Текст книги "Как пережить сказочную сделку (ЛП)"

Автор книги: Лора Дж. Майо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

– А это может быть не так уж плохо, Тео, – заметил Каз, стоявший рядом. – Уверен, ты придумаешь для неё массу увлекательных поручений.

– И то верно, Каз! – подхватила Тео, копируя его насмешливый тон.

Королева Блоссом была на грани того, чтобы взорваться прямо на троне. – Это не игра!

– Вы уверены? – спросила Тео. – Совсем недавно вы с большой охотой пытались меня переиграть. Чем это было, если не игрой?

– Моё королевство умирает! Ваш регент меня проигнорировал, а теперь вы, явившись в облике человеческого фамильяра, насмехаетесь надо мной, пока я пытаюсь вернуть магию, чтобы спасти свой народ и наш дом!

Улыбка Тео и чувство триумфа померкли, когда она увидела слезы, заблестевшие в уголках глаз королевы Блоссом.

Королева продолжала: – Мы перепробовали всё. И даже когда нам сопутствовал успех, наших усилий хватало лишь на неделю затишья, прежде чем кто-то приходил и всё чинил. Мы пытались уничтожить колокол, разбить язык, сломать механизм и сжечь канаты. Ничего не помогло. А теперь ты стоишь здесь, гордая тем, что обвела меня вокруг пальца.

Тео хотела было возразить, сказать, что она никого не обманывала и что в следующий раз королеве Блоссом стоит быть осторожнее и не недооценивать людей. Но она промолчала. Видя, как королева смахивает злые слезы, Тео почувствовала, что ей искренне её жаль.

Тео вздохнула. – Ваше Величество, я осознаю, что не предложила окончательного решения. У меня просто нет времени. Однако, если я выберусь из этой переделки, получу от пуки то, что мне нужно, и спасусь от смерти или вечного сна, я найду способ убрать колокол насовсем.

Королева Блоссом испепелила её взглядом. – Больше я никаких сделок с тобой не заключаю.

– Это была не сделка. А просто предложение. Считайте это профессиональной вежливостью.

На мгновение Тео показалось, что королева Блоссом останется верна своей исполненной злобы угрозе и ничего ей не скажет. Но затем, высоко задрав голову, королева произнесла: – Кроме того, если тебя не убьют и не погрузят в сон, я получу официальное приглашение на твою коронацию и буду сидеть в кругу других монархов и особ королевской крови.

Тео чуть не расхохоталась. Коронация? Надо же. Похоже, королева никак не могла определиться: то ли Тео – безродный человеческий фамильяр, то ли принцесса на стажировке. Но вместо того чтобы объяснять королеве Блоссом, что она и не помышляет о троне, Тео ответила: – Договорились.

– Тогда я скажу, что я забрала у пуки. – Она откинулась на спинку трона, и в её голос вернулись нотки скуки. – Я наложила на него простое заклятие правды. Элементарная магия, но весьма действенная. Чтобы снять его, нужно лишь посмотреть ему в глаза и открыть истинную правду – не ту, в которую он верит под действием чар.

– И правда заключается в том… – подтолкнула её Тео.

Если бы пауза королевы Блоссом была хоть каплю драматичнее, её можно было бы показывать в театре. – Что его любимый напиток – горячий шоколад.

Тео отшатнулась. – Что? Какое это вообще имеет отношение к делу?

– Именно это я у него и отняла. Я внушила ему, что он ненавидит горячий шоколад и не должен к нему приближаться. Напомни ему, что он его обожает.

– Я… э-э… и это всё?

– А чего ты ожидала?

– Честно? Наверное, чего-то более существенного.

– Как я и сказала, он ужасно раздражает сам по себе, а уж в вопросах горячего шоколада – в особенности. Так что я сделала в ответ нечто столь же раздражающее. И, возможно, избавила местную фауну от пары-тройки приступов мигрени. Заклятия правды могут быть куда хуже, знаешь ли. Сложные, многослойные – до тех пор, пока жертва не перестанет понимать, где право, а где лево. Это же было довольно бесхитростным в масштабах мироздания. Вполне подходящие последствия, я считаю.

Тео едва не впала в «шоколадный ступор» от напитка, который даже не пробовала. Оказалось, что спасение её жизни зависело от колокольного языка и горячего шоколада. Каким боком тут приплетена дикая природа – она понятия не имела.

