Текст книги "Медоед 10 (СИ)"

Автор книги: Макс Гудвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Вера не просто опустила ствол из мягкосердечия – она убрала опасность от Андрея и тем самым пожертвовала собой, давая ему шанс.

Вспышка света вернула меня назад.

И снова справа от меня донёсся голос, весёлый и беззаботный – слишком беззаботный, а когда одна из дверей открылась, я уже стоял с АК у боковой стены и, как только Питон показался в дверном проёме со своим питоном, я оглушил его прикладом в челюсть. Заходя в комнату.

– Что может быть лучше второй бутылки шампанского⁈ – спросил я, у завизжавшей от неожиданности рыженькой девушки, направляя на неё оружие. – Да, Верусик?

– Ан-дрей, – проскулила она, смотря на вырубленного мной мужчину, кутаясь в одеяло и отползая от меня к стене.

– О Макарове забудь, дура! Я тебя пристрелю быстрее, чем ты его в боевое приведёшь!

– В-вы кто? Что вам надо? – дрожащим голосом проговорила она.

– Что мне надо, Вер? Тиммейт⁈ – повысил я тон. – Я правильно понимаю, что у нас Вера на должности смотрителя отеля?

– Так точно, – ответил Тиммейт на весь отель, пользуясь громкоговорителями.

– А Андрей у нас на какой должности стоит?

– Вот этот большой самец приматов, которого ты по законам вашей стаи победил и теперь имеешь права на его жилище и самок? – начал Тиммейт. – Да, он тоже стоит. Майор ОЗЛ Андрей Сергеевич Свинцов, позывной «Питон». Старший группы ликвидаторов калининградского ОЗЛ. Состоит в штате уже шесть лет. В проекте «Вернувшиеся» числится, особенность – повышенная скорость мышечных сокращений. Официально – один из лучших. Характер скверный, но по службе нареканий нет – надёжен.

– А самка обезьяны под именем Вера, какой у неё позывной, звание и образование? – спросил я, не сводя глаз с Веры.

– Вера Павловна Григорьева, – начал Тиммейт. – Позывной «Колонок». Старший лейтенант ОЗЛ. Должность: смотритель отеля. По образованию – офицер связи. В проекте «Вернувшиеся» не числится.

– Видимо, специалист по половой связи, – поморщился я.

– Вы кто и что вам надо? – спросила у меня Вера.

– Я, Вера Павловна, контролёр. А надо мне, чтобы у меня ликвидаторы со смотрителями в отелях не трахались! А если, блядь, трахаются, то чтоб двери были закрытыми! У нас в Новосибирске недавно штурм отеля был. Я для кого указания рассылал⁈ – выпалил я, достал удостоверение и показал его её рыжей и, видимо, тупой заплаканной голове. – Читай внимательно, чтобы не закралась мысль, что я диверсант!

И тут Питон застонал, приходя в себя.

– Вера… – прохрипел он, поднимая глаза и видя меня.

А я направил на него АК.

– И долбоёбу этому объясни, кто я такой. Жду вас в одежде через 10 минут на твоём рабочем месте. И смазку захватите. Любовники херовы! – Я встал и, не прекращая целиться в Питона, вышел из комнаты и пошёл к стойке смотрителя.

– Ты их уволишь или посадишь в камеру и будешь уставом мучить? – спросил у меня Тиммейт.

– Не знаю пока, – произнёс я. – Не решил ещё. Я ещё остальных троих не видел. Может, и расстреливать придётся.

– Ну пока ты думаешь – вот тебе видос, – произнёс он, и главный экран ожил. А я, сидя на месте Колонка, наблюдал ожившую картинку:

Как она сидит на рабочем месте, листает ленту ВК, и вдруг получает сообщение, и её взгляд падает на мониторы. Далее она нажимает кнопку, открывая калитку, и бегом бежит к двери входа в сам отель. Потому что на пороге возникает он – красивый, как Аполлон в старых фильмах, правда черноволосый и кудрявый, но зато большой мужчина с двумя бутылками шампанского. Колонок отворяет дверь и прыгает Питону на грудь, их губы сливаются в долгом поцелуе, и он, подхватив её под её попку, уносит её в спальню. «Простите», в комнату отдыха смотрителя отеля.

– Нет повести печальнее на свете, чем повесть о… – начал Тиммейт.

– … минете в туалете, – продолжил я и спросил: – Кто её сюда пристроил?

