Текст книги "Зеленый пес Такс и Господин Вещей (СИ)"

Автор книги: М Тарнавские

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 29 страниц)

Бруль Там Шпок исчез так же стремительно, как появился. Главный распорядитель карнавала этим вечером был нарасхват.

– Может быть, вы уже переоденетесь? – предложила Селия, когда они остались вдвоем.

– Почему? – недоуменно спросил Монбазор.

– Ваш нос... – девушка смущенно отвела взгляд.

После окончания карнавала маг совершенно забыл о своем насосике. Полуспущенный нос уныло улегся на отвисшие щеки. Окраска телесного цвета придавала ему вид то ли отдыхающего хоботка, то ли недоваренной сардельки... Спохватившись, Пампука-младший энергично качнул воздух. Хоботок, таинственно посвистывая, начал оживать и даже попытался свернуться в рулетик.

– Прекратите... – практикантка прыснула и, не удержавшись, расхохоталась.

Монбазор засмеялся вместе с ней и через минуту уже стоял в своей обычной одежде.

– Так лучше? – спросил он и шутливо обернулся вокруг своей оси.

Какой-то турист, случайно оказавшийся у него за спиной, столкнулся с магом взглядом и поспешно отошел в сторону.

"Я видел его раньше. В ордене Бездонной Чаши", – задумчиво сообщил Такс, но Хозяин уже смотрел на более привлекательный объект.

– Вы так красивы...

Селия вновь смутилась и отвела взгляд. Это было весьма кстати. Ее собеседник настолько испугался собственной смелости, что вряд ли смог бы смотреть ей в глаза. Такс решил воспользоваться паузой и тихонько скрылся за ближайшим деревом.

– Сегодня праздничная ночь, – продолжил маг через несколько минут. Ему наконец-то удалось восстановить дыхание, и эту фразу он произнес почти без запинки.

– Да, праздничная, – откликнулась практикантка. – А мне еще надо вернуть в отдел костюмы...

– А мне – следить за фантомами...

– И еще – инвентарь...

– Где это вы успели вилы раздобыть? – с неподдельным любопытством спросил Монбазор. Разговор на бытовые темы давался ему гораздо легче.

– У Банабаки позаимствовали. А разводной ключ один золотарь одолжил...

Оба одновременно заулыбались, вспоминая парад.

– Веселье только начинается. Я буду около центральных конкурсных площадок. Может, придешь?

– Может быть... – Селия будто бы и не заметила дружеского "ты".

Уже переодетые артисты ожидали их недалеко от площадок. Монбазор начал собирать в группу своих подопечных, чтобы отвести их к местам проведения конкурсов. Героям вечера – паре мимов – был придан подобающий случаю вид, чтобы и они могли участвовать в состязаниях. Такс, служивший "толмачом", метался между магом и Селией, помогая решать организационные вопросы.

Пампука-младший должен был присутствовать на карнавале "до последнего фантома" и контролировать действия иллюзорных артистов. Поэтому, прикупив пакетик сластей, он уселся на лавочку, расположенную между двумя площадками, с удовольствием вытянув уставшие ноги. Здесь и разыскал его Такс.

От карнавального костюма пес уже освободился, но все еще светился неестественной белизной и потряхивал мелкими завитками. В зубах он нес увесистый мешочек, в котором что-то позвякивало.

– Что это? – удивленно спросил Монбазор.

"Моя доля, – Такс аккуратно положил свою ношу на лавочку подле хозяина. – Добычу распотрошили".

– И между кем вы ее поделили?

"Селия раздала по огромной горсти своей команде. Даже мимы не побрезговали".

– А Бруль Там Шпоку его долю оставили?

"За аренду костюмов?", – ехидно поинтересовался Такс.

– Нет, как предводителю...

К празднику временные концертные площадки возвели по всему городу. Но Монбазор с фантомами выбрали сцену перед императорским дворцом. Артисты сами привели сюда мага, не желая размениваться на второразрядные конкурсы.