Из оцепенения Тео вывел Финеас, который поклонился королеве и произнес: – Благодарим вас, Ваше Величество. Мы уходим.

Теперь она наконец могла получить от пуки то, что ей было нужно.

Глава 19

В которой горячий шоколад представляет реальную угрозу для фауны Топей

Найти козла оказалось проще простого. Он всё еще обретался на той же полянке, на этот раз увлеченно споря с деревом.

– Прошу прощения. – Только сейчас Тео осознала, что не знает, как к нему обращаться, кроме как «пука».

Он обернулся к группе и, в отличие от прошлого раза, ничуть не удивился их возвращению. Уперев копыта в бока, он со смешком покачал головой: – Если бы только этот шум утих, я смог бы расслышать музыку. Говорят, они весьма недурны. – Но тут его взгляд упал на язык колокола в руках Тео. – Это то, что я забыл? Он ведь больше буханки хлеба, не так ли?!

– О, нет. Это часть моей сделки с королевой Блоссом.

Он задумчиво потер подбородок передним копытом, изучая предмет. – Знаешь, а ведь ты права. Теперь, когда я на него смотрю, он мне ни о чем не напоминает. Никаких звоночков в памяти.

Тео не была уверена, задумывалось ли это как каламбур, поскольку сам пука шутку юмором не счел. Зато Каз и Финеас оценили: за спиной Тео послышались сдавленные смешки. Судя же по стону Арлиса, пука казался ему таким же забавным, как вросший ноготь.

Она уже собиралась напомнить ему о забытом, но пука, похоже, напрочь выкинул из головы их разговор, отвлекшись на бекаса в прибрежной воде неподалеку. Маленькая птичка, насколько могла судить Тео, мирно занималась своими делами, выискивая пропитание. Однако это до глубины души оскорбило пуку. Он бросился к птице, дико размахивая руками и вопя: – Перестань лопать мамины лепешки, не то в праздничное платье не влезешь! – Затем добавил уже тише, самому себе: – Нет, нет, это было слишком давно. О, но новое платье так сияет и блестит. Бедная птица, которая не ела лепешек и не планировала влезать в тесные наряды, взмыла в небо, будто выпущенная из катапульты. Пука не обратил на это внимания и принялся с интересом разглядывать рогоз, снова напевая тот же мотив. Мелодия, должно быть, была очень популярной, так как Тео узнала в ней одну из песен, которые Берик обожал играть.

Ой-ой.

Так вот о чем все говорили. Пука явно ушел в крутое пике, а бессмыслица извергалась из него, как из неисправного фонтана.

– Сэр? Сэр… Пука? У нас тут незаконченное дело, – позвала Тео, чувствуя себя так, словно прерывает крайне важную беседу.

Пука замер и снова повернулся к ней: – Принцесса, принцесса, попавшая в беду. Как там у тебя дела? Фейские круги, шумные штуки и славные друзья – все в один ряд! – Он зашелся в хохоте над какой-то своей личной шуткой.

Всё это всё больше походило на грандиозную ошибку. Могла ли она просто уйти? Аннулирует ли это их сделку? Что пука будет ей должен, если не выполнит свою часть уговора? Тео была готова прямо сейчас расторгнуть контракт и разойтись миром. Ей точно не хотелось, чтобы пука за ней увязался. Она сама сойдет с ума, если ей придется провести с ним хоть сколько-нибудь значительное время. А она сейчас не могла себе такого позволить.

Нет. Она зашла слишком далеко, чтобы отступать. Поэтому Тео двинулась напролом; её «безвозвратные потери» в этом деле уже покоились на дне океана.

– Если вы закончили! – Она попыталась изобразить строгую директрису, и это, кажется, сработало. Пука застыл и уставился на неё, насекомые перестали жужжать, и даже её спутники невольно вытянулись в струнку.

– Благодарю, – продолжила она. – А теперь – не хотите ли, чтобы я напомнила вам то, что вы забыли? Я успешно выполнила свою часть сделки.

– О да, да!

Она подошла ближе. – Мне велели посмотреть вам в глаза и сказать правду. Как только она будет озвучена, вы её вспомните. Договорились?