– Дядя у неё есть. Генерал ФСБ. Друг детства Дяди Миши. Попросил найти место подальше от столицы, подальше от тюремной системы. Она раньше работала инспектором в СИЗО. Не выдержала жестокости. Перевели сюда – в ОЗЛ, в тихое место. Связь, документы, журналы, учёт.

– Не выдержала жестокости и перешла в ОЗЛ? – переспросил я.

– Всё так. Но не перешла, а перевели – через увольнение, но с сохранением звания и стажа.

– Господи, – выдохнул я, устанавливая АК обратно в колодку и закрывая лицо руками, словно грея дыханием свои глаза.

– Ну теперь понятно, почему тебя сюда направили. Вижу рапорт от капитана ОЗЛ по должности ликвидатора Екатерины Алексеевны Морозовой, позывной «Рысь», о том, что у них у Питона и Колонка происходят регулярные неуставные отношения, что подрывает боеспособность отдела.

– Дай угадаю: Рысь – бывшая баба Питона? – спросил я.

– Сего я не ведаю, – перешёл Тиммейт на скрипты Ярополка.

– То, что они дверь не закрыли, то, что они за периметром не следили, – это подрывает боеспособность, – произнёс я.

– Растасовать их всех троих по всей России – и дело с концом. Влепить всем строгий выговор и месяц в комнате отеля пусть греют, – произнёс Тиммейт.

– Пиши: «В ходе проверки отеля ОЗЛ по Калининградскому округу…»

– Всё так, только «области», а не «округа», – поправил меня Тиммейт.

– Не правь меня, а записывай. Потом поправишь и даты поставишь, – поправил я его в ответ.

– Так вы говорите, Царь и Великий Князь всея Руси челом бьёт?.. – попросил меня продолжать Тиммейт.

– Да. «В ходе проверки было выявлено халатное отношение к службе в части контроля периметра объекта и мест особой уязвимости (вход в здание). Однако смягчающим обстоятельством считаю готовность Колонка к самопожертвованию ради боевого товарища».

– Вот сейчас я не понял ничего, – произнёс Тиммейт. – Ты по каким признакам понял, что она готова к самопожертвованию?

И я рассказал ему всё, что было до вспышки, как вероятную линию сценария нашего с ними первичного знакомства.

– Дела… – протяжно произнёс ИИ. – А чё не вилкой в сосиску Питона, в питонку, так сказать?

– Ты думаешь, мне это нравится всё⁈ – спросил я.

– О, а вот и они, – произнёс Тиммейт, и из комнаты смотрителя вышли эти двое.

Понурая парочка: огромный Питон и миниатюрная Колонок, уже одетые, но вышли за ручку. Ромео, блин, и Джульетта.

– Я всё решу, – произнёс Питон своей любовнице и набрал воздуха для самых важных в его жизни слов…

Глава 21
Ротация в Калининградском лесу

– Я знаю, кто ты такой, видел с тобой видео, и если у тебя ко мне вопросы, то задавай их мне лично, а её не трожь! – выдал «хвостатый» представитель ликвидатора.

– Вы, товарищ Питон, почему игнорируете моё указание о субординации? Я для кого это всё писал⁈ Внимание, цитирую себя: «За пренебрежение субординацией, грубость и некультурное поведение предусмотрены взыскания, вплоть до изоляции и принудительного прохождения курсов по этике и развитию софт-скиллов».

– Почему ты считаешь, что ты можешь командовать, даже если тебя над нами назначили? – продолжил Питон, сделав шаг вперёд, но я снова достал автомат с колодки, направляя «рогатку» ему в бедро.

– А ты думал, что если тебе деньги платят, то это благотворительность, потому что мы все гордимся, что у нас есть человек с хреном по колено? – спросил я.

– Я свои полмиллиона в месяц честно отрабатываю, – произнёс он.

– С субординацией у тебя что? – спросил снова я. – За нарушение только этого пункта получаешь неделю образовательного курса отеля по распределению в любой город по моему желанию. Как понял?

– Ты чё, правда в своего выстрелишь⁈ – спросил он, смотря на мой автомат.

Точнее, не мой, а Колонка – она же ответственна за всё оружие в отеле.

– Что у тебя за особенность? Ускоренное сокращение мышц? Я тебе не только подстрелю, я тебя, если ты голос разума слушать не будешь, завалю тут и буду самым быстрым стрелком на Диком Западе! – произнёс я.

