Текст книги "Как пережить сказочную сделку (ЛП)"
Автор книги: Лора Дж. Майо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)
– Чей это дом? – спросила Тео. – Хозяева не будут против, что мы тут все собрались?
– Гарантирую, дорогая Тео, хозяин не против, поскольку хозяин – это я, – ответила Сесили. – Ну, и Лок.
Дом совершенно не походил на жилище фэй. Заметив, как Тео изучает обстановку, Сесили пояснила: – Это наше с Локом детское убежище. Мы приходили сюда играть, когда были маленькими, отсюда и размеры мебели. Прошу. Щелчком пальцев Сесили сотворила полноразмерный стол и два дивана, более подходящих для взрослых тел; они всё ещё сохраняли рустикальный шарм, но на этот раз выглядели так, будто их делал взрослый мастер.
Сесили выдвинула стул и села, откинувшись на спинку и скрестив ноги – само воплощение расслабленности на фоне всеобщего напряжения. Тео, Лок и Финеас устроились на диване, а Элби занял один из детских стульчиков, который всё равно был ему слегка великоват. Арлис, не собиравшийся никого удивлять новизной поведения, стоически замер у двери, скрестив руки на груди.
Сесили наколдовала всем по бокалу вина, включая один для пустого места напротив неё. – Арлис, хватит маячить призраком, сядь уже. Поначалу казалось, что Арлис так и будет изображать недовольную гаргулью, но он всё же подошёл к столу.
Однако прежде чем он сел, она предостерегающе подняла руку. – Тебе стоит подумать о смене гардероба. Не то чтобы я считала этот образ менее интересным, чем твою обычную серость, – Сесили указала на его обгоревшее одеяние и залитую кровью из носа грудь, – просто ты выглядишь так, будто спал на скотобойне, а пахнешь как кострище. И учитывая всё, что уже произошло, щёлкать пальцами, чтобы вывести пятна с моего стула, мне просто не хочется.
Арлис смерил её гневным взглядом, который Сесили благополучно проигнорировала, но взмахом руки вернул своим брюкам и рубашке их привычный вид – скучный, как белёная стена.
– И тебя, Тео, давай заодно приведём в порядок. Щелчок пальцев Сесили – и ночная сорочка Тео превратилась в простое кремовое шелковое платье, весьма уютное для тёплой летней ночи. – Идеально, – подытожила она, любуясь своей работой. – О, и у меня к тебе важный вопрос, дорогая Тео. Раз уж мы выяснили, что ты – пропавшая принцесса, стоит ли нам называть тебя Амабель? Или «принцесса Амабель», если тебе по душе титулы?
Исключено.
– «Тео» вполне сойдёт, – ответила Тео. Сесили уже готова была сменить тему, но, отчасти из-за напускного безразличия феи, у Тео возник свой важный вопрос. – Почему ты совсем не удивлена?
– Тому, что ты на самом деле замаскированная фея? – Сесили сделала внушительный глоток вина и пожала плечами. – Это логично.
– С чего бы?
– Во-первых, ты умеешь играть на фейской арфе. Обычно это означает наличие фейской крови.
– И она у неё есть, – вставил Лок. – Она могла играть на фейской арфе своей матери. Так что, Тео, ты владела этим инструментом задолго до того, как попала в королевство фэй.
– На арфе моей матери? – переспросила Тео. – С чего ты взял? Моя мать к этой арфе и пальцем не прикасалась. Она мелодию-то не нашла бы, даже если бы ей её под нос сунули вместе с картой. Это была арфа матери Беатрисы. Погодите… это была фейская арфа?
Лок посмотрел на неё: – Ты сама сказала, что она твоя, когда я спросил о ней на приёме.
– Ах. Точно. Я соврала. – По причинам, в которые она не собиралась сейчас углубляться.
– Но да, Тео, это была фейская арфа, – подтвердила Сесили. – И хотя я знала, что она не принадлежит твоей матери, ты всё равно могла на ней играть. Тем не менее я сильно сомневалась, что на твоём генеалогическом древе завалялся хоть какой-то предок-фэй. В человеческом мире люди с фейской кровью харизматичны, обаятельны и чертовски притягательны. Не переживай, дорогуша. Мы-то знаем, что это не про тебя. Она одарила Тео многозначительным взглядом. – Зато очень напоминает твою сводную сестру, не так ли?