Он кивнул. Тео не знала, сколько пафоса нужно вложить в этот момент. Ей казалось, что для снятия чар нужно сделать что-то более официальное, но она понятия не имела, что именно.

Что ж, придется просто выложить всё как есть. Она чуть наклонилась, чтобы заглянуть прямо в желтые, невыразительные глаза козла.

– Твой любимый напиток – горячий шоколад.

Глаза его расширились, и он отпрянул. С его лица начали спадать слои замешательства, один за другим, обнажая под собой изумление. Вместе с этим по его телу потек какой-то маслянистый блеск. Затем изумление медленно переросло в осознание; его эмоции двигались со скоростью холодного сиропа.

– Точно, – прошептал он. На мгновение он погрузился в тихую задумчивость, вероятно, вспоминая свой любимый теплый напиток. – Она сказала мне, что я его ненавижу и никогда больше не захочу.

– Пожалуй, выпью чашечку прямо сейчас. – Его голос звучал тихо, почти по-детски невинно. Уши поникли, глаза округлились, а передние копыта сошлись в подобии молитвенного жеста.

Пука материализовал дымящуюся кружку – по всей видимости, с горячим шоколадом – и зажал ручку между двумя пальцами-копытцами, придерживая дно другой лапой, чтобы не уронить. Учитывая тот трепет, с которым он произнес название напитка, Тео ожидала, что он будет потягивать его, как дорогое вино, смакуя вкус. Вместо этого он осушил кружку до самой шоколадной гущи, совершенно не обращая внимания на температуру. Как только кружка опустела, он повернулся к воде и без всякого предупреждения швырнул её изо всех сил.

В любой другой ситуации Тео могла бы впечатлиться силой броска этого козла. Кружка взмыла над топями, словно величественная птица, обозревающая свои владения – крутящийся черный силуэт на фоне сумеречного неба. Тео не видела, куда она упала, и поняла, что снаряд достиг цели, только по характерному плеску.

– Пожалуй, выпью еще одну, – сладко пропел пука и наколдовал вторую дымящуюся кружку.

Тео, сама уже стоя с вытаращенными глазами и совершенно сбитая с толку происходящим, успела лишь вякнуть: – Пожалуйста, не бросайте… Но её перебил звук второго залпа: пука осушил чашку в два глотка и проделал ровно то же самое.

Каз, чье лицо исказилось в недоумении, прошептал Тео: – Первый раз я списал на случайность, но сейчас я в полном тупике.

– Думаю, мы наблюдаем истинную причину, по которой королева Блоссом лишила его этого воспоминания, – заметил Финеас, припомнив слова королевы о том, какой «раздражающим» пука становится из-за шоколада. Тогда Тео и представить не могла, что может быть невыносимого в таком безобидном напитке.

Если он швырнет еще парочку, местная фауна решит, что кружки – это перелетный вид.

После второго плеска и хора возмущенных кваканий потревоженных лягушек пука, кажется, наконец удовлетворенно вздохнул. Спутники Тео коллективно захлопнули рты, пока туда не налетели мошки.

Внезапно раздался щелчок, и на месте козла появился заяц. Всё того же угольно-черного цвета, с блестящими глазами в тон. Штаны исчезли, как и способность балансировать на задних лапах. Вместо этого он допрыгал до валуна и шустро взобрался на вершину.

– Я очень уважаю штаны, но лучшие мысли приходят ко мне без них, – пояснил он, мгновенно забыв о горячем шоколаде. Тео ответила коротким, дерганым кивком. – Итак, что ты хотела узнать? – спросил пука, и его крошечные усики затрепетали при каждом слове. – О том, что ты подменыш?

– Вроде того? Но не совсем…

– И о том, что твое положение подменыша стало источником множества раздоров в твоей жизни?

– Нет, не думаю. Я узнала об этом всего несколько дней назад…

– И о том, как все в твоей человеческой жизни подсознательно чувствовали, что с тобой что-то не так, и поэтому им было неуютно в твоем присутствии, и, возможно, именно это определяло их отношение к тебе?

– Погодите, что?

– Но теперь-то в этом есть смысл, верно? Ты не человек! Ты лишь притворяешься!

– Нет, я… простите?

– О зверобое?

– Нет.

– Об железе?

– Нет.

– Значит, наша сделка окончена?