Вот она проблема с Вернувшимися, хрен кому подчиняются, никого не слушают, считают себя главными героями истории под названием жизнь, и думают что они какого-то хрена бессмертные.

– Не надо, он выстрелит, я видела, как он своих убивает! – проскулила Колонок, потянув Питона за руку.

– Я не боюсь смерти. Я уже умирал, – выдал Питон, посмотрев на девушку. – Если я виновен, то пусть стреляет! Но я умру за руку с тобой.

От чего Колонок изобразила умилительную мину на её заплаканном лице.

– Бля-я… – протянул я. – Хорош, а⁈ Вы ещё целоваться тут начните! Развели, с-сука, Шекспира! Теперь ты, Колонок, цитирую своё же указание. Пункт – организация быта и безопасности в оружейной комнате: в каждом отеле должна быть оборудована отдельная комната для хранения оружия и боеприпасов, ответственность за которую несёт смотритель отеля. Почему я тебя спрашиваю на вахте никого⁈ Почему дверь открыта? Почему оружие твоё в свободном доступе⁈

– Медоед, – произнёс Питон, – ну косячнули мы, ну накажи нас. Но не ори, а⁈ Особенно на девушку.

Ну что с ними делать?..

– Слушай мою команду. Ты, Питон, отправляешься в комнату номер два! Прямо сейчас! Старший лейтенант Григорьева, привести в исполнение и поставить на довольствие сроком на месяц! – выдал я и переспросил: – Что нужно сказать контролёру?

– Пойдём, – произнёс Питон. – Всё нормально.

– Есть, заключить под стражу и поставить на довольствие, – сдавленно прошептала Колонок, и они под ручку пошли к комнате номер два. И прямо возле неё устроили долгий поцелуй, а после чего Питон шагнул в камеру, а Колонок закрыла железную дверь и нажала комбинацию закрытия на табло магнитного замка.

А после подошла ко мне и также сдавленно произнесла:

– Ваше приказание выполнено, старший лейтенант ОЗЛ Колонок.

– Смотри, Вера Павловна. – выдохнул я уже спокойным тоном. – Я видел вероятности событий, когда ты могла остаться жива, но не спасти Питона. Однако ты применила хитрость и спасла ему жизнь, однако погибла сама. Как ты считаешь, он бы для тебя сделал то же самое?

– Да, я не сомневаюсь в этом, – произнесла она.

– В первую очередь, Вер, надо выполнить задание. Это я в ОЗЛ только понял: чем дольше ты живёшь, тем больше вероятность выполнения миссии или минимизации потенциала противника. У тебя же много самопожертвования, для ОЗЛ много. Я не могу тебя уволить, так как ты тут по блату, но и работать с ним в одном регионе я вам не дам!

– Я могу уволиться, – быстро приняла она решение.

– Вот как мы сделаем: ты отправляешься в другой регион и работаешь там, а через полгода я разрешу тебе приехать в Калининград, – произнёс я и вдруг понял, что у меня теперь фамилия тоже Калинин, словно всё меня вело в этот город. Эх, не люблю я такие совпадения…

– Как это «разрешите»? Я свободный человек! – выпалила она, собрав всё своё женское упрямство.

– Вот так это. Отработаешь полгода, потом берёшь отпуск с выездом сюда. Тут вы с Питоном идёте в ЗАГС, если у вас так всё серьёзно, и только в этом случае я разрешаю твоё увольнение и присутствие с ним рядом.

– А если я не желаю больше работать на ОЗЛ? – спросила она. – Особенно с таким токсичным начальником?

– Тогда я посажу тебя в Томский отель ОЗЛ, что в Сибири, и просидишь ты там до тех пор, пока срок твоей секретности не выйдет, – ответил я.

– Вы не сможете, мой папа…

– Твой папа будет рвать и метать, если тебя, дуру такую – убьют, потому, что ты АК оставила в колодке при открытой двери. И к первому, к кому возникнут вопросы, буду я. Поэтому выбор за тобой: либо полгода отрабатываешь в другом регионе, либо сразу в Томск, к волкам и медведям в Сибирь!

– Я лучше полгода. Он дождётся меня! И мы будем вместе! А вам будет стыдно! – произнесла она надув губки, словно кавказская пленница Нина.

– Иди вещи собирай свои и ПМ не забудь сдать! – произнёс я и обратился к Тиммейту: – Колонка отстранить от должности смотрителя, её биометрию с замков аннулировать.

– Сделано. Что-то ещё? – спросил ИИ.