Сидя на лавочке и похрустывая печеньем – Такс "выставился" с первого заработка, Монбазор обдумывал приглашение императора. Амулет-пропуск лежал у него в кармане. Интересно, много ли он потерял из-за того, что не пошел на прием? Дворец светился всеми окнами, в окнах зала мелькали многочисленные тени. Музыку заглушали уличные оркестры, но и без того было понятно, что веселье во дворце в самом разгаре.

Глава 12. Прием

***

Гости начали прибывать в императорский дворец сразу же после завершения парада. Прием предполагал достаточно вольную форму одежды, соответствующую карнавальной ночи. Фольклорные мотивы в нарядах, выступление народного хора, украшенный декоративными амулетами зал задавали общий тон мероприятию. Показной отказ от привычных заклинаний добавлял остроту в несколько пресную программу вечера, повторявшуюся из года в год.

Впрочем, полностью отказаться от магии было нереально. Например, защитное магическое поле дворца этим вечером, наоборот, было усилено. Присутствие такого количества важных и очень важных персон диктовало свои условия. Да и сами гости потихоньку пользовались привычными заклинаниями, не особо афишируя это.

Император Венизелос, в отличие от многих придворных, умел и любил носить национальный костюм, считая его удобной и красивой одеждой. Ему нравилось подшучивать над модными щеголями, чувствовавшими себя неловко в многослойных одеяниях без застежек и завязок.

Сегодняшний прием не был исключением. Личный портной императора откровенно любовался своими творениями – костюмами Венизелоса и его супруги. Здесь использовались многометровые полотна дорогих тканей, присутствовали сложнейшие драпировки и ручная вышивка. При этом силуэты оставались легкими, почти воздушными. Портному было чем гордиться.

К радости приглашенных, приветственное слово императора было очень коротким. Да и ответная речь мэра Вольтанутена заняла совсем немного времени. Неформальное общение, ради которого и затевалось мероприятие, интересовало и гостей, и хозяев гораздо больше протокольных церемоний. Уже через пятнадцать минут после торжественного гимна хор радостно грянул застольную, приглашая гостей к угощению.

Магическую элиту на торжестве представляли около тридцати специалистов высших уровней. В зале собрались руководители орденов и самые известные внеорденские маги. Здесь также присутствовали представители мэрии и крупнейших ремесленных гильдий. Со свитой, разумеется. Вездесущий Швендзибек прибыл в гордом одиночестве.

В приглашениях указывалось ориентировочное число гостей – до двухсот человек. Огромный бальный зал дворца при желании мог вместить и четыре сотни, но очень скоро в нем было не протолкнуться. При этом большинство уютных гостиных, кабинетов, будуаров, окружавших зал по периметру и специально предназначенных для переговоров, в течение вечера отнюдь не пустовали.

Дамы блистали современными трактовками старинных нарядов и весело щебетали, обсуждая последние городские сплетни. Их супруги откровенно любовались своими избранницами и вежливо улыбались в ответ на приветствия. Правда, сами в разговор без нужды не вступали. Фантомы не любят вести беседы.

"Встреча двадцати", состоявшаяся в одной из гостиных, прошла достаточно быстро и без непредвиденных эксцессов. Качественные иллюзии-заместители отлично справлялись со своими обязанностями в зале, что позволило присутствующим обсудить щекотливые вопросы, не отвлекаясь по пустякам.

После небольшого фуршета участники разбились на отдельные группки. Хозяин дворца гостеприимно предложил своим гостям несколько кабинетов. В них можно было уединиться, не опасаясь, что какой-нибудь загулявший гость будет абсолютно случайно обнаружен за дальним диваном.

Обслуживающий персонал сбивался с ног. Обычно на такие приемы привлекали помощников со стороны, но в этом году их число заметно ограничили. В последнее время отношения между орденами и центральной властью были несколько натянутыми, кроме того устроители не без основания опасались шпионажа.

Официанты заменили подносы иномирянскими тележками, но все равно еле успевали обслуживать гостей. Помимо зала, приходилось разносить заказы в кабинеты и гостиные. К работе привлекли весь персонал дворца. Поэтому в его жилой части во время приема практически никого не было.