– Нет! Я пришла совсем не за этим!

– О. Тогда что же ты хочешь знать?

– О том, кто пытается меня убить!

– Точно! Точно-точно-точно. Теперь вспомнил. Дай мне минутку.

Он закрыл глаза и принялся тихо напевать ту самую мелодию. Алби подошел к Тео и, пытаясь внести хоть какой-то порядок в этот хаос, потянул её за руку. Он улыбнулся и прошептал: – Я думаю, он даст тебе отличную информацию. Вот увидишь.

Она кивнула ему, не в силах выдавить ни слова. Ради этой оптимистичной улыбки гоблина она очень надеялась, что он прав.

Пука открыл глаза. – У меня есть информация, которую ты ищешь, – произнес он с торжественностью того, кто не разбрасывается кружками, не спорит с камышами и не считает, что без штанов думается лучше. И замолчал. Он просто сидел и хлопал своими глазами-бусинками, глядя на неё.

– И? – Тео сделала поощряющий жест; её терпение за время этой миссии было практически досуха выкачано этим причудливым существом.

– Ах, точно. Информация.

– Какая?!

Он откашлялся. Тео затаила дыхание. Наконец-то хоть какие-то ответы.

– Золотой цыпленок.

Когда Тео видела, как он запускает кружки, точно пушечные ядра с ручками, она была сбита с толку. Но это… это выходило за рамки простого недоумения. Все мыслительные процессы, способные выдать хоть какое-то подобие смысла, не просто остановились – они уволились по собственному, прихватив на выходе столовое серебро в качестве выходного пособия.

Она знала, что значит «золотой». Она знала, кто такой «цыпленок». И она знала, что в сумме эти определения никак не складывались в значимую информацию об убийстве.

– Прости. Ты сказал… «золотой цыпленок»? – переспросил Каз; он выглядел таким же ошарашенным, как и она. Из его уст это прозвучало так же нелепо, как и из уст зайца.

– Да, – подтвердил пука. – Моему внутреннему взору явился золотой цыпленок.

Похоже, эта новость подействовала на остальных так же. Финеас обхватил голову руками, а Арлис закатил глаза с такой силой, что, казалось, мог рассмотреть собственный мозг. Глаза Алби заблестели сильнее обычного – в них стояли слезы, которые он пока удерживал.

– Давай еще раз, просто чтобы я была уверена, что уши меня не обманывают, – произнесла Тео. Крошечная часть её души всё еще надеялась, что это ошибка, которая вот-вот разъяснится. – Ты утверждаешь, что ответом на вопрос о том, кто пытается меня убить, является «золотой цыпленок»?

– Да! – Его, похоже, ничуть не беспокоило её требование повторить. Напротив, он закивал и захлопал лапами так, словно она только что закончила танцевать чечетку; его пушистые лапки не издавали ни звука. – И на этом наша сделка завершена!

– Что? Нет! Я не принимаю работу! – закричала она, подозрительно напоминая в этот момент королеву Блоссом. – Это не информация. Это чушь собачья!

– Это должно иметь смысл, потому что именно это я и увидел. Золотой цыпленок. Сделка окончена.

На этом закончился и оптимизм Тео: последние крохи надежды были втоптаны в грязь. Котел её самообладания наконец закипел, и крышку сорвало вместе с остатками рациональности.

– Это было не что иное, как бессвязный бред! – выкрикнула Тео в лицо невозмутимому зайцу.

– Вовсе нет.

– Смотри, я тоже так умею! Салатные огурцы! Пушистая швейная игла! Капор из жимолостного бренди!

Он печально покачал головой: – Это было бессмысленно. Боюсь, у тебя нет таланта к пророчествам.

– Вот тебе моё пророчество: рагу из кролика! Плесните мне кружку горячего шоколада, я его сейчас пришибу!

Пука выглядел потрясенным – он явно не понимал, откуда взялась такая вспышка гнева. Она отдала за это целый день своей жизни.

Тео зашагала к валуну, осознав, что в руках у неё уже есть оружие для мести. Раз язык колокола подходил для того, чтобы звонить, он вполне сгодится и для того, чтобы «прозвонить» заячьи уши. К счастью (или нет), Каз успел перехватить руку Тео до того, как она нанесла удар.

