Текст книги "Как пережить сказочную сделку (ЛП)"

Автор книги: Лора Дж. Майо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Когда Тео хандрила, а Финеас рассказывал ей историю Данте, он упомянул, что нет такой магии, которая могла бы повернуть смерть вспять. И всё же Ходд был убежден, что именно она мешает этому случиться. Из всех вещей, в которых её могли обвинить, препятствование возвращению мертвых было самым неожиданным.

Но тут пришло другое воспоминание. Тисовый лес, когда она случайно подошла к могиле Скеллы. Когда Ходд погнался за ней, он вдруг резко отпрянул, словно что-то мешало ему подойти ближе. Словно что-то не хотело, чтобы он увидел правду.

Правду.

Неужели это было заклятие правды?

Она ответила на его яростный взгляд, глядя прямо в ненавидящие глаза. – Магия фей не может воскрешать из мертвых, – произнесла она. – Скеллы больше нет.

Он перестал кричать, и его лицо обмякло. С него начал спадать какой-то блеск, точно слой масла стекал по телу, пока не рассеялся окончательно. Хоть она и подозревала нечто подобное, Тео ахнула от того, что только что совершила.

Ходд пошатнулся, его глаза расширились от шока. Затем он рухнул на колени, прижав руку к сердцу, словно раненный в бою рыцарь. Со следующим вдохом крик начался снова, но теперь это был другой звук – мучительный стон сокрушенного сердца.

Пока он рыдал, в сад влетела Урсула. – Стража! – закричала она, щелкая пальцами перед каждым, на ком была форма. – Немедленно уведите Ходда! Не слушайте ни слова из того, что он говорит!

То ли щелчки вывели стражников из транса, то ли просто раздражили, но они двинулись в сторону фейского круга.

Аймон переводил взгляд с матери на Тейса. Регент стоял поодаль, застыв как садовая статуя – растерянный и охваченный ужасом. Тем временем Урсула всё еще пыталась поднять стражу, размахивая руками и изображая свое разочарование в стиле какого-то экспрессивного танца. – Уберите его немедленно! Он виновен в убийстве королевской семьи и представляет угрозу для принцессы Амабель!

– Мама, – начал Аймон своим мягким, успокаивающим тоном. – Давай дадим Тейсу шанс…

– Замолчи и дай мне разобраться! Сейчас не время быть слабым и хрупким! – взвизгнула она на сына. Аймон, привыкший к тому, что может успокоить мать, отпрянул, будто получил пощечину.

Ходд, тем временем, был безразличен ко всему происходящему. Ко всему, кроме Тео. На руках и коленях, медленно, словно каждое движение причиняло ему боль, он подполз обратно к барьеру перед ней. Пока он кричал и всхлипывал, Тео казалось, что она видит чью-то смерть. Боль, исходившая от него, была настолько густой, что её можно было ощутить физически.

– Она сказала мне, – произнес Ходд, захлебываясь рыданием. – Она сказала, что дух Скеллы удерживают в заложниках. Король Редрен. Если я положу конец его правлению и правлению его семьи, она вернется. Если я убью королевскую семью, вы больше не сможете её удерживать, и она восстанет из мертвых. – Он издал еще один полный муки вскрик. – Я не хотел этого. Но я сделал это, потому что она обещала вернуть Скеллу, когда ты умрешь.

Его голос стал умоляющим. – Но я был милосерден к тебе, к твоей семье. Всё было безболезненно. Я позаботился, чтобы боли не было. Но ты не умерла, и Скелла не смогла вернуться. – Он начал качать головой. – Ложь. Всё было ложью. Что же я наделал? – Он рухнул на землю. – Что же я наделал?

– Кто сказал тебе это?

– Скелла мертва. Она умерла у меня на руках. Я сам её похоронил. Но никакая магия не может вернуть человека с того света. Я ведь знал это. Почему она заставила меня поверить в обратное?

– Кто, Ходд? – взмолилась Тео.

Урсула всё еще пыталась поднять побольше стражи и уже перешла на крик прямо им в лица, поскольку те слушали Ходда. Она раздавала приказы, чтобы его заткнули и убрали отсюда.

