Текст книги "Как превратить кота в дракона (СИ)"

Автор книги: Лиззи Голден

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

48 глава

Хлоя

Воздух загустевает, наполняется смрадом и дымом. Я закашливаюсь и почти ничего не вижу.

Нет, мне не страшно. Почти. Только удивительно видеть впервые в жизни своего родного отца.

Того самого, который хочет меня убить взамен на кристалл.

Лавка вдруг начинает расширяться. Поднимаются потолки, помещение превращается в огромный зал с покатыми сводами.

«Чтобы поместились драконы», ― мелькает в голове, будто мне случайно передалась чья-то мысль.

Коробок падает с прилавка. Луминариум катится по полу ― я едва успеваю его подхватить.

– Дочь моя, ― властным тоном приказывает король, и в то же время туман рассеивается. ― Выйди вперед.

Кажется, он зовет меня, не Серин, которая и так стоит перед ним.

Эмиль отводит руку назад, не позволяя мне сделать ни шагу.

– Не бойся, просто выйди, хочу на тебя посмотреть, ― медленно, глубоким низким голосом произносит Элдрих.

Эмиль все так же не пускает меня, но чувствую, что лучше с королем не спорить. Если я просто сделаю шаг вперед, не случится же ничего плохого?

Поэтому я мягко отвожу руку Эмиля в сторону и выхожу, прижимая к себе кристалл.

Вижу короля во всей его мощи и красе. Темноволосый, высокий, сильный, в черных латах и вообще во всем черном. Только вот взгляд у него пристальный и острый, впивающийся и жесткий.

– Ах, вон значит ты какая, ― степенно говорит король, окидывая меня оценивающим взглядом. ― То-то наш рыжий воин и потерял голову. Я должен был это предусмотреть…

Хм… о чем это он? Может, он думает, что Марсель влюбился в меня? Да нет же, он без ума от Серин ― так робеет в ее присутствии и все время поглядывает на нее. Но во мне Марсель ни дня не был заинтересован, как в девушке. Иначе даже в виде кота он не смог бы спокойно находиться рядом и спать в моей кровати.

Король прищелкивает пальцами, и сразу же после этого два воина выволакивают в середину лавки ― или огромного зала, ― мою мать…

Я сразу ее узнала, хотя видела всего лишь два раза и то, в смутных призрачных очертаниях. О, она так истощена, на ней какие-то жуткие черные лохмотья, все тело в синяках и ссадинах, волосы всклокочены, а на запястьях ― цепи, похожие на наручники, которые надевают на преступников. Она выглядит намного хуже, чем когда была в темнице, и мы говорили с ней по кристаллу.

Бросаюсь к ней, но меня тут же хватает за плечо Эмиль и не дает сдвинуться с места. Мельком вижу его измененное лицо: кажется, я напугала его своим необдуманным поступком.

– Отдаю ее взамен на луминариум, ― объявляет король.

Матушка еще жива. Ее можно вылечить, тем более, что она драконица, надеюсь, и здоровье такое же. В душе я согласна на все, только бы сняли с нее эти ужасные цепи и позволили о ней позаботиться, но слышу ее тихий надтреснутый голос:

– Не отдавай, дитя… это ловушка. Не отдавай…

Один из воинов пинает ее. Матушка заваливается на бок, а я невольно вскрикиваю.

– Вот он, возьми и прекрати ее мучить!

Протягиваю кристалл, который разгорается еще сильнее. Ни король, ни один из его людей больше не прикоснется к матушке. Я не позволю.

Король едко ухмыляется.

– Даже не сомневался, что ты станешь куда сговорчивей, увидев ее, ― он презрительно кивает на сидящую на полу матушку. ― Она незаконно использовала вот это. ― Он расжимает ладонь, а на ней лежиь… осколок кристалла. Который тут же взмывает в воздух, летит ко мне и падает, как ястреб, заметив добычу. В тот же миг он срастается с луминариумом, теперь все его грани идеально равны.

– Превосходно, ― кривит губы король. ― Но… я еще не закончил. Марсель!