Магистр Агиршелло оказался в наиболее выгодном положении. Он сразу же оккупировал единственный диванчик, расположенный на основной линии следования официантов. Весь прием маг возлежал на нем, неспешно потягивая напитки из высокого бокала и не чувствуя недостатка в угощениях. Если это и был фантом, то высококачественный, поскольку ему удалось не только весь вечер пролежать, не вставая, но и не прослыть при этом невежей.

Впрочем, внешне флегматичный, но известный своими вспышками гнева, магистр давно уже имел репутацию человека эксцентричного. Про него говорили: "Агиршелло налетелло, сокрушилло и растопталло". Только ему могло сойти с рук лежание на светском приеме. Стоит отметить, некоторых прекрасных дам такое реноме лишь привлекало. Вот и сейчас вокруг его диванчика разместилась весело щебечущая стайка молоденьких девушек, то и дело взрывавшаяся хохотом.

Император Венизелос большую часть времени проводил в переговорных, лишь изредка появляясь в бальном зале. Его фантом, созданный секретарем Двигином, весь вечер отвечал на приветствия, параллельно прислушиваясь к разговорам и время от времени осушая кубок. Двигин, по слухам, потратил немало времени, чтобы научиться создавать высококачественные иллюзии, способные запоминать и точно воспроизводить однажды услышанное и увиденное. Вообще, своими копиями, способными поддержать внятный разговор, могли похвастать лишь немногие маги – их сотворение считалось особым искусством.

Форальдегиду Пропану все-таки удалось перехватить настоящего императора. Сегодня маг выглядел гораздо хуже, чем обычно – на свой настоящий возраст. С самого начала приема магистр Пропан нервно ходил по залу, вертя в руках и постоянно щелкая очень мелкие заряды (даже вполне безобидные хлопушки проносить запрещалось, поэтому он не рисковал доставать более крупные петарды). Отловив Венизелоса, он стал просить его о срочной аудиенции. Несколько удивленный такой горячностью, император согласился. Вместе они скрылись за неприметной дверью, ведущей из зала в жилую часть.

Слуга, развозивший креманки с традиционным десертом Вольтанутена – печеными яблоками с кремом, видел, как мелькнула за гобеленом светлая шевелюра специфического бензинового окраса. Через некоторое время он заметил, как в неплотно прикрытую дверь скользнула чья-то тень. Было очень похоже на то, что какой-то маг спрятался под заклинанием неполной видимости. Полную невидимость во время приема применять запретили, чтобы не провоцировать охранную сигнализацию.

Но подумав, слуга решил, что это развеялась чья-то неудачная иллюзия. В зале, переполненном фантомами и иллюзиями, постоянно кто-то развеивался, поэтому присутствующие не обращали на это внимания.

Если бы слуга не был столь занят, а обратил бы более пристальное внимание на тень и подошел к ней поближе, он смог бы услышать недовольное ворчание.

Твиндельдам и Твиндельдаст, прибывшие на мероприятие исключительно по служебной надобности, отгородили себе укромный закуток за колоннами. Обозначив свою территорию охранными заклинаниями, они пустили немного тумана по ее границе, создав некое подобие полупрозрачной ширмы.

Скрывшись от взоров присутствующих, помощники великого магистра Квантофельбаума приступили к своему любимому времяпрепровождению. Все свое свободное время они посвящали изучению азартных игр, существующих в разных мирах. Реквизитом их щедро снабжал шеф.

Примечательно, что вне зависимости от правил, играли Твиндельдам и Твиндельдаст исключительно на щелбаны. Вот и сейчас из угла время от времени слышалось недовольное сопение и звонкие щелчки. Перемежались они постукиванием костяшек и приглушенными возгласами: "рыба".

Швендзибек нашел себе собеседника в лице великого магистра Банабаки. Довольный, что его слушают, он рассказывал все более и более эмоционально, не дожидаясь ответов. Забывшись, даже попытался по-приятельски ткнуть архимага кулаком в плечо.