– Волкодаву напиши письмо от меня. Скажи, что мол посылаю к нему девочку на полугодичную стажировку на любую должность. В двух словах опиши ситуацию, – произнёс я.

– Да я ещё и видео приложу. Ещё будут кадровые перестановки? – проговорил Тиммейт.

– Будут. Кто там кляузу на них написал?

– Рысь написала, капитан ОЗЛ Екатерина Алексеевна Морозова.

– Слушай мой приказ, капитану Екатерине Алексеевне Морозовой за бдительность в ходе несения службы и быта объявить благодарность и направить на место службы в солнечный Ханты-Мансийск на должность ликвидатора. Естественно, с северными надбавками.

– Зачем? – не согласился со мной Тиммейт. – Я просто понять хочу.

– Дзен познавать, – ответил я.

– Объясни, пожалуйста, как для тупых, – настоял ИИ.

– Смотри. Была условная баба «М» встречалась с мужиком «П». У них что-то не сложилось, и она докладывает, что тут что-то происходит неладное и неуставное с мужиком «П» и девушкой «К». Я приезжаю и оставляю «П» тут, но в камере у неё под боком. И получается, она победила. Хотя по сути сдала двух своих. А оставлять её тут с «К», даже когда у нас «П» послан куда-нибудь подальше, – это порождать конфликт между ними. Поэтому я их и «развёл» по стране. Через месяц у нас «П» выйдет и продолжит всё движущееся ебать, на ЗАГС он с «К» не согласится, и она снова вернётся в Москву работать.

– Ну, судя по списку контактов с его телефона, ты скорее прав, – поддержал меня Тиммейт.

– Поэтому приказ Рыси на перевод прямо сейчас пиши через ОЗЛ-спецсвязь! – настоял я.

– Сделано, – рапортовал Тиммейт. – И так, Медоед. У тебя было в Калининграде четыре ликвидатора и смотритель. Одного ликвидатора ты посадил, другого отослал, а смотрителя депортировал в Москву. Внимание, вопрос: сколько надо ликвидаторов на Калининград, если его численность почти полмиллиона человек?

– Полтора, – произнёс я. – Не сыпь мне соль на рану. Решим кадровый вопрос, как-нибудь.

Я сидел за пультом и вдруг увидел, как к воротам подъехал Ниссан Икс-трейл. Серебристый, но тонированный, года 2010-го. Подъехал и поморгал фарами.

– Тиммейт, что за тачка? – спросил я.

– Я вижу её тут часто на камерах. Это, видимо, твои полтора ликвидатора, приехали на неприметной и скромной машине.

– Открывай ворота, тогда, – произнёс я.

– Красная кнопка на столе, левее от клавиатуры, – проинструктировал меня Тиммейт, и я нажал, а ворота отъехали в сторону.

Надо сказать, что у Колонка был ещё один косяк, отель ОЗЛ не был оборудован согласно моему приказу: окна второго этажа были без рольставней, КПП отсутствовало на въезде, как и каменный «мешок» для машин. А Икс-трейл заехал внутрь территории, и я удалённо закрыл за ними ворота, видя, как два крепких парня идут к двери внутрь здания.

– Тиммейт короткую справку мне об этих двоих! – произнёс я взяв АК и спешно шагнул к комнате напротив. Той что была в углу, в противоположном торце холла. – И, мою биометрию на замки поставь.

– Сделано. – прозвучало у меня в ухе. – Короткая справка, тот что пониже Бизон, тот что повыше Носорог.

Носорог он же Дмитрий Сергеевич Носов. Лейтенант ОЗЛ. Двадцать восемь лет. Сто девяносто сантиметров ростом, спортивный, коротко стриженный, на руках – шрамы от ожогов. Глаза голубые. Характер: спокойный. Вне службы читает историческую литературу. Взяли из разведроты, был в Сирии. Не женат. Не вернувшийся.

Бизон он же Пётр Сергеевич Карамаев. Капитан ОЗЛ. Тридцать пять лет. Сто восемьдесят пять сантиметров ростом, спортивный, носит густую тёмную бороду. Характер: замкнутый. В прошлом – инструктор по горной подготовке.

Оба свободно владеют немецким. Оба – ветераны. Оба в ОЗЛ с первых дней.

Я слушал и маскировался под местность, замок пискнул, и я вошёл в пустующую комнату, чуть прикрыв за собой дверь ровно настолько, чтобы она не защёлкивалась, но чтобы со стороны казалось закрытой. Я слышал, как они подошли к входной двери. Дёрнули ручку – и та открылась.