Вижу, как тот глубоко вздыхает, поднимает голову и делает шаг, хотя Эмиль пытается придержать и его: он до сих пор держит меня за плечо.

Король долго смотрит на Марселя, в его глазах что-то поблескивает.

– Что, не справился с задачей, дракон? ― издевательским тоном спрашивает он.

– Как видите, ваше величество, ― спустя небольшую паузу, говорит тот, не опуская головы.

Король фыркает.

– Я даже не сомневался, что все будет именно так. Потому что ты никакой не дракон, ― веско заключает он. ― Ты ― глупый рыжий кот, позорище Эйдралиса. Бесполезное мерзкое создание, которое я сам не знаю, почему терпел все эти годы, в надежде, что ты обретешь истинную сущность, но, ― он выставляет руку вперед, хотя никто не собирался его перебивать, ― теперь я и ты ― все мы, ― знаем, кто ты на самом деле такой, ― последние слова он почти шипит.

Все внутри меня вскипает. Что плохого в котах? Они ничем не хуже драконов. Между прочим, они могут быть очень даже воинственные ― достаточно лишь вспомнить, как Марсель, будучи котом, вцепился в ляжку мачехи и знатно ее напугал. Жаль, король этого не видел!

– Что я попросил тебя сделать, Марсель? ― медленно спрашивает король.

Тот молчит, а мне больно смотреть на то, как его допрашивают.

Король подходит к моей матушке, направляет на нее руку, отчего матушка стонет и падает на пол. Это какое-то жуткое магическое воздействие… Я снова бросаюсь вперед, снова Эмиль меня задерживает, а Марсель, судорожно вздохнув, говорит:

– Вы приказали убить вашу родную дочь.

Эмиль, наверняка от неожиданности, разжимает руку на моем плече, отчего я чуть не падаю.

– Что? ― вырывается у меня. Король, к счастью, прекратил мучить матушку, а я судорожно сжимаю пальцы, пытаясь не сойти с ума. ― Марсель… это правда? ― оборачиваюсь к нему.

– Да, ― говорит он, не глядя мне в глаза.

– Но что-то пошло не так, ― растягивая слова, произносит король и, как ни странно, отступает на несколько шагов. ― Что ж, Марсель. Ты ― недостойный гражданин моего королевства и тебя ждет казнь. Но вместо того, чтобы проткнуть тебя копьем или отрубить голову, предлагаю сделать это… красиво. Как дань уважения твоему отцу, который по сей день верой и правдой служит мне.

49 глава

Хлоя

Чувствую, как напрягается Эмиль, хотя он меня уже не держит. Мне кажется, даже время замедлило свой бег, прислушиваясь к тому, что скажет король, чтобы дать Марселю выиграть еще несколько минут жизни.

Вообще-то я ― драконица. У меня луминариум. Значит, я непобедима. Так чего же я боюсь? Почему не вступлю в сражение с собственным отцом, который не жалеет никого и меня в том числе?

Просто… не уверена, что получится. Даже несмотря на то, что мощный артефакт у меня, и он на моей стороне ― это я чувствую по нежному теплу, которое растекается по моим венам от ладоней, которые соприкасаются с кристаллом.

– Марсель, твоя последняя воля будет моей, ― насмешливо произносит король. ― Принеси мне луминариум, и покончим с этим.

Что? Нет… но это невозможно! Разве что надеть перчатки или использовать одежду. Но вряд ли король это ему позволит. Марсель вздрагивает, когда слышит приказ. Медленно поворачивается ко мне. Наши взгляды сталкиваются. В его глазах читаю то, что и так знаю: никто кроме рода Мальфас не имеет права касаться луминариума, иначе ― смерть. Кристалл беспощаден, он не имеет чувств, только знает правила, которые исполняет безошибочно.

Выходит, что луминариум такой же, как и король Элдрих. С поправкой на то, что от кристалла знаешь, чего ожидать…

– Сейчас же, ― страшно шипит король и снова протягивает руку к моей матушке.

– Нет… ― безмолвно вырывается у меня. А Марсель… шагает ко мне. Тянется к кристаллу и…

Эмиль срывается с места, отталкивает брата в сторону а сам… оборачивается в огромного черного дракона.

