Текст книги "Патруль 5 (СИ)"

Автор книги: Макс Гудвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Рота оказалась большой. В Златоводске у нас была меньше. Нашёл сразу дверь с надписью «Рота охраны» сразу напротив двери с надписью «Класс служебной подготовки».

Я постучал. Хотя этикет предписывает просто заходить без стука, местные вояки могут этого не знать.

– Да! – раздалось изнутри.

И я вошёл.

Кабинет был большой и просторный. И вмещал несколько столов, шкафов, сейф в углу, на стене – портрет президента и какой-то диплом в рамке. За столом в углу у окна сидел капитан. Лет сорока, крепкий, с короткой сединой на висках.

Он поднял глаза от бумаг, окинул меня взглядом с ног до головы.

– Вас слушаю, молодой человек, – начал он.

– Доброго дня, я Кузьмичёв Василий, прибыл с Златоводска переводом, – произнёс я.

– Отлично. Там у вас сейчас тихо? – спросил он.

– Златоводск на 17 месте по России по фиксации преступлений. Тут тише должно быть.

– Возможно, было до этой ночи, – произнёс товарищ капитан. – А с этого дня, похоже, нет. Ладно, дай-ка взглянуть на твои бумаги.

И я выложил все документы, которые конторские мне дали, ему на стол.

– А почему без формы? – спросил он, наконец взяв удостоверение и начав его изучать.

– На больничном был перед переводом, товарищ капитан, – выдал я заготовленную легенду. – Аттестован уже, а получить форму не успел. Думал, на месте выпишут.

– В удостоверении ты в кителе, – произнёс он.

– Это фотошоп. Я в футболке ещё на стажёрское фотографировался, а как аттестовался, такое выдали. Видимо, взяли стажёрскую фотографию и приложили китель сверху.

Шипицин вдумчиво полистал мои бумаги, сверил с какими-то списками, которые достал из ящика стола. Потом поднял глаза.

– Почему у нас всё так, а? – произнёс он, а я только поджал плечами. – Формы нет, и вроде говоришь какую-то ересь. А документы в порядке. Но я почему-то не удивлён, что и так бывает… И ведь начнёшь звонить – только время потеряешь. Как там жулики на ногах набивают: «Пойдёте за правдой – сотрётесь до жопы». Значит, так, Кузьмичёв. Сейчас – дуй на склад. Получишь форму, сегодня даю тебе день на приведение себя в порядок: лычки, шевроны, кокарды. А завтра в 8 утра заступаешь. Водительское есть?

– Есть, – кивнул я. – Но я не водитель же.

– У нас будешь и водителем, и третьим, и старшим. Людей нет, и чтобы парни сутки через сутки не ходили, надо совмещать, – произнёс он. – Склад в другом здании, как выходишь – налево.

– Понял, – согласился я.

Я кивнул и вышел.

По пути на склад я поймал себя на мысли, что в Ханты-Мансийске всё иначе. Даже воздух другой, чище что ли…

Склад нашёлся быстро – тут не было никакой охраны, а просто помещение с женщинами, заполняющими документы, и дверь с табличкой «Склад вещевого имущества» на навесном замке напротив.

И одна из женщин подняла на меня вопросительный взгляд.

– Доброго дня. Мне бы форму получить? – произнёс я.

– Ну что ж, пойдём получать, – выдала она, приподнимаясь со стула, и пошла открывать ту самую дверь на замке.

Войдя в закрытое помещение, я попал в царство стеллажей, коробок, баулов, запахов новой ткани и клея. Огорожено пространство было столами, и было понятно, что за столы заходить нельзя, а правее была примерочная с зеркалом и ширмой.

А далее, она достала журнал и начала выдавать мне форму по списку, прося померять тот или иной элемент, внося мои размеры в журнал, когда что-то подходило. Результатом всего этого был потерянный час времени и клетчатый баул вещей и маленький пакетик фурнитуры. Тут было действительно что приводить в порядок, опять же гладить, потому как вещи на складе лежали как попало. Мне была выдана ещё и камуфляжная куртка, и вязаная чёрная шапочка с надписью «Росгвардия».