Тео хмыкнула. – Но как это доказывает, что я – подменыш?
– В отличие от людей с фейской кровью, подменышей в человеческом мире принимают неохотно. Люди склонны считать их странными, пугающими или сверхъестественными, и вообще не любят находиться рядом с ними. Впрочем, я их не виню. Если бы волк в очень милом овечьем платье уверял меня, что он просто овечка, я бы тоже отнеслась к этому с подозрением. – Сесили сделала ещё глоток. – Признаюсь, известие о том, что ты – пропавшая принцесса, меня изрядно огорошило.
Для Сесили это, может, и было «огорошило», а для Тео это стало полётом в бочке с водопада. Отсутствие друзей, нежелание людей смотреть ей в глаза… Всё потому, что она была феей под прикрытием. Маскировка, о которой она и сама не знала. Ей даже думать не хотелось о том, что Беатрису обожали ровно за противоположное.
– Хотя я вполне осознаю, как тяжело это уложить в голове, – добавила Сесили. Но так как она не привыкла долго сокрушаться, то продолжила так, будто только что не выбила почву у Тео из-под ног. – Перейдём к более насущным делам. Благодаря твоей новой сделке, у нас есть всего четыре дня, чтобы предъявить убийцу.
Арлис вклинился в разговор с фырканьем: – Понятия не имею, как вы собираетесь раскрыть убийство тысячелетней давности, если только у вас нет идей, до которых не додумались следователи.
Элби вскочил, размахивая руками, словно школьник, жаждущий ответа учителя. – Мы могли бы сходить к пуке! Он выжидающе огляделся, надеясь, что все разделят его восторг. Но Сесили, Финеас и Лок колебались между сомнением и неловкостью, а Арлис едва скрывал усмешку. Тео же просто не понимала, в чём дело, так как вообще не знала, кто такой пука, и не улавливала сути такой реакции.
– Оу. Ну, я думал, это хорошая идея, – произнёс Элби, сдуваясь, как парус в штиль.
– А почему нет? – спросила Тео, стараясь смягчить печаль друга и восполнить собственные пробелы в знаниях.
Сесили начала объяснять: – Пуки обычно…
Арлис снова фыркнул: – Нелепые существа и редкостные гов…
– …ненадежны, – перебила его Сесили.
– Но кто они такие? – не унималась Тео.
– Оборотни, – ответил Финеас. – Духи, принимающие облик животных. Они могут изрекать пророчества, если захотят. Однако они также славятся своей тягой к пакостям. Они выклянчат подарки и с той же готовностью всучат тебе чепуху вместо предсказания будущего.
Лок развил мысль: – Пука иногда может выдать крупицу информации или пророчество, но чаще всего это одна фраза, зажатая в пластах полнейшей галиматьи. Смысл её остаётся неразличимым до тех пор, пока событие не произойдёт – и только тогда ты понимаешь, что он имел в виду. А раз так, какой смысл вообще к нему соваться? Либо пука начнёт сыпать фактами или обрывками разговоров, которые приходят ему в голову, но в большинстве случаев они предназначены не тебе.
Финеас поднял палец: – Или, что ещё хуже, он начинает проваливаться в то, что видит, и тогда разговаривать с ним бесполезно, пока он не вернётся в реальность. А это может занять минуты, часы или месяцы – тут как повезёт.
Зеленоватая кожа Элби и кончики его ушей покраснели, когда он садился на место.
Лок посмотрел на него: – Но, Элби, это всё равно хорошая идея. Мы придержим её как запасной вариант, ладно?
Это явно приободрило гоблина, и Тео одарила Лока благодарной улыбкой – она была рада, что он заступился за её друга.
Глядя на Тео, Арлис фыркнул, а затем добавил к своему привычному репертуару выражения недовольства ещё и многозначительное покачивание головой.
