Текст книги "Фиктивная жена для злодея (СИ)"

Автор книги: Лиззи Голден

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

23 глава

― Вот тебе! Вот еще! Получай! ― со злостью луплю мокрой тряпкой по перилам, сметая пыль и заодно выпуская пар.

«Третье правило лично для тебя: ты не имеешь права входить в мои покои, а также спускаться в подвал. Все остальные комнаты можешь исследовать, сколько влезет».

– Мерзавец, ― стискиваю зубы, а потом снова принимаюсь лупить тряпкой ни в чем не повинные перила. ― Ишь чего возомнил! Что я захочу к нему прийти… как бы ни так. Да если он силком меня потащит ― закричу и упрусь… подерусь с ним, в конце концов! Я теперь воробей стреляный.

Останавливаюсь, запыхавшись.

Когда злишься, можно весь дом вверх дном перевернуть ― это факт. Но не уверена, что смогу в одиночку отдраить полы в каждой комнате, не говоря уже о длинных широких коридорах.

Это я еще о башнях молчу. Там, наверное, и конь не валялся.

Агнес выглядела такой бледной и больной, что у меня рот не открылся попросить ее помочь. Наоборот, отправила ее отдыхать, чтобы восстановила силы. Та лишь равнодушно пожала плечами.

У Андерса своих дел невпроворот. За Финна я вообще молчу: он едва на ногах держится. Древний, как вон тот дуб, что я вижу из окна. Да только дерево толстое и стоит крепко, а этот старик ― дунешь на него, и он рассыплется…

Хотя он не слишком-то меня жалует, но я не злодейка какая-то, чтобы заставлять его убирать.

Итого остается полтора землекопа. Точнее ― один, со слабыми тонкими ручками, которые вряд ли когда-то держали швабру или метлу.

Но теперь Фэй придется потрудиться на славу, потому что мне не слишком-то хочется просыпаться каждую ночь от громоподобного рева и громыхания цепей.

По ступенькам кто-то поднимается и, судя по шагам, довольно бодро. Моему удивлению нет границ, когда вижу мелькнувшие в лестничном проеме светло-фиолетовые волосы!

– Лидия? Что ты здесь делаешь? ― вырывается у меня, и тут же я оглядываюсь по сторонам в надежде, что Морлен меня не слышал.

Через несколько секунд появляется она сама во всей красе. Все такая же аккуратная, с красиво уложенными волосами в косы, переплетенными вокруг головы. Ее взгляд полон решимости.

– О… ― выдает она вместо приветствия, увидев меня с тряпкой в руке и ведром, стоящим на ступеньке. ― Я вижу, вам помощь нужна?

– Не откажусь, ― скромно говорю я. ― Но тебя просить не буду, ты ведь работаешь в другом доме…

– Уже нет, ― ошарашивает она меня. Не помню, чтобы в книге Лидия увольнялась от Ашеров…

– Только что дворецкий внес меня в список слуг, ― сообщает она еще одну шокирующую новость. ― Так что отныне я буду вашей личной горничной.

Какое-то время молчу, только открываю и закрываю рот.

Как так вообще получилось?

И почему Лидия выбрала меня? И не только меня ― а еще и это мрачное место, откуда все бегут, сломя голову?

– Тебя что, выгнали? ― доходит до меня. ― Но за что…

– Я сама ушла, ― говорит та, все больше и больше сбивая меня с толку. ― Я хочу быть рядом с вами и работать на вас. ― Она поднимает голову, а в глазах что-то сверкает. ― Или вы против?

– Отчего же, ― растерянно бормочу я, разглядывая девушку, мотивов которой все еще не понимаю.

– Я считаю, что с вами поступили несправедливо, ― продолжает та, прохаживаясь по лестничной клетке взад-вперед. ― К тому же думаю, хорошая служанка вам не помешает.

А у Лидии с самооценкой все в порядке. Мало того, она не похожа на служанку с ее высоко поднятой головой, гордым уверенным взглядом и изысканной красотой.

