёмной ипостаси, против меня море ничего не имеет… Зато я прослушал пару служб. И сложил два и два.

– Чья часовня⁈ – поразился я.

– Валиен, вы осьминога на их флагах и везде видели? – Гектор снял с галстука зажим с эмблемой и поднёс к моим глазам. – Это, как я понимаю, вторая ипостась Отца Вод, первая – тот морской дракон, которого так любят прибережцы. Дракон этот – высветленные воды, я бы сказал. Ведь у них там, в Прибережье – церковь Звезды и Вод… Звезда – Око Божье, Валиен. Прибережцы верят в милосердие Океана, потому что это Божий Океан. Работает, судя по всему… Но у заозерцев с некоторых пор в почёте церковь Вод, без всяких Звёзд, они служат стихии как таковой. Как говорят старые пираты, море – проклятое преддверье ада. Раньше они ещё стеснялись… но вот уже год как снимают знак Ока со всех храмов. И, судя по службам, намерены взять Океан в союзники в войне с Прибережьем.

– А это возможно? – спросила бледная Глейза.

– Стихийные божества – не Вседержитель, – сказал Гектор, снова закалывая галстук. – Служение им сродни торговле… Даёшь ты – дают тебе. Чем больше жертва – тем больше дают. Рэнг, я думаю, ещё тогда, умоляя Иерарха о разрешении на брак, планировал очень серьёзную жертву… но сейчас… Я думаю, он надеется просто стереть Прибережье волнами. Попросить смертельную волну на южную столицу минимум… а может, и не только. Принц, его родственник, отмеченный Господом… Ваша смерть, Лэрик – гибель Прибережья. Почти без вариантов. Тем более – если Рэнг добавит девушек. Думаю, они ждут только полнолуния.

– Всё понятно, – сказал Рошер. – Да, Валиен?

– Да, – сказал я. – Надо драпать. Сегодня же ночью. Вы готовы драться, если что, Гектор?

Лэрик молча показал мне два пальца. Глейза чуть улыбнулась, кивнула. Ильсора, по-моему, была не в состоянии: она пыталась это всё переварить.

– Куда же драпать, мессиры? – спросил Гектор. – Драться я, несомненно, буду. Меня ведь пустят в расход вместе с вами… в самом лучшем случае, мне придётся изображать тут идиота-гвардейца, небось ещё и познакомиться с его начальством, дружками и семейством – а это, предположу, гораздо хуже смерти. И я, несомненно, готов сопровождать вас куда угодно. Но, честно говоря, сейчас, здраво прикинув обстоятельства, я не вижу…

– В Прибережье, – сказал Лэрик. – Ясно.

– Спятил, да? – спросила Ильсора. Швырнула кучкой серебряные безделушки на обеденный стол. – Нас союзники собираются убивать – что же враги сделают⁈

– Врагам заплатим информацией, – сказала Глейза. – Да, заяц? Я только не знаю, сумеем ли добраться.

– По суше – точно нет, – сказал Рошер. – Там слишком просто нас изловить. Вот по морю…

– А по морю – сложно? И тоже далеко! – у Ильсоры потекли слёзы, а она и не заметила. – Гектор, это точно, да? Что нас будут убивать?

Гектор кивнул.

– Простите, леди. Что до бегства по морю… мне в этом что-то видится. Здесь, на Золотом мысу, есть стоянка катеров и яхт. Покойный Гетвуд обожал рыбалку…

– Ну вот, – сказал Рошер. – И на катере можно будет добраться до какого-нибудь рыбацкого посёлка, заплатить рыбакам…

– Ну ты даёшь, сюпруг! – восхитился Лэрик. – Очень здраво.

Гектор задумался.

– Вряд ли нас будут искать у рыбаков, – сказал я. – Особенно если прям совсем корыто отыскать, чтобы еле на воде держалось буквально.

– Так ведь сдадут рыбаки, – сказал Гектор. – Не те, кому заплатим, так те, кому откажем.

– Глейзу⁈ – поразился Рошер.

– Вообще-то Рэнг меня убить собирается, – сказала Глейза. – И благодать на него не действует.

– Действует, – сказал Гектор. – Предположу, что именно поэтому и собирается… но в общем… да, мессиры и леди. По морю – наш единственный шанс. И верить, что нас не убьют тут же, как мы пересечём морскую границу Прибережья.

– Других шансов всё равно нет, – сказал Лэрик. – Или я их в упор не вижу. Малютка, для тебя есть специальное задание: тебе надо как-то подготовить мать.