– Если бы это было хоть сколько-нибудь стоящим вариантом, неужели ты думаешь, мы бы не попробовали его тысячу лет назад или в любое другое время? Уверен, кто-то пробовал, и это всё равно не дало результатов. Над этим делом работали очень долго. Тысячелетней давности здесь не только само убийство, но и любые улики. А ты – вовсе не детектив.
Справедливо: всё, что Тео знала о следственной работе, она почерпнула из заголовков утренней газеты своей матери. Обычно это было всё, что ей удавалось прочесть, прежде чем мать неодобрительно цокала языком и находила раздел светской хроники. И те заголовки чаще всего были лишь кратким пересказом того, как сыщики раскрыли очередное дело. Она понятия не имела о том, как искать улики, допрашивать свидетелей или доверять интуиции. Но Арлис ошибался в двух вещах.
– Пусть я и не детектив, но кое-что мне удалось вывести: я не пытаюсь раскрыть убийство тысячелетней давности. Я пытаюсь раскрыть попытку похищения, совершенную несколько часов назад. И я позволю себе довольно смелое предположение: эти события связаны. А что касается улик – они у меня есть.
Тео залезла рукой за пазуху и выудила листок бумаги, который спрятала там раньше. Затем она знаком велела Финеасу передать ей матерчатый мешочек, притаившийся у него в кармане.
– Откуда это у тебя? – спросил Арлис.
– От огров, – ответила Тео. – Это высыпалось из кармана одного из них, когда он пытался меня утащить.
– Почему ты ничего не сказала?
Тео не стала утруждать себя устным ответом, позволив выражению своего лица красноречиво поведать всё, что она думает об этом вопросе.
Первым делом она опорожнила мешочек. Около двадцати монет разного размера и материала раскатились по столу. Некоторые были не больше ногтя, другие – почти с ладонь. Одни были из золота или серебра, другие же, судя по виду, – из латуни, меди, а в паре случаев и вовсе из морских ракушек.
Все придвинулись ближе, чтобы рассмотреть находку. В королевстве фэй деньги встречались нечасто. У фэй в них не было особой нужды: их платежи и сделки совершались почти исключительно в форме магических контрактов. Тео видела монеты Сесили всего несколько раз, но на них был чеканный профиль самой феи, и служили они в основном символическим визуальным подтверждением сделки – на случай, если это потребуется (а это почти никогда не требовалось).
– Откуда они? – спросила Тео, перебирая монеты.
– Отовсюду, – отозвалась Сесили. – Они не принадлежат кому-то конкретному. Вот это, например, валюта древесной нимфы. – Она подняла коричневый диск, сделанный из древесной смолы.
– Зачем ограм столько видов валюты? – недоумевала Тео.
– Понятия не имею, – бросила Сесили.
Арлис хмыкнул и швырнул монету, которую изучал, обратно на стол. – Это лишь расширяет список подозреваемых, а не сужает его. Тоже мне, улика.
Тео не хотела признавать его правоту, но монеты и впрямь не давали ответов. Она переключилась на бумагу, взяв её для осмотра. Листок был грязным, отчего Тео нестерпимо захотелось вымыть руки, но складки всё ещё оставались четкими, а края не обтрепались и не размякли. Она развернула его и расправила на столе: бумажка оказалась размером не больше открытки. На ней чернилами была набросана примитивная карта, нарисованная либо крайне неумело, либо в огромной спешке. Но Тео не узнала ни одного из ориентиров – лишь нечто, напоминающее горную гряду и лес.
– Вы знаете, где это? – спросила она у группы.
– Нет, но нам и не нужно знать, – ответила Сесили, забирая карту. Она покрутила её в руках и кивнула: – Она зачарована так, чтобы перенести нас в это место, а когда прибудем – будем ориентироваться по рисунку.
– И всё? Никакой защиты, ничего? Если всё так просто, зачем ограм носить её с собой? Если их поймают (что и случилось), это место станет легкодоступным.
– Может, они не думали, что их поймают, – предположил Лок.
Финеас издал согласный звук. – Они не то чтобы криминальные гении. Я видел ложки острее этих двоих.
Но это лишь породило у Тео новые вопросы. – Зачем вообще меня похищать? Почему не убить на месте? У них была масса возможностей.