Внезапно рука, не встретив препятствия, прошла тело насквозь. Не ожидавший такого коварства, Швендзибек не удержался в вертикальном положении и повалился вперед. Правда, успел схватиться за стол, благодаря чему не оказался на полу.

Фантом Банабаки мгновенно исчез, а Швендзибек негромко выругался. Огорченно стирая с руки мороженое, остатки которого разлетелись на все стороны, он огляделся по сторонам. В зале насчитывалось сразу четыре магистра Банабаки, а один из них даже держал на руках крококота. При том, что животных на приемы такого уровня не приводили.

Помотав головой, словно стараясь вытряхнуть из ушей воду, магистр Швендзибек пошел искать другого собеседника.

Реальный Банабаки наблюдал за перемещениями гостей из-за колонны, за которой они уединились со Звиздуничаром. Рекордное количество его фантомов, разгуливающих по дворцу, было только на руку чернокожему главе ордена Железного Зуба. Случайно обнаружив их укрытие, окружающие обычно решали, что это еще одна парочка иллюзий, и близко не подходили. Вначале конспираторы переговаривались шепотом, но потом перешли на нормальные тона. Сильный гул, стоявший в зале, скрадывал их голоса даже на близком расстоянии.

– Я должен, я обязан пойти, – возбужденно твердил Банабаки, нетерпеливо подпрыгивая в мягком кресле. – Ты меня прикроешь.

– Может, не стоит? Полно народу, – Звиздуничар явно не одобрял замысел своего шефа.

– Ерунда! Именно поэтому никто и не заметит! Народу полно, а фантомов еще больше. Посмотри, каждого архимага не меньше трех штук. Сколько вокруг банабаки и крококотов, никто толком и не посчитает. Пойми, не могу я оставить без внимания столь недвусмысленное приглашение!

В разгар вечера через один из выходов из бального зала проскользнули еще две тени. Не задерживаясь в будуарах и кабинетах, они уверенно последовали в жилую часть дворца. У первой же развилки каждая из них превратилась в магистра Банабаки. Здесь они и расстались: один из магистров свернул направо, второй, соответственно, налево.

Дворецкий Твуть проводил обход коридоров, когда внезапно увидел, как из дверей Оружейного кабинета вышли император Венизелос и Пропан Форальдегид. Вернее, первым выскочил маг и тут же, в коридоре, со злостью шарахнул петардой о пол. Твуть хотел было подойти к нему и напомнить, что во дворце не принято пользоваться взрывчатыми веществами, но замер на полпути.

Даже на расстоянии было видно, что алхимик в бешенстве и еле сдерживает себя. Вытащив из кармана вторую петарду, он оглянулся, ища, обо что ее можно взорвать, но наткнулся на сердитый взгляд дворецкого. Торопливо сунув снаряд обратно, нарушитель дисциплины метнулся к выходу. Твуть еле успел отшатнуться. Еще чуть-чуть, и ураган по имени Форальдегид снес бы его.

Отвлеченный чародеем, слуга так и не увидел, как вышел император. Лишь краем глаза он уловил знакомую фигуру у двери, но так и не понял, покинул ли Венизелос кабинет или только выглянул в коридор.

Пропан-Бутану срочно требовалось сильное успокоительное. Например, фейерверк поярче, желательно, с разрушениями.

Вспомнив, что где-то здесь должен быть боковой выход, он буквально скатился по лестнице на первый этаж. Навстречу ему спешил привратник, что-то бормоча о пропуске, но Форальдегиду было не до формальностей. Небольшое усыпляющее заклинание – и путь на улицу свободен.

Лишь забежав за угол, он подумал, что зря оставил входную дверь без охраны. Но возвращаться не стал, решив, что вряд ли что-то успеет произойти, пока привратник проснется. Весь город сейчас на карнавале. Лишь ему не до праздника...

Маг ожесточенно всадил под ближайшую урну весь свой запас петард, щедро приправив их магией. Громкая канонада привлекла внимание прохожих. Разноцветный сноп переливающихся брызг, уже в небе превратившихся в стаю светящихся птиц, вызвал шквал аплодисментов. Взмывшая в небо урна протяжно курлыкнула и величественно направилась к ближайшему облаку, оставляя за собой широкий мусорный шлейф.