– Позвольте. ― Она забирает у меня тряпку, пока я стою в замешательстве, и начинает протирать перила. ― Вам не нужно этим заниматься… в одиночку.

Какое-то время наблюдаю за тем, как служанка работает. В мозгу не укладывается. Только подумала, что мне не хватает рабочих рук, как ― вот они! Еще никогда мои желания не исполнялись с такой скоростью

Конечно, я не обольщаюсь: Лидии недостаточно, чтобы привести весь замок в божеский вид. Пожалуй, надо поговорить об этом с Финном, если тот будет в нормальном настроении и захочет меня выслушать.

К тому же до конца не ясно, почему эта девушка захотела мне прислуживать. Я не настолько наивна, чтобы поверить, что она настолько предана Фэй, если все время была возле Коралин. Значит, дело в другом. И в чем ― я выясню.

А сейчас притворяюсь, что так и должно быть, ни о чем не расспрашиваю, чтобы не отпугнуть заранее, и решаю просто понаблюдать за служанкой какое-то время.

Вдвоем работа спорится. Но все равно мы успеваем помыть только одно крыло с лестницей до наступления сумерек. После мы ужинаем, Лидия знакомится со слугами, ведя себя вежливо-нейтрально, а потом забирает свои вещи с холла, которых оказалось всего ничего ― один саквояж и чемоданчик, ― и поднимается на третий этаж: Финн ей отвел комнату рядом с моей.

Немного гложет мысль, что надо бы предупредить Морлена о пополнении в ряду слуг. Но что-то мне подсказывает, что он Лидию просто не заметит, если ему все это время было плевать на состояние своего дома.

После купания в холодной воде надеюсь быстро и сладко уснуть: все же кровать у меня шикарная, очень мягкая и удобная.

Так как мы начали убирать замок, призраку это должно понравиться. Я бы на его месте обрадовалась и успокоилась. Но этот коварный тип посчитал иначе…

Не успеваю провалиться в первый крепкий сон, как меня подрывает на кровати лязганье цепей ― причем такое громкое и жуткое, какого я не слышала вчера.

24 глава

― Мне просто интересно… может, хоть вы скажете, что это такое и как его утихомирить?

Я настолько зла, что меня саму утихомирить сложно. Стою, уперев руки в бока, перед самим Аллардом Морленом.

Ни за что бы не пошла к нему на аудиенцию без острой необходимости, но бессонная ночь сильно влияет на психику и заставляет делать глупости.

Всю ночь призрак та-ак бушевал, что можно подумать, ему не понравилась уборка. Он рычал, громыхал тяжелыми цепями, ревел, как будто ему наступили на хвост. И все это ― три часа кряду!

Естественно, что я не выспалась. Но больше всего разозлило то, что ни Нэлла, ни Агнес, ни тем более Финн ― он-то вообще не собирается откровенничать со мной ни о чем, не царское это дело ― якобы не слышали за ночь ни единого звука.

Мне все почудилось, оказывается. Это единственное, что я вынесла из разговора со слугами.

И вот теперь я вывалила все, что думаю, на Морлена, без задних мыслей о последствиях, наплевав на безопасность. Какая, к драконовой бабушке, безопасность, если я не буду высыпаться? Мое здоровье полетит… все к той же бабушке.

А я намерена выжить. И мало того, буду бороться за достойную жизнь, насколько могу. Хватит уже, настрадалась, слишком доверяла и верила в любовь, которой не было. Сейчас же меня не розовые сопли интересуют, а практическая сторона дела. И нечего так хмуриться, брутальный драконище!

– Кажется, кто-то решил сходу нарушить второе правило, ― цедит он сквозь зубы, разглядывая меня, как никчемную букашку, которую ничего не стоит положить на ладонь, а другой прихлопнуть.

– Я вовсе не лезу в чужие дела, ― возражаю, давя раздражение. И так наговорила лишнего. ― Мой сон ― это мое дело…

– Как раз-таки лезешь, ― сужает глаза тот. ― И вообще… если тебе дорога жизнь, держи язык за зубами насчет того, что ты здесь видишь и слышишь. Поняла?