– Отличный вопрос, Тео, – согласилась Сесили. – Но у меня на него нет ответа. Ты была в смертельной опасности, и всё же они не довели дело до конца.
– Похоже, «довести дело до конца» означало доставить меня сюда, – Тео ткнула пальцем в карту. – Так что, я считаю, нам стоит отправиться именно туда за ответами.
Глава 12
В которой Тео посещает пещеру
В полном соответствии с нарисованной от руки картой Тео, Сесили, Лок, Финеас, Элби и Арлис (который настоял на участии в вылазке) оказались у подножия великого горного хребта. Эти титаны застыли в плотном строю, словно фаланга дисциплинированной пехоты, устремив пики в небо; их изрезанные вершины, серые и беспощадные, были лишены всякой жизни. Брезжил рассвет: солнце робко выглядывало из-за гор, пока не решаясь оспорить их власть над горизонтом. Следы лавин тянулись по склонам, точно древние боевые шрамы.
Предгорье, на котором они стояли, казалось, само съежилось перед лицом этих исполинов, склоняясь перед превосходящей силой. Тео и остальные находились не на пике, а чуть выше границы леса, на скалистом выступе среди валунов, нагроможденных друг на друга, будто какой-то великан соорудил здесь шаткую каменную пирамиду. Кустарники и подлесок были низкими, коренастыми и редкими – большинство растений решило, что не стоит тратить силы на рост в этом суровом альпийском климате, где негде укрыться от вечного ветра.
Тео чувствовала то же самое. Ветер кусал кожу, взбивая её распущенные волосы в безумный вихрь. Редко когда Тео жалела о платьях, которые Сесили наколдовывала для неё, но шёлк на вершине горы заставлял её тосковать по чему-нибудь теплому и хлопковому. С другой стороны, будь на ней чуть больше ткани, она, скорее всего, превратилась бы в воздушного змея и улетела бы в пропасть. Что бы она сейчас ни отдала за прочные брюки! Тео не хотелось торчать здесь ни секундой дольше, но она понятия не имела, куда идти. Нелепая карта указывала где-то здесь, но вокруг, куда ни глянь, не было ничего, кроме камней.
Сесили, всё ещё сжимая карту, с помощью которой перенесла их сюда, шла впереди. Остальные следовали за ней, пробираясь по каменистой почве, огибая большие валуны и перешагивая через мелкие. Хотя Тео шла позади Сесили, именно она заметила его первой, пока остальные проходили мимо, – вход в пещеру. Среди серых глыб и теней черный зев пещеры почти не выделялся, хотя он был на пару футов выше Тео и достаточно широк, чтобы двое взрослых могли войти плечом к плечу.
Она уже собиралась заглянуть внутрь, но Арлис схватил её за руку. Он покачал головой и указал на свою грудь, давая понять, что пойдет первым. Тео была только за: она с радостью уступила Арлису роль лидера. Если ему хочется играть в героя и лезть в дыру в горе, не зная, что его там ждет, – на здоровье.
Он исчез в черноте, словно его проглотили. Но мгновение спустя он снова высунул голову и жестом велел всем идти за ним.
Арлис наколдовал фонарь и держал его перед собой, пока группа заходила внутрь. Вход представлял собой зигзаг: проход резко менял направление один раз, затем другой, извиваясь, точно чрево каменной змеи. Такая конструкция оказалась весьма полезной. Вой за стенами почти сразу стих. И хотя в пещере по-прежнему было холодно, сквозняк исчез.
Тоннель вывел их в камеру. Помещение было не слишком большим – размером со спальню Тео в Меррифолле, – и одного фонаря Арлиса вполне хватало, чтобы его осветить. Комната была примерно прямоугольной, хотя стены и потолок были природными, а не высеченными в скале. Впрочем, никто не рисковал удариться головой – высоты потолка хватало, чтобы стоять с комфортом, и сверху оставалось ещё несколько футов пространства.
И комната не была пуста. У дальней стены стояла кровать: каркас из досок, водруженных на камни, а матрас – слой сухой травы, накрытый шерстяным одеялом. Но шерсть либо побила моль, либо она протерлась от времени: из дыр выбивалось столько набивки, что одеяло напоминало миниатюрное поле с кочками.