Кто-то крикнул "Браво!", кто-то добавил "Бис!", кто-то начал скандировать. От столь неуместных эмоций алхимик вскипел еще сильнее, но, тем не менее, сдержанно раскланялся. После чего развернулся и припустил "длинным шагом" с ускорением один к двадцати четырем. К счастью для зрителей, никто из восхищенной толпы не стал его догонять.

Монбазор издали полюбовался фейерверком. Подойти поближе он поленился. Усталость давала себя знать, все сильнее клонило в сон. Внимательно наблюдать за фантомами становилось все сложнее.

Такс тоже обратил внимание на необычный всплеск магии и на его автора. Он вспомнил, что уже встречал его в ордене Бездонной Чаши, но оставил комментарии при себе.

Вскоре после полета урны их уединение нарушил какой-то чародей. Вернее, турист в карнавальном образе: длинная седая борода, мантия, высокая остроконечная шляпа...

Увидев блондинистого кудряшку-пса, он искренне обрадовался и попросил разрешения присесть рядом. Начал рассказывать, что видел их выступление на карнавале, которое ему очень понравилось.

Польщенный маг лишь молча кивнул в ответ на многословную тираду. И сразу же пожалел о своей любезности. Собеседник оказался словоохотливым фокусником-любителем. Ему безумно хотелось побеседовать о природе иллюзий и методах управления ними. Вернее, задать специалисту несколько вопросов по существу.

Разъяснять азбучные истины, да еще среди ночи, да еще после утомительного дня... Монбазор честно старался быть вежливым, но ему это удавалось все меньше и меньше. К тому же Такс, встретивший незнакомца вполне миролюбиво, теперь подозрительно приглядывался и принюхивался, всем видом выражая свое недоверие.

– А скажите, милейший, если иллюзия пышет пламенем – это магия воздуха или огня? И если воздуха, то пламя настоящее? Или так, видимость одна? – турист, казалось, вознамерился просидеть с ними до утра.

– Видимость. Но горячая, – раздалось у них за спинами.

Фантом-огнеглотатель, из числа сотворенных для Бруль Там Шпока, тихонько подплыл сзади. Для пущего эффекта он воспарил над землей не менее, чем на метр.

Иллюзионист-любитель обернулся на голос и восторженно уставился на новоприбывшего.

– Ой, а я думал – это настоящий артист! Какой интересный фантом! Какая мастерская иллюзия! А что он еще умеет?

Ответом ему был тоненький язык пламени, начертивший в воздухе искрящуюся смешную рожицу. Внезапно шляпа, до того спокойно пребывавшая на голове восхищенного зрителя, начала проявлять беспокойство. Она заерзала и немного сползла набок... Немного подумав, взмахнула полями и стремительно двинулась к рисунку.

Ее хозяин лишь успел растерянно взмахнуть рукой. Пока он чесал свою макушку, рожица уже примерила его собственность.

– Интересно, – очень вежливо прокомментировал чародей-любитель, – Безусловно, интересно...

И вдруг быстро добавил:

– А шапочку вернуть можно? Я ее напрокат брал.

Состроив обиженную мину, рисунок исчез, оставив шляпу висеть в воздухе. Турист поспешил забрать ее. Правда, предварительно потыкал пальцем. Головной убор не шевелился, но и на землю не падал, продолжая держаться на приличном расстоянии от поверхности. Владелец немного помялся, не решаясь, но потом все-таки схватил его. Шляпа не шевелилась, безвольно повиснув у него в руках.

– Здесь подпалины... – разочарованно протянул он. – А как же ее теперь отдавать?

– Иллюзия. Развеется, – заверил фантом.

– А если нет?

– Приходите. Залатаю, – фантом начал медленно растворяться в воздухе.

– Спасибо, приду, – огорченно буркнул его собеседник. Он внимательно рассматривал повреждения на полях.