– Пожалуйста, Ходд. Кто наложил на тебя заклятие правды? Но Ходд только качал головой и плакал.

Когда стало ясно, что он больше ничего не скажет, Арлис вышел из-за спины Тео и шагнул в фейский круг. – Я отведу его в подземелья. Он посмотрел сначала на Тейса, который всё еще едва стоял на ногах, затем на Аймона, который кивнул ему. Но когда Арлис попытался поднять Ходда, его брови сошлись на переносице. Он резко повернулся к Тео: – Я не могу его переместить.

Глаза Тео расширились от внезапной догадки. – Ходд, ты – фамильяр?

Он низко склонил голову, но кивнул. А затем поднял взгляд, глядя ей прямо в глаза.

– Урсула из Березовых фей.

В ту же секунду, как слова сорвались с его губ, он рухнул на землю замертво.

Глава 29

Где мать Тео была в отчаянии, но всё же не в таком

Коллективный вздох ужаса, пронесшийся по саду, будто выкачал весь кислород из атмосферы. По крайней мере, именно это почувствовала Тео: когда она попыталась вдохнуть, голова закружилась до дурноты.

Ходд только что нарушил обет молчания – и заплатил за это жизнью.

На мгновение после этого вздоха воцарилась оглушительная тишина. Рот Аймона был открыт, но из него не вылетало ничего, что хотя бы отдаленно напоминало приказы страже – лишь какой-то невнятный писк. Тейс во все глаза смотрел на мертвого тролля.

А затем все заговорили разом, поворачивая головы в сторону Урсулы. Та еще не слышала слов Ходда и продолжала истошно орать на стражников. Но, заметив внезапно наступившую тишину, она осеклась и в недоумении обернулась – весь сад смотрел на неё со смесью гнева и недоверия.

Видя, что ни Тейс, ни Аймон не предпринимают никаких действий, Арлис в несколько прыжков преодолел расстояние до Урсулы, схватил её за руку и сорвал ожерелье через голову.

– Стража, в подземелье её!

Двое стражников, которых она только что распекала, тут же бросились к ней.

Но прежде чем её успели увести, она закричала:

– Аймон, сделай же что-нибудь!

Аймон, которого истошный визг матери вывел из ступора, подошел к стражникам. Его невозмутимая натура взяла верх, и он выглядел почти облегченным от того, что снова нашел себе дело.

– Так, давайте все просто на минуту успокоимся, – произнес он своим умиротворяющим тоном.

Хватка стражников слегка ослабла. И тут Урсула, точно актриса, играющая для галерки, драматично уронила руки, поникла плечами и выдала запредельно наигранный вздох облегчения.

– Должно быть, произошло какое-то чудовищное недоразумение. Арлис, ты злоупотребляешь властью. – Она повернулась к Аймону: – Я требую официально зафиксировать жалобу на неподобающее обращение. Я ожидаю, что Арлис будет немедленно смещен со своего поста. А теперь отпустите меня сию же секунду.

Она бросила на Арлиса многозначительный взгляд, будто уже не раз угрожала ему этим и теперь была в восторге от возможности привести угрозу в исполнение.

Аймон неловко переступил с ноги на ногу. Понизив голос до шепота, в котором теперь отчетливо сквозила нервозность, он проговорил:

– Мама, ты же знаешь, у меня нет на это полномочий.

– Тогда немедленно тащи сюда регента и заставь его меня отпустить! – рявкнула она, и маска «бедной невинной матери» начала сползать с её лица.

Подавленный Аймон пошел за Тейсом, который медленно приходил в себя. Хотя Урсула только что потребовала, чтобы сын поговорил с партнером, она всё равно начала орать на Тейса сама, не в силах доверить дело сыну.

– Тейс, ты видишь, как Арлис обращается с матерью твоего партнера?

– Это сделала ты? – спросил Тейс таким отрешенным голосом, что Тео всерьез забеспокоилась, не станет ли это его новым постоянным состоянием.

Урсула попыталась разыграть свою привычную партию перед регентом:

– Ваше Высочество, я была поражена не меньше остальных, когда Перран, которого я считала доверенным лицом, оказался троллем. Если я в чем и виновата, так это в излишней доверчивости и привычке верить людям на слово. Я глубоко потрясена тем, что меня так подло использовали.