Один размах крыльев чего стоит! Я засматриваюсь на него, а король тем временем с ненавистью смотрит на Эмиля и резко выбрасывает правую руку. Из ладони вырывается красные нити, которые связывают пасть дракона, и тот никак не может их сбросить: топчется на месте, мотает головой…

Я отхожу в сторону, чтобы дракон своими маневрами не сбил меня с ног. Миг ― и он превращается в Эмиля, всего опутанного веревками, из которых он тщетно пытается освободиться, а рот у него плотно завязан красной тканью. Оттого бедняга ьолько рычит от бессилия и дергается на полу.

 Хлоя, соберись… ты сможешь. Ты тоже дракон. Луминариум тебе поможет… давай, не позволь этому тирану творить произвол!

Но как себя ни уговариваю превратиться в дракона, разнести воинов и короля в пух и прах, ничего не выходит.

При виде лежащего на полу, такого сильного и мощного Эмиля, который отчаянно дергается, но не в силах освободиться от магических пут, внутри меня разгорается огонь. Но его недостаточно, чтобы обернуться. Может, я не знаю какой-то важный для этого секрет?

– Кто следующий? ― ледяным тоном спрашивает король.

Серин срывается с места и становится перед Марселем, который снова делает ко мне шаг.

– Я запрещаю тебе, ― говорит она, а голос у нее дрожит, как никогда раньше.

– Надо же, ― хмыкает король. ― Моя названая дочь решила вступить в игру. Ты, наверное, думала, что тебе все сойдет с рук, да? ― опасно тихо спрашивает он.

– Нет, отец, ― спокойно отвечает Серин.

– Я тебе не отец! ― взрывается тот. ― Я терпел тебя только по одной причине: ты ― уроженка Нимверии, которую я рано или поздно собирался захватить. И ты могла сослужить мне хорошую службу, если б не была столь глупой и наивной. ― Последние слова он будто выплевывает.

Серин даже не вздрагивает.

– Но ты сама не оставила себе шанса, ― продолжает он. ― Получай же, что заслужила!

Он легонько взмахивает рукой и… Серин пошатывается, хватаясь за грудь. Вижу, как расширяются глаза у Марселя, как он помогает ей опуститься на пол. На открытом декольте, над левой грудью Серин синим светом загорается ажурное изображение луминариума, которого я не видела раньше. Он как будто только сейчас проявился. Это и есть та самая метка, о которой они оба говорили?

Рисунок начинает светиться ярче, а у Серин от напряжения на лбу выступают капельки пота.

Она страдает, а я ничего не могу сделать. Или… могу?

Марсель встает и смотрит на короля с таким отчаянием, что только черствому будет безразлично.

– Прекратите сейчас же! Вы убьете меня, неужели одной жертвы недостаточно?

Король смеется, и его смех звучит очень зловеще.

– Ваши жалкие жизни… да чего они стоят, ― отсмеявшись и брезгливо скривившись, говорит он, а дальше все происходит как в замедленной съемке.

Марсель подходит ко мне, смотрит сначала на меня, потом переводит взгляд на луминариум.

– Нет, не прикасайся к нему, ― тихо говорю я. ― Я сама отдам его королю.

Марсель медленно качает головой, а Эмиль на полу начинает дергаться и извиваться сильнее, пытаясь что-то сказать, но завязанный рот не дает.

– Он сказал сделать это мне, ― так же тихо, как и я, произносит он. ― Король не примет его от тебя. Он привык, чтобы его приказы исполняли в точности до последней буквы.

Он судорожно вздыхает и протягивает руку к кристаллу. Серин каким-то чудом встает и… выхватывает луминариум у меня из рук.

Она тотчас падает, прижав кристалл к себе.

– Нет!

Марсель бросается к ней и изо всей силы дергает на себя луминариум.

Так и остается на полу. Застывает. Они смотрят друг на друга, и их тела начинают наполняться странным золотистым свечением…

50 глава

Хлоя

Как будто земля уходит из-под ног. Люди… или драконы, которые за такое короткое время стали мне дороги, умирают или лежат беспомощные, а я ничего не могу сделать.