«Да он душка», ― мрачно думаю я. Ничего, сама разберусь.

Спасибо, что не прихлопнул.

Значит, недостаточно было уборки одного крыла. Только раздразнила призрака. Надо вымыть весь замок, превратить мрачное захолустье в приличный дом. И у меня появилась идея…

– Как думаешь, если разослать каждому личное приглашение, сколько людей придет? ― спрашиваю у Лидии, сидя в своей комнате на кровати, после того, как поделилась с ней своими мыслями.

– Ничего нельзя заранее предугадать, ― отвечает та, вышивая магией на пяльцах ― иголка так и скачет, а нитки сами сплетаются в стройный узор. ― Мы можем написать и посмотреть, что с этого выйдет. Только…

– Только что?

– Местные не слишком-то любят замок Морлена. Скорее, обходят его стороной.

– Из-за призрака?

– Из-за этой легенды отчасти, ― усмехается Лидия.

– Ты сегодня ночью слышала эти ужасные звуки? ― решаю поделиться эмоциями, а то в этом доме будто все слух потеряли.

– Я очень крепко сплю, меня даже ревом дракона над ухом не разбудишь, ― говорит та.

Эх, и она туда же.

Хотя может Лидия и не врет. Счастливчик тот, кто может спать беспробудно. Мне бы такую способность.

Следующие несколько часов мы с Лидией пишем письма. Точнее ― она пишет, а у меня пока не очень хорошо получается управляться с пером и чернильницей, слишком много клякс. И очень не хватает… этого… принтера. И еще вспомнилось слово «компьютер».

Так бы распечатал все одним махом ― и дело в шляпе.

Все-таки тот мой мир куда более продвинутый, судя по всему, а эта средневековая роскошь уже начала надоедать…

Пока Лидия старательно корпит над письмами, я разыскиваю Финна и на свой страх и риск рассказываю о нашей затее.

– Как скажете, так и будет, госпожа, ― флегматично отвечает он, а в глазах что-то поблескивает. Что-то непонятное. Неясно, рад он тому, что замок скоро засияет чистотой, или нет.

Как бы там ни было, он вызвался помочь. Даже Андерсу сказал, что вскоре надо будет наведаться в деревню, чтобы готовил лошадей.

– Думаешь, этого хватит? ― показываю Лидии увесистый мешочек с золотом. Все же родители меня не обделили приданым и даже дали денег.

– Хватит на зарплату работникам на целых полгода, ― произносит та, на глаз оценив количество золотых. ― Только надо бы их разменять на медяки… спрошу у дворецкого, он поможет.

– Вот и отлично, ― прижимаю его к груди и радуюсь, как ребенок. Твердо решила у Морлена ничего не просить. Заплачу работникам со своего кармана. А за эти полгода попробую найти работу. Правда, придется все равно у Морлена какую-то там бумагу выпрашивать, но с этим разберемся. Главное, что жизнь больше не кажется такой беспросветно унылой: есть, к чему стремиться.

Штук тридцать писем Андерс развозит по домам, в которых, как ему известно, живут крепкие мужчины и сноровистые женщины. Мне нужны и те, и другие. Первые ― чтобы починить те же перила, которые местами на ладан дышат. И много чего тут надо бы починить ― двери, например, смазать, чтобы не скрипели.

Ну а для женщин тут работы непочатый край. Чего стоит одна уборка полов, не говоря уже о пыли на старинных картинах, гобеленах и подсвечниках. Здесь столько пылесборников, все бы выкинула, да только боюсь, Морлен потом выкинет меня… прямо с окна самой высокой башни.

Лучше не буду рисковать.

Намаявшись, быстро засыпаю в предвкушении завтрашнего дня. Ведь я попросила Лидию написать, что завтра жду всех в десять утра. Как раз успеют проснуться, позавтракать и приехать кто на чем. Может, и пешком придут, если недалеко. А уж обедом мы их накормим.