– Думаю, вам пора уходить, – изрек пука. – Рад был познакомиться! – С этими словами он спрыгнул с камня в воду, где принялся обсуждать выбор цветов с каким-то жуком.

– Он прав, – сказал Каз, всё еще удерживая Тео. – Нам нужно уходить.

– Я даже не знаю, куда нам идти, – бросила Тео, высвобождая руку из его хватки.

– Если тебе нужна мягкая постель, я найду пятьдесят штук в Дворце фей, – сухо вставил Арлис.

– Значит, этот вариант отпадает, – Каз испепелил Арлиса взглядом. – Есть ли предложения у кого-то, у кого нет личных счетов и желания быть максимально бесполезным?

Все промолчали.

– Вот что бывает, когда слушаешь советы гоблина, – прорычал Арлис.

От каждого ядовитого слова Арлиса Алби, казалось, становился всё меньше и меньше. Плечи его поникли, голова опустилась – он будто пытался исчезнуть совсем.

– Он хотя бы предложил идею и пытался помочь, – огрызнулась Тео. – Знаю, для тебя эта концепция – из разряда заморских диковинок.

Она почувствовала легкое прикосновение к руке и посмотрела вниз на Алби. Лунный свет, отражаясь в его огромных глазах, заставлял зрачки светиться. Но у основания век уже поблескивала серебристая кайма невыплаканных слез.

– Прости меня, Тео, – прошептал он. – Я думал, это сработает. Я совершил ужасную ошибку. Я уйду и оставлю тебя в покое.

– Что? Нет! Нет, Алби, послушай. Ты не совершал ошибки. Это я решила пойти сюда, а не ты.

Это, кажется, его успокоило, чему Тео была рада. Однако отрицать очевидное было глупо: ситуация была паршивой. Улики, которые у неё имелись, почти ничего не значили. Карта привела их к пустому дому и могиле. Монеты были бесполезны и в фейском обществе не котировались. «Золотой цыпленок» – вообще ни о чем. И если Тео в ближайший час не обзаведется экстрасенсорными способностями для общения с мертвыми, то новых подсказок от огров ей не видать.

С другой стороны, при участии Тео уже произошло два ареста, один поджог и порча имущества на церковной башне. Как ей добиться успеха, чтобы вытащить Сесили и Лока из дворца? Может, стоит сдаться пораньше и дать дёру?

И вишенка на этом горьком торте: песня, которую напевал пука, намертво засела у неё в голове. Из всех возможных мелодий, почему он выбрал именно эту?

Но с другой стороны… что, если это не случайно? Она понимала, что это притянуто за уши, но это было лучше, чем то абсолютное «ничего», с которым они работали. Может, песня – не просто совпадение.

– А что, если нам пойти к дому Берика? – спросила Тео.

Финеас задумчиво кивнул. Арлис, скрестив руки и выражая свое недовольство фырканьем, подозрительно напоминал быка с аллергией; его явно злило, что Тео не расплакалась и не начала умолять забрать её во дворец.

– Решено, – сказала она. Но прежде чем вызвать ветер для перемещения, подняла руку: – Стойте. Арлис, ты должен поклясться, что никому не скажешь, куда мы идем, что мы там были или что мы знакомы с хозяевами дома. Она уже заключала с ним подобную сделку в домике на дереве, но то касалось только домика. Теперь, на новом месте, она хотела подтверждения, что он их не сдаст.

Арлис закатил глаза. – Перестань вести себя так, будто это я прислал Урсулу. Если кто-то еще явится, чтобы переловить остатки некомпетентного окружения принцессы Амабель, то это буду не я.

Тео ужасно хотелось стереть эту ухмылку с его лица. Но вместо этого она произнесла: – Что ж, в данный момент ты сам часть этого окружения. Рада, что мы наконец сошлись во мнении о твоей некомпетентности. Так что, во-первых, прекрати делать вид, будто у нас нет причин для подозрений. А во-вторых – клянись. Если ты расскажешь кому-либо о местонахождении моих друзей и их домах, наша сделка аннулирована.

Арлис посмотрел на Тео так, словно она упаковала свой здравый смысл и отправила его на другой конец света. Будто доверие к друзьям было верхом абсурда. Но, надо отдать ему должное, он произнес: – Ладно. Клянусь, что не скажу ни слова о местонахождении твоих друзей никому, под страхом расторжения нашей сделки. Довольна?