Во мне что-то ломается. Окончательно и бесповоротно. Тело становится ужасно тесным, мне хочется из него вырваться на волю. Взлететь над лавкой, над Нимверией, над всеми проблемами и никогда, никогда больше не возвращаться…

Последнее, что вижу ― как пол быстро устремляется вниз. Еще миг ― я становлюсь огромной и неповоротливой, с толстыми ногами… то есть лапами, на которых ― огромные острые когти. Внутри меня ― все тот же огонь, только его слишком много и он вот-вот вырвется наружу…

Огромный клубень огня вылетает из моей пасти с громовым ревом. Только сейчас осознаю, что это все я. Король моментально блокирует огонь, распыляя его на множество искр. А потом…

Ко мне тянутся такие же красные нити, которые поработили Эмиля и лишили его силы. Я отчаянно сопротивляюсь, мотаю головой, но магия короля превозмогает.

Падаю на колени (если у драконов вообще есть колени) и вижу… что это?

Странный золотистый свет наполняет зал. Сначала маленький комочек, он становится все больше и больше, разрастается. Он такой притягательный, что мне становится легче, даже красные магические путы ослабевают. Еще миг ― и я встаю на ноги, а нити исчезают. Эмиль тоже встает, освободившись от веревок. А чуть поодаль…

Вижу, как нечто прекрасное, переливающееся всеми цветами радуги расправляет огромные золотые крылья. Рядом ― еще один дракон, не уступающий по красоте и силе, ярко красный, с огненной аурой, мощными клыками и красивыми ярко-желтыми глазами.

Первый необыкновенный дракон взмахивает крыльями ― и король Элдрих отступает на шаг. Потом падает на колени, закрываясь руками, как будто этот прекрасный свет его пугает.

И… луминариум. Он поднимается с пола и зависает в воздухе перед золотым драконом. Медленно приближается к нему, прикасается к груди и… будто растворяется в драконе, разделившись на множество мелких сверкающих частиц.

Зал наполняется таким величием, что мне самой уже больно смотреть. Я прикрываю глаза, а когда золотой дракон вместе с красным издает боевой клич и выпускает огонь, я падаю ниц от того, что меня накрывает необъяснимый трепет.

Золотой свет постепенно исчезает, как будто его носитель вобрал его в себя. Поднимаю голову. О, кажется, я неожиданно превратилась в человека. Оглядываюсь, чтобы понять, где король Элдрих, и с какой стороны ожидать удара, но… не вижу его.

Вместо этого ― странная кучка черного пепла как раз в том месте, где он стоял. А сверху на нем ― корона, которая на удивление не растворилась, лежит и сверкает, как еще один магический артефакт.

Все воины живы и невредимы. Они ошеломленно глядят на черную кучку, после чего бросают копья и все как один становятся на одно колено… перед Серин.

О да, она жива. И Марсель тоже. Они только что были невообразимой красоты драконами, а теперь ― снова люди, здоровые и невредимые, и даже умудрились не сжечь всю лавку, что удивительно. Только от Серин теперь исходит легкое голубоватое свечение, то самое, которое исходило от луминариума. Корона, лежащая на кучке черного пепла, поднимается в воздух, вздрагивает, будто отряхивается, а потом пикирует на голову Серин. Коснувшись ее волос, золото начинает ослепительно сверкать, как и разноцветные камешки, которыми оно инкрустировано.

Эти двое глядят друг на друга ― ошеломленно, будто видят впервые. И вдруг… Серин начинает смеяться. Так открыто и искренне, что совсем на нее не похоже. Она хохочет, радуется как ребенок, а Марсель вдруг сгребает ее в охапку, прижимает к себе и целует.

Что чувствую я? Странную радость, что они живы. И я жива. Король испепелился ― туда ему и дорога. Мы все живы, и… матушка тоже?

Бросаюсь к ней. Она без сознания. Лицо обескровлено, глаза закатились…

Тут же чувствую легкое прикосновение к своему плечу.

Серин. Она опускается на колени рядом со мной и прикладывает обе руки к голове лежащей.