Как обычно, меня будет лязг цепей. Призрак этой ночью не слишком шумный, что-то там поворчал и затих. А я снова уснула.

Кажется, сплю очень долго, потому что меня будит стук в дверь.

– Кто там? ― сонным голосом проговариваю я, потягиваясь.

– Госпожа… ― слышу взволнованный голос Лидии.

– Входи, ― сажусь на постели, с трудом вспоминая вчерашний день.

Та входит и прикрывает за собой двери. Глаза у нее широко распахнуты.

– Госпожа, там такое… ― она смотрит так выразительно, что понятно и без слов: надо немедленно спускаться.

Наскоро одеваюсь, расчесываю волосы, Лидия помогает их уложить по-быстрому.

– Лучше вам самой это увидеть, ― отвечает она неизменно на мои вопросы, что там стряслось.

Спускаюсь в холл и… замираю на лестнице.

Чего-чего, но такого я не ожидала.

25 глава

Весь холл заполонен людьми. Здесь и мужики в простых робах, и женщины в длинных платьях и передниках. И даже… дети.

С шумом выпускаю воздух. Кажется, не дышала несколько секунд.

– Это что, они и правда все пришли мне помогать? ― шепотом спрашиваю у Лидии, стоящей позади.

– Не помогать, а работать, ― так же тихо поправляет она. ― В деревне нечем заниматься, кроме огорода и фермерства, а в близлежащем городке сложно найти свободную вакансию и устроиться за достойную оплату.

– Значит… ― на миг задумываюсь, ― та сумма, которую мы им посулили, достойная?

– Более чем, ― подтверждает та, внимательно глядя на меня. ― Вы же… не передумали?

Еще раз с опаской поглядываю на ораву незнакомых мне людей.

– Нет, денег мне точно не жалко, ― уверяю служанку. ― Вот только…

– В чем дело, госпожа? Боитесь, что не справитесь?

Лидия просто читает мои мысли!

– А еще ― что начнутся ненужные расспросы из-за вот этого, ― немного смущенно показываю левую руку, где красуется странного синеватого цвета родимое пятно в виде солнца. Надо было надеть перчатки, но уже поздно…

– Из-за чего? ― морщит лоб Лидия.

– Ну вот… родимое пятно, или как его, ― сую ей руку чуть ли не под нос. Неужели не видит или притворяется?

Впрочем, никто из слуг за все это время у меня не спросил о «татуировке». Может, постеснялись.

– Нет там ничего. ― Она смотрит на меня так, будто я немного не в себе.

– Как… нет? ― перевожу взгляд на левое запястье. ― Вот же оно, пятно в виде солнца! Почему ты его не видишь?

– Пятно? ― громким шепотом переспрашивает та, а потом зажимает рукой рот. ― Может, это… метка истинности?

– Чего? ― выпаливаю я, быстро косясь на людей, которые уже начали заметно нервничать из-за того, что мы тут перешептываемся, будто их обсуждаем.

– Ну, метка истинности, которая появляется при взаимной любви… с драконом. ― Лидия почему-то фыркает и отводит взгляд. ― Простите, госпожа, ― тут же опускает она глаза. ― Просто я ни за что не свяжу свою жизнь ни с одним драконом. Мне хватило и одного…

В ее темно-синих глазах застывает обида.

Ладно, потом расспрошу, какой такой дракон разбил ее сердце. Сейчас есть вопросы понасущнее.

– Но я ни в кого не влюблялась, ― шепчу, внутренне раздражаясь на это дурацкое солнце. Кто мне его поставил, скажите на милость? Вряд ли я сама захотела чего-то подобного… да и Фэй, судя по всему, не встречалась ни с кем.

Разве что с Морленом. На кладбище.

Очень романтичное место для свиданий.

– И вообще… почему ты не видишь этот рисунок?

– Потому что его могут увидеть только кровные родственники девушки, ― поясняет та, бросив на меня мельком еще один странный взгляд, в котором почти сразу появилось сочувствие. ― И еще… возлюбленный, после активации метки.