С другой стороны стоял стол, тоже сооруженный из каменных и деревянных плит. Вместо стульев – два толстых бревна. В стену был встроен небольшой очаг с примитивным каминным кронштейном. Но хотя рядом висела какая-то посуда, на самом кронштейне ничего не было; казалось, он пустовал уже давно, да и в самом камине не осталось даже пепла. Грубо сбитый книжный стеллаж – просто доска, балансирующая на камнях, – был заставлен книгами и безделушками.
Это был чей-то дом.
Но тот, кто здесь жил, явно давно не возвращался. Каждую поверхность покрывал слой пыли – такой толстый, что он походил на свежевыпавший снег. Сесили провела пальцем по столу, оставляя четкую дорожку. – Давайте осмотримся, вдруг на нас что-нибудь выскочит. Не в буквальном смысле, конечно. Если в буквальном – кричите.
Группа рассредоточилась, обыскивая пространство. Тео подошла к книжной полке, взяла книгу и пролистала её. Текст был на языке, который она не понимала: ряды рун, складывающихся в узоры из квадратов и линий. Она вернула книгу на место и продолжила осмотр, изучая безделушки. На поверку они оказались просто шапочками желудей и сухими листьями.
Тео медленно шла вдоль длинного ряда книг, пока не дошла до самого края. Прислоненным к стене стоял портрет двух троллей, написанный на небольшой деревянной плашке размером не больше ладони. У него было одно отличие – это была единственная вещь во всём доме, не покрытая пылью. Тролли не особо стремились к общению с феями, поэтому за время жизни с Сесили Тео встречала их нечасто. Но те немногие встречи были достаточно яркими, чтобы оставить неизгладимое впечатление. Как и другие представители их вида, пара на портрете была серой, пятнистой, под цвет скал, из которых состояла пещера и весь окружающий пейзаж. Один был выше и массивнее, он обнимал ту, что поменьше, – мужчина и женщина. У обоих были серые глаза, казавшиеся почти белыми, как снег в пасмурный день. Длинные черные волосы ниспадали по спинам. Тео перевернула портрет, надеясь найти зацепку, но нашла лишь те же руны. Она уже собиралась поставить его на место, когда Арлис подошел сзади, заглядывая через плечо. – Это диалект троллей, – сказал он, указывая на руны. – Здесь написано «Ходд и Скелла».
– Ты умеешь читать по-тролльи?
– Совсем немного. Король Редрен поощрял своих приближенных учить как можно больше разных языков. Мы могли бы использовать магию для общения с визитерами, но король считал признаком уважения то, что мы – а значит, и он сам – тратим время на обучение. Ты была еще не в том возрасте, чтобы брать уроки, но он советовал феям вокруг тебя говорить на самых разных языках и диалектах. Он был великим человеком, твой отец.
Не имея никакого желания вдохновлять Арлиса на высокопарные излияния о короле, которого она никогда не видела, Тео просто вернула портрет на место.
Он смерил её презрительным взглядом за отсутствие эмоций, но добавил: – Что ж, лучше продолжить поиски. Вдруг найдем что-то еще.
– И вот когда я решила, что ты уже не сможешь шокировать меня переменой в поведении, – вставила Тео.
– Что это должно значить?
– Ну, если честно, я думала, ты захочешь саботировать все мои усилия. Ведь тогда ты получишь то, что хочешь.
Арлис закатил глаза. – Ну да. Какая проницательность. Я активно мешаю нам найти ассасина. С чего бы мне хотеть найти убийцу и тем самым обезопасить принцессу? Лучше уж сделать так, чтобы она потерпела неудачу. Тогда я смогу провести еще тысячу лет, приглядывая за таким неблагодарным созданием, как ты.
– Ты – ходячая загадка. О, я ужасно извиняюсь, что не выразила признательности за твои тяжкие труды и преданность делу похищения людей. И всегда с таким солнечным настроем, который просто покоряет сердца и умы. Как только вернемся, я позабочусь о том, чтобы благодарственная открытка и букет были отправлены почтой, дабы незамедлительно исцелить твои раненые чувства. И не называй меня принцессой.
Он фыркнул.