Все тело матушки начинает светиться, как и Марсель, когда я лечила его рану. Несколько секунд ― и она открывает глаза. Изумленно моргает, глядя на нас, а потом приподнимается на локтях.

Совершенно здоровая. Без единой царапины.

– Мачехи ― это зло, вот что я хочу сказать, ― сладко произносит Серин в своей обычной манере. ― Но как родная мать, может, она и неплоха.

С этими словами она встает с видом выполненного долга. А я помогаю матушке подняться и подвожу ее к одинокому стулу, который стоит в дальнем конце лавки. Ее ноги слегка заплетаются, и как только она садится на стул, тут же засыпает, прислонившись к деревянным полкам.

– Это нормально, ― говорит Серин, когда я вопросительно смотрю на нее.

Оставляю матушку отдыхать, а сама подхожу к своей названой сестре. Мне хочется задать ей еще множество вопросов…

– Ваше величество, ― к Серин подходит один из воинов, склонив голову. ― Портал скоро закроется. Мы не знаем пароль. Мы застрянем здесь навсегда, а вам нужно вернуться… чтобы спасти королевство.

Смотрю на Серин, которая замирает, будто только сейчас осознав, что она теперь ― луминариум, который никто и никогда не похитит.

– Сколько у нас осталось времени? ― тихо спрашивает она.

– Не более десяти минут, ваше величество, ― склоняется перед ней другой воин.

51 глава

 Хлоя

– Ты уйдешь? ― спрашиваю я, чувствуя, что теряю что-то очень важное мне и дорогое.

– Я должна, ― мягко отвечает Серин. И я понимаю: так будет правильно.

Эйдралис должен выжить. Точнее ― начать новую жизнь с новой королевой.

– А Марсель?

Что-то во мне сжимается, когда смотрю ему в глаза и… уже знаю ответ.

– Я пойду вместе с Серин, ― говорит он.

На его лице проскальзывает легкая печаль и даже смущение. Он будто бы извиняется, что все сложилось именно так, а не иначе.

– Ты был классным котом, ― говорю я ерунду и, наверное, жалко улыбаюсь, чтобы не заплакать, ведь я уже скучаю за своим пушистым любимцем, которого больше не увижу.

– Спасибо, ― говорит Марсель  так проникновенно, будто в этом слове кроется нечто больше, чем он может сейчас выразить.

– Благодаря тебе я осознал, что со мной все в порядке, ― добавляет он, потом неловко подходит, берет меня за руку и склоняется на ней, легко прикасаясь губами. А я думаю, что из Марселя вышел бы не только милый домашний любимец, но и хороший брат. Жаль, что ему придется тоже покинуть наш мир.

Сталкиваюсь взглядом с Эмилем, который неловко топчется рядом. Наверное, он смущен тем, что король его обезвредил, и он не смог защитить ни меня, ни брата. Но это такие мелочи! Меня волнует другое.

– Ты тоже собирался уходить? ― Глаза начинают печь от невыплаканных слез. ― Тогда давай, вали, и побыстрее.

Говорю это и отворачиваюсь, в надежде, что этот здоровяк уйдет без лишних прощаний и сантиментов, на которые он, конечно же, не способен.

– Эмиль, ― слышу Марселя. ― Ты с нами?

– В Эйдралисе никто не держит лавок с деревянными товарами, ― говорит тот.

– Ах, тебя только это интересует, да? ― возмущаюсь я, только чтобы не заплакать.

– Нам пора. ― Серин взволнованно глядит на часы с кукушкой, висящие под самым потолком и чудом не сорвавшиеся со стены. Она делает взмах рукой, и лавка начинает сжиматься до своих привычных размеров. Матушка даже не просыпается, когда ложки и прочая утварь падают с полок. И тут я вижу отца.

Совсем о нем забыла. Все это время он провалялся без сознания по ту сторону прилавка, а теперь поднимается, кряхтя и потирая затылок.

– Что здесь происходит? ― ошеломленно смотрит на всех и особенно ― на Серин, которая на своих ногах.

– Простите, отец, что мне пришлось вас обмануть. ― Та подходит к нему и помогает подняться. ― Я подумала, что это поможет вам быстрее принять решение.