Ах, теперь все стало на свои места. Лидия мне не родственница, слуги Морлена ― тоже. Выходит, они просто не видели этот яркий рисунок, да и все эти работники из деревни тоже ничего не заметят.

Ох, Фэй, кажется, ты мне задала задачу со звездочкой. Я замужем за Морленом, а люблю, получается, другого. Точнее ― ты любишь. А я даже не знаю, кто он такой… но ясно одно: он испытывает ко мне взаимность. Иначе солнца бы не появилось.

И он ― дракон.

– А у него… ну, этого человека… дракона, тоже есть что-то подобное? ― спрашиваю, медленно спускаясь.

– Разумеется, причем рисунок идентичный.

– А эта активация… как происходит?

– Ох, госпожа, давайте займемся вот ими, ― кивает Лидия на людей. ― Я потом вам все подробно расскажу.

Благоразумная служанка вовремя вернула меня с небес на землю. А я, кажется, размечталась о каком-то мифическом возлюбленном, который может меня спасти из нежеланного замужества, ведь я ему очень дорога, судя по всему…

Беру себя в руки и буквально заставляю себя подойти к толпе.

В очередной раз благодарю небо за Лидию, которая, как посланница свыше, появилась в нужный момент. Без нее я бы вряд ли справилась настолько хорошо.

Пока я бормотала что-то вроде приветствия и того, как рада всех видеть, Лидия ловко распределила обязанности, рассказала примерный распорядок дня, во сколько обед, после чего повела всех за собой для получения инвентаря, причем так уверено, как будто она здесь всю жизнь проработала.

– Отдыхайте, госпожа, ― говорит она, заметив мою растерянность. ― Мы справимся и без вас.

Только киваю, не зная как благодарить верную помощницу. А потом от нечего делать иду на кухню перекинуться несколькими словами с Нэллой.

Но кухарке не до меня. Дым идет коромыслом, готовится обед на тридцать с лишним человек. От моей помощи она отказывается, намекая, что госпожа не должна заниматься черной работой.

Это даже обидно, если честно. Будто я какая-то белоручка.

По идее я сейчас должна сидеть в своей комнате, расчесывать волосы, а потом перебирать гардероб, красуясь в разных нарядах перед зеркалом. Может, вышивать крестиком в свое удовольствие, плести макраме… или чем там знатные леди Дракенфелла занимаются?

Но я ― не знатная леди. И вообще не леди. И не могу сидеть сложа руки, пока столько людей работают на меня.

Иду, полная решимости кому-то помочь. Чем быстрее уберем замок, тем быстрее утихомирится призрак. А так хочется сегодня не просыпаться от этих жутких звуков!

Почти сразу за поворотом натыкаюсь на двух женщин, которые вовсю надраивают лестницу на первом этаже.

При виде меня, они встают с колен и смотрят с нескрываемым интересом.

– Спасибо, что дали нам работу, госпожа Морлен, ― говорит одна с таким видом, будто только и ждала моего появления, чтобы поболтать.

– Рада, что мы можем помочь друг другу, ― сдержанно отвечаю. ― И кстати, я тоже могу поучаствовать в уборке вместе с вами…

– Нет, нет, что вы, мы сами управимся! ― тут же машет рукой она, а ее товарка добавляет:

– Не господское это дело убирать…

– А может, ваш муж заставляет вас все это делать вместо служанки?

– Слышала, он такой неприятный тип, еще и скряга…

– Ах, да перестаньте! ― почему-то мне не хочется обсуждать Морлена с этими сплетницами, хотя сама его не жалую и вообще мне должно быть все равно. ― Все не так плохо, как кажется.

Эти двое смотрят на меня, не мигая, будто не верят. Или я кажусь им инопланетянином. По сути, так и есть…

– Ох, не повезло вам, госпожа Морлен, выйти за дракона, ― участливо произносит первая, которая пополнее и побойче. ― Тем более, за такого…

Она выразительно молчит.

– Вообще с драконами лучше не связываться, ― подхватывает вторая, с трудом распрямляя спину. ― Неровен час, с ума сойдет… что тогда с ним делать?