– Тобой? Разумеется, нет, – ответила Тео. – Но пойдет. Полетели.

Глава 20

Где и друзья, и цыплята – золотые

Группа приземлилась на краю широкого поля. Из-за позднего часа и серебристого лунного света Тео почувствовала себя так, словно стояла на берегу спокойного моря: колыхание полевых цветов и пшеницы на ветру напоминало мерные набеги волн. А в самом центре, точно остров, возвышался большой каменный дом.

За те месяцы, что Тео была фамильяром и регулярно проводила время со своей музыкальной группой, она часто бывала у Берика. Его дом не отличался грандиозными размерами поместья Сесили, и обычно его версия «вечеринки» представляла собой тесные посиделки в гостиной, как правило, только для музыкантов. Будучи частым гостем, Тео, не теряя времени, зашагала через поле к парадной двери.

Не успел дверной молоток коснуться пластины, как дверь распахнулась, чьи-то руки втащили её внутрь, и Тео оказалась в крепких объятиях Берика, Ториана и Лоуэна.

Остальные члены группы вошли следом, и дверь за ними захлопнулась.

Спустя минуту её наконец выпустили из объятий, но Берик продолжал держать её за плечи, внимательно осматривая. – Тео! Ты здесь! Не передать, какое облегчение тебя видеть. Что произошло? Где ты была? Куда пропала? Почему ты держишь в руках… это что, язык от колокола?

Тео посмотрела на свою руку. И правда, язык был всё еще при ней. Честно говоря, она о нем напрочь забыла и держала лишь из-за вызванной злостью судороги, заставившей её пальцы намертво сомкнуться вокруг металла.

– О, да. Именно он. Что же до остальных твоих вопросов… вы слышали обо мне что-нибудь?

– Звучит загадочно. А как же ты? Ты бесследно исчезла несколько дней назад. Мы заходили к тебе домой, но там никого не было. Потом прошел слух, что ты выступала на приеме у часовой башни – кстати, говорят, ты была великолепна, – но так и не вернулась. Дом Лока тоже странным образом пустовал. Тогда мы отправились во дворец, чтобы узнать, не осталась ли ты там после приема, но гости, хоть и помнили феноменальную арфистку, не видели её с момента окончания выступления. А когда мы попытались расспросить дворцовый персонал, нам ничего не ответили.

Арлис, который до этого момента успешно изображал неприметный бурый коврик, подал голос из угла: – Это потому, что это не ваше дело.

Берик, Ториан и Лоуэн посмотрели на него так, словно только сейчас осознали его присутствие. На лице Берика промелькнула искра узнавания. – А ты не тот странный пялящийся фэй, который хотел вступить в группу? Что ты здесь делаешь, черт возьми? – спросил он и повернулся к Тео: – Ты что, всё-таки взяла его в группу?

– В последний раз повторяю, – огрызнулся Арлис. – Я не собираюсь вступать в вашу нелепую банду!

Они проигнорировали его вспышку, но, заметив Арлиса, друзья-музыканты, кажется, наконец разглядели и остальных.

– Привет, Алби! Привет, Финеас! – весело поздоровался Берик. Затем он перевел взгляд на Каза: – А с тобой мы, кажется, еще не знакомы.

Тео взяла на себя роль распорядителя, пока Каз приветственно махал рукой. – Это Каз, бывший фамильяр Сесили. Я заняла его место. – Тео заметила, как Каз едва заметно вздрогнул. – Каз, а это мои друзья и коллеги по группе: Берик, Ториан и Лоуэн.

– Если ты бывший фамильяр, что привело тебя обратно в королевство фей?

И снова Тео ответила за него: – Он был нужен нам, чтобы найти пуку. Мне нужно многое рассказать вам о том, что произошло за последние дни.

– Я бы тоже так сказал, – подтвердил Берик. – Почему бы нам не пройти в гостиную? Похоже, история предстоит долгая. И добро пожаловать в мой дом, Каз. Друг Тео – наш друг. – Затем он неловко посмотрел на Арлиса: – А твоё имя я так и не уловил.

– Арлис, – бросил тот, наградив Берика тяжелым взглядом.