– О, а я такой ещё не видел, – удивился я.

– Это от города элемент экипировки, каждому сотруднику Росгвардии даётся. Потому как ветра такие, что нужно что-то более хорошее, чем ушанка, а эта, в отличие от той, и под шлем хорошо надевается.

К слову, выдали мне и ушанку, а также уставные туфли-«лодочки» и берцы.

И только я вышел из здания Росгвардии, думая набирать Енота, как сотовый пиликнул.

Это был ОЗЛ, спецсвязь. И снова первым словом нового задания было страшное и очевидное: ликвидировать…

Видимо в ОЗЛ пришла команда меня загонять как лошадку Найка Борзова, чтобы я дичь всякую не творил, а стал эффективным инструментом, не размышляющим, а ждущим, когда ему скажут сверху, молодец он или нет.

Глава 17
Тень Семнадцатого

И стоя на пороге здания склада ОВО, я ткнул пальцем в иконку вложенного файла. Экран мигнул, и на моих глазах развернулся список: подробная галерея с фотографиями, словно светское обозрение для криминального мира. Знакомьтесь, элитный клуб «смотрящих» за нефтяными трубами и автокредитами. Правда написана она была как-то странно, словно тот кто писал, никогда не работал с информационными справками:

Ликвидации в кратчайшие сроки подлежат:

Лодыгин Сергей Валерьевич, подпольная кличка: «Лодка»

Роль в криминальном бизнесе Буреева: Начальник службы безопасности и главный решала силовых вопросов. Отвечает за «крышевание» автосалонов и контроль над спорными активами. Именно его люди «помогали» несговорчивым предпринимателям подписывать нужные бумаги. В схеме с утилизацией отходов курировал логистику, чтобы машины с нефтешламом беспрепятственно проезжали на места захоронения отходов.

Внешность: Поджарый и жилистый, на вид лет сорока. Лицо треугольное, с глубокими носогубными складками, со слов внедрённого агента «отчего кажется, что он постоянно кривится в брезгливой усмешке». Волосы тёмные, зачёсанные назад и уложены гелем. На правой скуле тонкий шрам – старая отметина, которую он не стал убирать, сделав своей визитной карточкой, ассоциируя себя с героем фильма «Лицо со шрамом». Одевается в дорогие костюмы тёмно-синего или графитового цвета. Педантичен и чистоплотен.

Место проживания: Квартира в центре города по адресу: ул. Мира, д. 27, жилой комплекс «Скандинавия», 7 этаж, кв. 42.

Для силовых тренировок и решения «рабочих» вопросов использует арендованный коттедж на выезде из города: Нефтеюганское шоссе, 12-й километр, коттеджный посёлок «Лесная поляна», участок 15.

«Кто это писал?» – мелькнуло у меня. – «Со слов какого внедрённого агента? Зачем мне знать, чем он занимался? Дайте адрес, дайте фото, дайте диспозицию постов охраны, справку по вооружению. Педантичен носит пиджаки графитового цвета. Да мне чтобы узнать что такое графитовый в Яндекс надо лезть.»

– Тиммейт, что такое графитовый?

– Цвет графит – это глубокий, насыщенный темно-серый оттенок, напоминающий цвет грифеля карандаша. Он находится на грани между серым и черным, обладает холодным подтоном и часто имеет легкий металлический отблеск. – выдал из кармана приборчик.

Я проморгался, ощущая как я от недосыпа «плыву» и схожу с ума, эти задачи по ликвидации походили на письмо Дяди Фёдора родителям из села Простоквашино, наводя меня на мысли, что это может у меня лохматость повышена и теперь я могу на снегу зимой спать… Но я принялся читать далее, возможно это тоже наказание меня за все мои якобы косяки.