– Почему он должен сойти с ума? ― не понимаю я.

Может, Морлен и впрямь ведет себя слишком… эпатажно, что ли. Но в своем доме он имеет право, и на безумца не похож.

– Ну… у драконов ведь такое бывает, ― тянет первая, многозначительно переглядываясь со второй работницей. ― Превращается в зверя, теряет человеческий облик навсегда… а ваш муж третий год уже беснуется, пугает нас. Рано или поздно все этим и кончится.

– Боязно нам, ― подхватывает та. ― Если его не отправят вовремя в катакомбы, он может целое поселение сжечь…

26 глава

Мне вдруг становится нехорошо. Прислоняюсь к перилам.

– Что вы имеете в виду?

– Как будто вы, госпожа Морлен, не знаете, ― качает головой полная женщина. ― Как сходит дракон с ума, так его отправляют в королевские сокровищницы… ну, чтобы золото производить, ― немного тише добавляет она, воровато оглядываясь. ― Король бы без этих запертых драконов обеднел бы. А так продает золотишко в соседнее королевство и богатеет.

– Выходит, что таких драконов нельзя вылечить? ― спрашиваю, уже не боясь показаться невеждой и выдать себя. Всегда могу сослаться на потерю памяти, если что.

Но почему-то остро хочу знать ответ, будто это волнует меня лично. Будто мне не все равно, что случится с Морленом, если тот вдруг сойдет с ума и станет… запертым драконом. Или как там их называют.

Запертым в теле зверя.

А ведь все это люди, утратившие человеческий облик. Неужели король совсем без стыда и совести, что использует их в своих целях? И как, интересно, драконы производят золото?

– Да никто не будет искать такой способ, ― отмахивается вторая, опускаясь на колени и продолжая мыть ступеньки. ― Королю ведь выгодно иметь таких… бесплатных слуг.

– Но это ужасно! ― громче, чем нужно, восклицаю я. ― Какие же здесь... у нас несправедливые законы!

– Если честно, то мне всех этих драконов не жаль, ― поджав губы, произносит толстушка, которая явно любит посудачить. ― Мнят из себя сверхлюдей, а на деле ― ничем не лучше нас. Только титул и статус носят, как корону, сверху вниз на всех смотрят…

– Неужели близкие безоговорочно отдают своего больного родственника-дракона королю и даже не пытаются бороться? ― стискиваю кулаки. Хотя встреча с Морленом должна была отбить у меня всякую симпатию к его расе, но сейчас я вовсе не думаю о нем, а представляю глобальный масштаб проблемы.

– Отдают как миленькие, ― говорит та, сложив руки на груди. ― А что им еще остается? Запертый дракон должен жить в катакомбах и приносить доход…

– А если его скроют? Ну… спрячут где-то?

– Это уже государственная измена. А почему, собственно, вы, госпожа, так подробно этим интересуетесь? Ваш муж пока еще в здравом уме…

Пока еще.

– Просто интересно. У меня был слабый учитель по истории Дракенфелла, ― мрачно бросаю я. Желание помогать этой бездельнице и даже ее товарке как рукой снимает. Иду на кухню к Нэлле, обдумывая услышанное.

А и правда, как это все жестоко! Драконы ― такие же люди. Может, более гордые, что ли, но они имеют право жить, а не становиться рабами короля-самодура.

И если честно, я не желаю такой судьбы Морлену. Можно назвать меня слабачкой, которая складывает лапки, не желая бороться за свою свободу, но как по мне, это просто бесчеловечно.

На кухне вовсю спорится работа: Андерс помогает Нэлле расставлять тарелки. Откуда-то взялся еще один длинный деревянный стол. Это хорошо, значит, все деревенские жители, что пришли поработать, не останутся голодными.

Быстренько пробегаюсь по замку, наблюдая, кто что делает. Люди оказались добросовестными, трудятся на славу. В этих длинных пустынных коридорах хоть дышать легче стало, а тяжелые рамы картин избавились от замшелости и поблескивают на солнце ― аж глаз радуют.