Урсула развела руки ладонями вверх, выставляя напоказ свою якобы чистую душу.

Тейс проигнорировал её и повернулся к страже:

– Несите железо.

Лицо Урсулы мгновенно сменилось с «почти невинного» на гримасу, способную породить еще тысячу жалоб.

– Аймон, ты что, не остановишь их?

Аймон, чья жизнь, казалось, зависела от того, чтобы все вокруг были спокойны, протянул руку к партнеру.

– Тейс, я не могу представить, чтобы моя мать была способна на такое… Мама, если ты просто ответишь на вопросы, уверен, мы во всем разберемся.

Тео знала: в каждой взрывоопасной семье всегда есть кто-то, кто чувствует себя обязанным работать «сапером-разрядником». До этого момента было очевидно, что Аймон не встречал ситуации, которую не мог бы уладить вежливым тоном, медленным киванием и ободряющей улыбкой. Но когда мать наотрез отказалась сотрудничать, а его набор инструментов по разрешению конфликтов оказался пуст, он начал ломаться.

– Мама, если ты этого не делала…

– Если ты не собираешься мне помогать, то какой от тебя прок, бесполезный ты мальчишка! – Урсула снова повернулась к Тейсу: – Вы вообще уверены, что он произнес моё имя? Кто это слышал? Она? – Урсула ткнула пальцем в Тео. – Вы поверите слову незнакомки, а не мне?

– Мы все это слышали, Урсула, – отрезал Арлис.

– Значит, он ошибся! У меня просто нет причин плести заговоры против королевской семьи. Меня признали непричастной еще тысячу лет назад, и с тех пор я неустанно трудилась на благо твоего регентства. Даже когда под следствием оказалась моя собственная дочь, я оставалась верна этому Двору. А теперь, пожалуйста, давайте будем благоразумны, отпустите меня, и мы во всем досконально разберемся.

Сесили лениво подошла ближе.

– В таком случае железо не станет для тебя проблемой, дорогая тетушка.

Урсула стиснула зубы, глядя на племянницу.

– Это не твоё дело и не твоя забота. Аймон, убери её!

Сесили ответила на выпад широкой улыбкой.

– В данный момент я представляю интересы принцессы Тео Амабель. И в её интересах сейчас узнать, зачем ты убила всю её семью. – Она повернулась к Тео: – Впрочем, формальности ради, Тео, ты подтверждаешь оба этих заявления?

– Э-э, ну да.

– Чудесно. Похоже, меня официально и по-королевски повысили до советницы принцессы Тео Амабель. Хоть у кого-то в нашей семье есть должность при дворе, верно, Урсула? В отличие от этого бездельника. – Она указала на Аймона. – Хотя я прекрасно понимаю, что сейчас не время утверждать мой официальный титул, так что я не против отложить обсуждение до менее напряженных времен.

Аймон никак не отреагировал на слова Сесили; он в ужасе смотрел на мать. Но он больше не сделал ни единой попытки помочь ей, пока на её запястьях смыкались железные цепи.

Каз подошел к Тео и взял её за руку. Она крепко вцепилась в его ладонь.

Когда магия Урсулы была подавлена железом, Тейс смог принудить её к ответу.

– Ты организовала убийство короля Редрена и его семьи?

Она не была в трансе – железо просто лишило её возможности лгать. Она сверлила Тейса яростным взглядом, когда ответила:

– Да.

– Как?

– С помощью заклятия правды, сделки и обета молчания.

– Придется рассказать подробнее, – протянула Сесили. И хотя Тео заметила предостерегающий взгляд Тейса в сторону племянницы, Сесили его либо не заметила, либо проигнорировала.

Урсула посмотрела на Тео так, будто всё это было исключительно её виной.