Кто там следующий подлежит ликвидации в кротчайшие сроки?..

Тощеев Марк Семёнович , подпольная кличка: «Глобус»

Роль в криминальном бизнесе Буреева: Финансовый директор и главный бухгалтер всех теневых схем. Именно он является мозгом организации, в том числе его реализованная идея, как через общину коренных народов «Бурый мишка» легализовывать доходы и получать государственные субсидии. В том числе отвечает за кредитное мошенничество в автосалонах.

Внешность: Тучен и невысок. Лысоват, остатки светлых волос расчёсывает на пробор. Носит очки в тонкой золотой оправе. Одевается в это время года неброско: предпочитает дорогие, но мешковатые джемпера и брюки.

Место проживания: ул. Комсомольская, д. 14, кв. 8. Квартира расположена в доме типа «Сталинка» с высокими потолками и толстыми стенами, доставшийся объекту от родителей-профессоров. Внутри заставлена книгами и антикварной мебелью. Объект пытается создать образ интеллигента, хотя по сведениям агента внедрения «сам воняет кошачьей мочой».

«Снова этот агент внедрения, нюхает людей из банды, не удивлюсь что это и есть Семнадцатый, за то и убили, вынюхивал много, в прямом смысле видимо.» – подумалось мне.

Куликов Егор Ильич , подпольная кличка: «Кулик»

Роль в криминальном бизнесе Буреева: Смотрящий за мелкими предпринимателями и сборщик дани. Его сфера: Рынки, автомойки, шиномонтажи, небольшие кафе. Именно он отвечает за мелкие преступления, совершаемые над приезжими.

Внешность: Невысок и худощав, узкое угловатое лицо с выпирающим носом и оттопыренными ушами. Одевается в дешёвые и яркие вещи, в этом году ходит в кожаной куртке нараспашку, джинсах и, несмотря на рост и вес, в массивных ботинках. На шее толстая золотая цепь, на пальцах – печатки. Агент внедрения описывает его как «попугая, воняющего семечками». Говор быстрый, гнусавый, у старших по ОПГ постоянно переспрашивает и уточняет.

Место проживания: Официальная съёмная квартира: спальный район, ул. Пионерская, д. 53, кв. 17 (однушка на четвёртом этаже панельной девятиэтажки). Тайная квартира находится в частном секторе неподалёку от лодочной станции: ул. Заречная, д. 31 (дом деревянный, с высоким забором и собакой-дворнягой во дворе).

Луковкин Антон Павлович, подпольная кличка: «Лука» (реже – «Повар»)

Роль в криминальном бизнесе Буреева: Официальный директор ресторана «Анчоус Сир» и кафе «Колибри». Неофициально – человек, отвечающий за связи с городской администрацией. Он решает вопросы с проверками, пожарными и СЭС. Также в его заведениях Бурый проводит «деловые встречи» с нужными людьми.

Внешность: Худощав, ухожен, выглядит как мужчина за пятьдесят. Седые виски, модная стрижка, дорогой парфюм. Агентом внедрения описывался как часто появляющийся в синем костюме, при галстуке. На левой руке носит часы A. Lange Söhne. Улыбчив.

Место проживания: Пентхаус ул. Энгельса, д. 45. Жилая зона находится на техническом 8-м этаже, ТЦ, вход через отдельный лифт с подземной парковки. Из панорамных окон открывается вид на набережную Иртыша и центральный мост.

«Ну тут можно стрелять по панораме с набережной или с другой стороны Иртыша, это полезное замечание.»

Сотников Артём Борисович , подпольная кличка: «Дылда»

Роль в криминальном бизнесе Буреева: Начальник охраны на объектах нефтесервиса и личный водитель-телохранитель Бурого. Отвечает за безопасность на тех самых «серых» полигонах и сопровождает шефа на все важные встречи. Молчаливый, исполнительный, агентом внедрения описывался как очень опасный. За глаза его называют «Артём-механизм» за нечеловеческую работоспособность и отсутствие эмоций.