– Ты ходишь, ― констатирует он факт, переведя взгляд на ее ноги, скрытые длинным золотистым платьем, какие только на королевских приемах носят ― Серин после превращения в дракона преобразилась, как и ее одежда. ― Это хорошо… просто замечательно!

– Я должна вернуться в свой мир, ― тихо говорит она. ― Спасибо вам за все.

Она отходит на несколько шагов, а потом низко кланяется ему. Никаких объятий и слезливых прощаний, но у меня внутри все сжимается от того, что вижу.

«Нас с детства приучают к почтению к тем, кто выше нас», ― сказал мне как-то Эмиль. И это, несомненно, один из огромных плюсов в Эйдралисе.

– Значит, мы никогда больше не увидимся? ― грустно спрашиваю я. Все-таки я успела привыкнуть к Серин, а уж тем более к коту-Марселю.

– Если я разберусь, как открывать порталы в другие миры, то почему бы и нет? ― спокойно говорит Серин.

– Эмиль… ― снова произносит Марсель. В его глазах мелькает что-то похожее на сожаление и понимание одновременно.

– Я… в общем не могу, ― смущенно заминается тот. ― Должен проследить, чтобы с лавкой все было в порядке…

– Эмиль! ― восклицаю я возмущенно.

– Ну ладно, ладно, ― идет он на попятную, даже ладони вперед выставляет. ― Я же обещал на тебе жениться, принцесса Хлоя. Я выполняю обещания.

– Ничего ты мне не должен, ― тут же отвечаю я и отвожу взгляд. ― К тому же… это было лишь для того, чтобы защитить меня перед королем.

– К слову о короле, ― Серин смотрит на кучку пепла, взмахивает рукой, и она исчезает. ― Я хочу сделать еще кое-что.

Она подходит к дверям, что-то там бормочет, и из дома само по себе выезжает кресло. Оно врывается в открытую калитку, едет по улице, а потом… превращается в прекрасный экипаж, к которому не хватает только лошадей.

– Луминариум усилил меня, поэтому можете ездить спокойно ― моя магия никогда не иссякнет даже в Нимверии, ― говорит Серин и берет под руку Марселя. ― А теперь нам действительно пора.

– Вот это да… ― выдыхаю я, не в силах скрыть восторг. ― Серин… ― хочу ей что-то сказать, что все слова застревают в горле.

– Неплохо повеселились, правда? ― выручает она меня, и в ее глазах мелькают смешинки.

– Мне будет этого не хватать, ― дергаю я плечами. А еще мне очень хочется обнять ее напоследок, но боюсь, что ей это не понравится.

– Чудеса в твоих руках. ― Она загадочно смотрит на меня.

Марсель что-то тихо говорит ей и подходит к Эмилю.

– Главное, что ты выжил, ― говорит он, а в его интонациях я слышу совсем другое. Он уже ужасно тоскует по брату, но не может этого сказать, чтобы его не расстроить. ― Мы постараемся раскрыть секрет порталов и очень скоро вас навестим.

Эмиль тепло обнимает его, похлопывая по спине.

– Ты станешь лучшим королем Эйдралиса, ― говорит он с нескрываемой гордостью.

– Ваше величество, портал уменьшается! ― восклицает один из слуг.

Марсель наскоро прощается с братом. Серин хватает Марселя за руку. Портал и правда сжимается на глазах. Воины один за другим прыгают туда.

Последними успевают вскочить Серин и Марсель, после чего портал закрывается, как будто его никогда здесь и не было.

Я машу им, хотя они меня уже не видят. А потом начинаю рыдать, уткнувшись в широкую грудь Эмиля.

Того самого Эмиля, который не позволял мне приблизиться к королю. Который превратился в огромного черного дракона, чтобы сразиться с Элдрихом и защитить нас всех. Который делал все, что в его силах, пусть даже и безуспешно. Но который остался здесь, со мной, не захотев возвращаться домой. Может, потому, что этот мир ему больше по душе. А может, он и правда хочет на мне жениться ― потому что хочет, а не потому, что пообещал. Что ж, поживем ― увидим.