– Я нашла того, кто был слаб и охвачен горем. С помощью простого заклятия правды я внушила ему, что королевская семья удерживает его покойную жену и не дает ей вернуться. И что если он убьет их, она воскреснет. Затем я сделала ему предложение: он станет моим фамильяром в обмен на убийство королевской семьи. Став фамильяром, он был обязан молчать. А если бы он когда-нибудь разрушил чары правды, он всё равно не смог бы убить меня ради мести. Он спросил, что помешает мне убить его самого, как только дело будет сделано, и счел себя очень умным, потребовав обет молчания. Если бы кто-то из нас выдал другого, мы бы оба погибли. Более того, если бы я убила его, я бы тоже умерла. Я согласилась. В конце концов, он хотел снова увидеть жену. Он не стал бы рисковать жизнью ради этого.

– Ты сама придумала план убийства? – спросил Тейс.

Она хмыкнула.

– Нет. Это целиком его идея. Хотя морок дала ему я, и это я велела подложить тис в поленницу. Это было действительно остроумно. А орудие убийства было принесено фэем, который просто выполнял свою работу и ни о чем не подозревал. В итоге всё списали на ужасно несчастный случай.

Как коварно со стороны Урсулы – еще больше дистанцироваться от самого преступления.

Там, где Аймон сжимался, Тейс, напротив, подпитывался гневом – его присутствие казалось втрое значительнее обычного.

– Я принял тебя в своем доме. Мать любви всей моей жизни. Советница моего двора. И ты сотворила такое? Почему?

Тео надеялась на раскаяние, она была бы рада и малейшей крошке сожаления. Но фея, виновная в стольких разрушениях, в уничтожении семьи Тео и её собственной, была лишь зла на то, что не преуспела.

Урсула изо всех сил боролась с принуждением говорить. Её рот двигался, пытаясь сформировать слова, но затем глаза расширялись, и она с силой сжимала челюсти.

Может быть, потому, что Тео выросла с менее острой версией Урсулы в лице собственной матери, она видела причину так ясно, будто та стояла прямо перед ней. Так и было. Это был он. Аймон. Её собственная мать, леди Марта Бэлфор, всю жизнь строила планы, как катапультой забросить дочерей в высшие эшелоны общества. И ради этой цели она совершала ужасные вещи. Леди Бэлфор пошла бы на всё, кроме убийства. Урсула же была готова на этот последний шаг.

– Ты хотела, чтобы твой сын стал особой королевской крови, – сказала Тео, отвечая за неё.

Все повернулись к ней.

– Я слышала твой разговор с Эндлин. Ты распекала её и сказала что-то вроде: «хоть один мой ребенок знает, как удержать партнера королевской крови». Даже до меня дошли слухи, что ты пыталась выдать дочь за короля. Но он женился на Лилиане, и надежда на то, что она – а через неё и ты – станет частью королевской семьи, рухнула. Пока у Аймона не начался роман с Тейсом. К несчастью, это тоже не было быстрым решением. Тейс был четвертым в очереди на престол после короля и двух его дочерей и, вероятно, никогда бы не стал первым. Если только не уничтожить всю линию наследования целиком. Твоим мотивом было возвести Тейса на трон и сделать Аймона членом королевской семьи.

Тео продолжала:

– Тебя, должно быть, едва не уничтожил тот факт, что я спаслась. Потому что тогда твой план с треском провалился. Тейс в итоге даже не потрудился заявить права на трон. А значит – никакого титула для твоего сына. Как же ты была в ярости, осознав, что весь твой грандиозный план пошел прахом?

– Этот мелкий паршивец заявил, что титул ему и даром не нужен! – выплюнула Урсула. – Он мог бы стать королем-консортом и помочь всей семье. Какая трата ресурсов.

Аймон схватился за живот, будто его выпотрошили.

Урсула прищурилась, глядя на Тео.

– А ты отказалась умирать. Из-за тебя я осталась с яростным троллем, которого не могла убить. Мы искали Иару, но безуспешно. Когда мы узнали, что принцесса вернулась, кто она такая и что она – фамильяр моей собственной племянницы, я поняла, что должна действовать. Я забочусь о своей семье. Правда забочусь. Ходд не знал, кто ты, пока ты не встретилась с Тейсом. Но как только он узнал, он был готов убить Сесили, лишь бы добраться до принцессы. Моей племяннице, может, и плевать на свою жизнь, но я собиралась её защитить.

– Почему ты просто не убила меня сама? – вмешалась Тео. – У тебя было предостаточно возможностей.