Смотрю, даже детки помогают ― натирают перила, моют стены… Не хотелось бы эксплуатировать детский труд, но их родители, видимо, решили, что это им пойдет на пользу. Надо бы их вознаградить отдельно.

Когда все гурьбой идут обедать, нахожу Лидию, всю взмыленную, которая времени даром не теряла, проверяла как и кто работает, держала всех в узде, так сказать.

Мелькает мысль, что она когда-нибудь станет прекрасной хозяйкой большого поместья или даже замка. Вот умеет же человек организовывать. Не знаю, что бы без нее делала…

– Что я могу сделать для тебя? ― вырывается у меня. ― Как отблагодарить?

– Вы уже отблагодарили меня, когда приняли к себе в услужение, ― та почему-то отводит глаза, и у меня снова мелькает мысль, что Лидия чего-то не договаривает.

– Но ты работаешь слишком много. Ты не обязана…

– Мне нравится чувствовать себя занятой, ― возражает та.

– Ну давай я тебе хоть массаж сделаю, ― предлагаю, потому что внутри вдруг загорелась мысль, что я умею это делать и очень хорошо. Может, в той прежней жизни я занималась чем-то подобным?

– Массаж? ― приподнимает брови та. ― А вы умеете?

– Ну… да, ― пожимаю плечами.

– А где учились? ― Она шире раскрывает глаза. ― Женщины ведь не учатся на лекарей…

Тихо вздыхаю. Кажется, не стоило предлагать. Один шаг не туда ― и меня раскроют. Не хочу, чтобы кто-то кроме Морлена еще знал, что я ― не Фэй.

– Читала медицинские книги из библиотеки, ― выкручиваюсь, как могу.

– Но для массажа нужна практика, одного чтения недостаточно…

– Вот что, давай я покажу тебе, что умею, и ты убедишься, что достаточно, ― прерываю я этот нескончаемый поток сомнений. Лидию можно понять, мое поведение порой кажется странным. Но она не знает о Фэй всего, так что пусть принимает как данность.

– Ну, хорошо, ― улыбается она, и мне сразу становится легче.

Усаживаю ее на стул, после чего осторожными движениями массирую и разминаю затекшие от физической работы плечи: Лидия ведь не только ходила и командовала, но еще и помогала, где могла. Девушка заметно расслабляется и прикрывает глаза.

А я чувствую себя все более уверенно, будто занимаюсь тем, что умею очень хорошо. Правда немного мешают слишком тонкие и хрупкие пальцы Фэй. У меня, кажется, были крепкие руки и короткие сильные пальцы. Но имеем то, что имеем.

Может, для массажа это тело не слишком подходит, но я бы не хотела снова стать неповоротливой толстушкой, которая не может скинуть и пяти килограмм.

– Ох, спасибо, как заново родилась, ― восклицает Лидия, когда я заканчиваю облегченный сеанс массажа мягкими поглаживаниями. ― Это не вы, а я должна благодарить вас, госпожа, за ваше доброе сердце…

– Да брось, ― усмехаюсь, а потом подаю ей руку. ― Пойдем-ка лучше пообедаем, пока наши работники все не съели!

Лидия не заставляет себя долго ждать. А после обеда я собираю всех вокруг стола, чтобы записать всех по имени и раздать обещанную плату.

Теперь мне активно помогает Финн, который принес чернильницу, побольше бумаги, а Лидия сбегала за медяками: дворецкий был так добр, что разменял мои золотые без лишних вопросов.

Работники забавно ставят одинаковые крестики вместо росписи возле своего имени. У большинства из них нет фамилий, в отличие от человеческой знати и драконов. Процесс меня затягивает настолько, что я не сразу слышу знакомое постукивание трости о каменный пол и не сразу замечаю, что в воздухе будто повеяло холодом.

– Что здесь происходит? ― слышу недобрый низкий голос с хрипотцой и оборачиваюсь.

Аллард Морлен стоит позади меня с искаженным от ярости лицом.