– Понятно. – Берик медленно кивнул. – Ну, как я и говорил, друг Тео…

– Он мне не друг, – отмахнулась Тео. Берик вскинул брови, но промолчал, тем более что Арлис выглядел полностью согласным с этим заявлением.

– А где Сесили и Лок? – спросила Ториан.

Тео ответила лишь тяжким вздохом, опускаясь рядом с ней на один из диванов.

Берик питал слабость к роскоши, но не к пафосной, а к той, что обеспечивает максимальный уют. Огонь в массивном сером каменном камине поддерживал в комнате идеальную температуру. Диваны, кресла и горы подушек на них были огромными и мягкими, выдержанными в нейтральных тонах, которые не спорили друг с другом. Повсюду были разбросаны пледы – на спинках сидений и целой стопкой в корзине в углу, на случай, если кому-то всё еще будет мало.

Когда все нашли себе место (а Арлис облюбовал угол, в котором можно было мрачно скрываться), и перед каждым материализовался напиток, всё внимание сосредоточилось на Тео.

Слон в тиаре стоял прямо перед ней и вовсю хлопал её хоботом по лицу. Так что, решив съесть этого слона по частям, она начала.

– Есть кое-какие новости. – Не самое сильное вступление, но день выдался долгим. Она начала рассказ с приема в саду. Когда она дошла до части с принцессой, лица её друзей вытянулись, и они застыли в немом изумлении.

– Ты… ты Иара? – выдавила Ториан.

– О, эм, нет, – ответила Тео. – Оказывается, она мертва. Я… другая.

– Амабель?

– Предположительно.

– Ты шутишь. Издеваешься над нами.

Тео покачала головой. – Вот поэтому он здесь, – она указала на Арлиса. – Он похож на человека, который хоть раз в жизни смеялся? Он с нами, потому что хочет отправить меня обратно в вечный сон, но, поскольку я всё еще фамильяр, он не может меня туда телепортировать. – Тео не думала, что это возможно, но на этих словах Арлис нахмурился еще сильнее. Еще немного, и его брови придется чем-то подпирать, иначе они окончательно сползут с лица.

– Так… где же вы были последние несколько дней? И почему вы здесь, а не во дворце? – спросил Ториан.

– Потому что кто-то – либо во дворце, либо имеющий туда доступ – хочет моей смерти. Пока они сидели в тишине, Тео продолжила пересказывать события последних дней: то, что они выяснили, попытку похищения ограми, атаку Перрана в тисовом лесу, арест Сесили и Лока и то, как они добрались до пуки.

– Пука нам не особо помог, – объяснила Тео. – После всей этой заварушки с Дольными спрайтами он выдал лишь то, что его внутреннему взору явился «золотой цыпленок». Понятия не имею, что это значит, но он постоянно напевал ту песню, которая тебе так нравится, Берик. Ту самую, с которой мы открывали прием у Сесили месяц назад.

– О, я обожаю эту песню! – оживился Берик. – И пука сказал «золотой цыпленок»?

Тео кивнула: – Да, но он нес еще кучу всякого бреда, так что это была просто очередная порция чепухи.

Однако Берик нахмурился, явно всерьез обдумывая её слова.

– Не думаю, – медленно произнес он. – Не «золотой цыпленок». «Золоченая наседка».

– Нет, он точно сказал «золотой цыпленок». Я даже переспросила. Спроси их. – Она указала на остальных, и те подтвердили её слова кивками.

– Он видел «Золоченую наседку», – повторил Берик.

– Это какое-то магическое существо, с которым я еще не знакома? – Тео никогда не слышала о волшебных золоченых наседках, но, учитывая весь её предыдущий опыт, она бы не удивилась.

– Нет. «Золоченая наседка» – это таверна.

– Таверна?

– Да, – кивнул Берик. – Я там играл давным-давно.

В голове у Тео это никак не укладывалось. – Зачем пуке видеть таверну?

– Понятия не имею, – признался Берик. – Думаешь, пука имел в виду, что в «Золоченой наседке» что-то есть?

– На данном этапе, полагаю, возможно всё что угодно, – вздохнула Тео. – Хотя кто знает? Он всю дорогу порол чушь. Но в этом он казался довольно уверенным. – В груди Тео шевельнулось некое подобие надежды. Будто она заблудилась в лесу и вдруг увидела дерево, которое показалось ей знакомым.