– Из-за сделки. Убить тебя должен был он, иначе условия не были бы выполнены. Если бы это сделала я, сделка осталась бы незавершенной. Убив тебя, я бы помешала выполнению собственного договора, и всё бы пошло прахом. Плюс я не хотела попасться. Всё, что я могла – это поймать тебя в ловушку, чтобы он закончил дело. Я пробовала фейские круги, даже железо на твоих запястьях, но ты никак не хотела сидеть смирно.

Так же быстро, как её гнев излился на Тео, Урсула переключилась на сына:

– Я давала тебе всё!

Мгновение Аймон – вернее, то, что от него осталось, – просто смотрел на неё. Но затем по его лицу разлился гнев, кривя рот в презрительной усмешке.

– Не смей утверждать, что делала это ради меня. Разрушив жизнь Тейса и жизни королевской семьи, ты разрушила и мою. Я отказываюсь от своего места при королевском дворе. У твоих детей никогда не будет королевских титулов. И я отрекаюсь от тебя. Ты мне больше не мать.

Аймон повернулся к ней спиной и, не глядя ни на кого, ушел во дворец.

Глаза Урсулы полыхнули огнем, но прежде чем она успела что-то возразить, Тейс вскинул руку.

– Я больше не желаю ничего слушать. Уведите её в подземелье, – приказал он.

Тео сделала это. Она нашла того, кто убил семью, которую она так и не успела узнать, кто разрушил бесчисленное множество жизней и чье покушение на неё саму превратило её в подменыша.

Она думала, что поимка убийцы принесет ей счастье. И всё же, пока стражники вели Урсулу в темницу под шлейфом её возмущенных криков, Тео чувствовала совсем другое.

Глава 30

Где друг, которому нужны доспехи, – действительно настоящий друг

Урсулу увели из сада, но стражники и толпа всё еще стояли вокруг, не зная, что делать дальше. Больше всего на свете Тео сейчас хотела домой – в её настоящий дом, к Сесили, где она могла бы свернуться калачиком в собственной постели и вцепиться в руку мужчины, который её поддерживал, пока это еще было возможно. Она повернулась к Сесили, чтобы сказать об этом, но Тейс опередил её.

Он подошел, и свита стражников сомкнула ряды вокруг них. Тео была не в том состоянии, чтобы начинать разговор, поэтому ждала, пока он заговорит первым. Сначала ей показалось, что он и вовсе промолчит: он просто смотрел на неё, изо всех сил стараясь не разрыдаться.

Но после нескольких неудачных попыток он произнес:

– Принцесса Амабель, я хотел сказать это раньше. Я должен перед тобой извиниться. Говорю это не в надежде на прощение, а в надежде, что ты сможешь лучше меня понять. Признаю, я мог бы справиться со всем иначе. Я был так переполнен радостью, что не осознал – ты можешь её не разделять. Я вывалил на тебя слишком много информации разом, и с моей стороны было крайне несправедливо так поступать. Тебя так жестоко вырвали из моей жизни, и чтобы спасти тебя, мне пришлось принять самое трудное решение в жизни. Но я сделал это в надежде, что однажды ты вернешься ко мне. К нам. Хотя мои воспоминания о тебе – это лишь краткий миг, они для меня одни из самых заветных. Когда я наконец встретил тебя, я постоянно забывал, что ты меня не помнишь. И что ты – совершенно другой человек, не тот, кого я знал. Последнюю тысячу лет я воображал, какой будет наша встреча, и теперь понимаю, как ужасно это было по отношению к тебе. Тебе, должно быть, пришлось несладко.

Он вздохнул и продолжил:

– И я никогда не должен был единолично решать, что тебя нужно снова погрузить в сон, не поговорив с тобой. Это заставило тебя бежать из дворца – от меня – и это кажется мне непростительным. Мне очень жаль, за всё. Знаю, мы не можем начать сначала, но я хочу, чтобы ты знала: подобные решения больше никогда не будут приниматься без твоего участия.

Тео не знала, как на это ответить, хотя была ему благодарна. Поэтому вместо этого она сказала:

– И я прошу прощения за вандализм в вашей часовой башне. Надеюсь, её удастся быстро привести в порядок.