Внешность: Высок, спортивен. Брит наголо. Лицо круглое. Одевается в чёрные джинсы, чёрную футболку-поло и чёрную же кожаную куртку вне зависимости от погоды. Всегда носит тёмные очки, даже в помещении.

Место проживания: Коттеджный посёлок «Серебряный бор», участок 7, в доме для прислуги и охраны. Это отдельное двухэтажное строение на территории усадьбы, где занимает небольшую комнату на первом этаже.

Цель помимо ликвидаций: узнать о месте нахождения агента внедрения, ликвидатора №17, описание:

Кожевников Дмитрий Сергеевич, оперативный псевдоним: «Семнадцатый»

Статус: Сотрудник ОЗЛ (агент внедрения), предположительно захвачен или уничтожен.

Внедрён в ближнее окружение Буреева. Последний выход на связь две недели назад, говорил, что должен был передать фото и видеофайлы по схемам «Бурого». Однако, получив груз, не прибыл на встречу и на связь не выходил.

Внешность Семнадцатого: мужчина, 30–35 лет. Рост 176–180 см, телосложение спортивное. Волосы русые, короткая стрижка. Глаза серо-голубые. Особые приметы: на левом предплечье татуировка – геометрический волк. На правом боку, под рёбрами, шрам длиной около 10 см (аппендэктомия, проведённая в полевых условиях Сирии). На внутренней стороне левого запястья – три едва заметные точки, вытатуированные специальным составом, видимым только в инфракрасном спектре.

Легенда прикрытия: Внедрялся как теневой логист в схему утилизации отходов. Представлялся именем Денис, работал под легендой дальнобойщика с большим стажем, имеющего связи на трассах. За полгода сумел подняться до диспетчера на одном из «серых» полигонов, курируемых Лодкой. Последнее место дислокации перед пропажей: база в районе посёлка Чантырья.

Действия: При обнаружении – немедленная эвакуация. В случае подтверждения гибели – сбор доказательств (тело, личные вещи, документы).

Приложение моргнуло и обновилось: Задача по ликвидации Буреева выполнена, задача по ликвидации «Дылды» выполнена.

И я набрал Аркадия, потому как слегка офигел от художественной подачи текста, откуда мой мозг делая усилия вытаскивал нужное.

– Привет, – произнёс я.

– Привет, вызывай такси, дуй на Водопроводную, 11, – произнёс он.

– Хорошо, мне тут ОЗЛ спецсвязью спамит, – произнёс я.

– Да это Чиж, она раньше романы женские писала, а теперь ориентировки в таком же стиле строчит. Сколько на неё уже ругались по этому поводу, но ничего нельзя поделать – она целый майор, – произнёс Енот Аркадий. – Но Дылду ты убрал даже не заметив. Осталось найти 17-того.

– У меня смена завтра, и надо выспаться. Там же сроки не стоят? – произнёс я.

– Не стоят, и скорее всего вся эта прикентовка будет уже сегодня в доме Бурого, но, к сожалению, их нельзя там убрать.

– Почему?

– Не эвакуируемся. А протоколы работы в городах исключают применение подрывов, хотя это же пригород. Короче, фото 17-того видел? Нам надо его найти, а значит, надо допрашивать людей, а мёртвые так себе говорят. Поэтому, как бы не хотелось мне накрыть их всех сбросом гранаты с Мавика, придётся допрашивать.

– А почему сразу не было этой информации? Я бы сразу же у Бурого и спросил, – спросил я.

– Ты у меня спрашиваешь? – спросил у меня Енот.

– Ну да. У тебя, – ответил я словно мы были в фильме Квентина Тарантино.

– Бля-я-я. Приезжай, проспись, обсудим позже!

И я, сев на баул, вызвал такси. И, выйдя к Ниссан-Жуку, попросил девушку за рулём открыть мне багажник и, засунув туда вещи, сел на переднее пассажирское. Ниссан-Жук казался жутко компактным внутри, но для моей водительницы-девушки был, видимо, самое то.