Ильсора кивнула. Гектор покачал головой.

– Простите, принц. Королеву нам придётся оставить здесь. Возможно, нам придётся прорываться с боем, бежать… это очень печально, но леди Вирелла за нами не угонится.

– Нет, – сказал Лэрик. – Мать – не подарок, но я её здесь не оставлю.

– Так будьте готовы к тому, что её убьют по дороге.

– Любого из нас могут убить, – сказал Лэрик без выражения. – И её, и меня. Ещё раз, Гектор: я не оставлю мать здесь.

И взглянул на принцесс. Ильсора вытерла слёзы.

– Я ей скажу. Объясню, – и улетела.

Глейза вздохнула.

– Будет непросто. Но… я не могу бросить мать, это подло.

– Кровь Эральда… – пробормотал Гектор и не выдержал: – Да глупо же, глупо!

– Храбрые и глупые, как все белые, да? – вырвалось у меня.

– Мы все можем погибнуть из-за королевы, – сказал Гектор мрачно.

– Нет, – сказал Лэрик. – Не будут они нас убивать. Смысл им нас убивать? Если им жертва нужна…

– Скажу иначе: убьют меня, Валиена, Рошера, королеву, а вас свяжут и запрут. Так яснее?

– А ведь вас беспокоит судьба ваших брата и сестры, Гектор, – сказал я. – Их бы вы не бросили у врагов, да?

Гектор взглянул на меня, будто впервые хорошо рассмотрел.

– Удивительно… просто удивительно, насколько вы… даже не знаю, повезло Ворону с сыном или нет.

– Его бы я тоже не бросил, – сказал я.

И тут в столовую вошла королева, которую Ильсора сопровождала, как фрейлина.

Выглядела Вирелла совершенно спокойно, даже весело. И как-то… какой-то острый злой огонёк в ней горел. Как тогда, на вокзале в нашей столице, когда она чихвостила Преосвященного, а потом хихикнула надо мной.

– Деточка, – сказала она Гектору, – поди-ка к своему начальству и скажи, что леди Вирелла желает поговорить с кем-нибудь посерьёзнее. По важному делу.

У Гектора на миг отвисла челюсть.

– Государыня, я…

– А ты не забывай, что ты гвардеец и шкет подневольный, – сказала королева. – А то вот забудешься и ляпнешь что-нибудь… впрочем… ты вот что… выпей-ка. Грушевое оставь. Возьми это, приморское. Для дам крепковато, а для мальчишки, вроде тебя – в самый раз.

– Государыня, я… – снова пробормотал Гектор. Вконец обалдел, по-моему.

Вот-вот. Как я тогда.

Вирелла сунула ему в руки бутылку и бокал.

– Хлебни, чтобы пахло от тебя. Ты пьян, тебя принцессы напоили, дуралея. А за важным начальником Рошер сходит, Рошер умница, он уж не позволяет себе лишнего…

– Мамочка, – спросил Рошер, обалдевший, по-моему, не меньше, чем мы все, – что вы задумали?

– Я намерена посетить бедняжку Лигну, – отрезала Вирелла. – В монастыре! Мы вместе будем вспоминать моего бедного брата, поплачем и помолимся! Надеюсь, я имею на это право! Вы все ещё слишком молоды, чтобы это понимать! Нет, Ильсора, тебя я не возьму, тебе нечего там делать…

– Мама, – тихо сказала Глейза, – ты понимаешь…

– Я понимаю! – рыкнула Вирелла. – Не смей меня останавливать! Вы все – ещё слепые щенята, вы не можете глубоко чувствовать, у вас на уме одни приключения и тряпки! Поэтому я отправляюсь в монастырь, а вы можете веселиться! Эй… как тебя… гвардеец! Ты будешь смотреть на вино или пить его? Ты меня задерживаешь.

– Мама, – тихо сказал Лэрик, – ты уверена?

– Нет, – усмехнулась Вирелла. – Но я однажды сделала по-своему, и мы все оказались здесь. Позволь мне сделать по-своему ещё раз… и хоть что-то переиграть. И не смей спорить. Подумай о сёстрах. И вообще – тебе есть о чём подумать.

Гектор налил вина и залпом махнул бокал. Налил ещё – и опрокинул себе на рубашку. Вирелла удовлетворённо кивнула.

– Рошер, – сказала она, – не сиди. Время идёт. Ты всё понял?

– Да, – сказал Рошер тихо.

Кажется, он хотел поцеловать ей руку, но Вирелла не дала. Она указала на дверь тем жестом, каким отправляют слуг.

И всё.