– Вер? – окликнул первый, входя, не замечая никого за стойкой. Голос низкий, спокойный. Это был Бизон его чёрные волосы были зачёсаны назад и открывали высокий лоб, а тёмные глаза шарили по холлу. На правой руке, чуть выше запястья, угадывалась татуировка – голова бизона на фоне луны. Одет в чёрную тактическую куртку, без знаков различия, но за пазуху сунул руку – явно держался за оружие.

За ним вошёл Носорог. Мужчина с плоским, будто разбитым в ринге носом. Он двигался вальяжно, переваливаясь входя в здание и тоже оглядывал помещение.

– Вер, ты жива? – повторил Бизон уже громче.

– Питон? – позвал Носорог, делая шаг к лестнице на второй этаж. – Вы тут?

И я распахнул дверь, дав очередь поверх голов двоих ликвидаторов. Пули вгрызлись в стену над ними, выбив фонтан строительной пыли, которая тучей осела на их плечи и головы, заставив обоих зажмуриться и пригнуться.

– Оба на пол! Руки в стороны, чтобы я видел! Полезете за стволами – завалю на хрен!

Они пригнулись, и, видя, что я направил АК на Бизона, тот убрал руку из-за пазухи, и они оба осели на пол.

– Спокойно, мужик! Мы тут вообще не при делах! – произнёс Бизон.

– На пол!!! – прокричал я и снова дал очередь уже над головой говорящего. Стена за ним покрылась свежими сколами, и ещё одна волна бетонной крошки посыпалась на затылки.

– Спокойно-спокойно, мы ложимся, – проговорил Носорог, ложась на пол.

И вот уже оба ликвидатора лежали на полу, словно звёздочки.

И тут из своей комнаты вышла Вера Павловна. Она подошла к столу смотрителя, достала из сумки пистолет Макарова и аккуратно положила его на стойку, затем выпрямилась и, не оборачиваясь, просто пошла мимо них, выдав:

– До свиданья, парни.

– С-сука тупая, ты кому нас сдала⁈ – прошипел Носорог.

– Ой, идите в жопу, вам он всё сам объяснит, – произнесла Колонок и покинула отель, на плече неся спортивную сумку.

– А сейчас медленно головы поднимаем и смотрим сюда, – сказал я, присаживаясь рядышком и показывая им в развёрнутом виде удостоверение. – А пока вы, зверята, читаете, я представлюсь: зовут меня Медоед, и я послан сюда, чтобы проверить, что у вас тут не так. И что вы таки думаете? Я приезжаю, и у вас всё не так. Одни трахаются с открытыми дверями и оставляют автомат в открытом доступе, другие, видя на колючке куртку, просто заезжают внутрь, даже не приведя оружие в состояние боевой готовности. Тиммейт, этого у нас как зовут?

– Пётр Сергеевич Карамаев. Капитан ОЗЛ, – произнёс отель с потолка.

– Пётр Сергеевич, что с бдительностью, а? – спросил я, вставая с корточек и идя к столу смотрителя, помещая АК обратно в колодку.

– А я думал, кто это такой… – произнёс Носорог, медленно вставая. – А это тот младлей, который вилку в член человеку воткнул в Шашлыкове.

– Кого? – не понял Бизон, вставая тоже.

– Это про него СиСР снимает ролики. – продолжил Носорог.

– А-а-а-а… – протянул Бизон.

– Товарищ контролёр, наш косяк, – произнёс Носорог.

– Ну да, что-то подрасслабились, – добавил Бизон.

– Ответ принимается. Тем более я такого же мнения. Веру я от должности смотрителя уже освободил, сейчас с вами разберёмся, – произнёс я.

– За что освободили смотрителя? – перебил меня Носорог.

– За неосмотрительность! – выдал я. – Теперь надо нового смотрителя. Выбор падёт на кого-то из вас. Желающие есть?

– Может, Рысь? Она хозяйственная, – произнёс Носорог.

– Рысь летит в Ханты-Мансийск, – выдал я. – И чтобы вы дальше не гадали, короля мужских бань, Питона с питоном, я арестовал тоже.

– Товарищ контролёр, – спросил Носорог, – а что происходит?