Настал черед Тео закатывать глаза. – Я могу только предположить, что тебе платят за каждый угрюмый звук, учитывая, как часто ты их издаешь. Может, в следующий раз порадуешь нас всех и выразишь свое недовольство в песне? Тео развернулась на каблуках и зашагала к остальным. Но их личные расследования тоже завершились ничем – никто не нашел ничего примечательного: ни ящиков, ни щелей, ни тайников, где можно было бы что-то спрятать. Спустя пару минут энтузиазм угас, и после серии разочарованных пожиманий плечами они покинули пещеру. Разочарование стало новым полноправным членом их отряда.
Пока они осматривали пещеру, погода снаружи стала совсем мрачной. Туман окутал гору, скрыв ландшафт настолько, что видны были лишь общие контуры. Всё вокруг казалось выбеленным известью, бесцветным и унылым. Группа продолжила путь вдоль горы к вершине. Но стоило им взобраться на гребень, как трое фэй внезапно остановились, застыв подобно охваченным ужасом статуям.
Внизу, раскинувшись перед ними, лежал тот самый лес с карты. Это было море узловатых вечнозеленых деревьев – густая темно-зеленая масса переплетенных ветвей, усыпанных мелкими красными ягодами; их искривленные макушки казались непроходимыми для всех, кроме самых крошечных птиц. Стволы были толстыми, а кора напоминала туго скрученные канаты.
– Что не так? – спросила Тео застывших фэй.
Наконец Сесили заговорила, и губы её сложились в одно-единственное слово: – Тис.
– Тис? И что это значит?
Лок указал на деревья: – Нет, Тео. Лес. Это тисовый лес.
Глава 13
Там, где лучшая защита – это колючий зад и острые зубы
Лес из ядовитых деревьев был одновременно и прекрасным, и ужасным знаком. У Тео сжалось в животе, когда она посмотрела вниз на эти вечнозеленые орудия убийства. Лесного пожара не наблюдалось, но даже малейшая заноза могла нанести серьезный вред, если кто-то из фей случайно зацепит дерево боком.
Однако, хотя Тео и не приводил в восторг тот факт, что этот хвойный батальон наставил свои пушки на фей, в данном конкретном случае человеческая природа делала её пуленепробиваемой. К тому же, учитывая, как мало они узнали в пещере, сейчас это была их единственная зацепка.
– Нам нужно уходить, – прорычал Арлис, обращаясь сразу и к группе, и к лесу.
– Напротив, – возразила Тео. – Думаю, мне стоит спуститься туда.
– Исключено, – огрызнулся он. – Это же тис.
Тео скрестила руки на груди и посмотрела на него: – Я в курсе, спасибо. И я не припоминаю, чтобы выносила этот вопрос на голосование.
– Тебе слишком опасно идти одной, – все еще протестовал Арлис, сжимая кулаки.
– Я и не прошу тебя идти со мной. Но кто сказал, что я иду одна? Финеас и Алби могут меня сопроводить. Мы проверим, нет ли там каких-нибудь улик, и вернемся целыми, невредимыми и не отравленными.
Финеас нахмурился, но всё же согласился, а Алби, в восторге от того, что его взяли в дело, подбежал и вытянулся по стойке «смирно» рядом с ней.
– Великолепно, – подытожила Сесили. – Раз уж мы все согласны…
– Мы не согласны, – проворчал Арлис.
– Тогда можешь оставаться здесь и развлекать себя сам, пока нас не будет. Я видела там симпатичные камушки; можешь начать собирать коллекцию. Что до остальных – спускаемся. Пока мы не трогаем деревья и не видим лесных пожаров, всё будет в порядке, – сказала Сесили. С этими словами она перенесла всех, кроме Арлиса, вниз к подножию горы, к самой опушке леса. Арлис появился следом через мгновение; его свирепый вид красноречиво говорил о том, что он не оценил ни попытки оставить его позади, ни предложения заняться любительской геологией.
– Поскольку у меня нет ни малейшего желания заболеть и сдохнуть – и я полагаю, мои коллеги-феи со мной солидарны – мы подождем здесь, пока вы, отважные исследователи, не вернетесь, – заявила Сесили, материализовав бокал вина и отыскав валун покрупнее, чтобы присесть. Лок присоединился к ней.