Доехали без разговоров. А выйдя у коричневого забора, за которым скрывался жёлтый сайдинг домика с синей крышей, я дёрнул калитку на себя, чтобы войти во двор, где стоял «китаец», а рядом с ним Аркадий, который в данный момент крутил колёса. На серебристом капоте «китайца» стоял термос – видимо, Аркадий крутил гайки и пил иногда из него что-то тёплое.

– Даров! Еда в холодильнике, койку любую выбирай. Доброй ночи! – выдал он, хотя на улице стояло утро.

– Спасибо, – кивнул я, затаскивая в домик вещи.

Я затащил баул в прихожую, щёлкнул выключателем и замер.

Домик оказался тем самым случаем, когда снаружи «так себе», а внутри – «ничего себе». Жёлтый сайдинг и синяя крыша скрывали вполне приличное нутро.

Пахло деревом, свежим ремонтом и совсем чуть-чуть – кофе. А, ну тогда понятно, что в термосе у Аркаши. Полы выстелены ламинатом «под дуб», на стенах – аккуратные панели. Из прихожей я попал в гостиную, совмещённую с кухней. Планировка была открытой, отчего даже небольшое пространство казалось просторным.

Кухонный гарнитур из белого материала, столешница под камень. На плите турка, забытая Аркадием. Рядом – холодильник, на котором магнитами пришпилена пара чеков и открытка с видом Хантов.

В углу гостиной и кухни одновременно у плиты стояла печь-буржуйка, обложенная кирпичом, с трубой, уходящей в потолок. А рядом в поленницу сложены берёзовые поленья. Также тут был угловой диван, тёмно-серого цвета, а перед ним – стеклянный журнальный столик. На столике – ноутбук и тоже пустая кружка. Аркадий знатно употреблял кофе, тоже видать не высыпается, но работает словно зверь.

Из гостиной вели две двери. Я заглянул в одну и там была спальня с кроватью, застеленной армейским пледом. Вторая оказалась поменьше, но тоже там стояла койка и шкаф.

Везде чисто было. Чувствовалось, что хозяин или тот, кто снимал, был человек, что порядок любит.

Я сгрузил баул у ближайшей койки, сел, прислушался к себе. За стеной тихо шуршал Аркадий, меняя колёса. В доме было тепло и спокойно. После бессонной ночи, стрельбы и новых задач с досье эта тишина казалась почти нереальной.

Я лёг поверх пледа, даже не раздеваясь. Глаза закрылись сами собой.

«Вот сейчас я посплю, а значит… можно дальше жить», – была последняя мысль перед сном.

В этот раз мне ничего не снилось, отступили даже кошмары с убитыми целями и погибшими товарищами по оружию, уступали всепоглощающей черноте. Осознанность, как она есть: когда спишь – спи, когда ешь – ешь, когда ликвидируешь – ликвидируй. Всё в лучших традициях Розенбаума: летать так летать.

Я встал, когда за окном было уже темно, за стенкой трещала печка и клацали клавиши. И первым делом я побрёл в туалет, махнув ладонью Аркадию, который работал с какими-то документами в ОЗЛ спецсвязи, и, пройдя в коридор, нашёл туалет и сел на холодный пластик унитаза. Лакшери по-северному: в таком толчке нельзя зависнуть, листая ленту, природа сама тебя гонит из туалета. И помыв руки и засунув под кран лицо, я вытерся полотенцем, смотря на себя в зеркало. Недосып дал мне лёгкую опухлость, а вся эта беготня дала небритость.

И, войдя в дом, я спросил:

– Братух, а есть бритва?

– Покупать надо. Я тоже сюда приехал без всего почти. В моём вещмешке есть станки, но я не рекомендую, ими вообще ничего брить, потому как они там для проформы.