Тейс печально улыбнулся.

– Она должна была стать моим подарком тебе, в память о твоей семье, но да, думаю, будет лучше, если мы уберем колокола. – Его улыбка снова погасла. – Я бы хотел распланировать поминальную службу по Иаре и официальный прием в твою честь. Разумеется, только если ты решишь принять на себя роль принцессы. Этот выбор я оставляю за тобой.

Тео видела, как его лицо мрачнеет всё сильнее, пока она молчала.

Он коротко кивнул и повернулся к Сесили:

– Я доверяю тебе её безопасность. Надеюсь, твой дом будет открыт для неё столько, сколько она сама того пожелает?

– Приютить бездельничающую особу королевской крови в моем доме, пока ей не вздумается уйти? Ну, полагаю, я справлюсь, раз уж я в данный момент её главная советница – официальный титул на подходе.

Каз, стоявший рядом с Тео, хмыкнул, на что Сесили ответила подмигиванием. Тейс лишь слегка закатил глаза и, еще раз извинившись и пожелав им удачи, направился обратно во дворец.

Окружавшие их стражники только начали расходиться, когда из-за спины донесся звук, подозрительно напоминавший боевой клич, и мгновение спустя трое гвардейцев оказались повалены на землю.

На их месте стояли Берик, Ториан и Лоуэн, одетые и готовые к войне – если бы эта война велась против спального гарнитура. С помощью ремня Берик умудрился примотать к голове подушки с обеих сторон, закрывая уши. В том месте, откуда они только что явились, теперь наверняка стояла кровать всего с тремя столбиками, потому что четвертый был отломан и теперь служил ему дубинкой. Ториан, шипя как прижатая к стене кобра, изо всех сил изображала воительницу, которая заблудилась по дороге на битву и случайно попала на светский раут. Она прихватила с собой приставной столик и, подобно Берику, сократила количество его ножек на одну – эта отсутствующая ножка теперь была её наточенным «мечом». Но она пошла дальше, притащив с собой и саму столешницу в качестве импровизированного щита. Против чего именно – Тео понятия не имела, но Ториан была воплощением готовности. Правда, с головным убором она заморачиваться не стала: вместо этого она, похоже, выпотрошила подушку и запихала вату в уши так, что та торчала наружу пушистыми клочьями. Лоуэн был единственным из троицы, у кого было хоть что-то похожее на настоящее оружие – он размахивал каминной кочергой. Поскольку все мягкие и пушистые варианты для затыкания ушей уже разобрали, Лоуэну пришлось использовать комки свечного воска.

– Отпустите Тео! – закричал Берик, у которого от ярости едва ли не пена шла изо рта.

Поскольку они ничего не слышали, включая друг друга, Лоуэн в ту же секунду возопил:

– Вы не погрузите её в сон!

Ториан тем временем просто издала очередной яростный вопль, вызывающе направив свой меч-ножку на стражника.

Гвардейцы выглядели в высшей степени озадаченными, включая тех, что лежали на земле – те были скорее ошарашены, чем ранены. Не понимая, что именно им полагается делать против воинов, подозрительно напоминающих бешеных хомяков, стоящие стражники просто отступили.

Тяжесть всего произошедшего и благодарность за то, что творилось прямо сейчас, внезапно заставили Тео расплакаться. Её друзья, явно не имевшие ни малейшего опыта в боевых искусствах, вернулись за ней и были готовы биться с королевской гвардией, чтобы её спасти.

Разъяренные музыканты, взяв паузу в наступлении, наконец осознали, что ни одна фея больше не затыкает уши и все чувствуют себя вполне нормально. Некоторые стражники, а также Финеас и Лок, изо всех сил делали знаки «положите мебель на место».

Ториан наконец разглядела Тео в этой суматохе, и Тео воспользовалась случаем, чтобы кивнуть и жестами показать: оружие можно опускать. Ториан бросила свой меч и щит, после чего выковыряла вату из ушей.

– Тео? Ты в порядке? – спросила она, всё еще подозрительно косясь на стражу.

Тео вытерла слезы и улыбнулась. Каз отпустил её руку, когда Ториан подлетела к ней и сжала в крепких объятиях.