– Происходит то, товарищ ликвидатор, что вы кладёте питон Питона на служебные мероприятия, отель не усилен техническими средствами, да ещё и дверь открыта. Оружие, из которого я в эту стену стрелял, я думаете как добыл? Я просто вошёл и взял из колодки, пока люди друг друга любили. Что хорошо – нашей стране Николаи и Володьки нужны, как и Светланы и Нины. А вы вообще попались в засаду как дети.

– Ну а какие наши действия должны были быть? – спросил Носорог.

– Заметив куртку, вы должны были привести оружие в состояние боевой готовности и запросить через ОЗЛ-спецсвязь смотрителя, спросив её про эту куртку. Открыв дверь и не заметив её на месте, вы снова докладываете наверх, что у вас ЧП, и уже после этого приступаете к поиску, – сообщил я

– Ну а если куртку кто-то случайно кинул? – спросил Носорог.

– Тогда смотритель вам это и скажет. Вдруг они все мертвы? Оружейка вскрыта и враги ждут только вас? – спросил я, добавив: – Только не говорите, что вы не заметили куртку?

– Да заметили, – произнёс Носорог, и я понял, что нет, не заметили.

– Короче, решайте, кто теперь смотритель, чтобы куртки замечать. Или я одного из вас в Воркуту сошлю, а второго в Южно-Сахалинск! – пригрозил я, двумя чудесными городами.

А далее Носорог с Бизоном повернулись друг к другу и показали кулаки деловито смотря на них. И Бизон произнёс:

– Камень, ножницы, бумага. Раз, два, три!

И эти два бугая потрясли кулаками, выставив вперёд то, что получилось: Носорог – камень в виде сжатого кулака, а Бизон – бумагу в виде ладони.

– Детский сад, – покачал я головой и спросил: – Ну и кто смотритель?

– Я, – произнёс Носорог.

– Тиммейт, биометрию Носорога на замки отеля. Носорог, принимай хозяйство. Вторая комната – твой гость Питон. Ставь на довольствие, срок заключения – месяц. Тиммейт, программа у Питона такая: «Субординация и устав. Семейные ценности». И экзамен поставь по вкладу женщины в быт современной ячейки общества.

– А если не сдаст экзамен? – спросил у меня Тиммейт.

– За каждую неудачу – неделя сверху к сроку.

– Сделано.

– Всё приступайте! – произнёс я, и вытащил шнур Тиммейта из компьютера.

– Так, а к чему приступать мне? – спросил Бизон.

– Как к чему? – спросил я. – У нас по регламенту, на этот регион сколько ликвидаторов положено?

– Четыре вроде.

– А у нас один. Следовательно, надо обратить внимание на основные кадровые резервы нашего злого леса, в частности на программу «Вернувшиеся». Вы же в курсе, что такая есть?

– В курсе. Психи всякие оттуда к нам поступают типа Питона, – произнёс Бизон, улыбаясь.

– Ну так какая у нас работа проведена по этому направлению? Тиммейт? – спросил я.

– Никакая. Последний был Питон. Несмотря на развёрнутую агентурную сеть, лиц с подходящими аномалиями в поведении не было выявлено.

– Ясно. Похоже на самоустранение. Тиммейт, выдай Бизону указание через ОЗЛ-спецсвязь – проверить актуальность агентурной сети по вербовке и поиску объектов в рамках проекта «Вернувшиеся».

И у Бизона в кармане пискнуло.

– Ну и всё! Марш работать! А тебе, Носорог, – привести отель в состояние, соответствующие нормам контртеррористической устойчивости! Тиммейт, продублируй.

И у Носорога в кармане зажужжало – видимо, поставлено было на вибро режим.

– Всё! Работайте, братья! – произнёс я и, пойдя к двери, вышел во двор, и меня тут же обдало холодом – куртка-то была на калитке.

И я вернулся обратно. Распорядившись выделить мне комнату, я услышал от нового смотрителя про минус шестую и, зайдя в дверь, за которой была лестница, пошёл вниз. А войдя в свою комнату, я положил мобильники на стол, снял носки, снял одежду и пошёл в душ. А выйдя, завалился на кушетку желая лишь покоя, умиротворения и вот этой гармонии, от слияния с бесконечно вечным.

Но голос Тиммейта разрушил идиллию лежащего и цитирующего «Идущего к реке»:

– Медоед, а не боишься, что они тебя, как те двое из НСК – Ёрш и Сокол, просто застрелят ночью?

– Тиммейт, и ещё одно указание по отелям ОЗЛ распространи по нашей сети, даже два…