– Нам нужно туда пойти! – воскликнул Лоуэн.

Берик улыбнулся и кивнул: – Хорошо, что у нас есть идеальное прикрытие.

– Какое? – уточнила Тео.

Ториан легонько подтолкнула её локтем: – Как насчет того, чтобы выступить в заведении, где никто не будет слушать музыку, пока парочка пьяных фей устраивает мордобой прямо перед сценой? Наше секретное обличие – это и есть наше настоящее обличие. Мы пойдем туда как группа!

– А это ведь и правда идеальный план, – согласилась Тео. – Мы сможем выйти на сцену, посмотреть, что к чему, и послушать, о чем говорят.

Лоуэн кивнул: – А потом задержимся там на какое-то время, и никто не обратит на нас ни малейшего внимания.

– Мы можем попасть туда сегодня? – спросила Тео.

Берик нахмурился. – Сегодня не выйдет, если мы хотим попасть на сцену. Ночь уже в разгаре, так что будет странно, если музыканты явятся так поздно с желанием поиграть. Нам нужно идти в самом начале вечера.

Каз затряс головой. – Это не пойдет. Время поджимает.

– Ты вовсе не обязан идти с нами, Каз, – отрезала Тео, вызвав неловкие взгляды у всех, кроме Арлиса.

– Не обращайте внимания на эту семейную сцену, – бросил Финеас группе, на что Каз и Тео синхронно фыркнули. – Но Каз прав: наш график довольно плотный.

Трое её друзей-фей выжидающе посмотрели на Тео.

Она поняла, что толком не объяснила им, почему Арлис таскается за ними, кроме того, что он из дворца. – Если я не разберусь со всем этим за два дня, Арлис отправит меня в вечный сон. Ну, не совсем так. Я заключила с ним сделку. Если я не предъявлю убийцу к сроку, я стану его фамильяром, и тогда он сможет делать со мной всё, что захочет. А хочет он – усыпить меня.

Её друзья в шоке перевели взгляд с неё на Арлиса.

– Он не имеет права так поступать! – выкрикнула Ториан, указывая в его сторону обвиняющим пальцем.

Арлис тем временем не удостоил её вспышку ответом и продолжил буравить их взглядом из угла, словно привидение, преследующее этот дом.

Тео вздохнула. – К сожалению, я сама заключила эту сделку.

– Ну что ж, – подытожил Лоуэн. – Тогда едим, спим, а завтра вечером отправляемся в таверну.

Когда остальные выразили согласие, Арлис наконец прервал своё мрачное затворничество, чтобы вклиниться в разговор. – Так, погодите-ка минутку. Я не даю согласия на этот план.

– У тебя проблемы со сном, едой или музыкой? – поинтересовался Лоуэн.

Финеас фыркнул. – А то как же.

Арлис наградил их испепеляющим взглядом. – Нет. Я про поход в таверну. Это плохой план.

– У нас еще и плана-то толком нет, – вставила Ториан.

– Именно! – отрезал Арлис. – Мы не знаем, что ищем и во что ввязываемся. – Он ткнул пальцем в сторону Тео. – Тебе слишком опасно туда соваться. Что, если кто-нибудь тебя узнает?

Берик щелкнул пальцами, его глаза загорелись идеей. – А он дело говорит! Как насчет такого? Тео, мы наложим на тебя морок. Ты это уже делала, проблем быть не должно. На вас с Финеасом тоже, Каз.

– Нет, – отрезал Арлис. – Вы не шпионы! Вы музыканты!

Каз вскинул брови. – Вот именно! Музыканты, играющие в таверне – это естественно. Ты хотел, чтобы мы пошли как политики? Или зазывалы из бродячего цирка?

– К тому же, это не тебе решать, – добавила Тео, которой снова осточертело его пренебрежительное отношение ко всему и каждому, кто ей дорог. – Я считаю, это вполне разумный план. А у тебя какая идея? Мы все наденем самую скучную одежду в мире и забьемся по углам, как немодные нелюдимые упыри? Гениально. Тогда мы идеально сольемся с толпой, и ни один завсегдатай таверны ничего не заподозрит. Ах нет, прости. Твоя идея – вообще никуда не ходить, чтобы я вприпрыжку отправилась во дворец засыпать.