– Буду рад вас видеть, – с каким-то особо скорбным видом ответила почти прозрачная иллюзия.

Вдруг на месте унылого огнеглотателя появилась все та же хитрая рожица. Она отчаянно гримасничала и подмигивала еще несколько минут.

"А где этот? Энтузиаст фокусного дела?" – Такс удивленно оглянулся по сторонам. Настырного собеседника на лавочке не было.

– Исчез, – Монбазор тоже крутил головой. – И когда успел? Только что был здесь.

"Может, с фантомом ушел?"

– Надеюсь, что нет. Огнеглотатель насовсем развеялся.

– Эй, а куда он подевался?! – к скамейке внезапно подскочили еще двое – в карнавальных костюмах и носатых масках, но совершенно одинаковых тяжелых ботинках.

– Кто? Фантом?!

– Нет, был здесь только что один, с бородой и в шляпе!

– Не знаю, – Монбазор устало пожал плечами. – Может, тоже испарился?!

Двое в масках оторопело посмотрели на него, а затем друг на друга, и бросились бежать в разные стороны.

Швендзибек не терял надежду пообщаться с кем-то из сильных мира сего. Ему даже удалось привлечь внимание вечно занятого руководителя ордена Бездонной Чаши Снуфелинга. Внеорденский чародей с первой фразы начал излагать архимагу некоторые свои идеи.

– Да-да, безусловно, – Снуфелинг кивком поддержал разговор.

Четвертое "да-да", сопровождавшееся ритмичным движением головой, вызвало у Швендзибека некоторые сомнения. На сотрудничество с орденом Бездонной Чаши он возлагал определенные надежды, и ему хотелось бы получить более конкретный ответ.

– И что вы об этом думаете? – с надеждой в голосе спросил соискатель.

– Да, да, – в пятый раз вежливо кивнул в ответ Великий магистр.

Украдкой Швендзибек попытался потянуть за рукав своего собеседника, но пальцы сомкнулись в пустоте. Опять иллюзия!

Дворецкий Твуть продолжал свой обход. Прием был в самом разгаре, отлучаться надолго нельзя, поэтому приходилось почти бежать. В какое-то мгновение Твутю показалось, что он ощутил спиной что-то неуловимое. Слабое движение воздуха или чье-то невидимое присутствие. Не уверенный в том, что ему не померещилось, дворецкий не захотел останавливаться и терять драгоценное время.

Переждав, пока он исчезнет за поворотом, в коридоре появилась нечеткая тень. Настороженно оглянулась, прошла пару шагов, сердито ворча себе что-то под нос. Потопталась, раздумывая, куда идти, и шагнула в ту же стену, из которой только что вышла.

Через некоторое время тень появилась недалеко от Оружейного кабинета. Оглянувшись, подошла к двери, присмотрелась. Удовлетворенно хмыкнув, отошла на несколько шагов и нырнула в ближайший простенок. Недовольное скрежетание взломанной суперсовременной защиты сообщило о том, что своей цели тень достигла.

Вернулась она через несколько минут, придерживая за пазухой что-то очень беспокойное и сопровождаемая все тем же скрежетанием. В какой-то момент "что-то" чуть не выскользнуло, поэтому пришлось прикрыть его ладонью. Ласково бормоча и мурлыкая, будто укачивая младенца, тень исчезла в ближайшей стене.

Другая тень в этот момент осторожно просочилась в дверь бокового входа, так и оставшуюся распахнутой после стремительного бегства магистра Пропана. Темная личность удовлетворенно оглядела спящего привратника, на всякий случай прибавив и собственное снотворное заклинание, а затем занялось некими манипуляциями с небольшим, но хитро выделанным амулетом.

Удовлетворенно хмыкнув, тень спрятала амулет на место и растворилась в коридорах дворца.

Император Венизелос наконец-то наведался в зал. Тихонько, чтобы не привлекать к себе внимания, подошел к столу, за которым расположились его секретарь и его же фантом. Потягивая напиток из кубка, внимательно выслушал доклад фантома. Посторонние теперь без труда могли различить их. Венизелос слушал сосредоточено и молча; фантом, наоборот, щедро приправлял свой рассказ эмоциями, чего император себе никогда не позволял.