Берик и Лоуэн тоже опустили оружие и избавились от своей защиты для ушей.

– Что, уже всё кончено? – спросил Берик и повернулся к Лоуэну: – Видишь? Я же говорил, мы слишком долго возились с планом атаки.

– Вы вернулись, чтобы спасти меня? – всхлипнула Тео, вовлекая Берика и Лоуэна в общие объятия и крепко сжимая их троих.

Они отстранились друг от друга, но Берик положил руку ей на плечо.

– Ты должна понять: найти компетентного арфиста почти невозможно. Мы не собирались тебя так просто отпускать. Отличная задумка с колоколами. – Он заметил стоявшего неподалеку Алби. – Полагаю, за это мы должны благодарить тебя? – искренне спросил Берик.

Алби в ответ лишь расплылся в улыбке, выпятив грудь от гордости. Берик подошел к нему и опустился на одно колено.

– Что ж, отличная работа, мой друг. Совершенно неожиданно и блестяще исполнено.

– Погодите-ка, – вставил Лоуэн. – Ты же теперь фея!

– Мне сказали: либо так, либо смерть. Ходд меня почти достал. – Тео всё еще не успела осознать, как она к этому относится.

Только тогда её товарищи по группе огляделись, заметив фейский круг и стражников, накрывающих тело Ходда простыней.

– Значит, вы его поймали, – констатировал Берик.

Сесили подняла палец вверх.

– Ах да, спасибо, что напомнил, Берик. – Она повернулась к стражнику: – Будь добр, найди Арлиса и передай ему, что королевская советница принцессы Тео Амабель, Сесили из Пепельных фей, просит – нет, требует – его немедленного присутствия в саду.

Стражник кивнул и зашагал прочь.

Сесили с ухмылкой посмотрела на Тео.

– Забавный поворот событий: теперь я работаю на тебя, не так ли?

– Работаешь ли? – с ответной усмешкой уточнила Тео.

Сесили уперла руку в бок.

– Кто знает, дорогая, кто знает.

Арлис подошел к ним сзади с привычным хмурым видом.

– Я здесь. Я и не уходил из сада.

– Супер. Спасибо, что откликнулся на мой призыв с такой поспешностью. В общем, полагаю, у тебя осталось одно незаконченное дело с нашей принцессой. Что-то связанное со сделкой и произнесением слов, освобождающих её от обязательств. Поскольку – к удивлению всех… ну, почти всех, кроме меня, Тео, я верила в тебя всё это время! – ей удалось найти убийцу и в придачу к нему злого гения. Чистая формальность, но всё же важная.

С лицом, на котором, на удивление, не было и тени презрения, Арлис повернулся к Тео.

– Принцесса Амабель, ты выполнила условия сделки сполна.

Хотя Тео и испытала облегчение, освободившись от договора, она также почувствовала укол жалости к этому фэю. Он тысячу лет работал в тесном контакте с убийцей своей матери. У Тео не было воспоминаний о случившемся, но Арлис помнил каждую минуту. И хотя она не одобряла его поведение, она могла понять, что им двигало.

Поэтому вместо того, чтобы отпустить колкость в честь своего триумфа, она просто коротко кивнула.

– Раз с этим покончено, – подытожила Сесили, – предлагаю переместиться ко мне.

Глава 31

В которой Тео приветствует нового фамильяра и прощается со старым

Все немедленно направились в гостиную. Стоило Сесили щелкнуть пальцами, как на каждой поверхности появились еда и напитки. Тео обессиленно опустилась на один из диванов. Каз сел рядом, с бокалом в руке, и обнял её за плечи. Она не стала сопротивляться и прижалась к нему.

Несмотря на общую радость, атмосфера была хрупкой. Смех и шутки не смолкали, но стоило разговору коснуться мрачных моментов их приключения, как все тут же резко сворачивали на более безопасные темы. Тео знала, что рано или поздно им придется всё обсудить, но сейчас она была просто счастлива находиться рядом с друзьями.