Тео, Алби и Финеас направились к лесу, но обернулись, услышав лишнюю пару шагов. Арлис шел следом, явно намереваясь идти до конца. Тео замерла, но первой снова подала голос Сесили.
– Знаешь, Арлис, сделка аннулируется, если ты умрешь от тиса. Ни одна другая фея за ней туда не пойдет. Так что сядь. Расслабься. Я налью тебе вина. Еще немного злости – и от тебя искры полетят. Не хотелось бы устроить здесь пожар. Арлис переводил взгляд с Тео на Сесили, но, к счастью, когда Тео вошла под сень деревьев, он не последовал за ней.
Кроны деревьев смыкались над ними, словно распахнутая пасть огромного зверя, а тьма внутри была готова проглотить их целиком. Растения на лесной подстилке встречались редко – вечнозеленая хвоя гарантировала, что свет никогда не достигнет тех, кто рискнет здесь вырасти. Но земля под ногами была мягкой и пружинистой. Троица лавировала между стволами, пробираясь вглубь, и вскоре оставшиеся позади феи полностью скрылись из виду. Тео понятия не имела, что именно ищет, да и не находила ничего необычного. С виду – стандартный, пусть и монотонный лес. Однако чем дальше они шли, тем сильнее она крепла в мысли, что они ничего не найдут. Спустя почти час она начала готовить себя к тому, что это очередной тупик.
– Наверное, пора поворачивать, – сказала она Алби и Финеасу. – Я не вижу ничего, что указывало бы на того, кто на самом деле вырубил тис.
Финеас кивнул в знак согласия, и все трое двинулись в обратный путь, уже без особого энтузиазма.
На обратном пути Финеас снова принялся её разглядывать.
– Почему ты всё время так на меня смотришь? – спросила Тео.
– Должен заметить, Тео, ты поразительно спокойна по поводу своего грядущего вечного сна через четыре дня. Будь я на твоем месте, я бы превратился в хнычущую размазню, которую пришлось бы соскребать с пола. А ты тут расследованием убийства руководишь.
– Может, я просто уверена, что выполню условия сделки, – легкомысленно бросила Тео.
Он одарил её взглядом, в котором читалось явное недоверие. – И когда выполнишь, станешь принцессой?
Тео вздохнула. – У меня нет ни малейшего желания быть принцессой.
Финеас не ответил, а Тео не стала ничего объяснять – да и с какой стати? Она не обязана оправдываться за то, что не горит желанием взваливать на себя ответственность и дворянский титул, когда она только-только избавилась от подобной жизни.
Дальше они шли в тишине. Но не успели они сделать и пары шагов, как Алби замер.
Его уши напряглись и развернулись, как у дикого зверя, почуявшего опасность; он во все глаза уставился куда-то вдаль. – В лесу кто-то есть.
Тео и Финеас проследили за его взглядом и увидели фигуру, выходящую из-за деревьев с той стороны, откуда они только что пришли. Это была фея; с каждым шагом его характерные черты становились всё отчетливее.
Но прежде чем группа успела хоть что-то предпринять, незнакомец поднял голову и мгновенно их заметил. Выражение шока на его лице сменилось пугающей сосредоточенностью, и Тео успела лишь крикнуть Финеасу и Алби: «Прячьтесь!».
Фея бросился к ним со всех ног.
Алби нырнул к ближайшему дереву, почти мгновенно слившись с корой. Финеас быстро обернулся многоголосым пересмешником и взлетел высоко в кроны, а Тео превратилась в ежа и запетляла между корнями, пока не нашла нору, в которую можно было забиться.
Преследователь приближался. И когда он достиг места, где она пряталась, только ежиное чутье подсказало ей, что он перешел с бега на шаг.
Что фея забыл в этом лесу-смертнике?
– Принцесса Амабель, – произнес незнакомец где-то совсем рядом. Голос его был вкрадчивым и медленным. – Выходите. Я здесь, чтобы помочь вам.
«Тео», – раздался в её голове голос Финеаса. – «Я, конечно, верю в твое благоразумие, но рискну предположить, что ты не собираешься обнаруживать себя?»