Перебросившись парой слов с Двигином, император вновь собрался уходить. На сей раз с Великим магистром Дурбанкулом. Тому пришлось прервать беседу со старшим магистром Гаудинером. Извинившись, он буквально выбежал из зала. Гаудинер понимающе кивнул и невозмутимо продолжил общаться с оставленной иллюзией – копией Дурбанкула.

Магистр Цирлифекс, казалось, весь вечер не вставал со своего места. Заместитель главы ордена Глиняного Демона общался с магом из Серебряного Лома – старшим магистром Бельгудеем. Прислушавшись, можно было понять, что они обсуждают различные поведенческие модели фантомов.

На каком-то этапе Бельгудеев вдруг стало двое. Цирлифекс замолчал и с явным интересом посмотрел на новенького. Компания тут же пополнилась третьим Бельгудеем.

Четвертый, настоящий, в этом разговоре не участвовал. Он издалека поздоровался с коллегой вежливым кивком. Цирлифекс приветливо улыбнулся в ответ. Обсуждение, несколько более шумное, чем до сих пор, продолжилось.

Упавший было духом Швендзибек снова приободрился. Он упустил Великого магистра Снуфелинга, так может повезет с его замом?!

Ранее он уже дважды пытался подкатывать к старшему магистру Гоберману, но получал от ворот поворот. Причем, что было обидно, оба раза заведующий финансами самого богатого из вольтанутенских орденов давал ему понять, что предложенные им проекты слишком мелки и поэтому не стоят внимания.

Однако в этот раз у него есть предложение совсем другого уровня! Ворча на постоянно попадающихся под ноги слуг с тележками, он начал сосредоточенно пробиваться к цели.

Старший магистр Гоберман скромно стоял у самой стены, прячась за колонной. На нем была какая-то странная нездешняя одежда. Швендзибек даже засомневался, уж не принял ли он за него какого-то иномирянского гостя?! Но характерную черную бородку и длинный висловатый нос было трудно с чем-то перепутать, и "супер-архимаг" решился.

– Коллега, можно вас на пару слов? – вкрадчиво произнес он, заныривая за колонну.

Однако Гоберман даже не повернул головы в его сторону. А при попытке тронуть его за рукав медленно и величественно растаял в воздухе. Последним пропал нос, успевший пренебрежительно шмыгнуть.

Опять неудача! Швендзибек начал в отчаянии оглядываться по сторонам. В конце концов, если ему попался фантом, где-то поблизости должен находиться и оригинал!

Но других старших магистров Гоберманов в зале не оказалось.

Азартный поединок Твиндельдама и Твиндельдаста не мог не привлечь внимания окружающих. Вначале к ним присоединился Цирлифекс, немного уставший от общения с фантомами, а затем один из сотрудников ордена Бездонной Чаши. Коварный старший магистр, в далекой молодости иногда подрабатывавший подсадным игроком, предложил сразиться два на два.

Братья уже успели получить по своей порции щелбанов, что еще больше раззадорило их. Толпа зрителей, собравшаяся вокруг (маскировочный туман кто-то небрежно рассеял), увлеченно гадала, кто же является автором мизансцены и этих иллюзий. Мало кто мог поверить, что один из руководителей ордена Глиняного Демона будет всерьез принимать участие в столь странной игре. Однако это не мешало особо предприимчивым зрителям делать вполне реальные ставки.

Цирлифекс лишь тихонько посмеивался. Этот вечер он потратил не зря. Его копилка практических знаний о природе фантомов заметно пополнилась. А теперь он мог позволить себе немного расслабиться.

Великий магистр Голембиозис ни на минуту не сомневался в том, что игроки в домино настоящие. Своего заместителя он узнал бы в любой ипостаси, а близнецы были слишком азартны, чтобы пропустить такую игру. Также он не сомневался в том, что их шеф, который не любил ходить без охраны, находится где-то рядом.