Когда речь зашла о том, что Тео стала феей, они опустили подробности того, почему это было необходимо, и сосредоточились на будущем. Сесили пообещала научить её наколдовывать любые яства; в вопросах же платьев она была чуть более сдержанна – лишь потому, что ей самой безумно нравилось наряжать Тео. Берик заявил, что научит её разить врагов, превращая их в лягушек. Лок лишь спросил, будет ли она по-прежнему играть с ними на приемах, на что вся группа ответила дружным: «Да!».

По правде говоря, у Тео еще не было ни одной спокойной минуты, чтобы по-настоящему всё обдумать.

Но пока они обсуждали фейские тонкости, Тео осенил вопрос: – Если вы превратили меня в фею, значит, вы нашли мне замену на роль фамильяра. Кто это?

Она резко посмотрела на Каза – единственного «ничейного» человека в доме. Но тот лишь покачал головой.

– Я, – раздался ответ с другого конца комнаты. Алби поднял руку, будто его вызвали к доске.

Тео не скрывала шока. – Серьезно? Алби, почему?

Алби пожал плечами: – Ты – мой друг.

– Я даже не знаю, что сказать. Простого «спасибо» тут явно мало.

– И не нужно говорить ничего больше. Ты спасла мне жизнь в фейском круге. А когда умирала ты – я спас твою. И теперь я смогу дружить с тобой вечно. Это решение не было трудным.

– Ты спас мне жизнь несколько раз за этот вечер, Алби.

Ториан подняла свой бокал: – Тост за Алби! Нашего дорогого друга и героя королевства фей! И хотя она говорила с улыбкой, в её словах не было ни капли издевки или снисхождения. Ответом ей послужил звон бокалов и радостные возгласы. Алби выпятил грудь и расплылся в улыбке; Тео никогда еще не видела его таким счастливым.

Друзья смеялись, болтали и пили до тех пор, пока утреннее солнце не просочилось сквозь занавески. Вечеринка затихала, все засыпали там, где их настиг сон. Ториан растянулась на диване, мирно похрапывая, точно агрессивно мурлычущая кошка. Лоуэн уснул в позе возлежащего римлянина, а плед на нем смотрелся скорее как аксессуар, чем как функциональная вещь. Из музыкантов Берик сдался последним: первые несколько минут он сидел, откинув голову, и уверял всех, что просто «дает глазам отдохнуть», прежде чем провалиться в настоящий сон. Алби объявил, что идет в кровать, и неспешно удалился. Куда именно – Тео не знала, но была уверена, что он не потеряется. Финеас и Лок пытались перекинуться в картишки, но теперь оба клевали носом, и никто уже не помнил ни хода игры, ни того, в какую игру они вообще играли.

Единственной, кто еще хоть как-то бодрствовал, была Сесили: она полулежала на софе, попыхивая своей трубкой. Но в конце концов и она сдалась. – Полагаю, пора закругляться. Каз?

Тео тесно прижалась к Казу на другом диване; ей одновременно хотелось и уснуть в его объятиях, и бодрствовать, чтобы не упустить ни секунды.

Он поцеловал её в макушку и прошептал: – Ты спишь?

Она покачала головой и приподнялась. Взяв её за руку, он встал и повел её в вестибюль. Оказавшись вне поля зрения гостиной, Каз притянул её к себе. Она буквально растаяла в его руках, когда он её поцеловал. Она ответила на поцелуй, запуская пальцы в его волосы.

Когда он отстранился, он подвел её к одной из скамей, расставленных по вестибюлю.

– Я должен спросить, как ты, – сказал он. Каз не выпускал её ладонь, сжимая её в своих руках.

– Я раздавлена. Думаю, пройдет немало времени, прежде чем я осознаю всё, что произошло.

– Ты злишься на Сесили за то, что она сделала этот выбор за тебя?

– Пока не знаю. Хотелось бы, чтобы это было моим решением. Но я никогда не пожалею о поступках, которые к этому привели. Если бы я знала, что этот выбор обеспечит безопасность моим друзьям – конечно, я бы его сделала. Где-то глубоко внутри я всегда знала, что всё закончится именно так. Беа продержалась в бегах полтора года – не сказать чтобы вечность. – Она издала безрадостный смешок. – Похоже, я всё-таки убежала от своих проблем… только не в ту сторону.