– Ладно, – выдохнул я, направляясь к холодильнику в поисках еды, к которой я не прикоснулся, выбрав сон.

И, взяв из холодильника треугольник бутерброда в пластиковой упаковке и вредный, но вкусный энергетик, я сел напротив Аркадия и принялся есть.

Он не желал мне приятного аппетита, он был увлечён работой, и я не отвлекался на глупые ответы типа «спасибо», а просто ел. А когда закончил, облокотился на спинку холодильника, который подпирал мою табуретку, и спросил:

– Как работаем дальше?

– Завтра у тебя рабочие сутки. Но времени мало. Мне кажется, что если найдём зацепки на 17-того, то всё сразу облегчится. Верхушку ты обезглавил вчера, то есть сегодня. Вот скажи, кого бы ты заподозрил в том, что он что-то знает о пропавшем внедрённом в банду 17-том?

– Начальника службы безопасности, – ответил я.

– Открываем его страничку и видим господина Лодку. Погоди, сейчас… – произнёс Аркадий и набрал на телефоне номер, приложив его к уху. – Чиж, приветствую, тебя не поздно? А где сейчас светится телефон Лодки? Ага, ага… Понял. Спасибо, с меня шоколадка, как прибуду из ссылки!

– Что там?

– Нефтеюганское шоссе, 12-й километр, коттеджный посёлок «Лесная поляна», участок 15. Только прибыл с совещания с оставшимися боссами. С Куликом и Глобусом. Прослушка отмечает, что у них зреет внутренний конфликт. Они сейчас думают, как бы каждому Лодку на свою сторону стянуть, а Лодка, наверное, думает: надо этих дрищей под себя подмять. Но, к сожалению, мы с тобой не можем ждать, пока они передерутся, деля империю Бурого. У нас человек исчез. Я готовлю дрон со сбросами, ты готовься штурмовать очередной особняк. В этот раз они будут настороже. Но с таким врагом они ещё не сталкивались. Операцию назначаю на час ночи. То есть через четыре часа.

– Я тогда форму подготовлю на завтра и спортивный костюм пока постираю, – кивнул я, вставая.

Форма для патруля была мной выглажена, а костюм закинут в стиралку. Пустой магазин от РПК я выложил в доме, второй, что был примкнут, убрал в подсумок, который я буду использовать последним. В рамках облегчения веса себя любимого вторичное оружие тоже оставил дома, тем более ПБ засвечен у ОВД.

И, одев чёрный камуфляж, я вышел во двор и размялся до появления пота, и, потянувшись, зашёл обратно. Тело окончательно проснулось.

– Дай три гранаты, семи тебе будет достаточно, – проговорил Енот, он крепил к Мавику систему сброса.

И я кивнул, распрощавшись с тремя РГД.

И вот уже в 00:30 мы ехали в сторону обозначенного Чижом участка, который также находился в отдалении от города. Вокруг тоже был лес и дома гражданских. Ну что ж, значит, вызовут на нас ментов, как только я начну стрелять. Отсюда до города минут двадцать, а значит, минут тридцать у меня есть на всё про всё. Броня, шлем, РПК, гранаты, «Сайга» на заднем для Аркадия и дрон, который будет снаряжён уже на месте, чтоб не дай бог ничего не отлетело, пока мы едем, и не подорвало нас в машине.

А то и за нами снова сюда отправят кого-нибудь еще через две недели, сформулировав мысль в стиле женских художественных романов: Срочно допросить, отлично одетого высокого и пахнущего мускатом мужчину, проживающего в шикарном особняке на берегу бескрайней и величественной реки Иртыш.

Я пердоле, бобр курва, не могу я обречь на работу с Чижом в этом чудесном городе еще кого-нибудь! И, надо как они там мне пишут в кратчайшие сроки, решить все боевые задачи. А главное, нюхача нашего найти.

И пока я думал о своём, машина остановилась и Енот выйдя из салона начал суетить с Мавиком. А значит, мне снова пора убивать.