«Ни за что», – ответила она. – «Ты где?»
«Хорошо. Я на дереве рядом с тобой. Сиди тихо, я присмотрю за ним».
«Он меня видел?»
«Думаю, нет».
Она высунулась из своей норы настолько, насколько позволяла осторожность, и сумела мельком разглядеть того, кто на неё охотился.
Если бы кто-то сказал ей, что эту фею вытесали из глыбы льда, она бы поверила. Он выглядел как Джек Фрост – казалось, под его ногами при каждом шаге должны застывать льдинки, а растения – съеживаться и вянуть. Его мертвенно-белые волосы были коротко острижены, а торчащие в разные стороны пряди напоминали хаотично разросшиеся кристаллы гипса. Бледная, желтоватая кожа была натянута на черепе туго, как на барабане. Глаза ледниково-голубого цвета сканировали лес с такой интенсивностью, что Тео была уверена: он видит деревья насквозь. В нем чувствовалась какая-то пустота, и дело было не только во впалых щеках – он казался призрачным.
Вот только двигался он вовсе не плавно, как призрак или фея. Его движения были рваными, как у кошки: резкий рывок – и замирание, чтобы наблюдатель не смог угадать следующий шаг. И, подобно кошке, этот незнакомец мастерски перемещался по чаще, будто знал наперечет каждый камень, корень и ствол.
Но с чем Тео никак не могла примириться – то ли из-за лесного полумрака, то ли из-за ракурса от самой земли – так это со странным ощущением, что с ним что-то не так. Что-то жуткое.
– Я знаю, что вы здесь, принцесса Амабель. – Его голос был таким же леденящим, как и внешность; казалось, с каждым словом температура вокруг падает. – Пойдемте со мной, и мы доставим вас во дворец в целости и сохранности.
Он повернулся к дереву, у которого пряталась Тео, и она поспешно отползла назад. Теперь она его не видела, но зато и он не мог её заметить. Она всё еще слышала его шаги поблизости, но они, кажется, удалялись.
«Тео, БЕГИ!» – пронзительно закричал голос Финеаса у неё в голове.
Она просто не успела. Рука метнулась в нору и схватила её. Тео издала тонкий, пронзительный писк, когда её бесцеремонно выдернули из убежища.
Она колебалась, не стоит ли превратиться обратно в человека, но это бы всё равно не помогло. Напротив, так она стала бы более удобной мишенью. Сейчас размер был на её стороне. Размер, колючий зад и очень, очень острые зубы.
Она выгнула спину, вонзая иглы в его ладонь. Одновременно с этим её резцы вошли в его палец, словно крошечные боевые копья, и во рту мгновенно вскипел металлический привкус крови. Он вскрикнул и тряхнул рукой, но продолжал крепко сжимать её тельце.
Пока пересмешник не вцепился ему в лицо.
Подражая ежиному писку, который теперь звучал как боевой клич, Финеас камнем рухнул на фею: крылья хлопали, когти впивались в любую плоть, до которой он мог дотянуться. Атака достигла цели. Фея инстинктивно отмахнулся от птицы обеими руками. И в тот момент, когда Финеас полоснул его по глазам, он резко вскинул руку вверх. Тео вылетела из его хватки, словно пушечное ядро; в полете она успела лишь мельком увидеть мелькание перьев, а затем кубарем покатилась по земле.
Это был далеко не самый изящный выход из ситуации в её жизни, но он сработал. По инерции она продолжала перекатываться через кочки и корни, но, к счастью для всех частей её тела, она не только быстро исцелялась, но и лесная подстилка в месте приземления оказалась мягкой.
Впрочем, на её вестибулярный аппарат это никак не повлияло. Ей удалось подняться на лапы, но, словно маленький пьяный ёжик в штормовом море, она напрочь утратила способность бежать по прямой. Что, как выяснилось, тоже пошло на пользу. Фея наконец отогнал Финеаса и рванул к ней. Но поскольку его добыча теперь была не только крошечной, но и металась во всех направлениях сразу, ни он, ни сам ёжик не имели ни малейшего представления, куда её занесет в следующую секунду.