Квантофельбаум нашелся за соседней колонной. Он стоял у окна и задумчиво смотрел на праздничные огни Вольтанутена. Голембиозис подошел поближе и разочарованно вздохнул. Фантом, да еще и не самый качественный. Полезной информации от такого – ноль. Впрочем, вряд ли он стоит здесь просто так. В ордене Алмазных Врат и столовая ложка – агент.

– Любезнейший, не могли бы вы передать своему хозяину... – начал было великий магистр.

Закончить ему не дали. Внезапно словно из пустоты появился настоящий Квантофельбаум.

– Ну вот, и поскучать в одиночестве не дают, – в шутку проворчал он. – Что вы хотели обсудить, коллега?

Гаудинер решил немного передохнуть и спрятался за диванчиком Агиршелло. В нескольких метрах от хохочущей компании, окружившей возлегающего мага, обнаружилась весьма удобная и, главное, свободная банкетка.

Впрочем, провести Швендзибека было не так просто. Внимательно следивший за перемещениями Гаудинера по залу, он решил, что объект достоин внимания. Прихватив с проезжавшей мимо тележки бокал, лже-маг прогулочным шагом двинулся к потенциальной добыче.

– Ой, извините! – столкнуться с банкеткой так, чтобы это выглядело естественно, не получилось. Но Швендзибека такие мелочи не останавливали.

К его радости, пролитый на старшего магистра напиток так и остался мокрым пятном на брюках. Оно было веским подтверждением реальности Гаудинера. Наконец-то не фантом!

– Не беспокойтесь, сейчас я все высушу, – закудахтал довольный лже-архимаг.

– Ни в коем случае! Я лучше сам! – магистр, занимавшийся в ордене кадровыми вопросами, был хорошо знаком с "талантами" этого чудика.

Пятно мгновенно исчезло, а довольный Швендзибек примостился рядом и сразу же затарахтел. При этом он, словно невзначай, придвигался все ближе и ближе к собеседнику, чтобы создать ощущение задушевной беседы.

Удивленный Гаудинер вынужден был постоянно отодвигаться от рассказчика. Противоположный край был все ближе и ближе, падение казалось все реальнее и реальнее.

– Вы пить что-то будете? У меня во рту пересохло, – Швендзибек наконец-то отвлекся от выбранной темы.

– Да. Мне похолоднее, пожалуйста.

– Официант! Два охлажденных! – чародей так стремительно вскочил, что сидевший на самом краю Гаудинер едва не поставил банкетку на дыбы.

Впрочем, внеорденского мага инцидент никак не заинтересовал. Он уже отчитывал слугу, гневно "дирижируя" указательным пальцем:

– Как это нет охлажденных? Поищите! Разве вы не знаете, с кем разговариваете?!

Через несколько минут, довольный, он протягивал Гаудинеру высокий бокал с вожделенным прохладным напитком. Привычным жестом якобы случайно зацепил его локтем. Рука прошла насквозь. Опять фантом!

Перед входом в бальный зал Великий магистр Дурбанкул остановился. Главе ордена Серебряного Лома необходимо было несколько минут, чтобы прийти в себя. Не стоило показывать окружающим, что он сильно не в духе.

Поразмышляв, он принял окончательное решение. Вместо одного великого магистра вдруг появилось три. Все они разошлись в разные стороны.

Дворецкий Твуть совершал очередной обход темных коридоров жилой части дворца. Небольшой магический светильник лишь частично освещал путь, скрывая остальное в непроглядном мраке – глаза плохо воспринимали перепад освещения. «Надо было взять более мощный», – сердито пробормотал он, но возвращаться было некогда.

Проходя мимо ниши со статуями, дворецкий отметил, что одна из фигур немного выпирает в коридор. Надо будет не забыть сказать слугам, чтобы поправили. Впрочем, она уже и сама сдвинулась ближе к стене.

Холодная волна страха накрыла Твутя. Статуя, стоящая в пустом коридоре, движется! Одним рывком он выхватил охранный амулет, но его руку перехватили: